Беглецы

- Кончай приставляться! Садись, опять будет разговор.

Хорузар послушно открыл глаза. Перед ним стояла фигура в плаще с накинутым на голову капюшоном.

- Опять ты, - проворчал орк и пообещал: - Когда-нибудь я отрежу тебе голову, колдун.

Тот засмеялся:

- Я знаю, ты настоящий орк. За все, что я для тебя сделал ты с удовольствием замучил бы меня насмерть. Ладно, я не обижаюсь. Ты нам такой и нужен.

- Может ты скажешь - кто это мы? И зачем теперь вы мне? Все что я хочу я могу достичь сам.

- Можешь, можешь, - миролюбиво произнес маг. - Только дело в том, что мечты у тебя малюсенькие, как у птички - поклевал и сыт.

Хорузар зарычал, за последние годы он отвык даже от малейших проявлений несогласия, а тут прямое оскорбление. Он поднялся и во весь свой рост завис над человеком.

- Хватит! А то я, действительно, не выдержу!

- Это тебе хватит! - резко и зло ответил маг. - Начинай соображать. И помни, мы помогли тебе подняться мы можем и опустить тебя в грязь!

Хорузар прекрасно понимал, что его угрозы не испугают человека, легко проникающего в самое сердце Орды, в шатер вождя. Но природная смекалка постоянно заставляла его испытывать мага на прочность, глядишь - где-нибудь да появится слабина.

Сделав вид, что с трудом успокаивается, Разрушитель сел обратно на шкуру.

- Садись. Будем говорить.

Но маг, не дал даже в малом покомандовать собой.

- Я постою. Мне скоро уходить. Сегодня разговор к тебе совсем короткий. Есть у тебя отчаянный и не совсем глупый командир? Который выполнит твой приказ даже погибая?

Хорузар сразу подумал про своего любимца - Борезгу. Но решил сначала выслушать, зачем такой воин нужен колдуну.

- Найду. У меня все воины готовы умереть, но выполнить приказ.

- Я тебе сказал - только не тупой.

Орк хотел опять показать свое возмущение, но решил, что не стоит тянуть время, надо узнать, что опять нужно этим чернокнижникам.

- Говори, что надо. Я сказал - командир есть.

- Как только перейдешь реку, сам с основным войском пойдешь на Олендорм. А отряд в половину тысячи отборных воинов отправишь вниз по реке - там надо захватить кое-кого.

Про поход к столице - это совпадало с его планами и Хорузар возражать не стал, но вот про то, чтобы оторвать от войска полтысячи лучших воинов, даже и разговора не могло быть.

- Там что - большой отряд?

- Нет. Несколько человек.

Орк чуть не рассмеялся, потом до него дошло.

- Значит, маги? И вы думаете полтысячи с ними справятся?

- Нет, не маги, - начал раздражаться колдун. - Не забивай себе голову. Делай, что тебе сказали и все у тебя будет хорошо.

- Я ничего не понимаю, - честно признался Разрушитель. - Чтобы поймать несколько обычных людей, нужны пять сотен воинов?

- Тебе не надо понимать! - резко прервал гость. - Отправишь отряд и все. Где твой командир? Зови. Сейчас я покажу ему кого надо искать.

Однако, этого Хорузар позволить не мог.

- Нет. Я не хочу, чтобы кто-то знал о тебе.

- Я тоже. Зови. Он ничего не узнает обо мне. Не забывай кто я.

Орк недоверчиво покачал головой, но подошел к пологу, откинул и крикнул охране:

- Борезгу сюда!

Через несколько минут полог опять распахнулся и вошел молодой воин. Хорузар напрягся - что будет? Колдун отошел в сторону, но прятаться не собирался. Борезга удивленно посмотрел на молчавшего вождя и спросил:

- Что ты, Хорузар? Что молчишь?

Значит, не видит и не чувствует, понял правитель. А может, наоборот, это только я вижу колдуна, а на самом деле его здесь нет?

- Расскажи ему про задание, - не обращая внимания на прибывшего, приказал маг. - И скажи, что сейчас покажешь кого надо найти.

Борезга не слышал этих слов. Он стоял и с недоумением смотрел за застывшего вождя. Наконец тот начал говорить, и морда молодого орка стала еще более удивлённой. Но совсем он ошалел, когда Хорузар предупредил его, что сейчас покажет тех, кого надо найти. Вдруг, посреди шатра, почти на самой шкуре, где сидел правитель стали один за другим появляться фигурки.

Хорузар хоть и ждал этого, но тоже вздрогнул, а Борезга, тот просто вошел в ступор, переводя расширившиеся глаза с фигур на вождя и обратно.

Сначала появился молодой воин-человек. Совершенно обычный, только с необычным оружием, Хорузар встречал такие сабли. Они были у неуловимых соседей по степи, кочевников, которые жили на самом юге, почти в пустыне.

Потом, пошло, вообще, что-то непонятное - один за другим стали появляться дети. Сначала девочка-человек, потом маленький гном, тоже девочка. Следующим появился тот, при виде которого, орки дружно рыкнули - маленький первородный эльф. Хорузар невольно потянулся к дубине, а Борезга даже шагнул вперед, намереваясь рубануть фигурку своим кривым мечом. Но когда он исчез, появился еще более непонятный персонаж - это был их сородич. Мало того, он еще и принадлежал к тому же роду, что и Хорузар. Ясно было, что он чаринг - и, похоже, шаманский служка. На груди висел мешочек со священным прахом, покрытый родовыми узорами чарингов. Одного уха у мальчика не было.

Когда колдовские фигурки исчезли, Борезга благоговейно взглянул на вождя.

- Хорузар, ты не только великий воин, но и великий шаман! Я все сделаю! Их надо убить?

Разрушитель замешкался, что надо сделать с этой компанией дальше, после того как найдут, он не знал. На помощь пришел маг.

- Скажи, их надо привезти в Орду. Живыми! Пусть погибнет весь отряд, но они должны быть живыми.

Такой приказ не удивил молодого военачальника. Удивлению уже просто некуда было вместиться. Борезга лишь кивнул в знак того, что понял приказ.

- Все. Скажи ему, чтобы уходил.

Как только Борезга вышел, орк повернулся к колдуну и издевательски спросил:

- Великий колдун боится детей? А это не они случайно тебе щечку поцарапали?

Он уже давно разглядел шрам на правой щеке гостя.

- Все это не твое дело, Хорузар. Твое дело разрушить Олендорм. Я ухожу.

Он пошел, но уже у самого выхода остановился и добавил:

- Еще раз предупреди своего воина, чтобы он не расслаблялся - эти дети, только на вид дети.

***

История пятая

Орки и эльфы. Полукровки и чистильщики. К морю.

Соболь стоял у стены в большой комнате в подвале и во все глаза смотрел на сидевших за столом. Он впервые видел тех, о которых так много слышал в своей жизни. Откуда тут, в городе оказались эльфы и зачем они затащили его к себе, он понятия не имел и теперь не знал, чего ждать от этих высоких стройных и опасных красавцев.

В подвальном зале не было окон и помещение освещала яркая лампа с зеленоватым колдовским огнем. Радан видел такую в детстве - у деда в его княжеском доме. Никто не отбирал у него оружие, сабля так и висела за спиной, но в случае чего, она ему явно не пригодится - на столе перед эльфами лежали луки. Он сам был неплохой лучник, но, когда увидел, как быстро и метко стреляют эльфийки-полукровки, понял, что до настоящего стрелка ему далеко. А если, судя по рассказам, настоящие эльфы стреляют еще лучше, то он даже вытащить саблю не успеет. Кроме того, тот, который втащил его в дом, а потом провел по узкой лестнице вниз, стоял справа в проходе и играл длинным узким кинжалом с затейливой вязью рун по всему клинку. Наверное, он его тоже не для красоты носит.

Первым нарушил молчание, сидевший в дальнем торце стола, прямо напротив Радана, длинноволосый эльф с нервным лицом.

- Человек, ты вчера пришел в город, - безапелляционно заявил он. - А перед этим ты плыл на лодке с детьми. Где они сейчас?

Так вот вы кто! - сообразил Соболь. У него в голове сразу всплыл рассказ Марианны. - Значит, это те, кто ищут наследника Правителя Синей Горы. Но откуда они все про меня знают? Не видели же они все сами, тогда бы я и все остальные, кроме маленького эльфенка, валялись сейчас на берегу, и из каждого торчала стрела. Радан решил не скрываться - все-таки они спасли его от патруля, но представиться ничего не знающим.

- Да, это я. Зачем я вам?

- Ты нам не нужен, нам нужны дети.

Что это с ним, удивился юноша - красивое лицо главного эльфа начало подергиваться. Он явно закипал. 'Но я еще ничего такого не сказал. Хорошо, что не начал сразу ерепениться, похоже, командир у них больной какой-то'.

- Но их здесь нет. И я не знаю, где они. Они просто подобрали меня на берегу и помогли добраться до Серебримуса.

'Не могут же эльфы знать про кровавую встречу в таверне на берегу'.

- Расскажи нам все. Как ты оказался в их лодке, что они тебе говорили и куда они направляются?

Мелодичный звонкий голос сейчас звучал твердо и опасно. 'Если что, эти красавчики прирежут меня еще быстрее, чем орки'.

- Я шел по берегу, мне надо было попасть в какой-нибудь город, - начал лавировать Соболь, пытаясь не запутаться в собственной лжи. - Ребята оказались посланцами неба, и я, вместо того чтобы целый день сбивать ноги, с комфортом доплыл до Серебримуса.

- Куда они направляются? - эльфа интересовало только свое и, несмотря на свой же вопрос, он не собирался выслушивать рассказ человека.

- Сильно он на счет этого не распространялись, но как я понял из разговоров, они сами не знают куда плывут. Но останавливаться не собираются.

Выслушав Радана, эльф посмотрел на своих.

- Ничего нового. Зря только выслеживали его. Выкиньте парня.

Соболь уже обрадовался, что легко отделался - почему-то этот эльф казался ему опаснее чем то, что могло ждать его на улице - но тут к главному подошел тот, что стоял в проходе, наклонился и что-то прошептал. Радан смог разобрать только имя - Витайлеан. Нервный эльф махнул рукой.

- Подождите, не отпускайте его.

'Что он ему напел там?'

- Ну-ка расскажи нам, от кого это ты сейчас бежал, и, что происходило ночью на постоялом дворе, где ты ночевал?

- Зачем это вам? Это наши человеческие дела. Вы же все равно, не будете в них вмешиваться.

- Давай рассказывай! А мы решим, ваши это дела или нет.

Стараясь все так же, не увязнуть слишком глубоко во лжи, Радан изложил свою версию произошедшего вчера и сегодня. Из его рассказа выходило, что и ночью, и сегодня утром, он оказался на месте непонятных событий случайно. И тем более не знает, что там в действительности происходит. А убегал, потому что растерялся - там творилось демон знает, что - поневоле побежишь.

Радан видел, что у главного, вопросов к нему нет, тот явно поверил в рассказ, но, теперь, он уже не стал отпускать его просто так.

- Заприте его в комнате. Подождем, когда появятся разведчики с улицы, может что-нибудь прояснится. Нам все равно можно будет уходить только ночью.

Потом повернулся к Соболю.

- Ты не бойся. Мы не убийцы. Эльфы никогда не убивают зря. Просто я опасаюсь, что ты неосторожным словом выдашь нас. Поэтому посидишь до ночи, а потом отпустим. Ты голоден?

Хотя Радан ел в последний раз вчера вечером, он отказался от пищи, лишь бы быстрей исчезнуть с пронзительных взглядов эльфов.

- Ладно, все равно, дайте ему сыра и хлеба. И поставьте кувшин воды.

Соболь сидел на лавке у самой двери и приложив ухо к трещине в шершавой доске, напряженно прислушивался. Теперь, когда он попал в неожиданное непонятное заточение и узнал кого ищут его тюремщики, он начал переживать уже не только за себя. Несмотря на то, что у него даже не отобрали саблю, он понимал, что находится полностью во власти длинноухих. А дети будут ждать его, как договорились - и дождутся не его, а эльфов. Для эльфенка это может и к лучшему, ну а остальным, особенно, маленькому орку - это смерть. Радан нисколько ни купился на доброе отношение эльфов к себе. В родном краю он учил историю и знал, что, если надо, эти благородные красавцы, действуют не хуже мясников-орков. Интересно, что делают эльфы в городе людей, ведь после ссоры Дугавика с эльфийским двором, дело шло к настоящей войне.

Щель он нашел случайно, когда пробовал примоститься на лавке, чтобы уснуть. Он поворачивался то одним, то другим боком и услышал эльфийскую фразу. Пристроившись поудобней, Соболь вслушался в разговоры. Хоть он и не все понимал, но ключевые слова, как и слова оркского или гномьего языка он знал. Мать хотела, чтобы дети были образованными - не хуже родственников из княжеского дома. Правда, удалось это только с Раданом и младшей сестрой. У старших детей с учебой так ничего и не вышло, им, как и отцу больше нравилась охота.

Соболь сидел долго, него уже затекла шея, но делать все равно было нечего, а тут вдруг повезет - услышит что-нибудь полезное. И он дождался, когда появились разведчики - хотя совсем не того, что хотел услышать, но все равно что-то интересное. Хотя эльфы разговаривали вполголоса, острый слух Соболя позволял различить почти все. В первый раз, когда он услышал знакомое имя, он не придал этому значения, мало ли на свете женщин по имени Крис. Но, когда тут же прозвучали имена - Алмаз и Веда, сомнений у него не осталось - говорили про его знакомых, девушек-полукровок из города Вогалов. Сейчас он и сам начал вспоминать, что он слышал на улице боевой клич черной сотни, но тогда совсем не связал его с полуэльфками.

Вдруг, он понял, что говорят о нем - старший приказал привести его. Пока клацал засов, Радан кубарем скатился со скамьи, снова сел, привалился спиной к стене и закрыл глаза.

- Вставай, иди сюда!

В зале, где стоял большой стол, в этот раз было малолюдно, всего четверо, зато двое из них были новыми для Соболя.

- У меня появилось к тебе пара вопросов, - сразу перешел к делу тот, кого звали Витайлеан. - Я хочу, чтобы ты еще раз рассказал нам про то, что происходило утром на рынке.

Все четверо внимательно смотрели на него. 'Что они там видели? Может как я убегал из лавки?' Радан, стараясь не сбиться, опять повторил то, что рассказывал в первый раз. Особенно напирая на то, что шел на рынок, так как всегда в новом городе, сначала посещает рынок.

- Ты был возле лавки, где продают огненные забавы?

