ЗМиМ Замок Волшебника VII

День 40 часть 27

День 40 часть 27

— «Да вы заколебали?! Кого вы там ещё создаёте?!» — раздалось возмущённое в чате. — «Я, вашу медь, брошу свой танк и тоже пойду создавать что‑нибудь имбовое! Некр, опять ты?!»

— «Вообще не при делах, сижу, почту читаю, топовые кланы с предложениями к ним перейти посылаю. О! „Демоны войны“ предлагают пять тысяч евро в месяц…»

— «И чё, не пойдёшь? Хотя ты же учишься, не вывезешь».

— «Да ну, там же скучно: данжи, стычки с топовыми соседями… А тут за неделю я получил впечатлений и достиг больше, чем за всю жизнь».

— «Ребят, сознайтесь, кто что мутит, из‑за кого стазис?» — вмешался в диалог Барнс. — «Просто охота сразу переключиться, чтобы сначала увидеть!»

Пришлось успокоить и быстро отписаться.

— «Пришли из Корпорации, ведут беседы. Стазис, чтобы я не снимал цветочными дракончиками. Обычную съёмку и звонки мне ещё прошлый представитель заблокировал. Не отвлекайте».

Мужчина из Корпорации терпеливо дождался, пока я отпишусь, сам тоже вызвал виртуальную панель и что‑то нажал.

— Павел Игнатьевич? — раздался голос Ивана, которого, видимо, выпустили из стазиса. — А вы тут как?

— Тот же вопрос, Иван, тот же вопрос. Будь добр, представь меня своему сюзерену. Думаю, твоё присутствие благосклонно скажется на расположенности твоего сурового друга.

Иван растерянно перевёл взгляд на меня, неуверенный, как правильно реагировать.

— Мой бывший начальник — Рясков Павел Игнатьевич, технический директор. Я у него несколько лет работал, программировал новых ключевых персонажей. Стас, я думаю, как минимум выслушать его стоит.

— Спасибо, Вань, за столь высокую оценку моих человеческих качеств, — усмехнулся технический директор. — Хоть выслушают.

— Павел Игнатьевич, я готов вас выслушать, — протянул руку мужчине. — А дальше — как пойдёт. Тут до вас один приходил, тоже очень хотел.

— Извиняюсь от всей Корпорации за него. Засланный казачок оказался, причём заранее был заготовлен Сер… Ну, не важно, наши внутренние разборки — это наши внутренние.

— С удовольствием послушаю подробности.

— Ограничимся извинениями. Стас, я посмотрел видео с боя. В анонсе сказали, что вообще будет смонтирован сериал с подготовкой к этому сражению, сам бой — более подробно по каждому направлению. С удовольствием его посмотрю: мне и как техническому, и как обычному зрителю было всё это интересно. Работу ты провернул капитальную.

— Сейчас будет «но», которое обесценит всё, что было сказано выше…

— Ну да, так оно и есть. Скажи, зачем ты это всё вынес на экраны? Славы захотелось? Этакого народного любимца, спасшего замученных игроков?

— А как надо было?

— А как все! Написал в службу поддержки…

— Как вам файл перебросить?

— Сейчас я тебе сразу на почту ссылку на моё облако размещу. Всё, смотри.

— «Конфиденциальность личной переписки — один из столпов нашей компании», — иронично процитировал я рекламный лозунг Корпорации, увидев, как ссылка появилась в личном кабинете без какого‑либо входящего файла.

— Ой, Стас, ну ты как маленький! Кидай, что там у тебя.

— Уже. Это мой разговор при попытке позвонить и сообщить. Последний месяц дозвониться или дописаться до поддержки с этого сектора невозможно. Форум тоже кто‑то быстро подтирает. Попробовал через приёмную — и вот что вышло.

— Вот оно как. И ты решил сделать грандиозное побоище, чтобы привлечь наше внимание.

— Да, всё верно. А что ещё оставалось делать?

— Ладно, допустим. Но для этого хватило разбить десятитысячное войско. А зачем ещё двадцать тысяч сюда заманил? Пока похоже, что решил под эту лавочку себе уровней и достижений урвать.

