Дитя крови

Глава 3. По следу безумца

Главное — идти по следу. Не думать ни о чем, ведь его задача убивать. Убивать этих неверных девок, которые смеют предавать свою честь. Распутницы! Они должны хранить семейный очаг, а они крутят юбками перед мужчинами, ловят похотливые взгляды, думают, что им все можно. Но они не знают, что он следит за ними, он идет по их следу, готовится, а потом наказывает. Теперь, когда он прозрел, он должен покарать их. Он очистит город от лживых блудниц, да. Он как раз нашел новую жертву, новую предательницу и шлюху…

Лечение Шелиаса принесло свои плоды, и меньше чем через сутки Тейра поправилась настолько, что вновь сбежала в Управление. У нее горело дело — наконец-то что-то начало проясняться, оставалось выйти на убийцу. Так что прихватив для "развлечения" стажера, Тейра отправилась в обход по всем лекарям Рестании. Почему именно по ним? Все просто. Тейра рассудила здраво, что если всех жертв объединяет их не совсем приличное поведение, то надо искать места, в которые их всех могло привести их "невинное" увлечение. Поэтому Тейра и начала с лекарей, целителей и травников — мужчин себе все девушки искали в разных заведениях и местах, кто-то даже на работе знакомился, зато у всех могли быть проблемы из-за беспорядочных и многочисленных романов. А куда пойдет женщина, подцепив что-нибудь не очень хорошее? К лекарю! К тому же именно последние были в курсе романов своих больных, ведь по-другому узнать об этом было бы сложно, девушки хорошо скрывались, а следить за каждой, выясняя подробности ее личной жизни, весьма трудно и затратно по времени.

В общем, прихватив под ручку нерадивого стажера, Тейра отправилась обходить намеченные цели. Учитывая, что это дело было не единственным у инспектора, закончила она только спустя два месяца. За это время они со стажером успели побывать почти у всех лекарей, целителей, знахарей и простых травников бедных районов. Дело осложнялось еще и тем, что Тейра, во-первых, не знала конкретно кого и что ищет, а во-вторых, не могла действовать в открытую, чтобы не спугнуть убийцу. В итоге поиски затянулись и стали самым скучным времяпрепровождением. По крайней мере, для стажера. Хотя поначалу он все же нашел повод для развлечения — так как Тейра действовала инкогнито, они с пареньком изображали парочку, ищущие зелье или травки от стыдных болячек. Тейра играла лучше артистов из театра Рестании, а вот стажер тупил — она ему так и сказала. После пятой или шестой лавки он тихо произнес:

— А вы, правда, встречаетесь с Верховным паладином?

При этом он так дрожал, в глазах горел такой испуг, что Тейра даже не стала отвешивать воспитательный подзатыльник за некорректный вопрос — сразу проследила ход мыслей стажера.

— Не переживай, — хмыкнула она, — Шелиас исключительно воспитанный и разумный мужчина, он не набьет тебе морду за то, что ты со мной обжимался, тем более для дела.

Не сказать, что это успокоило несчастного мальчишку, но он хотя бы перестал постоянно дергаться и шарахаться от Тейры, как вампир от солнечного света.

Последней в их списке была ничем непримечательная лавочка, которую они заметили в последний момент — набрели случайно, возвращаясь от одного лекаря. Естественно, Тейра тут же пожелала зайти в лавочку, несмотря на нытье своего невыносимого стажера. В Рестанию уже пришла зима, и на улицах города слегка морозило. Но все же это было куда лучше, чем стоять в пропахшей горькими травами лавке и гадать, не прячется ли за прилавком жестокий убийца. Именно этим занимался стажер, пока Тейра весело болтала со старым травником. Инспектор играла и играла хорошо, но мысли ее продолжали крутиться цветным калейдоскопом. Травник оказался человеком, старым, глуховатым и не очень умным. Удивительно было, как он вовсе передвигался, и, конечно, он не мог быть тем самым убийцей — его бы даже кошка победила, не то что молодые здоровые девушки. И все же что-то не давало Тейре покоя. Она продолжала болтать, а сама прислушивалась и приглядывалась. Ничего необычного, ничего…

Внезапно стажер чихнул так громко, что за огромной полкой с мешочками трав что-то упало. Тейра резко повернула голову в ту сторону, глаза ее сузились, как у кошки, готовящейся к прыжку.

— Госпожа, посмотрите, вот хорошие травы, — проскрежетал старик, вываливая на прилавок целую кучу баночек и мешочке с различными сборами. Руки лавочника были такими скрюченными и дрожащими, что из них падало все. В итоге "богатство" старика разлетелось по всему полу. Стажер с Тейрой тут же бросились поднимать товар, а лавочник охал и ахал над их головами. Наконец все травы были возвращены хозяину, "покупатели" еще некоторое время выбирали товар, а потом ушли, так ничего и не купив. Несмотря на то, что старик выглядел безобидно и жил один — Тейра позже это проверила, — ее не отпускали сомнения по поводу той лавочки.

