Беги, ведьмочка, беги

Глава 38. Мои желания

Спустившись в сад, Олих быстро нашел Велму. Она что-то искала в траве, под кустами, забавно морща носик и что-то бормоча себе под нос.

Заинтригованный ее поведением, он не стал показываться ей на глаза, а шел в нескольких шагах позади нее. Но она была так занята своими поисками, что совершенно не замечала его.

Спустя какое-то время, она и вовсе встала на четвереньки и полезла под разлогий куст. Сначала до Олиха донеслось ее сопение, которое переросло в кряхтение. Затем она стала повизгивать, а когда раздались всхлипы, то решил вмешаться. Подошел поближе и тоже заглянул под куст.

В руках ведьмы был зажат тощий росток какого-то растения. Но выбраться она не могла, потому что ее волосы зацепились за колючие ветки, и чем больше она ерзала и пыталась освободиться, тем больше запутывалась. Бросать свою находку она не собиралась, и опершись на локти, безуспешно пыталась распутать волосы.

Всхлипы не просто не прекращались, а даже усиливались. Так что он принял решение и, схватив ее за талию, потянул на себя. Под звонкий вскрик и треск ломаемых веток ведьма была спасена. Правда, спасибо своему спасителю сказать не торопилась.

— Да какого… Да что ты творишь! — возмущенно зашипела она, — Ты же мне волосы вырвал!

Такая она показалась ему смешная — красная от возмущения, испачканная в земле, заплаканная, и с помятым бурьяном в руках.

Наклоняясь к ней все ближе и ближе, он уже собрался поцеловать ее, как вдруг она, прогнувшись в спине, отодвинулась от него и засунула бурьян в рот. Кривясь и морщась, она поспешно его жевала. А прожевав, уставилась на него.

— Ну, вот. Теперь можно.

— Что именно "можно"? — Олих был заинтригован.

— Разве мы не будем… целоваться и остальное…?

— А ты бы хотела?

Ведьмочка покраснела, засмущавшись, потупила скромно глаза.

— Или может, ты попросту голодна?

— Пппочему это я голодна?

— А с чего бы ты еще траву ела? Велю выпороть повара, за то, что не накормил тебя.

— Ах, ты об этом…

Странно, что она при этом стала пунцовая, как рак. Но при этом водила пальчиком по его груди, накручивая на него выбивавшиеся из-под рубашки волосы.

— Зачем ты ела траву?

— Потому что ты так быстро появился, что я не успела сделать отвар из нее.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем тебе отвар из бурьяна?

Вот же, приставучий какой! Его губы были так близко, что сбивали меня с мысли. А его запах… Еще утром он чуть не свел меня с ума. Украдкой посмотрев по сторонам, я убедилась, что в саду мы были одни. Без Урласа.

— Для чего нужен тебе тот отвар?

Я тяжело вздохнула. От этого дракона, по всей видимости, так просто не отделаться. Придется признаваться. Ну и что тут такого? Я ничего предосудительного не делала.

— Я не хочу забеременеть.

И стрельнула на него взглядом. Он выглядел… пришибленным. Он что, не может иметь детей? Или я обязана мечтать о такой "чести"?

— Боюсь тебя расстроить, — он все же наклонился ко мне, но не поцеловал, а слизнул языком капельку сока той самой травы, притаившейся в уголке губ. Поморщился от горечи и с жалостью на меня посмотрел.

— Ты не забеременеешь.

— Почему ты так уверен?

— Урлас сможет иметь ребенка только от женщины, признанной его магией. Но ты не можешь быть этой женщиной.

— Это почему еще?

— Будь это так, он бы мне сказал.

Ну, это уже хорошо. Но перестраховаться все же, стоит. Вот не доверяю я Урласу. И тем более, его магии.

Ну а сам-то? Спросить прямо я постеснялась, но взгляд мой, надеюсь, был выразителен.

— А со мной этот номер не пройдет. Можешь хоть всю траву в саду съесть, но если дракон захочет посеять в тебе свое семя, то ему это удастся в любом случае.

— И тебе?

— Но я же дракон. Может, мне стоит доказать это?

Он стал медленно продвигаться вперед, приподняв меня за попу так, что ноги мои болтались в воздухе.

— А кстати, — спросил он, прижав меня к стволу дерева, — расскажи ка мне, что с тобой вчера произошло?

— Что именно ты хочешь знать? — я попыталась выиграть время и решить, стоит ли ему рассказать о мужчине, едва не убившем меня. Но колено, вдруг втиснувшееся мне между ног, выбило из меня дух и перемешало все мои мысли.

— Кто к тебе приходил вчера?

Ой! Кажется, он догадывается о посетителе. Сидя верхом на его колене, было крайне тяжело сосредоточиться. Ну, да ладно. Будем клин клином вышибать. Я потянулась к нему и прижалась губами к его рту. Скорее почувствовала, а не увидела его улыбку. Просунула язык между его губами и провела им по зубам, покружилась, лаская внутреннюю часть его губ. Встретилась с его языком, совершенно неподвижным.

— Кто-то приходил?

Что-то зашелестело над моей головой. Я открыла глаза и встретилась с его ленивым взглядом. А ведь не отступит. Все равно придется признаваться.

— Ты обещал меня охранять, дракон. — Олих удивленно вскинул бровь.

Что-то темное появилось перед моими глазами. Я подняла взгляд и ахнула: через ветку над моей головой был перекинут шелковый черный пояс-кушак, еще недавно придерживавший его штаны.

Я еще не успела ни сообразить, ни что-либо сказать, как он завел мои руки над головой и быстро перевязал их, словно наручниками, поясом.

