Без него

Глава 9

Юля

Последнее время у меня появилась мания преследования. Это происходило, когда я гуляла с Русланом и другими мамочками. Стойкая уверенность, что за мной наблюдают. Я ощущала чей-то взгляд, между лопаток жгло. Вот и сейчас происходит то же самое.

Мы вышли с Настей из кафе, где пережидали дождь, она поправила шапочку на голове дочки. Почувствовала, как кто-то сверлит меня взглядом. Неприятным, ненавидящим. От которого мороз по коже. Обернулась. С парковки отъезжала машина. Черный тонированный джип. Водителя невозможно было рассмотреть.

– .. А я говорю мужу, посиди с дочкой часик. Мне в салон нужно. Кончики подровнять. А он... Юля, ты меня слушаешь? – Настя коснулась руки.

– Что? Прости. Я задумалась.

– Что-то случилось?

– Да нет все нормально, – не стала делиться с Настей своими опасениями. Сама не понимала, что происходит. Я просто схожу с ума.

– А как дела с прибавлением? – я рассказала Насте, что хочу еще ребенка. Желательно девочку.

– Мы работаем в этом направлении. – Настя хихикнула.

– О, да! С таким, как твой муж «работать» это удовольствие. А я от секса отмазываюсь. Говорю, голова болит. Или просто делаю вид, что сплю. Мой муж пузо отрастил, что его «орудие труда» не так сразу и разглядишь, – мы одновременно прыскаем от смеха. Наши детишки посматривают на мамочек, как на сумасшедших.

Пока идём в сторону дома. Задумываюсь. Адлан с энтузиазмом воспринял мое предложение и старается со всем усердием уже месяц. Пора вроде бы, а ничего не получается. Я каждые три дня делаю тест на беременность. Перевела целую кучу тестов, прочитала литературы на эту тему, но не выходит. Может стоить отпустить ситуацию? Дети не бизнес-проект, они не поддаются плану.

Возвращаемся домой. Открываю дверь. Нина, что помогает мне с Русланом, встречает нас с улыбкой. Передаю ей сына и снимаю укороченное кашемировые пальто. Из сумки раздается мелодия телефона. Номер не определен.

– Да, – отвечаю на звонок. – Говорите, – слышно, как пыхтят в трубку. Становится не по себе. Мозг проводит аналогию с фильмом ужасов. Глупость конечно. Наш дом находится под охраной. Что мне сделает пусть даже маньяк? Виной моему неоправданному волнению, тот черный джип. И ощущение чего-то надвигающегося.

Может это Джанна? Но откуда у нее мой номер? Сбрасываю номер и иду в комнату, переодеваюсь в спортивные штаны и худи. Волосы, которые почти доходят до талии, собираю в высокий хвост.

– Юля. Я покормила Руслана, – говорит Нина. – Обед на плите. Я хотела сегодня успеть в поликлинику. Мне уложить Руслана? Или вы сами хотите?

– Я сама. Иди к маме солнышко, – подхватываю Руслана на руки. Он зевает и трет ручкой глаза. Великая вещь режим. Он засыпает, как по мановению волшебной руки, стоит лишь подойти времени и Руслан клюет носом.

Только спускаюсь, звонит охрана.

– К вам девушка. Яна Климова. С ребенком. Просит встречи. Говорит очень важно.

– Я не знаю такую. – слышу, как он передает мои слова.

– Скажи этой принцессе, что я любовница. – что?! Чья? Очередная Оксана?

– Эмм... – у охранника явно нет инструкций на этот счёт.

– Пусть зайдет.

Что ещё за Яна?

Стук. Открываю. Передо мной стоит девушка в кожаной куртке и высоких сапогах. Она смиряет меня презрительным взглядом и делает шаг вперёд. Девушка держит за руку годовалую девочку. Подмечаю, что на куртке малышки грязные разводы и она такая худенькая.

– Мама, – дергает ее за руку. – Ам-ам. – сердце трогает, включается материнский инстинкт. Присаживаясь на корточки. Улыбаюсь малышке.

