Брак понарошку

Глава 8

Илья

Я догадывался, куда меня пригласила девушка. И обману, если скажу, что мне не хотелось посмотреть на ее дом, увидеть мир ее глазами.

Но я не ожидал такого.

Длинный коридор змейкой уходил куда-то вдаль. По правую сторону виднелся большой арочный проем, а за ним гостиная и барная стойка. Наверное, что-то наподобии студии. По левую сторону я насчитал три одинаковых черных двери. Казалось бы все стандартно, но нет.

В гостиной дальнюю часть стены занимал небольшой водопад, а на полу был выложен прудик всего метр на полтора, но он был! И даже маленький мостик, на который я побоялся наступать, соединял два берега.

— Оригинально, — заметил я, рассматривая необычное дизайнерское решение.

Ладно зимний сад, качели в комнате, но пруд? Что же, Кира умеет удивлять.

Девушка улыбалась, наблюдая за мной.

— В нем живут рыбки.

И действительно, если присмотреться, то можно увидеть мелких хвостатых красавиц.

— И черепаха Сара. Мне ее сестра отдала, когда вышла замуж. Иначе муж грозился сварить из нее черепаховый суп.

— А что так?

Я пытался найти питомца Киры, но нигде его не замечал. Возможно, она плавает по дну пруда? Или у нее есть свой домик где-то среди декоративных камней?

— Сара очень любопытна и частенько выползает из пруда, чтобы побродить по квартире. У Веры она жила в аквариуме, который ей казался маленьким и тесным для такой великолепной дамы. Сара ненавидела его и сбегала из своего домика почти мгновенно, собственно поэтому ползала черепаха везде.

Я тихо засмеялся:

— Дай угадаю! Муж твоей сестры несколько раз чуть не наступил на нее?

— Почти. Не знаю, знаешь ли ты, но черепахи больно кусаются. А еще иногда люди могут испугаться, если в душе вдруг оказываются не одни…

— Ладно, я понял. Ничего против Сары не имею. Жаль, что у тебя нет собаки. Я всегда мечтал о ней в детстве.

Увы, квартира у нас была небольшая, поэтому мама не соглашалась на мои просьбы. А когда я стал жить сам, понял, что у меня просто нет времени на четырехлапого друга. С моим-то графиком я даже выгулять пса не смогу, не говоря уже о дрессировке и просто компании.

— Извини, — Кира грустно улыбнулась, но тут же предупредила: — У меня есть еще тритон и хамелеон. Может, они тебя порадуют?

— А змеи нет? — уточнил осторожно, до жути опасаясь положительного ответа.

— Нет.

Кажется, я слишком громко выдохнул.

— Боишься? — поинтересовалась девушка, включая нижнюю подсветку пруда.

— Опасаюсь, — спокойно ответил я и присел на корточки.

Кажется я увидел Сару. Изначально я думал, что это один из камней. Все-таки черепаха представлялась мне небольшой, а тут громадина на полметра не меньше длиной.

— А я боюсь змей, мышей, тараканов, крыс, пауков и кроликов.

— Кроликов? Они же такие милахи!

Я оторвал взгляд от находки и посмотрел на девушку. Она шутит? Подтрунивает надо мной?

— Зубастые чудовища, которые только притворяются милыми! — горячо возразила Кира и, видя мое недоверие ее словам, решилась поделиться историей из жизни: — Я как-то вела репортаж из контактного зоопарка. Так там еле отцепили “пушистика” от руки смотрителя. Хорошо, что хоть ребенку не досталось. А могли бы пострадать и дети. Вот так приходишь за милотой, а получаешь кровавый триллер!

— Ты сейчас не шутишь?

Мне верилось в услышанное с трудом. Кролики ведь такие милые, пушистые лапочки. Да они грызут морковку, капусту, так что да зубы у них, наверное, крепкие. Но кусать людей?

— Какой там! Мне несколько недель снился в кошмарах этот случай!

— Тогда убедила, я тоже против кроликов. Мне мои пальцы дороги!

— Ладно, если пруд в зале тебя не напугал, то, наверное, я готова показать основное. Или перед эти выпьем по кружке кофе и ты немного переведешь дыхание?

То есть пруд — это не самое страшное? Что ж я заинтригован.

— Оставим кофе на потом.

Кира серьезно так кивнула и решительно направилась в сторону дальнего выхода.

Когда ее ладонь легла на ручку двери, девушка обернулась:

— Не передумал? Назад дороги не будет.

— Открывай!

Даже если там бассейн с акулой — я справлюсь!

Кира

Показать Илье эту комнату было тяжелым решением. Легче раздеться и пройтись голой перед ним. В этом случае я обнажаю лишь тело, а здесь — душу. И последнее сложнее всего.

