Джо – 6

Глава 13 Во все тяжкие

Эльфийки, полные печали, обняв лося, на Джо кричали…

Нет, никогда не пойму женщин. Они разговаривают с тобой ртом, упоминают, что что-то хотят. Ты их радуешь исполнением этих желаний. Скучно? Вот тебе суета в Дестаде. С балом облом пока? Вот тебе поездка в экзотическую страну, знакомство с её правителем, родная лосиная душа рядом, чтобы не заблудиться в местных искушениях. Что значит «не так»? Откуда эти уточнения?

Почему так поздно…?

Отдельным плюсом является то, что претензии излагаются в форме тренировки волшебников повышенной сложности. Отбивать и уклоняться от феерии боевых заклинаний, изрыгаемых злой как собака перворожденной, очень сложно, зато прекрасно тренирует мои рефлексы. Да и вообще, общение с местным бомондом, очень неторопливым, велеречивым, коварным и льстивым, здорово утомляет разум. А тут простое и прямое эльфийское ультранасилие в роскошном бассейне. Прекрасная зарядка.

— Я всё дяде расскажу! — в ход были пущены совсем уж запрещенные приемы.

— Про манадрим забыла? — я в них, как бы, тоже не дурак.

— Ничего! Он поймет и простит! — Наталис прогрессирует лошадиными темпами, когда зла до потери пульса, — Я плакать буду!

— Кум тебя осудит и бросит за такую подлость!

— С ним я помирюсь, а вот тебе уже будет всё равно! Эльдарин из тебя вешалку сделает! Для трусов! В спальне тебя поставлю!

— … и я буду долгими столетиями наблюдать за тем, как унылыми однообразными вечерами ты плачешь в подушку. Трусы на мне будут плесневеть и покрываться пылью…

Увы для Наталис Син Сауреаль, она была, всё-таки, не настоящей женщиной, а лесной и наивной, поэтому, вместо того чтобы неистово рваться к тому, чтобы оставить за собой последнее слово любой ценой, она умела думать и обладала даже критическим мышлением. Такой аргумент ей пришлось воспринимать серьезно, за большой чашей свежего шербета, чья зашкаливающая сладость всё-таки примирила эльфийку с тем, что её пьяную и бессознательную, перенесли на другой конец земли, но (!) хотя бы не показали султану и всему его двору, пока она была без сознания. Если выражаться культурно.

Такой акт эльфолюбия и гендерного уважения с моей стороны вопиял о необходимости проявить снисхождение. Ну и понимание, что вот он я, стою здоровый и трезвый, а несчастная девушка болеет с бодуна, устала и уже изрядно потратила свои резервы на попытки меня уконтрапупить.

Ну, так я подумал, но тут во влажном воздухе прекрасного зала с бассейном прозвучал вопрос:

— Зачем ты меня вообще сюда притащил⁈

Дети, знайте, честность — лучшая политика. Совершенно ни к чему обманывать того, с кем ты намерен провести еще много счастливых часов секса и лет жизни. Это плохая инвестиция и плохое решение. Нужно всегда быть откровенным. Только тут необходимо еще учитывать и то, что, говоря правду, вы отнюдь не гарантируете тем самым лучшего исхода событий. Политика — это всегда сложно.

— Ну мы тут в прошлый раз вместе были, вот я и подумал, что с тобой меня быстрее узнают.

Глаза прекрасной девы сверкнули, зубки оскалились, второе дыхание открылось. Наступил следующий раунд смертельной битвы.

И что вы думаете? Мне пришлось потом самому делать массаж этому длинноухому существу, после того как у неё свело ногу, и оно брякнулось в воду! Наверное, подобная сцена может описать отношения между мужчинами и женщинами лучше, чем любая другая.

