Возлюбленная демона. Борьба с предрассудками

Глава 35 Анабель

И вновь всё сначала. Какое-то дежавю. Издевательские взгляды, шепотки за спиной, нелестные комментарии. Я думала, что за это время обросла кожей, как у носорога — твёрдой, непробиваемой. Но оказалось, что это не так. После разговора с ректором и выяснения отношений с Реном мне было абсолютно всё равно на слухи о том, что я сплю с преподавателем. Пусть думают и говорят, что вздумается. Плевать.

Но тот факт, что вся академия видела меня обнажённой, не давал покоя. Лучше бы я осталась в раздевалке и замёрзла насмерть, чем такое. Стыдно-то как! Хорошо хоть я прикрывалась руками и волосами. Хоть что-то осталось не раскрытым. Было даже стыдно смотреть в глаза Эмилю — он ведь тоже видел все мои прелести. Но друг, как всегда, сделал вид, что ничего не видел, а если и видел, то ему неважно. Он лишь спросил, всё ли у нас нормально с Дарреном, и после моего кивка продолжил делать вид, что ничего не случилось. За это я была ему безумно благодарна.

С трудом пережив этот день, я направилась на свой любимый факультатив. Ожидание этого занятия было единственным, что скрашивало мне жизнь сегодня. Профессор Стэнли, как всегда, был бодр и весел, несмотря на свой солидный возраст:

— Сегодня мы поговорим об ещё одной очень интересной расе, которая считается мёртвой — о фениксах. Думаю, что сегодняшнее занятие будет даже более интересным, чем прошлое, потому что фениксы вымерли совсем недавно, и вся информация о них является достоверной. Наверняка ваши ближайшие родственники сталкивались с представителями этого вида и даже рассказывали вам что-либо. Не стесняйтесь высказывать всё, что знаете или слышали. Только большая просьба: сначала поднимайте руку, иначе будет балаган.

— Итак, чуть более двадцати лет назад фениксы жили в нашем мире и даже имели своё государство. Это был очень сильный народ, достаточно неконфликтный, поэтому они никогда не вели войн. Не было таких дураков, которые решились бы противостоять им. Они относились к высшим расам, жили так же долго, как демоны и драконы, и в совершенстве владели магией огня. Им не было равных в этой стихии. Ни драконы, ни маги не могли сравниться с ними, ведь их энергия шла напрямую от солнца. А солнце, как известно, не имеет предела силы.

— Простите, профессор, — перебила его брюнетка с третьего ряда, — это означает, что у них был бесконечный резерв магии? Но как это возможно? Это же слишком опасно, они ведь могли уничтожить всё вокруг.

— Хороший вопрос, мисс Ференс, — ответил профессор. — Резерв магии действительно был безграничен, но их тело, как и любое другое, смертно и имеет предел, который может выдержать. Фениксы были скорее опасны для самих себя, чем для всего мира. Если они брали слишком много энергии от солнца, то они сгорали. В прямом смысле этого слова. Так что контролю они обучались с самого детства. Кто-нибудь может догадаться, почему фениксов называли солнечными птицами?

— Потому что у них, как и у всех высших рас, была вторая ипостась. Она выглядела как огромная огненная птица, — ответил парень с моего факультета.

— Верно. Естественно, как и все птицы, они умели летать. Но самая сильная их особенность заключалась не в магии и не во второй ипостаси, а в том, что фениксы — единственная раса, которая могла возрождаться из пепла. То есть у них было несколько жизней. Многие даже думали, что они бессмертны, но это не так. Каждый феникс рано или поздно умирал. У каждой особи было разное количество этих жизней. Чем сильнее феникс, тем чаще он мог возродиться. Но, чтобы возродиться, феникс должен был успеть запустить процесс сгорания перед смертью. Те, кто умирали мгновенно, не имели шанса на вторую жизнь.

— Почему же тогда они вымерли? Если убить их было не так-то просто, — задала я вопрос, который так меня интересовал. Тема показалась мне захватывающей. Нет, про ангелов слушать было тоже интересно, но они воспринимались скорее как легенда, а не как настоящие существа. А тут что-то вполне реальное.

