Человек в зеркале

Глава 12

Первые ягодки

Три с половиной месяца назад

Переезд прошел успешно. Мы быстро собрали вещи, и я телепортировал семью на новую квартиру. Удобно получилось, что уж говорить. А в каком восторге пребывали дети! Никита уже через полчаса принес мне свой телефон с фотографией Диснейленда на экране и пытался уговорить меня когда-нибудь переместиться всей семьей туда. Пришлось объяснять, что перемещать я могу только в то место, где был лично, а вот по фотографии нет, не умею.

А жаль, кстати говоря. Было бы намного легче и удобнее жить. Взял вот так в охапку семью, открыл картинки в интернете, и айда путешествовать! Эх, мечты-мечты… Если честно, то о таком способе я подумал в первую же неделю, когда получил способности, но ничего не вышло. То ли в фильмах и книгах врут, то ли из меня вышел неправильный телепорт. Хотя я бы и вовсе от всех способностей отказался, лишь бы вернуть все как было до метеорита. Может, у кого есть или будет такая способность? Но даже если и будет, то как мы об этом узнаем?

Вообще, вчера после просмотра новостей настроение взрослой половины семьи было хуже некуда. И я, и Рита прекрасно понимали, что все катится к катастрофе лично для нас, да и для других людей со способностями, и катится все быстрее.

Дети, впрочем, тоже ходили грустные. Никита, я думаю, сто раз пожалел, что сунулся ко мне с телефоном, поскольку я сообразил наконец, что все симки на аппаратах детей тоже оформлены на меня, и когда нас начнут всерьез искать, то по этим телефонам вычислят в момент. Наверняка же у органов есть такая возможность? Поэтому телефоны и планшет у детей были изъяты, симки из них вынуты и утилизированы на ближайшем пустыре. А сами телефоны с вынутыми батарейками спрятаны в сумки.

Потом Рита обратила мое внимание на огромный интерес детей к сверхспособностям и на то, сколько роликов в сети они успели пересмотреть на эту тему. А потому после недолгого совещания мы снова отправились в тот лесок, где зарыли автомат, и поменяли местами оружие на мешочек с остатками кристаллов. Пусть лучше камни будут недоступны для детей, они сейчас опаснее оружия. А вот автомат — наоборот, дома может пригодиться. Не дай бог, конечно, но если приспичит, то лучше иметь его под рукой, чем переживать о собственной непредусмотрительности.

Заодно и занятие на вечер нашлось, и пока дети оккупировали телевизор, я учил Риту снаряжать магазины и обслуживать автомат. Собирать, разбирать, чистить. Благо самого меня этому научили надежно, не выветрилось еще из памяти за столько лет.

А утром я понял, что поторопился с телефонами. Нужно было сначала связаться с Николаем и обговорить дальнейшее наше общение. Несмотря на его неосмотрительность, прекращать наше сотрудничество я не хотел, просто собирался немного изменить его форму, создать связь в одностороннем порядке. Обговорить, когда и как с ним встречаться, но так, чтобы он не знал, где нас искать. И дело даже не в том, верю я ему или нет, но кто мы ему? Просто знакомые, и стоит кому-то приставить ствол пистолета к его голове, и все тайное сразу станет явным. А даже если он вдруг проявит чудеса стойкости — хотя с чего бы? — даже в этом случае пистолет может оказаться у головы его дочери.

Вот потому-то, оставив с детьми до зубов вооруженную, слегка паникующую Риту, я сейчас добирался на другой конец города, наслаждаясь прогулкой по заснеженным улицам. А во внутренних карманах куртки успокаивающе давили на грудь пистолет и стопка денег.

Деньги сначала брать не хотел, думал ограничиться небольшой суммой на проезд и кофе, но Рита поступила по-умному, настояв на том, что деньгами можно решить больше проблем, чем оружием, да и продуктов дома почти нет, а значит, на обратном пути нужно зайти в магазин и купить все, что нужно. И судя по внушительному списку, домой я буду возвращаться груженый как вол.

Машина Николая была припаркована у подъезда, ее я заметил сразу, но вот хоть убей, не мог вспомнить этаж и номер его квартиры. Впрочем, неудивительно, я и был-то у него всего один раз, когда дочку его лечил, да и не старался тогда запомнить.

Поэтому, покружившись у подъезда, отправился обратно к остановке за горячим кофе. Если ждать на холоде, так хоть с минимальным комфортом.

