Дом дракона и ведьмы, или Случайная осень

Глава 3 Гость нежданный

Вечером Майла, разыскав в сарае несколько досок, подновила, как могла, крыльцо. Осталась довольна своей работой: ну хоть обычные хлопоты по хозяйству у нее спорятся, в отличие от неподатливой магии. И цветы на всякий случай еще раз полила, а потом долго рядом сидела, чуть касаясь лепестков и говоря им ласковые слова, пока не продрогла от вечерней прохлады.

А утром Майлу снова ожидали перемены.

В доме на этот раз изменился стол, из грубого дощатого превратившись в резной, из дорогого полированного дерева, на изящных ножках, а вместо лавки — три стула из темного дерева, обитые нарядной светлой кожей.

И на этом красавце-столе стояла опять миска… с кашей!

И молоко.

— Опять молоко? — невежливо, но искренне взвыла Майла. — Можно, пожалуйста, что-нибудь другое?

Воскликнула и испугалась: а вдруг разозлит хозяина?

— Простите за грубость… — промямлила она. — Очень уж не люблю молоко, а есть очень хочется…

«Извини».

Голос прозвучал в голове так неожиданно, что ведьма упала вместе со стулом.

«Не ушиблась?»

«Мне пригрезилось?» — подумала ведьма, вставая и поднимая стул. Она почти не ушиблась. Завертела головой, ища того, кто разговаривает с ней. Неужели ворон? Говорят, фамильяры способны общаться с хозяевами мысленно, но так это с хозяевами! Она-то совершенно точно ведьма одинокая…

Молоко и каша исчезли — видимо, как раз в момент падения. Сейчас на столе стояли творожники, щедро политые вареньем, и горячий ягодный взвар.

«Нравится?»

Голос в голове звучал ровно, но Майле показались там нотки беспокойства.

«Домик, это ты со мной разговариваешь?» — подумала ведьма.

Дом, разумеется, не ответил.

Тогда Майла вслух произнесла:

— Привет.

«Добро пожаловать, моя гостья».

«Вот как! — осознала девушка. — Значит, мысленно общаться мы не можем, и он только слышит, что я произношу вслух».

— Домик… Спасибо большое за заботу! Я не хотела тебя обидеть, — произнесла девушка искренне. — Я обязательно что-нибудь хорошее сделаю, ты подскажи что.

«Ты все делаешь правильно».

— Ну ладно… — нерешительно сказала Майла, принимаясь за еду. — А я всегда теперь смогу с тобой говорить?

«Почти».

— Вот здорово! — обрадовалась та. — А то уж очень здесь тихо, и словечком не с кем перемолвиться… Домик, а ты можешь наколдовать мне мяса или хотя бы яиц? Я хочу угостить ворона. Ты ведь знаешь, о каком я говорю?

«Знаю. И угощение будет к вечеру».

— А тебе не трудно?

«Трудно. Но скоро станет все легче и легче».

— Когда цветы расцветут? — встрепенулась Майла. Вот сейчас-то она и приблизится к разгадке тайны!

Но в голове была пустота и тишина.

— Домик, ты обиделся? Прости, пожалуйста! Или тебе нельзя говорить? — испугалась Майла, но не получила никакого ответа.

Дом продолжал хранить молчание, и девушка, повздыхав, принялась за еду. Творожники были куда вкуснее каши, их, в отличие от последней, девушка обожала. Особенно с вареньем.

Чувствуя себя немного виноватой, она продолжила весь день работать в саду, превращая его в ухоженный клочок земли. Черный цветок радовал ее налитым, тугим бутоном, словно собирался завтра расцвести.

Остальные только чуть-чуть воспряли. Особенно слаб был алый, казалось, что ему пока не становилось лучше, но Майла не унималась, не жалея ни воды, в которой тоже стала ощущаться магическая сила, ни ласковых слов.

К вечеру и правда на ужин дом подал хороший кусок вареного мяса с подливой из тушеной морковки. Однако на попытки Майлы завязать разговор не откликнулся. Майла отрезала кусок и сразу пошла приманивать ворона.

