Этот томительный дым

Мартьянова Ксения

Этот томительный дым

Аннотация:

Он жестокий и всевластный дикарь, считающий, что все в этом мире зависит только от него. Она

мечтательная и свободолюбивая девушка, стремившаяся чего-то достичь в этой жизни. У него нет

сердца, а у неё самая чистая душа. Он не знает, что такое радость, а она каждый день улыбается новому

дню. Его холодность убивает отростки даже самых незначительных чувств, а её теплота заставляет

полыхать даже самые заледенелые сердца. Его зовут Дарен Бейкер, и он пойдет на все, чтобы получить

желаемое. Её имя Эбигейл Дэвис, и она готова бороться за то, что мы называем любовью.

Судьба свела этих людей вместе, но забыла, что при этом соединяться две противоположности. Она

даже не предполагала, что Раю придется столкнуться с Адом.

Любовь - это ниточка, способная соединить две родственные души воедино, пусть даже одна из этих

душ падшая.

Глава 1

Шумная музыка, грязные танцы, алкоголь, крики, драки, обжимания и все, что ко всему этому

прилегает – это привычные элементы, наполняющие самые обычные развлекательные места

Манхэттена. И модный клуб «Айрис» не стал исключением. Каждый вечер это заведение заполняли

люди, у каждого из которых была своя отдельная история. Кто-то приходил сюда для того, чтобы

расслабиться, посидеть с друзьями, выпить и поговорить. Кто-то воспринимал такие вечера, как

возможность завести новые знакомства. Кому-то была необходима хорошая встряска, как говорят,

«адреналин в кровь», а кто-то приходил сюда для того, чтобы утопить свое горе в очередной порции

алкоголя, а большинство людей из данной категории совершенно не знали меры. Вы думаете, в таких

заведениях что-то меняется? Нет. И сегодняшний вечер стал ещё одним подтверждением того, что

данная схема движется лишь в одном направлении – по бесконечному кругу.

Эбигейл Дэвис работала здесь уже два года. Не сказать, чтобы ей нравилось мешать коктейли и слушать

пьяные разговоры, а порой и терпеть грязные приставания посетителей, просто выбирать особо не

приходилось. А она и её семья с самого детства научились довольствоваться тем, что давала им жизнь, не смея просить о большем.

Вот и сейчас, прекрасно понимая, что без этой работы они просто не выкарабкаются, Эбби проводила

свою очередную лечебную терапию:

- Бен, если я налью тебе ещё, то боюсь, что до дома ты просто не доедешь, - её голос был ровным, и она

старалась говорить внятно.

- Плевать! – Отмахнулся старик и покачнулся на стуле, но благодаря хорошей реакции Эбигейл, которая

поймала его за рукава, ему удалось благополучно удержаться на месте. – У меня теперь нет дома, -

пьяным голосом заливал он, пытаясь снова не завалиться назад.

- Ты лишаешься дома практически ежедневно, но все равно возвращаешься обратно, - старалась

успокоить его Эбби, одновременно следя за тем, чтобы он не грохнулся на пол.

- На этот раз не вернусь! – театрально сказал старик. – Она, - он поднял свой трясущийся указательный

палец и направил его куда-то в сторону, - она меня доконала, - произнес Бен чуть тише. – И я больше не

хочу её видеть, - он замотал головой, - никогда.

- Я сейчас позвоню Аманде, и она заберет тебя к себе, хорошо?

Бен лишь усмехнулся и развел руками.

- Да зачем ей нужен такой неудачник? Она не заслуживает пьяницу, которого презирает даже

собственная жена!

- Не говори ерунду, Бен, - немного строго сказала Эбигейл. – Аманда любит тебя и никогда не бросит в

таком состоянии.

- Она не заслуживает такого отца, - словно не слыша её, повторял старик. – Посмотри, что сделала со

мной жизнь!

- Это сделала с тобой не жизнь, Бенджамин Уайт, а бутылка, - от такой откровенности старик даже

замер. - Да что с тобой? - Не выдержав, спросила Эбби, бросая тряпку на стол. - Ты приходишь почти

каждый вечер, и, не уставая, повторяешь одно и то же: что твоя жизнь паршива и ты не достоин той

любви, которую дарит тебе твоя семья. Но знаешь, что я тебе скажу? – Она сделала паузу, при этом, отодвигая от него стакан с виски. – Ты не прав. Потому что твоя семья – это лучшее, что когда-либо с

тобой случалось. Ты должен ценить свою дочь и свою жену, потому что таких, как они, можно

пересчитать по пальцам одной руки, а особенно на Манхэттене.

- Эбби…

- Достаточно, Бен, - уже спокойнее сказала Эбигейл. - Хватит жалеть себя. Начни просто жить. Жить

так, как всегда хотел. Не думая, что выпивая очередную порцию алкоголя, ты что-то меняешь в себе

или в своей жизни. Это «что-то» изменится лишь тогда, когда ты приложишь к этому усилия, - она

положила свои локти на барную стойку и позволила себе облокотиться о неё. - Иди умойся холодной

водой, а я пока позвоню Аманде.

Старик молча смотрел на неё, а затем она заметила, как затряслась его нижняя губа и как вытянулось

лицо. Его глаза стали совершенно иными. Они словно наполнились жаждой жизни. Той жаждой жизни, которую так ценила в людях Эбигейл. Той, встретить которую удавалось все реже.