— Нет, просто не знаю, кому у вас верить. А войска куда‑то идут и явно не с хорошими намерениями. Вот и решил: лучше я их уничтожу, чем их где‑то кто‑то случайно потеряет.

— Сейчас минутку, я твою запись перекину. Алексей Викторович! Да, диалог наладил, вполне адекватный, нормально общаемся. Слушай, дай команду — от тебя быстрее исполнят: пусть голос пробьют, кто это. Похоже, ещё один Серёжин засланец. И надо узнать, кто дал задание кол‑центра переводить такие звонки на него.

— Простите, — тихо спросил Иван, заметив, что Рясков перестал разговаривать, — а Сергей — это не Сергей Алексеевич…

— Он, — просто кивнул Павел Игнатьевич. — Что‑то знаешь?

— Ну, после разговора с ним меня убить пытались несколько раз, причём.

— Вряд ли. До пенсии он возглавлял силовую структуру. Захоти тебя убить — давно бы убил. Но с ним разберутся. Давай по нашему вопросу.

— Весь во внимании, — шутливо поклонился я. — Мне интересно, какие теперь предположения моих действий будут.

— Стас, можно я сейчас не как представитель администрации игры с игроком, а просто как человек с человеком? Открой ссылку на видео, у тебя на почте.

На видео, снимаемом, судя по всему, в прямом эфире с какой‑то настенной камеры, было видно, как на площадь перед стеклянным входом собирается толпа. Ещё не больше сотни, но заметно, что народ ещё подходит. И что‑то агрессивно скандируют.

Я вопросительно посмотрел на технического директора.

— Сбор начался через десять минут после завершения вашего эпичного боя. Это вход в головной офис в столице. По филиалам — так же. Требуют снятия ограничения уровней в сутки, ввода в игру уникальных Лазурных, Механических и божественных Костяных драконов, подробного раскрытия механик, что использовал Горхэстиэль, и свободного вхождения в твой клан по их желанию.

— Последнее — вы шутите?

— Хотел бы, но пять таких запросов поступили. Мол, вы не отвечаете, а молчание — знак согласия. Проблема не в этом: вы обошли много игровых условностей. Да, знаю, знаю, что игровыми методами. Прямо скажу, нам вас нечем прижать. Можем создать проблем, волокиты, но в целом вы всё получите. Я уже понял, что воевать с вами дороже выходит.

— Я так понимаю, мы добрались до самого важного? — Мне понравился иронично‑усталый тон Ряскова, что даже невольно скопировал его.

— Стас, Иван, вы знаете рекорд по количеству взятых уровней в Нечестивом или Святом походе? Шестнадцать. И большинство ваших союзников обошли этот рекорд в пределах статистики. Даже ваши тридцать не так сильно нервируют нас. А вот сто шестьдесят четыре за изгнание четырнадцати тысяч инферналов — вот это уже пугает нас, так как игроки хотят так же и требуют ввести такие механики. Это убьёт весь баланс, проще игру переписать заново! Знаете, какой был рекорд в победном бою по соотношению сил? Один к семи. А у вас — один к двадцати, без учёта уровней и рангов! И по этому поводу уже тысячи требований упростить игровой баланс, чтобы и другие могли так же! Да, мы этот баланс и так правим каждый день, но одно — добавить единичку силы мечнику и убрать у рыцаря, а другое — сделать, чтобы некромант и друиды не конфликтовали, как у вас! Если интересно, я скинул вам перечень требований к изменениям игры и наши риски с этим. В топе списка — получение гигантского кадавра, дракона из костей божества, божественного питомца с иммунитетом к физическому урону… Только прошу, не делитесь ни с кем: там гриф «секретно».

— Угу, сейчас прочитаю — и всё, невыездной, — пошутил я, быстро пробегая глазами по тексту.

— А ты куда‑то из игры собирался? — иронично подняв бровь, уточнил технический директор.

Да, такую реакцию я не ожидал. Всколыхнул болото. Хотя логично. Подлые и нехорошие наказаны, и теперь хорошие хотят стать ближе к победителю. Только не за счёт обучения и упорной работы, а сразу, потому как видели у другого. Всё как обычно… Видят результат, а что ему предшествовало, остаётся за кадром. Спрашиваю:

— А что предлагаете?

