Беглецы

Однако, он не позволил эмоциям взять верх над разумом - он не какой-нибудь человек, чтобы все погубить из-за того, что он просто разозлился. Гораздо полезнее будет посмотреть, что произойдет дальше - что сможет предпринять маг против Стражей. Эти древние мерзкие твари даже у него, вызывали страх. Пусть человек поистратит силы на схватку с этими безмозглыми созданиями, а потом придет и моя очередь. Неплохо будет появиться перед глазами Зерги с магом Братства под мышкой.

Поэтому Мазранг затих и словно завернулся в кокон, надо чтобы до входа в пещеру маг ничего не почувствовал. И это ему удалось, человек внизу застучал каблуками по каменной лестнице и исчез из виду.

Ведьма на троне оторвалась от созерцания ползущей воды и повернула голову к пленникам.

- Я чувствую, что новые гости несут все, что нам нужно, и скоро мы завершим то, ради чего вы шли сюда.

Зерги опять стала хорошо видимой. Как только она переставала злиться, её призрачная фигура опять начинала наливаться жизнью.

- Мы шли не к тебе.

Марианна видела каких трудов стоило Радану сказать это. Но он смог, его голос, сначала хриплый и срывающийся, окреп.

- Мы не подчиняемся тебе, - повторил Соболь.

Белолицая колдунья рассмеялась.

- Да. Вы просто хотели пройтись к Запретным Горам. Но все равно, ты нравишься мне. И я, возможно, оставлю тебя жить. Ты будешь хорошим слугой.

Радан погладил по головке, прижавшуюся к нему Енек и опять возразил:

- Я никогда не буду твоим слугой.

Однако, ведьма не обратила внимания на его слова.

- А вот эту пигалицу, что ты обнимаешь, вы тащили зря. Вообще, никчемный народец эти гномы. Я зря перестраховывалась, можно было обойтись и без них.

Она задумалась о чем-то, потом добавила:

- Но ничего, все произошло так как и должно было произойти. И теперь её кровь поможет великому делу.

Марианна тоже прижала к себе девочку, та ничего не понимая, испуганно смотрела на улыбающуюся красногубую женщину.

- Ну вот и они, - Зерги подняла голову и нетерпеливо смотрела на дверь.

Марианна оглянулась. Плита, закрывавшая вход, была на месте, за ней было тихо. Как колдунья догадалась, что там кто-то есть?

Но это, действительно, было так - камень сам, без всякого приказа, начал отползать в сторону. В проходе появились старые знакомцы - маг со шрамом на щеке и старый колдун-орк. 'Так вот кого ждала колдунья', - поняла девочка. При виде их сердце у нее почему-то болезненносжалось. Словно с появлением этих двоих в подземелье появилось что-то, предвещавшее скорый и страшный конец. Следом за этой парой вошел старший вампир. Но в этот раз ведьма выгнала его.

- Голанд, пока ни ты, ни твои люди здесь не нужны. Отправляйтесь в свои усыпальницы. Когда понадобитесь, я вас подниму.

Нежить молча поклонился и вышел.

- Несите сюда все!

Резко приказала колдунья. Тон её изменился, к новым посетителям, она отнеслась холодно и даже не пыталась изобразить дружелюбие, как с Марианной и остальными.

Маг и шаман, торопясь, прошли к мраморному столу, на котором одиноко лежала сабля Радана. Арагуз развязал мешок и начал выкладывать все вещи, что они отобрали у детей, Радана и Алмаз. Однако, Зерги это не понравилось, она показала на кружечку, которую нашел когда-то в лесу эльфенок.

- Оставь это, а остальное выкини.

Енек заплакала, она увидела, что шаман вытащил из мешка куклу из тряпочек и травы, что сделала для нее когда-то Марианна. После приказа ведьмы он стал заталкивать её обратно.

- Пусть он отдаст мою куклу, - девочка умоляюще посмотрела на Соболя. Тот не выдержал и шагнул к столику.

- Ай! - закричала Марианна. Радан не успел сделать шаг, как вдруг его откинуло назад. Он упал на спину и прокатился по мозаичному полу. Енек от испуга замолчала и крепко вцепилась в старшую подругу.

- Не забывайся, мальчик, - также холодно процедила колдунья. - Я ведь могу и разозлиться.

Она протянула руку в сторону лежавшего юноши и мешочек с пергаментом, вдруг, выскользнул из-под рубашки. В ту же секунду он оказался в руке Зерги. Она попыталась развязать его, но это у нее не получилось. Девочка заметила, что все дела, где надо приложить силу, или хотя бы просто подержать предмет, колдунье удаются плохо. Не сумев развязать, она начала злиться и вновь становиться размытой. Тогда Зерги что-то прошептала и мешочек в её руке мгновенно истлел и осыпался прахом. В ладони остался только сверток из тонкой кожи.

Проклятая подняла голову, в глазах светилось удовлетворение.

- Сельфовур, - глаза Зерги засветились. - У тебя тоже есть кое-что принадлежащее мне.

По тому как колдун глянул на ведьму, казалось, что он, действительно, не понял, о чем речь. Но это только в первые секунды, а потом оборотень, вдруг, схватился за что-то у него на груди. Он даже отступил на шаг, словно то, что он там прятал было для него очень дорого. Однако под взглядом вмиг потемневших глаз Вогалки, он снял с шеи крупную, на вид глиняную, каплю. Потом дрожащей рукой протянул его Зерги. Марианне показалось, что страшный когда-то колдун, вдруг растерял всю свою мощь. Он опустил глаза и как будто стал ниже ростом.

Зато сидевшая на троне женщина не скрывала своей радости. Она разглядывала вещи в своих руках и зловеще улыбалась. Иногда, ведьма переводила взгляд на стоявшую на столе кружечку, и тоже улыбалась. 'Чему она радуется', - думала Марианна. Из этой кружки она столько раз пила морс.

Тут Зерги заметила застывшего у стола Арагуза, он так и стоял, держа в руках раскрытый мешок и не зная, что делать дальше.

- Вы оба, - она надменно глянула на поникшего Сельфовура и находившегося в эйфории орка. - Можете уйти, получите свою награду позже. Подождете в пещере.

Она нетерпеливо махнула рукой, показывая, чтобы они убирались. По всему было видно, что она торопится. Однако, что ведьма задумала, девочка, конечно, не знала. Но догадывалась, что ничего хорошего им от этого точно не будет.

Сельфовур так и не подняв головы быстро пошел к выходу - отдав свой медальон, он словно потерял уверенность в себе. Следом постоянно оглядываясь, словно не в силах оторвать восхищенный взгляд от ведьмы, шел шаман. Зал был очень большим и шли они целую вечность. Камень опять отъехал, открывая проход в темноту. Маг уже вышел в пещеру, когда орк не выдержал - он развернулся, упал на колени и горячо стал просить:

- Великая Гоосар Каххум, не гони своего преданного раба! Разреши побыть при рождении новой Зерги! Я готов отдать и душу, и тело Нижнему Миру, чтобы увидеть это.

Он протянул руки к колдунье и умоляюще смотрел на нее.

Зерги несколько мгновений колебалась, но похоже, мольба будущего слуги и его преданность, чем-то задели её. Она выпрямила голову и милостиво сказала:

- Хорошо. Вернитесь оба. Но стойте там, у входа. Когда все закончится, поможете гоблинам убраться.

Радость озарила лицо орка, он несколько раз благодарно поклонился колдунье и так и застыл на коленях. Сельфовур же не выразил никаких чувств, он молча вернулся и встал рядом с Арагузом. В то время, пока шел весь этот спектакль, в открытую дверь прошмыгнул черно-серый зверек с вытянутой зубастой мордой. Незамеченный, он прокрался к боковой арке, где обычно прятались гоблины и скрылся там.

Камень со скрежетом вернулся на свое место, и все стихло. В воздухе повисло напряжение. Марианне даже показалось, что кожу начало покалывать мелкими иголочками. Она поняла, что сейчас произойдет что-то важное, наверное, то, ради чего их и притащили сюда. Она оглянулась - похоже, это почувствовали и остальные. Все молчали, даже Енек перестала плакать. Взгляды пленников были устремлены на Вогалку на троне. Соболь, до этого все время бесполезно пытался встать, но несмотря на то, что на нем не было никаких веревок, он лишь дергался, словно спутанный. Сейчас он тоже затих, только приподнял голову и смотрел туда же. На секунду взгляды Марианны и Радана встретились, юноша попытался улыбнуться девочке и что-то прошептал. Марианне показалось, что она поняла, что он хотел сказать - держись, все будет хорошо.

На секунду девочка почувствовала себя старше Соболя - он еще сопротивляется, верит во что-то, а она уже поняла, что все - больше им уже не повезет, что пришел конец всему. Она вспомнила, что такое же ощущение у нее было когда-то давным-давно, тысячу лет назад, когда она из кустов глядела на плачущего эльфенка. Тогда она посчитала, что хуже чем то, что произошло с ней уже и быть не может. Знала бы она тогда про все, что произойдет потом, про сегодняшний день. Сейчас, то положение, в котором она оказалась тогда, казалось ей безоблачным счастливым временем.

Её отвлек звон, разлившийся по всему залу, словно стукнули по волшебному колокольчику. Марианна быстро повернулась к колдунье - звук шел от странного ножа, находившегося у нее в руке. Девочка сразу поняла, что нож не из металла - полупрозрачное ярко-красное лезвие, переливалось волнообразными разводами. Похоже на цветное стекло, как в окнах замка князя. Ведьма опять легонько стукнула пальцем по пылающему лезвию и чарующий звон снова поплыл в полумраке зала.

Девочка залюбовалась игрой пламени в смертоносном клинке, но вдруг до нее дошло, что ведьма не стала бы доставать нож просто так. Что она задумала?

Зерги оторвала взгляд от своего оружия и по очереди оценивающе посмотрела на детей. Её взгляд остановился на Марианне.

- Ты. Ты будешь я.

Девочка не поняла эту странную фразу, но почувствовала такой страх, что ноги её подкосились и она опустилась на пол.

- Эй, вы, - колдунья повернула голову в сторону арки ведущей в соседний зал. - Где вы там? Идите сюда, нужна ваша помощь.

Однако прошло несколько секунд, а никто так и не отозвался. Ведьма нахмурилась, и её фигура чуть-чуть размылась. Однако, она быстро нашла выход, похоже, любая заминка уже не устраивала её.

- Сельфовур и ты, Арагуз. Идите сюда, будете помогать.

Маг, все также молча, направился к трону. Зато радости шамана не было предела.

- Великая назвала меня по имени, - радостно шептал он, и торопливо шагал за магом. - Я буду помогать самой Гоосар Каххум.

- Берите, девчонку и тащите сюда! - голос Зерги стал стальным. Все нотки показной доброжелательности исчезли.

Девочка оглянулась в поисках помощи, и поняла, что никто здесь ей не поможет. Все - и Радан, и Алмаз, и даже мальчишки рвались к ней, но просто не могли сдвинуться с места. Они дергались, кричали, но все было бесполезно - невидимые путы связали их. Маленькая Енек осталась единственной, кто мог двигаться, но помочь она ничем не могла. Не понимая, что делает, Марианна вскочила и бросилась к арке, в голове билась одна мысль - убежать, не видеть ничего этого...

- Ну куда же ты? - почти ласково спросила ведьма, и в тот же момент девочка почувствовала, что ноги схватили две мягкие руки. Она упала, но в панике все равно пыталась уползти. До арки оставалось совсем немного, и девочке казалось, что стоит ей только доползти и спрятаться за колонной, все исчезнет. Колдун и орк догнали её у самого прохода и подхватили за руки.

- Тащите ко мне! - голос Зерги щелкнул как бич.

- Сейчас, сейчас, Великая, - бормотал шаман, со злостью дергая рвущуюся из рук Марианну. Сельфовур же тащил её молча, не обращая никакого внимания на её крики - после того, как колдунья забрала у него камень, он стал как кукла. Ходил и действовал автоматически, словно у него кончился завод.

Они уже сделали пару шагов к каменному трону, когда сзади раздался шум и из полумрака прохода вырвался косматый ревущий зверь. В одно мгновение медведица оказалась возле Марианны и её мучителей. Первый удар могучей лапы отбросил старого шамана обратно к стене. Он прокатился по каменному полу и остановился только уперевшись в стену. Разбитая голова орка застыла под неестественным прямым углом к туловищу. У старика была сломана шея.

Вторая жертва - Сельфовур оказался не таким слабым противником. Он выпустил из рук девочку и мгновенно отпрыгнул далеко в сторону. Приземлился на мозаичный пол уже не человек - расставив лапы и оскалив страшные зубы, против медведицы стоял огромный черный волк. Он тоже зарычал и с ходу кинулся на медведя. Звери сплелись и покатились ревущим и визжавшим комом, оставляя повсюду кровь и лохмотья шерсти. Однако, весь шум и рев перекрыл дикий, воющий голос:

- Гооланд!

Крик ведьмы забрался на невыносимую высоту переходя в тональность, не слышимую уже человеческим ухом. Все - дети, Радан и Алмаз, заткнули уши и извивались на полу, не в силах выносить этот звук. И только звери продолжали кататься по полу и рвать друг друга клыками и когтями.

Марианна, в ужасе от всего происходящего, быстро отползла к стене и уперлась спиной в стену. Она прижималась к холодному камню и бездумно следила глазами за живым кровавым клубком. И вдруг страх отпустил её - девочке стало все равно, что вокруг происходит. Видимо, слишком много она натерпелась за сегодня - орки, вампиры, колдунья, а теперь вот это.

Она безучастно посмотрела вокруг - все её спутники, похоже, понемногу начали освобождаться. Радан уже сидел на полу и пытался встать, правда, это у него еще не получалось. Алмаз была в таком же положении - она крутилась, ругалась, но невидимые путы еще полностью не исчезли. Все это происходило очень быстро - каменная плита которая начала двигаться, как только Зерги закричала, до сих пор еще не открыла проход полностью.

Марианна, все также словно во сне равнодушно, смотрела как Радан, наконец поднялся и, шатаясь, медленно побежал к трону. С каждым шагом он двигался все уверенней, похоже, действие колдовства слабело. Он добежал до ступеней ведущих к каменному креслу, взбежал и бросился к столику, на котором лежала сабля. Соболь схватил оружие и замахнулся на сидевшую Зерги. Не чувствуя никакой радости, Марианна поняла, что сейчас они освободятся от Проклятой, надо вставать.