– Привет. Я Юля. Ты голодная? – она жмется к маминой ноге.

– Что ты с ней разговариваешь? – Яна закатывает глаза. – Она тупа, как пробка, – с гневом смотрю на девушку, которая позволяет так называть родную дочку.

– Как вы можете? И кто вы вообще? – девушка бесцеремонно снимает сапоги и куртку. Ведёт себя, как хозяйка, обходит меня стороной.

– Эй! Вы куда? – собираюсь её догнать, но тут малышка надувает губы. У нее черные длинные ресницы и темно-карие глаза. И она... Так похожа на Адлана!

– Пойдем? – протягиваю руку. Но она прячет свою за спину.

– Пойдем, я тебя не обижу. – Девочка протягивает мне маленькую холодную ручку.

– Вы не против, если я покормлю её?

– Делай что хочешь, мать Тереза, – с сарказмом отвечает Яна.

С девочкой, которую зовут Джулия, моем руки. Я сажу её за стол Руслана. И ставлю тарелки с едой. Девочка, как голодный волчонок накидывается на еду. Убила бы эту мамашу.

– Итак. Кто вы и зачем пришли в наш дом? – Яна сгорбившись, сидит за столом для взрослых, ноги широко расставлены, джинсы сидят так низко, что я вижу пупок и татуировки. Кожа загорелая, не солярий, она явно прибыла из теплых краев. Она не стесняясь рассматривает меня.

– Я любовница.

– Я слышала. Чья любовница?

– Султана. И это его дочь.

– Это что? Шутка такая?

– Нет. Он каждый раз приезжал ко мне и трахал меня.

– Поаккуратнее с выражениями. Здесь же ребенок! – но Яну уже было не остановить. Она наклонилась ближе ко мне и с презрением начала «резать правду матку».

– Думаешь ты такая у него любовь невзъебенная была? Да он был с тобой только из жалости. Не мог бросить сиротку, чувствовал себя обязанным. Секс с тобой был на троечку, как он говорил. Зато меня он так жарил, как никто после. Вечно приезжал голодным. И даже в последний приезд. Ты жила в гостинице, а он шел ко мне. Ты тогда позвонила, спрашивала долго ли он будет у брата, что хотела сходить на выставку Сальвадора Дани...

– Дали, – машинально поправила я, мысленно перенесясь в тот день. Тогда был последний день выставки. А я до этого видела работы знаменитого живописца только на уроках изо.

– Да пофиг, как его зовут. Главное, что в тот день мы были вместе. Он трахнул меня два раза. А после того звонка, ещё несколько. В тот день мы обсудили, что я буду рожать, аборт делать было нельзя, срок слишком большой. Живот на нос лез. Он обещал заботиться о нас, но отказывался с тобой расставаться. Я тогда так взбесилась. И в следующий ваш приезд, следила за тобой. Даже сняла, как ты сидишь и мило болтаешь с каким то челом с татуировкой волка на руке, а потом его убили.

– Ты это видео прислала брату Султана Адлану?

– Да. Чтобы знали, какая ты сука.

– Тот мужик просто подсел ко мне, а я пыталась его спровадить. И это его люди убили Султана.

– Теперь это не важно.

– Так зачем ты пришла сюда?

– Моя мама, что растила Джулию все это время, умерла. Старая алкашка допилась и как результат – цирроз печени. Я теперь живу на Гоа. Джульке, – меня передёрнуло от того, как она называет эту милую девочку, как собачку. – Было два месяца, когда я уехала. Там у меня новый мужчина.

– Поздравляю.

– Не ехидничай. Ты то тоже не в трауре. Выскочила по-быстрому замуж за братца и живёшь в роскоши. Мой новый мужчина отказывается принимать меня с дочкой. Я думала сдать ее в детдом.

– Родную дочь?!

– Я так и сделаю. Или... вы можете купить ее у меня, – посмотрела на хорошенькую несчастную девочку и сердце сжалось от тоски. В груди заныло. Одно я знала точно. Ребенка этой суке я не отдам. Джулия зевнула и положила голову на стол.

