Глава 481. Опасный маневр (часть 2)

Тхун быстро замотал головой:

— Еще нет, но скоро должны быть. Сейчас очень большой спрос от приезжих бизнесменов, значит, очень скоро стоит ожидать новую партию.

— Хорошо, — равнодушно ответил Кхайн и отпил глоток чая.

Затем его взгляд опустился на женщину, все это время стоящую в низком поклоне.

— Сколько прошло времени? — бесстрастно спросил он.

— Полчаса, — ответила та, всем телом задрожав.

Тогда Кхайн кивнул и сказал ей:

— Там сейчас как раз не хватает людей, ты пойдешь туда.

Женщина вдруг побледнела, ее ноги подкосились, она упала на колени и замолила:

— Господин, пощадите, больше такого не повторится!

Танвэй и Тхун сочувственно посмотрели на него и хотели что-то сказать, но как только увидели, что брови начальника начали подниматься вверх, тут же замолчали.

— Иди. Не трать мое время, — сказал Кхайн и поставил свою чашку на стол.

Мертвенно бледная, женщина поднялась, бросила на меня полный ненависти взгляд и удалилась.

Я все это время молча стояла в сторонке, а господин Кхайн не обращал на меня внимания, обсуждая дела с сидящими напротив него помощниками. Очевидно, он собирался продолжать игнорировать мое присутствие.

Я простояла так около часа. Наконец, почувствовав раздражение и ломоту в ногах, я не выдержала и спросила, прервав их беседу:

— Извините, а Вы долго еще планируете заставлять меня здесь стоять?

В воздухе тут же повисла тишина. Танвэй и Тхун замолчали и уставились на меня. Кхайн же так и не соизволил посмотреть в мою сторону, с непринужденным видом ритмично постукивая по столу своими длинными пальцами.

Не дождавшись его ответа, я продолжила:

— Господин Кхайн, я не знаю, чем Вы занимаетесь, но предполагаю, что если Вы хотите вернуть меня домой, то, скорее всего уважаете людей, которые меня ищут. И раз так, то, прошу Вас вернуть меня поскорее.

Ответом снова было молчание. Тхун посмотрел на меня, немного нахмурившись. Мне показалось, что в его взгляде сквозило сожаление из-за того, что я сказала неправильные слова.

Затем Кхайн равнодушным голосом заговорил:

— Сводите госпожу Афанасьеву на прогулку.

Эта простая фраза заставила меня растеряться. Я не понимала, что это значит. Танвэй поднялся и сказал что-то Тхуну на своем языке. Тот встал и, поджав губы, обратился ко мне:

— Госпожа, пойдемте.

— Зачем? — спросила я, невольно покосившись на господина Кхайна. Его ледяной взгляд не выражал никаких эмоций.

— Эмилия, много говорить — это не всегда хорошо, — ответил Тхун и с каким-то намеком посмотрел на напарника

Я не успела оглянуться, как оказалась на пути к длинному коридору на первом этаже виллы, подталкиваемая Танвэем. Я помнила: когда нас только привезли, Тамару и остальных девушек повели именно сюда. Невольно нахмурившись, я покладисто пошла с мужчинами.

Мы дошли до самого конца длинного коридора и остановились возле одной из дверей. Танвэй приблизился глазом к специальному сканеру, замок щелкнул, и дверь открылась. Я опешила, тут же осознав: у этих людей так много ресурсов именно из-за нажитого нечестным путем богатства.

Тхун толкнул дверь, и я вошла вслед за ним. Обстановка внутри была ошеломляющей, словно 3D пространство. Повсюду висели зеркала, и было бы очень сложно идти вперед, если заранее не знаешь дорогу.

Вскоре мы добрались до комнаты, похожей на операционную. Помещение было очень большим, самым большим из всех, что мы видели ранее, и отличалось от них тем, что было разделено на множество отдельных отсеков. Их невозможно было посчитать, но на вид — не меньше ста. Практически на всех операционных столах лежали люди, в основном это были женщины.

Я непонимающе посмотрела на Тхуна. Он молча продолжал вести меня дальше. Чем дальше мы продвигались, тем темнее становилось.

Сначала я подумала, что эти помещения предназначены для лечения людей, но, как оказалось, именно сюда приводили всех женщин, попадавших в эту виллу. На некоторых столах как раз в этот момент проводились операции. Врачи вскрывали женщинам брюшную полость. Их действия казались похожими на те, которые выполняют при кесаревом сечении.

Затем они укладывали в их матку заранее заготовленные камни, похожие на аквамарин и зашивали обратно.

Их хирургические манипуляции были сравнительно простыми, но при виде всего этого зрелища я с ног до головы покрылась холодным потом и застыла от страха.

Сзади послышался звук, и Танвэй грубо оттащил меня в сторону. Мимо прошли несколько докторов, толкающие носилки с лежащей на них женщиной. Я посмотрела на нее и похолодела от ужаса.

— Ну почему она? — тут же вырвалось у меня.

На носилках лежала женщина, которая приносила мне еду и заботилась обо мне в течение моего пребывания в этом доме. За что они так с ней…

Тхун проводил их взглядом, обернулся на меня и сердито сказал:

— Господин Кхайн — очень пунктуальный человек. А она привела тебя на полчаса позже, чем требовалось. Поэтому она поможет перевозить товар. Это ее наказание.

От его слов мне стало еще хуже. Я только сейчас поняла, что произошло. Женщину постигла эта ужасная участь из-за того, что она поздно привела меня вниз. Поэтому она так торопила меня, когда мы были в комнате. А когда уходила, посмотрела на меня с ненавистью.

Я нарушила их законы, и кто-то должен был за это ответить. И этим кем-то оказалась она!

Я открывала рот, но не знала, что сказать.

— Она умрет? — наконец, выдавила я.

Тхун пожал плечами:

— Трудно сказать. Аквамарин может находиться внутри матки какое-то время без вреда для организма. Когда она прибудет на место назначения, камни вытащят и с ней все будет нормально. Но также бывает случаи, когда в процессе перевозки организм реагирует и женщина умирает.

Вдруг у меня в голове что-то щелкнуло. Я вспомнила про Тамару и других девушек, которых привезли сюда.

— А с теми девушками тоже так будет? — дрожащим голосом спросила я.

Тхун поднял бровь, намекая, что это очевидно.

Я не осмелилась спрашивать что-нибудь еще. Все еще пребывая в шоке, я продолжала идти за мужчинами, не в силах продолжать смотреть на это зрелище.

Я не могла понять, как они смеют использовать орган, предназначенный для рождения детей, в качестве инструмента для перевозки камней. Процесс вынашивания и рождения и без того очень большой стресс для организма, а это даже не рождение, а серьезное операционное вмешательство, которое выдержит далеко не каждый организм.

Я начала понимать, зачем Кхайн поручил им привести меня сюда. Никакой нормальный человек не сможет спокойно смотреть на всю эту жестокость. Особенно, когда я знала, что среди этих женщин сейчас мои подруги, которым тоже придется это пережить. А я совсем ничего не могла сделать.

— Они… — начала я, но слова застряли в горле. Немного помолчав, я продолжила, — Они в порядке?

Загрузка...