Блеск софитов

Глава 16

Антон

Не относитесь к жизни слишком серьезно.

Живым вам из нее все равно не выбраться.

(с) Оскар Уайлд.

Даже позавидовал прочной, словно кремень, броне друга – его избили, поставили на счетчик, а он умудрился в мгновение ока отключиться беспробудным сном младенца. Вдвоем с Деном оттащили бесчувственное тело Сиденко на диван, прикрыли его пледом – пусть хоть кто-то сегодня отдохнет за нас всех.

Попросил Галю присмотреть за начальником, пока я скатаюсь в больницу и вернусь – девушка успела умыться, стереть следы черной краски и больше не выглядела как героиня фильма ужасов. Еще она переоделась в простые джинсы и черную футболку, так что теперь воспринималась как обычная девчонка из соседнего подъезда, а не как стриптизерша. Официантка быстро как молния метнулась к раковине, набрала воды в глубокую чашку, чтобы аккуратно стереть с Мишкиного лица следы грязи и крови. В дежурной аптечке откопала перекись и бережно прошлась смоченной в ней ватой по многочисленным ссадинам. Подумал: может, и не такая она пустышка.

Заехал домой, постоял минут десять под контрастным душем, обретая бодрость духа. Забросил в спортивную сумку вещи первой необходимости на случай, если придется ночевать не в своей квартире. К маминой палате прибыл ровно в оговоренное время, чтобы застать ее мило беседующей с Валеркой. Широкая натура, Валеев заставил прикроватную тумбочку бананами, апельсинами, соками и шоколадками. По обыкновению, однокашник рассказывал что-то забавное, отчего мама звонко и задорно смеялась, похожая как никогда на висящий у нас в гостиной портрет, запечатлевший ее в молодости.

– А вот и Антоша пришел, – внимание ненадолго переключилось на мою персону, а потом снова вернулось к Валерке, что ни капли не обидело – я-то под боком в то время, как приятель не баловал нас частыми визитами из-за границы.

Провел с ними около часа, больше слушая, чем говоря, крепко обнял на прощание обоих, возликовав от того, что Валеев подтвердил вчерашние договоренности. Его знакомый хирург готов взяться за операцию и помочь с квотой.

По дороге в «Девять с половиной недель» несколько раз набирал Рите, но она не взяла трубку. Подумал было заехать к ней, но в последний момент решил, что девушка могла просто уснуть и сейчас важнее разобраться с Мишкиными проблемами. За время моего отсутствия ничего не изменилось: Сиденко по-прежнему спал на диване, Галина же, ровная словно струна, сидела рядом, охраняя его покой. Протянул девчонке захваченный по пути блинчик и кофе – наверняка проголодалась за тревожную выматывающую ночь, а выйти в магазин побоялась, вдруг шеф очнется и ему что-то понадобится.

– Спасибо, – еле слышно пролепетала она, а друг с трудом разлепил слипающиеся ото сна и побоев веки.

– А что со вторым? Он выглядит еще хуже? – подколол приятеля цитатой из нашего любимого фильма *[1], чтобы получить в ответ.

– Да, это был равный бой, – заржали в два голоса под обескураженным взглядом Галины, явно посчитавшей нас свихнувшимися.

– Галь, давай-ка ты домой, – пожалел девушку, которая второй день проводила на ногах без перерыва на сон. – А мы с Мишаней пока сами покумекаем, что делать и кто виноват. * [2]

Официантка с недоумением воззрилась на меня, явно незнакомая с творчеством Герцена и Чернышевского. Махнул на нее рукой и пожелал как следует отдохнуть.

– Тоха, – обронил Сиденко обреченно и зарылся пальцами в вихрастые каштановые волосы. Его правый глаз заплыл, а синяк из бордового превратился в лиловый.

– Не мне тебя осуждать, но это же наркота, Мих! – предполагал обойтись без нотаций, однако не удержался, вспомнив о загнувшемся от передоза на втором курсе соседа по комнате в общежитии. – Когда-нибудь у тебя появятся дети. Представь, если их так? Кто-то. На героин?

– Могут не появиться, – ляпнул товарищ запальчиво и выругался, хватаясь за треснувшую губу.

– Когда? – не стал тянуть кота за причинное место, желая знать точно, когда закончится дедлайн для сбора денег.

– Неделя, – от упавшего камнем слова повеяло безнадежностью, как и от озвученной Сиденко суммы. Мишка провел пальцами по отросшей колючей щетине, состарившей его лет на пять, и понес на одном дыхании: – хотел, чтобы все как у людей. Квартиру небольшую за МКАДом купить, с девчонкой хорошей начать встречаться, да хоть с той же Галькой. Тамаре Николаевне помочь. Задолбался каждый раз выбираться из #опы, отталкиваться от самого дна, чтобы всплыть! Понимаешь, бл@ть?!

Кто-то, а я уж точно понимал его, как никто другой, совсем недавно столкнувшись с острой нехваткой зеленых франклинов *[3].

– Благими намерениями, – начал я, но мгновенно осекся, встретившись с виноватым, как у побитой собаки, взглядом приятеля. – Прости. Прорвемся, Мих.

Проказница-судьба снова поставила меня перед не простым выбором, хотя, разве это выбор, когда на кону стоит жизнь друга? Еще пару часов назад был уверен, что получится быть честным с Маргаритой, дарить искренность и неподдельное тепло, но пришлось пересилить себя и позвонить Грацинскому. Рассыпаться в фальшивых извинениях за долгое молчание, выслушивать длинную тираду самовлюбленного павлина, запомнить информацию, которую мне надлежало достать в кратчайшие сроки.

– Если все выгорит, будут тебе деньги, – сообщил Мишке после того, как отключился и с омерзением поморщился: мог бы, и зубы бы почистил, и руки продезинфицировал после такого общения.

– От Эрнеста? Но это же на лечение Тамары Николаевны. Я не возьму, – с присущей ему горячностью кинулся отказываться Сиденко.

– С операцией Валеев поможет, так что расклад поменялся. Отлеживайся, отсыпайся, как будут новости, маякну.

Взбаламученная совесть грызла меня изнутри похлеще, чем изголодавшийся питбуль обгладывает мясистую кость. Пнул ее – не помогло, так что пришлось на всю громкость врубить магнитолу, чтобы заглушить настойчивый читающий нравоучения голос. «Сектор газа» из радиоприемника обещал, что со мною она забудет обо всем, и я невольно представил, как Рита откроет дверь в домашних майке и шортах, как нежно обнимет руками за шею, а я прижму ее крепко за талию и оставлю нежный поцелуй на чувственных губах.

Только вот реальность имела на нас совсем другие планы: когда я поднялся в апартаменты Бельской, девушка сидела на кровати без движения, стеклянным глазами уставившись перед собой.

________

*[1] – цитата из к/ф «Никогда не сдавайся» о Джеке Тайлера, его адаптации в новом городе и новой компании, любви, противостоянии и спорте, в котором смешались многочисленные виды боевых искусств.

*[2] – речь идет о романах Н. Чернышевского «Что делать?» и А. Герцена «Кто виноват?»

*[3] – имеется в виду стодолларовая купюра, на которой изображен Бенджамин Франклин.