Распахнула окно, положила мясо на подоконник и принялась ждать: прилетит или нет?

Ждать долго не пришлось.

Захлопали крылья, и ворон показался в окне. Уселся на ставень, поглядывая искоса на подношение на чистой деревянной тарелке.

— Поешь со мной? — спросила Майла. — А… а хочешь в дом? Я тебя за стол посажу. — И протянула руку в окно.

Ворон каркнул и сел на протянутую руку, чуть уколов когтями.

Майла аккуратно втянула гостя в окно, поднесла к столу. Птица скакнула на стол и хитро подскакала к тарелке самой Майлы.

— Ну, ешь из моей, не жалко, — засмеялась она. — Домик, смотри, какой у нас гость!

Но дом снова не отвечал.

Поужинав, Майла устроила ворона в уголке спальни, на изголовье соседней старенькой кровати. На окно положила тарелку с остатками ужина.

— Домик, спокойной ночи, — прошептала она, готовая к новым чудесам, которые будут ожидать ее наутро.

А чудеса оказались уж совсем неожиданными!

Теперь вместо комнаты с обеденным столом, она же кухня, Майлу ждала красивая столовая, какая бывает только в очень богатых домах. Майла один раз такую видела, когда мама нанималась к одному аристократу средней руки помощницей по хозяйству, у нее-то с бытовой магией получалось куда лучше.

Светлая, очень изысканная, хоть и небольшая, с уютно топящимся камином вместо печки, с ткаными обоями и деревянными панелями, с высокими, насколько это позволяла высота стен деревенского дома, окнами, чистыми до прозрачности.

Майла даже рот разинула, забыв о тех крупицах приличных манер, которыми она успела обзавестись.

— Красота какая. Вот это ты, домик постарался!

Не получив ответа, жалобно попросила:

— Ну ответь, пожалуйста. Я обидела тебя, что ли? Ой, сколько же всего на этот раз! Я же столько и не съем! — всплеснула руками она, обратив внимание на богато уставленный стол.

Какие-то запеканки, тончайшие блинчики, свернутые и конвертиками, и мешочками, и трубочками, и графины с разноцветными напитками, и пирожки, и овощи, запеченные с яйцом, и рулетики из ветчины…

— Наверное, сегодня праздник какой-то… — растерянно пробормотала Майла, ища глазами умывальник, который, естественно, исчез, как слишком сильно не соответствующий обновленной комнатке.

— Ну конечно, праздник! — раздался веселый голос, и Майла с визгом бросилась в спальню: вышла-то она в одной сорочке, а тут мужчина какой-то пожаловал.

Майла лихорадочно натягивала на себя платье, но незнакомец, честь ему и хвала, не стал вламываться в спальню и разглядывать неодетую девушку.

— Вы кто? — спросила она, побаиваясь выглянуть из дома. — Вы хозяин?

— Если бы! — Голос у мужчины был чуть хрипловатый, но, несомненно, приятный и не сердитый. — Я, можно сказать, его приятель. Даже, наверное, теперь — лучший друг и товарищ по несчастью Выходите, прелестная гостья, не бойтесь.

Майла, осторожно ступая, вышла к столу.

За ним сидел мужчина среднего роста, довольно плечистый, с вьющимися темными волосами до плеч блестящего черного цвета.

Как вороново крыло…

Как лепестки у цветка…

И тут Майла догадалась:

— Вы… вы были вороном?

— Ох! — схватился за лоб мужчина. — Был, и это мне успело жутко надоесть! До чего, оказывается, приятно ходить по твердой земле и наконец-то поесть как следует. — Он встал, отодвинул стул напротив себя. — Присаживайтесь, прелестная гостья, разделим трапезу, потому что я неприлично, прямо нечеловечески соскучился по человеческой еде!

— Приятного аппетита, — сказала Майла, присаживаясь. В человеческом облике «ворон» несколько смущал ее.