Купив кофе и какую-то сладкую булочку, я вернулся к подъезду и приготовился ждать, когда Николай выйдет наконец из дома. Возникла было мысль попинать машину, чтобы сработала сигнализация, но, подумав, я отмахнулся от этой идеи. Незачем привлекать ненужное внимание, и так торчу тут как непонятно кто.

Впрочем, долго мое ожидание не продлилось. Не успел я допить горячий напиток, как к нужному мне подъезду подъехал полицейский микроавтобус, и из него высыпали бойцы в броне и с автоматами.

Я дернулся, лихорадочно соображая, что делать: бежать или пытаться использовать способности с риском быть подстреленным, но полиция не обратила на меня внимания. Наоборот, бойцы быстро метнулись к двери подъезда и, открыв дверь, исчезли внутри.

Рядом с машиной остались только двое полицейских, ненавязчиво наблюдающих вокруг. Причем смотрели они и по сторонам, и на закрытую дверь подъезда одинаково внимательно. Я же, пытаясь сохранять спокойное лицо, быстро соображал, что мне делать. Развернуться и уйти? Палево. Стоял, чего-то ждал и вдруг сорвался с места, едва увидев полицию. Остаться стоять? Да как-то тоже не очень умно…

В итоге сделал то, чего и сам от себя не ожидал: демонстративно погасил сигарету, натянул обратно маску на лицо и неспешным шагом направился к входу в подъезд. А подойдя к двери, набрал на домофоне первый попавшийся номер квартиры.

— Здравствуйте, монтажник кабельного телевидения, плановое обновление оборудования, — нужные слова нашлись сами собой, и уже через секунду я вошел в теплый подъезд, где и завис, соображая, что делать дальше.

Сталкиваться с полицией мне откровенно не хотелось. В итоге, подумав, я решил не торчать внизу в ожидании неприятностей, а вышел на лестничную площадку и не спеша побрел вверх, решив заодно поискать знакомые очертания квартиры Николая. А полиция все равно на лифте поедет, кому охота в тяжелых брониках по лестнице скакать?

Надо сказать, что в итоге мне одновременно и удалось, и не удалось задуманное. Квартиру Николая я нашел на шестом этаже, но и полицейских обнаружил там же, хотя и не искал.

— Че встал, рот разинул? Проходи давай! — рявкнул на меня стоящий в дверях здоровенный полицейский и, добавив матерную тираду, жестом указал мне на лестницу.

— А что случилось? — включил я дурака. — И чего вы на меня орете?

— Террориста задержали, — буркнул полицейский. — Проходите, не мешайте работать. Или, может быть, хотите побыть понятым?

— Нет-нет, я понял, пойду домой уже, — пробормотал я и нарочито громко продолжил: — Террориста… Значит, бомба! Блин, так мы взорвемся же все!

— А ну стоять! Ты чего тут панику наводить вздумал? Нет никакой бомбы! — рыкнул полицейский, и тут же двери соседней квартиры распахнулись и на пороге возникла пожилая женщина в халате.

— А почему вы дом не эвакуируете, если есть подозрения на бомбу? — подозрительно поинтересовалась у стража порядка бдительная пенсионерка. — Совсем работать не хотите, за что вам деньги платят? А если мы тут взорвемся?

— Да успокойтесь вы, нет никакой бомбы! — грозно заявил полицейский, а после беспомощно обернулся в сторону квартиры. — Граждане, разойдитесь по домам, не мешайте работать.

— А ты на меня не кричи, молод еще! — сердито заявила пенсионерка. — А ну говори, за что Николай Ивановича хватаете? Никакой он не террорист, у него еще дочка больная, только выздоравливать начала!

— Следствие разберется, — отрезал полицейский в ответ.

А потом из квартиры вывели Николая в наручниках. Я благоразумно вышел на лестничную площадку, а оттуда на общий балкон, с которого прекрасно просматривалось пространство перед подъездом, и задумался. Если честно, то в тот момент в моей голове совесть вела неравный бой со здравым смыслом. Спасать Николая и подставиться самому или оставить все как есть, и уже завтра в полиции будут знать все о наших с ним не совсем законных делах? Почему-то мысль о том, что свидетеля можно просто убить, мне тогда в голову не пришла. А если бы и пришла, смог бы я это сделать? Не думаю. В тот момент не смог бы.

Признаться честно, когда я увидел, как выводят Николая из квартиры, то первая моя мысль была пробиться к нему поближе и телепортироваться с ним вместе, оставив полицейских с носом. Но, к счастью, на эту глупость я так и не решился. А глупость была бы изрядная. Во-первых, как быстро меня бы спеленали эти тренированные парни? Наверняка еще до того, как я сумел бы коснуться Николая. А если бы даже смог к нему протолкаться, успел бы кто-то из полицейских схватить меня, и что? Перенесся бы с нами? А потом?