Она замерла, не в силах оторвать взгляд от сабли Радана. Но прошла секунда, потом другая, а Соболь так и стоял замахнувшись. Он опять не двигался. Колдунья, сидевшая перед ним, даже не пошевелилась, она почти исчезла и стала больше походить на тень. Алмаз, тоже освободилась и бросилась на помощь Соболю, но и она, вдруг, застыла рядом с ним.

В это время, в дальнем углу зала, там, куда укатились схватившиеся звери, все стихло. В полумраке из кучи, порыкивая, поднялась лишь одна фигура. Она встала на задние лапы, и Марианна поняла, что это медведица. Она вглядывалась в нее, боясь поверить своим глазам - неужели это Лесная? Медведица, вдруг, помахала лапой девочке, потом развернулась и скачками понеслась к трону. Сердце Марианны на миг остановилось, а потом забилось быстрее - она ожила. Все! Раз Хазимай здесь, значит все наладится. Она всегда выручала их: и в первый раз в лесу; и в корчме на берегу реки; и Енек она спасла. Хазимай их счастливый амулет.

Её радость прервалась неожиданно - с трона, навстречу медведице, вдруг прыгнула темная тень. Они встретились и зверя окутала темная пелена. Черные рваные клочья тумана, сначала медленно, а потом все быстрее закружились вокруг медведицы. Лесная сначала замедлилась, а потом вообще остановилась и присела на задние лапы. Зверь обиженно заскулил и лишь качал головой не в силах выбраться из этого, пахнущего смертью хоровода.

В тот же момент в открывшийся проход из темноты пещеры хлынули те, кого призывала ведьма. Первым ворвался высокий Голанд, за ним темной волной остальные. Старший вампиров сразу сориентировался - он бросился к танцующему черному вихрю, кружащему возле медведицы. Марианна прикрыла глаза, она не хотела видеть, как Хазимай сейчас разорвут на куски. Ей опять стало плохо - жизнь только что улыбнувшаяся, опять повернулась к ней своей страшной стороной.

Однако, все случилось совсем не так, как ожидала девочка. Вместо рева битвы все вокруг, наоборот, стихло. Марианна приоткрыла глаза и увидела, что вампиры остановились вокруг медведицы, не переступая границы кружащих черных хлопьев.

- Что смотришь? - с трона донесся змеиный шепот, наполнивший все подземелье. - Разорвите её, Голанд.

Вогал повернул свое серое лицо к Проклятой:

- Она Лесная, мы не можем.

- Неет! - злобно завизжала та. - Можете! Вы уже не Вогалы, вы вампиры!

- Но она из первых, - неожиданно, не подчинился вампир. - Она как мы.

- Ты идиот, мой дорогой! Ты не видишь, что я еле держу её? Она действительно из первородных, но она пошла против меня! Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром?

- Мы схватим её, но убивать не будем, - Голанд упрямо стоял на своем. - Убери свое колдовство.

- Ладно, - сдалась Зерги. - Я сама разберусь с ней, когда обрету силы.

В её голосе прозвучала скрытая угроза. 'Наверное, она разберется не только с Хазимай, но и с ними тоже. И с нами', - обреченно думала девочка.

Туман вокруг Лесной собрался опять в одно чернильное пятно и скользнул обратно к трону. Там он быстро окружил колдунью и тут же исчез, словно впитался. Вогал скомандовал и медведицу тут же облепили десятки вампиров, опять началась схватка, но в этот раз перевес оказался не на стороне Лесной. Несколько раз темные серые фигуры отлетали из кучи, но тут же бросались обратно. Невозможно убить тех, кто и так мертв. И, вдруг, все прекратилось - вампиры расступились, посреди их серой толпы стояла миниатюрная фигурка Хазимай.

Марианна страдальчески сморщилась - лицо и голые руки девушки все были в порезах и кровоточили. Лицо было разбито, а верхняя губа порвана. В это раз волк сумел изувечить Лесную, гораздо сильнее, чем в прошлые встречи. Почуяв кровь, вампиры невольно тянулись к Хазимай, но ни один из них не прикоснулся к девушке. Марианна не все поняла из разговора Голанда и Зерги, но смысл уловила - даже измененные Вогалы почему-тоне могут убить Лесную.

Голанд что-то выкрикнул и толкнул двоих крупных вампиров. Те убрали когти и отворачивая лицо повели девушку к дальней стене.

- Подождите, - голос Зерги остановил их. - Я кое-что придумала. Голанд, сейчас её убьют, а вы будете не причем. Я не могу заняться главным делом, пока она жива. Она может помешать, первородные непредсказуемы. Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром - а ведь он был сильным магом, даже по старым меркам, а она всего лишь Лесная и, значит, никакой магии для убийства не использует.

'Что она опять придумала, и почему она так хочет убить Хазимай?' Девочка в кровь искусала губы, переживая за дорогих ей людей, за этими переживаниями, она на время забыла о собственной судьбе. Что ожидает её саму?

То, что придумала Зерги - было настолько гнусно, что девочка даже подумала, что ослышалась. Но нет - все происходило в действительности.

- Иди! - приказала ведьма, и Радан, до этого стоявший словно истукан, послушно развернулся, спустился по ступеням и направился к Хазимай. Сабля, зажатая в его руке, подрагивала при ходьбе и поблескивала, отражая огни свечей. Марианна не могла отвести глаз от клинка - неужели Соболь сделает это? Ведь он же любит Хазимай. Только сам Соболь не понимал этого, а Алмаз и дети давно это заметили.

Однако, он целенаправленно шел к девушке. Вампиры вытолкнули Хазимай навстречу.

- Радан! - закричала Марианна. - Это же Хази...

Голос у нее вдруг пропал, она беззвучно открывала и закрывала рот.

- Заткнись, дура, - прошипела Зерги. - Сейчас ты увидишь, как становятся моим слугой.

Глаза ведьмы горели, она опять стала видимой, и ничем не отличалась от живых. Ей явно нравилось то, что сейчас происходило.

- Соболь, - тихо позвала девушка. Она была обессилена настолько, что даже голос её дрожал. - Не бойся, я не умру. И я знаю, что это делаешь не ты.

Она встряхнула черными волосами, и гордо выпрямилась.

- Запомни, Зерги. Он не станет твоим! Это не он, это ты убиваешь нимфу. И ты знаешь, что за это будет.

В ответ с трона раздался презрительный смех.

- Ты угрожаешь истинному человеку? Думаешь если приняла человеческий облик, то обрела чувства? Или ты поверила, что можешь любить как человек? Нет, ты всего лишь лесной дух, ты животное.

- Я знаю, - тихо ответила девушка. - Но сейчас я человек. И как ни старайся, этого ты изменить не сможешь.

- А это мы сейчас увидим! Посмотрим в кого ты превратишься после смерти!

Она перевела бешенный взгляд на Радана:

- Убей её!

Соболь, словно кукла, машинально выкинул руку и клинок вошел в грудь Хазимай.

Марианна, в шоке, закрыла безголосый рот руками и оперлась о стенку, её ум отказывался воспринимать увиденное. Радан убил Хазимай! Это просто страшный сон!

Но это не было сном - тело девушки с глухим стуком упало на мозаику. Радан-кукла выпустил саблю из рук, и она так и торчала из груди Хазимай. Но это продолжалось совсем недолго. Лицо девушки было хорошо видно с места, где стояла Марианна - оно вдруг начало меняться. За несколько секунд, прекрасная молодая девушка, превратилась в женщину средних лет, потом еще постарело, и, вдруг, тело начало исчезать. Оно таяло как куча снега, занесенная в тепло. Все происходило очень быстро - через несколько мгновений от тела осталась лишь небольшая темная лужица, но и она быстро впиталась в каменный пол. Сабля упала и зазвенела.

Слезы душили девочку и застилали глаза - все эти превращения напомнили ей всю историю их знакомства, от первой встречи в странной избушке в лесу. Как же Радан будет жить с этим, когда очнется? Марианна смахнула слезу - ей показалось, что там, где только что было мокрое пятно, что-то зашевелилось. Она вгляделась - действительно, там прямо на глазах разворачивался ярко-зеленый побег незнакомого вьющегося растения. Он быстро рос, выкидывая вперед листья и усики. Зеленая змейка, словно живая, извиваясь, ползла по камням пола. Через несколько мгновений она достигла стены и, цепляясь за камень, начала подниматься вверх, к своду зала.

- Куда ты? - зло закричала колдунья. - Не уйдешь!

Из её рук вылетел огненный шар и упал на корень волшебного растения. Тотчас по стеблю пополз огонек желтого пламени, сжигая зелень. Стебель после него чернел и осыпался. Однако он никак не мог догнать верхушку, её усики продолжали упорно цепляться за невидимые выступы, и она забиралась все выше. Вдруг, стебель нашел какую-то лазейку и юркнул туда. Через несколько мгновений до этого места добрался и огонь, но в расщелину он не полез, а упал вниз. На лету он в последний раз вспыхнул и исчез.

- Ушла!

Ведьма так разозлилась, что опять стала пропадать.

- Пусть. Больше она никогда не сможет мне помешать. Забудем о ней, у нас есть дела поважней.

Зерги успокоилась, и снова сев на свое каменное кресло, оглядела зал.

- Голанд, мои гоблины куда-то пропали. Отправь своих, пусть поищут. И уберите этих двоих, - она показала на мертвые тела.

- А что с этим?

Вогал кивнул на Радана, который так и стоял возле того места, где умерла и превратилась в цветок Лесная. Взгляд юноши был пустым, на лице застыла равнодушная маска. Похоже, он до сих пор находился под воздействием колдовства и ничего не осознавал.

- Пусть постоит так, мешать не будет.

- А она? - в этот раз он показал на Алмаз, застывшую возле трона.

- Уберите её отсюда. Пусть тоже подождет. Я решила её судьбу - раз мы не хотим убивать родную кровь, пусть она станет одной из вас.

К удивлению Марианны, это предложение совсем не обрадовало Голанда. И остальные вампиры тоже недовольно заворчали.

- За что ты так с ней? Клан Каэг был самым благородным из Вогалов. Она не должна превращаться в нежить.

- Ну вот, - издевательски улыбнулась Зерги. - Вы уже и готовы её убить. Ладно, сейчас проведем обряд, а потом решим, что делать с наследницей Каэгов. Они действительно, стоят этого.

Каменная дверь отворилась, и вампиры потащили в темноту мертвого орка и Сельфовура. Они волокли их по полу, словно мешки. Маг после смерти, опять стал человеком - его белокурые длинные волосы, сейчас наполовину залитые кровью, тащились по камням. Узнать его можно было только по ним, потому что лица у него не было. Медведица в этот раз все-таки одолела волка - лицо превратилось в кровавую кашу. Потом Вогалы отвели Радана и Алмаз к стене.

- Ну, что же, дети, пора!

Ведьма поманила всех четверых ближе к себе. Трое, словно послушные марионетки двинулись к ней. На месте осталась только маленькая Енек, похоже, Проклятая не стала околдовывать её, наверное, посчитала её безвредной. Марианна пыталась остановиться, но ноги сами несли её к трону. Дети встали только у самых ступеней ведущих на постамент. Они переглядывались, но ничего не говорили - колдунья всех лишила голоса.

Зерги поднялась и сошла с трона, обошла стол с разложенными на нем вещами и взяла в руки пергамент. Расправила его и положила посредине. Потом осмотрела серебряную кружечку, и поставила рядом. После этого пришел черед ножа, она также осмотрела его, проверила пальцем остроту лезвия и положила с противоположной от кружки стороны. Последним она взяла глиняный медальон, принадлежавший раньше убитому колдуну. Она поднесла каплю ко рту и дохнула на нее, превратившаяся в пыль глина осыпалась и в руке Зерги, кроваво засветился крупный самоцвет. Ведьма покрутила камень, поднесла к свече и посмотрела сквозь него, потом аккуратно положила его в кружечку.

Она еще немного постояла, что-то обдумывая или просто готовясь к тому, что сейчас произойдет, и выдохнула:

- Пора!

Зерги шагнула к Марианне и схватила её за плечо. Сквозь испуг девочка удивилась тому, какая слабая рука у колдуньи. Ей ничего не стоило вырваться, если бы не колдовские чары, опутавшие её. Ведьма тоже поняла, о чем думает девочка - она заглянула ей в глаза и, стараясь быть как можно ласковей, сказала:

- Ничего, Марианна, это пройдет. Мы с тобой будем самые сильные в этом мире. Осталось совсем немного.

Девочка не поверила. Она не могла говорить, но взгляд сказал все за нее.

- Дрянная девчонка, - красные губы Зерги исказила презрительная улыбка. - Ты даже не представляешь, какая тебе выпала удача. Ты ведь так бы и сгинула в своей забытой деревеньке, а сейчас твое тело послужит самой великой цели. Оно будет править в этом мире! Все расы падут перед ним, короли будут считать за честь поцеловать туфельку на твоей ноге.

'Я не хочу этого! Это буду не я!' - хотела крикнуть Марианна, но губы не слушались её.

- Иди, не сопротивляйся, ведь это судьба. Время пришло и больше никто тебе не поможет.

Ведьма мягко подтолкнула девочку к столу. Потом взяла, нож и приказала:

- Протяни руку!

Женщина поймала невесомой рукой ладонь Марианны, вывернула её вверх и полоснула огненным лезвием по предплечью. Капли крови застучали по дну серебряной кружки.

- Веша, - Шаху так и не научился правильно выговаривать имя жены. - Пойми, лошадям нужен отдых. Это люди могут не спать и не есть, если захотят кого-нибудь убить, а кони просто умрут и все. Падут прямо под нами. Они не умеют разговаривать, не могут сказать, что устали, поэтому настоящий кочевник, сам должен чувствовать, что с лошадью. Иначе в степи не выживешь.

- Хорошо, давайте отдыхать, - вздохнув, согласилась Веса. Шоху видел, что любимая жена и сама измотана, потому, в какой-то степени, и был так красноречив. После того, как объединенные племена разбили и разграбили колонну орков, 'большая охота' закончилась. Чужаки наказаны за свое наглое проникновение в степь, значит, ничто больше не удерживало племена вместе. Шоху даже не пытался просить помощи - наказывать тех, кто обидел твоего родственника, ты должен сам. Поэтому, сейчас к берегам соленого озера Кашпи, двигались только воины племени Шаху.

