Девочка для Маршала

Глава 16

Я проснулась, потому что услышала громкий звук сирен. То ли полиция, то ли скорая. Я резко села и несколько долгих мгновений осматривалась по сторонам, смутно соображая, где нахожусь. Это уже точно не моя тесная квартирка-студия. В голове всё разом смешалось. В конце концов, когда сон рассеялся, я вспомнила, что нахожусь в Нью-Йорке.

Встав с кровати, я подбежала к французскому окну, чтобы убедиться в реальности происходящего. Да, так и есть. Я в Нью-Йорке. В городе уже кипела жизнь. Совершенно незнакомая и пока что абсолютно непостижимая для меня жизнь. Я посмотрела на Центральный парк, вернее, на ту его часть, что открывалась мне и не верила собственным глазам. Он реален. Никаких больше фотографий или картинок.

Небо заволокло белесыми мазками облаков, но я всё равно отчётливо видела солнце и проблески ясной лазури. Снова послышался вой сирены и через несколько секунд по дороге мимо моей квартиры пронеслась машина скорой помощи, а за ней и полицейская.

Отпрянув от окна, я вернулась к кровати и включила ноутбук, с которым ночью и уснула. В Нью-Йорке было семь тридцать утра, значит у нас уже давно день. Нужно было списаться с Евой, чтобы ни она, ни мама не волновались о том, где я пропала. Потом нужно обязательно созвониться по видеосвязи с папой.

Я быстро напечатала сообщение сестре, в общих чертах обрисовав ситуацию. Затем набрала отца. Его долго пришлось обучать всем хитростям современных средств коммуникации. Папа в некоторых вещах остался довольно старомодным. Но зато теперь обращался со смартфоном не хуже любого подростка.

— Пап, привет, — я улыбнулась и удобней устроилась в кровати.

— Привет. Куда это ты пропала? Снова бесконечные фотосъемки? — папа тепло мне улыбнулся в ответ.

— Да, всё, как всегда, — я глубоко вздохнула и поджала губы.

Единственный человек, который умел безошибочно меня считывать — это отец. Он всегда очень чутко меня ощущал. Может, это связано с тем, что мы очень друг на друга похожи? Не знаю. Но если матери я еще могла попытаться в чем-то солгать, то с папой всё обстояло совсем иначе.

— Что-то случилось? — тут же спросил он и немного нахмурился.

Я совсем не хотела, чтобы папа переживал из-за меня. Вообще я всегда была за то, чтобы отгораживать родителей от своих проблем. Потому что мама и папа у меня одни и их нужно беречь.

— Пап, в моей жизни появился один мужчина, — осторожно начала я, подбирая правильные слова. — Всё это случилось неожиданным и пугающим образом.

— Он тебя обидел? — первое, о чем спросил папа и нахмурился еще больше.

— Нет-нет. Не обидел, — поспешила ответить я. — Хотя иногда его поведение меня жутко настораживает.

— Ляна, не томи, иначе мое сердце не выдержит, — папа придвинулся ближе к камере телефона, будто в попытке проникнуть в середину экрана и через секунду оказаться уже рядом со мной.

— Он старше меня, и он странный. По логике я должна его бояться. И так оно и было. Но позже я почувствовала интерес к нему, к образу его жизни. Страх рассеялся, и я не знаю, нормально ли то, что со мной происходит? Все вокруг твердят, что просто нужно проще относиться к ситуации, что всё в норме.

— А твое какое мнение по этому поводу?

— Я не умею ко всему относиться проще. Всё так неоднозначно. Он не такой, как все и меня это влечёт. Ну знаешь, это как найти какой-нибудь новый паззл, в котором очень много фрагментов. Этот паззл сложный, но ты не можешь отказать себе в желании попытаться его собрать и увидеть всё картинку целиком. Я испытываю нечто подобное и мне это кажется нелогичным.

— Ляна, мы же не роботы, чтобы оперировать исключительно логикой. Если бы людьми двигала одна только логика, то, возможно, всё в наших жизнях складывалось куда проще. Но мы те, кем нас создала природа. Меня волнует то, насколько он тебя старше?

— Пап, можешь не переживать, он не старик столетний. Может, тридцать пять лет, плюс-минус несколько лет.

— Ты даже точно не знаешь, сколько ему лет? — удивился папа.

— Говорю же, что всё не так уж и просто. Он далеко не бедный человек. Влиятельный.

— И женатый.

— Нет.

— Это он тебе так сказал?

— Мы об этом не говорили. Я в интернете нашла о нем информацию.

