Дао. Три сокровища. Беседы о «Дао Де Цзин» т. 2

Глава 6 ДИСЦИПЛИНА И КОНТРОЛЬ

26 июня 1975

Первый вопрос:

Вы говорите, что тому, кто хочет достичь, сначала нужны дисциплина и усилия. Не является ли это вопросом эго и не укрепится ли оно? Я всегда над собой упорно трудился и потерял много радостей в жизни. Пожалуйста, объясните разницу между дисциплиной и контролем»

Здесь не просто разница, здесь громадная разница: дисциплина и контроль — это полные противоположности.

Контроль идет от эго, дисциплина от не-эго; контроль — чтобы манипулировать собой, дисциплина — чтоб понять себя; дисциплина — естественный феномен, контроль — искусственный; дисциплина — спонтанна, контроль — своего рода давление. Дисциплина нуждается только в понимании; вы понимаете и действуете в соответствии со своим пониманием. В дисциплине нет образцов для подражания, дисциплина — это не завершенность; дисциплина постепенно ведет вас к целому.

Контроль — это совершенствование, у него есть идеалы, к которым надо стремиться: у вас в мозгу есть идея о том, каким вам следует быть, контроль диктует, что следует и что не следует делать. Дисциплина не имеет ничего подобного. Дисциплина — это естественное понимание, цветение.

Само слово «дисциплина» происходит от того же корня, что и слово «изучать»; оно происходит от того же корня, что и слово «ученик». Ученик — это тот, кто готов учиться, а дисциплина имеет то свойство открытости, которое помогает вам учиться.

Дисциплина не имеет ничего общего с контролем. Действительно, дисциплинированный ум никогда не является умом, мыслящим в терминах контроля, для этого нет необходимости. Дисциплинированному уму не нужен контроль, дисциплинированный ум абсолютно свободен.

Недисциплинированный ум нуждается в контроле, потому что он чувствует, что без контроля опасно. Недисциплинированный ум не доверяет сам себе, отсюда необходимость в контроле. Например: если вы не контролируете себя, вы можете кого-нибудь убить — в гневе, в ярости вы можете стать убийцей. Вам необходим контроль, потому что вы боитесь сами себя.

Понимающий человек, человек, понимающий себя и других, всегда имеет сострадание. Даже если кто-то является его врагом, понимающий человек имеет к нему сочувствие, потому что понимающий человек может понять также и точку зрения другого человека. Он знает, почему другой относится так, как относится; знает, почему другой сердит, потому что знает себя самого и, зная это, он узнал всех остальных. Он имеет сочувствие, он понимает и следует этому пониманию.

Когда я говорю это, не поймите меня превратно: понимание в действительности не нуждается в том, чтобы ему следовали. Само слово «следует» дает представление о необходимости что-то делать: вы понимаете, потом вам нужно что-то делать — следовать. Нет, поймите, и все устроится само собой Вам не нужно следовать. Оно начнет происходить.

Итак, первое, что нужно понять: есть разница между контролем и дисциплиной. Контроль — фальшивая монета, изобретенная обществом как заменитель дисциплины. Он очень похож на дисциплину: всякая фальшивая монета имеет это свойство, только она не может стать наличностью, она не циркулирует на рынке. Существует много фальшивых монет в сфере внутренней жизни. Например: контроль — фальшивая монета по отношению к настоящей монете дисциплины, и для настоящей монеты понимания, знание — фальшивая монета.

Для религии, секта — это фальшивая монета. Чтобы заполнить вашу потребность стать религиозным, вам предлагаются многие фальшивые секты — христианство, индуизм, джайнизм. Все «измы» фальшивы. В содержании религии нет «измов», это не догма. Это нечто, что расцветает в вас, а не что-то, что насильно вносится извне. Всегда помните о существовании фальшивых монет, потому что они ходят в обращении, и они в обращении так долго, что люди почти полностью забыли о настоящих монетах. Религия — это не христианство, не индуизм, не мусульманство, религия — это просто религия. Это позиция, до которой нужно вырасти, в ней нельзя родиться.

Никто не может быть религиозным от рождения, это приходит через творческое усилие, это приходит через страдания и опыт, это приходит через блуждания и возвращения домой, это приходит через ошибки и возвращение на истинный путь. Через множество страданий, постепенно в вашей сущности начинает выкристаллизовываться определенное качество: откристаллизованная сущность религиозна, и аромат, окружающий откристаллизованную сущность, есть религия. Это не поддается объяснению.

То же самое верно о контроле и дисциплине. Остерегайтесь контроля. Никогда не пытайтесь контролировать себя. Кто в самом деле станет контролировать? Если вы понимаете, нет нужды контролировать; если не понимаете, тогда кто же будет контролировать? В этом сложность всей проблемы.

Если вы понимаете, тогда зачем контролировать? Вы понимаете, и тогда все, что вы делаете, верно. Не то чтобы вам нужно это делать, вы просто это, потому что как вы можете делать неправильно? Если вы голодны, вы не станете есть камни, вы понимаете, что камни есть нельзя, вот и все. И совсем не надо давать вам распоряжение: «Никогда не ешьте камни, когда вы голодны». Было бы глупо, просто глупо говорить это. Когда вы хотите пить, вы пьете воду. Какая нужда выдавать «следует — не следует» по этому поводу?

Жизнь проста, когда вы ее понимаете. В ней нет инструкций и правил, они и не нужны, потому что само ваше понимание это правило всех правил. Есть только одно золотое правило — понимание, все другие правила бесполезны, их можно вышвырнуть. Если вы понимаете, вы можете отбросить контроль, можете быть свободны, потому что чтобы вы ни делали, вы будете делать это через понимание.

Если вы попросите меня определить, что такое «правильно», я отвечу: «То, что делается через понимание». «Правильно» и «неправильно» не имеют объективной ценности, нет ничего, что можно уподобить «правильному действию» и «неправильному действию», есть только действия, совершенные через понимание, и действия, совершенные через непонимание. Поэтому иногда возможно, что одно действие будет неправильным в данный момент и правильным — в другой момент, потому что ситуация изменилась и теперь понимание говорит что-нибудь другое. Понимание — это жизнь от одного момента до другого с чутким откликом на жизнь.

У вас нет утвержденной догмы о том, как действовать; вы смотрите вокруг, чувствуете, видите и затем действуете исходя из чувства, из увиденного, узнанного, — действие приходит.

У человека, подвластного контролю, нет видения жизни, у него нет восприимчивости к жизни.