Хотя, если быть честными, с ними ехал один воин не из племени, и даже не из степи. Девушка, имя которой правильно назвать могла только молодая жена вождя. Остальные кочевники называли её Криш. Она осталась единственной из того небольшого отряда, что бился рядом с племенами, против орков и колдунов. Конечно, и у кочевников их девушки, пока не обзаведутся детьми, тоже воевали рядом с мужчинами, но никто из них, не мог сравниться с воином-мужчиной. А эта девушка была настоящим воином - стреляла из лука, и рубилась лучше степняка. Единственное, в чем она уступала, так это в скачках - тут даже женщины и дети племени, могли её обойти. Что поделаешь - кочевник рождается в седле.

Они ехали уже третий день - старый разведчик Хукале, когда уже доходивший до соленой воды, утверждал, что завтра они увидят Кашпи. Горы же, подымавшиеся прямо из этих вод, уже выросли выше всадника. Хукале обещал, что, когда они подъедут к озеру, для того чтобы посмотреть на вершины гор, надо будет придерживать шапку, иначе потеряешь. Настолько они высокие.

В глубине души, Шаху не верил, что они найдут там брата жены, демоны не для того, утаскивают человека, чтобы ждать погони возле соленой воды. Наверняка, сейчас нового родственника уже нет в живых. Однако, он ни словом не обмолвился об этом при Весе, пусть сама все увидит. В конце концов, что такое, несколько дней провести в седле, против радостной улыбки милой Веши. Он вспомнил, как она заразительно смеется и сам заулыбался - да ради этого смеха, он готов ехать хоть на край света. Он опять улыбнулся и бросив под голову седло, тоже улегся у костра - завтра ранний подъем и надо отдохнуть.

Как только Корад вышел из портала на каменной площадке, он почувствовал на губах соль. Внизу бились невидимые в ночи волны и мелкие брызги залетали даже сюда. Он сразу заметил пещеру, и понял, что попал по адресу. Портал, действительно, пошел по пути наименьшего сопротивления, и открылся там, где до этого только что прорвал пространство другой тоннель. Да и аура которая шла из темного провала под грубой каменной аркой, говорила сама за себя. От пещеры несло магией Черных. Кроме того, тут же был очень заметный след присутствия вампиров, и кроме всего этого из пещеры несло чем-то страшным и древним.

Корад, как всегда перед схваткой, проверил карманы - все ли под рукой - поправил меч, и больше не раздумывая, шагнул на каменные ступени. Хотя он понимал, что обычное оружие вряд ли поможет ему в схватке с тем, что прячется в пещере, но ощущение тяжести меча, висевшего на поясе, все равно давало ощущение уверенности. Это осталось еще с тех времен, когда он был больше воином, чем магом.

Он поднялся к самому входу и на секунду остановился, вглядываясь в темноту. На миг ему показалось, что где-то рядом находится Черный, но это длилось только секунду и он решил, что это след от прошедших здесь колдунов. Корад достал из кармана под плащом кусочек хризолита и зажал в руке. Он не думал, что невидимость спасет его от колдунов, но от обычных тварей или зверей, это должно было помочь.

С каждым шагом темнота становилась гуще - без использования магии дальше идти было невозможно. Корад, понимал, что любой свет выдаст его, но деваться было некуда - если постоянно использовать магическое зрение, он совсем скоро выдохнется. Поэтому он решил, что силы надо поберечь - мало ли что ожидает его дальше. Скорее всего, чем ближе он будет к логову Зерги, тем опаснее будет его путешествие. Маг зажег факел из своего походного набора. Правда он был не совсем обычен, и, если бы не крайняя нужда, Корад не стал бы тратить столь дорогой артефакт.

Кусочек дерева нефри, он когда-то давно приобрел у торговца из страны вечного лета - Зумбару. Сам торговец, как и его товар, были очень редкими гостями в Срединной Империи, и Кораду тогда повезло, что он случайно подошел к его лавке первым. Еще до начала торговли. Так у него появился этот вечный факел, и еще несколько важных вещиц.

Инспектор ножом отщипнул тоненькую лучину, закрепил её в специальном кармашке на внешней стороне перчатки, потом, нехитрым заклинанием зажег кончик палочки. Маленький ровный огонек, с необычно ярким и жарким пламенем, осветил зал у входа. Теперь эта лучина будет гореть несколько часов. Из-за того, что смола дерева нефри горит очень жарко, и приходилось использовать для этого мини-факела крепление на перчатке, иначе реально было получить ожог.

Если бы человек оказался бы сейчас в этой пещере, он бы увидел волшебную картину - в воздухе, сам по себе плывет кусочек жаркого пламени. Хризолит поймал ритм тела Корада и теперь он исчез для обычного зрения. Никто из наделенных таким зрением рас - орки, гномы, эльфы и люди, не увидели бы его.

Однако, в пещере его ждали совсем другие враги, для которых освещение совсем не нужно. Наоборот, яркое белое пламя, резало глаза и мешало уродливым тварям, проснувшимся на каменных выступах.

Корад совсем недалеко ушел от входа, когда наткнулся на первое грозное предупреждение - на полу пещеры лежал скрюченный обгоревший труп мерзкого существа. Голова твари лежала метрах в трех от тела. Теперь инспектор понял откуда исходил этот приторный запах горелого мяса, начавший преследовать его, как только он вошел под арку. Славуд остановился и поднял перчатку с огнем повыше - зрелище, представшее его глазам, не радовало.

Тварь имела крылья и четыре лапы. Пожелтевшие когти были такой длинны, что проткнули бы человека насквозь. Вообще, существо напоминало голую обезьяну с крыльями. Он достал меч и клинком перевернул голову - надо посмотреть, какова тварь на лицо. Ничего хорошего он не обнаружил и там - безбровую плоскую морду почти пополам делил огромный рот, полный острых игольчатых зубов. Однако, он заметил еще одно оружие летающего монстра, гораздо страшнее зубов и когтей - на полу, там, где из приоткрытого рта, тянулась нитка желтой слюны, пол был выеден. Ядовитая слюна съедала даже камень, значит, если попадет на тело - прожжет насквозь.

Тварь явно была из тех, что водились в те времена, когда миром правили Вогалы, а может и еще древнее. Если это было искусственное, магическое создание - то древней, непонятной сейчас магии. Современные колдуны оживляют тварей совсем в другом стиле, хоть и страшных, но больше похожих на современных животных. Змеи, волки, и прочие хищники. Если же это было произведение природы, то страшно даже представить, против каких врагов использовался такой арсенал.

Через пару десятков шагов он нашел еще одно тело. Точно такая же тварь, и убита так же - огнем. Единственное отличие было в том, что в этот раз голова была на месте. Останавливаться, чтобы рассмотреть, он не стал - время было неумолимо, и работало оно на Проклятую.

Корад почти прошел зал, когда почувствовал опасность. Из глубины пещеры кто-то быстро приближался. Маг вытащил лучину из крепления и вставил в расщелину на стене, сам быстро отошел на несколько шагов в закуток между двумя выступами. Трепетавшая там тень там была гуще. Он знал, что увидеть его не могут - опыт работы с хризолитом, у него был уже богатый - сам же он из темноты сразу увидит незваных гостей. Сейчас он чувствовал, что их несколько - опасность разделилась. Скорей всего, это были те же твари, чьи обгоревшие останки он только что рассматривал.

Так и оказалось - из темноты, совершенно бесшумно, вылетела жуткая фигура и спикировала к факелу на стене. Скорость у монстра была поразительная - в темноте, по пещере так могут летать только летучие мыши. Несмотря на такую скорость тварь сориентировалась сразу - сначала она проскочила мимо, и снова исчезла в темноте, но через пару секунд вернулась, и без раздумий кинулась к месту, где спрятался Корад.

Маг не ожидал, что его так сразу обнаружат, и едва успел отбиться. При этом действовал так, словно он был лихой рубака, а не опытный маг - резко выставил меч навстречу пикирующей 'обезьяне' и та, с ходу насадилась на клинок. Чтобы меч не вырвало, летевшим по инерции телом, Кораду пришлось перехватить рукоять второй рукой. Он наступил на грудь бьющейся в агонии твари, и, стараясь чтобы летевшая в стороны слюна, не попала на тело, выдернул оружие.

С этого момента, у него больше не было ни секунды - твари закружили вокруг него смертельный хоровод. Отбиться мечом не стоило даже мечтать. Он автоматически, не задумываясь, бросил заклинание в горевший на противоположной стене факел. В одно мгновение нефри разгорелась, словно верховой пожар в сухом лесу. Пламя полыхнуло в обе стороны пещеры, маг едва успел отсечь огненный вал от себя. Огненная завеса продержалась недолго, но она помогла отбить первую атаку. Когда, бушующее пламя опало и факел на стене, опять стал всего лишь горевшей лучиной, вокруг барахталось почти десяток, обгоревших тел. Они визжали и выли, дергая прогоревшими, превратившимися в лохмотья, крыльями. Однако несмотря на то, что эти исчадия умирали, они все равно пытались ползти в сторону Корада, жажда убийства читалась в их обожженных глазах.

Через несколько мгновений после того, как пламя исчезло, монстры появились снова. В этот раз они напали не только сверху, но переваливаясь шли по каменному полу. Корад отбивался уже обдуманно - заклинания с ветром, у него всегда получались хорошо. Совсем недавно он вызвал целый ураган, атакуя орков в степи. Объем пещеры, конечно, не давал устроить подобный смерч, но все равно порыв ветра, ударивший от входа, был так силен, что снес не только тех тварей, что были в воздухе, но даже и тех, что ползли по полу. Утащило даже тела тех, кто уже скончался от ожогов.

Воспользовавшись этим, Корад забрал факел, и приготовив пару заклинаний, на случай возвращения нападавших, направился по пещере дальше. Все-таки главное его дело, это не битва с летающими 'обезьянами', а, как бы выспренно это не звучало, спасение этого мира. И спасение Радана и детей. Хотя теперь это, похоже, одно и то же.

Они вернулись. Судя по тому, что произошло это, когда он уже прошел еще один зал, ветер он послал хороший. Хотя он понял это еще раньше, когда увидел оторванное крыло твари, зацепившееся за острый каменный выступ. Тела рядом не было, его утащило воздушным потоком. Однако, ни огненная завеса, ни смерч все-таки не остановили крылатых тварей - он не только почувствовал их приближение, он их услышал. Теперь они не старались налететь из темноты неслышно, наоборот, в этот раз они визжали и выли, несясь навстречу по трубе пещеры.

Корад был готов к новой встрече, он уже понял, что эти создания не просто местные жители, накинувшиеся на случайного чужака - нет, это была охрана пещеры, нацеленная на то, чтобы никто не смог проникнуть в логово Проклятой. Значит, пока хоть один из них жив, нападения будут продолжаться. И поэтому, надо уничтожить их всех. Маг разорвал контакт с камнем невидимости, раз твари все равно его видят, не стоило тратить энергию на бесполезную маскировку.

За время, которое ему дал смерч, он успел подготовить достойную встречу для зубастых летунов. Он не сомневался, что его магию уже заметили, и поэтому решил использовать кое-что из своего арсенала, более подходящее для уничтожения подобных тварей.

Он достал из сумки, висевшей под плащом, мешочек, и потянув шнурок зубами, развязал его. Потом заглянул внутрь, убедился, что песок не отсырел и стал ждать, когда крылатые сторожа подберутся поближе. Глупые зубастые твари, так и не подумали сменить тактику - они опять нападали кучей, одни по воздуху, другие по полу. Визг и вой приближался, Корад перехватил мешочек правой рукой и, размахнувшись, веером выплеснул песок на встречу воющей стае.

Это был обычный мелкий речной песок, и в свете факела разлетевшееся облако заиграло искорками. Однако, вместо того чтобы упасть на каменное дно пещеры, как должно было произойти с обычным песком, облачко начало расширяться, заполняя весь объем пещеры, и набирая скорость, понеслось навстречу тварям. Заклинание, превратившее речной песок в страшное оружие, было очень мощным, и Корад, вряд ли бы использовал его в подобной ситуации - с монстрами можно было справиться, используя средства попроще, но на карту было поставлено слишком многое, и надо было торопиться.

Как только монстры попали в поблескивающее облако, Корад упал на каменный пол и прижался к стене. Он быстро пробормотал приготовленное заклинание защиты и его укрыло невидимой броней. В тот же момент песочное облако взорвалось. Каждая, даже самая мелкая песчинка, взорвалась подобно тому, как взрываются кувшины, начиненные смесью угля и селитры - оружие, которое применяют узкоглазые воины Империи Восходящего Огня.

Общий взрыв был так силен, что пещеру встряхнуло. Даже Мазранг, все еще прятавшийся между камней над аркой почувствовал толчок. Желтоглазых стражей пещеры перемалывало и рвало на мелкие кусочки. Взрывная волна и пламя ударило в обе стороны вдоль пещеры, если бы не защитное заклинание, заготовленное как раз для такого случая, Корад тоже бы не выжил в этом аду.

Когда все стихло маг убрал защиту и снова зажег лучину нефри. Он поднялся и осмотрелся - дым почти рассеялся, небольшие струйки поднимались от фрагментов обгоревших тел и поднимаясь к своду, собирались в длинное облачко. Оно, клубясь, струилось к выходу. Корад, не стал долго осматриваться, поправив амуницию, он снова зашагал вглубь подземелья. По его прикидкам он должен был уничтожить все живое не меньше, чем на сотню шагов в обе стороны. Он надеялся, что все 'летающие обезьяны' сгинули, и теперь можно будет двигаться быстрее.

Так и получилось - не встречая ни одной твари, он миновал еще два небольших зала и вошел в третий. Этот длинный природный грот, похоже, был основным приютом крылатых монстров. На нижних сводах стен, под многочисленными скальными выступами, он видел борозды выеденные ядовитой слюной и кучи окаменевших экскрементов. Но все насесты были пусты. 'Значит, действительно, всех порешил, - подумал Корад и тут свет от факела осветил предмет, назначение которого маг понял сразу. - Ну, вот и они'.