Бен кивнул, а затем медленно встал на ноги и побрел в сторону уборной, пару раз удивленно, но

благодарно оглянувшись на Эбби. Она не любила быть строгой или читать нотации, но работая в таком

месте, понимала, что свою мягкость нужно уметь скрывать. А в большинстве случаев просто засовывать

куда подальше. Из жизнерадостной, наивной и доверчивой Эбби, она превращалась в рассудительную, резкую и порой даже дерзкую Эбигейл, которую так сильно в себе презирала. Но ведь если бы она не

надевала эту маску, то не смогла бы заработать нужную сумму, которую хватило бы на оплату жилья, еду и учебу сестер. Та, которой она позволяла себе становиться в клубе, получала такое количество

чаевых, которое ни за что не дали бы добросердечной Эбби.

Поэтому, у неё просто не было выбора.

***

- Я дома! Где вы все? – Эбигейл хлопнула входной дверью и бросила ключи на тумбочку, роняя

тяжелые пакеты с продуктами на пол.

- Биби! – Маленькая девочка в розовой пижаме выбежала из дальней комнаты, а затем ловко

запрыгнула сестре на руки, со всей присущей ей детской силой обнимая её за шею. – Я так скучала по

тебе.

- И я скучала, милая, - ласково улыбнулась она, поправляя её растрепанные волосы. – Ты хорошо спала?

– Девочка кивнула. – Еще не завтракала? – Она отрицательно покачала головой.

- Я тебя ждала, - послышался тоненький голосок.

- Ади даже не притронулась бы к еде, пока не удостоверилась, что ты дома, - Мэнди сложила руки на

груди и облокотилась о стену.

- Ты ещё не собрана? – Удивилась Эбигейл, окидывая взглядом спортивный костюм сестры. – Разве у

тебя занятия не с девяти?

- Мистер Макалистер заболел, а на замену поставить некого. Поэтому сегодня поеду в колледж позже.

- А я убегаю! Уже опаздываю! – Четырнадцатилетняя блондинка в гетрах и клетчатой форме пронеслась

мимо Эбигейл как самый настоящий ураган, но при этом не забыла наспех чмокнуть её в щеку. – Рада

тебя видеть, Би! И пока!

- Элли! – Крикнула Эбби своей безумной сестре. – Ты забыла свой ланч!

- Да, точно, - улыбнулась она, возвращаясь к пакету на столе. Она быстро схватила его, а затем снова

понеслась к двери.

- Удачного дня, - сказали сестры в один голос.

- И вам!

- Эй, давай-ка, иди ко мне, - сказала Мэнди, протягивая свои руки к Адель, - Эбигейл нужно принять

душ и немного отдохнуть.

- Но я хочу, чтобы она позавтракала вместе со мной, - расстроено сказала малышка.

- Обязательно, детка, - с любовью улыбнулась Эбби, - я купила твои любимые хлопья.

- Yummy Mummy1! – Радостно вскрикнула Адель, и лишь после этого охотно слезла с рук Эбигейл.

- Мэнди, разбери пакеты, хорошо? А я пока приму душ.

- Конечно, - кивнула та, а затем усмехнулась и удивленно приподняла брови, замечая, какое количество

продуктов ей нужно разобрать. – У нас праздник?

1 «Fruity Yummy Mummy» - одна из упаковок хлопьев от компании General Mills из серии, посвященной «чудовищным

персонажам». Эти хлопья с изображением забавной мумии в песочно-розовых тонах.

- Клиенты попались щедрые, - засветилась Эбби, - я и тебе кое-что прикупила, покопайся.

- О, серьезно! – Послышался счастливый возглас Мэнди. - Ты лучшая на свете сестра!

- Знаю, - крикнула в ответ Эбби, невольно улыбнувшись тому, какой забавной может быть Мэнди, когда

дело касается арахисовой пасты. Да, ей девятнадцать, и да, она уже встречается с парнем, - который, кстати говоря, не внушает Эбби совершенно никакого доверия, - но за это чудо лакомство её сестра

могла бы продать душу. И почему-то ей казалось, что это не изменится ни через десять, ни через

двадцать, ни даже через сорок лет.

Для Эбигейл её сестры были всем на свете. Им пришлось увидеть и испытать слишком многое для того, чтобы суметь выбраться из той ямы, в которой они оказались, поэтому воспоминания о прошлом были

болезненными для каждой из них. А особенно для Адель. Ей было всего шесть и, казалось, она уже

давно забыла все то, что вынесла и стерпела, ведь прошло уже больше двух лет, но каждый раз смотря в

её глубокие голубые глаза, Эбби видела в них страх. Тот самый страх, с которым она боролась изо дня в

день и из месяца в месяц, пытаясь доказать Ади, что теперь она в безопасности. И что больше никто не

посмеет причинить ей боль.

Но не всегда так легко забыть то, что с нами было. Ведь иногда это оставляет нестираемые шрамы.

Эбби стояла под струйками прохладного душа, позволяя им стекать по её уставшему телу и забирать

ненужные мысли, которые ежедневно причиняли ей столько боли. Она увезла своих сестер оттуда,

вытащила из этого ада, и благодаря новому миру её девочки научились жить иначе… так почему же она

до сих пор чувствует, как сердце разрывается от невыносимых мучений? Что не дает ей покоя? Что

заставляет так страдать?

Каждый день она спрашивала себя об этом, снова и снова задавая себе одни и те же вопросы. Но ни

тогда, ни сейчас не находила на них ответа. И с каждый днем ей все больше казалось, что никогда и не

найдет.

Надев белую майку и простые потертые джинсы, Эбигейл вышла из ванной и, натянув радостную

улыбку, взъерошила мокрые волосы.

- Вкусно? – Спросила она Адель, которая радостно уплетала свои любимые хлопья.

- Да, - кивнула та, - ты не сердишься, что я начала завтракать без тебя? Я очень голодная.

- Нет, родная, - ласково сказала Эбби, погладив её по светлым кудряшкам, - я даже рада этому.

Эбигейл опустилась на стул рядом и потянулась к коробке с хлопьями.