Даже Антон ни разу не заходил сюда. Он знал, что я езжу в эту квартиру работать над сценарием и заодно кормить живность, но у него даже желания никогда не возникало зайти и посмотреть на мое рабочее место.

Я привыкла, что в мой кабинет никто, кроме меня, не заглядывает. Даже приходящая уборщица. После того как однажды она там убралась и выбросила важные заметки, я запираю комнату на ключ и прибираюсь в ней сама.

Поэтому там все как есть. Так как мне комфортно. И да, грязные кружки, фантики из-под мюслевых батончиков и пометки кривым почерком — все в наличии.

Если Илья не испугается этой моей стороны, то тогда и договор можно будет обсудить более детально.

Илья

— Ты серийный маньяк? — озвучил я первую свою мысль, войдя в светлую комнату, стены которой были украшены разными фотографиями, вырезками газет, какими-то обрывками бумаг с записями.

В углу я даже заметил карту страны. Она была вся утыкана канцелярскими кнопками, соединенные между собой разноцветными нитками. Я такое только в сериалах о маньяках и видел. Особенно, если учесть милую коллекцию с заспиртованными частями тела.

Я посмотрел на Киру. Она все еще топталась на пороге, наблюдая за мной со стороны.

— Это мой кабинет. Я пишу сценарий к фильму.

— О маньяках?

— Об особом отделе и его работе. Но ты прав, они расследуют дело маньяка.

— Я правильно понимаю, что кролик, укусивший кого-то на твоих глазах, приходил к тебе в кошмарах неделю, а вот это все, — я обвел рукой фото с изувеченными телами не первой свежести и банки с отрезанными пальцами, ушами и еще непонятно чем, — тебя не впечатляет?

— Просто от милого пушистого существа не ждешь подобной кровожадности, а вот от маньяка все — подобное ожидаемо!

Логично.

Я подошел ближе к стене и стал рассматривать фотографии, читать записи сделанные явно Кирой, просматривать вырезки газет. И сам не понял, как увлекся.

— Держи.

Кира подала мне кружку кофе, и только тогда я понял, что уже довольно долго брожу здесь.

— Спасибо. И за кофе и за то, что показала, над чем работаешь. Это действительно очень интересно, и видно, что ты детально проработала сюжет. Очень кропотливая работа. Реального преступника я надеюсь, полиция нашла?

Не хотел бы я, чтобы человек совершивший все эти ужасы, ходил где-то на свободе.

— Вроде как. По крайней мере, осудили и приговорили точно. Но, насколько этот человек виновен или нет, трудно сказать. Сам понимаешь, подтасовать при огромном желании можно все.

— Ты ведь не проводишь независимое журналистское расследование?

Мне бы очень не хотелось, чтобы Кира лезла в подобное. Это опасно, опасно и еще миллион раз опасно.

— Нет, у меня другая задача. Да и, если честно, журналистика — это не мое.

Вот теперь я удивлен по-настоящему.

— Но ты ведь ведущая…

— Пока. И то в большей степени “за компанию”. Ксю просто потащила меня за собой. А я все равно на тот момент не знала, чего хочу на самом деле. Работа на радио уже казалась рутинной и скучной, хоть и комфортной. Сидишь себе спокойно с микрофоном. Никто тебя не видит. Не нужно думать, как ты выглядишь в кадре, какая камера тебя снимает, правильно ли горит свет и удачную ли позу ты заняла.

— Значит, “Просыпайся, страна!” — это временно?

— Да. Я хочу дописать сценарий и показать его знакомым продюсерам. Очень надеюсь, что они заинтересуются.

— А если нет? Есть “план Б”?

Она покачала головой:

— Нет, только “план А”.

— Настолько уверена в успехе?

— Нет, настолько уверена в выбранной сфере деятельности. Другого я не хочу. Вот у тебя есть запасной план на случай провала в футбольной карьере?

Я улыбнулся:

— Нет.

— Вот и у меня.

Спустя три часа я сидел на диване и гладил Сару, пока хамелеон Гарик мимикрировал под розовые солнечные очки Киры. На столе стояла целая шеренга кружек со всеми видами кофе.

Сама же девушка нервно грызла кончик ручки и в который раз зачитывала наши обязательства по отношению друг к другу. Их набралось прилично, листа на четыре альбомных.

— Все указали? Возражений, предложений нет?

Я покачал головой.

— Тогда переходим к запретам и штрафам?

Кира

Я смогла убедить Илью переехать ко мне. Ладно, не я, а мой питомник. Сара, Гарик и просто тритон, которому нужно наконец-то придумать ему хоть какое-то имя(,) очень жалобно смотрели на мужчину. Вот он и дрогнул.

А может и сам не хотел возвращаться в квартиру, которую делил с бывшей. Кто знает? Главное мне не придется разрываться на два дома, как это было последние несколько лет.

И работать над сценарием можно в любое время! Ура!