— Бить будешь? — я смотрела на него во все глаза. Вид у него был, словно у ребенка, любующегося на свою игрушку. Хитренький, до чертиков довольный. — Отпусти, и я все расскажу.

— Конечно, расскажешь, — Олих убрал свое колено. Оказавшись без его опоры, я могла едва касаться земли кончиками пальцев, задевая пятой точкой шершавый, даже через платье, ствол дерева. Я просто не могла поверить в то, что он меня обидит. Этого не может быть! В его глазах сверкало и предвкушение, и удовольствие, но только не злость. Нет, нет, нет! Это какая-то игра!

Он встал между мной и стволом дерева и обнял за шею, одновременно тиская мою грудь.

— Ну, давай, не тяни. Рассказывай, — промурчал он мне в ухо и захватил пальцами горошину соска, покатал ее межу пальцами, погладил. Откинув голову ему на плечо, я шептала:

— Пытать будешь?

— Буду, — его язык забрался в ушко, вызвав во мне табун мурашек.

Ну, пытай. Я все же умудрилась оттопырить назад попу и потерлась о его возбужденные чресла.

Подол платья вдруг оказался у меня на талии, а его руки, не стесняясь и ни в чем себе не отказывая, летали по моему телу, заставляя стонать, охать, гореть в огне и содрогаться от сладостных спазмов. В какой-то момент я потерялась от наслаждения, а когда в сознании слегка наступил просвет, я уже лежала в его нежных, совсем не драконьих, объятиях, уткнувшись носом в его шею. Мягко оглаживала сочная трава наши обнаженные тела. Солнечный зайчик, пробиваясь сквозь листву дерева, под которым мы устроились, перепрыгивал с моего лица на его. Его рука покоилась на моем бедре, а другой он лениво перебирал мои локоны.

— Ведьма, — говорил он. Но в его устах это звучало, как ласка, а не обидное прозвище.

— Давай поиграем в исполнение желаний? — вдруг предложил он. А я даже улыбнулась. Вот уж боюсь того, что загадает дракон. И как я буду это исполнять?

— И есть условия этой игры?

— Всего одно. Я исполняю твое желание, а ты исполнишь мое.

— А если у меня два желания?

— Давай, пусть будет два на два.

Долго думать мне не пришлось. У меня не так уж много пожеланий.

— Я хочу оказаться в мире, где поселилась моя сестра.

— Не считается, после окончания договора ты и так там окажешься.

— Ну, хорошо. Тогда я хочу удостовериться, что с ней все хорошо.

Он думал всего несколько секунд.

— Сделаю. Завтра же ты увидишь ее. Но не могу гарантировать, что она тоже тебя увидит.

— Что, правда? Ты это сделаешь? — я приподнялась и посмотрела ему в лицо. Расслабленное, без тени сомнения или неудовольствия. Он лишь запустил мне руку в волосы и мягко нажимая, вернул мою голову обратно к себе на плечо.

— Я же обещал. Завтра же и сделаю.

— Спасибо, ты сделаешь меня счастливой.

Он даже фыркнул.

— А я думал, что сделал это несколько минут назад.

Я тихо засмеялась в ответ. Наглый, самонадеянный, мой ласковый дракон.

— Какое же твое желание?

— Я еще думаю. Давай, загадывай пока второе желание.

— И ты не обидишься?

— Нет.

— Не разозлишься?

— Уже начинаю злиться…

— Я больше не хочу спать с Урласом.

Все. Сказала, словно выдохнула. И жду. Когда фыркнет, вскочит, а то ругаться начнет.

— Странно. Мне показалось, что тебе нравится то, что он с тобой делает.

— Мне нравится ТО, что делаешь со мной ты.

В глубине, под его ребрами что-то заурчало-замурчало.

— Хитришь? Думаешь провести меня? — в его голосе звучала улыбка, но заглянуть себе в лицо он мне не дал, прижав голову к себе.

Дооолго так мы пролежали молча. Я уже даже уверилась, что он и вовсе не ответит.

— Так что, ты не передумала?

Я тоже промолчала. Не заигралась ли я в желания с драконом? Как бы еще хуже не вышло.

— Хорошо. Исполняю. Больше никто, кроме меня к тебе не притронется.

Вот ведь я глупая! Радоваться бы надо, а у меня из глаз слезы потекли.

— Спасибо, — прошептала я.

И вдруг оказалась на спине, прижатая его горячим телом. Вытирая пальцами слезы из моих глаз, он мягко поцеловал меня. Я очень скоро поняла, что он вновь очень возбужден. А я вовсе и не против.

— Ты готова выполнить мои желания?

Киваю и не могу глаз от него отвести.

— Второе желание я озвучу тебе завтра. А сейчас — первое. Я хочу знать все, без утайки, что произошло с тобой вчера?

Да я бы и так рассказала. Без этих игр.

И рассказала. Все, что помнила. Все, что тогда почувствовала.

Он смотрел на меня внимательно, пристально, словно всматриваясь — не совру ли я. А к концу рассказа даже прищурив глаза. И хотя проступившие на скулах и груди чешуйки меня напугали, я не остановилась и не отвела глаза. Рассказала все и замолчала, ожидая его вердикта.

Но он ничего не сказал. Лишь развел коленом ноги и вошел в меня одним резким движением. До самого конца. Я была на грани наслаждения и боли, когда он вбивался в меня резкими, ритмичными движениями. Он зарычал, и я почувствовала, как горячее семя заполнило мое лоно.

Еще не вышел из меня, а приблизил свои губы к моим, опалил меня своим дыханием.

— Прости, что не защитил тебя.