Бегемотовы записки

Собака Бегемот и осень

Собака Бегемот и осень

Наступила осень, на улице похолодало, отопления пока нет. Дома тоже стало прохладно. И собака Бегемот отправился на зимовье. Больше его не устраивает ни красивый коврик, ни две теплые лежанки. Даже спальное кресло номер два, в котором собака Бегемот, кстати, уже выкопал солидную яму, больше ему не годится. Лучшее место для зимовки — хозяйская кровать.

Теперь собака Бегемот отдыхает на моей кровати днем, и спит ночью. Самое важное для собакобегемотова обустройства — лечь точно по центру кровати. Не знаю, как он это определяет: не удивлюсь, если собака Бегемот знаком с геометрией, мысленно проводит диагонали и ложится на их пересечении. Главное, собака Бегемот всегда лежит в центре.

Вечером, после выгула, он торжественно укладывается на кровать, и заявляет:

— Спать пора.

— Надеюсь, тебе не мешает свет? Хочу еще почитать.

— Нет, совсем не мешает, — милостиво соглашается собака Бегемот. — Делай, что хочешь, я буду спать.

Сдвинуть собаку Бегемота невозможно, приходится спать там, где есть место. Зато он усыпляюще храпит, это просто настоящая колыбельная. Многие сравнивают бульдожий храп с мужским. Нет, нет и нет. Храп бывшего раздражал меня дико. Собака Бегемот храпит гораздо громче, но в сто раз уютнее и милее.

Когда я засыпаю, собака Бегемот просыпается. Как мафия. И решает, что настало время украсить мой сон, придав неповторимого шарма нашему совместному логову. Собака Бегемот мягко спрыгивает с кровати, и возвращается с подарками. Тут не угадаешь, что он в следующий раз принесет. Это может быть украденное в кухне полотенце, игрушка или обрывок бумаги, которую собака Бегемот терзал накануне.

Сегодня я проснулась от ощущения дискомфорта. Что-то впилось в спину. Исследование показало: я лежу на огрызке груши, которую вечером ел собака Бегемот.

— И зачем ты его принес? — спросила я, отскребая от себя огрызок.

— Не доел и спрятал на черный день, — пояснил собака Бегемот.

— Понятно. Но зачем же в кровать?

— Самое надежное место. Я тебе доверяю, ты не сожрешь.

— Да уж, тем местом, под которое ты подпихнул заначку, сожрать было бы затруднительно, — проворчала я.

— Лучше бы ценила мое доверие, — слегка обиделся собака Бегемот.

— Я ценю. Но теперь постель менять придется.

— Тебе разве трудно?

— Нет, — я поцеловала собаку Бегемота. — Это совсем небольшая цена за твой усыпляющий храп.