- Ээ, нет, - вдруг услышала она, а затем увидела, как Мэнди отодвигает от неё лакомство, - это для

малышки Ади. А тебе мы дадим кое-что посерьезнее. На одних хлопьях с твоей работой далеко не

уедешь, - с укором заявила её сестра, а затем поставила перед ней тарелку с ароматными горячими

вафлями, посыпанными ягодами и политыми сиропом.

- О, Боже, скажи, что мне это не снится, - взмолилась Эбби, торопливо хватая вилку со стола. Когда она

отправила в рот первый кусочек, то ощутила, как он блаженно растаял на языке, оставляя после себя

невероятное послевкусие, поэтому не сдержала удовлетворительного стона. - Твои кулинарные

способности могут развязать третью мировую войну.

- Знаю, - довольно усмехнулась Мэнди, - поэтому оставим это нашим маленьким секретом.

- Секреты не хранятся слишком долго, - улыбнулась Эбигейл, отрезая себе большой кусок, - и рано или

поздно о них становится известно всем.

- Тайлер говорит так же, - эти слова заставили Эбигейл слегка поменяться в лице. И, конечно же, её

проницательная сестра не смогла этого не заметить. – Хотя бы попробовала бы пообщаться с ним, - на

удивление спокойно сказала Мэнди. – То, что у него есть наколки, и он играет в рок-группе, совсем не

означает, что ему нельзя верить.

- Он сидел в тюрьме, - тихо сказала Эбби, не поднимая глаз.

- За угон машины в пятнадцать! С кем не бывает?

- С нормальными парнями не бывает, - ответила она.

- Ты не справедлива к нему, - вертела головой Мэнди, - не даешь и шанса.

- Я не хочу, чтобы он сбил тебя с пути, - медленно заявила Эбигейл, - ты знаешь, как трудно нам было

встать на ноги…

- Тайлер хороший парень! – Выступала она в его защиту. – Как ты можешь судить о его качествах, если

видела лишь однажды, и даже ни разу не позволила ему поговорить с тобой?

- Мэнди, - строже сказала Эбби, на этот раз, поднимая свои глаза вверх. – Я не буду менять своего

мнения о Тайлере. Особенно потому, что ты думаешь иначе, - она выделила слово «ты». – И пока я не

превратилась в злобную старшую сестру, у которой на праве опеки есть полное право запретить тебе

встречаться с бывшим зэком, думаю, что этот разговор можно считать оконченным.

- Хорошо, - тихо сказала её сестра, вытирая руки о полотенце и опуская голову вниз, - я поняла тебя.

Ади, когда позавтракаешь, я сама отвезу тебя в садик, - обратилась она к малышке. - Мне по пути, а

Эбигейл сможет заняться своими делами.

- Ладно, - послышался тоненький неуверенный голосок, после которого Мэнди кивнула и направилась в

сторону комнаты. – Ты не должна расстраиваться, Биби, - так же тихо сказала она, когда их сестра

скрылась из виду.

Эбби подняла свои глаза на Адель, которая обеспокоенно смотрела на неё, почти не притронувшись к

любимым хлопьям.

- Я не люблю быть такой, - прошептала она, чувствуя, как внутри у неё все сжимается, - строгой, требовательной, холодной, злой…

- Но тебе приходится, - неожиданно прошептала девочка.

- Да, милая, - она сжала её маленькие пальчики в своих руках, - мне приходится, даже если совсем не

хочется.

- Я понимаю.

Эбби слабо улыбнулась, а затем погладила сестру по её золотистым, слегка вьющимся волосам.

- Ешь хлопья, хорошо? Завтрак – это самая важная часть пищи, помнишь? – Адель кивнула, а затем

задорно подняла свою ладонь вверх.

- Только если ты обещаешь, что больше не будешь грустить.

- Обещаю, - серьезно сказала Эбигейл, тоже поднимая свою ладонь, и Ади хлопнула по ней своей

маленькой ручкой.

- Договорились! – Радостно воскликнула малышка, после чего быстро взяла ложку и начала с большим

аппетитом поглощать хрустящих монстриков, не забывая периодически обливаться молоком. Эбби

улыбнулась, медленно опуская свою руку вниз и не сводя своего взгляда с Адель. Для неё не было

ничего важнее, чем видеть своих сестер такими беззаботными, веселыми и жизнерадостными. За

каждую их улыбку она готова была отдать все, что имела, хоть и знала, что этого все равно будет мало.

Ведь счастье нельзя купить. Его нельзя измерить. Она даже не знала, может ли дать счастью

определение, ведь для каждого человека оно своё. Единственное. Родное. То, за которое он будет

бороться до самого конца. И то, ради которого он, не задумываясь, пожертвует всем остальным.

Счастье бесценно. Пусть иногда нам и может казаться иначе.

- Я всё! – Заявила Адель, аккуратно отодвигая от себя миску. – Я скажу Мэнди, что готова ехать.

- А что, если ты сегодня не пойдешь в детский сад? – Внезапно сказала Эбигейл.

- Не пойду?

- Именно, - она развернулась на стуле и приблизилась к сестре. – Что, если мы пойдем в зоопарк, а

затем поедим мороженое?

- Правда?

Эбби кивнула, а затем улыбнулась.

- Тебе хотелось бы провести со мной этот день?

- Да! – Задорно воскликнула Ади. – Я очень хочу! – Эбби ничего не успела сказать, потому что Адель

внезапно кинулась ей на шею. - Я люблю тебя, Биби.

- Я тоже очень люблю тебя, детка, - ответила Эбигейл, крепко обнимая малышку, а затем быстро и

игриво поцеловала в щеку. - А сейчас беги одевайся, а не то все мороженое раскупят.

- Не раскупят! – Весело крикнула Адель. – Это же только я прогуливаю!