– Она спать хочет. Давай я её уложу в свободной комнате? А потом договорим.

– Ты скажи. Покупать будете? – меня перекосило от такой постановки вопроса. Но я заплачу любые деньги, лишь бы не отдавать малышку этой садистке.

– Мне нужно позвонить мужу. Пусть пока Джулия поспит. – присела возле малышки. – Пойдешь к тете на ручки? Не бойся, солнышко. Я тебя не обижу. Отнесу тебя на кроватку и ты поспишь. – она, как Маугли. Зашуганная, пугливая, носон брал свое, и она кивнула и обняла меня за шею.

– Бля, ты клуша! Как эти Дадаевы на тебя западают то? – проигнорировала слова этой недомамы, которую хотелось придушить собственноручно.

Отнесла малышку в нашу с Адланом спальню. Накрыла её одеялом. Хотела уже уйти, как она поймала меня за руку, погладила по щеке.

– Ты холосая, – господи. Что они делали с ребенком, что она в таком маленьком возрасте благодарна за тарелку еды, постель и ласковое слово? И её глаза. Они были не детскими. Грустными. Как будто она познала все уродство этого мира.

– Спи, солнышко, – перехватила маленькую ручку и поцеловала. Набрала мужу.

– Адлан ты скоро?

– Я допоздна буду на работе. Очень важные вопросы нужно решить. Охранник звонил. Я не смог ответить. Что-то случилось?

– Да ничего. Работай. Вечером поговорим. Люблю тебя.

– И я тебя, Незабудка, – ласково проговорил он.

Нечего его отвлекать.

Сама все решу. Яну нашла в гостиной. Она расположилась там, как у себя дома, сидела с ногами на диване, щёлкая кнопками на пульте телевизора.

– Клёвый дом. Везёт же тебе, шлюха.

– Оставим обмен любезностями, – я бы её ещё не так обозвала. – Сколько ты хочешь, чтобы навсегда исчезнуть из жизни Джулии?

– Хм. Тут бы не продешевить. Двадцать. Нет! Пятьдесят тысяч.

– Рублей?

– Нет конечно. Долларов.

– Я переведу их прямо сейчас. И проваливай, – достала телефон. – Говори номер карты.

– Что вот так просто переведешь такую большую сумму? А ограничения по переводу?

– У меня их нет, – Адлан всучил карту в надежде, что я буду скупать все что захочу. Но мне это не нужно.

– Вот везёт же тебе, – она достала карту и протянула мне. Через минуту Яне пришло сообщение о пополнении счета.

– Приятно было познакомиться, не скажу. Ладно. Бывайте, – ушла, и даже не захотела увидеть дочку в последний раз.

Неужели мои родители тоже вот так легко от меня отказались?

Я взяла игрушечного зайца, единственная память о них и прижала к груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сижу возле маленькой девочки, Джулии, и думаю о том, что сказала Яна. Не могу поверить в предательство Султана, но факты вещь упрямая. Этот звонок, который она пересказала...

Неужели все было ложью? Я сидела и ждала его в Грозном, гордилась, что у меня такой работящий мужчина, брату в компании помогает. А он ездил сюда поразвлечься?

Возможно я сама виновата в изменах Султана? Ведь теперь, когда я с Адланом знаю, что такое секс, как можно по-настоящему сходить с ума от мужчины. Но я любила Султана! По-другому, но любила! Мне казалась эта любовь чем то чистым, непорочным, нежным. А это все было из жалости? Или были другие причины? Я никогда об этом не узнаю.

Не представляю, как отнесётся к новому ребенку Адлан. Он хотел малыша, но своего.

Но я не могла я поступить по-другому. Он хорошо относится к детям, любит Руслана, как родного сына. Надеюсь и к Джулии отнесётся так же.

Я задумалась и выронила телефон, Джулия вздрогнула, перевернулась на другой бок. Её кофточка задралась и на спине были следы от ремня. Я знаю, как они выглядят. Меня в детском доме, как только не пороли. Но я тогда была большая, а это маленький ребенок. Сомневаюсь, что ей есть два года, возможно полтора. И какой же изверг с ней это сделал? Бабушка?

