Глава 446. От любви до ненависти один шаг (часть 14)

Из-за всех этих событий Вера покончила с собой, поскольку её пустили по кругу мужчины… Да к тому же испортили её внешность. Неужели Виктор хотел облить меня серной кислотой, он не удосужился причинить мне подобную боль, он просто желал мне смерти.

— Но ведь те люди не враждовали с вами, почему они поступили так жестоко? — даже если бы они враждовали, сколько ненависти нужно иметь, чтобы поступить так жестоко.

Он отрицательно покачал головой и вздохнул:

— В то время в Москве царил хаос, таких же ни в чём не повинных девушек как Вера было очень много. Герман обладал колоссальным могуществом, он торопился обелить себя, потому выгнал множество людей разного толка, которые находились под его руководством. Чтобы очернить Алёшиных, они специально искали одиноких девушек и расправлялись с ними, разузнав о потерянной дочери Германа. Они прибегали к крайне бесчеловечным мерам.

Я подумала, что подобные события прямо-таки неадекватны и абсурдны, потому в миг разозлилась:

— Как они могли так поступить!

— Из-за произошедшего тогда события, Герман в дальнейшем стал искать дочь более незаметными способами. Он неофициально наводил справки, больше он не проводил розыск открыто.

Я, наверное, всё поняла, все эти события Виктор трактовал так, что несчастье случилось в результате не отвеченного звонка. Поскольку никто не бросился немедленно спасать Веру.

У любой женщины, перенёсшей такое надругательство, даже если бы она выжила, не хватило бы мужества продолжать жить, тем более, когда её внешность обезображена. По причине этих событий Вера в итоге выбрала самоубийство, для неё это стало избавлением. Однако для Виктора и Руслана случившееся стало катастрофой, которую они не смогут пережить и за весь свой век.

Мы погрузились в молчание на весь оставшийся путь, когда мы вернулись в больницу, там Руслана обследовали и не выявили никаких осложнений. Поэтому Герман забронировал авиабилеты на рейс в Москву, вероятно мы вернёмся обратно. Всё это так обрадовало Татьяну, что та наготовила и привезла целую кучу вкусной еды. Все эти дни Герман и Татьяна почти всегда ели с нами в больнице.

Говоря словами Татьяны, чем больше людей за столом, тем вкуснее пища. Возможно за последние дни я ела больше, чем обычно, потому я необъяснимо чувствую, словно поправилась. Когда мы ужинали, Татьяна заговорила:

— Послезавтра канун Нового года, я поручила закупить продукты Лилии

Я кстати как-то слышала, что в Туле на Новый год любят есть мясной рулет и тушёную свинину с капустой, а это Лилия готовит мастерски.

Сказав об этом, она посмотрела на Руслана, на её лице по-прежнему сияла улыбка:

— Господин Демидов, а что вам обычно нравится есть в Санкт-Петербурге на Новый Год?

Руслан замер, наверное, дневная встреча с Виктором выбила его из душевного равновесия, потому он всё время молчал. Он так глубоко ушёл в себя, что словно не слышал ни одного слова Татьяны.

Я подняла руку и слегка потормошила его, он пришёл в себя, растерянно и оцепенело посмотрел на меня:

— Что случилось?

Татьяна неловко засмеялась:

— Едят ли что-то особенное на Новый год в Санкт-Петербурге?

Он отрицательно покачал головой и равнодушно ответил:

— Ничего особенно, как обычно.

Татьяна обомлела и не стала его дальше расспрашивать. Герман подложил Татьяне добавки, показывая знаком, что лучше есть молча.

После ужина изначально весёлая атмосфера стала неловкой, Руслан был чем-то озабочен.

Поскольку скоро мы возвращаемся в Москву, а Руслан теперь может сам без проблем вставать с кровати и садиться на неё, то Герман с Татьяной тоже вернулись в отель. Я осталась в больнице рядом с мужем, Татьяна с Германом ушли, а Руслан созвонился с Захаром, поручая ему дела по работе.