Профессор кивнул:

— В точку, мисс де Элло. Именно этот вопрос является самым важным для нас: почему они вымерли и как не допустить подобного в будущем. Чтобы ответить на него, нужно немного углубиться в историю и физиологию этого вида. Как вы уже наверняка смогли предположить, являясь высшей расой, фениксы могли сочетаться узами с другими высшими. Они достаточно часто находили истинных среди драконов, магов и демонов. В особенности среди драконов. Эти два народа были действительно очень близки и часто роднились друг с другом. Поэтому драконы перенесли вымирание фениксов сложнее всего.

Если мы говорим об истинных и потомстве, то нужно отметить важную особенность: в смешанных браках ребёнок практически всегда наследовал способности партнёра. Вероятность, что в таком браке родится новый феникс, была минимальной.

— А как же полукровки? Мог ребёнок унаследовать оба дара родителей? — вмешалась я.

— Нет. Таких случаев не было в истории, — ответил профессор. — Именно из-за этого много столетий назад королева фениксов приняла очень тяжёлое решение и запретила смешанные браки. Фениксы вырождались, и с этим надо было что-то делать. Но это было очень сложно, пока огненные птицы свободно путешествовали по миру, встречая своих истинных. Поэтому государство Фенляндия закрыло границы. Был запрещён как вход, так и выход из страны. Так продолжалось на протяжении столетий. Конечно же, были бунтовщики, умудрявшиеся сбежать за границу. Но их лишали рода и поддержки семьи. Им было разрешено вернуться, но впредь за ними следили всегда и во всём. Именно эта политика и помогла их врагам уничтожить всю нацию одним ударом.

Маги Тёмного Ордена верили, что если убить феникса специальным заклинанием, то можно забрать его бессмертие и силу, став при этом тёмным фениксом. Несмотря на то, что Орден был под запретом и преследовался, его членов со временем становилось всё больше и больше. И когда они наконец обрели достаточную мощь, они применили своё чёрное заклинание сразу на всю страну, уничтожив всех в ней, даже детей. Вот так в один миг не стало целого народа. К счастью, то, во что верили маги, оказалось неправдой, и никто из них не получил ни силы, ни бессмертия. Поняв, что натворили, и что сделали это впустую, многие сбежали, и Орден начал разваливаться на глазах. Но было слишком поздно. Драконы взвыли, потеряв своих близких друзей, и объявили войну Ордену. Устроили на всех участников самую настоящую охоту. Это была жестокая, но очень быстрая война. Большинство стран поддержали драконов, ведь это была вопиющая ситуация, невиданная до сих пор. Кроме того, маги всё ещё владели заклинанием разрушительной силы, которое представляло угрозу для всех. Практически каждая страна нашего мира отслеживала всех причастных к культу магов и людей на своих территориях и выносила им смертный приговор. Таким образом, достаточно быстро удалось найти большинство причастных к трагедии и наказать их. Но, к сожалению, оставались фанатики, которые даже под давлением и страхом смерти не сдавались. Они вознамерились уничтожить всех фениксов, даже тех, кто давно покинул страну и жил без поддержки рода. Драконы охотились на членов Тёмного Ордена, а те, в свою очередь, охотились на последних оставшихся фениксов, убивая их и членов их семей. Результатом того страшного времени стало полное истребление нации как таковой, — в конце рассказа голос преподавателя стал уж очень грустным. А в аудитории повисла гнетущая тишина.

Я пребывала в полнейшем шоке от этой страницы истории. Не знаю почему, но мои преподаватели никогда об этом не рассказывали, хотя все события происходили не так уж и давно. Возможно, это было столь трагично, что люди постарались забыть этот страшный эпизод.

— Почему мы не проходим эту тему на уроках истории? Я не понимаю. Это же одни из важнейших событий последнего столетия, но я слышу об этом впервые, — разорвала я тишину, не в силах сдержать своё любопытство.