Увы, всё хорошее быстро кончается, так что мне пришлось возвращаться в ту часть дворца, в которой знать Пиджаха непрерывно кляузничала на старого волшебника, оказавшегося тем еще нехорошим гомосексуалистом. Говорить открыто придворные, ясен перец, не собирались ни под каким предлогом, но вот поклясться с помощью магической клятвы о том, что получали те или иные угрозы от Халила агд Браана, клялись. Только вот потом их ждали султанские дознаватели… где беседы приобретали затяжной характер. Упускать возможность слегка помять пузцо своим подданным Ахриз не собирался, а подгонять его людей я посчитал крайне невежливым.

Наоборот, ценя беспроблемное течение процесса, я как мог, повышал акции текущего султана (в смысле живого). Ходил между особо важных бородатых мужиков, пил с ними из малюсеньких чашечек озверело крепкий кофе, желал всяких благ и много процветания, выслушивал очень робкие жалобы на то, что с последним обновлением правил Арахата женщины и прочие наложницы начали отбиваться от рук, обещал доставить эти сведенья напрямую «боссу». От последнего благородных старцев неиллюзорно передергивало, видимо потому, что как бог, Арахат вовсе не славился пониманием, а наказание у него было одно — отлучение от рая.

— Не нужно, не нужно ничего говорить… — испуганно шептали убеленные сединами благородные мужи.

— Не волнуйтесь, уважаемые, я вас упоминать не буду. Просто нажалуюсь на баб… — заговорщицки подмигивал я в ответ, получая от отпетых магоненавистников взоры, исполненные обожания, уважения и дружелюбия.

Хорошо, что Наталис сейчас с лосем, иначе б вообще б убила. Ну, постаралась бы.

Через пять дней мы были с почестями и чуть ли не фанфарами переправлены назад, в Мифкрест. Когда её эльфейшество отошло от бодуна, то оказалось окружено восточной роскошью, элитными услугами массажисток, опытнейших бариста, великолепных портних и бесконечно услужливых других человеков, которые устроили Наталис и её лосю рай на земле по опции «всё включено и оплачивается султаном». У меня под конец даже создалось впечатление, что она думает выскочить за Ахриза замуж, но опытный парень избегал нас всеми возможными способами, трусливо поливая издали похвалами и вслух гордясь знакомством с таким замечательным мной. Лосю тоже сделали зашибись, по крайней мере, возвращался он умытым, причесанным, свежим и с копытами, покрытыми помадой. Нет, их не целовали, просто смазали.

Увы, никакого особого триумфа моё возвращение не вызвало. Папаша Корнблюк лишь хищно выхватил у меня из рук кипу собранных кляуз, мрачно глянул давно не высыпающимися глазами, а затем яростно зарылся в документы. По текущему положению вещей меня просвещала его дочь. Не то, чтобы ей сильно хотелось…

— Джо!! Уходи!!! Я тут рожаю!!!

— Спокойно, Умилла! Вот Наталис, она поможет, всё будет хорошо! А значит, ты можешь ответить на пару вопросов…

— Уберите его отсюда!!!

— Каждой медсестре по золотому, и я остаюсь!

— Сволочь!!!

— Умилла, не отлынивай!

— Я в отпуске!!!

Говорю же, женщины. Вечно они пытаются что-нибудь учудить. А потом еще и жалуются, что, когда ты, развязав их законного мужа, спаиваешь того в соседней таверне. А нафиг он тут нужен, я Наталис привел!

С этим гоблином, то есть мужем Умиллы, мы как-то пересекались. Я использовал его тело, чтобы отпугнуть преследующих меня фей, а затем еще показал иллюзию этого самого тела всему городу. Теперь нужно было хотя бы проставиться в знак извинения, а потом долго слушать жалобы этого неплохого парня на то, что после того, как весь Мифкрест видел его иллюзию в голом виде, проходу от гоблинш мужику просто нет. Домогаются!

— Переезжайте в Пазантраз, — посоветовал я ему, — Вас там не знают… да и жена дома будет чаще.