Соболь на секунду задумался, что и как рассказать про это. Решил не рисковать и честно ответил:

- Да, я как раз там и был, когда началась вся кутерьма. Честно сказать, ничего не понял и постарался быстрей сбежать оттуда. Но я это уже рассказывал.

- Я помню, - опять начал раздражаться эльф. - Я не про то, расскажи подробно, кого ты там видел?

- Да, как всегда - торговцы и покупатели. Больше никого.

'Не рассказывать же вам про мага, который связал меня без веревок, или про то, как я убил наемницу'.

- А полукровок ты там не видел? Знаешь про кого я говорю?

Радан кивнул, конечно, он с детства знал про полуэльфов. Любвеобильные обворожительные лесные красавцы всегда были в чести у человеческих женщин. И в отличие от эльфов, у которых дети рождались очень редко, эти связи, наоборот, редко не заканчивались беременностью. Даже в их суровом краю они появлялись - первых Соболь увидел еще мальчишкой. Они были в охране каравана купца, скупавшего пушнину.

Но тут он сразу связал вопрос и то, что подслушал до этого - неужели здесь появились Алмаз и Крис? Если так - что у них за дела в Серебримусе?

- Я не видел, - честно ответил Радан и, в свою очередь, спросил: - А вы разобрались, что там произошло. Что там взрывали, и откуда этот желтый дым?

Отвечать ему никто не собирался. Как ни пытался старший показать Соболю свою доброжелательность, на самом деле чувствовалось, что он им совершенно не интересен. Из-за этого, не особо скрываемого высокомерия, большинство людей не любили эльфов.

Эльфы опять, не скрываясь, заговорили о своем. 'Похоже, считают, что я не понимаю языка'. Но связав знакомые слова между собой, Радан понял и основной смысл обсуждения. Говорили опять о Алмаз, Крис и их воинах. 'Говорить или не говорить, что я их знаю?' Он понимал, что лучше не давать никакой новой информации, но эльфы говорили о полукровках с явной симпатией, а когда упоминали имя Веды, то и с восхищением. Это было очень необычно - общеизвестно, что перворожденные относились к эльфитам пренебрежительно. Еще он понял, что говорили о какой-то волшебнице, участвовавшей в заварушке. 'Но это, скорей всего, они не разобрались - там был маг, а он точно мужик. Я сам видел'.

Наконец, он не выдержал и вмешался. 'Если они так благоволят к 'амазонкам', может быть и ко мне отношение изменят'.

- Вы говорите о Крис и Алмаз из города Стерегущей?

В зале наступила тишина. Все эльфы, удивленно, словно только увидели, разглядывали Соболя.

- Что ты сказал? - первым ожил Витайлеан. - Ты знаешь про Веду и тайный город?

Теперь уже деваться было некуда, и он утвердительно кивнул.

- Знаю. Я там был. И знаю Алмаз, Крис и остальных девушек.

Эльфы опять замолчали и переглянулись.

- Как ты попал на остров? - вдруг выдал эльф, сидевший в стороне. - Посуху, или по воде?

- Приехал посуху, а уехал по реке. Там есть интересная голова...

- Все! Молчи! - прервал его старший. - Я верю тебе!

'Есть! - чуть не закричал Соболь. - Получилось!' В голосе Витайлеана слышалось удивление, и, что-то явно похожее на уважение.

- Да, мы говорили именно о них. Мои воины сегодня их видели. Они рвались в лавку, где продают шутихи. Из-за этого здесь и получилась маленькая война.

Он помолчал и добавил:

- И Крис, и Алмаз хорошие воины, нам приходилось встречаться по некоторым делам. И то, что они попали в беду, нас очень заботит. Но с ними была еще девушка-маг. Её ты знаешь?

И опять Соболь ответил честно:

- Нет. Вот про это я ничего не знаю. На острове из магов была только Веда. Во всяком случае я встречался только с ней. А что с ними случилось?

'Значит, это про них меченый маг сказал - сейчас разберусь с твоими девками'. Радан и сам бы хотел помочь им. У него, как бы и долг есть - Алмаз его из камеры вытащила, а Веда, та, вообще, целую экспедицию ему в помощь снарядила. 'А не ко мне ли на помощь они ехали? - вдруг пронзила его мысль. - Ведь про Серебримус и огненную лавку они знали. И может быть, Веда снова отправила их за мной?'

- Садись, - вдруг приказал Витайлеан. И показал на противоположный край стола. - Ты правда, встречался со Стерегущей?

'Перворожденный признал меня за равного? Вряд ли. Наверное, это только из-за Веды'.

- Да.

- Хорошо. Я не буду спрашивать зачем Веда встречалась с тобой. У Хранительницы свои дела, у нас свои. Но в любом случае, когда ей потребуется помощь, мы должны помогать.

Он положил точеные руки на стол и скрестил пальцы.

- Все-таки, я думаю, что ты как-то связан с тем, что произошло сегодня на рынке. И знаешь почему: я чувствую, что от тебя исходит непонятная магическая аура. Похоже, что ты совсем не так прост, как хочешь показаться. Но раз уж сама Хранительница доверяет тебе, я не смею тебя больше задерживать. Можешь уйти прямо сейчас. Хотя я бы не советовал, если тебе есть чего опасаться, то лучше дождаться вечера. По улицам разъезжают патрули. Уланы сегодня злые - погибли их люди.

- Подождите, я хочу узнать про Алмаз и остальных. Что там произошло?

- Расскажи ему, - эльф повернулся к сидевшему справа. - Все что видел.

Из того, что рассказал эльф-разведчик и из того, что он видел сам, Соболь собрал картину происшедшего. То, что произошло с ним, ему было понятно: маг, заколдовавший его, охотился за документом и почти добыл его, не помешай ему происходившее на улице. Судя по тому, что помешали колдуну давние знакомые Радана - значит, мысль о не случайности их появления верна. Но вот, кто этот маг и зачем ему пергамент - это было абсолютно непонятно.

Кроме того, в рассказе фигурировали еще какие-то воины с закрытыми лицами и девушка-колдунья, превратившаяся в медведя. Эти персонажи тоже были загадкой. Правда, если девушка-маг, как рассказывают эльфы, прибыла вместе с Алмаз и её командой, то, может быть, это Веда, отправила кого-то из своих в помощь? Помнится, она сразу, как только учуяла пергамент, посчитала его очень серьезной вещью.

Очень нехорошей вестью в рассказе было то, что полукровки вступили в бой еще и с армией Короны. Эльфы не видели, чем все закончилось. На улицах появилось слишком много солдат и городской стражи, пришлось уходить.

- Я пойду, - решился наконец Соболь. - Спасибо, за то, что спасли от патруля.

- Нужна ли тебе какая-нибудь помощь? Может еще подождешь, пусть все успокоится.

- Нет, пойду. Хочу послушать, что говорит народ на улицах. А помощь - нет ли у вас длинного плаща?

И пошутил:

- Только, конечно, не зеленого.

- Сейчас найдем, - не поддержал шутку эльф.

Витайлеан что-то сказал и, сидевший ближе к двери, длинноухий ушел. Через несколько минут он вернулся, на руке висел обычный серый плащ, в каких ходят в дождь половина горожан.

- Возьми, это человеческая одежда, сегодня как раз прохладно, многие будут так одеты.

Он внимательно осмотрел надевшего обновку Радана. Одобрительно кивнул, но снова предупредил:

- Все-таки я посоветовал бы тебе дождаться темноты.

Соболь покачал головой.

- Не могу. Дела не терпят.

Однако, гнали его не только дела. Как бы не дружелюбны были эльфы сейчас, он боялся, что все может измениться в любой момент, и тогда опять можно оказаться под замком, а то и того хуже... Все-таки, перворожденные не люди, и человеку не понять, что у них в головах.

- Проводите его, - приказал старший. И напоследок посоветовал:

- Забудь, что видел нас. Сам понимаешь, что сейчас это опасно не только для нас, но и для тебя. Мы не готовим что-нибудь против людей в этом городе. Война еще не началась, и я надеюсь, даже если начнется, мы не вступим в нее. У нас есть свои дела и ночью мы покинем Серебримус.

- Конечно! Обещаю, никто про вас не узнает - сразу согласился Радан.

Но про себя подумал, что детей надо обязательно предупредить. И успеть это сделать еще до наступления ночи.

Молчаливый эльф провел Соболя наверх, и открыл двери. Неожиданно для длинноухого, Радан попрощался на эльфийском. Он хорошо помнил эти фразы - приветствия и прощания. Эльф кинул быстрый удивленный взгляд и ответил цветистой длинной фразой.

Шагая по мощенной серыми булыжниками мостовой, Соболь добрым словом вспомнил Веду. Ведь если бы эльфы не узнали, что она принимала участие в его судьбе, никто не знает, чем бы все закончилось. Город выглядел взбудораженным - по сравнению с утром было очень многолюдно: люди спешили по своим делам; стояли группами на перекрестках и у лавок со всякой всячиной; ехали по середине улице в повозках и на лошадях. Но у всех были одинаково возбужденные озабоченные лица. Постоянно возникали нервные разговоры и перебранки. Улицы были заполнены военными и охраной. 'Неужели утренняя схватка так всех взволновала?'

Почему-то в это не верилось. Радан знал, что даже если сражение развернется в центре города, через три улицы от него, люди спокойно будут жить своей обычной жизнью. Чтобы все жители озаботились одной целью, надо чтобы произошло что-нибудь действительно значимое.

Соболь старался не выделяться из толпы. Не задерживая ни на ком взгляд, он старался побыстрей миновать группки вооруженных людей и опять затеряться среди прохожих. На ходу он внимательно вслушивался в обрывки разговоров, пытаясь уловить что происходит. Сначала это никак не удавалось, но в дороге, он обогнал двух степенных горожан, тоже пытавшихся торопиться, и услышал конец фразы:

-...если их не остановят у на линии Коровард-Мастилан, то через неделю король увидит их под своими стенами.

Соболь сразу сбавил ход, остановился, и, сделав вид, что разглядывает надпись над массивной дверью в стене дома, пропустил их вперед. Потом пошел сзади, выдерживая расстояние в пару шагов.

- Я думаю сюда они не пойдут, - заметил в ответ второй. - Но все равно, на всякий случай заказал каюту на барже Ваниля, ты его знаешь - пряностями торгует. Тот задержал свой торговый корабль, что ходит по Белой до моря. Хочет, чтобы он всегда был под рукой, вдруг придется уезжать срочно.

- Поддерживаю. Я сам пока остаюсь в городе, надо присмотреть за торговлей, но семью завтра отправляю. И тоже вниз по реке к морю. Орки никогда не шли туда, они не любят открытой воды.

Орки! Радан даже остановился. Неужели, все-таки началось? Неужели война? Что теперь делать? Ведь он как бы на службе и Корад, наверняка, ждет, что он появится. 'Вот демон, об Кораде и своей службе, я сегодня совсем забыл, а ведь надо как-то сообщить ему, что задание до сих пор не выполнено. Пергамент я так и не передал'.

Соболь просто рвался на части - долг и обещание заставляли его искать выход на Корада, еще один долг, требовал, чтобы он узнал, что с Алмаз и как-топомог им. Однако, сейчас его больше всего беспокоило другое - дети, которые будут ждать его на берегу. То, что вот-вот начнется война, почти не задело его, принял к сведению и все. Умом он понимал, какое это бедствие - война, но, по молодости лет, отнесся к этому, как к чему-то далекому и его напрямую не затрагивающему.

Впереди, на перекрестке двух улиц показались всадники. Они внимательно рассматривали обтекавшую их толпу и время от времени, приказывали какому-нибудь вознице остановить телегу. С высоты лошадей они смотрели, как хозяин перетряхивал вещи, потом отпускали. Радан остановился и некоторое время наблюдал за патрулем. На его глазах никого не арестовали. Пешеходов они почти не останавливали, но он все равно решил обойти пост. Теперь надо быть осторожным даже в мирном городе, все предшествующие приключения говорили об этом.

Вернувшись назад до ближайшего проходного переулка, он прошел по нему до улицы, ведущей к речной пристани. Ему надо было попасть к реке, кроме того, пристань находилась почти в городской черте, и ворота к ней охранялись не так серьезно, как те, через которые въезжали с суши. Даже сейчас, когда началось вторжение орков, с реки их не ждали. Мнение, что враги боятся воды, настолько прижилось, что считалось аксиомой.

Сегодня улицы в этом направлении были особенно многолюдны. Вдобавок к обычному торговому и обслуживающему пристань люду, добавились те, кто хотел найти судно для бегства и вывоза товара в случае осады. А также те, кто уже сегодня хотел уплыть подальше от земли, ставшей в одночасье такой опасной. Смешавшись с толпой, он без проблем миновал ворота и прошел еще шагов двести вглубь торгового порта. Тут уже можно было не опасаться стражи, среди матросов и грузчиков они ходили только большими группами и были видны из далека. Он прошел по длинному торговому ряду, где продавались товары необходимые в дорогу. Купил несколько караваев хлеба, соли, пряностей и чашку застывшего мыла - это просила Марианна. От себя купил разных колбас и окорок. Потом приобрел полотняный дорожный мешок и прошел к лавке сладостей. Не выбирая, набил его до отказа разными вкусностями и расплатился золотым от Веды. Зато сдачу ему дали медью и карман сразу потяжелел.

Теперь надо было выбираться с территории порта и идти искать маленьких путешественников. Здесь это было уже просто делом времени.

Через час Соболь шагал по извилистой тропе, в некоторых местах почти полностью спрятавшейся под желто-красными листьями. Рядом с тропой, под теряющими листья осинами, росли красивые, крепкие грибы с оранжевыми шляпками. В прозрачном осеннем воздухе носились тоненькие серебряные паутинки. Мерный шум реки, вписался в красоту прохладного, но все равно ласкового вечера, лишь еще одним оттенком тишины и совсем не заглушал звуки очарованного леса.

Сначала Радан не замечал всего этого, голова была забита проблемами, накопившимися за последние две недели. Но постепенно очарование окружающей природы вытеснило все сиюминутные горести и он, словно промыл глаза. 'Чего не хватает нам? - думал он, разглядывая маленького паучка, переползшего со своей паутинки к нему на руку. - Ведь земли хватает на всех. Даже здесь в цивилизованном Срединном Королевстве, люди живут лишь вдоль рек, а огромные пространства остаются незаселенными. Что уж говорить про его родину, или дальние степи. Хватило бы места всем - даже оркам'.

Он встряхнулся. Опять эти непонятные мысли, хорошо никто не знает о них - засмеяли бы к демонам. Тропа пошла в гору, а солнце ощутимо склонилось к закату. 'Хорошо бы найти ребят еще до темноты', - помечтал он. Уже очень хотелось есть. 'Зря я отказался от еды у эльфов'. Вспомнив про перворожденных, он сразу вернулся на землю и прибавил ходу. У эльфов, наверняка, есть лошади и двигаться они будут гораздо быстрее чем он.