Он был явно не создан для этого места. Манеры, обращение на «вы», речь и костюм — рубашка из тонкого полотна с кружевным воротом, темные штаны, сапоги из явно дорогой, мягкой кожи, а также перстни на руках и серьга-амулет в левом ухе — выдавали в нем человека из совсем другого слоя общества. Сама Майла почти всю сознательную жизнь прожила в деревне, хотя мама была не деревенской по своему происхождению.

А этот — точно аристократ. И довольно сильный маг. Майла чувствовала его дар, словно волны тепла, исходящие от жадно поедающего свою порцию мужчины. Дар явно «раскрывался», словно долгое время был запечатан.

Майла осторожно принялась за еду, поглядывая на мага. И хотя ее просто распирало от вопросов, девушка решила повременить. Пусть наестся сначала, а то к голодному приставать — так ничего и не узнаешь.

Маг расправился с половиной еды на столе и откинулся на спинку стула.

— Уф… — выдохнул он. — Извините, я, должен был показаться вам невоспитанным невежей. Позвольте представиться: меня зовут Роэн Мидлор, мастер Мидлор, я маг и, действительно, бывший ворон. Как вас зовут, прекрасная юная госпожа?

— Майла, — просто ответила девушка. — Я… я раньше жила тут, в деревне Старый берег. Недалеко от леса, у реки Змейки…

— А! — ответил мастер Мидлор. — И что же вас побудило сюда переселиться?

— Ну… — Майла смутилась. — Я, как видите, ведьма, и… Мой дар не слишком пока мне подчиняется.

— У вас не было наставницы? — догадался маг.

— Да, — ответила коротко Майла. — Я, конечно, кое-что знаю, но у меня не всегда получается творить волшебство. Иногда получается совсем не то, что нужно…

— Ну, если хотите, это легко исправить, — кивнул маг с участливым видом. — И вообще, я ваш должник за то, что вы помогли мне вернуть мне человеческий облик!

— Но я же ничего особенного не делала! — засмущалась ведьма.

— Вы сделали именно то, что следовало сделать, — ответил маг, — а то, что это у вас получилось случайно, так в этом есть особая прелесть, юная госпожа.

— Вы сейчас о цветах? — спросила Майла, вскакивая. — Они были связаны с вашим превращением? Но цветов же три… Ой!

— Вот именно, — усмехнулся маг с теплотой в глазах. — Три.

— Значит, здесь есть еще вороны? Или кто-то другой? Но я больше никого не видела… — растерялась Майла.

— Значит, скоро увидите. Заклятье начало разрушаться, и это произошло благодаря вам. Вашему спонтанному порыву спасти цветы, вашему появлению здесь…

— Расскажите тогда, в чем дело, — попросила Майла.

— Ну, садитесь тогда. Мы, правда, уже поели, но у меня не хватает сейчас сил обустроить подходящим образом гостиную. Хорошо хоть мы будем с уборной и ванной, а то я как-то соскучился по таким удобствам.

— Настоящая ванная? — широко раскрыла глаза Майла. — Ой, вот хорошо! И уборная? А то, знаете ли, на дворе осень, и… — Она смущенно замолкла.

— Да, согласен, — маг с тактичной улыбкой перевел тему на другую, не менее интересную, — однако вернемся к тому, что вы пожелали узнать. К сожалению, пока заклятье слишком сильно, чтобы я мог рассказать вам все-все, но вы очень умная юная особа и, несомненно, о многом догадаетесь сами.

Майла смутилась. Она не считала себя дурочкой, но и умной тоже, и из-за своих непростых отношений с магией вечно сомневалась в своих догадках. Мастер Мидлор тем временем продолжил:

— Как я уже сказал, вы попали сюда случайно. Восхитительная случайность!

Майла вспомнила тот злополучный (а может быть, и счастливый день) и вздохнула:

— Да я бы, наверное, в пасть к дракону прыгнула, чтобы только убежать от них подальше!

