Взрывная смесь. 8. До конечной

Глава 2. УЗИ

Яна.

Садимся с Женей в машину. Он плавно выезжает со двора на дорогу и берёт курс на город по указанному адресу.

Вчера я договорилась о консультации с бывшим врачом, который наблюдал Вику во время беременности и принимал у неё роды. Жене решила признаться только сегодня, чтобы не волновать дополнительной информацией. У него и так был тяжёлый день. Какие-то сложно решаемые проблемы на работе. Их мы не успели обсудить. Завалились в постель и продрыхли без задних ног до утра.

— Яна, может, всё-таки поищем знакомого специалиста? Ты хорошо знаешь эту докторшу? — пробует меня переубедить. Вера Станиславовна, конечно, гинеколог от Бога, но всё же... Не смотря на то, что Лера ею была довольна и рекомендовала нам её, я приняла решение пойти по знакомым Андрея. После Стеллы мне в «Адонис» дорога закрыта. Не хочу осуждающих взглядов и шушуканья за спиной.

Да и Женя не настаивает. Только переживает, чтобы у нас с ребёнком было качественное обслуживание и уход.

— Вадим Николаевич очень хороший специалист, — говорю негромко, но уверено.

Машиной тут же виляет в сторону.

Чееерт… Так и знала…

Прикусываю язык.

— Он ещё и не женщина, а мужчина? То есть… Я хотел… сказать… — мазнув по мне ошарашенным взглядом, вперивает глаза обратно в лобовое окно, сбавляет скорость до 80км/час. Пальцы крепко впиваются в оплётку руля, и я начинаю слегка переживать.

Вот же ж ревнивец хренов!

— Жень, разве в гонках не участвовали женщины? Хрупкие создания, которым нужно рожать детей и создавать в доме уют, к примеру..?

— Нашла с чем сравнивать! — вспыляется, но вовремя спохватившись, просит прощения. — Ян, ты же ему покажешь всю себя, красивую, он будет тебя трогать своими большими, толстыми пальцами. Там! Знаешь, какие у врачей руки огромные? Не руки, а лапища! Прости. Что-то я не в духе последние дни. Нервы сдают.

Женя напрягает лоб. Его взгляд задумчиво устремляется вдаль. Надо бы открыть ему последнюю тайну, но я не решаюсь сейчас. Пусть сначала припаркуется, а потом поговорим.

— Может быть, ты права, — нарушает повисшее молчание, сворачивая на стоянку перинатального центра. — Просто… мне нужно привыкнуть вот к такому положению вещей.

— Женя, ты просто ревнуешь, — опускаю левую ладонь на его затылок и принимаюсь медленно массировать пальцами голову. Он заметно расслабляется. На лице исчезают угрюмые морщинки. — Было бы к кому. Этот человек профессионал, а не какой-то там… садовод-любитель…

Наконец мы находим парковочное место и вписываемся в него. Он выходит первым, помогает мне покинуть его автомобиль.

Когда захлопывает дверь и включает сигнализацию, прижимает своим телом к железному корпусу тачки.

— Я хочу полностью быть уверенным, что ты сделала правильный выбор, — смотрит пристально мне в глаза.

— Родной, — приподнимаю завесу тайны, — чуть меньше трёх лет назад Вадим Николаевич помог Тиму появиться на свет. Ты просто вынужден ему доверять. У тебя нет другого выбора.

— Что? — замирает, изучая моё лицо, словно видит впервые в жизни. — Ты сейчас серьёзно, Яна?

— Как никогда. Не волнуйся. Ему необязательно знать, что ты — отец Тимофея.

— Ян, да мне глубоко плевать, что он обо мне подумает. Ладно, прости. Неожиданно всё так… Я просто подумал... Если бы я тогда нашёл Вику, а затем и встретил тебя… Даже не знаю, как бы повернулась наша судьба.

— Что с тобой происходит? Ты весь на иголка в последние дни. Ничего не хочешь мне сказать?

— Давай за ужином об этом поговорим? Хорошо?

— Как скажешь. Идём. Не хочу опаздывать.

В гинекологический кабинет заходим вместе. Я на ватных ногах, потому что это моя первая консультация в жизни по поводу беременности, Женя с бледным лицом из-за жуткого волнения.

Отчетливо ощущаю дрожь в его пальцах. Он сжимает мою ладонь, не готовый отпускать от себя ни на шаг.

— Здравствуйте, Яна, Евгений. Проходите, — врач здоровается с Женей за руку, пропускает нас вглубь помещения. — Пусть отец сядет на стул рядышком, а вы, Яна, снимите с себя всю одежду ниже пояса, и милости прошу на кушетку.