Но найти лодку с маленькими скитальцами до ночи он так и не смог, лишь уже когда темнота в лесу у реки, сгустилась настолько, что нельзя было различить отдельные деревья, он почувствовал слабый запах дыма. Где-то жгли костер. Радан собрался и пошел медленней, мягко перекатывая ступни с пятки на носок. Мало ли кто мог заночевать на реке - в нынешние времена осторожность главное правило.

Но вот между кустов мелькнул огонек, Соболь совсем остановился и вгляделся в темноту. Огонек играл - то разгораясь, то затухая. Так и есть - костер, до него еще минут десять ходьбы. Он шел теперь еще осторожней, часто останавливался и прислушивался. Когда костер уже начал играть бликами на окружающих деревьях, сзади на тропе, вдруг раздался рев медвежонка. Радан с ходу отпрыгнул в сторону и выдернул из ножен саблю. Но рев вдруг прекратился и из темноты послышался заливистый, звонкий как колокольчик, детский смех.

Соболь хотел выругаться и надрать шутнику задницу по полной, но вместо этого, вдруг, сам рассмеялся и опустил клинок.

- Ты, что творишь, Лео? Я чуть не умер!

От этих слов эльфенок закатился снова, потом сквозь смех крикнул:

- Эй, девчонки! Как я и говорил! Он меня не услышал. Я за ним давно иду, а он не чует...

Рядом в кустах зашуршало и появилась еще одна фигурка, повыше ростом. В руке мальчика поблескивал неизменный топорик. А через пару мгновений, послышался топот девичьих ножек и на тропе появилась сначала Марианна, а потом её хвостик - Енек. В руках Марианны была горящая ветка, она остановилась, подняла её над головой и всмотрелась в лицо Радана.

- Почему ты так долго? - голос девочки дрожал.

Радан, вдруг, неожиданно для самого себя, шагнул вперед и прижал к себе обоих девочек. Те в ответ доверчиво прильнули к нему.

- Так получилось, - прошептал он.

- Фууу, - протянул за спиной маленький эльф. - Человечьи нежности...

Соболь отпустил девчонок и сконфуженно пробормотал:

- Я переживал за вас, - потом оглянулся и добавил: - За вас всех.

- Мы тоже! - ответила Марианна, и, схватив его за руку потащила на берег, к костру. Енек держалась за вторую руку.

- Садись ешь, - девочка показала на разложенную на большом куске бересты жареную на рожне рыбу. - Проголодался, наверно? А мы тебя ждали. Вон видишь каких рыбин Лео наловил.

Соболь с сожалением посмотрел на аппетитно пахнущую рыбу и отказался:

- Нет, некогда. Надо плыть. За вами погоня. Собирайте рыбу, все что есть, в лодке поедим. Там все и расскажу.

Услышав про погоню, все быстро собрали немудренные пожитки, разложенные у костра, и унесли их в лодку, привязанную к кусту метрах в десяти.

Через несколько минут все были на своих местах, Радан оттолкнул лодку от берега и запрыгнул на борт.

- Пустите, я сяду за весла, надо вывести посудину подальше от берега.

Ни эльфенок, ни орк возражать не стали и ушли на корму. Несколькими мощными гребками Соболь вывел долбленку на длинный язык течения, уходящего от берега к фарватеру, но не остановился, а продолжал грести, все ускоряя движение. И лишь, когда оба берега исчезли в темноте, он остановился и предложил:

- Вот теперь давайте поедим. Сразу и расскажу вам все.

****

Корад вполуха слушал доклад старшего интенданта Серебримуса. Сейчас было совсем не до него - куча дел требовала немедленного вмешательства, но нельзя терять маскировку. Все здесь считали его интендант-инспектором, надо было подтвердить это.

- ...упряжь новая, закуплена у шорника в прошлом году, пропала...

Нудный однообразный голос армейского чиновника, вгонял в сон. Корад встряхнулся и прервал доклад.

- Оставьте бумаги мне и можете идти. Я проверю, потом вызову, обсудим.

Лысеющий потный майор обрадовался, прытко, несмотря на свою толщину, подскочил к столу инспектора и положил фолиант. Потом склонил голову, прощаясь, и мгновенно исчез.

Корад сразу захлопнул книгу и направился в спальню - он принимал интенданта в номере гостиницы - надо приниматься за свои дела, хватит играть в инспектора. Война должна вот-вот добраться и до сюда, а он до сих пор еще не разобрался ни с делами тайной службы, ни с делами Братства.

В спальне он достал из вьюка обычный шерстяной плащ и накинул на себя - хорошо, что день прохладный и плащ не будет вызывать любопытства. Он проверил карманы, достал из походной сумки недостающее и дополнил. Меч брать не стал, хватит и посоха. Глянул в овальное зеркало в медной оправе - оттуда смотрел обычный горожанин. Все, пора!

Первым делом надо сходить на место вчерашнего побоища и разобраться, что там произошло. Вчера вечером в порту, как только сошел на берег, он услышал об удивительных событиях, происходивших с утра возле лавки, принадлежавшей Братству. Он сразу проехал туда, но увидев оцепление из городской стражи, развернулся и уехал в гостиницу, где всегда останавливался. Нельзя показывать свой интерес к этому делу - ведь официально он инспектор-интендант, а дела интендантства никаким образом не связаны с подобными происшествиями.

При свете дня, и при помощи кое-каких нехитрых магических манипуляций можно многое разглядеть из того, что недоступно простым наблюдателям-людям.

Хозяин гостиницы, всегда веселый толстенький старичок, встретил Корада на выходе. В этот раз на его лице не было улыбки.

- Вот, и дождались, - печально промолвил он. - Опять война. Я-то думал, что до кладбища доживу в мире, ан нет. Не дают боги...

Славуд не знал, что ответить на эту реплику, да хозяин и не ждал ответа. Он так же грустно продолжил:

- Я тридцать лет плачу налог на армию, надеюсь вы нас спасете?

Он также, как и остальные в гостинице, считал, что Корад какой-то армейский чиновник. Инспектор постарался успокоить старичка.

- Конечно! Армия короля Дугавика не даст оркам хозяйничать на нашей земле.

- Хотелось бы верить, - тот опустил голову и стараясь не смотреть в глаза Кораду, тихо добавил: - Зачем с эльфами поссорились? Раньше они бы так просто не пропустили Орду через Лес.

В душе Славуд был полностью согласен с хозяином, но как находящийся на казенной службе, сделал вид, что не расслышал, и, кивнув на прощание, вышел на крыльцо. День опять обещал быть отличным - прохладным, но солнечным. Солнце, выглянувшее из-за крыш, даже пыталось греть. Среди такого утра совсем не хотелось вспоминать то, что он видел позапрошлой ночью на реке. 'Интересно, начала Орда переправу или нет? Если начала, то завтра или сегодня ночью, мы об этом узнаем'.

Корад осмотрелся. По горожанам, привычно шагающим по своим делам, было уже незаметно, что их волнует мысль о начале войны. 'Начали свыкаться с этой мыслью'. Вчера вечером народ выглядел взбудораженным гораздо больше. Вдруг, его ухо уловило тонкий тихий свист. Он прекрасно знал, кто это и резко обернулся на звук. Метрах в тридцати, возле угла длинного каменного дома Корад увидел знакомую фигуру. Накинув капюшон, он быстро направился в ту сторону. Человек, поняв, что его заметили, тотчас исчез за углом.

Сервень опустил повязку и Корад вздрогнул - все лицо чистильщика представляло сплошной ожог.

- Что?

- На мага напоролись.

Инспектор вопросительно глянул на стоявшую рядом Бриду, немногословный командир чистильщиков будет рассказывать о том, что случилось очень долго - слова из него приходилось вытягивать. Остальных воинов не было, но Славуд чувствовал, что они рядом - спрятались и наблюдают. Брида поняла, что хочет маг и коротко рассказала о вчерашнем.

- Еле ушли, - закончила она. - Уланы были злые из-засвоего командира и хватали всех подряд.

- Понятно.

Корада очень заинтересовали, непонятно зачем начавшие помогать чистильщикам, полукровки и особенно эта молодая магичка, спасшая Сервеня. Надо все узнать о них. Но, главное - куда делся Радан, никто не знал.

- Подожди минуту, Брида. Сейчас еще поговорим.

Он остановился, запустил руку в прорезанную внутри кармана плаща дыру и нащупал то, что нужно. На ладони лежала маленькая малахитовая шкатулка. Славуд нажал замочек, щелкнула и крышечка поднялась.

- Иди сюда, Сервень.

Маг зачерпнул кончиком пальца светло-зеленую мазь и начал втирать в лицо, дернувшемуся чистильщику.

- Не шевелись. Штука очень дорогая, когда-то эльфы мне помогли.

- Галейнерия? - догадалась Брида.

- Да, мазь из нее.

Втирая затихшему воину лекарство, Корад почувствовал, насколько сильным было заклятье. Похоже все лицо до самых костей заморозило до ледяного состояния.

- Повезло тебе, Сервень. Не будь тут этой девушки-мага, сегодня бы мы прощались с тобой.

- Я тоже самое сказала. Жаль поблагодарить не успели, исчезла она, когда полукровок солдаты вязать начали.

- Так они сейчас в тюрьме? - Корад даже остановился. Если это так, то он может их увидеть и выяснить, кто они такие и почему ввязались в эту драку.

- Совсем точно сказать не могу, некогда было следить, надо было самим из мышеловки вывернуться. Но я лично слышала, как та маленькая магиня запретила им сопротивляться уланам. И на моих глазах одну точно забрали. Про остальных не скажу. Но вот, что двое ушли это точно, Клён видел своими глазами - скрылись магичка и еще одна, старшая этого отряда. И еще, похоже, одну из всадниц все-таки убили. Это тоже Клён видел.

Корад закончил с процедурой и приказал всей команде скрыться на постоялом дворе у старых ворот. Место для чистильщиков было знакомое, они почти всегда останавливались там, если работали в Серебримусе или где-то поблизости.

- Если что, как всегда, воспользуетесь документами интендантства. Вы официальные фуражиры. Только снимите свои маски, а то не поверят. Я вас сегодня же найду.

Корад торопился - если эти непонятные всадницы сейчас в тюрьме, надо спешить. А то королевский суд скор на руку, когда не надо. Тем более по законам военного времени. 'Зря наряжался под горожанина, сейчас наоборот понадобятся королевские регалии'.

Он вернулся в гостиницу, приказал чтобы срочно приготовили его лошадь. Потом прошел в свои комнаты, сбросил обычный плащ и надел темно-коричневый, армейский, с офицерской застежкой на груди. Пристегнул меч и опять посмотрел в зеркало. 'Инспектор вернулся, - усмехнулся он. - Но инспектора для нынешнего дела будет маловато'. Славуд приготовил королевский знак тайной службы, и убедившись, что теперь он во всеоружии, отправился на прием к армейскому коменданту города. Наверняка, вчерашние заключенные в его юрисдикции.

Все прошло так, как он и предполагал. Не понадобилось даже прибегать к магии. Сначала генерал Ковень - Корад знал его, хотя и не был знаком лично - встретил инспектора интендантства высокомерно, чуть не в лицо высказывая, что ему сейчас не до инспекторских проверок. Война на носу. Но когда увидел знак тайной службы, тут же растерянно заулыбался, спросил, как здоровье лорда Коолисе, вызвал своего заместителя и приказал лично проводить интендант-инспектора туда, куда он пожелает.

Городская тюрьма Серебримуса ничем не отличалась от тюрьмы Короварда, Мастилана или другого большого города Срединного Королевства. В свое время, лет тридцать назад, тогдашний Глава Охраны Короля, по совместительству отвечавший за систему 'казенных домов', затеял перестроить все 'дома' на единый манер. Так и появились в каждом крупном городе эти серые угрюмые здания за высоким забором. Раньше в каждом поселении, эти заведения были на свой манер. Редко где для этого строили специально, в большинстве случаев приспосабливали то, что было под рукой.

Поэтому закоренелые сидельцы тех лет, в разговорах называли тюрьмы по старому назначению зданий - если говорили, что сидел на 'складе', то это в Ройнсбуре, а если на 'сыроварне', то это здесь, в Серебримусе. Теперь же от подобной романтики не осталось и следа. Ровный квадрат каменного забора, казался неприступным любому, но это только до тех пор, пока человек не был знаком с порядками, царившими за ним. Ибо, здания стали новыми, а служба осталась старой.

События в Мастилане, где совсем недавно, совершили побег несколько заключенных, при этом убив несколько человек из охраны, наглядно продемонстрировало это. И лишь после этого, в последнюю неделю, срочно были приняты меры для наведения порядка в этих заведениях. Почти во всех тюрьмах, в том числе и в Серебримусе, заменили начальников и охрану, временно поставив армейцев. Это тотчас же почувствовали все - и заключенные, и те, кто связан был с ними на воле. Для самой многочисленной части заключенных эти перемены даже пошли на пользу. Тюремная пайка, вдруг, сразу увеличилась. И продукты стали свежими. Конечно, никто нормы на содержание сидельцев не прибавлял, просто по всей цепочке снабжения тюрьмы перестали воровать.

Для сидевших в одной большой общей камере полуэльфок эти перемены оказались не на пользу. Если раньше они могли, используя деньги или силу уйти из этих каменных стен, теперь же это оказалось неосуществимым. Сейчас, сидя на длинном общем топчане, девушки вполголоса снова обсуждали одно и тоже - возможность побега. Шанс, несмотря на замену охранников-взяточников военными у них все-таки был. Ведь Хазимай и Алмаз смогли уйти от уланов. А все видели уже на что способна маленькая магиня. Так что, теперь главное было, как-то связаться с ними.

Полукровки уже привыкли к скабрезным шуточкам из соседних камер и не обращали на них внимания. Волна плоских шуток и пошлых предложений то затихала, то вновь разрасталась. Но вдруг все стихло - в коридоре мягко щелкнули, смазанные впервые за десятилетие засовы, и послышались шаги. Девушки тоже замолчали и прислушались - несколько человек явно шли к их камере.

Решетка открылась, первыми вошли двое солдат. Вместо, привычных для охраны березовых дубинок, эти были при штатном оружии - на поясе висели мечи. Пленницы быстро переглянулись - мысль у всех мелькнула одна и та же. Но шагнувший вслед за ними офицер в коричневом плаще, сразу остановил их замысел:

- Не вздумайте! Там в караулке взвод мечников.

Девушки опять переглянулись - на этот раз, встревоженно: о чем это он? Неужели мысли прочитал?