— Господи, Ляна, ну какой интернет? — папа покачал головой. — Этот мужчина непременно женат. Увидел тебя и решил воспользоваться. Ты ведь у меня красивая девочка. Но не хватало, чтобы ты влюбилась в какого-нибудь богатого подонка.

— Я не влюблена, пап! Между нами, ничего не было, — я смущенно отвела взгляд в сторону. — Говорю же, он странный. Не такой, как все. И я это говорю не потому, что превратилась в слепую влюбленную дурочку.

— А ты с матерью обсуждала этот вопрос?

— Вскользь. Но ты знаешь ее, она мои слова сочтет глупыми и скажет, что ничего не нужно бояться. И вообще в моем возрасте уже детей давно рожают.

— Это верно. Но я так тебе скажу. Испытывать интерес — это неплохо. Просто для тебя всё это в новинку. Естественно, ты растеряна. Но, как отец, я скажу, что мне не нравится вся эта ситуация. Если не знаешь, что у человека в голове, то могут возникнуть неприятные последствия. Лучше не ввязываться тебе в эту историю, Ляна. Вокруг тебя есть столько парней-сверстников.

— А что, если я уже ввязалась в эту историю? — я снова посмотрела на отца.

— О чем это ты? — насторожился он.

— Я не дома, пап. Мы сегодня ночью прилетели в Нью-Йорк.

— Что?! Ляна, сколько вы вообще знакомы?!

— Совсем немного.

— Такие авантюры в духе Евы. Но ты ведь совсем не такая. Я начинаю переживать!

— Значит, со мной что-то не так?

— Почему ты думаешь, что с тобой что-то не так? Просто ты поступаешь безрассудно, и я не хочу, чтобы тебе кто-то причинил вред.

— Пап, не нужно переживать, пожалуйста. Я просто хотела попросить у тебя совета.

— Давать советы по поводу отношений я не могу, потому что не знаю всех тонкостей вашей связи. Но как родитель, говорю, что лучше тебе вернуться домой, пока не поздно. Если проблема в деньгах, то я могу взять на себя этот вопрос.

— Нет, пап, ничего не нужно. Спасибо.

— Ляна, послушай, — немного помолчав, продолжил папа. — Ты у меня замечательная умная девочка. Я тебя хорошо знаю и так же знаю, что ты никогда не тяготела совершать глупые или откровенно неадекватные поступки. Не знаю, как это объяснить, но бессмысленные риски и сомнительные компании — это совершенно не твоя история. Так что… Так что, если ты считаешь и чувствуешь, что этот мужчина тебе интересен и есть в нем, то что тебя влечет, значит, это не просто так. Но всё равно ты должна быть осторожной.

— Хорошо, пап. Я буду осторожной, можешь в этом не сомневаться. Каждый день буду присылать тебе видеоотчёт, чтобы ты не переживал.

— Просто береги себя, Ляна. Если что-то пойдет не так, сразу же звони мне, ясно? Или матери.

— Да, я поняла. Люблю тебя.

— И я.

После разговора с папой мне стало значительно спокойней и легче. Я немного разобралась в себе и поняла, что поступаю верно, раз прислушиваюсь к своим ощущениям. Мой страх и в самом деле был продиктован именно неизвестностью и невозможностью считывать эмоции с лица Маршала.

Внезапно на первом этаже громко хлопнула входная дверь. Я быстро сбежала вниз по лестнице и встретила в коридоре Елену. Она выглядела непривычно радостной и какой-то расслабленной. По-настоящему. Без фальши.

— Доброе утро! — поздоровалась женщина и вручила мне совсем новенький телефон. — Это вам. Пользуйтесь. Сим-карта уже вставлена. Номер Кира Георгиевича и мой — сохранены.

— Спасибо, — я немного растерянно посмотрела на Елену. Такой веселой и легкой она мне нравилась куда больше, и моя собственная реакция на эту женщину немного удивляла.

— Кир Георгиевич направил меня к вам, чтобы вы не скучали. Могу предложить прогулку по 5-й авеню. На этой улице расположено множество эксклюзивных бутиков. Все расходы покроет карта Кира Георгиевича.

Перспектива идти и тратить чужие деньги меня совершенно не интересовала. Елена, кажется, точно уловила мое настроение.

— Можем посетить Метрополитен-музей. Он буквально в шаговой доступности от квартиры. Можем выбраться в Центральный парк на пикник.

— Парк, — ответила я. — Хочется в парк. Можно даже без пикника. Только мне нужно привести себя в порядок, а еще хочу взять зеркалку.

— Без проблем. Я подожду.