— В пасть к дракону? Вот как? — Маг от души рассмеялся, захохотал даже, словно Майла сказала какую-то ужасно остроумную шутку, и девушка с удивлением воззрилась на собеседника. — Простите, — сказал он почти нормальным голосом, вытирая слезу с уголка глаза. — Просто это… очередная случайность, которая может иметь важное значение.

Что? Майла совсем запуталась. При чем тут драконы? Откуда им взяться тут, в заколдованном доме в лесной чаще?

«Домик, а ты драконов тут не встречал?» — подумала она, но тут же вспомнила, что для разговора ей нужно произносить слова вслух, а при Мидлоре она стеснялась так сделать.

— Вы обещали рассказать, в чем же дело, — напомнила Майла.

— О да, конечно. Как вы уже поняли, юная госпожа, речь пойдет об одном старом, давнишнем заклятье, из-за которого мне пришлось обратиться в ворона и жить тут много лет, будучи пернатым бессловесным существом. Когда-то два… человека или нечеловека, неважно, — в общем, эти двое хотели завладеть магическим артефактом необычайной силы. И едва не сломали его пополам в процессе дележки. Хозяин артефакта и в то же время отец этих… э-э, двоих, ужасно рассердился, а тут еще и артефакт сработал… В общем… э-э… — было видно, что маг тщательно подбирает слова, и магия молчания не дает ему высказать лишнего, — в общем, один из них оказался здесь, в этой глуши.

«Наверное, он говорит о себе, — подумала Майла. — Он и еще кто-то делили этот артефакт, а теперь оказались здесь. Но ведь в саду три цветка, не два!»

— Вы скажете мне, кто еще связан с цветами? — спросила Майла. — Вы поможете их оживить? У вас же нет проблем с даром, как у меня? Или на вас влияет Источник?

— Источник? — непонимающе уставился на нее маг.

— Ну, разве вы его не чувствуете? Он здесь. Как будто пробуждается. Я поначалу даже боялась… — Майла даже голос понизила от волнения. — Он такой… мощный, и сила накатывает волнами, я даже колдовать боюсь…

— Вот вы о чем! — хлопнул себя по лбу маг. — Я понял! Хорошо… пусть будет Источник. А я-то думал, почему вы ползаете по крыльцу с молотком и гвоздями и точите косу деревяшкой.

Майла смутилась. Как-то только сейчас подумала, что за ней он все это время наблюдал…

Ее щеки зарделись, а маг ласково произнес:

— Ну-ну, юная госпожа, не переживайте. Ничего непристойного я не видел, клянусь своим даром! У вас очень умелые ручки, вы не глупы, и из вас выйдет толковая ученица. Станете очень талантливой ведьмой, не будь я сыном придворного мага…

— Ой! Вы были при дворе? — еще больше засмущалась Майла. — И как там? Вы видели королеву и короля?

— Видел, но я был тогда еще совсем мал, — сказал маг. — И все вам расскажу. Длинные осенние вечера буквально созданы для долгих задушевных бесед с кружкой чего-нибудь погорячее… А ведь я, благодаря вам, могу теперь ночевать в тепле, не страдая от холода и ветра! Моей магии не хватало, в дом я зайти не мог, поскольку заклинание захватило меня, когда я был снаружи… Ладно, об этом можно позже. Главное — давайте взглянем на цветы. Вы правильно поняли, еще два цветка — это еще двое несчастных, томящихся без возможности принять человеческий облик.

— Кто они? — спросила Майла, затаив дыхание.

— Увы… — развел руками маг. — Я вынужден хранить молчание, но вы очень скоро узнаете это сами. Я, со своей стороны, тоже буду этому способствовать, раз уж теперь я снова человек и могу колдовать. И вас подучу. Хоть ваша сила и способы колдовства отличаются от моих, но теперь я могу покидать это место и привезти вам книг и зелий.

— Вы уедете? — Майла немного испугалась. Конечно, она ничего еще не знала о Мидлоре, но маг не производил впечатления человека, который может навредить ей или покуситься на ее честь. Оставаться совсем одной в пустом доме ей очень не хотелось. Особенно когда он еще и упорно молчит.