— Мы объявляем тебя читером и объявляем всё незаконным. В повозке не было никаких пленных игроков. Тебе — компенсация! Пленным — тоже.

— Договорились. Моя цена — пятьдесят один процент акций игры.

— Ну, это даже не серьёзно.

— Как и ваше предложение. Теперь давайте перейдём к торгам: вы делаете предложения более реальными, я спускаюсь по количеству акций.

— Ты всё предусмотрел с боем, и даже засланный не застал врасплох. Может, у тебя есть предложение?

Задумался. Могу просто отказать — и всё получу. Да, через суд, да, в течение нескольких месяцев, ещё сдеру компенсацию. И корпорация на это пойдёт. Это даст им выиграть время, смазать напряжение игроков, правоохранителей. А раз всё равно не сразу, так, может, растянуть это с выгодой для себя?

— Есть предложение. Не такое, какое вы хотите, но и я дураком выглядеть не буду. Вам оно не понравится, но оно удовлетворит обоих.

— Погоди, я запись включу. Вряд ли я один буду уполномочен принимать такие решения, раз не понравится…

— Первое. Пленные игроки были, мы их спасали, и сейчас их достанем. Корпорация окажет помощь и компенсацию. Захватил их не огромный клан читеров, который Корпорация не замечает, а пара‑тройка беспредельщиков. Остальные нападающие не знали подоплёку. По сути, так оно и есть: те, кто много знал, — сбежали.

— Понял. Ты Д’Артаньян и весь в белом, мы, понятно, в чём. Дальше.

— Уровни и достижения я получаю, но не сразу, а по одному в день. И они не влияют на увеличение опыта, нужного для следующего уровня. Официально мне их порезали, так как они были получены от применения читов моими противниками.

— В смысле не влияют?! Ты так получаешь куда большее преимущество по отношению к другим игрокам!

— Ну ладно, тогда просто давай вопрос с уровнями замнём, просто получу двести уровней — и всё.

— Засранец! Ладно, обсуждаемо. С уникальным зоопарком что?

— А что с ним? Механический дракон и Лазурный — давно в игре, так и скажите. Кадавр — временный, так и так бы распался. Аватары богов — ну вкачай репу и призывай, кто мешает‑то?

— Лень и толстая жопа! Проще же поорать и получить! Извини, достали просто. Этот, твой Грю и Костяной дракон? Их ты куда?

— Да отвечайте классической фразой, что по их поводу ведётся разбирательство. Я их сильно светить не буду пару месяцев.

— Победа над такой армией?

— Скажем, что там половина игроков, осознав, за что борются, перешла на мою сторону. На видео это есть, и сделаем ещё больше минут в полном видео, посвящённых этому.

— Раскрытие секретов?

— Да легко. На моём канале «Секреты Тактика» буду раскрывать поэтапно всё, что сделал. Пусть подписываются и голосуют, в каком порядке раскрывать. Буду признателен за работника, который будет вести мой канал, а то я его подзабросил в последний месяц.

— Ты все проблемы решаешь в свою пользу?

— А вы обычно в чью?

— Мы‑то вообще‑то стремимся сделать, чтобы удовлетворить игрока!

— Ну так я игрок, мои интересы удовлетворяются, ваши стремления выполняются. В чём проблема?

— Ну ты и засранец! — восхищённо протянул Рясков. — Я тебя правильно понял: разгребаем всё мы, ты в белом и ещё в плюсе? Ничего не пропустил?

— Компенсацию мне пропустили.

— Вот ты серьёзно? Какую компенсацию‑то? За что? Ты вообще ничего не теряешь?!

— Точно нужно перечислить? Есть риск, что тогда ещё что‑то вспомню, и счёт увеличится. Вы вообще‑то мне ещё связь не вернули.

— Что хочешь? — устало бросил директор, помахав рукой над вирт‑клавиатурой.

— Все демонические предметы, полученные в бою, меняем на аналогичные — только для эльфов, гномов и людей. Ну и с бесов — на полуросликов.

— И всё?

— И всё!

— Это человек двадцать тут будут неделю на тебя работать! Это же поиск альтернатив, поиск предмета. Если он во владении кого‑то — искать другое похожее или создавать с нуля!