- Прогуливает? – Из-за угла вышла Мэнди. Теперь на ней были джинсы и майка. – О чем это она?

- О зоопарке и мороженом.

Брови её сестры взлетели вверх.

- И кто поведет её есть мороженое?

- Я.

- Что? – Она облокотилась о стол. – Но ты сутки без сна, Эбби.

- Ничего, я в порядке, - невольно улыбнулась Эбигейл. – Спасибо, что беспокоишься.

- Ты моя сестра, разве я могу не беспокоиться о тебе?

- После того, я сказала тебе…

- Забудь, - перебила её Мэнди. – Все хорошо.

- И ты не злишься на меня? – С надеждой в голосе спросила Эбби.

- Нет, - не медля, ответила та.

- Даже немного? – Прикусила губу она.

- Даже немного.

- Даже самую чуточку? – Спросила она, виновато показывая пальцами ту самую «чуточку».

- Эбс, - Мэнди рассмеялась и замотала головой.

- Ну хотя бы самую малую чуточку? – Не унималась она.

- Ладно, если только самую малую чуточку! – Сдалась Мэнди, при этом весело рассмеявшись, и это

заставило Эбби улыбнуться.

- Прости меня.

- Нет, это ты меня прости, - сказала Мэнди, нервно теребя пальцами. – Мы все знаем, как тебе не просто

с нами. Было и есть. И вместо того, чтобы помогать тебе, мы лишь причиняем боль.

- Мэнди, ты не должна так думать, - Эбигейл встала со стула и подошла к сестре. – Вы никогда не

делали мне больно. Особенно ты, - она приподняла её подбородок вверх, заставив заглянуть себе в

глаза. – Ты моя опора. Всегда ею была. И я знаю, что если со мной что-то случится, девочки никогда и

ни в чем не будут нуждаться.

- Зачем ты говоришь так…

- Потому что это жизнь. И ты всё понимаешь ничуть не хуже меня.

Мэнди немного помедлила, а затем кивнула и опустила глаза вниз.

- Я готова! – Адель выбежала в коридор в своем лучшем платье, плетеных босоножках и с модной

сумочкой под цвет одеяния. – Как я выгляжу?

- Милая, ты похожа на солнышко, - улыбаясь, сказала Эбби, наклоняясь к малышке.

- А ты на небо, - ответила девочка, обвивая руками её шею.

- Правда? – Тихо и серьезно спросила она.

- Да, - так же тихо и серьезно ответила Адель. – Теперь мы можем идти есть мороженое?

Эбби рассмеялась, поднимая визжащую от радости сестренку на руки.

- Не хочешь прогулять колледж и поесть мороженого вместе с нами?

- Хочу, - усмехнулась Мэнди, перекидывая через плечо сумку. – Но заставлю себя поехать послушать

лекции. Тем более, что сегодня я пишу лабораторную, от оценки которой будет зависеть, смогу ли я

окончить этот год.

- Сможешь, дорогая. Мы верим в тебя.

- Да! – Громко вскликнула Адель. – Нет никого лучше моей Мэнди!

- Идите и развлекайтесь, - улыбнулась она, целуя маленькую Ади в носик, - а я позвоню миссис

Кроуфорд и скажу, что Адель заболела.

- Врать очень не хорошо, - покачала головой Эбби, и Адель повторила движение точь-в-точь за сестрой.

Мэнди усмехнулась и сложила руки на груди.

- Интересно, и у кого я этому научилась?

- Даже не представляю, - театрально удивилась Эбигейл, и смех сестер в одно мгновение заполнил

пространство.

Глава 2

Один удар. Второй. Третий. Интенсивнее. Чаще. Быстрее. Сильнее.

Дарен бил грушу изо всех сил, как мог, чувствуя, как с каждым ударом его тело наполняется той

жизненно необходимой силой, без которой он уже не представлял ни одного своего дня. Ни одной его

минуты. Кто-то находил успокоение в живописи, музыке или чтении, кто-то в работе, бейсбольном

матче или алкоголе. Эти варианты были не для него. Он терпеть не мог дурацкую музыку, не понимал

людей, которые часами напролет читали бесполезные книжки, считая, что так познают этот мир. Не

любил смотреть на намалеванные холсты и рассуждать на тему того, как «глубоко, должно быть, думал

художник, вырисовывая эти невероятные линии…». Дарен не смотрел бейсбол, футбол и прочую

похожую ерунду, и из всего этого воспринимал лишь скачки. О да, лошади были его страстью. Но ещё

больше, чем самих лошадей, он любил то чувство триумфа, когда кобыла, на которую он поставил,

приходила к финишу первой. Со сладким вкусом победы ничто не может сравниться. А особенно, если

эта победа приносит тебе очередную денежную награду. Ведь этим миром правят деньги. А это значит, что тот, кто владеет деньгами, владеет и всем остальным. И эту истину ничто и никогда не изменит.

Дарен сосредоточился на снаряде, производя частые и мощные удары и ощущая, как кровь в жилах

начинает бежать все быстрее. Он чувствовал, как секунду за секундой внутри него разливается то, что

было необходимо ему так же сильно, как и воздух. То, ради чего он каждый день тренировался до

полного изнеможения. То, что давало ему силы, и в то же время забирало их все без остатка. То, что

вызывало у него ни с чем несравнимое чувство эйфории. То, что он называл адреналином.

Он ощущал, как пот стекает по его спине, а с влажных волос капает вода. Он бил кожаный мешок все

сильнее и интенсивнее, и казалось, что этой силе не было предела. Спустя многие годы ожесточенных

тренировок, его руки будто бы онемели. Казалось, что они навсегда утратили былую чувствительность, и теперь ей не было места не только в его теле, но и в его душе.

