Человек в зеркале

Глава 9

Супергерои-нелегалы

Проснувшись, я сбегал удовлетворить потребности организма, потом, прикинув время, сообразил, что успею посмотреть еще одну «серию» и рухнул в кровать. Но сон не шел. Из головы не выходило то, что я не увидел, но вспомнил…

Что сделал бы я сегодняшний в той ситуации с гаишниками? Правильно, схватился бы за оружие и начал стрельбу, параллельно перемещая тех, кого убить не успеваю, метров на двадцать в небо. И все: ни следов, ни свидетелей, ни новых проблем.

Что собирался сделать я тогдашний? Правильно, переместить всех гаишников куда-то под Воронеж и скрыться с места преступления. Далеко бы я уехал? Едва ли… А потом была бы стрельба, и даже если я сумел бы выкрутиться, то меня и семью гнали бы по всей стране, как редкую и невероятно ценную дичь. Ну как же, самый настоящий супермен!

А что сделал на моем месте обычный человек, еще не замороченный собственной неуязвимостью и непомерной крутостью?

— Подождите, там же есть все справки, вы просто не нашли! — мило улыбнулась гаишнику Рита и, выхватив папку с документами, нырнула в салон машины. А спустя пару секунд вынырнула обратно и сунула папку в руки инспектора. — Вот, нашла!

— Да, вот теперь вижу, — задумчиво кивнул лейтенант и, на секунду отвернувшись, вернул папку. — Все в порядке, счастливого пути, повнимательнее!

— Да, хорошо, — Рита потянула меня за рукав, и уже скоро мы ехали дальше.

— Откуда у тебя справки? — спросил я у жены, разглядывающей свои дрожащие пальцы.

— Из кошелька! Две красненькие «справки»… — криво усмехнулась Рита, потом вздохнула и с тоской в голосе продолжила: — Сереж, мы переезжаем…

Четыре с половиной месяца назад

Реклама через известных блогеров, к сожалению, дала несколько не тот эффект, как задумывалось. Двое из них оказались умными людьми и исчезли с мониторов, забросив свое «творчество», еще один выступил как положено, выдав своим подписчикам отличный репортаж про чудеса, а уже потом исчез… Но и его усилия нивелировал последний, четвертый участник сделки.

Нет, формально он выполнил свои обязательства, получил сверхспособность и снял про это ролик, но… Все же не зря я всегда тщательно следил за тем, что смотрят в интернете мои дети, оказалось, что пусть и в одном случае из четырех я был абсолютно прав.

Что учудил этот дебил? Вот уж не знаю, как именно он сформулировал свое желание, но зрители его блога, ну и мы с Ритой, увидели, как этот придурок хвастается зрителям своей суперспособностью — умением менять размеры полового члена…

Первым моим желанием, когда я это увидел, было пойти и откопать автомат, зарытый в лесочке рядом с трассой, а потом сходить и уменьшить поголовье блогеров в стране на одну единицу… А потом я успокоился и сообразил, что вместо него сейчас меня будут ждать компетентные органы, а сам придурок наверняка уже демонстрирует свои способности где-нибудь в подвалах ФСБ. И наверняка эта демонстрация проходит совсем не так, как ему представлялась в его влажных мечтах…

Впрочем, может, оно и к лучшему. Посоветовавшись с Ритой, мы решили, что все эти планы затеряться среди толпы одаренных были ошибкой. Собрав минимальное количество вещей, мы уехали в тот же Воронеж, сняли квартиру, получили временную прописку и устроили детей в частную школу. В итоге мы могли заниматься своими делами весь световой день, а вечером забирали детей и наслаждались спокойной семейной жизнью.

Да, для этого мне пришлось бросить бизнес, но так получилось, что без денег мы не остались, скорее, даже наоборот. Так вышло, что о вылеченной девушке стало известно в узких кругах, причем Николай клялся и божился, что никто из наших новых пациентов больше никому ничего не скажет. Как он нас нашел? А вот тут уже лопухнулся я, забыв про визитку, которую выдал ему после аварии.

Но после этого мы соблюдали предельную осторожность, выходили из дома, только изменив внешность и нацепив на лица медицинские маски. Благо погода стояла холодная, поэтому маска и шапка, надвинутая по самые глаза, гарантировали, что нас никто не опознает. Ну а прием больных мы вели на даче у все того же Николая, который считал себя нашим должником.

За две недели мы смогли излечить почти десяток человек и уже могли бы позволить себе купить нескромную квартиру в центре города, но пока не торопились, справедливо полагая, что такое раздолье долго не продлится и рано или поздно нас вычислят, и вот тогда придется линять из центра страны не оглядываясь.