- Да, это я вам, - еще более изумил их странный гость. Не обращая внимания на своих удивленных спутников, он опять предупредил: - Ведите себя спокойно, сейчас все решится.

- Вот они. Все, кого вчера поймали, - доложил капитан конвоя. - Все полукровки, думаю это разведчики эльфов.

- Спасибо, мы разберемся, - офицер в коричневом плаще не стал выслушивать умозаключения капитана. - Вы с солдатами, подождите в коридоре.

Командир конвоя хотел было возразить, но взглянув в глаза собеседника, вдруг повел себя странно - он замедленно кивнул, и словно на ходу засыпая, побрел к выходу. Солдаты тоже осоловели и последовали за ним. Странный офицер проводил их взглядом до двери и повернулся к узницам.

- Рассказывайте, кто вы?

Крис недобро усмехнулась.

- Так ты, похоже, колдун - сам должен все знать.

- Я знаю, - игнорируя её вызов, спокойно ответил офицер. - Но в общих чертах. Мне нужно конкретно. И я друг.

- Откуда у нас здесь друзья? - не смягчаясь, ответила девушка.

- Я не буду вам всего рассказывать, но предупреждаю, что вам готовят виселицы.

Это была правда - перед тем как попасть в саму тюрьму, он получал разрешение на посещение в военном суде. И смертная казнь там обсуждалась, как уже решенное дело.

- Мы догадывались, что так будет.

- Сами виноваты, не надо было убивать военных. Ну и плюс это...

Он показал на ухо Крис. Та резко встряхнула волосами, закрывая острый кончик.

- Мы виноваты? На нас напали, а мы виноваты? - эльфинитка сокрушенно махнула рукой. - Ладно, маг, ты можешь помочь нам выбраться отсюда?

- Да.

- И что ты за это хочешь?

- Совсем немногого - знать, что я помогаю друзьям, а не врагам.

- Откуда мы можем знать, кого ты считаешь врагом, а кого другом?

- Ну, скажем так - все, кто принадлежит к Черной Сотне - мои друзья.

Все полукровки вздернулись, вскочили даже те, что сидели на топчане. Они кольцом обступили гостя.

- Откуда ты...

- Знаю? - закончил за них фразу офицер. - Вы же сами сказали, что я маг.

- Все! Молчать! - скомандовала Крис. - Времени нет. Я, почему-то верю тебе, колдун. Да, мы из Сотни, но я не могу тебе сказать, что мы делаем здесь, это не моя тайна.

- Я и так знаю. Вы должны были найти молодого парня - горца, по имени Соболь.

Девушка широко раскрыла глаза, но ответила уклончиво.

- Может это и так, а может нет.

И сразу спросила:

- Скажи, маг, как тебя зовут.

- Корад. Корад Славуд. И давай заканчивать обсуждение, времени, действительно, в обрез. Хотя я очень хочу знать, что случилось с моим человеком по имени Соболь, больше спрашивать вас не буду. Уходим!

- Уходим? Прямо так? - переспросила Крис, и тут до нее дошло, что сказал Корад.

- Твой человек?!

- Да.

- Мог бы сразу сказать, - буркнула девушка и уже уверенно скомандовала остальным:

- Пошли!

Одними из качеств, из-за которых полуэльфов так охотно брали в наемники, была их сообразительность и постоянная готовность к действию. Через мгновения готовая к схватке сплоченная группа полукровок, в сопровождении интендант-инспектора Славуда и полусонных охранников, шла по коридору. Через решетки камер с обоих сторон, было видно, что всех заключенных, внезапно сморил сон. Некоторые храпели прямо на полу.

Озадаченные солдаты на постах у дверей, удивленно смотрели на бумагу, которую им подавал офицер с мутным взглядом. Это было разрешение инспектору Кораду Славуду, посетить тюрьму. Но через секунду, они вдруг понимали, что это постановление об освобождении задержанных вчера полукровок. Убедившись, что все подписи и печати на месте, они беспрепятственно пропускали группу.

Через десяток минут из ворот тюрьмы выехал отряд всадниц в черной кожаной форме и отправился к старым городским воротам. Во главе, рядом с высокой красивой амазонкой ехал офицер в коричневом плаще.

Алмаз была на распутье - она никак не могла решиться, что ей делать, а время неумолимо требовало сделать выбор. Вчера, когда площадь и лавку окружили уланы, ей под покровом еще не рассевшегося колдовского тумана, удалось ускользнуть. Но, напрасно, она ждала остальных, в условленном месте - захудалом постоялом дворе, который объезжают обычные путники - никто из команды Крис, так и не появился.

Зато ближе к ночи появилась Хазимай - бывшая рысь. На вопрос как она смогла выбраться и где была, та отвечать не стала. Она торопилась.

- Алмаз, мы не можем ждать. Нам надо идти за тем человеком.

- Я знаю. А он хоть жив?

- Да. Это я отлично чувствую. И он уходит.

- Слушай, Хазимай, ты же маг, можешь как-нибудь узнать, где мои люди? Они живы?

- Могу. И без помощи волшебства. Я видела, как их повезли и слышала куда. Они сейчас в городской тюрьме.

- Слава богам! Спасибо, успокоила, - Алмаз облегченно вздохнула и попросила:

- Хазимай, разреши мне остаться еще на день. Я придумаю что-нибудь, чтобы помочь своим, а потом сразу за тобой.

Она вспомнила свое освобождение. А она не Гром, тянуть не будет. Да и денег у неё хватает, спасибо Веде. Алмаз еще ничего не знала о нововведениях в тюрьмах Королевства.

- Ладно, Алмаз, долго не задерживайся. Помнишь, что сказала Веда - главное - это тот парень.

- Помню! Я догоню тебя, не сомневайся!

- Верю. Скачи вдоль реки, вниз по течению. Я сама найду тебя.

На этом они расстались.

С самого раннего утра она направилась к тюрьме. Недалеко от ворот заведения находилась харчевня, откуда носили еду офицерам караула. Алмаз купила там большой кусок холодного мяса и лепешку, потом вышла и присела на длинной скамье у входа. Одета она была как обычная селянка - простой серый плащ с капюшоном, на голове суконная шапка с длинными ушами. Сразу было понятно - жена небогатого лавочника, приехала в город по делам и экономит деньги, чтобы выгадать себе что-нибудь на подарок. Даже есть в трактире не стала.

Конечно, если бы, прохожий поймал взгляд, который все время возвращался к воротам тюрьмы, то сразу бы понял, что это никакая не селянка. И скорей всего, прохожий постарался бы, быстрей пройти мимо, сделав вид, что ничего не заметил. Слишком опасным был этот взгляд, больше подходящий какому-нибудь заезжему бретеру, высматривающему себе жертву.

Она действительно, ждала жертву - ей нужен был человек из тюрьмы, лучше из писарей или ключников, но сейчас было не до выбора, пусть будет охранник. Время поджимало. Однако, просидев уже больше часа, она так и не увидела никого из охраны или чиновников тюрьмы. Люди приходили и уходили, но это были сплошь военные. Надо уходить отсюда, менять место - несколько раз выходивший на улицу хозяин трактира, уже стал с неудовольствием поглядывать на нее.

Это было очень плохо - у нее был только день, до вечера. Вечером она в любом случае поедет вслед Хазимай. Долг есть долг - это она впитала еще с детства, а служба в Черной Сотне, закрепило убеждение что данное слово нерушимо. Если бы Хазимай стала настаивать, то Алмаз, конечно бы уехала с ней и её спутницы, как бы плохо им не было, поняли бы её. Прежде всего дело.

Она не знала своих родителей. Веда, воспитывавшая её до четырнадцати лет, тоже ни разу не упоминала про них. Сначала, с тех пор как она стала осознавать себя и лет до десяти, она так и считала, что Веда её бабка. И лишь когда она не на шутку пристала к хранительнице с этим вопросом - та рассказала ей, что она найденыш. Малюткой её нашел в лесу на той стороне оврага один из живущих в городке охотников. Он принес и показал девочку Стерегущей - даже простому мужику было понятно, что здесь что-то необычное. Среди леса, вблизи зачарованного городка, к которому даже специально люди подъехать не могут, вдруг оказалась девочка-полукровка. Веда тоже заинтересовалась малюткой, но что она о ней выяснила - никому неизвестно.

Так и осталась Алмаз в городке, постепенно вырастая в голенастую, задиристую девчонку. Даже Хранительница, строго относящаяся ко всем, без разбора, отличала девочку. Однако, эта симпатия дорого обошлась Алмаз. Веда требовала с нее куда больше, чем с остальных растущих в городке детей слуг и охранников. Когда ей исполнилось четырнадцать, Стерегущая отправила девочку-подростка на службу.

- Для полуэльфки это самая лучшая доля - послужить в Черной Сотне, а еще лучше, стать там командиром, - с такими словами Веда проводила её. Наказав приехавшей за девочкой амазонке, не давать Алмаз поблажек. За четыре года в суровой армейской школе, она сошлась с теми, кто сейчас сидел за толстыми каменными стенами. Поэтому она не могла не попытаться спасти их. И поэтому просила день у Хазимай.

Алмаз поднялась и пошла по улице мимо тюремных ворот. Может все-таки повезет? Но ожидания были напрасны, она прошла ворота, и уходила уже за тюрьму, а никто так и не показался. Оглядываясь, девушка дошла до перекрестка и развернулась назад. 'Что за невезение?' Еще раз можно пройти обратно и все - на неё начнут коситься.

В это время ворота распахнулись и оттуда выехали всадники. Алмаз застыла. Этого не может быть! Пять амазонок во всей красе, на своих лошадях, выезжали из ворот и тут же пускали коней в галоп, пытаясь догнать первую пару. Первыми ехали: офицер в коричневом плаще, который с полчаса назад, на её глазах заехал в ворота тюрьмы, и Крис, собственной персоной. Алмаз чуть не закричала, чтобы привлечь внимание полукровок, но осторожность взяла верх, и она сдержалась. 'Что происходит, и кто это с ними?'

Свою лошадь она оставила на соседней улице у коновязи харчевни, ничем не отличавшейся от той, где она только что сидела. Там ей пришлось дать служке медную монету за присмотр, а то даже в этом чистом и порядочном городе, можно было вернуться к пустой коновязи.

Прикинув направление, куда поехал отряд, она подумала про старые ворота из города. 'Плохо, что я не магичка, сейчас бы уже знала, куда они направляются'. Быстро, едва удерживаясь, чтобы не сорваться на бег, она прошла мимо тюремных ворот. Все-таки привлекать к себе внимание в её положении было бы совсем глупо.

Алмаз легонько хлестнула застоявшуюся кобылу, и та с места пошла в галоп. Догнать отряд вряд ли удаться, но попробовать все равно надо. Теперь на душе стало легче - амазонки ехали одни, без охраны. Не считать же конвоем одного офицера. Значит, произошло что-то такое, из-за чего их отпустили. Понимая, что можно придумать тысячу версий, и все равно ни одна из них не будет правильной, она отбросила мысли об этом. 'Встретимся, расскажут'. То, что они обязательно встретятся, сомнений не вызывало. Все полуэльфки, прошедшие Черную Сотню, долг ставят превыше всего. Даже своей жизни.

Теперь можно было ехать, догонять Хазимай - главное поручение Веды надо выполнять в любом случае. 'Поеду к Старым Воротам, они, похоже, туда направились, - решила Алмаз. - Если не встречу, все равно сразу уеду на реку. Они догонят'. С утра, перед походом к тюрьме, она оставила на постоялом дворе весточку для своих. Вдруг появятся, когда её не будет.

Это её решение, спасло её от многих трудностей, через час после того, как она выехала из города, караул на всех воротах усилили армейцами. Пришел приказ на несение службы в режиме военного времени. Чем это было вызвано, точно знали только высокопоставленные чины, но в городе вовсю поползли слухи, что ночью орки начали переправу. Так что проехать через ворота так просто уже бы не удалось. Тем более, после исчезновения из тюрьмы пятерых эльфиниток.

Медведица все-таки высадила дверь, но все равно не успела - ни Радана, ни мага со шрамом на щеке, в лавке уже не было. Вместо них, Лесная, превратившаяся обратно в хрупкую девушку, нашла только четыре трупа. Двое в торговом зале и двое в тамбуре заднего выхода. На хозяйственном дворе пахло как после ударившей рядом молнии и ясно чувствовался остаточный след недавно закрывшегося портала. Девушка вернулась в зал, и через минуту обнаружила, что черноволосый субъект с ножевым ранением в живот еще жив, хотя и без сознания.

Хазимай, не обращая внимания на шум и крики на улице, занялась раненным. Приложив руки к животу, она быстро остановила кровотечение и активировала все защитные силы организма. Надпочечники выбросили в кровь гигантскую дозу адреналина. Через минуту мужчина застонал и открыл глаза.

Лесная усмехнулась - все что было живым легко поддавалось её первородной истинной магии, в этом она была даже сильней титулованных магов - но вот неживое... Даже чтобы вскрыть дверь ей пришлось стать зверем.

- Рассказывай! - тоном, не терпящим возражений, приказала она.

Чернявый подавил стон и испуганно взглянул на Хазимай. Казалось, такая хрупкая девушка не несет никакой опасности, но её глаза говорили об обратном. Человек уже не первый раз сталкивался с магами, поэтому сразу все понял и только спросил:

- С самого начала?

- Нет, - отрезала собеседница. - Только, что случилось здесь. Куда делся парень с саблей и колдун. Главное - про парня.

- Прости, госпожа, - опять испугался тот. - Как раз этого, я не видел.

- Вспоминай, а то я сейчас уберу руки.

- Нет, нет, госпожа, не губите! Я вспомнил! Парень убежал в ту комнату.

- А колдун?

- Он был на улице, - по лицу раненного было видно, что он лихорадочно пытается вспомнить что-нибудь. - Нет, все... дальше ничего не помню.

- Ладно. Спи.

Хазимай отпустила рану и поднялась. Посмотрела на спящего мужчину и скривилась. Врачуя его рану, она случайно коснулась того, что люди называют душа. То, что там было ей очень не понравилось. Не надо было его лечить, но теперь уже поздно, пусть живет.

Команды военных раздавались уже у самой двери. Хазимай направилась в заднюю комнату, на ходу уменьшаясь и превращаясь, во что-то совсем небольшое.

В то время, когда в разломанные двери лавки ворвался первый солдат, из дверей на заднем дворе, выскользнула необычайно крупная, рыжая кошка. Она потянулась, словно расправляя косточки после долгого сна, и спокойно направилась к дыре под воротами.