— Неделя меня устраивает. При соблюдении моих условий можете говорить и делать что угодно, чтобы исправить ситуацию для Корпорации. Главное я не читер, а герой.

— Засранец ты! Ладно, обсужу. Ждите. И когда пленных‑то сможете достать?

— Да вот как раз собирались, да тут стазис кто‑то повесил.

— Сейчас?! И ты молчал?!

Стазис пал мгновенно, и мёртвая тишина вокруг наполнилась гулом и шумом разбираемых завалов.

— И всё же я хотел узнать, кто вы и что тут делаете, — строгим голосом повторил вопрос прелат, обращаясь к Ряскову, активируя какое‑то заклинание.

Гарсия тоже что‑то сделал, и ладони засветились ярким светом. Технический директор изумлённо посмотрел на них, на Ивана и громко сказал:

— Прошу прощения, одну минутку — и всё станет понятно. — С этими словами он что‑то начал нажимать на виртуальной клавиатуре.

Через пару секунд Гарсия погасил ладони и, как ни в чём не бывало, повернулся в сторону подошедших от фургонов демонов. Иоганн замешкался. Он посмотрел на действия Гарсии и только после этого развеял своё заклинание, принял непринуждённый вид и тоже повернул голову в сторону инферналов. Молодец, сориентировался, а то я уже напрягся.

— Мы согласны, — спокойно и без расшаркиваний произнёс инкуб, — если дашь клятву, что мы будем служить тебе, а не сидеть в клетке.

— Без проблем, дам такую клятву. Только кто будет следить за её выполнением? Азраэлю вы уже не поклоняетесь… Кто теперь ваше божество?

— Ещё не думали об этом, — почему‑то смутился дьявол. — А кому можно?

— А давайте я расскажу вам об истинном боге, — снова не растерялся Иоганн. — Возможно, вы поймёте глубину своих заблуждений…

Демоны, не сговариваясь, отпрыгнули на несколько шагов назад и хором сказали:

— Нам не настолько нужна клятва от нашего господина. Поверим на слово!

— Я не понял, это сейчас Прелат Единого хотел обратить к своему богу инферналов? — тихо прошептал охреневший Рясков. — А мы что‑то про друидов с некромантом говорили?

— Да это только первые полчаса тяжело, — вставил Иван. — Потом привыкаете.

— Даю слово, — не смутился я, — что на несколько дней вы будете заперты на территории арены, а после распределены в подчинение моему генералу и принесёте клятвы верности. Даю слово, что беру вас на службу. Давайте, освобождайте уже пленных.

Я думал, что в фургоне от десяти до двадцати пленных, но мне в голову не могло прийти, что сундуки можно ставить друг на друга. Да их там человек пятьдесят, — с изумлением понял я, едва заглянул туда.

— Странно, — пробормотал Рясков, подойдя ко мне и копаясь в интерфейсе. — А сундуки никак не взаимодействуют с системными настройками. Их словно нет для наших данных.

В этот момент достали один сундук и вытащили первого пленного. Мужчина лет тридцати, измождённый, с безумными глазами, едва увидел нас, прикрылся от света и затараторил:

— Пожалуйста! Пожалуйста! Я всё отдал, всё перевёл, не надо больше меня в ящик! Молю!

Я же с трудом оторвал взгляд от открытого сундука. Почему‑то он вызывал до дрожи неприятные и пугающие чувства.

— Викторович! — Рясков уже звонил, едва увидев, в каком состоянии мужчина. — Нужно много мозгоправов! Человек пятьдесят! Комнаты я им сейчас сделаю, админов у меня тут для этого хватит! Да! Полная жопа! Они реально в сундуках, и, похоже, давно! У нас штатных два психотерапевта! Пусть они коллег вызванивают! Спасибо, ждём. Пока пока создаём стерилки и туда по одному. Да тут вроде все серьёзные люди собрались. Скажу.

— Стас, просьба: никаких записей! Нам, конечно, труба, если такие кадры всплывут, но этим, — кивок головы на сундуки, — потом жить с такой славой.

— Успокойся, правильно ты сказал, тут люди серьёзные, — ответил я, командой пряча дракончиков в листве. Не, ну а что? А вдруг компромат пригодится, если Корпорация начнёт грязно играть.

