Бздящие народы

Национал-большевик Эдуард Лимонов

В культурном ювелирном мире Москвы вот уже десять лет (не меньше!) сверкает фальшивый роскошный бриллиант по имени Эдуард Лимонов. Почему фальшивый? Как писатель Лимонов вполне подходящ: добротный автор горьковской традиции, а в прошлом — весёлый поэтишка. Был в нём какое-то время настоящий кураж средней руки — кураж молодцеватого люмпена, дорвавшегося до культурки. Однако Лимонов начал претендовать на большее: на мощную политическую авантюру, на подлинное идеологическое охуение, которое одолевало когда-то его кумиров — Эзру Паунда, Луи-Фердинанда Селина, Юкио Мисиму. Не будучи храбрым и бесшабашным уличным бойцом, а уж скорее кабинетным писакой. Лимонов мечтал, как онанирующий подросток, о баррикадах, парадах, кровавых каскадах и партизанских эскападах. Так он и создал свою опереточную национал-большевистскую партию, куда втянул молодых озлобленных недоумков и большеглазых романтических зверёнышей. Так стяжал он масс-медиальную дешёвую славу и популярность среди скучающих мальчишек и дуркующих обывателей. Партия его была абсолютно, соц-артистская, картонная и несерьёзная! Однако же он с неослабевающим энергией дрочил на поганую ельцинскую клику, а кроме того подлинно ненавидел Запад. Видимо, многолетняя его эмиграция дорого ему обошлась, бедолаге. Ругался он на Запад: иногда толково, иногда не очень, но с истинным остервенением. Позитивная же его программа была совершеннейшая дрянь: национал-большевизм, одним словом! Обоссаный бабушкин мундир с перхотью! Чугунножопая демагогия сталинистского выкидыша! Плевок с корицей!

Мы столкнулись с Лимоновым в метро. Был он не один, а с телохранителем. Поэт с телохранителем, поздравляем! Впрочем, телохранитель оказался весьма неглупым и чертовски симпатичным парнем. Привет тебе, Костя! Сам Лимонов в свои пятьдесят выглядел как настоящий свежий огурец в кожаной куртке: мороженый овощ!

— Сейчас, Александр, иду в Думу, но вечером можем увидеться.

О, блядь, государственный деятель! Ёбарь-провокатор! Ну-ну молоток!

Вечером встретились в маленькой забегаловке на Кузнецком мосту. Лимонов опять явился с Костей-телохранителем, а мы с другом Кудрявцевым. Купили две бутылки водки и заспорили о методах сопротивления.

Кудрявцев говорит:

— Ну как ваша партия, Эдуард?

Лимонов отвечает:

— Растём, принимаем новых членов. В Думу рвёмся, хотим скандалить. Вооружённый мятеж не за горами.

— Это о чём же вы говорите, о каком мятеже?

— Гражданская война будет. Скоро Ельцин коньки отбросит, тогда и начнётся. Присоединяйтесь, вместе дело будем делать. Разгуляемся тогда, повеселимся.

И хитро так поглядывает из-под очков. Эх, бестия большевистская! Александр говорит:

— А мы — индивидуалистические анархисты. Мы свою войну ведём — локальную, специфическую: ёбс.

Лимонов опять:

— А вы всё равно к нам присоединяйтесь. Такие, как вы, нам нужны — безумные… Вместе будем воевать.

— А во имя чего воевать? За что?

Лимонов задумался. Пальцем по столу застучал. Тут Костя говорит:

— За свободу.

Но это Костя, а Лимонов только глазами постреливал, аферист. Фокстерьер.

Захмелели мы от этих двух бутылок и по домам разошлись. Мы — в валерину мастерскую пыльную. Лимонов — в съёмную уютную квартирку на Арбате. Александр раньше в этой квартире бывал: скромная, но добротная советская квартирка — ничего.

Между прочим. Александр и Барбара в Москве читали «Московский дневник» Вальтера Беньямина. Немецкий интеллектуал Беньямин был в Москве в 1927 году и писал, что советская столица сильно похожа на приисковый Клондайк — по бедности и интенсивности общественной жизни. Только вместо золота на московском Клондайке люди добывают другое драгоценное вещество — гнуснейшее вещество власти. Молодчага Беньямин, умный он и прозорливый был! Ни хуя не изменилось в Москве с 27-го года: дельцы, политики, писатели, журналисты, художники, гангстеры, все, все — добывают по-прежнему только одно это вещество! Вещество власти! Только об одном мечтают, суки подлые, об одном: о власти говёной! О власти позорной! Денежной власти! Идейной власти! Политической власти! Животной власти! Полицейской власти! Криминальной власти! Коррумпированной власти! Проститутской власти! Личной власти! Пузырястой власти! Патриархальной власти! Дешёвой власти! Трёхрублёвой власти! Над умами власти! Над потрохами власти! Над душами власти! Медиальной власти! Носорожьей власти! Петушиной власти! Собачьей власти! Собачьей власти! Бля, собачьей власти!