— Очень хороший вопрос, мисс де Элло. А ответ на него — политика. Демоны никогда не были очень дружны с фениксами, как, впрочем, и с драконами. С последними мы уже очень давно находимся в статусе холодной войны. А когда беда приходит в дом к твоему врагу, ты не особо переживаешь по этому поводу. Да, после того как трагедия произошла, наше государство поддержало политику драконов и так же, как и многие другие, отслеживало членов Ордена, придавая их казни. Но, честно говоря, не очень уж рьяно. Кроме того, известно, что многие участники культа были демонами, но наша власть предпочитает умалчивать об этом. Не очень-то приятно признавать за собой подобного рода грехи. Никто не скрывает те события, но и не подчёркивают их значимость. Я, лично, с этим совершенно не согласен и считаю, что на истории надо учиться, чтобы не повторять прошлых ошибок. Но моё мнение никого не интересует, а учебную программу пишу не я, — думаю, за такие высказывания он мог и выговор получить. Но всё же он был очень старым и уважаемым преподавателем, поэтому мог себе позволить не бояться начальства.

— Скажите, профессор, а может ли быть такое, что не всех фениксов истребили? Может быть, кто-то остался? — спросил Эмиль.

— Конечно, это возможно. Но если кто-то и остался, то очень тщательно скрывается. А с учётом того, что фениксы рождаются лишь в союзе с себе подобными, то вряд ли есть надежда на спасение нации.

Вопросов ещё оставалось очень много, но наш урок бесцеремонно прервали. В класс зашёл ректор и Даррен. Я сразу же слегка напряглась. Обычно такие вот прерывания не заканчиваются ничем хорошим.

— Профессор Стэнли, прошу меня простить за то, что помешал, но дело неотложное, — сказал ректор Кингсли. — Студентка Золотова, вы отчислены из академии за нанесение физического и морального вреда студентке де Элло. Попрошу собрать свои вещи и немедленно покинуть учебное заведение. Оплата за семестр вам не будет возвращена. Всего хорошего.

— Нет. Вы не можете! За что⁈ — вскрикнула девушка. Золотова была одной из подпевал де Бранж. Девушка из достаточно обеспеченной семьи купцов, но без титула. В её глазах стояли слёзы, и её немного трясло от злости.

— Можем и сделаем. Вы нарушили устав академии, а за это следует наказание. И кажется, я уже сказал за что. Или вы будете отрицать, что украли у студентки де Элло одежду, пока она мылась в душе раздевалки, и опубликовали запись, позорящую её репутацию, а также репутацию уважаемого преподавателя, не имеющую ничего общего с правдой? — ректор явно был настроен решительно.

— У вас нет доказательств! — вскочила со своего места Марина, защищая «подругу». — Виолетта была в тот день со мной.

— У нас достаточно доказательств, мисс де Бранж, — холодно ответил мой жених. — Но раз вы признались, что она была с вами, то значит вы соучастница, и вам тоже полагается наказание. Уверены в своих показаниях?

После его слов блондинка сразу потеряла всю свою смелость и пошла на попятную, оставляя подругу на растерзание судьбе:

— Ну я не была с ней весь день. Кто знает, что она делала, когда не была рядом. Мне она ничего не говорила, — в этот момент де Бранж очень многозначительно посмотрела на Золотову. Как будто бы говорила, что если Виолетта ляпнет лишнего, то ей несдобровать. У девушки потекли слёзы из глаз, её начало трясти.

— Пожалуйста, не выгоняйте. Это была всего лишь шутка. Простите, — голос Виолетты дрожал, как и всё её тело. Она умоляюще смотрела то на ректора, то на Рена.

— Мы в военной академии, мисс Золотова. Каждый поступок имеет последствия, имейте силу их принять. Слёзы здесь неуместны. Они лишь доказывают, что вам тут не место, — бескомпромиссно ответил принц. — Соберите свои вещи и не позорьтесь. И мой вам совет на будущее: впредь выбирайте друзей лучше.