Вернувшись домой, я осведомился о здоровье продолжающего спать Крэйвена. С некоторым сомнением в голосе, Лилит доложила, что определенные улучшения есть, даже серьезные, но на любое возвращение в реальность Дино пока реагирует устойчивой и очень сильной истерикой. В общем, не мешайте, мы работаем, Согоз и Дариа сильно помогают.

Кивнув в ответ на это, я отправился отдыхать. Со следующего дня мне нужно было переезжать в Дестаду доппелем и, скорее всего, далеко не на один день. Требовалось держать руку на пульсе бизнеса, продолжающего страдать от местных властей, а заодно тщательно присмотреться к телодвижениям вокруг города Багайзена. К тому же, мне уже доставили шлем и летательный аппарат. Игнорировать шанс грохнуть старого Халила до того, как его грохнут оставшиеся без денег друзья, я не хотел.

Старик уже показал себя в сто раз опаснее, чем вся эта троица полудурков, а с его злопамятностью не было и шанса, что он от меня отстанет. Такая зараза будет цепляться до последнего, хрен знает что еще придумав в процессе!

С такими мыслями, сунув за пазуху Шайна-младшего, я и… уткнулся в выпяченную вперед грудь Мойры Эпплублум, упершей руки в боки и смотрящей на меня с видом сварливой жены.

— Я отправляюсь с тобой! — заявила она.

— Ты что, с дуба рухнула? — поинтересовался я довольно искренне, — Либо арестуют, либо поймают наемники. Ты видела, что они с Дино сделали?

— Ты меня защитишь! — выдвинула, с видом тотальной уверенности в себе, предложение блондинка.

— Гм. Если ответишь на вопрос, зачем мне это делать — защищу, — уставший от споров с женщинами, поставил я одну из них в абсолютно безвыходное положение.

— Что значит «зачем»⁈ — на меня захлопали белесыми ресницами, — Мы же друзья! Я тебе там нужна! Так что изволь…

— Нет, Мойра, не изволю! — перебил я девушку, — Прекращай паясничать. Хочешь вернуться в Дестаду, выйдя из моей башни — будь добра принять последствия. Рисковать шкурой ради твоего мелочного клоунства с местными аристократами я не собираюсь. Я иду туда исправлять мои дела. Когда станет безопасно, мы тебе ска…

— Да тебе всегда на меня плевать было! — взвилась девушка, потрясая руками, — Всегда! Ты всегда-всегда-всегда относился ко мне… да никак не относился!!

— Ну да, — подумав, согласился я, — А чё? Ты же ничего не сделала.

— Ну да, куда уж мне до вас! — рявкнула блондинка, выметаясь с этажа, — Куда уж!!

Говорю же, женщины странные. Чего приходила? Чего хотела? Почему не подумала?

— Дурак ты, — скажет мне на прощание эльфийка (хотя какое прощание, тело-то основное — в ванне, с Игорем!), — Она обиделась, что ты её в Пиджах с нами не взял…

— А на кой хрен она мне там бы понадобилась? — осведомился я, но ответа не получил, только взгляд, наполненный снисходительного сожаления и тщательно запрятанного женского торжества.

Угу, точно. Снимите с ноги лапоть и расскажите ему, какие мужики тупые. Ежу даже ясно (опять ёж!), что Мойра, как и любая нормальная баба, сейчас ощущает, что из-под её ног выбили всю почву. Соответственно, как и любая нормальная баба, она ищет точку стабильности, то есть мужика. Подсознательно, разумеется. Из кандидатов один я. То есть, либо отчаянно «дружить» со мной так, чтобы я не понял, либо лезть в камин, брать там горсть пепла, лететь с ним в Арастарбахен, и посыпать себе голову перед Оззом, каясь и винясь. Ладно бы только это, если бы была гарантия, что наш Освальд не пошлёт свою бывшую нахер со свистом (а он пошлёт, тут к бабке не ходи и ежа не спрашивай). Так что остается нашей никому не нужной и полностью зависимой от Пазантраза красавице?