Длинный каменный саркофаг оказался не один - не меньше тридцати-сорока гранитных гробов со сдвинутыми крышками, ровными рядами, стояли по обоим сторонам прохода. Славуд невольно остановился - каким бы он не был смелым и опытным магом, по происхождению он был человек. А у любого человека страх перед нежитью заложен в самом его естестве. Конечно, и остальные расы не любят живых мертвых, но никто из них не понес от вампиров такого урона, как люди. С незапамятных времен кровосос был самым страшным и самым непонятным врагом человека.

Корад подавил страх, и шагнул к ближайшему саркофагу. Как он и ожидал, тот был пуст. После того, что он творил здесь, после всего огня и грохота, вампиры вряд ли бы продолжали спать. Маг усилил пламя факела, положил руку на рукоять меча и осторожно двинулся вдоль страшного кладбища-спальни. Он прошел до конца ряда каменных гробов и только тогда смог расслабиться - ни в одном не было хозяина. Можно было не сомневаться, что все они сейчас находятся там, куда он направляется. Но Корад с самого начала знал на что шел, и то, что кроме самого главного зла - самой Зерги, там будут находиться еще и Вогалы превратившиеся в вампиров, уже никак не влияло на его решимость. В глубине души он уже простился сам с собой, поскольку понимал, что уйти отсюда живым, ему вряд ли удастся.

Сейчас главное было - добраться до логова зверя, найти то место, где скрывается Зерги. А дальше все будет по обстоятельствам. У него оставалась, еще маленькая надежда на Саафата. Получив сообщение о том, что дети и артефакт все-таки попали к Проклятой, он наверняка, что-нибудь предпримет. Но Корад запрещал себе об этом думать - надежда расслабляет, а ему надо быть твердым.

А может вампиров и нет здесь? После того, как он увидел пустые саркофаги, эта мысль уже несколько раз мелькала в голове мага - ведь Зерги, наверняка, уже знает о его появлении, и о том, что её летающие охранники, не смогли его задержать. Почему же она не отправляет к нему навстречу главных своих убийц? Или он ей не страшен?

И, словно колдунья услышала его мысли, впереди на границе света и тьмы, вдруг, блеснула пара глаз. Потом еще одна и еще... Через несколько секунд их было уже десятки. Серые тела некоторое время невозможно было разглядеть, но, наконец, проявились и они. Корад остановился и приказал факелу гореть еще ярче, теперь приходилось даже отворачивать лицо, чтобы не обжечься. Вампиры до этого приближались неслышно, но как только поняли, что маг заметил их, замогильно завыли и бросились вперед. Они бежали не только по полу, Корад заметил, что часть их переместилась на стены и бежала по ним.

Наступил самый серьезный момент в его путешествии - если он сможет пробиться через нежить, тогда он точно доберется до логова Зерги. Корад расставил ноги, бросил факел как можно дальше вперед, при этом заставив его гореть на пределе. Белое маленькое солнце должно было в таком режиме быстро сгореть, но ему и не нужно было много времени - все решится за несколько минут.

Маг скинул плащ, раскрыл сумку и взял в обе руки артефакты, которые приготовил для этой встречи. Он сжал их в кулаках и, сузив глаза, ждал, когда Вогалы окажутся на нужном расстоянии.

- Я вас освобождаю! - крикнул он и закрутился в страшном танце. Из его кулаков ударили белые слепящие лучи и первые наткнувшиеся на них вампиры, завыли от ужаса. Битва началась.

Ведьма заглянула в серебряную кружку, довольно кивнула и провела почти бесплотными пальцами по ране на руке Марианны. Рана тотчас затянулась, не оставив даже следа.

- Хватит, - она посмотрела на девочку и, без улыбки, добавила: - Мне твое тело нужно с кровью.

От этих слов Марианна дернулась, но магические путы, продолжали удерживать её. Она попыталась закричать, но тоже не смогла.

- Знаю, что ты хочешь сказать, - издевательски улыбнулась Зерги. - Но не надо благодарностей, лучше помолчи, побереги силы, они мне еще пригодятся.

Женщина взяла девочку за подбородок, и заглянула в глаза:

- Вот глаза у тебя голубые, это как-то не очень. Но ничего, почернеют.

Вдруг пещеру тряхнуло, и где-то далеко в глубине, что-то громыхнуло. Ведьма бросила Марианну и одним прыжком оказалась на возвышении у своего вещего водопада. Секунду она всматривалась туда, а потом дико закричала:

- Голанд, что это?! Как он смог? Безмозглые стражи! Ни на кого нельзя надеяться. Быстро туда и убейте его! Вы Вогалы и справитесь с колдунишкой-человеком.

- Мы были когда-то Вогалами, - пробормотал старший вампир, но из-за скрипа отъезжавшей каменной плиты, никто его не расслышал. Потом уже громко ответил:

- Мы убьем его, Алиайя. Каким бы сильным магом он не был.

Колдунья только махнула - бегите, ей было не до этого. Зерги вдруг заторопилась, было понятно, что то, что она увидела в своем водопадике, очень напугало её.

- Где эти проклятые гоблины? - зло выговорила она, оглядываясь. - Мне нужна моя кровь.

Дрожащая испуганная девочка не понимала, про что говорит колдунья, зачем ей гоблина и откуда она хочет взять свою кровь.

- Как все затягивается! - разозлилась Зерги. При этом она сразу потеряла плотность и снова стала исчезать. Если раньше она не обращала на это внимания, то в этот раз, это её очень испугало. Ведьма присела на свое резное кресло и прикрыла глаза. Несколько секунд она сидела так, потом улыбнулась бескровными губами и, глядя на Марианну, сказала:

- Не переживай, никто сегодня не сможет мне помешать. Сейчас у меня появится кровь.

Если бы девочка могла говорить, она бы многое могла ответить на то, как она переживает за колдунью. Но Зерги так и не сняла свое заклятье, так что все: Радан и Алмаз у стены, ребята внизу у подножия трона, и сама Марианна не двигались и не разговаривали. Лишь их взгляды говорили о том, что они живы, все слышат и понимают. Только глаза Радана оставались пустыми, он так и не пришел в себя. Маленькая гномка могла двигаться и разговаривать, но она сидела на полу и лишь тихо плакала. Девочка и так не понимала, что происходит, а от событий последнего дня, она совсем потерялась.

Зерги начала что-то шептать, а потом тихо засвистела. Через некоторое время из прохода откуда появилась в свое время Хазимай, в зал вползла крыса и направилась к трону. Она двигалась так, словно была смертельно больна, но на самом деле зверек был здоров. Просто крыса очень не хотела идти, она визжала, шипела, заворачивала голову, пытаясь остановиться и направиться обратно, однако, лапы предательски несли её к ведьме.

Зверек подошел к подножию трона, вскочил на ступени и отчаянно визжа и сопротивляясь, подполз к ногам ведьмы. Похоже, он чувствовал для чего его хотят использовать. Рука женщины метнулась к серо-черному визжащему комку и Марианна, в ужасе, зажмурилась. Когда она опять открыла глаза, то увидела отвратительную картину - ведьма откусила крысе голову и теперь пила её кровь. Темные струйки текли с обоих уголков её рта и стекали по неожиданно начавшим розоветь щекам.

Это продолжалось недолго, внезапно, женщина отбросила, превратившуюся в тряпку крысу и вытерла окровавленные губы. Еще несколько секунд посидела спокойно, словно прислушиваясь к тому, что происходит у нее внутри, потом подняла голову и довольно улыбнулась.

- Ну вот, теперь я готова.

Прямо на глазах ведьма менялась - выглядела она теперь совершенно живой. Если тогда, когда она то бледнела, то вновь проявлялась её облик настоящей представительницы Вогалов не был так заметен, то сейчас природа истинных людей проявилась в полной мере. Абсолютно правильные, пропорциональные черты лица и фигура; белая алебастровая кожа и черные бездонные глаза.

- Что, нравлюсь? Жаль, что больше не осталось детей Вогалов. Я бы хотела возродиться в таком же теле.

Она вздохнула.

- Но ничего, в следующий раз буду предусмотрительней.

Девочка страхом смотрела как ведьма снова взяла нож, но в этот раз она не стала трогать Марианну, а поднесла к кружке свою руку и провела багровым лезвием по предплечью. Несколько редких темных капель проступили на белой коже. Зерги стряхнула их в сосуд и, не в силах сдержать радость, заулыбалась. В тот момент, когда кровь ведьмы попала в серебряную кружечку девочка почувствовала, как что-то огромное, сразу и прекрасное, и страшное, вдруг легонько коснулось её. Словно на краткий миг перед ней открылся совсем другой мир. Однако, промелькнуло это так быстро, что она не успела даже понять, что это. Зерги в это время внимательно глядела на нее и все поняла:

- Ну как? Стоит этот мир твоей жизни?

Впрочем, ответа она не ждала - девочка до сих пор не могла управлять своей речью.

Похоже, прежнее тело уже было не нужно ей, колдунья не стала даже залечивать рану. Она взяла чашу и подставила её под струю странного водопадика. Киселеобразная, прозрачная жидкость потекла в сосуд. Это длилось недолго, через несколько секунд, Зерги поставила кружку обратно и прямо ножом помешала содержимое. Там сейчас кроме крови и волшебной воды находился еще и красный камень Сельфовура. Что она будет делать с этой смесью дальше? - думала девочка. В любом случае ничего хорошего для себя, ей ожидать не приходилось.

Ведьма пододвинула чашу на середину стола, положила нож рядом и взяла пергамент. Удерживая кусок кожи двумя руками, Вогалка выкрикнула короткое заклинание. Пергамент на мгновение вспыхнул тревожным красным пламенем, но в тот же момент погас. Осталась светиться только причудливая вязь букв из забытого древнего языка, сплетавшаяся в странные слова. Если бы кто-нибудь из тех, кто до этого читал пергамент, увидел его сейчас, он бы сразу понял, что это совсем не тот текст. Проявились те строчки, что когда-то собственноручно написала Зерги.

Лицо женщины стало серьезным, она громко и торжественно начала читать текст, тщательно выговаривая странно звучавшие слова. Вокруг стало удивительно тихо, и только речь ведьмы наполняла эту тишину. После того, как колдунья прочитывала слово полностью, оно гасло, словно колдовской огонь этих строк уходил в пространство вокруг, наполняя подземелье потусторонней энергией.

Голова Марианны закружилась и, вдруг, она поняла, что смотрит на пергамент и читает светящиеся строчки, её рот легко выговаривает знакомые слова. Это длилось всего пару секунд, потом она опять вернулась в свое тело, и опять снизу вверх глядела на нараспев читавшую странные слова колдунью. Голос Зерги звучал все сильнее, заполняя подземный зал. Девочке стало казаться, что в этом мире ничего не осталось, кроме этого голоса. Он проникал всюду, вибрировал даже внутри её. Почему-то Марианна поняла, что это все - пришло её время умирать. Она еще какое-то время пыталась удержаться в этом мире, тщетно пытаясь перебороть чужую стальную силу, выгонявшую её из жизни. В какой-то момент она сдалась - и в то же мгновение её губы выкрикнули последнее светящееся слово текста. Пергамент погас.

Корад, словно превратился в молнию, он наносил удары, уворачивался, метался по пещере, и стая клыкастых монстров ничего не могла с ним сделать. Существа, которые и в прошлой жизни были мощнее и быстрее человека, а сейчас получив всю мощь нежити вообще превратились в демонов смерти, эти существа не могли справиться с одним человеком. Вогалы еще при жизни были мало восприимчивы к магии поздних рас, а после того, как к этому иммунитету добавилась магия вампиров, их магическая защита была уже на уровне мага-самоучки.

Это было что-то невероятное - вампиры ревели от ярости, но ни один их удар не достигал цели. Бой продолжался всего несколько минут, а маг убил уже двоих навсегда, отделив их головы от тела и еще нескольких лишил конечностей - кого ног, кого рук.

Но, все равно, это было только началом схватки, Корад понимал, что серые кровососы не отстанут от него, пока будет жив хоть один. По уму они резко отличались от предыдущих летающих зубастых созданий, но вот по настойчивости вампиры были точно такими же. То, что это не те 'обезьяны', с которыми ему пришлось схватиться первыми, Славуд понял сразу - после первой неудачной атаки, в которой враги и потеряли сразу двоих, вампиры мгновенно изменили тактику.

Теперь они не бросались сразу толпой, а все время старались атаковать с разных сторон, особенно со спины. Однако, Корад был готов и к этому - еще направляюсь сюда он не сомневался, что по пути к логову Проклятой, ему придется схватиться с заколдованными Вогалами, поэтому принял меры, чтобы скорость его реакции не уступала скорости нежити. Маг редко позволял себе пользоваться разрыв-травой, хотя она прибавляла сил, ускоряла реакцию и быстроту мышц, усиливала зрение и слух, но и забирала она в ответ очень много. Корад лично встречал людей, которые увлеклись кажущимся могуществом колдовского зелья. Теперь это были еле живые развалины, ослепшие и полуглухие. Однако, тут был тот случай, когда он, не задумываясь, выпил драгоценную настойку - результат стоил и здоровья, и жизни.

Солнечные камни в руках начали нагреваться - это сразу напомнило Кораду, что свет, накопленный в них, не бесконечен. И, вообще, надо действовать быстрее - время, вот что было самым главным в настоящий момент. Каждая секунда давала выигрыш Проклятой, вполне возможно, что она уже начала свое колдовство.

Маг резко обернулся и сумел правой достать вампира, бесшумно подбиравшегося сзади - вытянувшийся шар сияния, ударил опешившую нежить прямо в грудь. В дыру прожженную солнцем, могла пройти голова человека.

Решение пришло само собой. Корад сжал кулаки, и камни заработали в полную силу - свечение вокруг рук стало нестерпимым даже для него самого. Он закричал, и рванулся вперед, прямо в самую гущу нежити. Серые отшатнулись. Кричал он почему-то боевой клич дружины Всеславура, в которой начинал служить безусым парнишкой, еще до того, как узнал первые азы магии. Чертя вокруг себя световой круг, он пробежал шагов тридцать, в голове даже мелькнула мысль, что прорвался, и вампиры отстали от него. Однако, это было не так - Вогалы просто пропустили его в следующий зал - там места было больше, и они могли нападать теперь не только спереди или сзади, а со всех сторон.

