Две полоски для майора

Глава 23

— Ну, ты круто попала, училка, — говорит майор хрипло. — Раздевайся, буду любить сладко… и долго-долго. Пока не устанешь кончать…

Баба Мира, которую Алексей не заметил начинает громко кашлять. Подавилась, бедненькая, тортиком после услышанных жарких обещаний. Меня саму в дрожь бросило. Ах, как он это сказал, а!

Совсем бесстрашный, не убоялся, что по морде его двину. Любого другого за такие высказывания и двинула бы, но на Лёшика рука не поднимается. Он же представитель власти.

— Ты не одна? — спрашивает Лёша, скользя по моим ногам жадным взглядом.

— Соседка зашла.

— Уже ухожу, — сообщает заговорщически баба Мира. — Не буду вам мешать. Спасибо за торт, очень вкусный!

— На здоровьице, — отвечает майор, оттесняя мою гостью к двери. А потом запирается за ней на замок, будто находится у себя дома.

— Где Андрюшка? — скрещиваю руки на груди.

— На лечении. У лучшего специалиста.

— Когда вернете его мне?

Когда соседка сказала, что Алексей унес скелет, я сначала с облегчением вздохнула, что майор ушел не с женщиной, а потом разозлилась.

Вдруг на мусорку потащил, чтобы мне досадить? В общем места себе не находила от переживаний, поэтому пригласила на чай вездесущую бабушку.

Потом вспомнила наш с Риткой уговор, но отмахнулась мысленно. Не приедет он. Обиделся. А он взял и приехал! И стоит сейчас передо мной, громко и часто дышит, облизывается на мои ноги и декольте, охальник.

— Скоро верну, — пытается меня обнять.

— Нет уж! Сначала верните экспонат, потом будете руки распускать!

— А можно наоборот? — закатывает глаза Каверин.

— Не можно, — пячусь от него.

— Вредная училка… Как же хочется указкой тебя по попке отшлепать за вреднючий характер.

— Держите свои фантазии при себе, Алексей, — отвечаю гордо.

— Мы трахались, а ты продолжаешь мне выкать. Делать вид, будто ничего не было!

Краснею до кончиков волос и отвечаю:

— Повторяю: у меня был интим с Лешей-бродягой. А не с вами, товарищ майор.

— Я понял! — поднимает он кверху указательный палец. — В таком виде я тебя не вставляю. Ты бомжа хочешь!

С этими словами он решительно направляется к выходу. Я и слова сказать не успела, как он хлопнул дверью с обратной стороны.

Ну вот… Что же я наделала? У меня и вправду характер не сахар, я свои слабые стороны знаю. Только он тоже перегибает. Бомжа хочу… Вовсе нет! Я хочу отношений. Определенности. Уверенности в том, что, взяв меня еще раз, он вернется снова. Только и всего.

На удивление через пять минут в квартире раздается трель звонка. Кто-то пришел. Открываю и вижу Лёшу… В байковой рубахе, потертых штанах и старых кроссовках. Не хватает только длинных волос и бороды. А так — вылитый бродяга, который устроил уличную драку у булочной. И которого я так рьяно защищала сумочкой.

— Вещи лежали в багажнике, — говорит без тени улыбки Лёша. — Впустишь теперь?

— Я тебя и в первый раз пустила.

— Но не дала.

— И сейчас не дам, — отвечаю сипло.

Его образ напомнил мне о том чудесном дне, когда я снова поверила в любовь.

Но потом… Он сердце мне разбил. Обманул. Предал. Нет ему прощения!

— Это мы еще посмотрим, — говорит мужчина, гипнотизируя меня взглядом.

А потом набрасывается на меня, как голодный хищник. Кладет руку на мой затылок и дерзко впивается в губы. По позвоночнику проносится электрический разряд. Затем еще один и еще… Всего лишь поцелуй, но сколько же в нем страсти! Эта страсть сбивает с ног, заставляет обильно потеть и нервирует сердечко.

— Лёша, — пищу ему в губы, но он и слушать ничего не хочет. Прижимается ко мне плотно и забрасывает мою ногу себе на бедро. Толкается мне между ног напряженным пахом и продолжает терзать губы.

