Безумная вишня

ВИШНЯ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

5 июля 2020 года.

Я уклонялся от ударов Ренато, а после и сам переходил в режим наступления. Каждый раз, когда брат попадал по мне, это было, как эхо в ушах, напоминающее о тех сообщениях в телефоне Инес. А когда я нападал на Ренато, то меня словно крыло. Я видел в нем не своего близнеца, а ублюдка Мителло. И скорее всего, мог бы видеть еще и того Германа, но я до сих пор, блять, про него ни хрена не узнал! Аж в горле пересохло от этого осознания и гнева, который накрывал меня.

Тело уже ныло от боли, а на лице красовалось пару ссадин и синяков, которые мне оставил близнец. Мы тренировались на ринге вот уже несколько часов с короткими перерывами, но я даже не планировал заканчивать. Эмоции душили, и мне до сих пор не удалось полностью их выплеснуть.

Инес Карбоне так сильно и плотно забралась ко мне под кожу, в голову, сердце, и меня просто невыносимо мучала одна лишь мысль, что ее касался кто-то другой, а я даже не имел понятия, кто, блять, этот чертов Герман!

─ Стоп-стоп-стоп! ─ воскликнул Итало, запрыгнув на ринг. ─ Достаточно, Руджеро.

Он стащил меня с лежащего на матрасе Ренато, чье лицо тоже было в ушибах, ссадинах и кровавых подтеках. Я даже не понял, как положил его на лопатки и сел сверху.

Отойдя от брата, вытащил капу и взъерошил мокрые от пота волосы. Мое тело стало таким же мокрым и липким, а внутри бушевал огонь. Было невыносимо жарко, и я чувствовал, как по спине и шее стекали капли пота.

Спрыгнув с ринга, взял со стола бутылку воды и чуть ли не одним глотком осушил ее.

─ Ты теряешь грань с реальностью, Руд, ─ произнес Итало, спрыгнув следом.

Ренато снял капу и сплюнул на бетонный пол слюну с кровью.

Видимо, я и правда увлекся.

─ Был момент, ─ признал я, пытаясь отдышаться.

Мой ответ удивил братьев, и даже брови Ренато на секунду подпрыгнули, но ни один не выдал удивления вслух.

─ Махаешься ты нехило.

Я обернулся на голос Джана, сидящего на стуле с перевязанной бинтами грудью, головой и коленом. Он находился здесь с самого начала тренировки и пребывал в достаточно хорошем настроении, чего нельзя было сказать обо мне.

─ Когда это дерьмо перестанет болеть, хочу встать с тобой в пару вместо Ренато.

Я усмехнулся, но близнец успел высказать свое мнение раньше меня:

─ Тебе бы сначала и мозги в порядок привести, а то одного неуравновешенного в спарринге и так с головой хватает.

Я и Джан синхронно закатили глаза и, заметив это, обменялись ухмылками, на что близнец покачал головой, потерев переносицу:

─ Вам бы обоим постараться утрясти все, что не дает вам покоя в голове прежде, чем лезть на ринг, ─ сказал Итало.

Мои губы растянулись в довольной ухмылке, когда я взглянул на Ренато:

─ А я думал, что именно так мы выплескиваем свои эмоции, опустошаем свои головы или, на крайний случай, так общаемся, да, Ренато?

Джан нахмурился, откручивая крышку от бутылки с водой:

─ Общение? В каком смысле?

─ Кулаки тоже много чего могут сказать, братишка. Общение на кулаках ─ это не разговор в буквальном смысле, поэтому выразить можно лишь базовые вещи. Например, любишь ли ты противника или нет.

Младший брат поперхнулся, и это вызвало у меня смешок, а после я подошел к нему ближе. Склонившись, прошептал так, чтобы слышал меня только он:

─ Ты дрался с Витале, и тебе он нравится.

Джан сморщился, а его щеки вспыхнули, явно больше от неожиданного заявления, нежели от какого-то смущения.

─ Я имею в виду, ты считаешь его единственным равным себе противником, который достоин того, чтобы выйти с ним на ринг на полноценный, настоящий бой. Где не ты будешь его бить, а вы оба будете драться в полную силу. Ты уважаешь Витале, как своего врага, как бы ни пытался показать всему миру обратное.

Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, удивленный моими словами, а я развернулся и ушел в раздевалку, оставив брата с кучей мыслей.

─ Давай уберем этот принт. Думаю, без него будет намного лучше.

Я сидела в кресле в ателье с планшетом в руке, согласовывая с Фионой дизайны коллекции, которые вот-вот должны уйти на пошив.

На протяжении всего дня старалась полностью уйти в работу, чтобы отвлечь себя от различных мыслей, терзающих голову.

Прошлой ночью Руджеро довел меня до сногсшибательного оргазма, последствия которого сегодня принесли мне хорошее настроение… но не избавили от ощущения, будто что-то произошло, пока я отходила в туалет. Конечно, не считая того, что,вернувшись домой, я не обнаружила в сумочке своих трусиков. Понятия не имела, куда они делись, но лишь одна мысль, что их мог забрать Руджеро, вводила меня в краску и заставляла ныть внизу живота от возникающего желания.

Когда я уже была у себя в спальне и взяла телефон в руки, то увидела сообщение от Гоцона, которое вернуло парящую меня в настоящий, суровый мир. В нем он пожелал мне спокойной ночи, а я просто вышла из диалога, так ничего и не ответив. Но оно меня удивило не так, как то, от кого я получила следующее сообщение. Герман. Призрак из моего прошлого.

Лишь от одного его имени у меня скрутило живот, а в горле пересохло. Что ему нужно?

«Я соскучился, малышка. Может, увидимся сегодня в «Некси»?

Такого содержания было его сообщение.

Когда я его прочитала, чуть не рассмеялась. Не могла поверить, что он это серьезно. С нашего расставания прошло больше года, и оно явно было не самым безобидным. Братья до сих пор не знали причину нашего расхода, а все из-за того, что я приняла решение молчать. И тем самым, сохранить Герману жизнь. Конечно, другая часть меня желала ему смерти за тот поступок и была бы очень рада ей, но первая оказалась сильнее. Если бы хоть один из братьев узнал, за чем я застукала Германа, когда приехала к нему домой ─ на нем и живого места бы не осталось.

Я не ответила на его сообщение. У меня был Руджеро. Точка.

Телефон завибрировал на столе рядом со мной, и на экране высветилось сообщение от Гоцона. Я была бы просто счастлива, если бы все мужчины, кроме Руджеро и братьев, забыли мой номер телефона, как сон.

Гоцон: Заеду за тобой в семь.

Тяжело вздохнув, прикрыла глаза:

─ Хоть бы предупреждал, что надевать, ─ пробурчала я себе под нос.

В большую комнату вошел Уилл с широкой улыбкой на лице, неся в руках несколько коробок:

─ Девочки, я заказал пиццу! Кто будет?

Ну, хоть у кого-то прекрасное настроение.

Этот парнишка был ходячим, пожизненным позитивом в нашем коллективе. На его лице всегда красовалась улыбка, он никогда не унывал, если что-то не получалось. И так хорошо становилось на душе от того понимания, что Уилл не из моего мира мафии. Наши законы не позволили бы ему быть самим собой.

Лина подбежала к нему самая первая:

─ О, я буду!

─ Ты же заказал с мясом и сыром? ─ спросил Фредди, подходя ближе и открывая коробки, которые Уилл выложил на столе.

─ Конечно. Все для тебя, ─ игриво ухмыльнулся он ему. ─ Инес, вы будете? Тут есть «Маргарита».

Улыбнувшись, я поднялась с кресла, отложив телефон и планшет в сторону.

Пока позволяла обстановка, нужно было хвататься за нее и попытаться расслабиться.

─ Я еще колу купил. ─ Уилл достал двухлитровую бутылку газировки из рюкзака и поставил на стол.

─ Как жаль, что твое сердце занято, Уиллчик. ─ вздохнула Фиона, жуя кусок пиццы. ─ Я бы вышла за тебя замуж.

Все в комнате залились смехом, и я, наконец, почувствовала себя лучше.

─ Нет.

─ Ну, Руди, пожалуйста.

