Глава 6. Чудесный самоцвет



Игорь

Прошло несколько дней.

Вырвавшись из окружения бодливых пестрых козлят, Игорь чуть не споткнулся о развалившуюся в луже свинью и отступил. Тут весьма некстати ему под ноги бросились встревоженные гуси, и он все-таки угодил в коровью лепешку, риск столкновения с которой пугал его после проникновения на хутор гораздо больше, чем ожидаемая вражеская засада. Испачканный сапог был чужим, да к тому же нескладно сшитым из обрезков свиных шкур, его не жаль было выкинуть за плетень, однако Игорю надоело месить грязь босыми ногами. Старательно вытерев сапог о траву, он по узкой зеленой кромке доковылял бочком до маленькой глиняной хаты и громко постучал в дверь.

– Леночка, открой. Это я, Игорюня, – сквозь улыбку проговорил он слащавым голосом.

– Здесь я не Леночка, а Алена, – из дверей выскользнула молодая женщина в мешковатом сером платье. – Тише ты. Молча заходи.

Игорь разулся у порога и вошел в коридор. Под низким потолком витал пресный запах овсяной похлебки. Между крючками для одежды болтались связки трав, отпугивающих вредных насекомых.

Алена. От этого имени пахнет манной кашей. Фу! Детский сад! Надо же было так себя изуродовать! Добровольно исковеркать свое прекрасное имя, будто ластиком стереть яркую внешность и загубить жизнь в глухомани! Вот еще, нашлась отшельница!

Вспоминать Леночку – предпочитавшую яркий макияж длинноногую блондинку в мини-юбке и облегающей полупрозрачной блузке, Игорь не умел без неприличных фантазий. Он и сейчас хотел вкусить клубничную сладость ее соблазнительных красных губ, обнять ее стройную талию, почувствовать, как ее длинные красные ногти впиваются в его спину… Его желание не погасил унылый вид деревенской бабы с бесцветно-русыми волосами, загорелым веснушчатым лицом и бледными губами, как будто сдувшимися в тонкие полоски.

– Я ужасно соскучился. Давай, как раньше, а? – подхватив женщину, как будто завернутую в мешок, на руки, Игорь потащил ее наугад в первую комнату, где найдется кровать.

– Перестань! – воскликнула Елена, шлепая его по рукам. – Отпусти меня. Я замужем.

– Ты вышла за неандертальца – фермера? – возмутился Игорь, бережно поставив ее на ноги. – Я знал, что нельзя отправлять тебя на хутор. Нужно было подобрать тебе другое убежище.

– Но я люблю Матвея. Я вышла замуж по любви, и у нас скоро родится ребенок, – Елена положила руку Игоря за свой округлившийся живот. – Я сделала сознательный выбор. Не сердись.

– Значит, ты остаешься здесь навсегда?

– Похоже на то.

Скромная улыбка Елены окончательно выбила Игоря из колеи.

– Тут есть нормальная бритва? – он ощупал недельную щетину и заметался по коридору, открывая все двери подряд.

– Старый женский станок в ванной. Принесу тебе его позже. Ты сначала поешь, – Елена успокаивающе взяла его за плечо. – Я сварила овсянку с тертым сыром и гренками.

– “Доширак” нигде не завалялся? – у Игоря свело живот при мысли о пресной еде с неаппетитным душком.

– Нет, чипсы тоже давно съедены. Для тебя пожарю на второе баранину, – проводив гостя в тесную кухню, половину которой занимала огромная печь, Елена вытащила ушатом из духовки глиняный горшок и поставила в печь для разогрева залитую маслом сковороду. – Тебе сделать с кровью?

– Конечно. У меня тотальный упадок сил, – Игорь сел возле окна и уперся локтями в маленький стол, накрытый тряпичной скатертью. – И первого не надо, пожалуйста.

– Как скажешь, Игорек, – в брошенном искоса взгляде Елены проскользнула прежняя озорная искра.

– Чем ты занимаешься, кроме домашнего хозяйства? У тебя есть хобби? Я не имею в виду вязание крючком, – глотая слюни, Игорь слушал треск масляных пузырьков на сковороде и вдыхал долгожданный мясной запах.