По вечерам, когда дети засыпали, мы с Ритой подолгу обсуждали варианты, куда переедем, как только станет жарко, и все больше сходились во мнении, что бежать надо на север. Там и плотность населения не слишком большая, и от центра далеко. Рите нравился вариант с Новосибирском, я же склонялся к тому, что, имея деньги, мы сможем прожить и в каком-нибудь райцентре, где вся полиция представлена парой участковых. Хотя, признаюсь, в нашем споре я уже проигрывал. И основным аргументом были дети, точнее, их учеба.

В общем, до сегодняшнего дня жизнь наша протекала спокойно и размеренно целых две недели, и мы были откровенно счастливы этому факту. А с утра позвонил Николай и попросил изменить правила приема пациентов, точнее, сделать исключение для одного случая. У больной, как оказалось, совсем все плохо, и ходить она уже не может. А транспортировать женщину весом под полтора центнера тоже не очень легко.

Хорошо Николаю, позвонил, рассказал и свалил в кусты, оставив решение за нами, а мы уже час спорили с Ритой…

— Да говорю же тебе, опасно это! — в который раз повторил я, стараясь не перейти на крик. — С дачи-то можно убежать, хоть как-то, да и незаметно туда спецназ не подвезешь! А из многоэтажки куда бежать? В окно прыгать? Если ты не в курсе, то летать я не умею!

— До сих пор Николай нас не подводил! — не сдавалась Рита. — Вот ты тут сейчас ругаешься, а у людей на нас последняя надежда.

— Таких, у кого на нас последняя надежда, еще много будет… — буркнул я. — Так может, сами добровольно сдадимся, а где-нибудь в лаборатории из нас сделают лекарство от рака?

— Вот чего ты утрируешь, а? Ну, может, придумаем что-нибудь?

— Придумаешь тут… — проворчал я, одеваясь. — Один пойду.

— А я?

— А ты сиди тут и дергайся, может, в следующий раз будешь думать о нашей безопасности, а не о чужих бедах! — Не слушая больше ничего, я быстро вышел из квартиры и, не став дожидаться лифта, зашагал по лестнице.

На душе было тревожно. То ли от ссоры с женой, то ли от предчувствия грядущих неприятностей…

Николай ждал меня в машине, припаркованной у нужного подъезда. Подойдя, я сел на пассажирское сиденье и молча закурил.

— Ты извини, но нетранспортабельная она, — покосившись на меня, вздохнул посредник. — Да ты не переживай, не будет здесь подставы, гарантирую. Я ее мужа еще с института знаю, давно общаемся, нормальный мужик.

— Тревожно что-то… — поморщился я в ответ. — Ты же понимаешь, что стоит о нас кому-то узнать, и житья нам не дадут?

— Да понимаю, не глупый. И дочка рассказала, что у вас за проблемы… — начал Николай и осекся, с тревогой глядя на меня. — Ну, в смысле…

— Как интересно, — ухмыльнулся я в ответ. — И что же она теперь умеет? Ясновидящей стала? Мы о своих проблемах чужим не рассказываем…

— Да нет, она просто умная очень, и все…

— Или мысли читает? — снова перебил я его. — Что, угадал?

— Откуда ты знаешь⁈ — вскинулся Николай.

— А ты думаешь, мы от нее сильно отличаемся? У каждого свое, но все мы после такого лечения что-то умеем.

— А тебя от чего лечили? — полюбопытствовал Николай. — Тоже рак?

— Не, пять проникающих ранений. Ладно, пойдем, что ли? — Докурив, я выбросил окурок и выбрался на улицу. — Под твою ответственность. И да, как думаешь, что будет с твоей дочкой, если на таких, как я или она, начнут охоту? Вот тебе и повод быть осторожнее.

Не став дожидаться побледневшего Николая, я зашагал к подъездной двери, довольный, что нашел нужный аргумент, и теперь наш посредник дважды подумает, прежде чем предлагать нам мутных пациентов.

Впрочем, на удивление все прошло тихо и спокойно, несмотря на все мои опасения. Обычная квартира, пациентка с огромной опухолью, из-за которой одна ее нога была гораздо больше другой, кипа медицинских документов, их я листал с умным видом, изображая понимание и озабоченность… И наконец само лечение. За эти две недели мы с Ритой успели выяснить, что для внедрения кристалла в тело не нужна серьезная рана, достаточно простого пореза, и он сам всосется в тело, так что у меня во время этой «операции» даже не тряслись руки.

Имелось, правда, одно отличие от других случаев: в этот раз пациентка проявила свои способности почти сразу, превратившись из разбитой, измученной, полной женщины в стройную красотку… Но я в ответ на изумленные взгляды родни только руками развел, мол, побочный эффект такой, чудеса случаются, наслаждайтесь…

— Это как так? — изумился глава семейства, высокий, седой мужчина лет сорока. — Помолодела? А лицо почему поменялось?