Корад понимал, что времени на то, чтобы вывести амазонок из города у него в обрез, судейские в любой момент могли прийти в тюрьму, чтобы объявить приговор. Когда обнаружится пропажа заключенных, до перекрытия всех выходов из города останется совсем немного - только время то, чтобы посыльному доскакать до караулки. И хотя никто из охраны тюрьмы не вспомнит, что выводил амазонок именно он, на всякий случай ему лучше тоже исчезнуть из города. То, что он раскопал, занявшись этой непонятной историей со старым пергаментом, делало сейчас самым срочным - найти парня у которого в рукаве зашит артефакт.

Даже то, что с минуты на минуту полчища орков переправятся через Белую и хлынут на земли Срединного Королевства, стояло в списке тревог только вторым. Хотя он понимал, что совсем скоро эта проблема перекроет все другие - война есть война. В, любом случае, надо срочно найти Соболя. То, что и полуэльфки из Черной Сотни, и какой-то неизвестный маг тоже ищут его, говорило о многом. Он еще не знал кто послал полукровок, но в любом случае артефакт уже перерос ту роль, которую ему отводил Корад ранее, и поднялся в цене многократно.

Поэтому надо было ехать из города прямо сейчас, однако пришлось задержаться. Ему необходимо было забрать чистильщиков, которые еще ничего не знали, а полуэльфка Крис - старшая у его новых спутниц - ни в какую не хотела уезжать, не заехав на постоялый двор, где они остановились. Корад уже хотел было проявить твердость и не делать этот крюк, отнимающий драгоценное время. Но тут Крис созналась, что там возможно находятся еще их люди. И та молодая волшебница, о которой он уже слышал от чистильщиков.

- Только быстро! Заскочили, забрали своих и дальше.

На этом спор закончился. Его же люди находились в гостинице недалеко от старых ворот и забрать их можно было по дороге. Пока ехали по городу, разговаривать было невозможно, поэтому все расспросы Славуд оставил на вечер.

Все получилось даже лучше, чем он рассчитывал. На постоялом дворе полукровки задержались лишь на несколько минут. Он успел только слезть с коня и размять ноги, а Крис уже вернулась. Хотя с ней никто не пришел, но по лицу инспектор сразу понял, что все в порядке. Он лишь спросил:

- Никого нет?

- Нет. Но они живы.

- Хорошо. Поехали.

Пополнившийся отряд Корада без проблем проехал через городские ворота. А через пару часов, когда городскую стражу на воротах, вдруг приехали менять армейцы, и лейтенант из тяжелой пехоты, начал расспрашивать о подозрительных, выехавших за последние часы, обиженный бывший начальник караула ничего ему не сказал. 'Пошел ты в задницу, - злорадно подумал он, собирая вещи. - Иди сам узнавай, кто тут проезжал'.

Вечером, после того как все перекусили, Корад присел у костра рядом со старшей полукровкой.

- Ну что ж, Крис, пришло время все рассказать. Как видишь - я честен перед вами и выполнил все, что обещал.

- Да, - подтвердила она. - Ты сдержал обещания.

Потом поправила палочкой угли в костре и продолжила.

- Слушай. Мы из охраны Хранительницы Веды...

Рысь покрутилась возле остывшего костровища, поковыряла лапой объеденные рыбные кости. От них, попискивая, в страхе разбежались мыши. Прошла, принюхиваясь по следам, ведущим к воде, потом развернулась и крупными прыжками помчалась вдоль реки дальше.

Хорузар смотрел на молодого орка, стоявшего перед и думал - вот один из тех, кто сделает этот мир миром Орды. То, что придумал Борезга никогда не придумали бы военачальники из старой гвардии. В ночь перед переправой разведчики, возвращавшиеся с того берега, захватили баржу. Хорузар не зря приказал отправлять в разведку только самых сообразительных. И в этот раз у орков хватило ума на то, чтобы не просто вырезать экипаж и пассажиров, а судно разграбить и сжечь. Вместо этого они заставили людей пристать к левому берегу, где буйствовал огромный табор. Впервые за всю историю в руках орков оказался корабль, и впервые они нашли ему применение.

Первой мыслью у всех было одно - использовать баржу на переправе. Но капитан судна, хоть и едва говорил от страха, смог объяснить, что мель с той стороны не даст подойти близко к берегу. Все равно придется плыть какое-то время, пока воины и лошади доберутся до мелководья. Орки, которых и так раздражала будущая мокрая процедура, при мысли о плаванье сразу отказались от использования судна.

Зато Борезга явившийся посмотреть трофей в свите Разрушителя, с ходу предложил свое. Он уже настроился на выполнение приказа о захвате детей и был в предвкушении рейда по человеческой территории. Но, не зря Хорузар выделил его - молодой орк понимал, что даже на лошадях, все будет не так быстро, как того требовал предводитель Орды. Люди, как бы они не боялись орков, все равно будут сопротивляться, а в случае встречи с регулярными войсками, можно застрять, вообще, надолго.

Посмотрев на корабль с высоты берега, Борезга сорвался с лошади, взбежал по сходням и минут пять кружился по судну, что-то высматривая. Потом вернулся и горящими глазами глядя на Разрушителя, предложил:

- Великий Вождь, разреши, мы поплывем на этой штуке. Человек, который им управляет, говорит, что до самого моря, мы можем добраться за пять дней. И никто нас не остановит. Я не думаю, что нам надо до самого моря. Мы схватим тех, кто нужны тебе, раньше - они ведь не плывут на такой большой лодке.

На вопрос Хорузара, как он собирается разместить всех воинов на этом судне - пятьсот орков, даже без лошадей туда не войдут, Борезга ответил:

- Я и не хочу брать столько. Я считаю, что полтысячи воинов, для того чтобы поймать детей, это много. Мне хватит сотни. А сотня войдет, я сейчас сам посмотрел.

Разрушитель и сам считал, что пятьсот воинов-орков для того, что приказал сделать колдун - слишком много. Если они обычные дети, тогда хватило бы и троих, а если они колдуны - не хватит и тысячи. Поэтому, он и не разозлился на Борезгу, посмевшего обсуждать его приказы.

Хорузар еще подумал и вынес вердикт - Борезга и его люди отправляются на барже. Колдуны не ошибались, когда выбрали его - он всегда видел дальше, чем самый умный шаман его Орды. И сейчас в его голове уже начал вырисоваться план, что со временем, орки смогут освоить и воду. Тогда даже те страны, что спрятаны сейчас за морем, станут доступны.

Он и догадываться не мог, что это его решение изменит весь ход войны.

Соболь проснулся от того, что почувствовал, как кто-то дергает его за рукав. Он открыл глаза, улыбнулся и спросил:

- Что случилось?

Эльфенок, после двух суток совместного плаванья уже не дичился, и всегда улыбался в ответ. Но сейчас лицо его было серьезным.

- Там за мысом, - Лео показал вперед на лесистый выступ, за которым река делала очередной поворот. - Там кто-то есть.

Радан сразу вскочил с доски, на которой спал и повернулся туда, куда показывал мальчик. Он долго вглядывался в приближающийся берег, но никого так и не увидел. Однако, он еще с детства помнил поговорку - если эльф что-то увидел, значит так оно и есть, даже если десять человек не видят этого. Правда, на эльфийском это звучало куда красивей.

- Точно. - подал голос, сидевший на носу маленький орк. - Я тоже что-то видел. Но, похоже, это просто зверь.

'Дали же боги им глаза! - посетовал про себя Соболь. - Человек как слепой, по сравнению с ними'. Его взгляд скользнул по голове Енек прижавшейся к плечу Марианны, девочки еще спали. Он улыбнулся и подумал, - 'вообще-то есть еще кое-кто, видящий еще хуже людей'. Девчонки в это время заворочались, и Марианна открыла глаза.

- Что уже утро? Будем завтракать?

- Нет, - негромко ответил Радан. - Лео и Горзах кого-то увидели на берегу.

Глаза девочки вмиг потемнели, она приподнялась и встревоженно спросила:

- Кто там?

- Тише, Марианна, - попросил Соболь. - Они пока сами не знают. А я так вообще никого не виж...

Договорить он не успел, лодка подобралась ближе к повороту и взорам открылась маленькая полянка на самом краю мыса. Словно фея из сказок старой няньки Греты, над самой водой стояла девушка в фиолетово-розовом одеянии. 'Как куст цветущего багульника, - мелькнуло в голове юноши. - Кто это?'

- Какая красивая, - прошептала вскочившая Марианна.

Девушка между тем, тоже увидела их, приветственно замахала и позвала:

- Плывите сюда!

Голос был необычный - казалось бы тихий и мелодичный, но он прозвучал так, словно девушка стояла в нескольких метрах. 'Что за наваждение? - удивился горец. - Наверное, потому что утро такое тихое и голос летит над водой'. Он взглянул на ждущих его решение ребят, и совсем тихо спросил эльфенка:

- В кустах никого нет?

Тот не успел ответить, как девушка опять позвала:

- Причаливайте, не бойтесь. Я одна.

'Услышала, что ли?' На его вопросительный взгляд Лео усердно закивал - не врет, действительно никого.

- Давайте заберем её, - пропищала снизу, проснувшаяся Енек. - Она совсем одна там в лесу.

Как бы не был осторожен Радан - за его неполные девятнадцать, жизнь поучила этому - но он все равно оставался полным сил молодым парнем, а девушка на берегу была молода и очень красива. Неожиданно для самого себя, он скомандовал:

- К берегу!

Мальчишки, сразу схватились за весла и дружно опустили их в воду. Сам Соболь, взял загребное и начал помогать им, чтобы не проскочить мимо мыса.

Разогнав прибившиеся к берегу желтые листья, тяжелая долбленка воткнулась в пожухшую траву прямо возле ног девушки. Та только и ждала этого, она схватилась за борт и одним грациозным движением, оказалась в лодке.

- Отталкивайся, Радан! Поплыли! - деловито скомандовала она и, заулыбавшись, скользнула к девочкам. Те застыли с восторгом глядя на новую пассажирку, потом тоже заулыбались и прижались к обнявшей их девушке. Соболь, опешив, глядел на эту сцену. Девушка подняла смеющиеся глаза и прощебетала:

- Ты что, Соболь, уснул? Смотри - лодку уже заворачивает. Давай, поплыли отсюда. Возле берега опасно.

Радан очнулся, уперся веслом в берег и суденышко медленно отвалило от мыса. Пытаясь собраться с мыслями, он молчал и только ожесточенно работал веслом, выворачивая тяжелую долбленку на течение. 'Да что это происходит? Кто это? И почему девочки так с ней? - одни и те же мысли крутились в голове. - И главное - откуда она знает меня?!' Он пытался настроить себя на серьезный лад, но как только его глаза останавливались на гостье, на лице непроизвольно начинала играть улыбка. 'Что это со мной?' - удивлялся Соболь. Надо было расспросить девушку, узнать о ней. Но он никак не мог насмелиться и заговорить. Тогда он сделал равнодушное лицо, всем своим видом показывая, что одинокая красавица среди леса на диком берегу, которая знает, как его зовут - это ерунда, он такое каждый день видит.

Девушка время от времени, оглядывалась на Соболя и весело улыбалась, показывая ровные белые зубки. Он иногда встречал её взгляд, и тогда ему казалось, что она догадывается об его состоянии. Однако, вечно так продолжаться не могло. Радан вывел лодку на стрежень, почти на средину Белой. Теперь, они были одинаково далеко как от одного, так и от другого берега. Можно было не опасаться внезапного нападения. Потом закрепил весло, кашлянул, чтобы прочистить горло и спросил, первое, что смог выговорить:

- Вы это... вы кто?

Видимо выглядел он комически, потому что даже все дети обернулись и заулыбались. А незнакомка, та вообще, весело рассмеялась. Смех рассыпался веселыми брызгами лесного ручья и Соболю показалось, что даже день стал светлее. Не дождавшись ответа, он нахмурился и опять спросил:

- Что смешного? Я спрашиваю кто ты?

Однако это вызвало только новый приступ смеха. Теперь засмеялись даже его маленькие спутники. Девушка, вдруг, оборвала смех и легкими кошачьими шагами подошла к юноше.

- Перестань, Соболь, не сердись, - она протянула руку и погладила его по голове. - Мы же встречались с тобой.

От прикосновения мягкой пахнущей земляникой руки, у Радана по голове и плечам побежали муравьи, покалывая своими кожу острыми лапками. 'Да, что же это такое-то?!' Соболь не нашел ничего лучшего, как схватиться за весло, благо лодку как раз начало заворачивать.

Девушка понимающе улыбнулась, глаза при этом сразу стали на десять лет старше, потом успокаивающе сказала:

- Не переживай, Соболь. Ты вспомнишь. А пока зови меня Хазимай.

После этого опять упорхнула к детям и о чем-то весело заговорила с ними.

Время от времени загребая, чтобы поддерживать лодку в правильном направлении, Соболь разглядывал новую попутчицу. Нет, он точно не помнил её! Никогда не видел. Девушка была красива, но как-то необычно. Она немного походила на сестру Весу и на мать Радана. На мать даже больше. Такие же, немного раскосые, черные глаза, черные волосы, грациозная невысокая фигурка. 'Похоже, гостья тоже восточных кровей'.

Однако, время шло, и Соболь начал высматривать место для стоянки. Пора завтракать. Он уже направил было лодку к берегу, но Хазимай заметила это и остановила его.

- Нет, Радан, здесь не надо останавливаться. Опасно. Давай еще проплывем, вон там ниже, похоже поляна. Там и причалим.

Радан хотел возразить, как-то поставить девушку на место - командовать ей здесь никто права не давал - но взглянув на улыбающуюся Хазимай промолчал. 'Демон, еще одна глазастая на мою голову!' Но разглядев место, которое предложила она, сразу согласился - да, тут, действительно лучше.

Небольшая долина с желто-зеленой поникшей травой вдавалась в лес. Место было открытое, любого появившегося из-за деревьев, было бы видно сразу. Берег в этом месте был высокий, но снизу под обрывом была небольшая песочная коса. Там как раз можно было причалить и развести костер. Больше не раздумывая, он направил лодку к облюбованному месту.

Завтрак в этот раз был королевский - вчера в темноте Радан не стал развязывать свой мешок, который набил в лавке сладостей, отдал только то, что просила принести Марианна. Сегодня же она раздала всем по огромному куску хлеба, на которых сверху лежал еще шкворчащий толстый кусок свиного окорока. Их обжарили на палочках Горзах и Лео. Потом разлила по разнокалиберным кружкам настоящий чай. И как апофеоз Соболь достал из лодки и развязал заветный мешок. Расстелил свой плащ и не разбирая вывалил на него вчерашние сладости.

