Было ли краткоапракосное Евангелие первой славянской книгой, переведённой с греческого

1. Конкуренция диграфного и лигатурного написания št в списках XI в.

Существует мнение, согласно которому данные орфографии как наиболее подвижного уровня текста обладают наименьшей текстологической значимостью по сравнению с языковыми признаками и особенно с содержательными характеристиками текста [ср.: Жуковская 1969, с. 25]. Однако в некоторых списках Евангелия распределение орфографических вариантов оказывается текстологически обусловленным.

Обычно орфографическая вариативность рукописи является результатом взаимодействия разных систем правописания (равноправное употребление противопоставленных вариантов в рамках одной орфографической системы встречается относительно редко) и обусловлена в основном двумя причинами. Во-первых, конкурирующие варианты могут принадлежать разным писцам, принимавшим участие в создании рукописи и имевшим различную орфографическую выучку, или же возникают в результате компиляции памятника или отдельного его списка из нескольких источников, созданных в русле разных орфографических традиций. В этом случае варианты находятся в отношениях дополнительной дистрибуции, появляясь в разных по происхождению частях рукописи. Во-вторых, вариативность правописания может являться следствием не вполне последовательной правки, посредством которой происходит смена орфографических систем в памятнике письменности. При этом оба варианта выступают во всех частях списка, хотя их количественное соотношение может меняться в значительных пределах. На направление произведенной правки однозначно указывают встречающиеся иногда гиперкорректные примеры. Нередко в рукописи остается и некоторое количество гипокорректных (неисправленных) написаний, которые являются реликтом более раннего состояния текста и могут служить материалом для его реконструкции.

Возможны случаи, когда орфографическая вариативность обусловлена одновременно обеими причинами — компиляцией и последующей правкой (или даже целым рядом правок). Распределение вариантов при этом таково: один из них встречается на протяжении всей рукописи, в то время как другой — лишь в некоторых ее частях. Поэтому использование методов лингвистической текстологии предполагает: а) восстановление механизма осуществленной правки по гипер‑ и гипокорректным написаниям и б) внимательное отношение к тому, в каких именно местах текста (для Евангелия — в каких апракосных чтениях) представлены конкурирующие явления. Таким образом, возможно выделить в тексте различные временные пласты и установить их относительную хронологию с целью последовательного их снятия и восстановления первоначального состояния текста.

Древнейшие списки Евангелия, датируемые XI в., по отношению к преимущественному или исключительному употреблению диграфного и лигатурного написания št делятся на несколько групп [ср. обзор: Георгиев 1986, с. 98—106], представленных ниже в таблице:

Как видно из приведенной таблицы, орфографическая вариативность шт/щ в различной степени характерна для глаголических Зогр, Марн, Ас и Зогр‑2 и кириллических кратких апракосов СК, Ос, Тп‑14, Ар и Вт‑пал. Рассмотрим эти списки раздельно.

Зогр, регулярно использующее диграф шт, содержит единственное написание щ в И 18.3 свѣщами.

Марн знает оба способа написания št, но их соотношение у разных евангелистов неодинаково: лигатура щ составляет в Мт — 48%, М — 15, Л — 14 и И — 17% от общего количества употреблений št.

В Ас представлены оба способа написания[4] в следующем соотношении: щ в чтениях пасхального цикла составляет 81% от общего количества употреблений, цикла Пятидесятницы — 76, цикла «нового лета» — 78, мясопустно-сыропустного цикла — 71, цикла поста — 72, Великой недели — 53, воскресных евангелий — 69, в чтениях месяцеслова — 66, в оглавлениях чтений — 98%

В Зогр‑2 лигатурные написания составляют 94% от общего количества употреблений št.