— О, не сразу. Денек-другой надо набраться сил. И я же не могу сразу бросить вас в такой избушке-развалюшке? — улыбнулся маг и даже подмигнул.

— Очень милый домик, — не согласилась Майла. — Только запущенный. Хотя, если честно, я рада: магией его можно преобразить куда быстрее, чем я бы сделала вручную. И ужасно не хотелось мерзнуть здесь осенью, а я бы вряд ли смогла прочистить печь. Не обижайте его, пожалуйста. Вы знаете, он даже говорит со мной! — похвасталась она.

— Говорит? Дом⁈ — изумился Мидлор.

— Ну да. — И ведьма рассказала про глупую ситуацию с молоком и доброту дома.

— Вы уверены, что с вами говорит дом?

— Ну а кто же еще? — удивилась ведьма. — Ведь это же не вы колдовали, чтобы у меня была еда и мягкая постель? Или все-таки вы? — И уставилась на него, подозрительно прищурив глаза.

— Не я, — ответил маг после паузы. Лицо у него невольно расплывалось в улыбке, хотя он пытался сдержаться. — А сейчас «домик» говорит с вами?

— Нет, — Майла немного погрустнела, — наверное, он на меня за что-то обиделся.

— Не переживайте, — искренне сказал Мидлор. — Возможно, дело не в вас, а в заклятии. Продолжайте с ним беседовать, если ответит, и обязательно расскажите мне. Быть может, и я смогу поговорить… с домиком. — Он снова фыркнул, как будто его ужасно смешило это слово.

«Что же его так веселит?» — попыталась догадаться Майла, но ничего так и не придумала. А может, и не было никакой причины, просто чувства у мага пошаливали после такого долгого заточения в птичьем теле. И такое ведь бывает!

— Соблаговолите сейчас взглянуть со мной на цветы? — поинтересовался маг. — Только я бы все же рекомендовал вам обуться. На улице не слишком тепло.

В самом деле, погода стояла настоящая осенняя: и небо хмурилось, и мелкий дождик моросил, и ветки вдруг начинали бешено качаться под резким порывом ветра.

Осень…

«Это будет самая невероятная осень!» — подумала Майла, предвкушая новые чудеса.

Она обулась. Маг с сомнением покосился на ее поношенные башмаки, но учтиво подставил ей локоть. Конечно, это было формальностью — пройти вдвоем по тропинке среди зарослей было очень неудобно, поэтому маг пропустил ее вперед, словно они были на каком-нибудь приеме в городском особнячке.

Майла присела на колени перед клумбой.

Черный цветок расцвел — похожий на розу с крупными, широкими лепестками. Края лепестков серебрились, только вместо благоухания от цветка чувствовалась магия.

— Бедняжки, — пожалела Майла белый и алый. Вернее, Белого и Алого, раз уж Майла знала, что к ним привязаны живые существа, которых нужно расколдовать как можно скорее.

Она обернулась к Мидлору, стоящему с напряженным лицом.

— А сколько же лет вы так пробыли?..

— Семь.

— О-о… — Майла сочувственно взглянула на мага.

— Скажите, который из цветов расцветет следующим? — спросил у нее Мидлор, вглядываясь в магические потоки.

Майла ответила беспомощным взглядом: он что, серьезно? Он обученный маг, а она — самоучка и недоучка.

Эту мысль она не преминула высказать вслух, но Мидлор мягко ответил:

— Не бойтесь. Это же не экзамен. Сдается мне, вы недооцениваете ваши способности.

Майла напряглась так, что почти засопела.

— Белый, — сказала она наконец.

— Белый, значит, — протянул Мидлор. — Что ж, давайте продолжим. Принесем воду и польем их. Я хочу посмотреть, как вы делали раньше.

— Но вы же видели…

— Хочу посмотреть магическим зрением, — уточнил он. — В обликах животных оно работает не слишком хорошо.

— Ладно, смотрите, — ответила Майла.