Их голоса разносились по огромной просторной спальне, оформленной в черно-багровых тонах. Марк с Мелитэей обсуждали очень важный вопрос — какое имя дать будущему ребенку. Перебрав с несколько сотен вариантов пара, пришла к выводу, что им ничего не нравится.

— Еще есть время, — успокоил Мелитэю Марк. — Возможно, мы поймем, какое имя подойдет сыну, когда он родится.

— Возможно, — скривила губы вампирша, отчего стала еще больше похожа на обиженную куколку. — Я чувствую, что вариант есть… Надо просто сосредоточиться… И как смертные решают эту проблему, ведь у них так много детей и они так часто рожают?

— У них, наверное, есть свои способы… Какие-нибудь традиции…

— Да, точно! — воскликнула Мелитэя, багровые глаза ее засияли. Она сидела на огромной постели, такая хрупкая и уязвимая сейчас, в белоснежной ночнушке с кружевами и с распущенными непослушными каштановыми волосами — Марк смотрел на нее и чувствовал, как влюбляется все сильнее. Разве так можно? Но она была прекраснее всех, кого он знал, его хес'си.

— Марк? Марк! Ты меня не слушаешь? — В вопросе ясно прозвучало обвинение и обида.

Марк поспешил успокоить свою чересчур чувствительную в этот непростой период жену — нежно коснулся поцелуем запястья, заглянул в глаза… Она улыбнулась и ласково произнесла:

— Ты невозможен…

— Так что за идея тебе пришла?

— Очень разумная! — обрадовалась Мелитэя. — Мы назовем его Ревелин.

Марк замер, не зная, как реагировать. Такое безумство не приходило ему в голову — назвать собственного сына в честь покойной супруги Ликраса. Имя Ревелин — Песнь Тьмы — подходило и женщине, и мужчине, однако Марк не был уверен в реакции Владыки.

— Чу́дно, правда? — спросила радостная Мелитэя. — Ему понравится, да и нам! Имя красивое, я всегда завидовала в этом вопросе Ревелин. Она была лучшей из вампирш! Холодной и сдержанной, воином и бойцом. Я чувствую, что наш сын будет таким же. Ему подойдет.

Марк склонил голову, выбившиеся из хвоста стальные пряди скользнули по острой скуле, и Мелитэя осторожно заправила их ему за ухо. Он подбирал слова, которые бы не обидели любимую и при этом наиболее точно выразили его опасение.

— Как отреагирует Владыка на наше решение? — наконец поинтересовался он. — Ты говоришь, что он обрадуется, однако так ли это? Ревелин его хес'си, погибшая хоть и давно, однако оставшаяся в сердце навсегда.

— Но память о ней светла, — не согласилась Мелитэя. — Вот по Леверису Ликрас горюет, память о сыне причиняет ему боль. Но Ревелин словно осталась навсегда с ним, он будет рад вновь услышать ее имя и увидеть продолжение нашего рода в племяннике. В конце концов, Ленар навряд ли подумает о чувствах брата! — с пренебрежением добавила она. Мелитэя до сих пор злилась на младшего брата. Она не всегда понимала Ликраса, но их связывало много лет дружбы, родство, тяжелые испытания и потери, поэтому его обиды она воспринимала очень серьезно и готова была до последнего защищать брата. Но что делать, если в роли обидчика выступает второй брат? Приходилось Мелитэе злиться и язвить, припоминая Ленара и его глупости.

— Если ты так считаешь… — отозвался Марк, внимательно выслушав и взвесив доводы хес'си. Несмотря на разность характеров, Мелитэя и Ликрас все же оставались семьей и понимали друг друга куда лучше, чем Марк. Для последнего брат жены был в первую очередь Владыкой, правителем и лидером, которого Марк всегда беспрекословно слушался и бесконечно уважал. Мелитэя же… Да, с ней и так все понятно — она была единственной, кто смел шутить по поводу Ликрас. Но и бросаться с обвинениями, как Ленар, она бы никогда не стала. Марк до сих пор хмурился, вспоминая наглость младшего вампира. Все же надо было быть строже — но куда? Да и Ленар всегда хорошо помнил, что он брат Владыки.

— Я уверена, — безмятежно ответила Мелитэя, отрывая кружева с ткани ночнушки.

Марк перехватил ее руки и не очень уверено произнес:

— Как пожелаешь.

Она вынырнула из своих мыслей и посмотрела на него.

— Но тебе самому нравится?

— Конечно. Ревелин… Я бы с радостью назвал так сына.

Мелитэя улыбнулась чисто и беззаботно — так редко бывало, — а потом призналась:

— Никогда еще я не была так счастлива. И все это благодаря тебе и нашему сыну.