Корад опять застрял - он отбивался от атак нежити, сам нападал и опять лишил конечностей еще двоих, самых нетерпеливых. Он не чувствовал усталости - трава будет действовать еще несколько часов, чуть меньше продержатся камни, но все равно, за это время он сможет расправиться с большей частью вампиров. Но никакого проку в этом уже не будет - Проклятая за это время сделает свое дело.

Он выругался и опять попытался пробиться вперед, но безуспешно - только маг шагал вперед, враги отступали и начинали атаковать сзади или с боков. Он не мог оставить ни одного нападения без ответа, стоило одной твари воткнуть хотя бы один коготь ему в любую часть тела, и все - он потеряет часть сноровки и скорости. И тогда вампиры добьются своего. Маг сжал кулаки, и камни заработали в полную силу - свечение вокруг рук стало нестерпимым даже для него самого.

Бой продолжался, а время неумолимо утекало. Теперь Корад пытался выявить среди врагов старшего, он уже несколько раз видел его и постоянно слышал его команды. Тот был выше и мощнее остальных. Может если, он лишит нежить управления, они отстанут от него?

Наконец маг опять увидел его и начал пробиваться, отмахиваясь от выпадов тварей и сам атакуя. Он не разрешал себе злиться, зная, что это чревато потерей контроля, но ком ярости, копившийся в течение последнего времени, когда все становилось только хуже, подкатывал все чаще, и Корад по опыту знал, что однажды он вырвется наружу.

Каким-то образом вампир понял, что Славуд ищет именно его и не стал прятаться, а тоже двинулся навстречу.

- Человек, ты хочешь сразиться со мной?

Трубный голос Вогала наполнил пещеру.

- Да! И если ты не трус, сразись со мной! - ответил маг.

К его удивлению, вампир обрадовался. Он зарычал:

- Уйдите все! Мы биться один на один!

Когда серые фигуры послушно отступили в темноту, Вогал вдруг спросил:

- Скажи мне свое имя, маг. Я должен знать кого убиваю. Я Голанд, командир охраны Великой Алиайи.

Корад еле заметно вздрогнул, он знал про этого Вогала, знаменитый воин Черного воинства, многие великие воины трех рас, полегли под его мечом.

- Я Корад, - просто ответил маг. И в свою очередь тоже спросил: - Ты был великим воином, зачем ты стал вот этим? Нежитью? Ты бы мог убить меня честным мечом, а не вот так - зубами и когтями...

Похоже, вопрос оказался для Голанда неожиданно болезненным. Он взревел и уже готов был прыгнуть вперед, как вдруг мелодичный женский голос заполнил пещеру:

- Остановись, Голанд!

Из темноты выступила высокая женщина. Она вышла в круг света, образовавшийся от свечения солнечных камней в руках Корада. Но казалось, что женщина сама светится отраженным солнечным светом.

- Еллин! - прошелестело в темноте. Вампиры узнали гостью. Через секунду и Корад понял кто это. Однако он твердо знал, что её здесь быть не может - сестра Зерги погибла, еще до конца Великой Войны. И в её гибели была виновна её проклятая сестра.

Похоже, так же думал и Голанд. Вампир остановился и тихо сказал:

- Ты призрак, Еллин. Тебя нет.

- Я есть, Голанд. Подойди ко мне. Ты ведь все помнишь?

На глазах изумленного Корада, грозный вампир склонил голову и послушно подошел к белокурой Вогалке. Он опустился на одно колено и на какой-то миг, Славуд увидел перед собой не мерзкую нежить, а сурового воина-Вогала. Казалось, расползавшаяся ржавая броня и длинные космы, на миг превратились обратно в убранство рыцаря и черные волнистые волосы.

- Да, Великая, я все помню...

Девушка подняла прекрасное лицо и удивительные зеленые глаза остановились на лице Корада.

- Беги, воин! Останови её. Я не смогла убить этих детей еще маленькими, рок оказался сильней, чем мои посланцы. Теперь все зависит от тебя.

- Но, Еллин, ваша сестра... - начал вампир.

- Молчи, Голанд, так надо. Ты же хочешь освободиться?

- Да, - ответил тот и в темноте вокруг, словно эхо зашелестело: - Да, да, мы хотим умереть...

Однако, Корад не стал ждать, чем закончится этот разговор, через секунду он уже мчался по подземелью, легко угадывая нужное направление.

Голос смолк и Радан очнулся. Над головой нависал потолок пещеры, на котором играли блики от бьющегося пламени свечей. В голове еще звучало последнее слово из только что закончившейся длинной речи колдуньи. Он ничего не помнил, казалось, он лежал тут на камне уже целый век и все это время вокруг звучали отчетливые непонятные слова. От них несло ужасом. Даже в забытьи он чувствовал неотвратимую потерю чего-то важного, более важного чем сама жизнь. Неудержимая сила этих слов несла его к пропасти - туда, где ничего не будет. Он пытался ухватиться за обрывки плавающих в тумане мыслей, однако вырваться из дурмана, ему оказалось не под силу. И вот вдруг все кончилось.

Он поднял голову и увидел, что Зерги, сидевшая на троне, испуганно глядит на стоящую перед ней Марианну.

- Нет! - вдруг заплакала она. - Я не хочу!

- Поздно, девочка, - грубым, совсем не детским голосом ответила Марианна и приказала: - Отойди от стола!

Увидев эту сцену, Радан понял, что он все еще спит и опять попробовал вырваться из дурмана. Он дернулся и больно ударился локтем о каменный пол. Нет, он не спит - все, что он сейчас видит, происходит на самом деле. Соболь хотел вскочить, но это не удалось - он, словно попал в клейкую тягучую смолу. С большим трудом он оторвался от пола и, силой выдираясь из невидимых пут, начал распрямляться. Рядом, точно так же, выкручиваясь и ругаясь, поднималась Алмаз. Их взгляды встретились - в глазах девушки был ужас, тут же сменившийся жалостью.

Чего это она? - подумал Соболь и, наконец, поднялся. Заклятие, связывавшее его, явно слабело.

- Помочь? - говорить тоже пришлось как через вату, звук получился слабым и невнятным.

- Не надо! - быстро ответила девушка. Её испуганный взгляд скользнул на лежавшую на полу саблю.

Радан тоже увидел оружие, на острие клинка чернела кровь. 'Откуда это? - сквозь вату удивился он. Он помнил, что схватил саблю, а дальше память почему-то исчезала, словно после того, как схватил саблю он сразу заснул. Ладно, потом разберемся - надо спасать Марианну, ведьма опять что-то творит. Соболь нагнулся, подобрал оружие и шагнул к трону.

- Стой там, мальчишка!

Команда пригвоздила его к полу, липкие путы опять стянули ноги. Но остановился он не только от заклятья - его убило то, что это приказывала не Зерги, а вскочившая Марианна. Искаженное страшное лицо девочки, и голос, очень похожий на голос Проклятой, опять заставили Радана усомниться, что все происходит наяву.

- Марианна! Очнись! - закричала сзади Алмаз, она до сих пор не могла справиться с проклятием, похоже её Зерги заколдовала сильнее. Этот крик и тяжесть сабли в руке вернули Соболя в реальность. Он напрягся и - чудо! Ноги его шевельнулись. Радан выругался и опять попытался шагнуть. Нога дернулась, и он чуть-чуть оставил её, это первое движение словно столкнуло лавину. Он почувствовал, как застывшие ноги начинают оживать и, наконец, сделал первый полный шаг.

Девочка на возвышении тоже выругалась и вытянув руки в сторону медленно, но все более уверенно шагавшего Радана, начала бормотать заклинание. Однако, хоть Соболь и почувствовал, что опять идет как в густом киселе, но остановить по-настоящему она его не смогла.

- Уничтожь все на столе! - крикнула сзади Алмаз. Соболь понял, что она обращается к нему, и не оборачиваясь ответил:

- Сейчас! Только доберусь.

В этот момент невидимые преграды рухнули, Радан не ожидал и едва не завалился. Он увидел, что девочка, перестала обращать внимание на него и кинулась обратно к столу.

- Пора заканчивать, Марианна! - выкрикнула она и потянулась к чаше.

Марианна с ужасом рассматривала свои руки - белые, почти прозрачные руки ведьмы. Она не слышала и не видела, что происходит вокруг, все её внимание было поглощено этими руками. Девочку словно оглушили - где-то рядом, кто-то что-то кричал, кто-то двигался, а для Марианны существовали только эти руки, которые двигались, когда она двигала своими руками. Где-то в глубине сознания она уже догадалась, что произошло, но никак не хотела в это верить.

Вдруг перед её глазами появилась сама она - Марианна. Девочка смотрела на себя стоявшую с другой стороны круглого каменного стола и чувствовала, что еще немного, и она сойдет с ума. Маленькая Марианна подтолкнула чашу и злобно закричала:

- Быстро пей! Сделай глоток!

Марианна как завороженная взяла знакомую кружечку обеими руками и поднесла к лицу. Матово блестящие дуги ручек, полностью спрятались в больших взрослых ладонях. Сама кружечка теперь показалась ей совсем маленькой. Марианна заглянула вовнутрь и отшатнулась - содержимое чашки булькало, словно кипело, от жидкости поднимался красноватый туман.

- Пей! - девочка схватила светящийся нож и, без раздумий, ткнула лезвием в ногу Марианны. Та, испуганно, отхлебнула маленький глоток безвкусной жидкости. Девчушка подпрыгнула и почти вырвала чашку из бледных рук. Она, оглянулась на подбегавшего Радана, победно улыбнулась и поднесла кружку к губам.

Марианна вдруг поняла, что все - ведьма победила, откуда-то она теперь знала, что последний глоток, что сейчас выпьет колдунья в её обличье, закрепит уже произошедшее. Зерги обретет настоящее живое тело и вернет себе всю колдовскую мощь, а она, Марианна, так и исчезнет с этим постепенно тающим телом. Она потянулась к девочке, желая остановить её, но сил уже не было, она только всхлипнула по-детски, совсем не так, как плачут взрослые и устало опустилась на пол возле стола. Бледная фигура высокой красивой женщины, начала блекнуть и исчезать, этот процесс не остановил даже дикий крик, вдруг зазвеневший под сводами зала.

- Нееет! Нееет!

Это голосом Зерги, кричала Марианна, глядя на дымящую лужицу у своих ног. Там же в луже, лежал треснувший крупный рубин. Он медленно угасал, теряя свое кроваво-красное свечение.

Вдруг, девочка замолчала, выронила из рук серебряную чашку и секунду постояла, глядя на выглядывавшую из-под стола малышку Енек, потом схватила её и прижала к себе.

- Какая же ты молодец, маленькая моя, - уже своим голосом, шептала девочка, целуя ничего не понимающую малышку. - Как ты догадалась толкнуть меня в самый нужный момент?

- Я не хотела, чтобы ты пила кровь, - пропищала Енек, довольная тем, что её так хвалят.

Неожиданно, взгляд Марианны изменился, стал злым и колючим, она отбросила маленькую гномку и схватила нож.

- Ах ты подлая тварь! Ты загубила все! Умри!

Она бросилась на пытавшуюся отползти девочку. От неожиданности та даже испугаться не успела. Однако, Марианна ничего не успела сделать, подбежавший Радан перехватил руку девочки и вырвал из нее нож. Потом с силой бросил его в сторону, нож ударился в стену и разлетелся на куски, Соболь сжал бьющуюся девочку обеими руками:

- Успокойся, Марианна, - повторял он пытаясь удержать, неожиданно сильную девочку.

Та взглянула ему в лицо и зло скривившись выпалила:

- А ты доволен? Помнишь, как убил свою любовь?

Сразу после этих слов, она обмякла и чуть не выскользнула из рук Соболя. В это время рядом уже оказалась Алмаз, она протянула руки:

- Дай её сюда, Соболь.

Тот передал девочку и озадаченно спросил:

- Что с ней? И про какое убийство она говорила?

Однако, ответить девушка не успела - пол в пещере вздрогнул и по стенам побежали трещины.

Каменный пол под ногами вампиров вдруг задрожал. Раздался треск и сверху посыпались мелкие камни. Еллин вздрогнула и прикрыла глаза. Через мгновение она повернулась и молча пошла в темноту, вглубь пещеры.

- Еллин, что случилось? Куда ты?

Она, замедлила шаг, тихо ответила:

- Алиайи больше нет... Она умерла навсегда. Пора и мне уходить.

- Еллин, а как же мы? - взмолился Голанд. - Неужели мы навсегда останемся такими?

- Да! - жестко ответила Вогалка, и уже снова шагнула в темноту, но в последний момент передумала. Она повернулась к застывшим серым фигурам и сказала:

- Есть один выход. Людишки убили мою великую проклятую сестру. Она была самым главным злом в этом мире, и я рада, что её больше нет. Но она была Вогалкой, а истинные люди не должны умирать от рук неполноценных рас. Идите и накажите её убийц. И возможно, людишки освободят некоторых из вас от вашего страшного бессмертия.

Больше не проронив ни слова, белая фигура исчезла в дрожащей темноте. Как только её силуэт растаял, безликая масса вампиров сорвалась с места, они бежали молча, оскалив зубы и выпустив когти. И никто кроме них самих не знал, чего больше хотят эти изуродованные колдовством последние истинные люди: убить неполноценных или умереть самим.

Корад увернулся от очередного камня величиной с его голову и понял, что он добрался до места. Проход под грубой каменной аркой перекрывала плита, на поверхности которой горел орнамент из нескольких заклинаний. Он то разгорался, то затухал, маг понял, что энергия заклинаний на исходе и никто не поддерживает их. Скоро они совсем исчезнут, подумал он. Это, как и, внезапно начавшееся разрушение пещеры, очень встревожило его - неужели все-таки опоздал?

Корад на всякий случай попробовал обычное заклинание открывания - как он и ожидал оно не сработало, но искать подходящее времени не было, и он вытащил из сумки мешочек с универсальным средством - порошком из разрыв-травы. Однако, это не понадобилось, линии на камне вспыхнули ярким малиновым свечением, и плита отъехала. Корад выдернул было меч, но тут же бросил его обратно в ножны - навстречу ему бежали те, кого он так долго искал.

Хотя он никогда не видел вживую детей и Алмаз, однако маг так много слышал о них, что без труда узнал. Однако, ни дети, ни полуэльфка его не знали, поэтому, увидев вооруженного человека в проходе, они сразу остановились.

