Две полоски для майора

Глава 25

— Какой еще маньяк? — спрашиваю с любопытством. Обожаю истории в стиле тру-крайм, они здорово щекочут нервишки.

— Никакой. Забудь, — отмахивается Каверин и косит глазом на мою обнаженную грудь. Всё мало и мало ему! А я уже еле живая. Темпераментный мужчина, как было и обещано гадалкой. Надо ей конфет, что ли, отнести в знак благодарности.

— Что значит забудь? — выдыхаю возмущенно. — Я хочу знать, о каком маньяке идет речь!

— Ляпнул на свою голову, — бормочет. — Ладно… Борис Ведерников, тот которого ты встретила в кафе — он маньяк. Опаивает женщин и… Ну, ты поняла.

— Вот так новости! То-то он мне сразу не понравился.

— Я хотел тебя попросить помочь его поймать. Наверняка он оставил тебе свой номер телефона?

— Так и есть, оставил, — киваю. — Бумажка где-то в сумочке лежит.

— Но теперь, конечно, всё отменяется, — поспешно сообщает майор. — Найду другую женщину.

Я воспринимаю его фразу, как личное оскорбление.

— Каверин, вы охренел? Зачем тебе искать другую женщину, когда у тебя есть я?!

Знаю я… этих женщин. Сначала маньяка помогут поймать, а потом и на крючок моего майора подцепят. Нет уж! Не могу я рисковать своим счастьем. Бориса буду ловить я и точка! Точнее восклицательный знак.

— Таня, нет!

— Лёша, да! — сталкиваемся взглядами, и искры, образованные в момент столкновения, летят во все стороны.

— Ты беременна, и я не могу подвергнуть тебя такому опасному риску.

— Ничего со мной не будет. Поймаем маньяка и отправим негодяя за решетку. Это ж надо, какой подлец, женщин насилует!

Поймав кураж, я готова отправиться на поимку мерзавца прямо сейчас. Только одеться надо, а то голая совсем. И счастливая… Ведь Лёшик отреагировал на мою беременность так, как и подобает настоящему мужчине.

Спасибо, Господи, что послал мне такого ответственного парня! Я так его люблю…

Ой… Да. Это и есть любовь. Теперь знаю точно. То чувство, которое я испытывала к Пашке, и рядом не стоит с тем, что испытываю к Лёшику.

Подумать только, с помойки привела такого чудесного мужика! Не зря я такая сердобольная. В детстве постоянно притаскивала домой животных. А теперь выросла и тащу людей…

— Угомонись. Ты не в деле, — рубит Алексей.

— В деле! Я в деле, понял? — заряжаю ему локтем в бок.

— Связался же… — бормочет Алексей раздраженно и потирает ребра. — Ладно. Звони Борьке и проси о встрече. И еще Ритку подтянем. Твоя подруга одна целый отряд оперативников заменит.

— Ритку? Хорошо. Она будет рада поучаствовать в авантюре.

— Ритка пойдет вместо тебя на встречу. И не спорь! А то по заднице настучу.

— Глядите, какой арбузер! Настучит он мне! — выдыхаю возмущённо и тотчас замолкаю. Лёшик беспокоится о нашем ребенке и вовсе не пытается ограничить мою свободу. — Прости! Ты прав. Пусть идет она. А мы будем прослушивать их разговор из микроавтобуса. Я в кино видела!

— Вот это другое дело, — радуется майор моей уступчивости. — Иди, приласкаю, а потом позвонишь, — валит меня на спину и раздвигает ноги. — Как у нас тут сыро… Кто-то ненасытен.

— Ты? — невинно моргаю ресницами.

— Ага, я.

В следующие минуты мне становится не до разговоров. Горячий язык Каверина безобразничает у меня между ног, высекая искры и провоцируя меня на крики. Я даже забываю о любопытной старушке через стенку и самозабвенно бьюсь в его руках. Очень громко бьюсь.

И я действительно устаю кончать, как и было обещано Лёшиком в самом начале встречи. А он всегда отвечает за свои слова.

Валюсь в бессилии на лопатки, а потом слышу:

— Эй, чего улеглась? Я вообще-то жду ответный жест.

— Спасибо, Лёша.

— Какое еще спасибо, рыбка? Есть один товарищ, который очень нуждается в оральных ласках. Поможешь ему? — трясет у меня перед лицом стоящим членом. Яички подпрыгивают, и мне становится смешно.

— Хорош ржать, Танюха. Ублажи меня лучше, как следует.

— Ладно, ложись.

Каверин с готовностью распластывается на постели, и я в который раз удивляюсь тому, какой он здоровый бугай. Моя кровать ему мала. Если мы будем жить у меня, то придется покупать новую. Ведь он сказал, что вместе ребенка будем растить. Значит придется вместе и жить.

Беру в руку его тяжелый член и шумно сглатываю. Даже без очков я вижу каждую венку на нем. Краси-и-ивый! Так бы и облизала его всего. Что я, собственно, и делаю ближайшие тридцать минут.

Челюсть затекает и болит, но я всё ублажаю и ублажаю своего мужчину. Помогаю себе рукой и, наконец, получаю вожделенные сливки в ротик.

— Ты с-супер, Таня, — кончив, тянет майор. — Это был лучший минет в моей жизни. И самый долгий.

Слушаю его восторги и пытаюсь поставить на место челюсть. Не ходить же мне теперь с открытым ртом! А то что-нибудь залетит в него. Муха или комар.

— Проблемы? — спрашивает Л ёша.

— Мгмааа, мгалаа, — тычу пальцем на рот.

— Чиво? А, я понял, ты разучилась говорить, — ржет.

— Мгга мггг! — делаю страшные глаза.

Одним движением Каверин захлопывает мне рот, чуть не прищемив язык. И я выдыхаю.

— Спасибо, — спустя несколько секунд ко мне возвращается речь.

— Труженица моя, — ласкается ко мне.

— Пора звонить Борьке! — объявляю решительно. — Где мои очки?

Смотрю на заляпанные спермой стекла и качаю головой. Шарю в тумбе в поисках влажных салфеток, нахожу их и неспешно протираю.

Лёша дремлет, подложив под голову согнутую руку. Его успокоенное хозяйство лежит правом на бедре. Уснули оба… Умаялись. Зато я словно живчик, энергии поднабралась. Хочу действовать!

Ухожу на кухню с телефоном и звоню Ритке. Подробно ввожу ее в курс дела насчет Ведерникова, и она соглашается помочь. Но только с одним условием…