Доминика прыгала вокруг меня уже полчаса с круглыми, умоляющими глазами, а ее пушистый комок бегал следом, из-за чего эти двое еще больше начинали мне надоедать.

─ Я же сказал…

─ Пожа-а-а-а-а-а-а-алуйста-а-а-а, ─ завопила она на весь дом, а Рико начал еще громче лаять.

Кажется, я начинал терять контроль над ситуацией.

То, что эти двое вопили, как резаные, поставило меня в ступор. Я даже растерялся на несколько секунд!

Раздраженно вскинув руками, выкрикнул:

─ Ладно! Хорошо! Только не орите!

─ Правда?! ─ радостно взвизгнула Доминика.

─ Правда.

─ Честно-честно?

─ Ангел, еще хоть один подобный вопрос, и тебе придется идти уговаривать Ренато.

Визжа, как маленький ребенок, сестренка прыгнула мне на шею с объятиями, а я чуть не потерял равновесие от неожиданности. Приобняв в ответ, потрепал ее по макушке белых волос.

─ Когда там твоя эта… как она там… выставка?

─ Сегодня в семь. Руди-и-и, ты не пожалеешь!

─ Очень на это надеюсь, ─ вздохнул я и взглянул на часы. ─ У тебя есть час на сборы.

─ Есть, сэр! Уже бегу.

Стройные ноги унесли сестру на второй этаж, в ее крыло особняка, а белое чудовище убежало за ней.

Проведя рукой по лбу, прошептал себе под нос:

─ И на что я только что подписался…

Гоцон подал мне руку, чтобы я могла выйти из машины, и мне пришлос принять ее. Его вторая рука уже автоматически легла на мою талию, ведя внутрь картинной галереи. Насколько поняла, сегодня здесь должна пройти выставка какого-то известного молодого художника.

Я надела черный лонгслив, такие же черные классические брюки-клеш и бордовые лодочки, каблуки которых стучали под ногами по плиточному полу, когда мы вошли внутрь.

Несколько официантов кружили по залу с картинами, неся в руках подносы с бокалами белого шампанского. На фоне приглушенно играла спокойная музыка, и приглашенные гости мероприятия уже стояли у нескольких стендов или маленькими группами, непринужденно общаясь между собой.

Гоцон подвел меня к одной из картин, где было изображено что-то, довольно-таки, странное. Но я не успела ничего толком разглядеть, как к нам подошел мужчина невысокого роста. Наверное, он был даже чуть ниже меня.

─ Очень рад, что у вас получилось прийти. ─ Мужчины пожали руки. ─ Позволите?

Он протянул мне руку ладонью вверх, но вопрос был адресован Гоцону, который, взглянув на меня, согласно кивнул.

Мужчина взял мою руку и оставил на ней короткий, еле заметный поцелуй.

Каждый раз, когда мы выходили куда-то с Гоцоном, происходила ровно такая же ситуация. И каждый раз гордость вставала поперек горла, пытаясь освободиться наружу и показать всем этим мужланам, что о таком они могли спрашивать лишь меня ─ как принцессу Сант-Хилла, как дочь и сестру семейства Карбоне. И не обращаться ко мне, как к собаке Мителло, спрашивая разрешение на то, чтобы меня погладить.

─ Мисс Карбоне, рад с вами познакомиться. Я ─ Диего Руссо, вы сейчас наблюдали одну из моих картин.

─ Оу, так это ваша выставка?

Он самодовольно хмыкнул:

─ Именно. Вам все нравится? ─ А вот это уже снова прозвучал вопрос Гоцону.

─ Да, Диего, все прекрасно. ─ Его губы скривились в наигранной, вежливой улыбке.

Именно с такой Мителло и появился у нас дома в первую нашу встречу, только тогда она мне казалась даже искренней. Теперь же я знала, что в нем из настоящего было только лицемерие.

─ Я рад. Если вам понадоблюсь, то сможете найти меня у стойки администратора.

Гоцон кивнул, а я одарила мужчину легкой улыбкой, и тот быстро ушел. И стоило ему это сделать, как любой намек на улыбку или вежливость на лице Мителло исчез.