Центральный парк, действительно, находился практически в шаге от квартиры, в которой я теперь жила. В шаге в рамках огромного мегаполиса, конечно же.

Елена повела меня прямиком к озеру. Я осматривалась вокруг, мысленно отмечая, что мне нравится синтез природы и холодного каменно-стеклянного мегаполиса. Клочок живой природы, заботливо спрятанный среди бетонных исполинов.

— Ландшафты парка созданы вручную, — вдруг заявила Елена, неторопливо шагая рядом со мной.

— Правда? А выглядит, как живой. В смысле, нетронутый человеческой рукой.

— Думаю, эту цель и преследовали разработчики.

Где-то вдалеке послышался вой сирен. Похоже, этот звук неизменный спутник Нью-Йорка. Мы остановились, я сделала несколько пробных снимков природы.

— У вас хорошее настроение, — отметила я, когда мы неторопливо продолжили прогулку.

— Мой муж болел, а я была вынуждена уехать вместе с Киром Георгиевичем.

— Почему не попросили выходной?

— Я дорожу своей работой, а Кир Георгиевич не привык менять свои планы и подстраиваться под кого-то.

— Ваша работа заключается в том, чтобы подбирать для него девушек? — спросила я, решив, что сейчас самое подходящее время собрать чуть больше информации о Маршале.

— В будний день здесь хорошо, людей немного. В выходной практически не протолкнуться, — Елена посмотрела в небо.

Я уже решила, что она просто хочет перевести тему разговора.

— В общих чертах это, действительно, моя работа. Но на открытии ресторана Кир Георгиевич не планировал ни с кем знакомиться. Я, как обычно, прощупывала почву. На всякий случай. Я хорошо знаю его предпочтения.

— И что же вынудило изменить планы? — я внимательно посмотрела на Елену.

— Не знаю, — она пожала плечами. — Кир Георгиевич не человек эмоции и бесконтрольной импульсивности. Думаю, вы это уже заметили.

— Можно на «ты». И да, я заметила, что Маршал… Кир… Он немного странный.

— Я тоже его таковым изначально считала. Не человек, а какой-то робот. Но со временем, когда я уже проработала на него больше двух лет узнала, что у Кира Георгиевича проблемы с анализированием и демонстрированием эмоций. Не знаю, в чем причина, но факт остается фактом. Я от его младшей сестры это узнала. Окружающим с ним сложно сосуществовать, но, кажется, Кира Георгиевича устраивает такое положение вещей.

— А как же такое возможно, чтобы человек не мог понимать эмоции? — я даже приостановилась, пытаясь разобраться в этом вопросе.

— Не знаю. Он не умеет до конца понимать собственные эмоции и, следовательно, плохо ориентируется в эмоциях окружающих людей. Все его поступки продиктованы либо логикой, либо критерием «удобно\неудобно». Девушки для Кира Георгиевича лишь инструмент, чтобы снять сексуальное напряжение. Прости, говорю, как оно есть. Без лишних сантиментов. Поэтому я очень удивилась, когда после ужина Кир Георгиевич заявил, что ему нужна именно ты. Несанкционированные действия — это не про шефа. И тут такое.

У меня даже не нашлось ни единого подходящего слова. Ситуация теперь была не странной, а совершенно нетипичной.

— Я не знала, что такое вообще возможно.

— Я тоже, но… Оказывается, человеческий организм скрывает в себе очень много невероятных тайн. В любом случае, можешь не волноваться. Никто твою свободу нарочно не ограничивает и не крадёт. Просто Кир Георгиевич вот такой. Не переживай, пройдет немного времени и вернешься в свою привычную рутину. Все его женщины возвращаются к собственной жизни. Он никого долго рядом с собой не удерживает. Не в его правилах.

Я еще долго размышляла над словами Елены, пока мы неспешно гуляли по Центральному парку, наблюдая за отдыхающими людьми и велорикшами, что развозили туристов, показывая все стороны этого рукотворного клочка природы. Первый день, который я встретила в Нью-Йорке совсем неожиданно принёс с собой ответы на мои немые вопросы.

Мы остановились. Вдалеке на зеленой лужайке какие-то люди расставляли стулья, должно быть, готовясь к какому-то мероприятию.

— День рождения? Или свадьба? — спросила я у Елены.

— Прощальная церемония, — со всей уверенностью ответила она.

Я вздохнула и посмотрела в небо, оно полностью затянулось молоком, медленно плывущих облаков. Разговор с отцом, а позже и с Еленой вселили в меня уверенность. Сегодняшней вечерней встречи с Маршалом я уже совершенно не боялась.