В общем, пока я решал, вмешиваться или нет, в голове родился другой план, простой, как три рубля, и надежный, как… Короче, надежный.

Дождавшись, пока из подъезда выведут Николая, я улучил момент, и когда его никто не касался, телепортировал к себе на балкон. А потом, не давая опомниться спасенному, вцепился в него и перенес поближе к его даче.

— Как ты это сделал? — Растерянный Николай осел прямо на снег и вертел головой, пытаясь сообразить, что случилось.

— Как, как… Каком кверху! — буркнул я. — Вставай давай, пошли от наручников избавляться.

Не дожидаясь, пока спасенный адекватно отреагирует на происходящее, я рывком поставил его на ноги и, не слушая, повел к даче.

— Шевелись давай, пока и сюда не приехали, — прикрикнул я. — Допрыгался?

— Я допрыгался? — возмутился вдруг Николай. — Это же вы…

— Что мы? — рявкнул я, остановившись. — Кто к нам этих отморозков привел? На деньги позарился? И что? Помогут тебе сейчас деньги?

— Каких отморозков?

— Тех, что вчера в Москве машины жгли с депутатами, — буркнул я в ответ. — Нет, депутатов не слишком жалко, хрен с ними, но эти дебилы всех нас под удар подставили, теперь будет ответка.

— Какие отморозки, какие депутаты? Ты о чем вообще⁈ — заорал в ответ Николай.

— Ты телевизор не смотришь, что ли?

— Смотрю иногда, — уже спокойнее ответил Николай и, опомнившись, зашагал вперед, стараясь удерживать равновесие на скользкой дорожке, неловко взмахивая скованными руками. — В воскресенье смотрел. В это. Или в прошлое… Да и не до него как-то было в эти дни.

— Ясно все с тобой. — Я догнал арестанта и зашагал рядом, придерживая его за локоть. — Шагай давай, по ходу расскажу. Инструменты в доме есть?

— Болгарка, только руку мне не отпили, — вздохнул Николай. — Так что случилось-то?

На даче нас никто не ждал, и пока мы освобождали руки несостоявшегося «террориста», я вкратце рассказывал ему содержимое вчерашнего выпуска новостей, а Николай в ответ морщился и тихо матерился, не то от новостей, не то от боли в обожженных руках. Сами кисти рук я, отпиливая дужки наручников, не задел, но нагретым металлом, да и искрами, шкурку ему попортило. Ну да ничего, уроком будет.

— Это что получается, мы с тобой создали террористов-революционеров? — уточнил Николай, выслушав мой рассказ. — И менты уже вычислили, кто им продал способности?

— Что значит мы? — раздраженно осадил я посредника. — Кто их ко мне привел как надежных клиентов? Да еще и засветил им всю мою семью?

— Я и не говорил, что они надежные, — пошел на попятную Николай.

— То есть ты привел к моей семье ненадежных людей, даже не зная, что они из себя представляют? — удивился я. — Ты что, охренел вообще?

— Так, стой! — вскинул руки Николай. — Один из них — племянник моего хорошего знакомого, и тот клятвенно заверял, что сделка пройдет как положено, без неприятностей. Так и вышло, правильно? А о том, для чего им все это, я даже не догадался спросить. Нет, ну сам посуди, кому в здравом уме такое в голову придет?

— Ну сам видишь, этим же пришло в голову… — поморщился я. — Ладно, поздно выяснять, кто виноват. Дочка твоя где?

— Неделю назад еще к тетке в деревню отправил. Нечего ей в городе сейчас делать. Пусть свежим воздухом подышит, пока вся эта кутерьма не закончится.

— А ты оптимист, — криво усмехнулся я. — Еще ничего не начиналось. Как раз сейчас все и начнется. Нас будут искать, и уже не просто участковые. За тобой вон десяток спецназовцев прислали, боюсь представить, кто за нами с Ритой придет. Да и будут ли утруждаться, может, просто снайпера отправят, и все. Нет человека — нет проблемы. Ладно, разберемся… Ты куда сейчас?

— К дочке, — вздохнул Николай. — Там меня искать не будут, тетка по линии жены, вряд ли кто-то про нее вообще вспомнит.

— Хорошо. Деньги есть? На что жить будете?