Даже Марианна не выдержала и запрыгала. А Енек вдруг подбежала к Радану, обняла и прижалась к нему. Соболь, не ожидавший такого проявления чувств, смущенно молчал. И только ребята смогли сдержать себя. Эльфенок сначала дернулся к разноцветной горке на плаще, но оглянувшись, остановился и степенно присел перед лакомствами. А Горзах тот вообще смотрел на сладости равнодушно. Наверное, орки не любят сладкое, подумал Радан. Но все объяснилось проще - оказывается он просто не знал, что это такое. Об этом громогласно сообщил Лео, когда маленький орк, что-то спросил у него.

- Ты совсем дикий! - засмеялся он. - Это вкуснятина!

Эльф отломил кусок тягучей заварной пастилы и протянул Горзаху. Тот неуверенно посмотрел, понюхал и осторожно попробовал.

- Ешь, Горзах, это очень вкусно, - с набитым миндальным печеньем ртом, пробормотала Марианна. Однако, тот уже сам распробовал и в один момент проглотил свой кусок. Потом, схватил еще отломил и опять забил свой рот. После этого опустился на колени и начал пробовать все, что попадало под руку.

- Горзах, - подошедшая сзади Хазимай, позвала разошедшегося орченка. - Остановись, а то потом будет плохо.

Как ни странно, тот послушался девушку. Он перестал хватать, присел и взяв розовый пряник, стал чинно есть.

- Ты молодец, - Хазимай повернулась к Соболю. - Порадовал детей.

- Да, чего там, - смутился горец. - Я же помню, как в детстве.

Дети были заняты, никто не обращал на них внимания и Радан решил, что наступил подходящий момент для выяснения отношений.

- Хазимай, ты может все-таки расскажешь о себе? Я тебя не помню. Не может быть, чтобы мы встречались.

- Встречались, - опять улыбнулась та. - Ладно, я расскажу. Только чуть позже, сначала ты мне кое-что расскажи. Дети говорят, что ты видел эльфов, которым нужен Лео и которые ищут детей? Это так?

- Да. Они узнали, что дети спускаются на лодке вниз по Белой и хотят нагнать их. Им обязательно нужен эльфенок. Но он вчера опять сказал, что не вернется, если его родственники не захотят взять и остальных.

- Да, - вздохнула девушка. - Такое вряд ли пройдет даже у сына Правителя Синей Горы. Особенно с орком.

- Вот и я о том. Поэтому и хочу отвезти их куда-нибудь, где их примут всех вместе.

- Ну и где, по-твоему, есть такое место?

- Не знаю. Но есть же какие-то монастыри, где принимают всех. Я слышал про такой, только он где-то в Запретных Горах. Мне бы поближе, потому что меня ждут на службе.

- Да. Я знаю, - задумчиво подтвердила Хазимай.

- Да откуда ты все знаешь? - не выдержал Соболь. - Давай рассказывай!

Однако рассказа он так и не услышал.

- Лошади! - девушка привстала и прислушалась. - Да, точно. Скоро будут здесь.

- Я ничего не слышу, - Радан напрягал слух, но слышал ничего, кроме шума реки и потрескивания костра. Он недоверчиво посмотрел на девушку - обманывает, что ли? Она же не эльф и даже не полуэльфка. Вон какое красивое маленькое ушко.

- Я не шучу, - отрезала та. - Сидите тихо. Я отведу их.

Неожиданно легко, словно горная серна, которую Соболь видел в детстве, Хазимай взбежала на обрыв. Махнула рукой - сидите тихо - и исчезла.

- Куда это она? - встревоженно спросила Марианна. В руке она держала надкушенный сладкий орех в сахаре, но по глазам было видно, что девочка, уже забыла про сладость.

- Сказала, что слышит лошадей, - раздосадовано ответил горец. - Ты слышишь, что-нибудь?

- Нет, - отрицательно мотнула головой девочка.

- Вот и я нет! А она... врет, наверное.

- Ты что, Соболь? - возмутилась Марианна. - С чего ей врать? Раз говорит слышит, значит слышит. Сам же понимаешь, слух у нее звериный.

- Ничего я не понимаю! Почему я должен понимать?

- Соболь, но ты что? Она же рысь!

Радан с размаху сел на песок. Нет! Только не это! Он не хотел верить, что Хазимай не человек. Только сейчас до него дошло, что он уже и сам давно понял, что она существо другого порядка. Как только увидел одинокую беззащитную фигуру в ярком платье на диком берегу. Просто не давал себе поверить в это. Та ли она рысь, что помогла ему в трактире на берегу, или нет - но то, что она создание магическое, это точно. Теперь он отлично видел это, все её поведение сразу укладывалось в нормальные рамки.

Но боги, как он не хотел, чтобы она была таким созданием! Он бы все отдал, чтобы Хазимай была человеком.

- А откуда ты знаешь, что это она? - ухватился он за маленькую соломинку.

- Ну не знаю, - пожала плечами девочка. - Как-то поняла и все... По глазам, наверное. Или нет, наверное, по всему.

- Ребята, - она позвала остальных. - Скажите ему, он не верит, что Хазимай это рысь.

Остальные дети сразу подтянулись к ним, и наперебой начали подтверждать слова Марианны:

- Да, конечно, это она! - безапелляционно заявил эльфенок. - Я сразу узнал. Как только увидел.

- Хвастун, - улыбнулась Марианна. Эльфенок взвился.

- Это я хвастун?! Да я...

Что он еще хотел сказать, никто не узнал. Над табором, на откосе появилась Хазимай.

- Вы что шумите? Я же сказала вести себя тихо.

Все сразу притихли.

- Что там? - спросил Радан. - Были всадники?

- Да.

Она легко спрыгнула с откоса и подошла к эльфу.

- Слушай, Леонойль, ты, действительно, не хочешь расставаться с остальными? Ты же знаешь, что ты наследник, и все равно должен будешь вернуться на Синюю Гору.

Эльфенок гордо выпрямился и, глядя прямо в глаза девушке, важно произнес:

- Я знаю, кто я! Но я вернусь только вместе с ними, - он обвел рукой примолкших детей.

Радан в изумлении глядел на, мгновенно повзрослевшего, эльфа. Ведь только что тот обиделся и начал спорить с Марианной, совершенно по-детски. Эта сцена на время заставила Соболя забыть о сущности Хазимай. Но та быстро напомнила об этом.

- Хорошо. Значит так тому и быть. Я ведь спросила не просто так - сейчас там в лесу, находятся эльфы, которые ищут тебя.

- Демон! - Соболь бросился к лодке, где лежала сабля. Потом, сообразив, что оружие не поможет, крикнул:

- Быстро в лодку! Уходим!

- Стой, Соболь! - повелительно приказала Хазимай. - Они не поедут сюда, я отвела им глаза, и они проехали мимо.

Радан застыл.

- Отвела глаза эльфам? В лесу? - растерянно пробормотал он.

'Да, теперь я тоже верю, что она не человек, - но тут же оставил себе лазейку. - Хотя маг-человек тоже так смог бы'.

- Да. Но это ненадолго. Я думаю, что через некоторое время они разберутся, и скорей всего вернутся сюда. Это ведь эльфы, и раз они ищут, они не пропустят ни клочка берега. В, любом случае, немного времени у нас есть. И я хочу услышать, куда вы направляетесь и почему?

Она прошла к лодке и присела на борт.

- Идите все сюда и расскажите мне каждый, что он думает об этом путешествии и как он оказался в этой лодке.

Потом повернулась к Радану и сказала:

- Ты можешь не рассказывать, про тебя я знаю. А куда ты хочешь отвести их, ты мне сам сказал.

- Ты точно уверена, что эльфы ушли? - Соболь хотел знать это наверняка. Он не мог подставить детей такой опасности. Не для того они столько натерпелись, чтобы умереть тут.

- Успокойся, Соболь. Я также, как и ты переживаю за них, но кроме них, здесь есть еще один очень ценный человек - это ты.

- Я?

- Да, ты. Потому что, то, что ты носишь в своем рукаве очень важно. И я думаю, что мы даже не до конца понимаем, на сколько важно.

- Ну, конечно, ты-то знаешь, ты же читала его.

- Читала, но не поняла.

То, что она косвенно признала, что она это тот самый зверь, который читал пергамент после схватки в харчевне, почти не оставляло сомнений в правоте детей. Но, чтобы убедиться до конца, Радан спросил девушку напрямик:

- Ты та рысь?

- Нет, конечно, я не рысь, - улыбнулась Хазимай. - Но могу ей стать, как и любым другим зверем. Я Лесная.

Соболь хотел сказать ей, что-нибудь обидное, хоть чем-нибудь задеть, вывести её из себя. Зачем ему это надо, он и сам не понимал, но его остановил восторженный крик Марианны.

- А я что говорила? - она победно глядела на эльфенка и орка. - Я вам говорила, что это она!

- Ладно, перестаньте, - не дала разгореться очередному спору Хазимай. - Я просила вас рассказать, как вы попали в эту лодку. Каждого. Давайте, не тяните время.

Она склонилась к девочке-гному и, взяв ее за плечики ласково попросила:

- Енек, давай расскажи нам о себе и куда ты хочешь попасть дальше?

Та взглянула на девушку, своими огромными глазищами и, вдруг, закрыла лицо руками и заплакала.

- Хазимай, не спрашивай её, пожалуйста, - попросила Марианна. - Она всегда плачет, когда вспоминает. Я расскажу за нее.

- Хорошо.

Лесная погладила малышку по рыжим волосам.

- Успокойся, Енек. Просто скажи нам, куда ты хочешь попасть? И с кем?

- Я не знаю, - сквозь слезы ответила та. - Я просто хочу всегда быть с Марианной.

Потом подняла голову и посмотрела на остальных.

- И с Лео, и с Горзахом, и с Соболем. И чтобы ты тоже жила с нами. Чтобы ты и Соболь стали нам мамой и папой.

Радан поперхнулся. Хазимай лишь улыбнулась в ответ. Марианна, Горзах и Лео тоже заулыбались.

- У меня есть отец! - заявил эльфенок.

- И у меня папка живой, - поддержала его Марианна.

- Да прекратите вы, - рассердился юноша. - Я не собираюсь становится вашим отцом.

Но оглядев разом притихших детей, добавил:

- Но и не собираюсь бросать вас. Вы мне как сестренки и братишки.

- Ладно, Енек, все будет хорошо. Посиди пока, съешь еще конфету. Пусть ребята расскажут.

Хазимай подтолкнула успокоившуюся девочку к костру и посмотрела на остальных.

- Кто смелый?

- Я расскажу, - шагнула вперед Марианна. - Только не знаю, зачем это тебе.

Девочка быстро рассказала то, что Соболь уже слышал - как разгромили их небольшой караван, и как убили бабушку.

- Значит, кто это был, ты так и не поняла?

- Нет. Они только убивали и ничего не говорили. Даже между собой не переговаривались.

- Когда моих убивали, они тоже молчали, - вступил эльфенок. - Ни одного слова не сказали.

В это время заворчал, залаял орк на своем зверином языке. Радан понял, что и он о том же.

- И когда на нас напали, тоже ничего не кричали.

'А ведь и мне они рассказывали, - подумал Соболь. - А я даже не подумал сравнить. А ведь похоже, что всегда это были одни и те же. Во всяком случае, ведут себя одинаково. Так это что - именно их хотели убить?'.

- Ты поняла, Хазимай? Получается, что за ними кто-то охотится. И все это совсем не случайность, то, что они встретились.

- Я тоже так думаю. И не только я, Хранительница Веда тоже. Сейчас я думаю еще об одном - случайна ли встреча их встреча с тобой?

- Ты знаешь Стерегущую?!

- Знаю. И недавно её видела. Мы много разговаривали о тебе и о детях. Но я совсем не ожидала встретить вас вместе. Мы как-то считали, что у вас разные истории. Вот загадали вы загадку.

- Ну, вот про меня ничего такого думать не стоит, никаких загадок. Я их совсем случайно встретил.

'А вот ты точно загадка - зачем я и дети нужны тебе?'

Хазимай улыбнулась.

- А вот это мы еще узнаем. Но давай выслушаем детей, может быть это даст нам какую-тозацепку.

- Марианна, а ты как видишь свою дальнейшую судьбу?

- Я не знаю, - девочка на минутку задумалась. - Я бы хотела найти папку. Он сильный и добрый, он бы нас всех защитил.

Она огляделась.

- Но это потом, а сейчас я хочу, чтобы мы нашли таких добрых людей, которые приняли бы нас всех, не разделяя на расы.

Марианна опять замолчала. Потом дрожащим голосом добавила:

- И еще хочу, чтобы кончилась эта проклятая война. И никогда больше не начиналась.

Рассказы Лео и Горзаха ничего нового для Соболя не открыли. Он все это уже слышал. И в конце они так же, как и Марианна объявили, что жить они будут только там, где примут их всех вместе.

Хазимай вздохнула.

- Сложное у вас желание. Особенно по нынешним временам. Но мы что-нибудь придумаем. А теперь опять вопрос и снова всем - кто-нибудь из вас представляет место, куда вы хотите?

Дети только переглядывались и пожимали плечами. Что-то сказал лишь Горзах, Радан понял лишь общий смысл фразы. Что ему что-то приснилось. Но Лесная сразу заинтересовалась его словами.

- Рассказывай. Хочу все услышать.

Рассказ получился сбивчивый и короткий. Соболь с трудом понимал, про что тот говорит.

- Ты понял, что он рассказал? - Хазимай перевела блестящие глаза на Радана.

- Не совсем, но основное понял. Он говорит, что видел во сне горы. И им надо идти туда, так кто-то приказывает.

- Ты разве не понял, кто ему приказывает? Это самое интересное и самое непонятное.

- Переведи.

- Во сне к нему приходила Горосаар Каххум. И это она указывает ему путь.

- Ну и имечко. Язык сломаешь.

Девушка удивленно смотрела на него.

- Ты не знаешь кто такая Горосаар Каххум?

Он отрицательно мотнул головой.

- Да, люди быстро все забывают. А хоть про Зерги ты знаешь?

- Конечно знаю. Все знают. Та, которая развязала Великую Войну.

- Горосаар Каххум - это Зерги. Так её зовут орки.

- Ничего себе!

Марианна, с интересом прислушивающаяся к разговору, вставила свое.

- А он еще меня все время так называл. Все из-за вот этой моей кружечки.

Она подняла и показала блестящую серебряную, отделанную рогом кружечку, с двумя ручками.

- Ну-ка покажи, - заинтересовалась Хазимай.

Девочка подала кружку, Лесная протянула руку и, вдруг, лишь коснувшись посудинки, резко отдернула её. На лице девушке было изумление.

- Что?! - Соболь с таким же удивлением смотрел на неё. - Что случилось?

- Не знаю...