Когда дорога лежит прямо перед ним, открытая, он справляется с картой, когда дверь прямо перед ним, он спрашивает других: «Где дверь?» Он слеп. Тогда ему приходится контролировать себя, потому что "дверь” меняется каждый миг. Жизнь не мертвая, статичная вещь, нет. Она динамична.

Поэтому то же самое правило, которое было хорошим вчера, не будет хорошим сегодня и не сможет быть хорошим завтра. У человека, живущего в постоянном контроле, установившаяся идеология: он следует карте. Дороги меняются каждый день, жизнь движется в новое измерение, а он продолжает следовать своей старой потрепанной идеологии. Он смотрит на свою идею, потом следует ей и всегда попадает в нелепое положение.

Вот почему вы чувствуете, что упустили много радостей жизни. Вам пришлось упустить, потому что единственная радость, которую может дать жизнь, это отклик понимания. Тогда вы чувствуете много радости. Но тогда у вас нет никаких правил, никаких идей, никаких идеалов, тогда вы здесь не для того, чтобы следовать определенному кодексу, вы здесь, чтобы жить и открывать свой собственный кодекс жизни.

Когда вы осознаете свой собственный кодекс жизни, вы увидите, что это не установленная на века вещь. Он подвижен, как сама жизнь.

Если вы стараетесь контролировать, то это эго манипулирует по-разному вами. Через эго общество манипулирует вами, а через общество мертвые, все те, кто сейчас мертвы, манипулируют вами. Всякое живое существо, если оно следует мертвой идеологии, следует мертвому.

Заратустра прекрасен. Будда прекрасен, Лао-цзы прекрасен. Иисус прекрасен, но к ним больше не обращаются. Они прожили свои жизни, они расцветали чудесно: учитесь через них, но не будьте тупыми последователями. Будьте учениками, но не студентами.

Студент учит слово, мертвое слово; ученик изучает именно секрет понимания, и тогда он имеет свое собственное понимание, и, когда он имеет свое собственное понимание, он идет своим собственным путем. Он отдает дань уважения Лао-цзы и говорит: «Теперь я готов, я благодарен, я пойду собственным путем». Он всегда будет благодарен Лао-цзы — и это парадокс: люди, которые неуклонно следовали Иисусу, Будде или Магомету, никогда не могут простить их. Если вы упускаете радость жизни из-за них, разве можете вы простить их? Как вы можете быть им благодарны? Конечно, вы очень рассержены. Если вы бы встретились с ними, вы бы их уничтожили, убили, потому что это люди, которые заставили вас контролировать жизнь, это люди, которые не позволяли вам жить так, как вам бы хотелось; эти люди, Моисей и Магомет, которые давали вам рекомендации как жить. Вы не можете простить их. Ваша благодарность фальшива. Вы так несчастны, какая может быть благодарность. За что? За свое несчастье вы должны быть благодарны? Нет, вы можете быть благодарны, только когда вы блаженствуете.

Благодарность следует, как тень, когда в вас внутреннее блаженство, чувство постоянной благодати.

Будьте человеком дисциплины и никогда — человеком контроля. Как вы можете быть дисциплинированным? Вам известно только одно значение дисциплины — быть под контролем, своим или чужим. Выбросьте все правила и инструкции и проживайте жизнь с глубокой чуткостью, вот и все. Понимание должно стать единственным законом. Если вы поймете, вы полюбите, если вы полюбите, вы никому не причините зла; если вы поймете, вы будете счастливы; если вы будете счастливы, вы поделитесь; если вы поймете, вы станете таким блаженным, что из всего вашего существа, постепенно как непрерывность, как река, будет подниматься благодарность существованию. Это молитва.

Постарайтесь понять жизнь, а не насиловать ее, и оставайтесь всегда свободным от прошлого, потому что если прошлое присутствует здесь, вы начинаете контролировать и вы не можете понять жизнь. Жизнь быстротечна, она не ждет.

Но почему же люди стремятся создать правила? Почему они вообще попадают в ловушку? Они попадают в ловушку, потому что жизнь-понимание — это опасная жизнь. Вам приходится полагаться на себя. Жизнь-контроль удобна и безопасна, вам не нужно полагаться на себя. Моисей все за вас сделает, Библия все сделает, Коран все сделает, Гита сделает, вам нет нужды беспокоиться об этих проблемах, вы можете избежать их. Вы можете укрыться в старых словах, мыслях, вы цепляетесь за них. Вот как сделать жизнь уютной, удобной, но жизнь-удобство — это не жизнь-наслаждение. Тогда вы теряете радость, потому что радость возможна, только если вы живете опасно. Другого пути жить нет.

Живите опасно, и когда я говорю: «Живите опасно», я имею в виду живите в согласии с собой, чего бы это не стоило. Что бы ли было поставлено на карту, живите в согласии со своей совестью, в согласии со своим сердцем и чувством.

Когда вся надежность утрачена, уют и удобства утеряны, вы можете быть счастливы. Вы можете быть нищим, вы не можете быть королем, вы можете быть в лохмотьях на улице, но ни один император не сможет состязаться с вами. Даже императоры чувствуют зависть по отношению к вам, потому что у вас будет богатство, не богатство вещей, а богатство сознания. Вокруг вас будет нежный свет, и у вас будет блаженное чувство. Даже другие люди смогут соприкоснуться с этим ощущением: оно такое зримое, такое ощутимое, что будет действовать на других, оно станет магнитом.

Снаружи вы можете быть нищим, но внутри вы стали королем.

Но если вы проживете жизнь в комфорте, надежности, уюте, вы будете избегать опасности, будете избегать многих трудностей и страданий; но избегая эти трудности и страдания, вы избежите все возможные наслаждения в жизни. Когда вы избегаете страданий, вы избегаете наслаждений, запомните это. Когда вы стремитесь уйти от проблем, вы уходите от их решения. Когда вы не хотите лицом к лицу встретить ситуацию, вы калечите свою жизнь. Никогда не живите контролируемой жизнью—это жизнь беглецов, но будьте дисциплинированными. Дисциплинированными не в соответствии со мной, не в соответствии с кем-то, но в соответствии со своим собственным светом. «Будьте светом самому себе», вот последнее, что сказал Будда перед смертью, последняя мысль, которую он произнес: «Будьте светом самому себе». Это дисциплина.

Второй вопрос:

«Будда посылал тех, кто боится смерти, медитировать на кладбище, чтобы подготовить их к настоящей медитации. Я чувствую, что у меня страх смерти, это барьер на пути медитации. Куда вы собираетесь послать меня?»