Вадиму Николаевичу на вид лет сорок, ну максимум сорок пять. Я сразу же обращаю внимание на руки. Женя их так красочно описывал в машине, что я это делаю, скорее, на подсознательном уровне.

Тонкие и длинные пальцы, никаких лапищ. Обычные ухоженные мужские кисти, раскрывающие презерватив и надевающие его на датчик.

— Это ваша первая беременность. Так?

— Да, — отвечаю сдавленно, испытывая невероятное смущение перед мужчиной не на много старше Евгения. Лет десять разницы, это же мелочи…

Нужно как-то это пережить. Вика смогла, и я смогу!

— Ложитесь, Яна. Ничего не бойтесь. И свитер поднимите до груди.

Перевожу взволнованный взгляд на покрасневшего и интенсивно сопящего Женю, потому как сама не в курсе, что врач будет делать этой необычной штукой в виде фаллоса у меня в вагине.

С Викой на УЗИ я была дважды, но ей делали с помощью брюшного датчика, а здесь, судя по всему, вагинальный.

О.., Боже…

— Это не опасно? — отойдя от шока, Женя задаёт вопрос. — Разве вы не должны налить гель на живот и.., ну что там обычно делают медики?

— Вам не о чем беспокоится, — Вадим Николаевич спешит заверить Захарова и меня в безопасности такого метода осмотра. — Вы же хотите получить на руки хорошие снимки плода на ранней стадии беременности со всеми маленькими деталями? Благодаря такому способу можно осуществить ранний скрининг врожденных нарушений сердца и патологий нервной трубки плода. Это очень важные аспекты, которые нельзя упускать.

— Но это же редкие случаи? — теперь уже у меня сердце сжалось от всех названных медицинских терминов. Только бы всё было хорошо. Господи, пожалуйста, пусть наш ребёночек будет здоровым и крепким. — Жень…

— Я здесь. Я рядом, — подходит ко мне с другой стороны и берётся за мою левую руку. — Помнишь?

— Помню… — робко улыбаюсь, сжимая крепко его ладонь.

— Яна, сейчас мы подгибаем коленки и расставляем ножки в стороны. Ок?

— Хорошо… — делаю, что велит, жмурясь в ожидании вторжения этой не слишком вдохновляющей штуковины.

Настроив аппарат, врач накладывает на датчик гору геля и приставляет его к влагалищу, мягко вводит в меня, а я зажимаюсь от непривычки. Не скажу, что больно. Ощущения странные, но и не слишком приятные.

— Мамочка, нужно полностью расслабиться, — даёт мне пару секунд привыкнуть и начинает дальше вращать во мне этой твёрдой и своеобразной «палочкой». — Дом у вас, конечно же, большой, — внимательно пялится на экран, пока мы с Женей переглядываемся и оба сглатываем, в полной мере ощущая томительное ожидание заключения.

— Это вы к чему? — не выдерживаю затянувшейся паузы. — Там что.., двойня?

Вадим Николаевич всё ещё продолжает молчать, испытывая наши нервы на прочность, затем разворачивает к нам монитор и указывает пальцем на небольшую чёрную точку. Единственную и такую ценную, что хочется от счастья плакать.

— Смотрите, это ваш малыш. Семь недель беременности. Никаких отклонений и патологий, плацента в норме, сердечко в полном порядке, бьётся, как и положено. Пол ребёнка выясним попозже.

Мои глаза покрываются пеленой слёз. Я часто моргаю, чтобы прогнать их, ощущая на сжатой кисти горячее дыхание Жени. Он прислоняется губами и целует мою руку, а у меня в груди разворачивается целый ураган эмоций. Приятных и перехватывающих дыхание.

У нас будет ребёнок.

Наше маленькое сокровище.

Плод нашей неожиданно вспыхнувшей любви.

То, о чем я боялась мечтать — сбылось… Разве это не чудо?

Господи, я даже не предполагала, какого это испытывать пронзительное чувство ни с чем не сравнимой радости материнства.

— Ей нужны какие-то витамины? — задаёт вопрос доктору, а сам смотрит на меня как-то по-особенному, таким нежным и влюблённым взглядом, окутывающим теплотой и заботой.

Я вижу в них целую вселенную, усыпанную яркими звёздами, и мне кажется, что время начинает замирать и Земля перестаёт вращаться…

— Да, я сейчас все напишу. Ну и озвучу часто задаваемый вопрос мужчинами. Сексом заниматься можно, но осторожно. Если Яна не чувствует никакого дискомфорта при этом, тогда волноваться нет никаких причин.

Оба покраснев, переводим взгляд на Вадима Николаевича. Вернее, покраснела я, а Женя просто задумался о чём-то своём и мечтательно улыбнулся сам себе…