Марианна с недоумением смотрела на девушку.

- Соболь, попробуй, возьми у нее кружку, - приказала Хазимай.

Он с готовностью протянул руку и коснулся костяной ручки.

- Демон! - вскрикнул он, отдергивая руку.

Ощущение было такое, словно по плечу со всей силы врезали березовой дубиной. Он даже оглянулся, как будто кто-то здесь мог это сделать. Никого. Все оставались на своих местах: дети у костра наблюдали за их пантомимой; Марианна с еще больше расширившимися глазами, смотрела теперь на него, Хазимай тоже внимательно вглядывалась в его лицо.

- Что? - теперь это спросила уже она.

- Похоже, колдовство. Не могу взять.

- Да, вы что? - удивленно спросила девочка. - Вы шутите?

- Нет, Марианна, - ответила Лесная. - Нам как раз не до шуток. Ты одна можешь взять эту вещь, или остальные тоже могут?

- Конечно, могут. Енек, иди сюда.

Марианна сунула подбежавшей малышке заколдованную кружку.

- Подержи мою кружечку.

Та спокойно взяла посудину сразу за обе ручки, подержала и протянула обратно.

- Ну видели? - Марианна снова взяла злополучную вещь и опять протянула Соболю. - Обычная кружка.

Радан нерешительно потянулся к ней, но в этот раз взять кружку ему не дал Горзах.

- Нельзя! - ломано крикнул он по-человечески и забормотал: - Горосаар Каххум, Горосаар Каххум...

- Не надо, Соболь, не трогай, - подтвердила Хазимай. - Похоже, маленький орк прав. Ладно, оставим это. Разберемся в дороге. Все-таки пока, нам лучше будет плыть. Поэтому давайте собираемся и отчаливаем.

- Ты чего раскомандовалась? - Радан понимал, что магичка лучше понимает, что надо делать, но дух противоречия, возникавший при общении с девушкой, не давал ему принять это. Кроме того, у него было еще одно дело, которое он должен был завершить в любом случае. - Если ты разговаривала с Ведой, то знаешь, что мне надо сделать еще кое-что. И как можно скорее.

- Конечно, знаю, Соболь, - мягко подтвердила Лесная. - И твое дело как раз и есть первоочередным. Сначала мы разберемся с ним, а потом уже все остальное. Но об этом мы поговорим в лодке.

- Хазимай, я не знаю, есть ли в других городах ниже по течению люди, которым я должен передать посылку. Мы говорили только про Коровард, Мастилан и Серебримус.

- Соболь, - вздохнула девушка. - Больше ты не будешь искать лавки с огненными забавами. И пергамент мы отнесем совсем в другое место.

- Ты что говоришь? Я на службе, это мое задание, и я обещал.

- Радан, успокойся, - ласково повторила Хазимай. - Мы обо всем поговорим в лодке. И никто не говорит, что мы так и будем плыть вниз по Белой. Вполне возможно, мы вскоре сойдем на берег. А отсюда в любом случае надо уходить, скоро вернутся эльфы.

На это возразить было нечего и через несколько минут долбленка тяжело отошла от берега.

Утро еще только робко разбавило серостью темноту ночи, а весь отряд Корада был уже на ногах. Что чистильщики, что полуэльфки были настоящими профессионалами, и на то, чтобы поесть и собраться у них ушло от силы двадцать минут. Еще минут десять все занимались лошадьми - кони в пути, это главное. Через полчаса после подъема все воины уже сидели в седлах.

- Крис, отправь двоих своих людей вперед.

Корад подождал, пока две полукровки скрылись в лесу и махнул рукой, разрешая движение остальным. Сам он поехал первым, за ним Крис и Сервень.

Тропа вдоль берега была широкой и хорошо набитой. Отдохнувшие лошади спорой размашистой рысью. Все молчали и Корад тоже задумался. После вчерашнего вечера, после рассказа Крис, Славуд убедился в правильности своих действий в Серебримусе - полуэльфки оказались не только из Черной Сотни, но и из охраны Веды. А уж Стерегущая кого попало в охрану Места Силы брать не будет. Мало того, даже его блеф в тюрьме, когда он пытался выудить правду из полукровок, оправдался на все сто процентов - девушки действительно были посланы на помощь его человеку. Этим же подтвердилось еще одна его догадка - пергамент вещь гораздо более важная, чем то, что ему про него сообщили.

Еще раньше он начал подозревать, что с этим артефактом было явно что-тоне так. Не могли в Стереге так ошибаться - отправить его всего лишь как обычный документ, пусть важный, но обычный. И то, что за этим последовал другой приказ - вернуть пергамент в Стерег, так, как это не тот документ, который надо передать - вызвало еще больше вопросов. Подобное произошло впервые.

Корад постарался не думать сейчас так далеко - разобраться во всем будет возможно, когда он опять появится в Стереге у Саафата. Но в свете последних событий было ясно, что появится он теперь там совсем не скоро. Война внесла свои коррективы. Сейчас главное - найти Соболя. А дальше все придется решать по ходу дела.

Вчера в передовом дозоре постоянно ехали полуэльфки, а сегодня с утра их сменили чистильщики. Сервень отправил двоих воинов сразу, как только перекусили. Корад предпочел бы, чтобы в авангарде постоянно были полукровки, но он был не только магом, но и опытным командиром и знал, что нельзя выделять в отряде кого-то. Он видел, что даже после суток совместного похода и те, и другие еще не доверяли друг другу полностью, поэтому делал все, чтобы воины чувствовали себя равными. Сейчас отряд стал грозной боевой единицей, любой армейский офицер был бы в восторге от такого взвода. Меткие лучницы отлично дополнили боевую мощь чистильщиков.

Река была пустынна. Форсирование Белой орками нарушило все судоходство. За время, что они ехали по берегу, не прошла ни одна баржа, ни один корабль. На лесной тропе хотя и было множество совсем не старых следов копыт, но тоже пока никто не попадался. Однако, Корад знал, что они двигаются в правильном направлении. Утром на берегу они нашли остатки костра и, проведя несложные манипуляции, он определил, что тут был Соболь. Но, кое-что поставило его в тупик. Радан явно был не один и дальше он поплыл по реке. По полузамытому следу на берегу, маг понял, что тут была лодка и Соболь дальше отправился на ней. Однако, самое интересное было то, что пассажирами лодки были дети. Он сам разглядел следы и полуэльфки подтвердили его выводы.

И еще интересней оказалось то, что полукровки уже слышали об детях, об этом мельком упоминали сначала Веда, а потом и Хазимай.

Тропа стала шире и Корад приказал прибавить ход. Нельзя дать Соболю оторваться слишком далеко. Если бы уйти от реки и не повторять её прихотливых изгибов, они могли бы двигаться гораздо быстрее. Тем более, что торговая дорога вдоль Белой входила в юрисдикцию Королевской дорожной службы и была довольно ухоженной.

Но в этом случае они могли попросту обогнать лодку, а этого Корад не мог допустить. Теперь он уже не был уверен, что Соболь движется к следующему городку, чтобы найти явочную лавку и передать пергамент. Творилось что-то непонятное, словно боги затеяли свою игру, и поэтому ожидать можно было чего угодно. Нельзя было исключать, что через некоторое время Радан покинет лодку и пойдет пешком. Поэтому приходилось ехать длинной дорогой.

Через несколько часов после обеда они обнаружили еще одну стоянку той самой лодки. Это был небольшой песчаный мысок, намытый внизу под обрывом берега, прямо напротив вдающейся в лес долины.

Разведчики проехали мимо, ничего не заметив, и отряд тоже бы проскакал дальше, но тут сработало магическое чутье Корада. Он вдруг ощутил явный след магии и сразу приказал остановиться. Все в недоумении смотрели, как он спрыгнул на землю, отошел от жеребца, закрыл глаза и расслабленно замер. Через мгновение Корад подошел к краю берега и спрыгнул.

- Крис, Сервень, - позвал он снизу. - Идите сюда.

Когда те спустились, полуэльфка подтвердила:

- Да, это они.

Она наклонилась, приложила пальцы к хорошо сохранившемуся детскому следу и отметила:

- Совсем свежие. Сегодняшнее утро.

Корад, подзывая, махнул ей рукой и указал на необычный след - маленький, но явно уже не детский. Полукровка опять присела, вгляделась и вдруг вскочила:

- Демон! Это Хазимай!

В тот же момент сверху раздался короткий вскрик и по откосу скатился один из чистильщиков. В виске торчала красивая расписная стрела с изящным оперением.

- Эльфы! - воскликнула Крис и в два прыжка выскочила на откос. Пригибаясь, подбежала к лошади, с ходу вскочила в седло и склонившись за шею животного, погнала лошадь к лесу. Туда, куда уже мчались остальные.

Корад, однако, не последовал её примеру. Он выкрикнул непонятную фразу, отчего его конь вдруг упал на бок и задергал копытами. Через мгновение лошадь затихла и, любой увидевший её, решил бы, что она мертва. Однако конь был жив, об этом говорил легкие, почти незаметные, движения грудной клетки и дрожащие ноздри.

Сам маг упал на песок и прижался к откосу. Плащ, прикрывший инспектора, немедленно начал менять цвет и через пару мгновений серый цвет приобрел желтоватый оттенок, совершенно слившись с песком откоса. Сейчас же даже острый глаз эльфов вряд ли бы разглядел фигуру на откосе.

Маг нащупал нужную вещь в кармане плаща и медленно пополз наверх, к срезу откоса. Он очень не хотел схватки с эльфами, это сейчас было совсем некстати, но раз уж она началась, надо как-то решать вопрос.

Первые воины его отряда тем временем уже достигли спасительного леса. Полуэльфки на ходу спрыгивали с коней и в руках у них появлялись луки. Присев за деревьями, они высматривали нападавших. Люди Сервеня отошли дальше в лес, они не могли соперничать в меткой стрельбе ни с полукровками, ни тем более с эльфами. Однако были готовы в любой момент броситься в атаку. К амазонкам присоединилась лишь Брида. Она также приготовила свой мощный лук и держала в правой сразу две стрелы, готовая в любой момент начать стрелять.

А в это время в лесу с другой стороны поляны, погибали двое разведчиков отряда Корада. Стычка с эльфами произошла внезапно - и те, и другие оказались к ней не готовы. Эльфы проехали вниз по реке, уже достаточно далеко, пока не поняли, что они явно обогнали лодку. Не могла подобная посудина уплыть так далеко за это время. Начавший психовать Витайлеан, развернул отряд и погнал воинов в обратный путь. Из-за этого эльфы ехали все вместе, забыв об осторожности и не высылая вперед дозор.

Чистильщики же, несмотря на опытность, просто расслабились - то, что с самого утра им не встретился не только человек, но и даже крупный зверь - притупило бдительность. Они разогнали коней на поляне и притормаживать начали уже только въехав под кроны вечнозеленых елей. И здесь, на повороте лесной дороги, люди и эльфы столкнулись.

Пока первый эльф рвал из-за спины лук, чистильщик, более приспособленный для рукопашной схватки, сориентировался первым. Выдергивая из ножен меч, он продолжил движение и дотянулся клинком до горла светлорожденного. Удар был хоть и без замаха, но свое дело сделал - эльф захрипел и заливая все вокруг кровью, повалился на спину лошади.

Как часто бывает в таких нелепых, неподготовленных схватках, случай дал преимущество не более сильным и многочисленным, а наоборот. Понимая, что убежать не удастся, чистильщики бросились вперед, пьянея от боя и крови. Теперь уже никто не понимал, что произошло и зачем. Так им удалось серьезно ранить еще двоих, обескровив команду Витайлеана сразу на треть.

Но все эльфы в отряде были опытными воинами и вскоре чистильщики потеряли свое преимущество. В первого человека попали сразу две стрелы - одна в лицо, другая пробила предплечье между перчаткой и кожаным налокотником, когда он попытался вырвать первую стрелу из щеки. Следующая, третья уже вошла туда, куда обычно целят эльфы. Выстрел был такой мощный - стрелял сам разъяренный Витайлеан - что стрела пробила прикрывавший горло кожаный воротник и прошла через шею насквозь.

К тому времени, когда стрела эльфа выбила из седла воина на берегу, оба чистильщика были уже на земле. Воин с двумя обломанными древками стрел - одна в ноге, другая в плече - стоял, покачиваясь, над своим мертвым товарищем. Обеими руками он держал окровавленный меч и тихо, про себя, просил у богов быстрой смерти. Но вслух, он, усмехаясь, обзывал врагов длинноухими зайцами и вызывал на честный бой на мечах. Однако, оскорбления никого не трогали - тут уже не было взрывающегося от любого слова Витайлеана - он проехал с четырьмя воинами дальше. Наследник правителя Синей Горы был важнее битвы с людьми. Оставшиеся двое эльфов бесстрастно стояли на расстоянии, недосягаемом для меча и держали в руках луки с наложенными на тетиву стрелами. Они ждали, когда раненный воин обессилит, чтобы захватить его живым и допросить.

Выехав из города, Алмаз скакала до тех пор, пока даже её кошачьи глаза перестали замечать ветки, торчавшие над тропой. К вечеру небо затянуло тучами, и луна сегодня появиться не обещала. Осенняя ночь полностью подчинилась тьме. 'Так можно нарваться, - подумала она, сбавляя ход. - И оставить глаз на каком-нибудь суку'. Проехав еще немного, она спустилась к реке и спрыгнула с лошади. Распрягла кобылу, спутала ей ноги, чтобы не ушла далеко и отпустила пастись на прибрежной траве. Наломала лапника с ближайшей ели, в голову бросила походную суму - постель готова. Чтобы не тратить драгоценное время не стала даже разводить костер. Достала из сумы холодное мясо и отошла к реке. Обгрызла кость добела, и запила водой прямо из реки. Все, теперь можно и поспать немного, пока темнота не начнет сереть.

Проснулась она гораздо раньше. Ей даже показалось, что она не засыпала, однако, то, что по руке побежали мурашки говорило, что она все-таки поспала. Даже руку отлежать успела. Вокруг было также темно, можно было различить только чернеющие ближайшие кусты. Алмаз сразу поняла, что проснулась она не просто так - что-то её разбудило. Полукровка вся превратилась в слух - теперь только уши могли её выручить. Сначала она ничего подозрительного не услышала, но через минуту засекла слабый всплеск с реки. 'Не зря проснулась, это не рыба'. Она перевернулась и змейкой скользнула к реке - над самой водой будет слышно лучше. Через пару минут она разобрала тихие голоса и её словно горячей водой окатили - орки!