В этом нет нужды: вы пришли на кладбище. Это английское слово «cemetery» — прекрасное слово, оно происходит от санскритского слова «самадхи». В Индии слово «самадхи» имеет два значения: «кладбище, могила, где человек похоронен», а также «окончательное осознание», «полное осознание» — оба, потому что оба — это вид Смерти.

Когда вы умираете, это обычная смерть тела, но пучок разума выживает, отправляется получить новое рождение, реинкарнацию, движется в колесо жизни и смерти. Обычная смерть — это не полная смерть, это частичная смерть, одна ваша часть умирает, но оставшаяся часть так сильна, что пересоздает мертвую часть, и новое тело строится опять. Новое тело опять кристаллизуется.

Потом есть окончательная смерть. Окончательная смерть — это только смерть Будды, того, кто узнал, что пришел узнать секрет жизни; он понял все, что жизнь может дать, теперь для него не осталось ничего, чтобы вернуться, он сдал экзамены и больше не вернется. Он умер не только как тело, он умер как разум, как эго. Он умер окончательно. Остается только внутренне пространство, стены между внутренним и внешним исчезают.

Мы называем это «самадхи», и английское слово «cemetery» происходит от самадхи. Нет, я не собираюсь вас никуда посылать. Я — ваше самадхи, ваше кладбище здесь. Вы можете умереть во мне.

Обычное кладбище не годится, вы можете привыкнуть к нему. Есть люди, работающие на кладбище, живущие там, но они не могут стать просветленными. Они привыкли, укоренились, все действо стало рутиной. Каждый день приходят люди, несут тела мертвых, они помогают хоронить или хоронят их, вот и все. Потом они принимаются за еду и идут спать, они живут обычной жизнью.

Если я пошлю вас на кладбище, вы может испугаться, потому что это новый опыт. Но постепенно вы успокоитесь, и оно не будет как-то особенно на вас воздействовать. Поэтому я позвал вас к себе. Если вы посмотрите на меня, вы найдете свое окончательное кладбище. Поэтому сейчас нет нужды посылать вас куда-то еще.

Третий вопрос:

«Во все годы, что я очищаюсь, терапевтически и медитацией, я никогда не терял контроль. У меня всегда такое чувство, будто я пребываю в ощущении и наблюдаю за ним. Это расщепление и не-целость? Пожалуйста, объясните, что происходит. У меня есть мнение, что себя нужно утратить полностью, быть инертным, потерять контроль»

Есть два выхода из этой ситуации: потерять контроль полностью или обрести контроль полностью. Есть две тропы. Одна — глубокое вовлечение, такое глубокое, что за ним ничего не остается. Например, суфии в своих танцах дервишей вовлекаются полностью, они пропадают, поглощаются.

Затем есть еще одно измерение осознания. Люди Дзен остаются чуткими и осознающими: неся воду из колодца, рубя в лесу деревья, принимая пищу, питье, гуляя, отправляясь спать, приготовляя постель: чтобы они ни делали, они остаются полностью чуткими.

Это два пути. Или стать полностью осознающим, и тогда, что бы ни происходило, оно становится полностью объективным, вы полностью отсекаетесь от этого, становитесь свидетелем. Или вы вовлекаетесь полностью, так, чтобы вообще не было свидетеля, вы становитесь всем тем, что происходит; если вы танцуете, вы становитесь танцем, и этому нет свидетеля. Оба ведут к одному и тому же, потому что в глубине своей дело не в том, утратили вы чуткость или нет, дело в том, что оно должно быть целым — или полностью утраченным или полностью сознаваемым. В обоих случаях вы исполняете условие пребывания полностью.

Поэтому не думайте, что они противоположности.

И есть два типа людей: те, которые могут легко утратиться — люди чувственного типа, и другой тип — люди интеллектуального типа. Поэтому, нужно помнить свой тип и найти его. Если вам трудно полностью утратить себя, тогда забудьте об утрате, не боритесь с этим. Бросьте эту идею. Может быть, вы интеллектуальный тип, тогда вот ваша тропа: будьте чутки. Забудьте всю неразрешимую идею утраты, она не для вас. Будьте сознающим. И не чувствуйте так, будто вы лишаетесь чего-то. Вы достигнете того же самого пункта другим маршрутом. Будет достигнута та же вершина, но тропа будет другой.

Есть только два типа людей, поэтому и тропы только две.

Одна тропа преданности, то что в Индии называют бхакти йога, тропа любви и преданности — Мира, Чайтанья, в танце, в пении, полностью утрачивая себя. Когда мееры танцуют свой единственный танец, мееры не существуют, танцовщица полностью сливается со своим танцем. Когда шайтан поет и танцует, он не существует, он полностью стал одним целым с действом.

Затем есть Будда, Махавира: они осознают, наблюдают, что они делают. Они так чутки к тому, что происходит снаружи, что оно вовсе не волнует их. Они остаются равнодушными. Они проходят по воде, и вода не касается их, они остаются невовлеченными, не преданными, не отождествленными.

На мой взгляд оба пути верны, потому что у меня широкий взгляд на вещи. Если вы пойдете к буддистам, вам скажут: «Не ходите тропой преданности, вы пропадете». Если вы пойдете за Чайтаньей, вам скажут: «Не слушайте этого буддиста, потому что пока вы не потеряете себя, как вы можете достичь этого? Вы станете эгоистом».

Но я вам говорю, что туда идут оба пути. Действительный вопрос не в том, какую тропу выбрать, а в том, к какому типу вы относитесь. Просто почувствуйте свой тип. И если с годами очищением терапией и медитацией вы никогда не сможете потерять контроль, тогда по крайней мере бросьте идею о потере контроля. Старайтесь быть наблюдателем.

Четвертый вопрос:

«Вы сказали, что только человек жесток и убивает ради развлечения и что животные убивают только ради пищи. А я видел, как собаки разрывали на части лису ради развлечения, лисица убила девять цыплят и съела только одного, не говоря уже о красных муравьях, которые одолели нас во время медитации. Не относит ли это животных к одной категории с человеком?»

Вы должно быть встречали очень высокоразвитых животных, которые родятся людьми в своих будущих инкарнациях. Они почти люди.

Собаки испорчены человеком. Животные, живущие с человеком, испорчены, они очеловечиваются: собаки, кошки, и другие животные. Если вам встречалось много случаев, когда вы чувствовали, что жестокость совершается ради развлечения, тогда это человеческие существа. Вскоре вы их встретите где-нибудь в человеческом обличье. Но я вам говорю, что только человек жесток. Вы можете не понимать других животных: они могли убить больше, чем могли съесть, это указывает только на то, что они не сильны в арифметике, вот и все. Они, должно быть, убили больше, чем в состоянии съесть. Это просто показывает, что они не знают, как рассчитывать наперед. Но это не спорт. Они делают это не просто для удовольствия, нет.