- Не бойтесь! Я Корад! - маг сообразил, чем вызвано их замешательство, однако сейчас его больше интересовало другое. - Где Зерги? Что тут происходит?

Первыми бежали двое мальчишек - эльф и подросток-орк - они держали за руки совсем маленькую девочку-гнома и несли её почти на весу. Полуэльфка с рыжими волосами держала на руках девочку лет двенадцати. Она секунду недоверчиво разглядывала мага, потом, похоже, решила, что все нормально и направилась к нему.

- Зерги пропала.

- Как пропала?

- Как? Просто. Только что была и вдруг, развеялась будто дым. Надеюсь, навсегда.

Но это было не так - Корад ощущал присутствие Проклятой где-то рядом. И вдруг это подтвердилось, при том произошло это ужасным образом. Девочка на руках у полукровки очнулась, увидела стоявших рядом друзей и спросила:

- Все кончилось? Она умерла?

- Да, Марианна. Её больше нет, успокойся.

Но вдруг, лицо девочки изменилось, она начала дико кричать и вырываться:

- Отпусти меня полукровка! Я все равно вас...

Что она хотела сказать они так и не узнали, девочка опять потеряла сознание. Корад с ходу все понял.

- Зерги вселилась в неё?

- Не знаю! - зло огрызнулась Алмаз. - Но я не дам убивать девочку!

Их разговор оборвало новое сотрясение пещеры, вокруг начали валиться уже большие каменные осколки.

- Надо уходить! Дай мне девочку, - маг протянул руки. Однако, Алмаз отрицательно покачала головой:

- Я сама.

- Тогда бежим! А где Радан?

Все закрутили головами.

- Он шел за нами. Почему-то отстал.

- Ладно, я посмотрю, - маг достал и зажег еще одну палочку нефри. - Это вам, дальше в пещере никакого света нет. Идите, мы вас догоним.

Маг развернулся и побежал под треснувшую арку. Радан действительно был там, живой и невредимый, но вел себя он как-тостранно - вместо того, чтобы бежать из рушащегося подземелья, он стоял с саблей в руках, не двигаясь и уставив глаза в одну точку. Околдован, сразу решил Корад. Он подбежал к юноше, поймал за плечо и тряхнул:

- Радан, это я, Корад. Что с тобой?

Соболь равнодушно посмотрел на мага.

- Корад. Я рад.

Он опустил глаза.

- Ну-ка смотри на меня! - маг опять встряхнул Радана. - Что ты чувствуешь?

- Ничего, - он поднял лицо, на этот раз в глазах была такая печаль, что маг поежился. Но юноша явно был не под заклятием.

- Вот здесь ничего нет, - Соболь приложил руку к груди, туда, где было сердце. - Я уже умер, Корад.

- Да, что с тобой? Очнись, надо бежать отсюда!

- А ты еще не знаешь? - лицо его исказила улыбка, больше похожая на смертный оскал. - Я убил ту, которую любил. Я и теперь её люблю, но её нет. Это я, вот этой саблей...

И тут маг разглядел, то, что не видел до этого - с правой стороны, в длинных черных волосах юноши, появилась белая прядь. Корад широко раскрыл глаза - юноша поседел. Что же такое тут случилось?

- Так кого ты убил?

Маг до сих пор не понимал, что произошло - не на самом же деле он убил свою девушку? Вроде о такой слышно не было.

- Хазимай, - тихо ответил Соболь. - Я убил Хазимай.

Эти слова еще больше запутали Корада. Хазимай так называла себя Лесная, но не мог же Радан любить нимфу?

Его мысли оборвал очередная волна землетрясения и снова посыпавшиеся камни.

- Уходим!

Он, словно куклу, потащил безвольного Радана за собой. Они успели вовремя, как только Корад выдернул Соболя из-под разваливающейся арки, величественный зал исчез под грудой камней, а впереди, где горел факел нефри, раздался уже знакомый Кораду вой - сюда приближались вампиры. Значит, Еллин их не удержала. Назад пути нет - пещера за спиной продолжала рушиться, значит надо опять пробиваться через нежить. Корад достал солнечные камни, и с сожалением увидел, что они потеряли первоначальную яркость - надолго их не хватит.

- Соболь, остался последний бой. Нам с тобой можно умереть, а вот детям надо жить.

И впервые его слова подействовали - парень осмысленно посмотрел на Корада, распрямился и перехватил саблю.

- Ты прав. Это будет последний бой!

Маг больше ничего не успел сказать - Радан уже бежал навстречу высоким серым фигурам, появившимся в круге света от лучины нефри. Он обогнал Алмаз и с ходу врубился в вампирскую стаю. Когда Корад догнал его, на полу уже корчилось одно тело с почти отрубленной головой. Маг, быстрым движением довершил дело, перерубил шейные позвонки, и зубастая голова откатилась в сторону. Потом убрал меч и зажег камни - схватка началась.

Соболь хотел умереть - теперь, после того как он вспомнил, что произошло в пещере, жить ему было не к чему. Он с яростью рубил и колол обступившие со всех сторон серые тела. Он не сомневался, что сегодня погибнет, слишком много было клыкастых тварей вокруг, а его сабля, это совсем не то оружие, которое нужно для боя с нежитью. Но этот бой, это было то, что просила его душа - боги в кои веки смилостивились и дали ему хотя бы умереть достойно.

Где-то рядом дрался его учитель, маг и инспектор Корад, случайно втянувший парня с гор во все это. Он что-то кричал Радану, но тот не обращал внимания, на эти крики. Вся накопившая за последнее время злость, особенно на себя, неудачника и труса, который не сумел не только защитить свою любовь, но и того хуже, собственноручно убил её, выплескивалась сейчас с каждым ударом. Он казался себе ничуть не лучше тех тварей, что пытались сейчас достать его своими когтистыми лапами и поэтому ожесточенно лез туда, где сверкало больше этих горящих глаз.

Как ни странно, хотя куртка на груди и спине была распластана когтями в нескольких местах, а оба рукава, вообще, превратились в лохмотья, на теле у него до сих пор не было не одной царапины. Словно, под одеждой у него, была одета невидимая броня.

Он отрубил руку, чуть не дотянувшемуся до его горла вампиру и сразу воткнул саблю прямо в ощерившийся зубастый рот, оказавшийся совсем рядом. Он с силой выдернул клинок, и не останавливаясь, словно заводная игрушка с хитрой пружиной в теле, сразу отпрыгнул в сторону. Он не хотел этого делать, он хотел умереть, но молодое тело реагировало само и уже который раз выводило его из-под удара.

Наконец, он расслышал, что кричит ему Корад - тот подсказывал, что надо отделять голову, иначе вампир не умрет. Радан и не задумывался об том, чтобы уничтожить вампиров, за своим желанием смерти, он совсем забыл про остальных. Его ожег стыд, опять он думает только о себе - как в тот раз, когда сестру уносил кочевник в лохматой шапке. Ведь если он погибнет, а твари выживут, следующими их жертвами станут девочки и мальчишки. И опять он все портит, даже умереть достойно не получается.

Соболь увернулся от пролетевшей перед лицом рукой с длинными изогнутыми когтями, и пригнувшись, одним движением отсек голову корчившейся на полу нежити. Это был тот самый вампир, которому он только что пробил горло. Ему показалось, что в тот момент, когда сталь его сабли рассекла горло врага, в глазах живого мертвеца вспыхнула благодарность. Наваждение, подумал Радан и тут же забыл об этом.

Маг оказался уже рядом, Соболь заметил, что тот орудует не мечом, из сжатых кулаков вырывалось такое яркое свечение, что невозможно было смотреть, словно там прятались кусочки солнца. Радан нисколько не удивился, маг есть маг, и оружие у него соответствующее. Тем более против таких противников. Если бы не ловкость и сила нежити - уклоняясь от сжигавшего их пламени, вампиры легко перепрыгивали со стены на стену, и даже умудрялись, пробежать по потолку - то, Корад уже убил бы большинство Вогалов.

Эта нечеловеческая быстрота и стала причиной того, что Соболь все-таки попал под удар серой твари. Вампир хотел перехватить руку юноши с саблей, но промахнулся. Однако, он умудрился вывернуться в прыжке и зацепив другой рукой за шею, дернул Радана. Этот, совсем случайно получившийся толчок, бросил юношу на камни. Соболю показалось, что его ударили по шее бревном. Тотчас, его обхватили несколько рук и в свете колдовского оружия Корада, перед лицом юноши мелькнули длинные острые когти, и страшная боль пронзила ему грудь слева, там, где сердце. Последнее, что он увидел, это был сливающийся световой круг над собой, Корад убивал навалившихся на него вампиров. 'Хазимай, я иду к тебе', - шепнул Радан и свет в его глазах померк. Он уже не видел, как маг расшвырял изрезанных волшебным огнем Вогалов, как он бился над его телом с последним оставшимся вампиром, и как умирая, тот за что-то поблагодарил Корада.

Даже среди своих соратников - Черных колдунов, Мазранг выделялся своей жестокостью и полным пренебрежением к чужой жизни. Его враги - большинство их уже истлели в могилах - на своей шкуре испытали его несгибаемость и неукротимую силу воли, с какой он шел к намеченной цели. И те, и другие считали его главной целью служение Зерги, но на самом деле это было не совсем так. Никто, кроме его самого, не знал, что для него самое главное в этой жизни.

Великая Зерги, была могучей ведьмой и переход под её знамена, позволил получить амбициозному молодому магу необходимую, на первых порах, силу и поддержку. А дальше, именно эти качества помогли ему вырваться на самый верх в иерархии Черных. Но так считали окружающие, сам же Мазранг знал, что главное, что помогло ему сначала подняться, а потом выжить в смертельной круговерти Великой Войны, это его природная осторожность и острое чувство опасности.

Вот и сейчас, он и сам до конца не понял, почему он не пошел в подземелье, где должно было произойти главное событие этого мира - возрождение Зерги. Ведь, до этого он считал, что появление первым на глазах новой властительницы мира, позволит ему еще более приблизиться к недосягаемому трону Великой. Однако, несмотря на все эти мысли, он так и не сдвинулся с места, продолжая, словно какой-нибудь страж, сидеть и просто наблюдать за входом в колдовскую пещеру. И лишь теперь, после того как началось землетрясение, он понял, чего избежал. Чутье и на этот раз не подвело его.

Ему не составило никакого труда прочитать информацию, мощным потоком рвущуюся из темного провала пещеры - возрождение Вогальской ведьмы и обретение ею плоти, провалилось! Что именно там произошло, он не знал, но главный энергетический импульс расшифровал безошибочно - и в нем, линия Зерги, вместо того чтобы расширяться, наоборот, постепенно сходила на нет. Она еще не растворилась полностью, но явно, распадалась, и исчезнет совсем скоро. Теперь делать здесь больше нечего, тем более гору начало трясти все более основательно. Мазранг, уже собрался выбраться из своего убежища, чтобы пока не поздно открыть портал и покинуть это место, как площадку внизу опять осветило сияние. Прибыл кто-то еще. Колдун снова спрятал свои чувства в кокон и заглянул вниз. Ехидная улыбка заиграла на его лице - из открывшегося портала на площадку шагнул Туманель.

- Скользкий темный эльф. Тоже тянул до последнего. А где же орк?

Мазранг увидел, что эльф тоже что-тоучуял, он подошел к лестнице, но подниматься не стал. Колдун задумчиво смотрел наверх, но не двигался. Вдруг он решительно развернулся, вышел обратно на площадку и через мгновение там опять вспыхнул и исчез вход в портал. Мазранг хихикнул:

- Быстро сообразил. Надо и мне уходить.

Через несколько мгновений после того, как Черный исчез в голубом сиянии, из пещеры на лестницу выбежала удивительная компания. Маленькую девочку-гнома тащили почти по воздуху двое мальчишек. При этом эти двое были из рас, с самого начала мира враждующих между собой - орк и эльфенок. Они остановились, маленький эльф обернулся и в шум волн перекрыл звонкий красивый голосок:

- Быстрей, Алмаз! Тут никого нет!

Шоху привстал на стременах, ему показалось, что вдали, там, где из моря поблескивающего в свете заката, вырастали, поднимаясь все выше и выше исполинские Запретные горы, что-то движется. Он негромко вскрикнул, привлекая внимание спутников, и показал рукой в нужном направлении. Ловкая всадница в черном кожаном доспехе, согласно кивнула и ответила:

- Ты прав, там люди. Я уже давно их заметила.

Это было неправильно, кочевник первым заметивший опасность, должен предупредить остальных, но эта девушка-воин была чужестранкой, и он ничего ей не сказал. Шаху подозвал к себе старшего разведчика, пожилого опытного кочевника по имени Хукале, и через несколько минут, десяток всадников отделился от общей массы и помчался вперед. Вместе с ними поскакала и полуэльфка с длинным луком за спиной.

- Я чувствую, что там Радан!

Сзади раздался голос любимой жены. Её глаза заблестели, молодой вождь видел, что она всерьез верит в это, поэтому ничего не сказал, а лишь кивнул, соглашаясь. Сам он считал, что те, кого демоны утащили в открывшуюся прямо в воздухе светящуюся пещеру, уже давно в подземном мире. Но пусть жена все увидит сама, говорить ей правду он не силах.

- Едем быстрее, - торопила его Веса.

Он опять согласно кивнул и, ударил по бокам лошади пятками. Вслед за ним, ускорили ход и остальные воины. Через пару часов они увидят, кто это путешествует в этих пустынных безлюдных местах, а потом можно будет вернуться в родные степи.

У костра из собранных на берегу, просоленных кусков плавника, сидели пятеро. Еще двое - молодой человек, лет двадцати и девочка, лежали прямо на камнях, только под головой девочки был свернутый походный плащ. Самый взрослый из этой компании, мужчина с короткой седой бородкой, только что тяжело присел. Взгляды остальных сразу сошлись на нем.

- Успокойтесь, - устало сказал он. - Они выживут. Я сделал все, что мог, теперь их организм должен тоже побороться.

Маленькая девочка-гномка, прижимавшаяся к красивой девушке с рыжими волосами, всхлипнула, но заметив осуждающий взгляд, сидевшего напротив, тоже рыжеволосого эльфенка, сдержалась и не заплакала. Девушка поправила волосы, прикрывая не по-человечески острый кончик уха, и попросила:

- Маг, не тяни, рассказывай, что с ними.