Текст Зогр, последовательно употребляющего шт, не содержит никаких отклонений в написании št (что говорит об исконности в нем диграфа), в то время как Марн и Ас представляют некоторое количество аномальных написаний, свидетельствующих о том, что эти списки или их протографы подвергались правке шт→щ. Чтобы осуществить такое исправление, в каждом отдельном случае необходимо: сначала а) исправить ш→щ, после чего б) элиминировать т→∅︀. По всей видимости, внимание проводившего такое исправление писца концентрировалось в основном на первом элементе правки, так как в некоторых случаях он им и ограничивался, «забывая» элиминировать т. Таким образом возникли паракорректные (полуисправленные) написания с щт, представленные как в Марн: Мт 26.47 ещте, 26.51 сѫщтихъ, Л 12.5 имѫщтааго, 19.36 ідѫщтю, И 16.23 ащте, так и в Ас: М 1.4 (вс перед Богоявлением) к︮р︯щтение, Л 13.25 (сб 12 нл) отъвѣщтав. Один раз в Ас встретилось паракорректное написание Мт 4.23 (вс 2 пд) сьнъмишиихь (вместо сьнъмищиихъ), получившееся в результате осуществления не обоих, а лишь второго элемента исправления шт→щ.

Итак, рассмотрение глаголических списков показало, что Зогр сохраняет исконное написание шт, в то время как Марн и Ас несут на себе следы правки шт→щ. Независимость ее результатов от положения исправлявшихся словоформ в структуре евангельского текста говорит о том, что в более или менее отдаленных протографах Марн и Ас употреблялся исключительно диграф шт, а правка шт→щ осуществлялась уже после возникновения глаголических краткого апракоса и тетра. В Ас процесс исправления прошел гораздо более последовательно, чем в Марн, писец которого, начав энергично исправлять шт→щ в начале рукописи, примерно с 27‑й главы евангелия от Матфея стал проводить правку гораздо менее регулярно. В Ас наиболее последовательно (на 98%) архаичные написания исправлялись не в самом евангельском тексте, а в оглавлениях апракосных чтений.

Кириллические краткоапракосные списки СК, Вт‑пал, Ос, Тп‑14 и Ар, датируемые XI в., регулярно употребляют лигатуру щ, но каждый из них содержит следы проводившейся в них или в их протографах правки шт→щ: гипокорректные написания с шт, гиперкорректные с щ вместо ш и паракорректные с щт или ш вместо щ. Ниже приводятся эти примеры по каждому из списков.

СК содержит гиперкорректные написания с щ вместо ш: Л 12.21 (вс 4 нл) слыщати, Л 10.30 (вс 8 нл) съхождаще, Л 23.34 (ев стр 8) метащѧ и паракорректные примеры с ш вместо щ: Л 8.41 (чтение вс 7 нл, но в СК — вс 6 нл) сънъмишю, Мт 2.14 (вс после Рождества) ношиѭ. Один раз паракорректное написание писец исправил, надписав т над ш: Л 18.24 (вс 13 нл) имѧшⷮюмоу.

Аномальные примеры написания št Вт‑пал приведены в описании списка [Кръстанов 1988, с. 52]. Апракосные чтения определялись нами по табл. 2 этого описания, а евангельские стихи — по содержанию примеров, в связи с чем эти характеристики имеют гипотетический характер. Список содержит одно паракорректное написание И 4.39 (вс 5 п) съвѣдѣтел(ъ)ствоуѭщти и 6 примеров гипокоррекции: М 10.39 (вс 5 пс) кръштени(ѥ), Л 12.11 (окт 25) сън(ь)мишта, М 1.3 (вс перед Богоявлением) в(ь)пиѭштааго, М 1.4 (там же) отъпоуштениѥ, М 1.5 (там же) исповѣдаѭште, И 18.39 (ев стр 4) отъпоуштѫ.