И муравьи, ползающие у вас по телу во время медитации, не жестоки, они о вас совсем ничего не знают. Они занимаются своим делом — они очень деловиты — они, может быть, путешествуют, а вы стоите на их пути, вот и все. На деле это вы беспокоите их, а не они вас. Вы сидите здесь, как скала, думаете, что у вас медитация и нарушаете весь их маршрут. Термиты — великие последователи своих вождей: вождь пошел этой дорогой, значит все термиты идут этой дорогой. Они всегда под контролем, они как армия. Поэтому им приходится переходить вас.

Вы думаете, что они мешают вам, вы думаете, что это они вас тревожат, а они думают, что это вы им мешаете, беспокоите их. Нет, они не жестокие. Никто не жесток, за исключением человека, никто не может быть жесток, потому что чтобы быть жестоким нужна большая мыслительная способность. Чтобы быть жестоким, нужно думать о будущем, нужно вычислять будущее. Чтобы быть жестоким, нужно слишком много думать о прошлом — прошлом опыте, возможностях, невозможностях — и будущем. Надо быть хитрым, умным. Чтобы быть жестоким, нужно быть последователем Макиавелли или Чанка. Макиавелли говорил в своем «Государе», что прежде чем, как кто-то напал на вас, вам следует напасть самому, потому что это единственный способ защиты. Даже если другой еще и не напал на вас, вы только подозреваете, до того, как он ударил, ударьте его первым, потому что именно в этом защита. Если вы ударили первым, у вас больше возможностей выиграть; если он ударит первым — меньше.

Макиавелли говорит: «Не доверяйте никому, даже другу, потому что кто знает: и друг может стать врагом на следующий день. Не рассказывайте другу того, чего вы не хотели бы рассказать врагу; не рассказывайте ничего про врага, ничего плохого про врага, потому что кто знает: может быть, на следующий день он станет вашим другом и тогда будет барьер». Это ум, это хитрость. Этот человек, Макиавелли, был действительно очень умный, хитрый. Никто никогда не достигал таких вершин хитрости. Каждый монарх на Западе прочел его книгу, но ни один монарх не воспользовался его опытом, потому что такой умный человек мог быть очень опасен. Он жил бедняком и умер бедняком. Он искал расположения, но все двери для него были закрыты. Его книга принята везде, а он — нет: такой умный может быть очень опасен. Они применяли его собственную идеологию против него: если человек слишком умен, он натворит бед. Став однажды близким, он может принести несчастье.

Человек порочен, потому что только человек может быть макиавельянцем. Другие животные простые, очень простые, и когда вы думаете, что они делают что-нибудь порочное, вы ошибаетесь. Вы думаете, что комары мешают вам в вашей медитации, а они вообще ничего не знают. Они вас совершенно не знают, вы для них просто пища, а они ищут пищу, просто пищу.

Когда вы подходите к дереву, к яблоне или другому фруктовому дереву, берете с него плод, вы никогда не думаете, что вы порочны по отношению к дереву? Нет, такая мысль никогда не возникает. То же самое происходит в отношении комаров к вам, и комары очень беспристрастны, даже с Буддой они сделали бы то же самое.

Я как-то был в Сарнатхе, там где Будда произнес свою первую проповедь. Будда обошел только небольшую часть Индии, Бихар, поэтому за сорок лет странствий он прошел каждую деревню много раз, но в Сарнатх он больше не приходил. Он был там только один раз и больше никогда не приходил.

Поэтому я спросил буддиста, бхикху, настоятеля храма в Сарнатхе, в чем дело? Почему Будда больше не приходил? Он подумал и сказал: «Наверное, комары... В Сарнатхе больше комаров чем во всей Индии».

Комары беспристрастны. Им все равно, Будда вы или нет, в медитации вы или убиваете кого-то, они ищут себе еду. И так же как и вы в поисках еды никогда не чувствуете себя порочными, почему же они должны считать себя порочными? Никто не порочен. Даже микробы, которые могут вас уничтожить, не порочны, они ищут свою еду. Даже микробы, создающие рак в вашем теле, который вас непременно убьет, потому что никакое лекарство не в силах помочь — даже они не порочны, они не макиавельянцы, они не политики. Они простой народ, просто добывающий себе пищу, и они очень счастливы, что нашли дом в вас. Они не причиняют вам зла умышленно, потому что они ничего не могут делать умышленно. Они также наслаждаются жизнью так же, как и вы наслаждаетесь жизнью.

Когда-нибудь вы поймете это... Я не имею в виду то, чтобы вы прямо сели голышом и стали бы пищей для них, я не это имею в виду. Вы защищаетесь, но не думайте, что они порочны. Вы защищаетесь. Если бы дерево могло защищаться, оно защищалось бы от вас. Вы защищаетесь. Даже москиты защищаются, даже они приобрели иммунитет против ДДТ. Каждому приходится защищаться. Я не говорю: что вам следует стать жертвой и, считая, что москиты не вредны, вам следует сидеть голым и позволять им забираться на вас, потому что они ищут пищу. Тогда вы ударитесь в другую крайность, другую глупость.

Вы защищаете себя, каждый защищается. Даже москит будет защищать себя, но не думайте, что они порочны, потому что мысль о том, что жизнь вокруг вас порочна, очень опасная. Эта мысль повредит вам больше, чем всем животным, и всем москитам, и всем термитам вместе взятым, потому что эта мысль даст вам ощущение отделенности от жизни, эта мысль породит в вас вражду к жизни, эта мысль никогда не позволит вам уступить целому.

Пятый вопрос:

«Что такое деньги и почему большинство людей так или иначе чувствуют глубокий дискомфорт в отношении их?»

Это волнующий вопрос, потому что деньги — это не то, чем они кажутся. Деньги имеют глубокие корни. Деньги не просто имеют вид наличных банкнот. Они имеют отношение к вашему внутреннему миру и вашему мнению. Деньги — это ваша любовь к вещам, деньги — это ваше убежище от кого-либо; деньги — ваша безопасность от смерти; деньги — ваша попытка контролировать жизнь; деньги — это тысяча и одна вещь. Деньги не просто наличные банкноты, иначе все было бы очень просто.