Взгляды их встретились — сейчас в этих багрово-алых глазах была лишь любовь и понимание, ни капли ярости и звериной жестокости, которая так часто там появлялась.

Тейра сунула ключ в замочную скважину и повернула. Ключ заело, она выругалась и дернула. Едва не выломав замок вместе с дверью, она все же попала в свой кабинет. Сегодня с утра ей неплохо досталось от начальника, который считал, что старший инспектор Рос слишком долго возится с делом душителя-насильника, и не стеснялся в выражениях. В итоге сейчас Тейра пребывала в такой ярости, что несчастный стажер, попавшийся ей на пути, едва не полетел с лестницы.

— Набитый отрубями мешок! — рыкнула Тейра, пытаясь пометаться по кабинету, но разочаровано падая на стул — места среди кип бумаг попросту не было. — Идиот!

Она бы еще долго ругала начальника, который ее сегодня с грязью смешал, но тут в кабинет робко постучались, и заглянул испуганный стажер.

— Что? — процедила Тейра.

— Там труп… Не ваш! — поспешно добавил паренек. — Но вас попросили подойти, сказали, вы сегодня дежурная…

Тейра закрыла глаза и глубоко вдохнула, как учил Шелиас, потом так же медленно выдохнул. Проделав это раз пятнадцать, она поняла, что теперь вместо одного человека хочет убить всех. Не помогло. Видимо, такой метод работал только у спокойных от рождения эльфов.

— Идем, — мрачно скомандовала Тейра, поднимаясь из-за стола. Когда-нибудь они ее доведут.

Сегодня зима решила проверить на прочность всех рестанийцев — с неба валил мокрый снег, который лип к лицам и сапогам, превращался в грязную кашицу на мостовой. Тейра мрачно месила этот ужас, гадая, когда умрут ее несчастные сапоги, которым "везет" то на лужи, то на грязь, то на сугробы.

— Ну что тут у вас? — поинтересовалась Тейра таким тоном, что стало ясно — старшего инспектора лучше не беспокоить. Парочка парней из Управления, стоящих у стены переулка, где было найдено тело, переглянулись и прикинулись двумя сугробами.

— Труп, видимо, — проворчал мужчина за спиной Тейры.

Она обернулась, смерила недовольного лекаря взглядом и ехидно поинтересовалась:

— Что, снег мешает шагать? Не надо быть таким мелким.

— Ядовитая ты баба, Тейра, как тебя твой лорд терпит?

— Ему Свет велел проявлять смирение, — отбрехалась Тейра и кивнула на труп: — Посмотришь?

— Посмотрю, куда ж я денусь, — проворчал лекарь, присаживаясь возле тела. Здесь, в маленьком тупичке, снега почти не было, и труп предстал во всей красе, разве что лежал лицом вниз.

Лекарь принялся осторожно осматривать труп, Тейра тоже присела, приглядываясь к тощему мужику. Умер он прошлой ночью, уже успел окоченеть и оттого казался еще более худым, даже чересчур. Стажер за спиной Тейры тихо сглатывал — он почти отучил себя блевать при виде покойников.

— Странный труп, — задумчиво заметила девушка.

— Да и не говори, Тейра, ты себе даже не представляешь, — хмыкнул лекарь. — Вот, посмотри, какие "чудесные" ранки. — Он отогнул ворот куртки и указал на две маленькие кровавые точки на шее.

Тейра приподняла брови и выразительно посмотрела на лекаря.

— Труп обескровлен, — ответил мужчина. — Я, конечно, еще осмотрю его у нас в Управлении, но скажу сразу — из парня выпили всю кровь.

Стажер тихо охнул. Тейра не обратила на него никакого внимания, она не сводила взгляда с трупа. У нее так и крутились в голове две короткие мысли: обескровлен, на шее раны.

«Пока рано бить тревогу, — одернула себя Тейра. — Хотя, надо порыться в сводках. В последнее время в Рестании стало пропадать много народу».

— А ведь это не первый такой труп, — вдруг произнес лекарь. — Недельки две назад Фрост на похожий случай выезжал, да и месяца полтора назад тоже…

— С него сняли все украшения, — заметила Тейра, запоминая себе посмотреть в трупной других похожих жертв. — Перстня нет, броши… Вот тут были. Паренек бедноватый, но при золоте был.

— Странно… — пробормотал лекарь, и Тейра была с ним полностью согласна, потому что тоже подозревала, что золото с трупа снял не убийца.

«Его спугнули? Грабители? — предположила Тейра. — Нет, пока рано делать выводы, надо посмотреть остальных».

Сказано — сделано. Ничто и никто не мог остановить инспектора Тейру Рос, особенно когда она почуяла след. А дело обескровленных ее сильно волновало. В отличие от большинства, она точно знала, что вампиры существуют, и если эти трупы имеют отношение к темных, то необходимо привлекать Орден.