Правильно, снимать штаны и бегать, нарушая ошибки и делая осложнения, потому что она больше не может ни-че-го. Друзей нет, знакомых нет, связи в Дестаде совершенно бесполезны, так как на девочку ополчился мэр, а её единственный защитник смотрит на неё как на чемодан без ручки. Мол, сиди лежи, без тебя разберемся, твоё дело малое.

Не понимаем. Всё мы, мужики, понимаем. Просто мы слишком добрые, чтобы вслух это говорить, унижая тем самым аж до щелчка.

Добравшись до конспиративной квартиры, я поздравил себя с тем, что как следует замаскировался. В городе было полно суровых небритых мужиков, прячущих под плащами дубинки и короткие мечи. Эти люди ходили по улицам, заглядывали в чужие лица, ругались и пугали детей. Особенно их много было у башни мага и у лавки Мойры, да еще и вперемешку со стражей, что наводило на некоторые размышления. Вдаваться в подробности тогда мне было незачем, надо было делать ноги, а вот дома, в уюте и тепле, за кружечкой кофе — совсем другое дело.

У нас был Крэйвен и счета Халила агд Браана оказались арестованы, теперь уже — надежней некуда. За вмешательство в политику Пиджаха старика съедят с какашками, причем не один раз. Теперь у Горбыля, кем бы он ни был, нет денег, чтобы платить наемникам, или же, эти деньги скоро кончатся. Пусть даже эта армия в мою сторону и пукнуть не пукнула, но определенно могла бы. Шансы, что изначальная задумка злодеев распадётся за недостатком финансирования, были вполне велики. Однако…

— Это совершенно ничего не меняет в стратегическом плане! — выдал Шайн-младший, только что вылизавший себе зад, — Они поменяют дислокацию, станут более непредсказуемы. А старик как прятался, так и будет прятаться. Никто его искать специально не будет, всей Гильдии сейчас не до этого.

— Устами котёнка глаголит истина, — согласно кивнул я, — Даже несмотря на то, что ты сейчас делал этим ртом.

— Эй!

— Атаковать надо сейчас, пока они заняты и пытаются исправить положение. А для этого нам понадобится помощь одного реально крутого перца.

— Это какого? — прищурился мелкий безобразник.

— Меня. Точнее, нас.

Наличные силы — один оригинал, один самостоятельный доппель, один клон. То есть, два живых Джо, один из которых умеет пользоваться магией, одно бессознательное тело с резервом, похожим на резерв волшебника. Один летательный аппарат со шлемом, имеющим встроенные увеличительные стекла. Ну и дополнительные силы в виде Наталис, лосей, других добровольцев…

— Думаешь, тебе дадут смыться из Школы?

— Думаю, Дино очухается, как только Лилит начнет ему давить на мозги необходимостью заботиться о детях. Так что не паримся, готовим массовую атаку. Кстати, ты же у нас тоже многоразовый…

— Даже и не думай! — насупился котёнок.

— Ладно, останешься не при делах! — отмахнулся я, чтобы тут же вызвать протестующий мяв.

Операция «Зажмурим старость» началась быстро, как и любая годная импровизация. Школа, где взмыленный ректор, услышав о скором возвращении вполне живого Крэйвена, улыбнулся всем своим измученным лицом, изъятие клона, инструктаж для Кума и Шайна, напутствие подрастающему поколению в виде «ведите себя хорошо или я вернусь так, что живые позавидуют мертвым», ответное «орднунг муст зейн!» от всего коллектива, и вот, я уже дома.

Что я тут делаю? Режу свои тапки и фарширую полученными обрывками клона. В смысле живьем фарширую, не подумайте. Да, дело грязное и вообще фу, но есть такое слово — «надо»! Мне очень надо гарантированно прибить Халила агд Браана, потому что я, как никто другой в этом мире, понимаю всю трагедию внезапной смерти от шила в почке. Если б у меня было время, я бы еще раз (в который раз) наведался бы к старушке Лонкабль домой и узнал бы из её архива Причуды и Талант этого старого мерзавца, но времени нет, поэтому мы просто берем мухобойку побольше…

Так, клон готов, доппель под присмотром двух гремлинов осваивает летающий «аппаратус», больше всего похожий на одноместный вертолет для того, кому надо только взлететь, но не приземляться, а я сам мучаю Шайна-младшего, накладывая на него парочку весьма специализированных заклинаний, которые котёнок сможет активировать сам. Их еще придётся замаскировать, но это ничего. Главное — время, время, время!