Дарен с силой стиснул зубы, чувствуя, как ускоренное биение его сердца звоном отзывается в ушах. Его

перепонки завибрировали, а затем он сделал резкий разворот вокруг себя и одним мощным ударом ноги

отправил снаряд в другой конец зала. Только когда кожаный предмет ударился о стену, он позволил

себе задышать. Задышать, но не расслабиться.

- Ты всегда тренируешься так, словно готовишься к битве.

Знакомый голос заставил его обернуться. Его друг стоял у стены, облокотившись о неё плечом и

сложив руки на груди.

- Наша жизнь – это поле боя, - ответил Дарен, переводя дыхание.

- И готовым к её ударам нужно быть всегда, - закончил за него Пол.

- Давно ты тут стоишь?

Его друг взглянул на наручные часы.

- Минут пятнадцать, - затем пожал плечами, - я хотел было окликнуть тебя, но потом вспомнил, что это

бесполезно. Когда ты входишь в свое Бэт-убежище, то пропадаешь для реального мира.

Дарен слегка приподнял свои брови, начиная медленно разматывать бинты. И хотя в его глазах можно

было заметить некоторую веселость, выражение его лица все же оставалось таким же твердым и

сосредоточенным, как и во время тренировки.

- Ты назвал мой тренировочный подвал Бэт-убежищем?

Пол не смог не усмехнуться.

- А что, разве я не прав? Ты чертовски богат, в твоем гараже стоит концепт-кар Lincoln Futura2, а из

Генри получилась слишком удачная копия Альфреда. Тебе бы костюм, как у Брюса Уэйна, и точно

будешь вылитым Бэтменом, - довольно заключил он, отталкиваясь от стены.

- Тогда ты будешь моим Робином, - сказал Дарен, направляясь к мини-холодильнику в другом конце

подвала.

2 Экстравагантный дизайнерский автомобиль 50х годов, в данном случае является прототипом Бэтмобиля, использовавшимся в

телесериале «Бэтмен» 1966 гг.

- Зеленое трико я не надену.

- Можем подобрать синее, - предложил он, бросая Полу бутылку холодного пива, которую тот тут же

ловко поймал. – Розовое. Голубое.

- Иди к черту, - усмехнулся его друг, замечая, как дернулись уголки губ Дарена. Ещё немного и он, вероятно, смог бы улыбнуться. – Лучше подумай о наших клиентах. Один из них, например, звонил

несколько часов назад. Собирается построить сеть дорогих отелей, охватывая побережье и центр

Манхэттена. Весьма прибыльная сделка, учитывая, что её заказчик уже просто не знает, куда бы

потратить свои миллионы.

- Поэтому он решил ещё больше приумножить свое состояние? – Не без презрения в голосе спросил

Дарен. - Не легче ли было открыть именной благотворительный фонд или перечислить деньги на уже

существующий?

Он взял ведро воды, а затем поднял его над головой и опрокинул, чувствуя, как ледяная жидкость

начинает словно просачиваться ему под кожу. Он не чувствовал холода, потому что за долгие годы

привык к нему, а Пол привык к тому, чему раз за разом становился свидетелем.

- Почитав его биографию, могу почти с уверенностью сказать, что Дэмиен Гровер не из тех людей, которые будут так «бесполезно» разбрасываться деньгами, даже несмотря на то, что испытывают

острую необходимость на что-нибудь их потратить. За все эти годы он не перечислил в фонд ни цента.

- Тогда я не думаю, что нам стоит иметь с ним дело, - серьезно ответил Дарен, надевая на мокрое тело

джинсы и закидывая на плечо полотенце.

- Тебя задело то, что Дэмиен не отчисляет средства на благотворительность? – Спросил Пол,

направляясь следом за другом.

- Это его личное дело. И меня оно не касается, - он вернул своему голову его привычную деловую

холодность. - Я никогда не стану отказывать клиенту лишь потому, что он безразличен к окружающему

миру. Единственное, что заставило меня принять такое решение, это его беззащитность. Дэмиен Гровер

слишком зависит от собственных денег, и это делает его слишком слабым. Ты знаешь, что я не уважаю

это качество. А значит и человека, который им обладает. Я не могу работать с тем, кого не уважаю, Пол.

- Но ты ведь даже ни разу не говорил с ним.

- Иногда для того, чтобы узнать человека, не нужно встречаться с ним. Тем более, что его биография

говорит намного громче любых слов. – Он остановился и развернулся, встречаясь взглядом с глазами

Пола. - Перезвони ему и сообщи, что «Diamond Construction»3 отказывается заключать этот контракт.

- Ты уверен?

Ответ не заставил себя ждать.

- Я всегда уверен.

- Сэр, - в дверях появился Генри, протягивающий своему «хозяину» чистую одежду, - чай уже готов.

Дарен кивнул своему дворецкому, беря у него из рук рубашку, а затем повернулся к другу.

- Останешься?

- Нет, побегу решать рабочие дела. Нужно просмотреть некоторые бумаги и решить вопрос с задержкой

строительства. Передавай привет Элейн и скажи, что я зайду к ней, как только со всем разберусь.

- Передам, - кивнул он, застегивая пуговицы.

Пол похлопал Дарена по плечу, а затем с улыбкой кивнул дворецкому.

- Был рад повидаться Альфред.

- Взаимно, мистер Грейсон4.

- Я обожаю этого парня, - довольно рассмеялся Пол, когда Генри сделал прощальный поклон и закрыл

за ним дверь.

Дарен сложил руки на груди и пристально посмотрел на «Альфреда».

- Мистер Грейсон?

- Иногда я смотрю фильмы по комиксам, сэр. Это моя слабость.

3 «Diamond Construction» - строительная компания Дарена Бейкера.