— Сильное колдунство… — стараясь сохранить невозмутимый вид, пожал плечами я, присматриваясь к новому облику пациентки. Ну да, лицо у нее поменялось, причем сильно. Скулы стали острее, подбородок меньше, нос ровнее, волосы из сухой, неопрятной копны превратились в густую, шелковистую волну, растекшуюся по подушке… И, кажется, одеяло там, где должна быть грудь, приподнялось. — Не думаете же вы, что немного поправить внешность по желанию девушки — это сложнее, чем вот так, походя, вылечить рак?

Николай, стоявший на парковке, дождался, пока я сяду в машину, и, проехав несколько кварталов, остановился у торгового центра. Пока я снимал медицинскую одежду и переодевался, он задумчиво курил, а потом, прощаясь, поднял на меня взгляд и спросил:

— Таких, как вы с Ритой, много еще?

— Не считая твоей дочери? — криво усмехнулся я. — И остальных «пациентов»?

— Это что, у всех вылеченных теперь есть способности? — ахнул Николай. — И у Надежды? Ну, той, у кого ты сегодня был? Она тоже мысли читает?

— Нет. Она меняет внешность. Не удивлюсь, если может превратиться в другого человека…

— Писец…

— Угу, — подтвердил я. — Так что ты поаккуратнее подбирай клиентов, не хватало нам еще какого-нибудь суперзлодея из комиксов создать. Кстати, тебе же денег, наверное, надо? А то суетишься, носишься с нами…

— Да нет, — отмахнулся Николай. — Они мне платят за то, чтобы я свел их с целителями.

— Что, прямо вот так, целителями называют?

— Ну да, — усмехнулся Николай. — Иногда знахарями, а один раз к ведьме попросили отвести. Ну а что, все видят, что твоя Рита рыжая, и глаза зеленые.

— Ну да, ну да! — улыбнулся я, подумав, что надо обязательно рассказать эту хохму Рите. — Ладно, бывай, пошел я. И да, в следующий раз пусть едут на дачу. А то как-то неуютно вот так, в чужой дом идти. Мало ли…

Проводив взглядом отъезжающую машину, я огляделся и, подумав, позвонил жене.

— Привет, солнце мое! Да, все хорошо! Как насчет устроить праздник себе и детям? — предложил я. — Тут недалеко от нас парк аттракционов, огромный, может, сходим? Народу, правда, тьма, даже на улице, выходной, ну да фиг с ним!

Услышав утвердительный ответ, я спрятал телефон и направился к киоску купить кофе. На улице было холодно, а я твердо знал, что раньше, чем через полчаса, мои не придут. Пока жена всем достанет одежду, пока оденет Машу да проверит, как оделся Никита, пока сама соберется… Хотя да, что это я, час как минимум.

Так и вышло. Я успел дважды погреться горячим напитком и даже перекусить какой-то вредной ерундой, когда на горизонте появилась моя семья. Наконец мы встретились, влились в толпу пешеходов, ожидающих зеленого светофора, чтобы перейти дорогу.

— Ты как? — наклонившись к уху, спросила Рита с легкой тревогой в голосе. — Все хорошо?

— Да, в этот раз все нормально, но больше рисковать не будем, хорошо?

— Хорошо, — кивнула Рита и пожаловалась: — Надоело уже прятаться и бояться…

— Такова судьба супергероя-нелегала в бегах, — отшутился я. — Ну чем мы не герои? Жизни спасаем, маски носим, пусть и медицинские…

— Дураки мы были, когда хотели всему миру рассказать о способностях, — снова зашептала Рита. — Стало бы только хуже.

— Угу, — хмуро кивнул я. — Намного хуже. Сейчас сидели бы в квартире и боялись нос высунуть…

— Это точно…

Наконец загорелся зеленый сигнал светофора для пешеходов, и толпа качнулась вперед, когда из-за поворота вдруг вылетела спортивная машина ярко-желтого цвета и, не снижая скорости, помчалась прямо на людей.

Мир вокруг словно замедлился. Кто-то, не видя опасности, спокойно шагал вперед, кто-то застыл на месте, соображая, что происходит, кто-то из многочисленных детей завизжал, дергая за руку маму…

Спорткар приближался прямо ко мне, двигаясь, как в замедленной съемке, а у него на пути застыли две женщины с детьми и толстый полицейский с молодой девушкой. Скосив глаза, я запомнил место метрах в двадцати от дороги и, сосредоточившись, телепортировал туда всех оказавшихся между мной и машиной. Тех, кто сзади, я спасти уже не успевал.

Удар под колени снес меня с ног и подбросил в воздух, и последнее, что успел увидеть, это Риту, вытянувшую вперед руки, и то, как сминается капот машины, врезавшейся в ее силовое поле. А потом асфальт и небо несколько раз поменялись местами, и наступила темнота.