В Ос представлено 19 примеров гипокоррекции: И 6.65 (пн 4 п) аште, Мт 4.18 (вс 2 пд) въмѣтаѭшта, Л 15.19 (вс перед мп) нарешти сѧ, Л 21.8 (сб мп) прѣльштени, Мт 21.15 (вс цв утр) г︮л︯ѭшта, Мт 24.39 (вт вел лит) оштоутишѧ, Мт 25.5 (там же) моудѧштоу, Мт 26.8 (ср вел лит) г︮л︯юште, Мт 26.64 (чт вел лит) сѣдѧшта, Л 23.49 (ев стр 8) зьрѧштѧ, Мт 27.61 (пт вел лит) сѣдѧшти, огл. чтения (сб вел утр) ишти, Мт 28.1 (сб вел лит) свитаѭштоу, огл. чтения (ев вс 2) ишти, Л 24.6 (ев вс 4) еште, И 20.15 (ев вс 8) иштеши, И 20.19 (ев вс 9) сѫштоу, Л 4.16 (сент 1) събориште, Мт 23.33 (сент 5) иштѧдиꙗ. Кроме того, список содержит 2 примера гиперкоррекции[5] с щ вместо ш: Мт 8.32 (вс 5 пд) ищъдъше, Л 8.33 (вс 6 нл) ищьдъше и одно паракорректное написание Л 8.41 (вс 7 нл) съборишоу. Возможно, сюда же относится пример Мт 27.35 (пт вел лит) метѫще вместо ожидаемого мештѫще, получившийся вследствие элиминации не второго, а первого элемента шт.

Ар знает лишь примеры гиперкоррекции с щ вместо ш: И 7.37 (вс пд) стоꙗѧще, Л 7.11 (вс 3 нл) идѧще, Л 12.34 (сб 11 нл) ваще, Л 13.22 (сб 12 нл) щьствиѥ. Все эти написания вышли из-под руки первого писца Ар (л. 1—76 об).

Тп‑14 содержит лишь один пример паракоррекции с ш вместо щ: И 21.22 (ев вс 11) хошѫ.

Из более поздних краткоапракосных списков аномальное написание št встретилось лишь в КМ‑849 XIII в.: Мт 13.46 (окт 3) щедь.

Приведенный материал свидетельствует о том, что в протографах древнейших кириллических краткоапракосных списков употреблялся диграф шт, устранявшийся впоследствии правкой шт→щ. Для СК и Ос этот вывод делался и ранее [см.: Козловский 1885, с. 10; Щепкин 1899, с. 36—37], однако не было обращено внимания на то, что приведенные выше примеры неравномерно распределены в тексте краткого апракоса. Обнаружить определенную закономерность помогает следующая таблица, из которой видно, в каких именно чтениях представлены архаичные и аномальные написания št в 6 кириллических краткоапракосных списках (цифры обозначают количество написаний):

Показательно, что 64% указанных свидетельств архаичного написания шт приходится на чтения пасхального цикла, Великой (Страстной) недели, воскресные евангелия и некоторые чтения месяцеслова — именно эти части краткого апракоса, согласно нашему предположению, могли составлять первоначальный славянский перевод Евангелия. Остальные 36% приходятся на период от Пятидесятницы до Вербного (Цветного) воскресения, причем почти исключительно на воскресные чтения: субботние содержат лишь 3 примера из 15.

Изложенный материал позволяет сделать следующие выводы[6].

1. Смена написаний шт→щ в кириллице происходила до того, как был создан кириллический краткий апракос, легший в основу большинства древних списков, которые, возможно, родственны между собою. В противном случае ожидалось бы равномерное распределение свидетельств архаичного шт в исследованных рукописях, как, например, в глаголическом Ас.

2. В циклах от Пятидесятницы до Вербного воскресения субботние и воскресные чтения имеют различную историю в составе кириллического краткого апракоса: субботние чтения этого периода в отличие от воскресных ко времени их включения в краткоапракосный текст уже практически не знали диграфного шт.

3. Кириллические Кп(р), содержащие отрывки чтений циклов поста и Великой недели и употребляющие исключительно диграф, представляют, по всей видимости, особую традицию краткого апракоса.

Паракорректные написания, отражающие правку шт→щ, спорадически встречаются в более поздних (кириллических) списках тетра, ср.: Л 24.31 ищтезе и И 13.26 отъвѣшѣ в Дбрм XII в.; Л 12.31 ишате в Ундл‑965 XIV в.

Из всех рассмотренных списков полного апракоса подобные написания обнаружены лишь в полноапракосных чтениях Мир XII в.: Мт 5.3 (вт 1 пд) ніщти, М 11.29 (чт 16 пд) ѿвешавъ, Мт 11.15 (чт 4 пд) ущи. Все эти примеры попали в Мир из тетра, который был использован при дополнении краткого апракоса до полного.