4 Ричард (Дик) Грейсон – настоящее имя первого Робина, который был подопечным, а в последствии и напарником знаменитого Бэтмена.

- Ты смотришь фильмы? – Искренне удивился он, направляясь за Генри в гостиную. - Почему же за

столько лет я ни разу не видел, как ты это делаешь?

- Потому что обычно в это время вы заняты другими делами, мистер Бейкер.

- Какими же? – Спросил он, поправляя рукава.

- Вы спите, - ответил Генри, заставляя уголки губ Дарена слегка приподняться вверх.

Дворецкий улыбнулся в ответ, а затем осторожно кивнул, медленно и учтиво прикрывая свои глаза.

Этот человек во многом заменил ему отца и стал той семьей, в которой они с Элейн так нуждались.

Только два человека могли совершенно не стараясь вызвать у него подобные чувства и заставить

улыбаться, хоть он уже и забыл, что вовсе способен на это. Это делало его другим человеком. Пусть

всего на мгновение. Делало тем, кем он мог бы стать, если бы его жизнь сложилась иначе. Но она

сложилась именно так, и теперь он являлся тем, кем являлся.

- Дарен, садись за стол, - знакомый голос выдернул его из размышлений. Его сестра улыбнулась ему

своей лучезарной улыбкой, а затем кивнула на стул напротив себя. – Давай же, а не то будешь пить

холодный чай.

Дарен сдвинулся с места, при этом, не отводя своего взгляда от сестры. Её длинные светлые волосы

сегодня были завязаны в слегка растрепанную косу, а небесно синее платье подчеркивало её

бледновато-серебристую кожу. Её изумрудно-зеленые глаза сияли так ярко, что казалось, нужды в

солнечном свете просто нет: одного её взгляда было достаточно для того, чтобы осветить весь мир и

каждого его обитателя сделать безгранично счастливым.

- Эй, братец, где ты витаешь? – Элейн провела ладонью перед его глазами, заставив его часто заморгать.

- Ты что-то сказала?

- Я спросила, почему Пол не остался на чай, - повторила она.

- Он сказал, что зайдет позже. В компании накопилось много дел, - лицо Дарена вновь приняло

серьезный вид. - Я и сам вообще-то должен там быть, но сначала хотел удостовериться, что ты в

порядке.

Его сестра подперла руками подбородок.

- И как? Удостоверился?

- Выглядишь ты неплохо, - отпив чай из чашки, заключил Дарен.

- А чувствую себя ещё лучше, - улыбнулась Элейн. – Да ладно тебе, не стоит возиться со мной, как с

маленькой.

- Элейн… твое здоровье – это не шутки.

- Я знаю, Дарен, - вздохнув, сказала она, - но это не значит, что каждую минуту нужно мне об этом

напоминать. Я начинаю чувствовать себя не такой, как все.

- Прости, - после небольшой паузы ответил он. - Я постараюсь быть… сдержаннее.

- Ты? Сдержаннее? – Внезапно рассмеялась она. – Если это когда-нибудь произойдет, я обязательно

отмечу этот день в календаре.

- Можешь сделать это прямо сейчас, - предложил её брат.

Элейн игриво нахмурилась.

- Сомневаюсь, что это случилось столь быстро.

- Что? Ты не веришь своему брату?

- Я знаю своего брата, - поправила она Дарена. - Именно поэтому понимаю, что изменить тебя сможет

разве что самое настоящее чудо, - затем мечтательно улыбнулась, - либо ангел, спустившийся с небес. С

улыбкой, как у самого солнца и взглядом, как у неба.

- Какой ещё ангел? У тебя нет жара? – Он потянулся к сестре, чтобы ощупать её лоб, но та резко

отстранилась и с укором шлепнула его по руке.

- Нет у меня жара, с чего ты это взял?

- Просто ты начала говорить про ангелов, вот я и…

- Я выражалась образно! Это метафора!

- Я не понимаю, когда ты говоришь своими излюбленными эпитетами.

- Я просто хочу знать, когда ты приведешь мне компанию, - снова по-детски улыбнулась его сестра.

- Тебе мало Генри и миссис Поттс?

- Я очень люблю их, Дарен, но иногда мне хочется поговорить с кем-то, кто не менял мне пеленки в

младенчестве.

- У тебя есть я, - самодовольно заявил он, перелистывая газету, - и Пол у нас практически живет.

Элейн подавила обреченный вздох и замотала головой.

- Вы – другое дело.

- Так, - Дарен выдохнул и отложил газету в сторону, полностью сосредоточив свой взгляд на сестре, -

говори прямо, чего ты хочешь.

- Чтобы в этом доме и в твоей жизни кто-то появился.

- Кто-то? – Непонимающе переспросил он.

- Девушка, Дарен, - эти слова заставили его напрячься. - Начни уже с кем-нибудь встречаться. Полюби

кого-нибудь. Задумайся о будущем. С этой работой ты стал слишком отстраненным и меня пугает твое

наплевательское отношение к собственной жизни, - она замолчала, словно давая ему немного времени

для того, чтобы полностью обдумать её слова, а затем он ощутил, как её прохладная ладонь накрыла его

руку. - Я не давлю на тебя. Просто больше, чем о собственном благополучии, я думаю о твоем счастье.

Дарен заглянул Элейн в глаза и увидел в них такую грусть, от которой у него моментально сдавило в

груди. Он не мог видеть её такой, но и дать ей то, чего она хотела, тоже был не в силах. Ему не нужны

были отношения. Он не хотел семьи и детей. И уж тем более, он не желал ни в кого влюбляться. Это

было его табу. Та сторона жизни, которая находилась для него под запретом. И пересечь красную

линию значило бы раз и навсегда разрушить себя, погубить, растоптать, уничтожить. Ни в коем случае

он не должен был позволять себе подобное, хотя и не был уверен в том, что и вовсе способен что-то

чувствовать.