Я молча сидела в сторонке, ожидая пока он договорит, так прошло около получаса. Когда он положил трубку, то озабоченно нахмурился. Он вытащил книгу из моих рук, посмотрел на меня и походя произнёс:

— Захар найдёт самую лучшую мазь, когда мы вернёмся, ты ей воспользуешься и вскоре всё будет в порядке.

Заметив, как его взгляд упал на моё лицо, я сразу поняла, что он говорит о шраме на моём обличии. Я едва заметно покачала головой:

— Всё в порядке, это пустяк.

Он поднял руки с особенной нежностью. Я обняла его и сказала:

— Сейчас придёт врач и поставит тебе капельницу, ты сможешь поспать.

Он слегка улыбнулся и сжал меня в объятиях:

— Со мной почти всё в порядке, не волнуйся.

Как мне не волноваться, когда у него на спине такая огромная рана. Даже если она заросла, то всё равно в итоге останется шрам. Вспомнив о сегодняшнем деле, я невольно покосилась на него и сказала:

— Ты всё ещё беспокоишься каково там Виктору?

Он растерялся на мгновение, а затем отрицательно покачал головой:

— Нет, в тюрьме за ним присмотрят, с ним ничего не случится.

Я кивнула, и не осознавая зачем, посмотрела на него, разузнавая:

— Если ты не хочешь принять Татьяну с Германом, то я могу перестать общаться с ними.

Он нахмурился и удивлённо взглянул на меня:

— Почему ты внезапно заговорила об этом?

Как же ответить на этот вопрос? Я подумала и произнесла:

— Хотя Алёшины не виноваты в несчастном случае с Верой, но она пострадала из-за происшествия в их семье.

Я могу понять твою обиду на них, жизнь такая длинная, я не хочу причинять тебе неудобство.

Он прыснул от смеха:

— Эмилия, если мы будем нести на себя тяготы и несчастья прошлого, то тогда наш жизненный путь будет очень сложным.

Я остолбенела, мне хотелось сказать ещё что-то, но вошёл доктор. Врач проверил его рану и общее состояние здоровья, затем заговорил:

— Рана уже зарубцевалась, с ней проблем нет. Если будет чесаться пару дней, то не стоит трогать её руками, иначе повредите рану и это скажется на восстановлении.

Я кивнула, затем медсестра принесла мне пару рецептов для лекарств, там был список необходимых мазей для использования после выписки.

***

Из Новосибирска в Москву лететь недалеко, рейс длится четыре часа. Когда мы приехали в коттедж, нас ждала у ворот целая толпа. Вероника стояла самой первой, она сразу потащила Руслана, чтобы расспросить о ситуации поконкретней. Герман с Татьяной посмотрели на меня, Татьяна нерешительно потопталась на месте и сказала:

— Эмилия, скоро канун Нового года, если будешь праздновать с Русланом, то это будет не слишком весело. Как насчёт того, чтобы отпраздновать с нами, если вас страшит далёкая дорога, то мы с твоим отцом можем приехать к вам, может так и поступим?

Я опешила, подумала и ответила:

— Вам лучше поинтересоваться мнением Руслана.

Татьяна посмотрела на Германа, словно интересовалась, что он по этому поводу думает, а Герман взглянул на меня и произнёс низким голосом:

— Лучше Новый год встретить вместе, Анна с Ярославом тоже приедут, семьёй будет веселее.

Я поджала губы, не торопясь ответить, затем подняла взгляд на Руслана, которого расспрашивала Вероника. Кроме того, во двор медленно въехал чёрный «Лэнд Ровер», машина Олега. Тот припарковал автомобиль, затем первым делом сразу направился к Руслану. Олег встал между ним и Вероникой, посмотрел на него и тихо спросил:

— С тобой всё в порядке?

Руслан кивнул:

— Всё нормально!

Видимо он уже знал об инциденте в Новосибирске, в конце концов, они дружили столько лет, потому хорошо понимали, что друг у друга на уме. Затем вся толпа зашла в холл. Вероника словно бы провела все эти дни здесь, повсюду царил порядок, всё стояло на своих местах.

.

Загрузка...