Деньги — это ваша любовь к вещам, не к людям, самая удобная любовь — это любовь к вещам, потому что вещи мертвы, вы легко можете владеть ими. Вы можете владеть большим домом, дворцом — величайшим дворцом вы легко можете владеть, — но вы не можете владеть даже крохотным ребенком; даже ребенок протестует, даже ребенок борется за свободу. Маленький ребенок, самый маленький, опасен для человека, который хочет владеть.

Люди, не способные любить людей, начинают любить деньги, потому что деньги — это средство владеть вещами. Чем больше у вас денег, чем большим числом вещей вы можете владеть, тем больше вы забываете о людях. У вас будет много вещей, но вы нисколько не будете удовлетворены, потому что удовлетворение только тогда глубоко, когда вы любите человека. Деньги не могут протестовать, но они так же неспособны на отклик, вот в чем беда. Вот почему скряги так безобразны. Никто никогда не ответил на их любовь. Как вы можете быть прекрасны, если вас никто не любит, без любви, льющейся на вас, как дождь на цветок, как вы можете быть прекрасны? Вы становитесь безобразны. Вы закрываетесь. Человек, обладающий деньгами или стремящийся их иметь, скупец и он всегда будет бояться людей, потому что если им будет позволено приблизиться к нему, с ними придется делиться. Если вы позволяете кому-то быть с вами близким, вам приходится также чем-то с ним делиться. Люди, любящие вещи, становятся как вещи — мертвые, закрытые. Ничто не трепещет в них, ничто не танцует, не смеется в них, их сердца утратили свое биение, они живут механической жизнью. Они влачатся, обремененные, загруженные массой вещей, но у них вовсе нет свободы, потому что только любовь может дать свободу, и любовь может вам дать свободу, только если вы дадите любви свободу.

Люди, боящиеся любви, становятся собственниками в том, что касается денег. Люди, которые любят, становятся не-собственниками, деньги мало что значат для них. Если они есть — хорошо, их можно использовать, если их нет, тоже не беда, потому что любовь — это такое царство, которое ни за какие деньги не купишь. Любовь — это такое глубокое наполнение, что вы можете быть попрошайкой на улице и петь, если в вашем сердце есть любовь. Если вы любили и вас любили, то любовь венчает вас короной, делает вас королем. Деньги просто делают вас безобразным.

Я не против денег. Я не говорю: «Ступайте и бросьте их», потому что это другая крайность. Это еще и последний шаг разума скупца. Человек, много страдавший из-за денег, цеплявшийся за них и не сумевший никого полюбить или стать открытым, становится под конец таким разочарованным, что выбрасывает прочь свои деньги, отказывается от своих прав и уходит в Гималаи, вступает в Тибетский монастырь и становится ламой. Этот человек не понял. Если вы понимаете, деньгами можно пользоваться, но люди, которые не понимают, либо скряги, — они не умеют пользоваться деньгами, — либо они отказываются от денег, потому что отказываясь, они все равно сохраняют тот же ум. Теперь не будет никакой трудности в использовании денег: вы от всего отказались и скрылись. Но вы не умеете пользоваться деньгами, вы боитесь их.

Они могут отказаться, запомните это. Я видел скупцов, отказавшихся совершенно, полностью. Один человек основал университет в Сагаре, в Индии. Я был там студентом. Этот человек был редкий экземпляр, его имя доктор Хари Сингх Гаур. Я никогда не встречал более несчастного человека, чем он, и также мне не встречался больший отказник, чем он. Он был замечателен в двух аспектах: за всю жизнь он не дал никому ни одной пайсы, ни один нищий не получил ничего из его бунгало.

Если в его городе Сагаре узнавали, что какой-нибудь нищий направлялся к дому Хари Сингха, другие попрошайки смеялись и говорили: «Кажется, новенький в этом городе». Никто никогда ничего не получал. Он никогда не пожертвовал ни единой рупии ни на какое дело, гуманитарное или иное. Он ни единой пайсы никогда не пожертвовал на Индийское национально – освободительное движение, нет, это было не в его духе. Он был совершеннейший скряга и один из выдающихся адвокатов в мире. У него было три офиса: в Индии, в Китае и в Англии, и он работал 4 месяца в Англии, 4 месяца в Китае и 4 месяца в Индии. Он был одним из лучших адвокатов в мире. Он накопил так много денег, что потом в конце концов пожертвовал сбережения всей своей жизни. Целый университет в Сагаре построен на пожертвования одного человека. Это один из самых красивых университетов.

Но когда он жертвует, он жертвует все. Вы будете удивлены, узнав, что он пожертвовал все до единой пайсы, ничего не оставив своим детям. Теперь они борются в судах, у них нет ничего, они побираются на улицах. Скряга остается скрягой до конца, даже когда он отказывается. Он не может дать своим детям ни единого пайса, но он может отказаться от всего.

Сначала вы можете копить деньги как сумасшедший, потом однажды вы понимаете, что потратили даром всю жизнь. Когда вы понимаете это, вам становится страшно, но старые привычки сохраняются. Вы можете отдать все, забыть об этом и убежать, но вы не можете разделить их.

Если понимающий человек имеет деньги, он делится ими, потому что деньги существуют не сами ради себя, они — для жизни. Он чувствует, что жизнь нуждается в них, любовь нуждается в них, он может раздать их полностью, но это не отказ, они опять употребляются. Любовь для него цель, деньги не являются целью, деньги — это средство. Для людей, которые гонятся за деньгами, деньги — цель, любовь — только средство. Даже молитвы их о деньгах, даже молитва становится средством для получения денег.

Деньги – очень сложный феномен. Почему люди так много вкладывают в деньги, так много людей занято этим? Они имеют определенное притяжение, магнетическое притяжение. Деньги несут в себе гипотетическую привлекательность, и привлекательность в том, что вы можете обладать ими полностью. Деньги покорны, они становятся рабами. И эго чувствует себя вполне удовлетворенным.

Любовь не покорна, она мятежна. Вы не можете обладать любовью. Вы можете обладать женщиной, вы можете обладать мужчиной, но вы не можете обладать любовью. Если вы обладаете женщиной, женщина стала деньгами, вещью; если вы обладаете мужчиной, мужчина стал деньгами, вещью, инструментом. Мужчина есть мужчина, а женщина есть женщина, они самодостаточны, они не средство для чего-нибудь. Деньги средство, и стать обладателем средств — величайшая глупость, осенившая человека, и величайшее проклятие.

Деньги не должны стать целью, но я в то же время не говорю, что вам следует отказаться от денег, стать нищим; пользуйтесь ими, это хорошее средство. Я не против денег. Я ничего не могу сказать против них. Я говорю кое-что про вас и ваше собственничество, а не о деньгах. Деньги могут быть прекрасными, если ими не обладают, если вы не одержимы ими. Они могут быть прекрасны. Деньги, как кровь, циркулирующая в теле: в теле общества циркулируют деньги. Это кровь. Они помогают обществу обогащаться, быть живым, но они — как кровь.