— Готов? — осведомился я у самого себя, но лишенного магии.

— Не особо, — хмыкнул доппель, — Эта тарантайка бодрая, но очень хлипкая. Ладно, куда уж деваться. Что мне делать после того, как я его найду и сообщу вам?

— Выжить! — отрубил я, — И, возможно, быть готовым спасать меня.

— Ничего себе у тебя запросы, — качнула головой моя копия, — Ладно, попробуем. Спасибо хоть не приказал идти на таран и взрываться…

— Ты охренел? Ты представляешь, сколько ты стоишь?!? Это котята — бесплатные!

— Ладно, прорвемся, — улыбнулся я сам себе, — Знаю, что тебе предстоит — и очень рад, что не узнаю это лично!

— Сволочь.

— Мы с тобой одной крови, ты и я!

Что он имел в виду я знал прекрасно, но вот познал лишь только после того, как спрятав настоящее тело неподалеку от Багайзена, переместил сознание в клона.

— Офи-геть… — прохрипел, чувствуя себя фаршированной индейкой. Наполняющие кишечник обрывки толстого пергамента вызывали очень сложные и крайне малоприятные ощущения.

— Терпи казак, атаманом будешь! — подбодрила меня кошачья морда, уже по привычке забравшаяся под рубаху.

— Да в жопу такую жизнь! — застонал я, ковыляя к лестнице, — Зачем я вообще занес клона на третий этаж⁈

— Сам дурак!

Первая часть плана была простой как три копейки. Вот рыжий Джо без всяких теней под глазами, одетый в простую одежду горожанина, выходит из башни мага в Дестаде. Вот охреневшие от его появления наемники числом едва ли не в два десятка кидаются на бедолагу всем скопом, при моральной поддержке стражи порядка. Рыжий панически кричит, что-то пытается колдовать, пухает и пыхает, но быстро получает несколько раз дубинкой по голове, от чего томно теряет сознание, а у него под рубашкой шевелится паникующий котёнок, которого тут же оттуда выдёргивают.

…и я с невиданным облегчением переношусь в своё натуральное тело, куда лучше замаскированное в потрепанный кожаный доспех, снабженное мечом-кошкодером и котомкой с остатками провизии. Можно идти в Багайзен.

Вторая часть куда сложнее. Имея люфт времени, пока «бессознательного меня» тащат к Халилу агд Браану, я собираюсь выяснить, что происходит в этом милом городе, кто рулит парадом, и чем сейчас занят. Попутно доппель на винтокрылой смерть-машине для меня ищет логово нашего пенсионера. Подумать только, я ведь мог его прибить вторым пинком, если бы знал тогда, что за дед нарисовался на моем жизненном пути к спасаемым барышням…

Так, что тут у нас? Натуральный оккупированный городок, но дисциплина на уровне, а вот местные жители очень запуганы и чуть ли сами не ходят строем. Тем не менее, лавки открыты, из трубы булочной идёт дым, а подводы с бочками споро разгружаются у трактира. Туда-то я и наведаюсь, всё дороги мира, как говорится, ведут в трактир.

///

Халил агд Браан сходил с ума и беспокойства в башне уже четвертый день, как неожиданно получил весточку о том, что захвачен один интересный волшебник, замаскировавшийся под рыжего. Сердце старого мага еле выдержало эту новость — уж больно непростыми выдались последние дни. Очень и очень непростыми.

За один день они потеряли раба белокурой шлюхи, как и доступ к счетам восточного мага. Раз, и всё.