Не хочу, чтобы он думал, что меня возбуждают уличные бродяги, но и остановить этот танк не могу. Да и не хочу, если честно. Ритка неплохо так мне мозги промыла. Даже пригрозила под конец, что если я еще раз отошью Каверина, то она заберет его себе.

Не отдам! Мой!

Даже вцепилась ему в шею, чтобы заявить на него свои права.

Леша подхватил меня под попу и понес в спальню.

Уложил на кровать и рванул пояс халата.

Дома я лифчики не ношу, поэтому его глазам предстала полуголая я. В одних трусах-стрингах. По совету подруги надела. Даже не знала, что такая вещь присутствует в моем гардеробе. Видимо, Риткин подарочек.

Майор принялся раздеваться со скоростью света, и вот он уже покрывает меня своим сильным телом. Погребает под собой, толкается каменным членом через тонкую ткань.

— Таня моя, как же я скучал, — вырывается из него признание.

— Я тоже.

Скатывает с моих бедер тугие трусы и проводит пальцами по бесстыже мокрым складкам. Я вся горю под ним. Дышу через раз.

Он скучал…

Пришел за сексом. Но что делать, коли и я этого хочу? Сжать бедра и не давать? Его мучить и самой страдать?

— Хочу тебя, Тань! Клянусь, верну твою костлявую зверюшку скоро. Дай! — требовательно толкается бедрами в меня.

Горячая головка члена оказывается у входа, и мне хочется самой поскорее насадиться на острый наконечник. Господи, что творится с моим либидо? Я такая развратная!

— Ты мокрая такая, даже готовить не нужно.

Одно движение — и я оказываюсь нанизанной на толстый ствол Алексея. Раздвигаю ноги шире, чтобы он мог уместиться между моими бедрами. Большой он человек! Под таким здоровяком и лежать приятно.

— Только осторожно, — всхлипываю, вцепившись в его плечи.

Переживаю из-за ребенка, ведь инструмент у Леши не мал. Вдруг навредит.

— Хорошо…

И он нежными толчками вспарывает меня, ласково гладит бедра, грудь, шею. Целует, засасывает, покусывает… Но всё на минималках, никакой животной страсти и в помине нет. Но есть безумный огонь, который разжигает нас изнутри.

Прижимаюсь к нему всем телом и дрожу, ловя кайф.

Стыдно признаться, но Каверин мне снился, и я просыпалась среди ночи, чтобы заменить мокрые трусики.

И вот он со мной. В моей постели.

Господи, как хорошо-то! Что хочется летать. И кричать! Но помня о соседке через стенку, которая в курсе о намерениях Лёши, упрямо сжимаю губы.

— Охуенная ты… Танечка… Просто пиздец, какая ты.

Никогда бы не подумала, что я, интеллигентная женщина, буду возбуждаться от матерных словечек в постели.

— У тебя грудь выросла или у меня глюк?

Ой, заметил изменения! А поймет ли, что я уже беременна? Я всё еще жду удачного момента, чтобы признаться. Дождусь ли? Пусть уже сам догадается, что ли.

— И поправилась заметно, — продолжает разглядывать моё тело.

— Что, не нравлюсь?

— Наоборот! Кайфовая стала. Из кильки в барабульку превратилась.

— Сам ты… Барабулька!

— Не обижайся, я ж ласково… Ласково с тобой общаюсь. Ох, кончу… Кончу на сисечки твои охеренные сейчас.

Помогая себе руку, Алексей затапливает меня с головы до ног теплым семенем.

— Видишь, сколько накопил для тебя? Ни с кем не был, о тебе постоянно думал. Даже дрочить себе запретил.

— Вот это подвиг! — издаю саркастичный смешок и оцениваю масштаб потопления.

Как дойти до душа в таком виде и не залить спермой всю квартиру? Хоть бы предупредил, я бы полотенце заранее подготовила.

— Представь себе — да, подвиг. Всё до капли тебе принес.

— Я вижу.

— Вотри, — размазывает по мне семя пальцем.

— Чего? — раскрываю рот.

— Вотри в кожу сперму. А потом в душ вместе сходим…