Пусть квартира не такая уж и большая, но думаю, мы с Ильей поместимся. Кроме зала-кухни и моего кабинета, в нашем распоряжение есть еще две спальни и одна на двоих ванная.

Квартира Антона была больше: двухуровневая, с четырьмя полноценными спальнями, большим балконами-лоджиями, личным спортзалом. Странно, почему в такой огромной квартире не нашлось места для моего кабинета? И почему я подумала об этом только сейчас?

Настроение как-то резко ухудшилось. Неприятно осознавать, что ты была слепа к реальности и жила иллюзиями.

Нет, Кира, никаких больше воспоминаний, копаний в прошлом и самобичеваний! Антон остался за спиной. Точка! Одна, жирная. Никаких многоточий!

Чтобы как-то отвлечься, я села на диван, прижала к себе одну из множества подушек и включила комедию с Дженнифер Энистон. Обожаю ее! По-моему, это одна из немногих актрис, которые органично выглядят почти в любой роли.

На паузе стоял фильм “Притворись моей женой”, и это не могло не вызвать улыбку. Конечно, это совсем не про нас. Нет у Ильи комплексов, а у меня двух детей. Да и отдых на островах нам не светит — слишком много дел здесь. Но знак, определенно, в этом есть. Может быть, мне стоит успокоиться и принять уже ситуацию?

Мой взгляд сам нашел несколько исписанных страниц — наш “черновой” договор. Мы ведь все продумали, обсудили, так почему я волнуюсь?

“Потому что ты — женщина, а он — мужчина. И вы оба будете целый год жить бок о бок”, — подсказал внутренний голос.

Ерунда! Мы ведь договорились, что никакой близости у нас не будет. Более того, оговорили вопрос любовников и штрафов, если один из нас вдруг попробует соблазнить другого.

Это ведь должно сработать, верно?

Такой вопрос я задавала себе, уже сидя в кабинете юриста. Не ожидала увидеть Илью в строгом деловом костюме и в туфлях. Весь такой представительный, шикарный, по-мужски уверенный в себе, без перегибов. Никаких перстней на пальцах, галстуков с камушками — Илья вообще его не надел, лишь расстегнул рубашку на первые три пуговицы. И запонок я не увидела, как и наручных часов.

Невольно опять сравнила двух мужчин и снова взглянула на Антона по-новому. Почему я раньше ничего не замечала?

— Это все, что вы хотите включить в стандартный брачный договор?

Олег Дроздов просматривал мои записи с профессиональной отстраненностью. Он даже не улыбался, а я в голове перебирала все пункты и краснела. Почему-то вчера идея расписать все до мелочей казалась хорошей, а вот сегодня…

Мы ведь с Ильей взрослые люди и распределение домашних обязательств могли решить тет-а-тет, как и личные договоренности. Нужно было оставить лишь пункт о неразглашение информации и указать об материальной незаинтересованности в средствах друг друга.

Но теперь уже слишком поздно.

— Возможно, мы что-то упустили. Будем благодарны, если вы нам подскажете, — в отличии от меня Илья выглядел невозмутимо и спокойно поддерживал разговор с адвокатом.

— Главное — вы обсудили важные лично для вас вопросы, указали мне главные пункты договора, которые касаются вашего имущества. Единственное: я бы посоветовал добавить пункт о медицинском самоотводе. Так как вы де-факто друг другу чужие люди, то вопрос жизни и смерти предлагаю юридически переложить на родителей или других родственников.

О плохом думать не хотелось, но жизнь — непредсказуемая вещь, так что нужно и это уточнить в договоре.

Согласились мы с Ильей одновременно и выбрали своими представителями все же родителей.

— Что же, тогда я все подготовлю, а завтра можно будет подписать, — поставил точку в нашей встрече муж Анжелики и даже снизошел до улыбки.

Улыбался он очень знакомо. Они что, с женой по вечерам тренируется на пару?

Кстати, об Анжелике!

— У меня вся эта неделя выходная. Есть время заняться подготовкой, съездить в агентство. Ты как? — уточнила я у Ильи, стоило нам выйти на улицу.

Если честно, от помощи я бы не отказалась. В организацию нашей свадьбы, к своему стыду, я не сильно вникала. Антон с таким энтузиазмом выбирал цвет скатертей, варианты инсталляций для фотозоны и прочее, что я не стала влезать (мешать ему).

К тому же на мне оставался наряд невесты, косметические процедуры, девичник, включая необходимость проследить за Ксю, а то я боюсь, после полета ее фантазии проснусь где-то в Вегасе.

— Вторая половина дня у меня свободна, но помощник из меня так себе. На уровне нравится или нет. Предупреждаю сразу: в моем цветоспекторе десять цветов. Белый, черный, серый и радуга. Красный для меня — красный. Выбрать между канареечным, томатным, брусничным, малиновым, арбузным и еще каким-то я не смогу.