– Я биолог по образованию, если ты не забыл, – напомнила Елена. – Изучаю редкие виды местной фауны, пишу соответствующие труды. Мне здесь нравится. В анларской миссии много плюсов. Тут безупречная экология, приветливые жизнерадостные люди. Никто друг на друга не кидается из-за пустяков. А в Москве, как бы тебе объяснить, сам воздух наэлектризован взаимной ненавистью. Всем как будто слишком тесно. Обязательно кто-то кому-то мешает.

– Разве ты не скучаешь по скорости ночной МКАД? Не хочешь порулить своей розовой козявкой?

– Лошадки, знаешь ли, душевнее. Они понимают слова, а не силу движений руля и педалей газ-тормоз, – Елена подала на стол полусырые ломтики баранины в глубокой белой тарелке. – Приятного аппетита, Игорек.

– Спасибо. Это то, что мне надо, – стремление Елены угодить Игорю вынудило его отказаться от чтения ей морали на тему: “Пропащая душа”.

– У тебя еще сохранился передатчик Отдела? – Игорь смог заговорить только после третьего куска баранины.

– Он лежит в сундуке с постельным бельем и ночнушками, – почувствовав его тревогу, Елена встрепенулась по-птичьи, хоть и была медиумом, а не оборотнем. – На самом дне.

– Сейчас же принеси его и сожги, – Игорь не донес кусочек мяса на вилке до рта, вернул его в тарелку.

– Зачем? Пусть лежит на всякий случай.

– Я сказал, что его нужно сжечь, значит, ты его сожжешь! Разве не слышала, Леночка?! Таких, как мы, убивают. На нас объявлена охота. Твари, идущие по нашим следам, чуют электромагнитное излучение.

– Передатчик выключен. Я им не пользовалась больше года. Он просто не может фонить, – сопротивлялась Елена.

– Даже выключенный, он поддерживает магическую связь с нашей станцией. Для них – плевое дело его обнаружить, – кисло улыбнулся Игорь, накрыв огрубевшие пальцы Елены своей пыльной ладонью.

Партнерша по служебному роману быстро поддалась его влиянию, минуты две спустя передатчик расплавился на связке почерневших от огня дров.

Еще несколько минут спустя, угощаясь парным молоком, Игорь задал Елене важный вопрос.

– Помнишь, о чем мы говорили в прошлый раз?

– О работорговле, – моментально вспомнила Елена.

– Есть что-то новое на эту тему?

– Увы, все по-старому. Иногда на хутор заезжают подозрительные типы из той категории людей, которые выискивают либо желающих продаться с потрохами, либо тех, кому есть кого продать. Можно сказать, бизнес процветает. Мой муж знает одного конкретного человека, вербовщика. Он мог бы порекомендовать тебя ему, если надо.

– Нет, – Игорь смахнул рукой молочные усы со щетины.

Он так и не нашел времени для бритья.

– Не понимаю тебя, Игорек, – непривычно светлые ресницы Елены взлетели вверх, обнажая глубокий синий взгляд. – Тебе ли бояться работы под прикрытием? Запишись в наемники. Лучшего способа подобраться к Ягуару ты не найдешь, поверь мне.

– Я завязал с примеркой чужих шкур. В определенных кругах я стал известной личностью. Мне даже пластика не поможет. Теперь я тень. Невидимый мститель.

– В таком случае мне нечего тебе пожелать, кроме удачи, – привстав, Елена чмокнула его в лоб.

После сытной трапезы хозяйка напрягла гостя работой под предлогом конспирации. Безусловно, перекидывание сена из телеги в стог – полезное занятие для жителя железобетонного мегаполиса, но Игорь вроде бы не жаловался Елене на недостаток физических нагрузок, да и его бицепсы-трицепсы выглядели достаточно упругими и объемными. Наслушавшись тревожных рассказов, она должна была срочно его напоить самодельной перцовкой и уложить в теплую постель, ну или хотя бы застелить для него узкую тахту в гостиной.

– Здорово, шурин!