Дарен обошел стол, а затем приблизился к своей сестре, снова беря её за руку.

- Для того, чтобы быть счастливым, мне не нужно с кем-то встречаться, - ласково сказал он, нежно

касаясь губами её лба. – Ведь у меня есть ты. В тебе всё мое счастье, Элейн. И даже ангел,

спустившийся с небес, не сможет это изменить.

Он почувствовал, как его сестра нахмурилась.

- Я не буду нянчиться с тобой всю жизнь, Дарен Бейкер. Как бы сильно тебе это не нравилось.

- Мы поговорим об этом позже, - он поймал удобный момент для того, чтобы закончить этот разговор.

По крайней мере, на время. – А сейчас мне пора в офис, - он быстро чмокнул сестру в щеку, а затем

схватил со стула пиджак, любезно оставленный там Генри, и направился к двери.

- Ты просто сбегаешь! – Крикнула она ему вслед, выезжая из-за стола. – Но мы договорим, когда ты

вернешься!

- Не уверен, что успею к ужину и не думаю, что вернусь до темноты, - разворачиваясь на пороге, сказал

он. – Нужно многое сделать. Не жди меня, хорошо? Ложись спать.

- Без сказки я не усну, - отшутилась Элейн, чем заставила Дарена улыбнуться. Не одними уголками губ, а полной, широкой и счастливой улыбкой. Той, которую теперь так редко она видела на его лице.

- Ты всегда пользовалась этим, когда была маленькая. И куда бы я не уходил, мне приходилось

возвращаться к ужину, потому что я знал, что ты не сомкнешь глаз. Ты была очень упрямая.

- И это не изменилось. Правда мы стали немного старше, - затем она улыбнулась. – Ну, или намного.

- Я постараюсь закончить дела как можно скорее, - он снова прижался губами ко лбу сестры, - обещаю.

- Дарен?

- Да?

- Купишь мне леденцов?

- Сколько пожелаешь, Элс.

- Мистер Бейкер, - все взгляды переместились на дворецкого, - ваш кейс, сэр.

- Спасибо, Генри. Я снова чуть не забыл о нем, - Дарен бросил ключи в карман. – Скажи мисс Поттс, пусть приготовит рагу из овощей и тот полезный суп, который врач порекомендовал для Элейн.

- Да, сэр.

- Если вдруг позвонит кто-то важный, переправь звонок на мой мобильный. Хотя не думаю, что кто-то

важный, не знает моего номера.

- Конечно, сэр.

- Проследи за тем, чтобы моя сестра вовремя принимала все лекарства и делала необходимые

инъекции…

- Иди ужеее, - растянула Элейн, пытаясь вытолкнуть его за дверь. - Каждый день говоришь ему одно и

то же. Мне кажется, уже можно выучить твои слова и повторять, как мантру.

- Ты так не хотела, чтобы я уходил, а теперь выгоняешь? – Брови Дарена взлетели вверх.

- Быстрее уйдешь, быстрее вернешься, - тут же ответила она, делая очередное усилие. – И принесешь

мне, наконец, мои леденцы.

Он усмехнулся, а затем сделал несколько шагов назад, выходя за порог дома.

- Хорошего дня, сэр.

- Я люблю тебя! – Крикнула Элейн в закрывающуюся дверь, и он успел поймать на себе ласковый

взгляд её изумрудных глаз и увидеть счастливую улыбку на её губах. Он жил лишь ради этих моментов.

Ради моментов, за которые готов был отдать все на свете. Потому что ничто не могло сравниться с

жизнью и здоровьем его сестры. И никогда не сможет.

***

Дарен закончил все дела около полудня, а затем они с Полом поехали на место будущей стройки.

Сегодня «Diamond Construction» подписала очень выгодный и, как показалось самому Дарену, весьма

интересный и оригинальный контракт. А эти критерии при выборе очередного проекта были для него

намного важнее, нежели количество ноликов, которые набегут на счетчик компании.

Их заказчик хотел построить зоопарк внутри зоопарка. Идея проекта состояла в том, чтобы,

заимствовав элементы «Парка юрского периода» создать похожий парк с возможностью хотя бы на

некоторое время становиться частью дикой природы. Посетители могли бы безопасно находиться среди

диких зверей в специальных защитных конструкциях и наблюдать за тем, как звери ведут себя в

привычных для них условиях. Это требовало немалых затрат, а также согласия властей и некоторых

организаций, но Дарен слишком сильно загорелся реализацией проекта, и вряд ли подобные мелочи

смогут его остановить. Да, их компания до этого занималась лишь постройкой зданий или их

реконструкцией, но что мешало им идти в ногу со временем? Для «Diamond Construction» это будет

большим шагом вперед и возможно поднимет компанию ещё на уровень выше. На мировой уровень.

Дарен повернулся в противоположную сторону и слегка прищурился, когда в глаза ему попал яркий луч

солнца. Инстинктивно он потянулся рукой к лицу, но неожиданно замер, прикованный взглядом к

девушке, которая стояла всего в нескольких футах от него.

Она была совершенно обычная. Без единого намека на дешевую вульгарность, которая в последнее

время стала так популярна среди всех, кто его окружал. На ней были простые потертые джинсы и белая

майка, а её светлые волосы были завязаны в низкий хвост. Она радостно кружила маленькую девочку, которая звонко смеялась, запрокинув голову назад, пока её легкое желтое платьице развивалось на

ветру. Девушка счастливо улыбнулась, и в этот самый момент Дарен вдруг поймал себя на мысли, что

эта улыбка, вероятно, могла бы соревноваться с самим солнечным светом. Он не мог разглядеть цвета

её глаз, но отчего-то ощущал их мягкость и теплоту, пусть ни разу так и не сумел достаточно хорошо

разглядеть её лицо. Все в этой девушке словно умышленно напоминало ему о прошлом, возвращало в те

дни, когда он и сам был ещё совсем ребенком. Оно больно швыряло его, швыряло лицом о

разгоряченный асфальт, из последних сил цепляясь за его воспоминания, напоминая о том времени, когда и он так же звонко смеялся, времени, когда и его сердце было наполнено любовью.