Илья выглядел так серьезно и говорил так растерянно, что я просто не выдержала и рассмеялась:

— Я тоже не смогу. Их действительно так много?

— Просто не гугли и не уточняй. Никогда. Стой, молчи, кивай и в конце просто покажи пальцем на тот, что понравился. Я один раз сдуру сказал, но перепутал названия и мы застряли еще на полчаса в магазине. Не повторяй моих ошибок.

О, мой бог! Давно я так не смеялась. Кажется, не только у меня имеется психологическая травма в анамнезе.

Чтобы как-то поддержать мужчину, я взяла его под руку и предложила:

— Может, заглянем в кафе-мороженое? Думаю, мы заслужили немного эндорфинов, что скажешь?

Илья

Сто лет не сидел в детском кафе и не ел мороженое. Даже вспомнить не могу было ли это вообще когда-нибудь, но атмосфера, царящая здесь, не напрягала, а наоборот, расслабляла.

Я сбросил пиджак, закатал рукава и пододвинул к себе поближе свою двойную порцию фисташкового мороженого с мятным сиропом.

— Я иногда сюда с племянниками прихожу, — улыбнулась Кира и тут же добавила: — Когда Вера меня с ними одну отпускает. Это наш секрет — не выдавай, если что…

Я тихо рассмеялся:

— Я — могила.

Кира выглядела сейчас такой хрупкой и уязвимой, хоть и старалась не подать виду, что я с трудом удержался, чтобы не взять ее руку в свою и не погреть пальцы. Уверен, они замерзли. Сам себя остановил от этого глупого порыва. Так я не помогу, а только засмущаю девушку.

— Кстати, о секретах. Когда ты планируешь говорить о нас друзьям и родственникам?

Сам я собирался сегодня вечером позвонить матери, а завтра после тренировок пригласить парней в спорт-бар и рассказать о Кире.

— Вера уже в курсе. Родителям только думаю, как сказать.

Девушка тяжело вздохнула и посмотрела в окно. За ним светило еще теплое солнце, пели птички, зеленела травка, а по тротуару ходили люди: молодые мамочки с колясками, детвора, догуливала каникулы и шумной оравой спешили к парку. Пожилая пара выгуливала смешного мопса, который не шел, а скорее переваливался из стороны в сторону, вывалив длинный розовый язык. Успокаивающая картина, но у нас с Кирой было слишком много дел и невероятно мало времени. Поэтому я решил подтолкнуть девушку, продолжая прерванный разговор:

— Им нравился Антон и они все еще надеяться, что вы помиритесь?

Мне ее жених не понравился сразу: ни внешне: какой-то пижон, ни поведением. Будь Кира моей невестой, я бы не позволил ей сесть в машину к другому, даже если бы мы были в ссоре.

— Нет, напротив! — воскликнула Кира и смеясь добавила: — Папа нас с мамой в ресторан потянул на праздничный ужин, чтобы отметить наш с Антоном разрыв.

Отец Киры мне уже определенно нравится! Только тогда в чем дело? Почему Кира так волнуется и медлит?

— Ты думаешь, что я ему тоже не понравлюсь? — догадался причину ее волнений.

— Папе мало кто нравится, — пожала плечами девушка, и кивнула в сторону моей креманки:

— Ты почти ничего не съел. Мороженое совсем растает!

Я послушно съел несколько ложек с мороженым, обдумывая услышанное. Ее отец спортсмен, я — тоже. Это определенно плюс. Значит, для него важно, чтобы парень был дисциплинированным, целеустремленным, стойким, уравновешенным.

— Подожди, но твоя сестра, она же замужем, верно?

Не может же быть все настолько плохо? Да, такая скоропалительная свадьба у любых родителей вызовет недоумение. Особенно если учесть, что еще несколько недель назад у нас были серьезные отношения с другими людьми.

Но существует же такое понятие, как любовь с первого взгляда? Почему бы не использовать его?

— Все сложно, — Кира подхватила ложкой кусочек пломбира и грустно улыбнулась: — Папа был и против Кости. Вернее, его работы, он бывший спецназовец. Горячие точки, секретные операции, непредвиденные командировки — не такого супруга он желал своей дочери.

— Раз ты говоришь бывший, то я правильно понимаю, что…

— Да, но не из-за папы. Просто на очередном задании его подстрелили, бронежилет не помог. Вера тогда чуть малыша не потеряла.

— Ясно, но прятаться и оттягивать тоже не выход. Что насчет завтрашнего вечера? Как ты смотришь на то, чтобы нам всем поужинать в хорошем ресторане?

Кира растерялась всего на секунду, а затем кивнула:

— Ты прав. Родителям нужно сказать. Ужин — это хорошее решение.