Спустя полчаса мои ноги уже начинали немного гудеть от каблуков. Я все время забывала, какие эти лодочки неудобные, но предлагать Гоцону посидеть не собиралась.

Пока мы молча стояли у очередной картины, я взглянула влево, и мое сердце сделало сальто. Доминика так воодушевленно разглядывала картину, а рядом с ней стоял Руджеро, печатая что-то в телефоне с не очень довольным видом.

Он словно почувствовал, что на него смотрели, и поднял глаза. Наши взгляды столкнулись, а в груди заныло от тоски и безысходности. Мужчина, от которого у меня сердце цвело, стоял так близко, но не было и шанса к нему подойти. Он смотрел на меня своими серыми льдинами, и я видела, как они начали темнеть и как напряглись его плечи, когда взгляд Руджеро скользнул на мою талию, где лежала рука Гоцона.

─ Я слежу за тобой, милая. Ты же помнишь, о чем я тебе говорил, ведь так? ─ услышала угрожающий мерзкий шепот возле своего уха.

Я отвернулась от Руджеро, поджав губы и прикусив язык, чтобы из меня не вырвалось все, что я думала о Гоцоне.

Увидев Инес, стоящую всего в нескольких метрах от меня, я сначала не мог поверить в то, что это было взаправду. Она стояла у соседнего стенда, а гребаная рука Мителло покоилась на ее талии. И заметив это, внутри меня, кажется, проснулись демоны. В голове прокрутилось около семи вариантов, как сломать ему руку, и более десяти вариаций, как размазать его мозги по этим стенам. Мы все-таки в доме культуры, чем вам не искусство?

─ Руди, что такое? ─ спросила Доминика, заметив, как переменилось мое выражение лица.

Я неотрывно смотрел в бездонные глаза Инес, которые глядели на меня с ужасной тоской. И видел в них безысходность, усталость, нежность, которые скрывались за маской гордости и непокорности.

Эта девушка прошлой ночью переплетала свои пальцы с моими, пока я трахал ее красивое тело, принадлежащее только мне, а теперь я должен был спокойно наблюдать, как Мителло обнимает ее?

Он что-то сказал ей, и принцесса тут же отвела взгляд, поджав свои алые губы. В ней боролись противоречивые чувства и эмоции. Шампанское в руке девушки немного дрожало в бокале, а значит, дрожала и она сама.

Что. Он. Ей. Сказал?!

─ Руди.

Доминика взяла меня за руку, явно пытаясь остановить.

Я даже не заметил, как шагнул в их сторону.

─ Не надо. ─ С мольбой посмотрела она, крепко держа меня.

До боли стиснув зубы, я тяжело дышал, наблюдая, как ублюдок уводил Инес из этого зала, и казалось, мир под ногами начал крошиться.

Сестра потянула меня к выходу, но мои ноги будто приросли к полу.

─ Поехали отсюда. Вернемся домой?

Я пытался успокоиться, но с каждой секундой становилось труднее дышать. Гнев так сильно переполнял меня, казалось, я сейчас просто лопну.

─ Поедем. Пожалуйста.

Взглянув в лицо Доминики, увидел страх, но не передо мной, а за меня. Такое же выражение лица было и у Инес. Две самые близкие женщины в моей жизни не боялись тех чертей, что жили во мне, их пугало то, к чему моя вспышка могла привести. И я сам понимал, ничего хорошего из нее не выйдет, но знать о том, что моя женщина проводит время с другим мужчиной, это одно, а видеть своими глазами ─ совсем другое.

Сердце так громко стучало, что казалось, я больше вообще ничего кроме него не слышал. Только быстрый пульс стучал в ушах, а лицо начало полыхать. Даже ворот рубашки принялся душить меня. Руки затрясло, а ноги вдруг стали ватными.

─ Ты побледнел, ─ встревоженно сказала Доминика. ─ Идем на воздух. Скорее.

И я поддался. Мне, блять, действительно нужен был кислород, иначе, казалось, просто потеряю сознание посреди этой ебаной выставки.

Доминика говорила, я не пожалею о том, что согласился проводить ее сюда, но после увиденного я не мог сказать, что сестра на сто процентов была права.