Иван тоже с кем‑то списался и принялся командовать начавшими прибывать к нам десятками ангелов в золотых доспехах:

— Вон туда по одному оттаскивайте, к той башне. Там уже зона сорвавшегося пробивается нашими переходами между созданными зонами, и оттуда уже переносите. Лех, Мих, давайте создавайте стиралки с домашней атмосферой, чтоб поуютнее и спокойнее. Адреса сразу в общий чат.

— Отставить общий чат, — перебил его Павел Игнатьевич. — Создавайте новый, добавляйте туда только тех, кто подошёл за сундуком. Я их буду сразу пробивать на наличие сторонней связи. И доставайте по одному. Они все сорвавшиеся, и каждый новый увеличивает мёртвую зону. Стас, можно попросить тебя отойти? Это ускорит нам работу.

Я кивнул и пошёл в ближайшую таверну, вывеска которой стала хорошо видна из‑за разрушенного между нами дома.

— Буду в «Каменном Холме». Как закончите, позовёте, — с лёгкостью согласился я, лишь бы уйти подальше от этих сундуков.

— Тише, сын мой, — раздался позади убаюкивающий голос Иоганна, который с ходу взялся за привычную работу — врачевание души. — Ты у друзей. Господь дал тебе страшное испытание, но оно осталось позади.

Сундук вызывал у меня какой‑то сверхъестественный ужас. В реальной жизни не верил в паранормальное, а теперь, похоже, поверю в виртуальной… Не понял?

За столиком в таверне сидела Варна и потягивала вино. И, судя по осоловелому виду, неплохо так она накидалась.

— Князь! — попробовала она встать, когда я сел рядом, но чуть не завалилась и тут же оставила попытки. — Простите, сама не знаю, что нашло… Просто! Когда поняла, что чуть не стала таким же болванчиком, как те дуры, стало так… ну…

— Страшно?

— Да!

— Так и не меняла богиню. Чего ты испугалась‑то?

— Так и они не меняли. То есть меняли, но не по‑настоящему.

— В смысле не по‑настоящему? Они сказали, что принимают Светлую в качестве богини…

— Да врали они! Тёмная легко прощает тех, кто отказался от неё, если это связано с военной хитростью. Они просто так хотели потянуть время и, может, получить свободу. То, что эта чокнутая Светлая явится и переродит их, никому и в голову не приходило.

— Что сделает? Я думал, она просто их превратила.

— Нет. Она взяла их души и переродила в светлых эльфов.

— Хм… Не думаю, что Тёмная это так просто спустит…

— А вы что… А это жреческая фишка! Вы не чувствуете, что где‑то рядом, на других планах, идёт божественная битва… Вот я что‑то… и решила выпить. Но всё равно не отпускает…

— Сексом займись. Я всегда молодёжь после заданий в бордель посылал…

Не дожидаясь возмущённого мычания, я нажал на приём звонка от Оксаны.

Отступление Оксаны

Не успел отец Симон скрыться с нашими эскизами, которые потащил на согласование, как у меня раздался звонок. Из реала?

— Алло?

— Оксаночка, здравствуйте! — раздался голос Валентина Дмитриевича, главного в жюри моего конкурса. — Оксаночка, тут такое дело… Вам надо сняться с конкурса!

— С чего это?! — испугалась я, быстро включая камеру на одного из жителей в городе, решив, что там что‑то произошло.

— Понимаете, по контракту вы не имеете права демонстрировать свой город на других телеканалах до конкурса, а его только что показали сразу по нескольким каналам.

— Насколько знаю, его не показывали, — ещё вчера я бы впала в панику, но после нескольких часов ужасающего сражения о моём хладнокровии можно было остужать мороженое. — Можете прислать ролик?

— Кхм, ну да, не показывали, но несколько раз упомянули!

— А про это ничего в контракте нет! — уверенно отвечаю, хотя совершенно не помню ничего про этот пункт, да, впрочем, и про другие каналы не помню.

— Оксаночка, снимитесь, пожалуйста! И я вам гарантирую победу в следующем конкурсе, который будет через полгода! Вот можете сразу быть уверены!