Тейра сходила в трупную и осмотрела лежащие до сих пор там тела, потом поднялась в архив и перетряхнула отчеты дежурных инспекторов, которые выезжали на первые два трупа. Все совпадало. К тому же выяснилось, что тела нашли лишь чудом — они были выброшены в Асдель, причем к ногам привязались тяжелые камни, такие и портовому грузчику не поднять. Но Судьба в этот раз была не на стороне убийцы, поэтому веревки перетерлись — то ли зацепились за что-то, то ли были изначально некрепкими. В итоге трупы всплыли.

«Они или он прячут тела… Пора идти к Шелиасу», — приняла решение Тейра и вместо желанного сна отправилась посреди ночи к своему возлюбленному, который занимал очень удобный для ее работы пост.

По улицам Рестании ехало трое всадников в белых одеждах: статный эльф с усталым добрым взглядом, задумчивый человек-шатен, широкоплечий и могучий, и худощавый полуэльф с пронзительным взглядом зеленых глаз. Все трое служили в Ордене Света и, по сути, возглавляли его. Сегодня был трудный день, и каждый из мужчин думал о своем. Шелиас вспоминал Тейру, размышлял о тревожных слухах, ходящих по людским землям, и о том, как хорошо прижились новые порядки. Когда лорд де Лантар решился менять Инквизицию, создавать Орден Света и восстанавливать былые традиции, он опасался, что встретит сопротивление как со стороны инквизиторов, так и со стороны людских королей и их подданных, в землях которых, по сути, и хозяйничали воины Света. Но опасения Шелиаса не сбылись — прошло несколько лет, но Орден Света и его новые догмы уже устоялись в умах людей и нелюдей. Светлые, страдающие от гнета темных, были только рады обрести защитников в лице паладинов. Сами воины тоже почти не упорствовали, принимая новые законы, ведь вера их осталась прежней, да и Свет был на стороне Шелиаса, простые паладины и послушники это чувствовали. Так что переход прошел если не плавно, то хотя бы без серьезных проблем. Хоть это радовало Шелиаса.

Стефан думал о своем друге и главе. В последнее время Шелиас выглядел чем-то обеспокоенным, и это тревожило лорда де Ванара. Особенно ему не нравилась какая-то обреченность во взгляде друга, а также то, что сам Стефан давно не видел Тели. Младший брат Шелиас частенько бывал в доме, присматривал за Верховным паладином и, признаться, был настоящим сгустком радости, который мог развеселить даже грустного лорда де Лантара. Сейчас же Тели пропадал где-то, и Шелиас как-то не спешил отвечать, куда делся его брат. Это настораживало Стефана хотя бы потому, что друг совершенно не переживал по этому поводу. Да что же творилось в его голове?!

Последний, третий всадник, лорд Эсмин де Теош, тоже думал о Верховном паладине, но мысли его были далеко не добрые. Он завидовал, завидовал по-черному, однако ничего не мог сделать. Пока. Шелиас, конечно, в глазах большинства святой, да к тому же чует предателей, как волк падаль, но вечно никто не живет. Еще бы придумать, как подсидеть его и самому не пропасть. Ведь одна ошибка — и Эсмин вылетит из Ордена. А этого допустить нельзя, нельзя…

— Шелиас! Да стой же ты, мерин темноволосый!.. Демон, Шелиас, это не тебе, а скотине под тобой! — выдохнула Тейра, подбегая к ним и тяжело дыша. Она оперлась о колени и попыталась восстановить дыхание. — Что вы так быстро ездите?

Шелиас развернул своего несчастного коня, который мерином еще не стал и не собирался, и поинтересовался:

— Тебя подвезти?

— Да в Управление. Хочу тебе кое-что показать.

— Что? — заинтересовался Стефан, пока Эсмин терпеливо ждал, когда затор на их пути устранится. Вкусы лорда де Лантара всегда вызывали у него некоторое недоумение.

— Голых старух, — огрызнулась Тейра, принимая руку Шелиаса и садясь сзади него. — Шучу, Стефан, голые старухи будут только для тебя.

— Спаси меня Свет, — совершенно искренне ответил человек, под тихий смех Шелиаса и Тейры.

— Не ждите меня, — произнес де Лантар, обращаясь к братьям по вере. — Я нагоню вас в пути.

С этими словами он развернулся своего невозмутимого коня и направил его в противоположную от первоначальной цели сторону.

Стефан лишь усмехнулся краешками губ, а Эсмин подумал о том, что у де Лантара чересчур развито чувство долга — ведь не из-за красивых глазок этой черноволосой мегеры он поехал с ней. Да, Шелиас был слишком совестлив… Хм, а это мысль!