Проснулся Руслан осторожно закрыла дверь и пошла к нему. Пока кормила сны, спустилась Джулия. Такая смешная, заспанная, сморщила аккуратный носик, черные глазки блестят.

– Де мама? – спросила она и накуксилась.

Тут я оценила в полной мере то, что меня ждет. Иду к Джулии, успокаиваю её, начинает плакать Руслан. Хотя он это крайне редко делает. Кричит «мама», тянет ручки. Ревнует.

Так я и металась между ними до вечера пока не хлопнула дверь и не раздался голос Адлана:

– Я дома. Почему меня никто не встречает? – я внутренне сжалась, готовясь к непростому разговору. Адлан зашёл в игровую, где наконец воцарился мир и дети собирали башню из кубиков.

– Юля, а кто это девочка? – я вкратце рассказала.

– Нам нужно поговорить, – жестким деловым голосом сказал Адлан. За все то время, что мы живем вместе, мы никогда не ругались, но похоже это случится сейчас. Оступать от задуманного я не собиралась.

Пока укладывала детей в комнате Руслана, собиралась с мыслями. Пусть мне придется трудно с ней, но я не отдам её.

Адлан мерил широкими шагами комнату. Остановилась в дверях, не решаясь войти.

– Ну, рассказывай, Юлия. Как тебе в голову пришла мысль купить ребенка? – Юлия? Он никогда так меня не называл.

– Ты же видел в каком она состоянии. И она дочь Султана.

– Это надо доказать.

– Ты не видишь, как она похожа на него?

– Ну и что? Она ребенок, многие дети похожи друг на друга. А теперь давай я расскажу, что ты сделала. Ты купила ребенка! Ты понимаешь, что это преступление?

– Преступление это так издеваться над маленькой малышкой! – его не впечатлила моя пламенная речь.

– У тебя нет на нее документов. Где гарантия, что это мамочка не заявит в полицию и не обвинит тебя в похищении?

– Ерунда! Кто в это поверит? Она сама пришла ко мне?

– И ты ее купила! Торговля людьми! Ты участвовала в этом. Хорошо. Допустим в полицию она не пойдет. Где гарантия, что это ребенок Султана? Ты поверила ей на слово?

– Она приводила доказательства, что у них была связь.

– Это не значит, что она родила от Султана! Ты уверена, что она не будет просить денег? Снова и снова?

– Я... не знаю, – сейчас мне казалось это глупым. – Но я не могла отпустить девочку с ней, она ужасная женщина! У Джулии синяки, она голодная, грязная и пугливая, как Маугли. Что я должна была сделать? Попросить с нее расписку о купле-продаже ребенка?

– Как минимум, ты должна была обсудить это со мной. Или хотя бы попросить документы на ребенка. – я опустила голову.

– Прости. Я хотела рассказать, но ты был занят и думала, что решу сама. Адлан. Но у нас же есть Руслан. Где один ребенок, там и второй. Тем более она большая. Ты же полюбил ребенка Султана.

– Это мой сын. Полюбил его, не потому что он мой племянник, а потому что он твой сын. Потому что тебя люблю. Но ты же все решила. Да? Нет шансов отговорить тебя вернуть ее матери?

– Нет конечно.

– Я так и понял, – обреченно сказал он. – Обсужу это с юристом. Посмотрим, что можно с этим сделать, – моя благодарность Адлану была безгранична. Как же мне повезло, что он такой понимающий.

– Я... ой, – спину прострелила тупая боль. И я бы упала, если бы Адлан не поймал меня.

– Юля? – спросил взволнованным голосом и отнес на кровать. – Что?.. Где болит?

– Спина. Я целый день носила то Джулию на руках, то Руслана, – он раздел меня, оставляя в одних трусиках, достал масло для массажа с афродизиаком. Подарок от Насти. Сел мне на ноги, горячие руки скользили по спине, опускаясь вниз. В попу упирался твердый член. Я совсем забыла о боли.