— Да, есть. Я почти все, что было, дочке с собой отдал. На всякий случай. Только… — Николай замялся. — То, что осталось, лежит в квартире, а мне, как я понимаю, туда лучше не соваться, правильно?

— Еще бы! — кивнул я и достал кошелек. — Сколько тебе нужно, чтобы добраться? Да и на чем ты ехать собрался? Я тебя переместить не смогу в незнакомое место, сразу предупреждаю. Хотя… Где деревня находится?

— Под Тамбовом. Километров шестьдесят от города. Как думаешь, на вокзалах меня уже ищут?

— Да даже если и нет, что ты там без паспорта сделаешь? Даже билет купить не сможешь.

— Ну отчего же, билет купить можно, если с водителем договориться, — отмахнулся Николай. — Ну не совсем билет, а просто денег дать. Это часто практикуется.

— Нет, рисковать не будем, — покачал я головой и предложил более удобное решение: — В Тамбов я тебя перенесу, как раз в район автовокзала, был там недавно… Там тебя не ждут, так что проблем не возникнет. Ну а оттуда уже такси наймешь. Только обещай, что пересидишь в этой своей деревне хотя бы месяц, ладно? Мне бы не хотелось, чтобы нас с Ритой и детьми неожиданно поймали только потому, что ты про нас рассказал все, что знаешь.

— Да я… — попытался было возмутиться Николай, но, наткнувшись на мой взгляд, сник. — Ладно, договорились.

Подумав, я вынул из кошелька две пятитысячные купюры и протянул их бывшему посреднику.

— Вот, должно хватить.

— Спасибо! — Николай протянул руку и, попрощавшись, зажмурился. — Давай, я готов!

— Даю… — тяжело вздохнул я и, убедившись, что Николай исчез, устало опустился на стул рядом с верстаком, от которого мы так и не отошли.

Перемещения в таких количествах давались мне все тяжелее. Усталость накатила такая, как будто вагоны весь день разгружал. А ведь еще домой…

— Так, стоп! — Я вскочил, сообразив, что случилось, а потом махнул рукой и опустился обратно на стул. — Твою-то мать, это мне что теперь, пешком домой топать?

Впрочем, особо сильных переживаний на эту тему я не испытывал. Да, облажался, с кем не бывает. Устал, затупил… Можно было бы, конечно, вызвать такси, меня с этой внешностью все равно никто не узнает, но новый телефон я так и не купил, не придумал еще, как это сделать, не засветив при этом паспорт. Раньше, лет десять назад, помню, стояли рядом с торговыми центрами студенты со складными столиками, которые подключали к различным мобильным операторам, и за отдельную плату могли оформить сим-карту на предыдущего покупателя. Нет, сам я такой опцией не пользовался, просто не было необходимости, а вот на мой паспорт однажды карту оформили. И узнал я об этом только после того, как мой мобильный оператор начал бомбардировать меня сообщениями с требованием погасить долг, о котором я и понятия не имел. Было обидно. Разумеется, после такого я не пользовался услугами подобных передвижных точек ни разу. Есть ли они сейчас? Нужно поискать…

Отдохнув, я вышел из дома и, еще раз тяжело вздохнув при мысли о расстоянии до города, зашагал по заснеженной дороге.

Несмотря на усталость, шагалось легко. Давненько у меня не было возможности вот так подумать о чем-то, никуда не спеша, все время аврал, дела, проблемы. А сейчас куда торопиться? Как ни торопись, а быстрее в город не доберешься, автобус, как мне помнится, отсюда ходит раз в час, как раз успею не спеша три километра до остановки дотопать.

Правда, немного раздражало звонкое гавканье соседской собаки, которая, просунув морду под ворота, изображала из себя звонок. Ну как собаки? Небольшого мохнатого недоразумения размером с кошку. Один мой знакомый называет эту породу «продукт собакосодержащий». На редкость противные создания, как по мне.

Внезапно в голову пришла идея, и я встал как вкопанный посреди дороги.

— А ну-ка иди сюда! Кыс-кыс-кыс, — позвал я животное, которое, увидев, что на него обратили внимание, разгавкалось пуще прежнего. — Не хочешь, значит? А придется…

Телепортация сработала как положено, и уже через мгновение мой мохнатый билет в город был у меня в руках. Ведь, по сути, я могу перемещать живых существ, так? Значит, и собаку смогу, а вместе с ней перенесусь и сам. Довольный своей находчивостью, покрепче схватил мохнатое чудовище и, представив себе двор нужного дома, переместился.