Вы, вероятно, слышали о таком заболевании, при котором кровь останавливается и не может циркулировать; появляются сгустки крови, они блокируют проходы, и кровь не может циркулировать в теле. Тогда у вас происходит паралич, и если сгустки образуются в сердце, вы умираете.

Если деньги циркулируют, переходят из рук в руки, движутся, и чем больше движутся, тем лучше, тогда кровь циркулирует хорошо, жизнь - здоровая. Но когда появляется скупец, образуется сгусток; где-то кто-то копит, не делясь, и этот сгусток в системе кровообращения. Человек этот мешает, он сам не живет и из-за его блокирования он не позволяет жить другим. Деньги остановили свое обращение. Кровообращение — это жизнь, остановка крови, блокировка — это смерть. Обращение денег — это жизнь, блокада их — это смерть.

Я за такое общество, где деньги обращаются быстро, никто не цепляется за них, все используют их, и запомните, что самый простой закон денег таков: чем больше вы используете их, тем больше их ценность. Например: мы сидим здесь. Если десять человек имеют сто рупий в своих карманах и хранят их при себе, тогда десять человек имеют только одну тысячу рупий мертвых. Но когда эти рупии обращаются, если они сделают два круга, десять тысяч рупий станут 20 тысячами, если они сделают три круга, они станут 30 тысячами, и так далее. Чем больше обращений, тем больше денег, потому что когда сотня рупий хранится одним человеком, эта сотня рупий является мертвым капиталом. Если вы используете их, они переходят к кому-то другому, и потом они опять приходят к вам, потому что другие тоже используют их; теперь у вас две сотни рупий, и опять 3 сотни, 4 сотни, 5 сотен... Чем больше вы пользуетесь ими, тем большие деньги перетекают и циркулируют, и тем богаче общество.

Америка самая богатая страна, потому что она наименее скупа. Деньги обращаются быстро, все используют то, что имеют и то, что еще только будут иметь, они тоже используют. Страна обречена на то, чтобы быть богатой. Такая страна, как Индия, обречена остаться бедной, потому что люди цепляются за деньги. Если вы цепляетесь за деньги, страна останется бедной. Когда никто не пользуется деньгами, деньги становятся чем-то вроде сгустка крови.

В Индии два типа людей: скупцы и отказники. Оба типа не правы, не здоровы, не нормальны, невротичны. Нужно иметь деньги, зарабатывать деньги, производить деньги и использовать их. Нужно держать деньги только для того, чтобы использовать их, и использовать их, только чтобы иметь, это денежный оборот. Тогда человек становится и тем и другим. Тогда человек становится и тем и другим: и скупцом и отказником одновременно. Когда вы одновременно и скупец и отказник, вы и не скупец и не отказник, вы просто наслаждаетесь тем, что могут дать деньги. Деньги могут дать многое и деньги не могут дать ничего. Когда вы используете их, вы знаете, что они могут дать. Деньги могут дать все, что имеет внешнюю форму: вещи, имеющиеся в мире, и ничего плохого в них нет. Нет ничего плохого в том, чтобы иметь прекрасный дом. Ничего нет плохого в том, чтобы иметь прекрасный сад. Деньги могут вам это дать. Но деньги не могут вам дать любовь, эти ожидания превосходят то, что могут дать бедные деньги.

Следует ожидать только то, что можно ожидать, не нужно ожидать невозможного. Если вы попросили бы бедные деньги дать вам любовь, бедняги-деньги не смогут этого сделать. Но все правильно, не сердитесь за это на деньги. Не жгите их и не выбрасывайте в реку, уходя в Гималаи. Начать с того, что вы просили то, что ни один понимающий человек никогда не просил. Вы глупы, вот и все. Деньги не виноваты.

Года два-три назад ко мне пришел один странствующий монах. Он был большой противник денег. Он даже не мог прикоснуться к ним. Это был невроз. Есть люди, которые целыми днями считают деньги, и ночью тоже продолжают их считать, в уме. Только к деньгам они могут прикасаться с любовью, ни к кому больше они не прикасаются любящей рукой. Только взгляните в их глаза, когда они считают наличные банкноты, — они горят. Они загипнотизированы. Это невротики. Есть и другие невротики... Этот бродячий монах пришел ко мне, он ни за что не прикасался к деньгам. Поэтому я сказал: «Тогда вам, должно быть, нелегко это дается. Как вы добрались ко мне в Бомбей?» Он сказал: «Это совсем не трудно». Он указал мне на двух других мужчин, его учеников: они могли прикасаться, они были не настолько развитые существа, как он. Какая глупость! Они могли купить билет и хранить деньги, но что касается его, он сказал: «Я не прикасаюсь к деньгам. Я выше этого».

Я сказал: «Какой в этом смысл? Сейчас вы не только пользуетесь деньгами, но и используете этих двоих вместо своих карманов. Вы унизили двух человек, живых существ, до положения своих карманов. Вы убийца. Почему нельзя просто хранить деньги в кармане?» И человек сказал: «Из этого видно, что вы очень расположены к деньгам, не так ли? Что дают деньги? Любовь? Бога?» Я сказал: «Глупо, что вы ждете от денег любви и Бога, ваши ожидания ошибочны. Деньги никогда не обещают этого, но то, что они обещают, они дают. Они никогда не обещали вам дать любовь. И если вы ждете этого, вы идиот».

Эти люди ждут от денег очень многого, поэтому и становятся их врагами. А потом они бегут он них, не могут к ним прикасаться. Даже Виноба закрывает глаза, если вы приносите ему деньги, и не смотрит на них. Какая чепуха! Что в деньгах плохого? Похоже, что внутри вас все еще сидит скряга, что-то там есть, похожее на рану, иначе зачем вы закрываете глаза? Что плохого в этих банкнотах? Это просто бумага, и эти одухотворенные люди твердят, что это просто бумага. Если вы положите им в руки обычную бумагу, они прикоснутся к ней. Но если вы дадите им в руки банкноту, они вышвырнут ее, будто это скорпион или что-то заразное.

Невроз может переходить от одной крайности к другой. Пользуйтесь деньгами. Деньги прекрасны настолько, насколько это возможно, а возможно довольно многое. Все, что касается вещественного, возможно многое, но не ждите от них любви, потому что это внутреннее, внутренняя сущность, и не просите от денег Бога, потому что это трансцендентное.