Заерзала, за что получила шлепок и его хриплое: Лежи тихо. Его настойчивые руки накрыли попу и начали мять, иногда задевая чувствительные складочки. Это превратилось в пытку. Одно касание и я горю, как спичка.

– Адлан, – жалобно проскулила, оттопыривая зад.

– Спина прошла?

– Да...

– Это хорошо. Но завтра поедем к врачу. И не таскай больше детей. Руслан за ручку прекрасно ходит. И девочка тоже, – его палец, потер клитор, а другая рука сжала ягодицу.

Что же хорошего то? Я тут медленно поджариваюсь, а он словно решил испытать меня. Адлан просунул руку под живот, надавил куда-то, что желание стало невыносимым. Лишил возможности двигаться навстречу входящих пальцев. Я слышала, как он тяжело задышал, чувствовала его взгляд у себя между ног. И вспыхивала ещё больше.

– Такая чувствительная, Незабудка.

Я скребла по простыне, жаждала разрядки, облегчения. Рука с живота сдвинулась ниже потирая клитор.

– Адлан... Пожалуйста...

– Скажи, что ты хочешь?

– Хочу кончить, – он нажал на точку, пальцы внутри трахали меня быстрее. Мышцы стали быстро сокращаться, а я глушила крики, зарывшись в подушку. Слышала, как зашуршала одежда. Повернула голову, увидела, как он направляет член в меня, как его лицо искажается.

– Черт! Не видел ничего горячее, – он толкается внутрь, крепко держа меня за бедра, будто боялся, что вырвусь. А я не хочу, чтобы это закончилось, хочу удержать его в себе.

Толчки становятся настойчивыми, бешеными. Я искусала губы в кровь, пытаясь сдерживать крики. Адлан ложится на меня, обхватывает грудь, крутит соски, не сбавляя темпа.

– Как же ох*енно в тебе, – кусает за шею. Меня накрывает оргазмом. Потом мы лежим в обнимку. – Может сегодня мы зачали нашего малыша? – в его голосе столько надежды. Понимаю его, что он хочет родного сына, или дочку. Мне хочется его порадовать, но пока все тщетно.

Это несправедливо. Руслана я не планировала, в тот момент ни я, ни Султан не думали о детях. А сейчас мы стараемся и ничего не выходит.

Адлан

Сегодня договорился встретиться с братом, Эмином. Он остановился в отеле вместе с женой Мариной и сыном.

– Привет, – на руках Эмина – Эльнур. – Привет, племянник, – пожимаю ему руку. Он улыбется, демонстрирую четыре зуба.

– Я смотрю ты с подарками? – Эмин кивает на пакеты и цветы. – Проходи.

Мы заходим в гостиную. Марина сидит на диване. Эмин опускает сына в манеж.

– Я смотрю вы решили не ждать? – Марина гладит округлившийся живот.

– Мы не планировали. И пока никому не говорили, – я рад за брата. Он выглядит довольным и счастливым. И я немного завидую.

Я люблю Руслана и считаю его сыном, но я так хотел нашего общего ребенка. Марина зевает.

– Простите. Так спать хочется.

– Так иди ложись. Я присмотрю за Эльнуром.

– Правда?

– Конечно, – она подходит и целует брата.

– Ты такой замечательный.

– Я преследую корыстную цель, хочу, чтобы ты выспалась и ночью была полна сил, – шепчет брат ей на ухо, но я тоже слышу, прячу ухмылку в кулак.

– Марина, подожди, – окликаю её. – Это тебе, – протягиваю букет. – Ты не против? – спрашиваю у брата.

– Ты единственный мужик, к которому я не ревную.

– А это от Юли, – передаю пакет.

– Что там? – Марина с интересом распечатывает. – Что это? – вертит коробочку в руках.

– Прибор для медитации. Юля выбирала. Ты все еще занимаешься йогой?

– Да. Только она сейчас попроще. А прибор классный. Я как раз такой хотела купить.

– А это племяннику, – достаю машинку.