— Сережа, очнись. Ну же, давай, не умирай! — эта мольба была первым, что я услышал, придя в себя. — Сереж, ну давай, лечись, ну!

— Девушка, успокойтесь, скорую мы уже вызвали, — к голосу Риты добавился еще один. — Вы сейчас ничем ему не поможете…

— Я записал, прикинь! — где-то в стороне радостно галдел подросток. — Сейчас нашим всем пошлю!

— Не, ты видел, все исчезли, а потом она бах! — взахлеб рассказывала кому-то девушка. — Машина в клочья, а она даже не шелохнулась!

— Девушка, у меня запись с регистратора есть, вам копию скинуть? — донесся еще один голос, в этот раз мужской. — Девушка, вы куда?

С трудом открыв один глаз, я застонал и нашел в себе силы ощупать лицо. Судя по всему, второй глаз на месте, просто закрыт сползшей вниз, разорванной бровью. Зверски болели ноги, что не могло не радовать, ведь это значило, что позвоночник цел.

— Мужчина, вы что делаете, вам нельзя шевелиться! — взвизгнула какая-то женщина рядом, но я упрямо приподнялся и сел, ища взглядом Риту.

А Рита в это время пыталась открыть водительскую дверь сбившей меня машины.

— Девушка, да успокойтесь вы! — вился вокруг нее спасенный мной полицейский. — Понятно, что вы хотите всем помочь, но сюда уже едет скорая и спасатели!

Рита в ответ молча окинула его взглядом, задержавшись на кобуре с пистолетом, потом, ничего не сказав, саданула рукой в кожаной перчатке по боковому стеклу, пробив его насквозь. Затем открыла дверь изнутри и распахнула ее во всю ширь. Что там происходило внутри машины, я не видел, но Рита неожиданно отскочила назад и закрылась почти невидимым щитом. А из салона машины захлопали выстрелы…

Не в силах подняться на ноги, я перевернулся и пополз вперед, пытаясь увидеть водителя, но этого и не понадобилось. Расстреляв все восемь патронов, этот подонок вывалился из машины и пьяно проорал что-то Рите.

Если честно, что он хотел сказать, я не слушал, сосредоточившись на своей способности, и через мгновение подонок оказался высоко в воздухе.

А еще через пару секунд он рухнул на асфальт недалеко от меня. Протянув руку, я подобрал выпавший из рук негодяя пистолет, а потом, придвинувшись поближе, принялся шарить у него в карманах в поисках запасной обоймы.

— Руки вверх, бросить оружие! — скомандовал кто-то, и, подняв взгляд, я увидел все того же полицейского, с ошалевшими глазами направляющего на меня пистолет.

— Ах ты, гнида! — Рита подскочила к агрессору, словно разъяренная кошка, и выдернув из рук пистолет, отшвырнула толстяка, как подростка. — Мы тебя спасли, придурок!

— Рита, надо валить… — прохрипел я, нашарив наконец запасную обойму. — Давай, хватай детей, и я вас перенесу, а то мы тут уже популярны как никто…

Рита опомнилась и наконец заметила, что вокруг, не подступая, впрочем, слишком близко, собралась большая толпа, и каждый третий снимает происходящее на телефон.

— … здец… — ахнула супруга. — Никита, Маша, сюда быстро!

Откуда-то из-за моей спины выпорхнули дети и, подбежав к матери, прижались к ее ногам.

— А ты как же? — засомневалась Рита. — Слушай, ты же с людьми одежду перемещаешь, и предметы, давай я тебя покрепче схвачу, вдруг получится?

Не дожидаясь ответа, Рита кинулась ко мне и одной рукой обняла детей, другой крепко вцепилась в мою руку.

— Поехали! — буркнул я, и мы все вместе упали на пол квартиры. — Уй, блин, Маша, слезь с моих ног, они же сломаны!

— Да вроде бы уже опухоль спадает. — Рита задрала одну штанину и осмотрела мои голени. — Уже должен выздороветь, это же не страшней, чем когда метеориты?

— Надеюсь, что кости срастутся как положено, — простонал я, устало принимая более удобную позу на полу. — А еще мне жрать охота зверски…

— Я сейчас! — вскочила супруга и выбежала из комнаты.

— Я же говорил, что они мутанты, как в «Людях Икс», а ты не верила, — как гром среди ясного неба раздался голос Никиты. — Тогда, из машины, это папа нас перенес. А мама умеет пули останавливать!

— Нет, они джедаи! — не согласилась с ним Маша. — А на земле они от ситхов прячутся! А когда мы подрастем, они и нас научат. Пап, ведь правда же?

— Да нет, мутанты! И в нас, когда подрастем, этот ген проявится! — настаивал сын. — Скажи ей, пап!

Открыв глаза, я с тоской окинул взглядом внимательно смотрящих на меня детей, и опустил голову обратно.

— Мля-я-я-я-я…