Используйте все по его назначению, а не по вашим фантазиям. Тогда вы будете здоровым человеком, а здоровье — это святое. Ни в чем не выходите за пределы нормы. Будьте нормальным, обыкновенными и создавайте больше понимания, чтобы вы могли видеть. Деньги можно использовать и следует использовать, они могут подарить вам прекрасный мир.

Иначе рано или поздно, если вы будете против денег, вы создадите такую же грязную страну, как Индия: все в грязи, но они считают себя высокодуховными. Все обезображено, но они думают, что стали духовными, потому что отказались от всего. Вот почему все так плохо. Они считают, что нужно закрыть глаза, не смотреть на то, что вокруг.

Это прекрасно — смотреть на то, что вокруг, потому что внешнее является творением Бога. Это прекрасно — заглянуть внутрь, потому что внутри находится Создатель. Хорошо и то, и другое. Глаза способны моргать, они не созданы для того, чтобы всегда быть закрытыми. Они созданы, чтобы моргать: открыть-закрыть, открыть-закрыть. Это ритм: туда-сюда, туда-сюда.

Посмотрите вокруг: прекрасное творение, посмотрите внутрь: прекрасный Создатель. И постепенно вы увидите, что то, что снаружи, и то, что внутри, взаимодействуют между собой и являются одним целым.

Шестой вопрос:

«Какая разница между пассивностью и ленью, инерцией и позой инь? Иногда я чувствую, что только насильно могу подняться с постели.»

Существует огромная разница между ленью и пассивностью. Пассивность чутка, леность — тупа; пассивность — энергия, леность — не что иное как отсутствие энергии. Никогда не путайте пассивность с леностью. Леность — это нездоровое положение дел, а пассивность просто удивительное здоровье.

Пассивность настолько здоровое состояние дел, что в активности нет необходимости, потому что необходимость быть активным может быть опять препятствием. Вы не можете оставаться спокойным, вы чувствуете страх, будучи неподвижны, вы не можете оставаться наедине с собой, вы боитесь быть собой, поэтому вы обращаетесь к активности. Активность — это убежище. Постоянная необходимость быть занятым не говорит о хорошем положении дел. Человеку следует быть способным к пассивности и наслаждению. Наслаждению чем? Наслаждению ветерком, наслаждению движущимися облаками, наслаждению тем, что деревья такие счастливые и такие зеленые, наслаждению пением птиц. Или просто наслаждению вдохом и выдохом. Это тоже необыкновенно прекрасно, просто быть способным спокойно дышать, быть живым. Это грандиозное явление. Это чудо — ощущать себя. Я здесь и сейчас. В этот миг я живу. Я смотрю, я слушаю, я прикасаюсь, я ощущаю вкус, жизнь происходит во мне как раз в этот момент, река жизни течет сквозь меня. Просто чувствовать это...

Пассивность — чуткая энергия. Говоря «чуткая», я имею в виду, что пассивность в любой момент может стать активностью. Энергия — здесь, она может перейти в активность в любой момент, и даже не нужно ни малейшего уведомления. Из пассивности вы можете прямо-таки выпрыгнуть в активность и бежать целые мили, фактически больше, чем человек, пребывавший в активности. Он может быть не способен бежать мили, потому что активность расточает силы. Пассивный человек полон энергии, он резервуар и он чуток. Если вы наблюдаете за пассивным человеком... забудьте о человеке, так как будет трудно найти человека и наблюдать за ним: понаблюдайте за кошкой, сидящей неподвижно, но такой чуткой. Если даже у нее закрыты глаза и даже если вы видите, что она спит и покачивает головой — прекрасный сон о том, как она поедает мышку, — вы увидите движущиеся губы и удовольствие, которое испытывает кошка, которая поедает мышь, и если раздастся малейший шум, в ней все начеку. Кошка осознает также, как будда. И нежданно, не теряя ни секунды, если кто-то входит в комнату, кошка в состоянии готовности.

Посмотрите на кошку, подстерегающую мышь у мышиной норы. Как тихо, как неподвижно она ждет. Вы не найдете такого превосходного йога, потому что ни один йог не ожидает с такой уверенностью появление Бога. А кошачья уверенность истинна, определенна, абсолютно определенна. Она доверяет мыши в том, что она непременно появится. И она появляется... Тогда посмотрите на этот прыжок, эту энергию, эту искрящуюся энергию, эту готовность. И кошка никогда не упустит мышь.

Понаблюдайте пассивность: вы всегда увидите ее сверкающим хранилищем жизни, энергии, искристую, готовую в любой миг прыгнуть в активность. Энергия — это готовность. Это не летаргия, не инерция, не слабая энергия. Это энергия ожидающая, она может трансформироваться в любой момент. Летаргия, леность — это состояние отсутствия энергии, вы словно бы мертвы. Тогда вам приходится тащить себя из постели, тогда вам приходится тащить себя из всего целый день: как-то вытянуть себя из кровати, как-то собраться приготовить чай, как-то выпить чай. Каким-то образом вам надо окончить завтрак, иначе вы будете его продолжать, так как ленивец не имеет даже сил закончить что-то. Он спит, ест и продолжает это делать, потому что кто-то должен его остановить. Чтобы остановиться, требуется воля.

Итак вы лениво тащитесь с утра до вечера и потом опять волочите себя в постель, потому что ленивец не может просто лечь в постель. Тот, кто не может просто встать с постели, никогда не способен и просто лечь в постель. Нет, даже это будет для него означать волокиту. Он плетется из клуба и отеля, он кое-как оттаскивает себя от телевизора, иначе он прилипнет к креслу и не сможет подняться, кое-как выключает телевизор или радио, бредет в постель и кое-как заставляет себя заняться любовью. Это волокита, это состояние отсутствия энергии, это не пассивность. Не считайте это пассивностью, это болезнь.

Что делать? Для начала пойти к доктору и обследоваться, потому что всегда, когда у вас возникают какие-то проблемы, начинают обследоваться. Может быть, вашему организму не хватает каких-нибудь витаминов, может быть, у вас в крови не хватает гормонов. Все начинается с тела, поэтому позаботьтесь о теле. Девяносто случаев из ста излечивает врач. Людям из их числа незачем обращаться ко мне.

Для остальных десяти случаев, если врач не может вам помочь, нужен я, потому что это может быть касается вашего разума. Вы боитесь жить. Для этих десяти процентов я говорю, что это не является в действительности низкой энергией; вы боитесь встать с постели, потому что там — жизнь. Опять вам надо вмешиваться в эту жизнь, встречаться с людьми, любить людей, быть дружелюбным, быть близким, — все возможно, все может случиться. Вы боитесь неизвестности, вы хотите остаться в уютной постели. Это представляется вам защитой.