Марина ушла, а я сижу, смотрю, как Эльнур играет с ней. Задумываюсь.

Брат не планировал ребенка и у них получилось. А у нас нет. И вроде стараемся, со здоровьем все впорядке, хоть в космос отправляй, а не выходит.

– Ты загруженный какой-то.

– Представляешь. На днях пришла девица и привела ребенка. Девочку.

– В смысле? Твоего что ли?

– Нет. Султана. Ей где-то полтора года.

– Нет. Я не верю. Он не мог изменять Юле.

– Выходит мог. – протягиваю ему тест ДНК. – Девяносто процентов.

– И что теперь?

– Юля уже считает девочку своей дочерью. Но у нас нет на нее документов. Я боюсь, что эта кукушка вернётся и заберёт. А Юля уже привязалась.

– Да, дела. Не ожидал я такого от Султана. А на работе, как?

– Помнишь я тебе рассказывал, что Лейла хотела женить меня на Джанне?

– Ну.

– Там чокнутая баба. У нее идея фикс, что она меня любит. Её отец устраивает мне подлянки. Пытается обанкротить.

– Помощь нужна?

– Да нет. Зейд помогает. Он почти все уладил. Только боюсь Джанна на этом не остановится. Даже не представляю, что может придумать взбалмошная баба с такими связями.

– Мне никогда не нравилась твоя мама. Ну ты знаешь. И дело не в том, что она не приняла меня. И ненавидела мою маму, даже после ее смерти. А теперь понимаю, что её отношение к тебе не сильно отличается. Разве это нормально? У вас с Юлей замечательная семья. Ты любишь её, у вас Руслан. Что ей ещё нужно?

– Она считает, что брак с Джанной выгоден для всей семьи.

– И для всеобщего благополучия, ты должен принести себя в жертву? И Юля. Она не примет это. Прости. Я резок немного. Просто принял это близко к сердцу. Представил себя на твоём месте. Мне кроме Марины никто не нужен.

– Та же фигня.

Я подъехал к дому. Возле ворот ошивалась какая-то незнакомая девушка. Увидев меня, приободрились.

– Адлан, – на выдохе сказала она, улыбаясь в тридцать два зуба.

– Мы знакомы?

– Нет. Я бывшая девушка Султана. И мать Джулии, – и вот на нее брат променял Юлю? Вульгарная, похотливая. Просто сука, которая легко бросила дочь.

– Что тебе надо?

– Фу, какой ты грубый, – она подошла вплотную и провела рукой по плечу, преданно заглядывая в глаза. Жестко оттолкнул ее.

– Ну? Я жду. – Её похоже нисколько не смутило мое обращение, скорее она восприняла это как вызов. С хищным блеском в глазах, смотрела на мои дорогие часы.

– Может не здесь? – облизал губы и понизила голос до хриплого шепота. – В машине поговорим. Или лучше в отеле? – самоуверенная дрянь. Думает стоит ей пару раз хлопнуть ресницами и любой мужчина будет у ее ног.

– Нет. Говори здесь.

– Что ж. Зря. Твоему брату, в свое время очень нравилось проводить со мной время.

– Я – не мой брат.

– Ну раз так. Я пришла за дочкой.

– За какой дочкой? Которую продала?

– Ну, это доказать нужно. И не факт, что полиция сочтет это законным. Пусть ты крут и богат, но против закона не пойдешь. Так что? – она достала телефон. – Мне звонить им? Или вы отдадите Джулию по хорошему?

Юля

Руслан тянется к окну, чуть не выскальзывает из рук, радостно кричит:

– Папа! – бьёт рукой по стеклу и смотрит на меня. А у меня в груди все холодеет от картины внизу.

Адлан стоит возле ворот, а рядом с ним Яна. Я вижу, как она смотрит на него, как красивые губы изгибаются в соблазнительной улыбке. Именно такой она соблазняла Султана и теперь пришла за Адланом.