Игорь обернулся на далекий бас, воткнув вилы в стог.

Муж Елены – пышнобородый толстяк ростом под два метра, в белой рубахе, полосатых шароварах и грязных сапогах, верхом подъезжал к плетню, отделявшему скотный двор от сада. За мохнатым пегим тяжеловозом фермера трусила тощая серая кляча, на ее спине вопросительным знаком согнулся колченогий гоблин в бурой шерстяной накидке.

– Здорово, Матвей! – поднял руку Игорь. – У нас гости?

– Лайлок ехал в город на базар, но сбился с пути и проплутал по лесным тропинкам до вечера. Негоже прогонять его в лес на ночь глядя. Надо бы дать ему приют и накормить ужином.

Матвей подмигнул Игорю, заехав во двор.

– Что ж, я не против, – агент принял участие в игре.

Постарался не выглядеть слишком напряженным, когда рядом с ним спешился гоблин. Елена упоминала о прочесывающих дальние хутора подозрительных типах, но прежде она не встречала среди них подобной экзотики.

Гоблин был худ, крив, и, вероятно, очень стар. Непрестанно шевеля кончиком длинного приплюснутого носа, он таращил на Игоря выцветшие подслеповатые глаза, испещренные красными прожилками. На его покатом лбу собралась от напряжения гармошка морщин. Огрубевшая кожа гоблина – местами темно-серая, местами зеленоватая, стерлась на ладонях до мелких розовых пятнышек. Губы огромного рта, почти упирающиеся в острие подбородка, имели нездоровый фиолетово-синий цвет.

– От всей души благодарю вас за доброту, почтенный хозяин, – изображая поклон, гоблин едва не свалился в лужу.

– Добро пожаловать к нашему очагу, – выломав из плетня длинную палку, Игорь предложил ее загадочному визитеру в качестве клюки.

– Еще более вас благодарю, – прохрипел гоблин.

Пахло от него не настолько ужасно, как ожидал Игорь. Чем-то вроде древесной стружки. Такого гостя можно пустить в дом, где нет освежителя воздуха.

Расположившись за столом, гоблин придирчиво обнюхал предложенную ему овсяную похлебку и обратился к Елене.

– Ежели милая хозяйка не погнушается добавить сюда жареных червячков, – он тихонько постучал по краю миски, – я буду готов отдать вам свой товар за половину цены, а то и за треть.

– Аленушка, я убрал банку с червями для рыбалки в подпол, – сказал Матвей. – Принеси ее и поджарь их всех в старом прогоревшем тагане.

Это было удивительное для Игоря зрелище – некогда его самая красивая и экстравагантная коллега, поджаривающая, как гренки, червей на чугунной сковородке.

– Что у тебя за товар? – поинтересовался Игорь, отслеживая путешествие червей из сковороды в похлебку гоблина.

– Волшебные камешки и целебные снадобья, – Лайлок подтянул за веревку к ногам дорожную сумку из мешковины. Покопавшись в ней, он выложил на стол тряпичный сверток и несколько прозрачных банок с разноцветной жижей. – Все самое лучшее, неповторимое, редчайшее и быстродействующее. С чего начать?

– Со снадобий, – заинтересовалась Елена. – Тут что за зелье?

Она ткнула пальцем в банку с серо-коричневым содержимым.

– О! Вы указали именно то, что наилучшим образом подходит для вас, – сладко пропел гоблин, сложив пополам розовые изнутри уши. – Грязь из непроходимого болота Майлимановой Пустоши. Я чуть не утонул, добывая ее. Она поможет вам на долгие годы сохранить молодость и красоту.

Он открыл банку, навернул грязь на указательный палец и поднес к лицу Елены. Жуткое зловоние распространилось по кухне, и все, кроме увлеченного рекламой продавца, защемили носы. Мыча, Елена отрицательно помахала руками.