Есть много людей, которые остаются больными, потому что боятся жизни, но на самом деле они не больны, они притворяются. Если врачи не могут помочь, тогда приходите ко мне. Вы, должно быть, боитесь жизни.

Это случается почти всегда. Например, человек потерял работу и у него вдруг случается сердечный приступ. Люди думают, что это от того, что он потерял работу, но причина не в этом. Теперь, кажется, нет способа быть на рынке и поэтому, чтобы сохранить лицо, он выдумывает свою болезнь. Сердечный приступ не образуется ситуацией в деловой сфере, сердечный приступ — это психологическая защита. Теперь он может полежать в постели и подумать о том, что он может сделать. Он так тяжело болен во время сердечного приступа, жизнь его в опасности, и дело в таком же положении. Он становится банкротом, потому что болен.

И сейчас, лежа в постели, он может вообразить, что это не его ошибка, что он может сделать. Как он может пойти против судьбы? И жена его сейчас не может сказать ему: «Иди на рынок, иди в магазин». Никто не сможет. Сейчас у него лучшее алиби, чтобы остаться в постели.

Он боится идти на рынок, он боится входить в жизнь. Вы не умеете сталкиваться с жизненными ситуациями, поэтому лучше живите в постели. Это подобно самоубийству.

Если все дело в разуме, тогда что-нибудь можно сделать, если все дело в организме, тогда нечего волноваться, вам может помочь доктор, и вам не нужно будет много заниматься садханас.

Сначала представьте организм для обследования, тогда, если это связано с разумом, мы можем решить эту проблему. Тогда мы можем выявить все подсознательные страхи, мы можем помочь им выйти наружу. А выйдя наружу, выйдя в область сознания, они исчезают и вы набираетесь храбрости. Тогда уже не нужно использовать волю, чтобы встать с постели. Воля не лучшее средство для этого. Вставать нужно от прилива энергии, а не с помощью волевых усилий. Вставать нужно потому что вы прекрасно спали всю ночь и теперь полны энергии. Сама энергия поднимает вас с постели, а не усилие воли. Тогда целый день вы работаете и живете и обретаете опыт от тысячи и одной вещей, и потом, когда вы устали, день окончен. Само это состояние приводит вас опять в постель, отдохнуть, вам не нужно тащить себя.

Но сначала постарайтесь разрешить проблемы телесные. Если в теле исправлять нечего, тогда надо исправлять что-нибудь в разуме.

Последний вопрос:

«Приемлема ли для нас сегодня в Пуне позиция Иисуса «подставь другую щеку», или нам следует встретить силой направленную против нас силу, или нам следует отвечать так, как мы чувствуем подходящим для данной ситуации?»

Нет, я не преподношу вам никаких догм. Я не даю вам никакой формулы, которой нужно следовать в жизни, потому что все формулы ошибочны, все формулы мертвы, все формулы создают схемы вокруг вас, и эти формулы постепенно лишают вас свободы. Я не даю никаких формул, даже формул Иисуса.

Я хочу чтоб вы были людьми понимающими, чуткими, сознательными. Пусть только это будет источником ваших действий.

Иногда это может быть хорошо подставить другую щеку, но только иногда. Это относительно. Иногда лучше хорошенько ударить, но тоже иногда; никогда нельзя предсказать. Вам нужно пронаблюдать всю ситуацию в определенный момент и жить с полной ответственностью.

Если вы будете придерживаться формулы, вы не будете свободны.

Я слышал анекдот. Одного христианского святого, который строго следовал учению Христа слово в слово, буквально, сильно ударил по лицу его враг. Конечно, он подставил ему и вторую щеку, потому что Иисус говорил, что именно так надо поступать. Человек сильно ударил его и по этой щеке. Так называемый святой ожидал, что это внесет перемену в человека. Все христиане считают, что, когда ты подставляешь другую щеку, другой человек просветлеет от вашего сочувствия, любви, братского чувства, будет так захвачен благородным жестом подставления другой щеки, что просто упадет к вашим ногам и станет вашим последователем. Но в жизни так не случается, жизнь не так легка.

Человек, видя что святой подставил ему и вторую щеку, сильно ударил его, сильнее, чем в первый раз. Теперь святой немного засомневался в том, как надо поступать, потому что Иисус не говорит: «Тогда еще раз подставь другую щеку». На этом формула кончилась, и он немного засомневался. Он пытался решить, что делать? Затем прыгнул на врага. Враг удивился и сказал: «Что ты делаешь, святой христианин? Сначала ты следовал правилу, которого я ожидал от тебя, и ты доказал, что ты святой христианин, но что ты сейчас делаешь?» Святой христианин сказал: «Но здесь формула кончилась. До сих пор здесь был Иисус, а теперь здесь я».

Даже во время земной жизни Иисуса кто-то спросил его об этом. Когда он сказал, что если кто-то ударит тебя по правой щеке, подставь ему и левую, человек спросил: «Сколько раз это надо делать? Семь раз хватит?» Иисус сказал: «Семь раз? Нет, даже не семьдесят семь, я говорю тебе: семьсот семьдесят семь».

Но тогда все равно наступит конец. Семьсот семьдесят семь раз? Тогда как насчет семьсот семьдесят восьмого раза? Все формулы имеют конец. Как бы долго ни тянулась веревка, конец будет. Семь или семьдесят семь — нет большой разницы.

Формулы мертвы: они имеют предел. Жизнь безгранична, она не имеет предела. Просто рассмотрите ситуацию и не держите в голове формул, иначе вы не увидите ситуацию в ее подлинном свете, формула преувеличивает все дело. Просто отложите в сторону всех Иисусов, всех Будд, всех Раджнишей и посмотрите на положение дел. Не будьте Раджнишем даже два раза, с самого начала будьте собой. Святой христианин стал собой с третьего раза, когда ситуация осталась прежней. Для чего ждать? Будьте собой с самого начала.

Тогда вы никогда не раскаетесь. Действуйте исходя из общей ситуации, тогда не будет раскаяния. Все, что вы могли сделать, вы сделали. Тогда вы можете уйти без шрамов.

Позвольте своей жизни быть жизнью понимания, вот все, что мне хотелось вам сказать. Не спрашивайте специальных формул. У меня их нет. Моя главная позиция — свет понимания, аромат понимания, и тогда что бы ни случилось — то добро, добродетель.