'Дракон! Откуда они здесь? - и тут же мысль скакнула на другое. - Герма! Где она? Как бы случайно не заржала'. Она опять прислушалась - на лодке ничего не подозревали, также негромко перебрасывались словами. Как ни вслушивалась Алмаз разобрать, о чем говорят, пока не удавалось. Лодка была еще далеко. Однако по звуку она определила, что орки приближаются к её берегу. Зато она услышала, как в кустах кто-то тяжело повернулся. 'Герма. Вот ты где'. Девушка осторожно, стараясь не ломать, пробралась сквозь кусты и склонилась к поднявшей голову кобыле. Положила руку на мягкие губы и по-эльфийски прошептала на ухо:

- Герма, помолчи милая, не выдай нас...

Алмаз не боялась, что может попасть в руки орков. В лесу даже человек ориентируется гораздо лучше этих степных созданий, а уж ей - чья кровь наполовину была эльфийской, уйти в темноте от них не составило бы труда. Но она сразу, как только разобралась что происходит, задумала другое. И сейчас полукровка напряженно прислушивалась, пытаясь определить дальнейшее движение лодки. Похоже, она права - клыкастые скоро пристанут к берегу. И произойдет это ниже по течению. Надо идти за ними. Может кто-нибудь более зрелый поступил бы иначе - зачем самому нарываться на неприятности, тем более у тебя уже есть задание, которое необходимо выполнить.

Но Алмаз была из другого теста - даже воспитываясь под строгим надзором добровольной няньки - Веды, она умудрялась постоянно попадать в истории. Что тому виной - человечья или эльфийская кровь, неизвестно, но даже повзрослев, она осталась такой же бесстрашной авантюристкой как в несмышлёном детстве. Что недавно и доказала, избив в городе помощника главы городской стражи, попытавшегося её лапать. Освобождение из тюрьмы тогда и познакомило её с парнем по имени Радан, по следам которого она сейчас спешила.

Она решила, что раз судьба подкинула ей такой шанс, лично прикончить хоть одного ненавистного врага. Даже еще ни разу не схватываясь с ними в битве, Алмаз всем сердцем ненавидела орков. С самого детства из рассказов взрослых и страшилок сверстников, она впитала, что нет врага страшней чем орки. Потом, в Черной Сотне это чувство заботливо взращивали уже командиры, вдалбливая с утра до ночи: увидел орка - убей! Есть, конечно, и противнее, и страшнее, например - умертвия или еще хуже вампиры. Но никто из них не сделал столько вреда людям и эльфам. Так что в ненависти к этим полузверям, обе половинки её естества - эльфийская и человеческая были едины.

Однако, она не собиралась при этом погибать сама, поэтому в её голове сейчас быстро выстраивался план, как наказать наглых захватчиков, непонятно откуда взявшихся здесь и при этом не пострадать. Если бы было светло, все было бы гораздо проще. Она бы подкараулила их на месте высадки и несколько орков точно бы получили по стреле в горло. Но сейчас была ночь, и темнота не давала воспользоваться луком.

Ладно, - решила полуэльфка. - Сначала выслежу их, а там будет видно.

На нее сильно давило то, что ей надо догонять Хазимай и Радана. Не виси это над ней, она бы придумала бы план гораздо хитрее. Как всегда, при воспоминании о этом парне с кривой саблей, у нее потеплело в груди и губы непроизвольно расплылись в улыбке. 'Хороший малыш, - подумала она. - Не зря я его тогда в тюрьме сразу заметила. Быстрый, ловкий и смелый. Повзрослеет, будет настоящим воином'. Себя она считала уже умудренной жизнью, закаленной амазонкой, хотя была всего на несколько лет старше Соболя. 'Как он тогда в тюрьме меня спас. Я даже понять ничего не успела'.

Однако, о хорошем размышлять было некогда. Убедившись, что орки уплыли достаточно далеко, она подняла кобылу, все также придерживая ей губы, чтобы та не заржала. Потом ощупью накинула недоуздок и привязала к дереву. Мало ли сколько придется гулять, лошадь даже в путах может за это время уйти далеко - ищи её потом.

Она все-таки взяла свой лук, проверила как выходит из ножен длинный эльфийский кинжал и нырнула в темноту.

Какой бы темной не была ночь, Алмаз понемногу начала различать окружающее - глаза настроились на отсутствие света. Хорошо магам, думала она, осторожно шагая вдоль берега, могут видеть и в темноте. А если надо, то и зажечь какой-нибудь волшебный фонарь. Будь у нее такой - она бы сейчас осветила лодку и как куриц на насесте перестреляла бы всех врагов.

Орки тем временем приближались к берегу. Они почти перестали разговаривать, лишь иногда бросали отдельные фразы. Алмаз поняла, что они все-таки опасаются - даже безмозглые орки понимали, что они на чужой земле и тут им совсем не рады. Девушка помнила, что зрение у врагов ничуть не хуже, чем у нее и, несмотря на скрадывающую все темноту, старалась быть как можно незаметнее.

Она приблизилась к месту, где примерно должна была пристать лодка и нащупав место посуше, присела за колючим кустом. Успела как раз вовремя, через пару минут причалили и орки. Ругаясь по-своему, они стали выпрыгивать на берег. Один, похоже, упал в воду, что вызвало взрыв его проклятий и смех остальных. Теперь девушка определилась, сколько там врагов - слышно было только три голоса. Она напряглась, наступал решающий момент - дальнейшие её действия зависели от того, что предпримут орки.

Высадившись, те похрипели, полаяли - Алмаз даже скривилась, какой звериный язык - и решили то, что ей совсем не понравилось. Орки собрались ждать здесь рассвета. Хотя она предвидела такой вариант, но он был самым худшим. Напасть, на них на всех сразу она не могла - даже преимущество внезапности быстро растает в борьбе с тремя здоровыми воинами. И необходимость идти, догонять Радана и Хазимай тоже давила на плечи. Подожду, - решила Алмаз, - может один захочет отойти в лес. Если нет, через час брошу все и уйду.

Однако, богиня Эрес, покровительница Черной Сотни, похоже, так же ненавидела орков и взялась помочь своей почитательнице - так Алмаз потом объяснила себе произошедшее. Прошло уже почти все время, что она отмерила себе. Чувствовалось, что скоро начнет светлеть и надо было уходить. Но перед уходом, она все-таки решила подползти поближе и посмотреть. Уж очень не хотелось бросать задуманное - когда еще ей выпадет шанс разделаться с ненавистными убийцами.

Очень медленно она подползала к табору врагов. Ей везло - ветерок был от реки и орки, хотя и чуяли запахи как звери, в этот раз не могли унюхать её. Наконец она подобралась так близко, что теперь сама скривилась от вони немытых тел. Три темные кучи и одна длинная тень на фоне полотна реки. Лодка и трое орков - значит все правильно и их именно столько, сколько голосов она слышала.

Алмаз с трудом подавила дикую мысль броситься сейчас на спящих врагов - даже ей ловкой и проворной, не удастся прикончить троих орков во сне. Слишком они живучи и слишком быстра у них реакция. Одного она точно сможет заколоть, но вот дальше...

И тут произошло то, что она посчитала вмешательством богов. Один из орков, как она и полагала, не спал - надо отдать должное, враги вели себя не хуже воинов людей или эльфов и оставили часового. Он ворочался, иногда что-то шептал и тихо ругался. Но, вдруг, он поднялся - раздался лязг металла - и пошел напролом через кусты в сторону леса. Алмаз поняла, что тот бросил меч, и поняла зачем среди ночи враг ломится в кусты. Так и случилось - пройдя с десяток шагов, орк начал, ругаясь, ломать кусты. А еще через минуту, девушка услышала, что он примолк и закряхтел. Она даже сплюнула, представив, чем он там занимается.

Она перевела взгляд на две похрапывающие кучи в нескольких метрах перед ней. Молнией мелькнула мысль - вперед! Еще не додумав мысль до конца, она скользнула вперед и через секунды оказалась перед двумя спящими врагами. Приготовив кинжал, она легонько хлестнула ближайшего орка по щеке. Еще в Сотне её учили этому приему - перед тем как резать спящего врага надо разбудить его, тогда он не закричит со сна. Только орк перестал храпеть Алмаз двумя руками вогнала клинок прямо в раскрытый рот. Сразу же выдернула и прыгнула к следующему. Этого она уже будить не стала, все равно дергавшийся в агонии первый убитый выдал её. Второму орку сталь вошла в ямку под горлом, и он страшно захрипел и задергался.

Оставив кинжал в ране, она отпрыгнула в сторону и сорвала свое родное оружие - лук, со спины. Через мгновение стрела лежала на тетиве. И это было как раз вовремя - ломая кусты на нее несся третий враг. Алмаз до конца оттянула тетиву и, не выбирая, выпустила стрелу в набегавшую фигуру. Сразу резко отпрыгнула в сторону и понеслась через кусты. Враг, изрыгая проклятья кинулся за ней. Но через несколько шагов, вдруг упал и начал жалобно подвывать. Значит, попала, - поняла полуэльфка и резко остановилась.

Наложила новую стрелу и медленно пошла к стонавшему и ворочавшемуся врагу. Те двое, что получили смертельные уколы первыми, уже затихли. Только сейчас она заметила, что мир начал проявляться - скоро рассвет.

Алмаз обошла куст, за которым стонал раненый и разглядела лежавшего на спине здоровенного орка. Тот уже перестал шевелиться и только постанывал. Куда это я его? Все-таки было еще темно и разглядеть что-нибудь хорошо ей не удалось. Тогда она достала огниво и несколько раз ударила кресалом по кремню. То, что она увидела в желтом свете снопа искр, заставило её злорадно улыбнуться.

Штаны из грубо выделанной шкуры слетели с мощных чресл орка - кинувшись за Алмаз он не успел завязать на них пояс и по дороге они слетели. Он прикрывал руками оголенный низ живота, но совсем не из чувства стыда. Между пальцев скрещенных рук торчало обломанное древко стрелы. Ранение было мучительным и смертельным - прежде, чем умереть, орку придется еще долго мучиться. Сейчас у него отказали ноги, и он мог шевелить только верхней частью туловища. Когда брызнули искры он открыл глаза и зарычал, но быстро сорвался на вой. Потом стих и вдруг прерывающимся голосом попросил:

- Эльф, добей. Добей. Я клянусь, что найду тебя в нижнем мире...

- Я не эльф, - холодно ответила девушка. - И мы больше нигде не встретимся.

Орк опять попытался зарычать и даже дернулся, но быстро стих и застонал. И опять попросил:

- Убей, человек. Ты же воин.

- Хорошо. Я прерву твои муки. Но ты должен кое-что сказать перед смертью. Иначе я сейчас просто уйду.

Полукровка подошла к телу, в котором оставила кинжал, достала и вернулась к живому орку.

- Я не буду никого предавать... - прохрипел тот. - Я орк...

- Что ж, помирай орк.

Она сорвала из-под ног клок поникшей травы и вытерла клинок, потом вставила его в ножны и повернулась.

- Стой! Что ты хочешь знать?

- Всего пару слов - зачем вы здесь и откуда взялись?

Орк молчал, Алмаз шагнула. Но не успела пройти и пару шагов, как услышала.

- Мы ищем детей. И парня с саблей как у степняка...

Полукровка быстро развернулась и бросилась к орку.

- Что ты сказал?

- Детей... Они нужны Хорузару. Убей... ты обещала.

- Как вы оказались здесь?

Полуэльфка достала кинжал и уколола руку орка, чтобы тот понял, что она готова.

- Мы разведчики... Остальные плывут на корабле после нас... Убей, человек...

Алмаз не выдержала. Она не могла больше слушать эти стоны. Одним движением девушка полоснула орку по горлу и надавила на лоб, чтобы голова откинулась. Как только тот забился и хлынула кровь, Алмаз отскочила в сторону. То, что она услышала сейчас, заставило забыть обо всем. Не разбирая дороги, она бросилась к лошади. Надо срочно догонять Радана.

Ночь отступала медленно и, как она не торопилась, ехать сначала пришлось медленно. К тому же очень хотелось спать, сказывалась бессонная ночь. Да и схватка забрала много сил, так что Алмаз несколько раз ловила себя на том, что она засыпает. Мерный шаг кобылы, туман, поднявшийся с реки и теплое, не по сезону, утро убаюкивали.

В конце концов она решила, что так дело не пойдет - надо поспать хоть пару часов. Но для этого надо уйти с прибрежной тропы - прошедшая ночь показала, что здесь может оказаться кто угодно. Словно по заказу, лес расступился и перед девушкой открылась неширокая - метров через сто над туманом опять чернел лес - поляна, языком уходившая далеко от реки.

Алмаз развернула лошадь и поехала вдоль края поляны. Отъехав достаточно далеко от берега, она решила, что хватит и свернула в лес.

Разбудили её звуки битвы. Где-то там, у реки раздавались ожесточенные крики и звенел металл. Алмаз мгновенно потеряла остатки сна. Вскочив, она прислушалась. Хотя расстояние и приглушило звуки, но то, что там сейчас именно битва, сомневаться не приходилось. 'Хорошо, что отъехала подальше. Сейчас бы лежала с перерезанным горлом'. Почему-то она сразу подумала об орках, плывущих на корабле. 'Наверняка, это они. Увидели людей на берегу и решили поживиться'. С гордостью она вспомнила сегодняшнюю ночь, не каждому удастся при первой встрече, в одиночку, убить сразу троих разведчиков-орков. Конечно, повезло - сразу одернула она себя - если бы часовому не приспичило как раз в нужный момент, ничего бы не получилось.

Это она додумывала уже в седле. Больше в битву она вступать не может, нельзя во второй раз не выполнить приказ Веды. Да в должниках она у Соболя - он как-никак её от смерти спас. То, что орк сказал про детей она не поняла, а вот слова про парня со степняцкой саблей молнией ударили в голову. Это мог быть только Радан - за всю свою жизнь она ни разу не встретила такого оружия. Примерно высчитав, как можно быстрее опять выехать к реке, минуя битву, она направила кобылу в лес.

Так она опять разминулась со своими людьми. Крис и остальные полуэльфки тоже, даже представить не могли, что совсем рядом от них только что была Алмаз. Но даже и знай это, они ничего бы не смогли предпринять - пока где-то рядом в лесу эльфы готовились перебить весь их отряд.

Корад сконцентрировался. Хризолит в его руке стал холодным словно лед, казалось, мертвящий холод сковал все вокруг. Однако маг крепко сжимал колдовской инструмент, он знал, что через несколько секунд все исчезнет - организм и камень найдут общий ритм. Ну, вот - получилось, - отстраненно подумал он и осмотрел себя. Его не было. Корад поднял руку и посмотрел сквозь нее - он стал невидимым. Если быть точным, как написано в трактате - не невидимым, а прозрачным. Любые лучи шли теперь через него, не преломляясь.