Звук захлопнувшийся двери, сообщает мне, что Полянский пришел с работы. Смотрю на часы и понимаю, что сегодня он вернулся даже раньше, чем вчера.
Время всего пять вечера!
Вообще за эти две недели, как мы с ним проживаем вместе на его квартире, много что изменилось.
Обстановка все время была максимально спокойной. Мы с ним не ссорились, от слова совсем.
У нас просто не было никакого повода. Он приходил с работы, поначалу просил ужинать вместе с ним, за столом мы постоянно разговаривали ни о чем и обо всем на свете.
Потом он как-то предложил выбрать вместе с ним и посмотреть фильм, это постепенно переросло в привычку.
Далее он мог немного отвлечься работой, а поздним вечером мы даже пару раз выходили на улицу, чтобы прогуляться в ближайшем парке.
Все это было ненавязчиво с его стороны, он научился разговаривать, спрашивать хочу ли я этого или нет, бывало я ему отказывала в совместном провождении времени и он за это на меня не злился.
В его доме, который мы оба покинули, он был строгим, вечно недовольным и суровым мужланом. В нем он был Вячеславом Григорьевичем, губернатором, от которого кроме грубости и желания затащить меня в постель, я ничего не видела.
А здесь, в этой уютной квартире, он стал для меня Славой, хотя я все ещё продолжаю обращаться к нему на «вы», все никак не могу переступить грань.
Здесь он заботливый и чуткий. Здесь он интересуется тем, как прошел мой день, интересуется моей прошлой жизнью и хочет знать о моих дальнейших планах.
Он поддерживает меня в том, что я хочу бросить университет, потому что не вижу себя в сфере журналистики, а хочу пойти учиться на кондитера и дальше развиваться именно в этом направлении.
Сейчас я это окончательно осознала и приняла то, что до этого поступила в свой университет, именно из-за того, что это хотела моя мама.
Мне кажется, что до этих спокойных и в тоже время волнительных дней, со мной никто столько не разговаривал и не было рядом абсолютно никакой поддержки, поэтому сейчас, я просто на седьмом небе от счастья, хотя и понимаю, что радоваться ещё слишком рано.
А может я и вообще не имею никакого права быть счастливой. В особенности с этим человеком.
Мне сложно. Меня разрывает на две части. Чувство вины не дает мне расслабления, я все думаю о том, что это из-за меня Слава с женой расстались, хоть и головой понимаю, что это не так.
Мне неловко от того, что с каждым днём я все сильнее к нему привязываюсь, смотрю на него и внутри просыпаются те самые бабочки, о которых говорят все влюбленные. И сейчас мне так комфортно с ним, я чувствую себя в безопасности, мне как никогда в душе тепло.
Полянский старается, я это вижу, он специально приходит раньше с работы, принося мне маленькие подарочки, цветочки или конфетки, он пытается мне помогать по дому, хотя это у него не очень получается, он ни чуть на меня не давит, ничего не требует.
Он всегда стучится в мою комнату, когда хочет в неё зайти. В основном это происходит утром, когда он уходит на работу. Мужчина целует меня и желает хорошего дня.
Он подходит ко мне сзади и крепко обнимает, шепчет всякие приятности. Он гладит меня по волосам, смотря с нежностью и спокойствием. Он не позволяет себе лишнего, лишь пару раз его поцелуи сильнее углублялись, но он быстро брал себя в руки и извинялся.
Я чувствую, что он ведёт себя хоть и сдержанно, но искренне.
Кажется, что я правда ему нравлюсь, не как объект для удовлетворения низменных потребностей, а как женщина, за которой он только начал осторожно ухаживать.
Между нами такая идиллия, что в неё сложно поверить и иногда, я думаю, что я не заслужила этого всего.
И да, на меня давит то, что он все ещё женат. Мы почти не разговариваем о его жене и дочери, он просто уверяет меня, что все решит и мне не нужно туда лезть. И я с замиранием сердца жду.
Жду, того, что приготовила для нас судьба.
— Мира, ты дома? — разносится по квартире мужской голос и я быстро вытираю салфеткой слезы, которые не понятно откуда взялись, пока я думала о том, что же будет с нами дальше.
Поправляю на себе сарафан и выхожу из кухни, сразу оказываюсь в большой прихожей.
— Да, вы сегодня рано, — говорю я, когда мы встречаемся с ним взглядами.
Сегодня он пришел с небольшой белой коробкой, сверху на которой красуется красный бант.
Новый подарок?! Мне в жизни никто столько всего не покупал! Каждый день он что-то новое придумывает, я даже удивлена тем, что он вообще этим занимается.
— А почему тогда не встречаешь? И почему глаза красные, ты снова плакала? — хмурится Полянский, снимая с себя обувь, проходит ко мне, чтобы поцеловать в щеку.
— Немного, да, но уже всё нормально, у меня бывает накатывает…
Он знает от чего у меня накатывает, я делилась с ним своими переживаниями.
— Подожди немного, скоро у тебя не будет поводов для слез, — говорит он как обычно уверенно, смотря мне в глаза.
Хочу верить.
Может и дурочка, но кто не ошибается?
— Что это у вас там за коробка? — спрашиваю застенчиво, желая уже поскорее увидеть новый сюрприз.
Каждый раз волнительно и очень приятно.
Парни, которые хотели со мной отношений, даже цветов не дарили, видимо не хотели тратиться просто так, ничего не получив взамен.
Обычно после третьего свидания, поняв, что так просто я не лягу в постель, они сливались, парочка из них даже начинали подкатывать к Кристине, которая была посговорчивее.
Полянский поднимет коробку с пола, улыбается, смотрит на меня с теплотой и еле заметным смущением, которое сбрасывает с его серьезного лица несколько лет.
Вообще в последнее время он словно помолодел лет на пять, не меньше, чем стал ещё более привлекательнее.
— А это то, что будет повышать твое настроение, пока меня нет рядом, — усмехается. — Давай, быстрее открывай.