Тот протянул к костру руки - осенний вечер, здесь у моря, был ощутимо холодней, чем в степи. Он немного помолчал, бездумно глядя на танцующие язычки пламени, потом, не поворачивая головы спросил:

- Что именно ты хочешь знать, Алмаз?

- Все! В первую очередь про Марианну - что с ней? В ней что - теперь две сущности?

- С Марианной все в порядке.

Он глянул на девочку, которая как раз в этот момент прерывисто задышала, потом выкрикнула какое-то непонятное слово и поправился:

- Ну почти в порядке. Вообще, вы все видели сами. Зерги сумела своим колдовством завладеть телом девочки, однако закрепить свое переселение она не успела. Одна мужественная особа, - он с улыбкой посмотрел на швыркающую носом гномку, - сумела вовремя вмешаться и спасти этот мир. Выпей Марианна зелье Зерги, уже никто бы её не остановил.

Зерги еще и сейчас в девочке, и Марианна борется с ней. Но не сомневайтесь, девочка обязательно победит, я сейчас физически чувствую, как аура колдуньи постепенно исчезает. Сейчас ведьме помогает то, что мы недалеко от её логова. Дух Зерги обитал здесь долгие годы и, конечно, это место, просто пропитано её энергией. Как только мы отойдем подальше, Марианне станет намного легче. Правда, некоторое время, ей еще придется побыть под наблюдением опытных магов, но это так, для страховки.

- Это хорошо! А что что с ним?

Алмаз кивнула на Радана. Тот в отличие от Марианны, лежал совершенно неподвижно, и можно было даже подумать, что он уже умер. Только приглядевшись, можно было заметить, что он еле заметно дышит. Лицо у юноши побледнело и даже стало немного синюшным.

- С Раданом дело посложнее, надо быстрей доставить его к каким-нибудь сильным целителям. Моего искусства, здесь будет мало. Я могу залечить, обычную рану, и даже если бы обычный вампир ранил его, я, наверное, тоже бы справился. Но, это были Вогалы, превращенные в нежить, их магия мне неизвестна, я не пойму, что сейчас происходит с Соболем. И, кроме того, он сам не хочет бороться. Вы сами видели - он рвался умереть. - Он вздохнул, глаза усталые глаза снова остановились на лице Радана. - Мальчика не за что осуждать, не каждый день человек узнает, что он собственноручно убил того, кого любишь. Сейчас он винит в этом себя, а не Зерги.

- Да, это было страшно. Ощущение было, что он сошел с ума.

- Я все равно его ненавижу! - с детской непримиримостью выкрикнул эльфенок. - Хазимай была самой лучшей в этом свете!

Юный орк, как всегда молчаливый, в этот раз тоже высказался:

- Мог же в себя воткнуть свою саблю. Вон даже Енек догадалась, что надо сделать.

Корад едва заметно улыбнулся, вот так рушатся кумиры, он не сомневался, что еще несколько часов назад, Соболь был для них героем. Но Лесная, сама того не желая вскружила головы даже этим мальчишкам. Маг не осуждал их, он прекрасно знал, какая сила привлекательности заложена в нимфах, хоть лесных, хоть речных. Для людей, эльфов, гномов и орков они всегда будут неотразимы, даже сами не замечая этого.

- Лео и ты, Горзах, я не буду спорить с вами, сейчас это бесполезно. Но я ни капли не сомневаюсь, что со временем вы поймете, что мир совсем не такой, каким его видят глаза. Он намного сложнее. И тогда вы оправдаете его.

Корад снова замолчал, обдумывая судьбу этого молодого горца. Сначала кровавая гибель семьи, потом вот еще это - как бы он не сломался. Хотя сейчас главное - как можно скорее доставить его в нужное место.

- Пить хочу, - вступила в разговор 'спасительница' мира. - И есть.

- Скоро здесь будут кочевники, - удивил всех волшебник. - У них наверняка есть пресная вода и вяленое мясо.

- Как ты узнал? - взвился Лео. - Я ничего не вижу.

- Лео, ты забыл, что я маг? - мягко спросил Корад. - Не сомневайся, это правда.

Он полез в свою сумку и в этот раз на свет появилось не какое-нибудь колдовское зелье, а два коричневых квадратных пряника.

- Вот погрызите, хорошая штука, хоть и волшебства в них совсем немного, но они утолят голод, и даже пить не будет так хотеться.

Алмаз подтвердила:

- Это точно, нам такие на службе в сотне выдавали.

Корад разломил пряники и раздал всем по кусочку.

- Можно мне тоже кусочек, - раздался сзади слабый голос. Все кинулись к приподнявшей голову Марианне, и дети, и Алмаз с готовностью протянули девочке свои кусочки.

- Подождите, - маг достал еще какой-то предмет, похожий на кусочек коры. - Марианна, а ты пожуй вот это, тебе надо восстанавливать силы.

- Это галейнария, - авторитетно заявил эльф. - Я когда-то этим Горзаха вылечил.

- Спасибо, - прошептала девочка, и протянула слабую руку. Корад отломил маленький кусочек и положил его прямо в рот девочки.

- Разжевывай, - улыбнулся он. - Она неплохая на вкус.

- Я знаю, - кинула девочка. Потом серьезно посмотрела на мага и спросила: - А где Радан?

- Вон он! - обогнал всех Лео. - С той стороны костра лежит. Убийца.

Похоже, объяснение Корада на него не подействовало.

Девочка повернула голову и долго смотрела на безжизненное тело юноши.

- Он жив.

Корад кивнул.

- Но его надо как можно скорее доставить к целителю. Я уже говорил это твоим друзьям.

- Он выживет, я знаю. Он столько раз спасал нам жизнь, что будет несправедливо, если Соболь сейчас умрет.

И вдруг она выдала такое, отчего маг отвернулся и спрятал глаза.

- Я могу умереть за него. Маг, ты же можешь так сделать, чтобы боги забрали меня вместо него?

- Ты, что? - вскочил на ноги эльфенок. - Он же убил Хазимай!

При упоминании об этом, с девочкой что-то произошло. Она выгнулась и захрипела, потом подняла голову и расхохоталась злым довольным смехом, смехом ведьмы.

- Я специально так сделала. Смешно же, мальчишка влюбился в перворожденную. Всегда хотела узнать, а влюбляются ли перворожденные в людей? Когда бы еще такой случай подвернулся.

- Успокойся, Марианна! - Корад и Алмаз бросились к ней и попытались уложить девочку. Приступ у той уже прошел, похоже начала действовать галейнерия, она позволила уложить себя. И уже закрыв глаза проворчала:

- Оказывается и перворожденные могут влюбляться. Она ведь могла убить его, я заколдовала её только против себя, но она решила, что лучше пусть он живет...

Корад, как всегда, оказался прав, не прошло и двух часов, как костер окружили всадники. Это действительно, оказались степняки, те самые, рядом с которыми только вчера они только вчера бились против орков. Никто из них не стал подъезжать к костру, переложив вперед свои кривые луки, они лишь изредка перебрасывались короткими фразами. При этом один из них сразу развернулся и поскакал назад, в степь. Еще один всадник, другой, не кочевник, подъехал чуть позже, отстал от остальных на пару минут. Услышав стук копыт его лошади, от костра поднялась Алмаз. Она секунду вглядывалась в сгущавшуюся темноту и, вдруг, побежала навстречу.

- Алмаз! - с лошади прямо на ходу скатилась ловкая грациозная девушка, в таком же наряде, что и Алмаз.

- Крис!

Радостно восклицая, девушки обнялись и Алмаз потащила гостью к костру, однако на полпути остановилась и спросила:

- Где остальные?

Крис отрицательно покачала головой.

- Все? - поняла Алмаз.

- Да.

- Крис, - маг тоже поднялся от костра. - А как остальные?

- Твои чистильщики погибли все. Эльфы тоже.

- А маги из Стерега?

- Я не могу точно сказать, сама я не видела, но, по-моему, они тоже все. Но вы подождите, почему не говорите, что с ведьмой? Раз я вас вижу живыми, у нее ничего не вышло?

- Правильно понимаешь! - заулыбалась Алмаз. - Вот эти две девицы спасли этот мир.

Она показала на забывшуюся Марианну и гномку, которая как раз подошла к девочке и гладила её руку.

- Слава утренней богине! Значит, все было не зря. Все смерти.

- Да, Крис, - Корад тоже подошел к ним. - Ты права - все было не зря. Каждый из тех, кто погиб, и тех, кто выжил, все внесли свою лепту.

Крис замолчала и прислушалась, потом сказала:

- Вот и остальные. Что сейчас будет! Там сестра этого парня, она все время твердила, что он живой, а тут труп. И не забудьте, она жена главного в племени.

- Крис, - Корад укоризненно глянул на нее. - Радан жив. Просто его ранил вампир.

Крис с опаской посмотрела на лежавшего Соболя.

- А он не превратится?

- Нет. Ты же видела сама, это не обычные кровососы, а Вогалы. Зерги сделала нежитью свою охрану. Но все равно, его как можно быстрей надо отправить к мощному целителю.

- Понятно, - вздохнула Крис. - А где Хазимай?

Алмаз не успела ответить, опять влез эльфенок.

- Её убил вот он! - Лео ткнул пальцем в Радана. Крис вскинула удивленные глаза на подругу.

- Прекрати, Лео! - прикрикнула Алмаз и повернулась к Крис. - Сейчас я все расскажу.

Однако, сделать это она не успела, разговор прервал девичий крик.

- Радан, где ты?

Через строй расступившихся всадников, в освещенный круг ворвалась наездница, в такой же, как у остальных степняков лохматой рыжей шапке. Однако, лицо под шапкой было не настолько загорелое, как у остальных кочевников. При первом же взгляде на нее становилось ясно - это, действительно, сестра Соболя, настолько они были похожи. Она на ходу спрыгнула с лошади, и бросилась к неподвижному телу.

И в тот же момент, почти одновременно, в нескольких местах засветились и лопнули голубые овалы.

- Поторопись, Корад! Веда уже все приготовила.

Двое магов уже готовы были забрать Радана. Носилки - легкие, из крепкого зеленого полотна и ясеневых тонких шестов - на которые его только что уложили, доставили сюда прямо из дворца Леонойвелина на Синей Горе. Еще двое магов, ждали команды, чтобы забрать лежавшую на таких же эльфийских носилках, тяжело дышавшую Марианну.

Среди прибывших, оказались не только маги из Стерега. Великий совет магов тоже прислал свою помощь - целый отряд боевых магов разных рас. Обособленно от всех расположились эльфы. Правитель Синей Горы - Леонойвелин, как только получил сообщение от Совета, сам прибыл сюда во главе нескольких десятков воинов и пары магов. Последними появились гномы. Это и понятно - подземные жители с большим недоверием относились к путешествиям через пространственные тоннели. Лишь важность случившегося, заставила их изменить вековым традициям.

Первым, вместе с командой Братства прибыл сам Саафат - за много-много лет, почти с самого создания Братства, он впервые покинул Стерег. Старый маг был в боевом одеянии, и выглядел немного комично, особенно нелепо смотрелся меч на его поясе. Все остальные тоже пришли сюда воевать, поэтому кругом лязгали мечи и звенели кольчуги. У магов всех рас, через плечо висели сумки полные артефактов, готовых для использования в войне.

Появились даже воины короля Дугавика, во главе с лордом Коолисе. Именно Коолисе смог убедить монарха, что судьба королевства, сейчас решается не в сражении с орками, а именно здесь. Перебросить элитный отряд рыцарей помогли маги из Совета. Лорда ожидал здесь сюрприз - его лучший шпион, инспектор интендантства Корад Славуд, оказался по совместительству еще и магом Братства, и это с его подачи здесь собралось, все это воинство.

Впервые после Великой Войны расы опять собрались, чтобы вместе противостоять опасности. Люди, эльфы, гномы появляясь на соленых камнях мертвого моря, сразу были готовы броситься в бой. Все понимали, на что они идут, поэтому все были серьезны и решительны. Немногие ожидали, что смогут вернуться домой, все помнили прошлую войну с колдуньей.

Но узнав, что здесь произошло, все, даже серьезные гномы не могли сдержать радости. На всех лицах играли улыбки, шутки и смех гуляли по побережью, в одночасье превратившемуся из сурового военного лагеря в праздничный табор.

Четверо детей в одно мгновение превратились из беглецов и изгоев в главных героев сегодняшнего дня. На фоне их, уже не замечали ни Радана, ни Алмаз, а Корад сам тихонько отошел в сторону и пытался как можно реже попадаться на глаза как своим сослуживцам из армии Дугавика, так и своим коллегам из Братства.

Единственное, что он потребовал от Саафата, и Совета, чтобы Радану и Марианне оказали срочную помощь, определились и отправили к лучшему целителю. Это было сделано - Соболя и девочку переложили на попоны, укрытые плащами и ими, занялся сам Саафат. Сам Корад, дождавшись, когда все отстали от него, тоже подошел к Радану и присел рядом. Возле него уже сидела, так и не отходившая от брата Веса. Марианну отнесли в стан эльфов, там оказался маг специалист по изгнанию сущностей, захвативших чужое тело.

Тогда и пришло известие, что и Радана, и Марианну готова принять Веда. Это не стало даже обсуждаться, все кто знал про Веду помнили, что она еще в те времена, до Великой Войны прославилась своим искусством врачевания. Корад сам вызвался сопровождать их, кандидатура Алмаз тоже не вызвала возражения.

И вот теперь их отправляли. Веса, никак не хотела уходить от брата. Тот так и не очнулся - дыхание было еле заметным, синюшность захватила уже все тело, и он начал холодеть. Веса не плакала - корни рода Медведя чувствовались и в этой хрупкой девушке. Она до последнего, держала брата за руку, и лишь когда эльфы подняли носилки, быстро поцеловала его в щеку и отошла.

- Мы приедем к нему, когда он выздоровеет, - пообещал ей Шаху. - Я никогда не обманывал тебя, ты знаешь.

- Знаю, - устало улыбнулась и прижалась к стройному кочевнику.

- Алмаз, ты сейчас отправишься сопровождать наших героев, пока одна, - Корад склонился к уху полуэльфки и понизил голос. - Я прибуду в Белый Город чуть позже, у меня есть кое-какие дела.