– Волшебные камни вас точно соблазнят, я убежден, перед ними еще не устоял ни один привереда, – закрыв банку и размазав грязь с руки по краю скатерти, Лайлок развернул сверток. – Подслушивающие камешки, – он выкатил на стол два крапчатых шарика. – Один закопайте под углом соседского дома, а другой положите к себе под ушко, и узнаете все тайны ваших соседей. Тут у меня обереги для новорожденных, – он тепло улыбнулся Елене, перекатывая белые подвески на шнурках, – а тут – каменные колокольчики для скотины, тончайшая гномья работа. Отгоняют хищных зверей, – позвенев колокольчиками, Лайлок нагнулся под стол. – Ой! Как я мог забыть новинку из новинок! Сушеные грибы рогатки против супружеской измены.

Гоблин встряхнул сумку, высыпая из нее сморщенные грибные шляпки. Вместе с ними выпал ярко-красный овальный камешек, и его быстро подхватил Игорь.

– Ох! – растерянно произнес Лайлок, не собиравшийся выставлять красный камень на продажу.

– А какую волшебную тайну хранит этот товар? – с притворным равнодушием поинтересовался Игорь, рассматривая находку.

– Его называют Кровавая Слеза. Если верить древнему преданию, он способен отвести взгляд вампира. Я не могу истолковать, что значит “отвести взгляд”, сам не понимаю путем… Но Слеза много лет сопровождает меня в бесконечных странствиях и, как видите сами, вампиры меня пока что не сцапали, – замешкался Лайлок. – Слезу мне подарил друг – последний Великий Шаман из племени орков Щавелевой Степи. То был его прощальный, предсмертный дар. Откуда она у него взялась, он никому не говорил.

Опустив камень в центр стола, Игорь не перестал на него смотреть. Его прямо-таки раздирало от желания заполучить древний артефакт. Тайный агент понимал, что, скорее всего, подвергается вражеской проверке и не должен выдать своего интереса к Кровавой Слезе. Раздавив мечту бугристой мысленной подошвой, Игорь оторвал взгляд от заманчиво поблескивающего камня.

– Я куплю его, – неожиданно выручил фермер, оказавшийся вовсе не бессердечным чурбаном. – Сколько ты за него хочешь?

– Много, очень много. У вас не хватит денег. Да и какая вам польза от Кровавой Слезы? – гоблина пробрала нервная дрожь. – Вы не странствуете по всему миру, не заглядываете в его темные уголки.

– Я хочу защитить от вампиров мой скот, – не отступил Матвей. – И не забудь, ты обещал уступить товар за треть цены в обмен на жареных червей в похлебке. Так вот, я сделал выбор. Мне нужен только этот камень.

Скрестив пальцы, Лайлок испуганно оглядел рассерженных деревенских мужиков, привычных к тяжелому физическому труду, и не осмелился продолжить спор.

– Тридцать серебряных литенов, – он назвал вполне приемлемую цену.

– По рукам, – одобрил Матвей, забирая камень.

На рассвете спровадив гоблина с хутора, Матвей положил волшебный камень в замшевый мешочек и привязал шнурок от него к лапе орла, севшего ему на руку.

– Держи, шпион. Мне камень не нужен. Вампиры здесь сытые, в лесах полно диких зверей. У меня, слава Богу, ни одной скотинки не увели. А тебе, кто знает, может он спасет жизнь или просто пригодится в работе.

– Спасибо, Матвей, – заклекотал орел, развернув крылья. – Я твой должник. Закончу дело и верну долг. Леночку береги. Пока. Хорошего урожая твоим полям.

– Взял бы коня, – щедрость фермера превзошла ожидания Игоря. – Поберег бы крылья. Уступлю тебе недавно объезженного жеребца. Настоящий ураган. Мигом донесет до города.

– Я должен быть незаметным. Помнишь? – Игорь постарался улыбнуться клювом.

В сад вышла Елена.

– Пока, Игорек, – она помахала рукой вслед поднявшемуся в воздух орлу.

– Пока, Леночка, – сделав крутой разворот, Игорь прибавил к словам птичий крик. – Передам от тебя привет нашим ребятам, если, конечно, вернусь.

– Хвала бойцам Отдела и смерть Ягуару! – переиначили местный боевой клич Матвей и Елена.

– Смерть Ягуару! – прокричал Игорь из-под облаков.



Загрузка...