— С чего это я должна так сделать?! По какой причине?

— А‑а… Эм‑м… Да! По технической! Точно, по технической!

— ???

— Понимаете, зрители нашего конкурса могут посетить объекты, подав предварительный запрос, чтобы им создали специальный мост для появления прямо у вас в городе. И тут такое дело… Количество запросов на посещение вашего города увеличилось с восьми человек до тринадцати тысяч.

— И это такая проблема — с восьми до трина… Что?! Тысяч?! Тринадцать тысяч человек хотят посмотреть мой город?! Да как они там поместятся?!

— Вот! Вы меня понимаете, не поместятся, так что снимайтесь, и не будем создавать проблему.

— Да нет, в городе они поместятся, это не проблема. Просто у меня не так много ресторанов и мест отдыха… Не буду я из‑за этого сниматься.

— Да вы не понимаете! Мы созванивались, нас и так просят перенести конкурс на другую неделю, так как все админы у вашей игры заняты, и они не могут сделать этот самый мост — для восьми человек. А тут надо больше десяти тысяч перевести.

— Можно, я сейчас посоветуюсь… И перезвоню.

Надеюсь, он не сильно занят, а то я ему насоздавала уже проблем с этим конкурсом…

— Стас, скажи, пожалуйста, что у тебя найдётся для меня минутка!

— Даже три! С половиной!

— Я уложусь! Тут такое дело…

Быстро пересказываю разговор с председателем жюри и спрашиваю, что мне делать.

— Ну смотри, виртуальный мост делается один, без разницы, сколько человек по нему пойдут. Я сейчас договорюсь с техническим директором, его сделают, когда надо. С твоим председателем всё понятно. Ты, помнится, говорила, что тебе выше третьего места не светит из‑за более мажористых участников, чем ты…

— Стас! — возмущаюсь я. Вот совершенно не переношу, когда вспоминают деньги отца, которыми я стараюсь и не пользоваться. Ну лишний раз…

— Ладно, ладно, — примиряюще рассмеялся клан‑лидер и продолжил: — Твой председатель получил деньги за первое и второе место. Поди ещё и потратить их успел. Ну кто будет оценивать твой город со стороны, если зрители увидят лишь то, что будет на экране? А то, что покажут на экране, он выбирает сам. А вот когда несколько тысяч там окажутся и посмотрят вживую, сложно будет сказать, что это всего лишь третье место. В общем, не сдавайся и иди до конца — у тебя первое место.

— А если насильно подвинут? Вот просто снимут и всё? Подавать жалобу?

— А погоди немного… Не отключайся, я сейчас по другой линии позвоню.

— Алло, добрый день, Пётр Васильевич. Да, я. Да, это на мой город нападали в видео. Нет, помощь не нужна, всё разрулил. Я с коммерческим предложением. Тут у моей хорошей знакомой конкурс в игре, она претендент на первое место, и на осмотр её города, номинирующего в конкурсе, уже записалось тринадцать тысяч зрителей. А конкурс через два дня, то есть будут ещё. Она ищет, с кем заключить рекламный договор: всё же полтора десятка тысяч гарантированных зрителей на дороге не валяются. Да. Да. Нет, по цене вы сами, я номерок её сейчас вам скину. Да, там она победитель сразу по нескольким позициям. Я разговаривал с одним из членов жюри — это он как раз вёл видеорепортаж моего боя, да. Он говорит, что если девочку по заказу не подвинут, она — гарантированный победитель. Ну я тоже думаю, что теперь не подвинут. Хорошо, кидаю номер, она ждёт звонка вашего коммерческого директора.

— Оксана, приём? Ты чего там, плачешь, что ли? Отставить! Там тебе сейчас коммерческий директор будет звонить, не продешеви рекламу. Никто теперь тебя с первого места не снимет!

— Спа‑спа‑сибо! — выдавила я сквозь слёзы, но он уже отключился. Ничего, я не плачу! Просто что‑то в глаз попало! И в нос! И в горло…

Ну почему не он мой папа?!

А это ещё что за буквы во весь обзор?

~ Богиня Смерти Мортелия почтила вас своим вниманием, смертные! Примите вечность из её прекрасных рук! ~