Мне хочется бежать вниз, схватить ее за волосы и возить красивым лицом по асфальту. Я боюсь потерять его, боюсь, что однажды окажется, что все, что происходит между нами выдумка, как с Султаном. Второго предательства я не переживу.

Она кладет руку ему на плечо, и я отворачиваюсь. Не могу смотреть. Глаза наполняются слезами.

Сажу Руслана к Джулии. Он предлагает ей свою машинку. Они играют вместе. Подружились. А какая война между ними была в самом начале. Каждый требовал к себе внимания.

Только все налаживается, как появляется кто-то и все рушит. Мало мне того джипа, который по пятам следует за мной, так ещё и эта женщина.

В комнату заходит Адлан, целует Руслана и гладит по голове Джулию. Он принял ее. И это самое важное. Потом подходит ко мне.

– И почему моя жена не бросается ко мне в объятья? – отворачиваюсь к окну и вытираю слезу.

– Как прошел твой день? – говорю сухо, стараясь унять бурю внутри. Он обнимает меня сзади и целует в шею. Всхлипываю. Его ласки такие нежные и я трепещу, как основный листок, таю от одного прикосновения. Я не могу этого лишится.

– Юля. Что случилось? – набираю побольше воздуха.

– Что нужно было этой девушке? Яне.

– Ничего неожиданного. – я поворачиваюсь к нему лицом. – К чему слезы, Незабудка?

– Я видела, как она тебя соблазняла.

– И что? Только не говори, что ревнуешь. – молчу. Я не ревную. Я с ума схожу.

– Адлан, – слёзы неиссякаемым потоком бегут по лицу. – Я так тебя люблю. Не предавай меня. Пожалуйста.

– Глупышка, – он улыбается, заправляет прядку волос за ухо.

– Ты подумала, что я променяю тебя на эту суку? – я киваю, обнимаю его. – Мне никто не нужен, кроме тебя, – шепчет Адлан возле моих губ и целует. Я задыхаюсь от чувств. Мне его так мало, хочу ощутить горячую кожу под пальцами, хочу его страсти.

– Папа! – зовёт Руслан, держится руками за пол и неуклюже поднимает попу. Делает неуверенные шаги.

– Иди сюда, малыш, – я успеваю достать телефон и запечатлеть первые шаги нашего мальчика. То, как он доходит и виснет у Адлана на шее. Джулия идёт ко мне и обнимает. Так много счастья, что оно вот-вот проломит грудную клетку. Я смеюсь, Джулия роняет меня на пол и целует.

– Ты холосая, мама.

Мы лежим на полу. Я в объятьях Адлана. Смотрим, как дети играют.

– Ты ведь не отдашь Джулию Яне?

– Нет.

– Что она говорила?

– Что полицию вызовет, – я заволновалась и посмотрела на Адлана.

– И? Это ведь плохо. Полиция заберет Джулию, а меня могут обвинить в преступлении.

– Ничего не будет. Ей грозит статья за жестокое обращение с ребеноком. Она ведь и дня с Джулией не провела. Сейчас опека и наш адвокат инициировали процедуру лишения ее родительских прав. За небольшое вознаграждение мы договорились, что они не будут отдавать Джулию в дом малютки. Тест ДНК подтвердил, что я её дядя и по закону могу удочерить Джулию, – я оседлала его.

– Какой ты у меня умный. Ты так хорошо все придумал. Спасибо тебе. За все, – наклоняюсь и целую его, он сжимает мою талию. – А я на права сдала.

– Все хорошо прошло?

– Да, – задумываюсь рассказывать, или нет о том, что случилось сегодня.

– Юля? Говори уже, – удивительно, как он понимает меня без слов, читает, как открытую книгу.

– Знаешь. Сегодня, когда я сдавала город, за нами ехал джип.

– И что? По городу много джипов ездит.

– Но этот конкретный я вижу слишком часто. На протяжении нескольких месяцев.

– И ты молчала?

– Я не знаю. Брось. Это просто глупости. Мне показалось. – Адлан ссаживает меня с себя.

– Ты номер запомнила?

– Да, – набирает номер охраны. – Говори, Юля.