Это была катастрофа. Ответных ударов такой мощи никто не ожидал от молодого, да чего там, юного башенного мага. Сильных, точных, бьющих по самым уязвимым местам. Они буквально застали Халила без штанов, когда ему намазывали зельем поясницу. Именно за нанесенное (и принесенное) зелье он пообещал Элизии, что никому не расскажет о том, что она сунулась за лекарством сначала в Дестаду, планируя попробовать поймать некую Мойру… Но что дальше?

Наемники у стен башни требуют у агд Браана доступ к их финансам, а как его получить обратно? Только через Мифкрест, а там восточного мага не пощадят. Конечно, он отговорился тем, что как только выздоровеет, то привезет золото из Пиджаха, он даже дал магическую клятву, уверенный, что сможет выполнить подобное, но что дальше? Доверие, страх и уважение — всё это полетело в бездну, когда этот проклятый Джо нанес свой удар!

И вот, его везут сюда. Связанного, оглушенного, опоенного каким-то сонным зельем. Шанс всё вернуть, шанс отыграться, шанс преумножить!

Надежда подпитывала старика с такой мощью, что он чуть было не подпрыгивал, возводя всё новые и новые каскады анализирующих заклинаний для желанного гостя. Волшебник, совершенно справедливо опасаясь ловушки, готовился к приему гостя так, как будто ему везли не бездыханное тело, а архимаг, в полном боевом облачении, шёл штурмовать его башню.

Но ничего не случилось. Отряд, привезший пойманного, переговорил с теми из наемников, что караулили возле башни, а затем рыжеволосое тело внесли внутрь, опасливо озираясь по сторонам. Боевая магия, пробужденная Халилом агд Брааном, гудела в воздухе, обещая неминуемую смерть тому, кто позарится на безопасность старого мага, уже протянувшего сухую длань к одному из наемников, в кулаке которого моргал глазами маленький котёнок.

— Давайте его сюда! — с натугой пробормотал старик, удерживающий под сотню разнообразных заклинаний, направленных на лежащего на полу рыжеволосого юношу, — А теперь катитесь отсюда!

— Командир велел узнать про деньги… — угрюмо пробормотал один из наемников.

— Будут деньги! — почти срываясь на визг, прокричал восточник, — Все вон!! Немедленно!

Люди повиновались. Котенок попытался что-то пробормотать, но был сноровисто засунут в кожаный мешочек и отброшен на стол, пока Халил торопливо впивался анализирующими чарами в тело своего врага.

Это сработало на руку замыслу. Шайн-младший, оказавшись в безвыходном и безвоздушном пространстве, не захотел умирать от удушья, поэтому тут же отпустил нити наложенных на него Джо слабых заклятий, которые, по сути, ничего особого и не сделали, а просто привязали рыжеволосое тело к энергетическим потокам башни. Самому телу, исследуемому восточным волшебником, на подобное было плевать, а вот то, чем был забит его кишечник, начало жадно поглощать доступную магию, все больше и больше с каждой секундой.

Башня же — не волшебник. Она собирает и перенаправляет свободную магию, которой куда больше, чем той, что может набраться в одном маге или даже архимаге. Получив доступ к импровизированному «накопителю», башня, не имеющая ограничений, тут же принялась заполнять энергией новую ёмкость. Раздевающий рыжего волшебника, восточный маг слишком поздно ощутил неладное.

А ощутив — уже оказался бессилен. Чудовищный по своей сложности, бессмысленный по своей трижды исковерканной сути, ритуал активировался, что породило взрыв, снесший с лица земли всё строение и поубивавший нафиг всех тершихся около него наемников. Этот взрыв был настолько могуч, что сотрясение почвы от него было заметно даже в находящемся на расстоянии пяти миль Багайзене, где в данный момент некий молодой авантюрист вовсю удирал от десятка злых, вооруженных и очень сосредоточенных людей, не услышавших правильного отзыва на свой пароль.