- Хорошо, - Алмаз не удивилась, мысли её были заняты другим. - Хотела попрощаться с остальными детьми, но к ним сейчас не пробиться. Ладно, может когда и встретимся. Давай, Корад, не задерживайся. Думаю, Веда будет рада познакомиться с тобой.

- Я тоже, - улыбнулся маг. - И не переживай на счет детей. Обязательно встретитесь.

Он подождал, когда процессия с носилками исчезла в голубом овале, достал хризолит и сжал его в руке.

Пожилой гном, громко рассказывал собравшимся, о том, что род Енек, идет от самого подземного короля Марфолуса. Род, правда, обеднел и сейчас не может похвалиться своими кладовыми. Но теперь все будет по-другому, малышка получит все причитающиеся ей почести.

Он наклонился, чтобы подхватить девочку и показать всем главного героя. Ведь понятно, что, если бы не маленькая гномка, победить Зерги так и не удалось бы. Однако, девочки нигде не было. Встревоженные гномы, бросились искать.

В другом углу эльфы вдруг потеряли маленького наследника клана Леонойвелина. То же, что пропал и маленький орк, одиноко сидевший у стола с угощениями, вообще, заметили лишь через полчаса.

***

История пятая, самая короткая.

Ошибка в пророчестве. Жизнь продолжается. Снег.

Алиайя умерла на глазах у всех. Когда воины Всеславура, и несколько огромных воинов-Вогалов, первыми прорубились к ней, она сражалась до конца. Круша и обычных, и истинных людей простым двуручным мечом, она, как черная молния носилась по полю брани. Когда пал, последний из её телохранителей, великий Гаранд, все ожидали, что Проклятая сейчас продемонстрирует свой обычный трюк и исчезнет.

Хотя, для того чтобы предотвратить это была собрано целое воинство из магов разных рас, многие полагали, что она все равно скроется, как это уже бывало. Но на этот раз, она не стала прибегать к магии, с диким ревом, прорубая себе дорогу, она промчалась к огромной пылающей яме, и направила свою вороную кобылу прямо в бушующее пламя. Колодец с подземным жидким огнем, до этого дающий огромные колдовские силы Зерги и носящий её имя, в этот раз также легко принял в свое лоно, саму колдунью. Люди видели, как горящая раскаленная жижа сначала поглотила лошадь, а затем медленно сомкнулась над головой Проклятой. И все это время она смеялась, глядя в лицо своим врагам. Никакого страха смерти в ней не было.

Уже тогда многие заговорили о том, что хитрая колдунья в очередной раз обманула всех и на самом деле не умерла. Но, шли месяцы, огнедышащую яму засыпали, а след Зерги нигде так и не проявился. Мир стал успокаиваться, но напрасно.

Гоосаар Каххум именно для этого погибла на глазах у всех - чтобы все уверились, что Проклятой больше нет. Однако правы были скептики - те, кто напоминал о дьявольской хитрости Зерги, она бы никогда не позволила себе умереть, не оставив себе лазейку для возвращения в этот мир.

Когда Алиайя совершила свой последний обряд и прикрепила частицу своего я к обычным с виду предметам, она знала, что все её вещи будут на сотни раз проверены магами. Так и случилось - совет магов, специально собранный для этой цели сразу после окончания битвы, взял под свою опеку шатер колдуньи и все вещи, что находились там. После быстрой проверки на месте на месте, магические вещи были распределены между магическими общинами разных рас, чтобы с ними были проведен полноценные исследования.

Так и оказался фолиант с вложенным в него пергаментом в библиотеке Стерега. Другие же три предмета, даже не попали к магам. Обсидиановый нож как трофей забрал с тела убитого Вогала воин-гном. Кружечку он покрутил и выбросил, для подземного народа она ценности не представляла. Её подобрал воин из банды орков, сумевших спастись после разгрома армии Проклятой. Они ночью вернулись на поле битвы, чтобы вынести тело главного шамана, погибшего там. Этот сосуд тоже умел выбирать хозяев, он оказался зажат в руке мертвого шамана.

Рубин, спрятанный в глине, еще во время битвы Зерги просто бросила на землю, нисколько не сомневаясь, что кто-то найдет эту вещь. Уже через много лет после битвы его подобрал один из людей, охотник за кладами, а дальше кристалл начал путешествовать сам, выбирая себе нужного хозяина.

Однако в этот раз хитроумная Зерги перехитрила саму себя. Использовав в ритуале детей всех четырех главных рас, она рассчитывала, что этим ускорит появление того, в ком она возродится. Однако, не всегда даже искуснейшие маги могут гарантировать тот исход ритуала, который они задумали. И в этот раз вместо того, чтобы ускориться, история наоборот - замедлилась. Кровь четверых принесенных в жертву, сработала, и начала будить Тень только тогда, когда под луной и нужными звездами, родился четвертый ребенок, а родившиеся до этого трое, еще не вышли из детского возраста. Поэтому, прошло почти сотню лет, когда предначертание заложенное самой Проклятой, разбудило её.

После этого и началась вся история. Ничего этого Корад не знал и знать не мог. Он был магом, и членом Братства в котором были объединены многие сильнейшие маги этого времени. Если бы они пошли по верному пути, то поняли бы, куда ведет нить событий, однако против них играла самая великая чародейка этого мира, поэтому все посвященные, даже потенциальные союзники Зерги, имели на руках лишь маленький фрагмент общей истории. Никто не мог сложить их в единую мозаику.

Едва только девочка, единственная наследница в гномьей семье зашлась в первом крике, в мрачном подземелье запретных гор, связанных с Нижним Миром, зашевелилась Тень. Какой бы сильной чародейкой не была Проклятая, она не могла переступить некоторые законы магии. Даже пользуясь всеми плодами запретной черной магии и объединив их с магией Вогалов, нельзя стать равным богам. Это они могут не переживать о смерти бренного тела, мгновенно находя новую оболочку для своего духа.

Поэтому обрести вновь физическое тело она могла только через ту процедуру, начало которой заложила в своем шатре перед смертью. Однако, была еще одна мрачная колдовская практика, целиком принадлежавшая к черной некромантии, при помощи которой Гоосаар Каххум сумела сохранить еще один кусочек себя. Страхуясь, на всякий случай она провела этот ритуал в своей секретной лаборатории, о которой не знали даже её ближайшие сподвижники. В виде бесплотной тени она пребывала в темноте страшной пещеры под охранной выведенной ею мерзких чудовищ.

После появления Четверых Тень отправилась в мир. Однако, не имея физического тела она могла только наблюдать, но хитрый изворотливый ум великой колдуньи и здесь нашел выход. Помогла, как всегда, в черной маги сила смерти и крови. Как оказалось кровь и сила, вырывавшаяся в мир при убийстве живого существа, на время давали ей физический облик. Хоть и ненадолго, но Зерги умела использовать любой, даже самый маленький отрезок времени.

Так она и начала собирать артефакты вместе с привязанными к ним детьми.

Труднее всего ей пришлось добывать пергамент. Для этого пришлось уничтожить тонны попадавшихся под руку живых существ, от жутких мокриц и грызунов в пещере, до животных крупнее, когда она позволила себе выйти из склепа.

Самую мощную подпитку для её бесплотного тела могло дать убийство разумного живого, однако этого нельзя было делать, так как для воскрешения первой кровью разумного, коснувшейся её, должна быть кровь специально предназначенного для этого ребенка.

Как и предполагала Вогалка, все её книги, амулеты и снадобья, все подверглось исследованиям совета магов-победителей, но никто так и не смог обнаружить, что пергамент с обычным рецептом средства для восстановления памяти, на самом деле ключ к возвращению Зерги в мир. На поле боя исследования были не очень глубокими, а потом фолиант с артефактом перевезли в Стерег, тем самым максимально затруднив его разоблачение. Сама атмосфера Стерега, пропитанная магией Вогалов, маскировала происхождение этого свитка.

Тень сумела накинуть свою невидимую сеть на многих магов в мире, используя их природные или приобретенные слабости. В большинстве случаев чародеи даже не догадывались, что то, что они делают нужно, не им, а набирающей силу Проклятой.

Эссон Заридан был одним из немногих, кто находился под прямым влиянием Тени. Добраться до него, в большой степени помог сам Стерег, несмотря на то, что тут уже давно жили люди, замок так и остался замком Вогалов. Хитрость и немалая магическая сила Заридана, однако, не очень помогли ему. Он уже почти разыскал нужный фолиант и готовился забрать пергамент, но сначала его коллега и друг, попытался вмешаться в это, так что Эссону пришлось даже пожертвовать им. Потом, вдруг, неожиданно, смотритель библиотеки и по совместительству секретарь Саафата Рунгас не с того, ни с сего, отправил именно этот артефакт в Срединное Королевство, магу члену братства. Зачем он это сделал, он внятно объяснить так и не смог.

Хотя Эссон начал подозревать, что кто-то из магов, все-таки что-тоучуял и приказал Рунгасу убрать пергамент из Стерега, на самом деле это было идеальной иллюстрацией, как слепой случай вмешивается в планы не только простых людей, но и великих магов.

Смотритель Рунгас был очень умным и наблюдательным человеком, а долгая жизнь в магической атмосфере Стерега - его отец так же был секретарем Саафата, он вырос среди волшебных артефактов - развила в нем чутье на выбросы магической энергии. Он заметил, что поведение Эссона с некоторых пор изменилось, потом, однажды, почувствовал чужое присутствие и застал мага, когда тот общался с какой-то тварью, от которой несло черной магией. Заридан тогда не заметил его. С тех самых пор Рунгас стал скрытно следить за ним. Как он понял, что магу нужен именно этот пергамент, не знает никто, но он успел забрать его и хотя ничего опасного в тексте не нашел, все таки отправил его подальше, к знакомому честному магу-воину, по имени Корад Славуд.

Потом Заридан дал приказ вернуть пергамент обратно в Стерег, но тот как в воду канул. Тень была в ярости. Поэтому, всегда осторожный Сельфовур так безрассудно кинулся за ним, когда, пролетая, случайно заметил парня на реке. Зато теперь там в миру, все кто соприкасался с артефактом, словно песчинки втягивались в водоворот неприятных событий.

Еллин, родная сестра Алиайи, была единственной из Вогалов, кто еще при жизни понял, что несет миру её сестра. Она попыталась остановить её, но Зерги погубила самого близкого своего человека. Однако, перед смертью, та поклялась, что не уйдет в нижний мир одна, только вместе с сестрой. Клятва Вогалки на смертном одре сильна, как слово богов. Сколько времени Зерги пыталась воскреснуть, столько ей противодействовала тень Еллин. Правда, методы её, были методами Вогалов - ни во что не ставящими жизнь младших рас. Но клятву она свою выполнила - обе сестры ушли в нижний мир рядом.

Рассказчица закончила и замолчала. Корад тоже молчал, перед его мысленным взором проносилось все, о чем сейчас рассказывала ведунья. Он сам был участником и очевидцем многих событий из этой истории, и у него было свое видение всего произошедшего, но только сейчас все сложилось в цельную картину. Даже Саафат не смог восстановить всю картину полностью, так как это сделала эта седая сгорбленная старуха с молодыми глазами.

- Пойдем на улицу, Корад, - тяжело поднимаясь, предложила она. - Прогуляемся. Сегодня прекрасная погода.

На высоком крыльце перед входом в белый дом-дворец стояли трое: очень старая царственно выглядевшая женщина, с доброй улыбкой на лице; мужчина, судя по выправке - воин, с умными глазами и небольшой седеющей бородкой; и рыжеволосая девушка в зимней форме Золотой Сотни. Они стояли под медленно падающими мягкими хлопьями первого снега и смотрели на побелевший двор, где двое мальчишек катали огромный снежный ком, собираясь слепить какую-то фигуру. Бассейн посреди двора, казался пустым, без стоявшей здесь когда-то женской фигуры.

- Вот так бы сдружились взрослые, - вздохнула старуха, поправляя горностаевую накидку. - И никогда, никаких войн бы не было.

Снизу по ступеням поднималась закутанная маленькая девочка. Она схватила старуху за подол и начала трясти:

- Бабушка Веда, преврати их в собачек, они со мной играть не хотят.

Все трое взрослых засмеялись. Потом девушка подхватила девчоночку под мышки и побежала с ней по ступеням вниз.

- Сейчас Енек, сейчас они захотят играть с нами! А не то, мы им снегу за шиворот набьем.

Мужчина повернулся к Веде.

- Что сказали эльфы? Я видел, как утром уехали их послы.

- Леонойвелин согласился, чтобы Лео пару лет побыл под моим присмотром, пока все это не уляжется. Ну а Горзаха никто и не ищет.

- А гномы?

- Эти торгаши, тоже были рады - никому не нужен новый претендент на подземный престол.

Глядя, как трое хохочущих детей завалили смеющуюся полуэльфку и стараются натолкать ей снега под куртку, она заулыбалась и сразу сделалась на сотню лет моложе. Потом повернулась к мужчине:

- Ты правильно сделал, Корад, что предложил отправить Радана сюда. Только тут в городе Вогалов, можно его выходить. Заметил, что он порозовел? И молодец, что ребят сюда забрал.

- Я сразу подумал, что их нельзя разделять.

- Этот паренек выкарабкается, не сомневайся. У него внутри такой сильный жизненный огонь, что его не удастся еще долго потушить. Я чувствую, что этот человек, хотя и совсем не королевских кровей еще принесет немало хлопот сильным мира сего. Без таких как он, жизнь давно бы сгинула.

Маг только кивнул, он и сам иногда чувствовал, что Радан повстречался ему совсем не случайно.

- Как, кстати, Марианна? Я сегодня её не видел.

Веда вдруг развернулась и посмотрела на сливающиеся со снегом белоснежные две

- А вот сейчас сам и спросишь.

И действительно, двери распахнулись и оттуда появилась знакомая фигурка в шубке из такого же как у Веды, белоснежного горностая. Марианна выходила почему-то спиной. Как оказалась она кого-то вела за руки. Корад и Веда замерли. В дверном проеме, держась за руку Марианны, стоял Радан и смотрел вверх. Его губы что-то шептали. Корад напрягся и расслышал:

- Снег. Уже снег.

КОНЕЦ