Мне было жалко девушку. Тем более я понимала, что виновата во всём не она, а её подружка-герцогиня. Но, с другой стороны, я была безумно благодарна Рену за это шоу. Ведь каждый в этой аудитории понял, что всё, что со мной случилось — чистой воды подстава. И вряд ли кто-то будет меня дальше обзывать или шутить подобным образом, зная последствия такого рода розыгрышей.

Следующие дни прошли относительно спокойно. Слухи начали потихоньку угасать, особенно после того, как Рен снова напомнил академии, кто он такой, и устроил внеплановый инспекционный визит на один из боевых факультетов. Его появление вызвало фурор: студенты и преподаватели разлетались в стороны, чтобы не попасть под горячую руку. А я наблюдала за ним из подтяжка с тёплой улыбкой. Он умел быть жёстким и властным, но только тогда, когда это было необходимо.

В один из таких дней я решила задержаться в зале боевой подготовки после занятий. Мне нужно было отточить новый приём, который магистр Шэффер показал на последней тренировке. Остальные студенты уже разошлись, а я всё повторяла удары и оборонительные манёвры перед деревянным манекеном. В какой-то момент дверь зала приоткрылась, и в помещение вошёл магистр Шэффер.

— Ещё тренируешься? — удивился он, глядя на меня.

— Да, хотела доработать удар, который вы показывали на уроке. Он у меня пока плохо получается, — ответила я, вытирая пот со лба.

Шэффер медленно подошёл, его взгляд был спокойным, но в нём читалось что-то большее.

— Ты слишком много времени уделяешь технике. Иногда важно расслабиться и дать телу возможность двигаться естественно, — сказал он, вставая рядом. — Покажи, что у тебя получается.

Я кивнула и, заняв исходную позицию, повторила удар, стараясь сделать всё точно. Но движения были чуть скованными. Магистр покачал головой:

— Не совсем так. Позволь, я покажу.

Он подошёл ближе и, взяв мою руку, аккуратно направил её в нужное положение. Его прикосновения были профессиональными, но я всё равно почувствовала лёгкое напряжение. Когда он чуть наклонился, чтобы поправить мою стойку, его дыхание коснулось моего уха, и я поняла, что сердце забилось быстрее.

— Теперь попробуй, — сказал он, отступив на шаг.

Я вновь повторила движение, и в этот раз удар получился более точным.

— Вот так. Отличная работа, — похвалил он, но в его голосе прозвучала тёплая нотка, которая заставила меня насторожиться.

Я собралась поблагодарить его и закончить тренировку, как Шэффер вдруг произнёс:

— Анабель, можно спросить кое-что личное?

Я замерла, не зная, чего ожидать:

— Конечно, магистр.

Он на секунду задумался, словно подбирая слова:

— Почему ты здесь? В академии? Ты могла бы жить спокойной жизнью под опекой герцога, заниматься магией в безопасных условиях. Зачем тебе вся эта борьба?

Его вопрос застал меня врасплох. Но я всё же нашла ответ:

— Я хочу быть сильной. Хочу защищать себя и тех, кто мне дорог. Моя жизнь раньше была… сложной. И я не могу позволить себе зависеть от кого-то. Даже от герцога или… кого-то ещё.

Шэффер кивнул, его лицо оставалось серьёзным:

— Это достойная цель. Но не забывай, что сила — это не только в умении драться. Это ещё и в умении принимать помощь, когда она нужна.

Его слова прозвучали неожиданно мягко. Я не знала, что ответить, поэтому лишь коротко кивнула.

— Ладно, на сегодня хватит. Отдыхай, — произнёс он, отступая назад. — И не забывай, что, если тебе что-то нужно, ты всегда можешь обратиться ко мне.

Он ушёл, оставив меня наедине с мыслями. Слова Шэффера были правильными, но его тон и взгляд снова заставили меня чувствовать себя странно. Как будто за этими словами скрывалось что-то ещё. Что-то, о чём он пока не готов говорить.