Любовь… сейчас это слово почти ничего для него не значило. За долгие годы своей жизни он понял

одну единственную истину: любви не существует. Она является обманом. Обыкновенной иллюзией.

Коварной и мучительной ловушкой, которая, поймав тебя в свои сети, сделает абсолютно все для того, чтобы полностью тебя уничтожить. И она уничтожит.

- Эй, ты в порядке? Дарен? Эй, - он почувствовал знакомую руку на своем плече и повернулся,

встречаясь с удивленными глазами Пола.

- Что?

- Это я хотел спросить тебя, «что»? Что с тобой?

- О чем ты?

- О твоем состоянии, друг. Ты погрузился в себя ещё глубже, чем сегодня утром во время тренировки. Я

ещё никогда не видел тебя таким, - Дарен помолчал, отведя свои глаза в сторону. – Все точно

нормально?

- Да нормально, - отмахнулся он. – Где ты был?

- Ходил за водой, - Пол протянул ему бутылку «Evian», - клиенты звонили. Ждут нас у центрального

входа.

- Да, - кивнул он, окончательно вернув своему голосу твердость, - пошли.

Когда Пол зашагал прочь, Дарен почувствовал, как какая-то доселе невидимая сила что есть мочи

пыталась заставить его развернуться в противоположную сторону. Голос его сознания будто бы кричал

«Обернись, ты должен обернуться». И он послушался его. Наверное, впервые в своей гребаной жизни

он сделает что-то совершенно безумное и прислушается к чему-то абсолютно для него неприемлемому.

Дарен не знал, что за наваждение это было, но найти глазами ту, которую он так хотел снова увидеть, он больше не смог. Она просто исчезла. Растворилась. Растаяла. Рассеялась как дым. Возможно, ему все

это просто показалось. Может быть, её и вовсе не было, и это была просто игра его воображения? Но

ведь он видел её. Видел достаточно отчетливо для того, чтобы списать на мираж, галлюцинацию или

что-то в этом роде. Он мог бы поклясться, что та девушка была реальна. И что, черт возьми, она на

мгновение заставила его чувствовать.

Глава 3

- Ты уверена, что с тобой все в порядке? Выглядишь так, словно кто-то весь день танцевал с тобой

квикстеп, - Эбби повернула голову и встретила задумчивый взгляд пронзительных темных глаз. - Нет, скорее всего, его танцевали на тебе.

Эбигейл не смогла не улыбнуться.

- Я в норме, просто немного устала.

- Ты хоть немного поспала? – Поинтересовалась её подруга, совершенно точно не собираясь закрывать

эту волнующую её тему. – Хотя нет, не отвечай, твои мешки под глазами уже все мне рассказали. Ты

вообще пользуешься тональником?

- Ты же знаешь, что нет, - спокойно ответила Эбби, открывая двери бара.

- Верно, - кивнула Нелли, усаживаясь за стойку, - и давно твержу тебе, что это пора менять. Ты давно в

зеркало смотрелась?

- Сегодня утром вроде бы, - безразлично ответила она, закидывая свою сумку на полочку внизу стойки

со внутренней стороны.

- Вроде бы?! – Нэл почти что подпрыгнула на стуле. – Милая, ты должна хотеть смотреть в зеркало!

Ведь оно одно из прекраснейших творений, созданных руками человека!

- По-моему ты придаешь слишком большое значение зеркалам, - усмехнулась Эбигейл, начиная

собирать свои волосы в хвостик.

Но её подруга не собиралась отступать.

- Зеркало – это мощнейшее оружие женщины. И оно имеет для неё чертовски большое значение.

- Ты права, - согласилась Эбби, делая задумчивое выражение лица, - не знаю, соглашусь ли с тем, что

«зеркало – это оружие», но вот спасением я его точно смогла бы назвать. - Она облокотилась локтями о

стойку. – Без него дико трудно, когда в глаз попадает соринка, а рядом никого нет. – Нелли вымученно

закрыла глаза. – В такие моменты я и правда могу согласиться, что зеркало – это одно из

прекраснейших творений, созданных руками человека.

- Ты неисправима, Эбс, совершенно и бесповоротно.

- Знаю, - широко улыбнулась она, потянувшись за тряпкой, - но ведь твоя любовь ко мне от этого не

становится меньше, так?

- Мы слишком многое пережили вместе, - тихо сказала Нэл. – Мне кажется, что она никогда не станет

меньше.

- Я уверена в этом, - ответила Эбигейл, заставляя свою подругу тоже улыбнуться. Нелли повернула

свою голову в сторону и лишь тогда Эбби случайно заметила ссадину у неё на лице, которую её

подруга, по всей видимости, пыталась тщательно замаскировать под толстым слоем тонального крема. –

Эй, что это у тебя?...

Её рука уже было потянулась к лицу подруги, но та резко дернулась и отстранилась.

- Ничего.

- Нэл…

- Я просто упала, Эбби, все нормально, - на мгновение её взгляд забегал, и она часто заморгала, -

поскользнулась на лестнице и стукнулась о перила.

- Поскользнулась на лестнице? – Не верила она своим ушам. - Ты? Которая всегда отличалась

аккуратностью и предусмотрительностью?

- Да, - ответ показался Эбигейл слишком резким, но от того и подтвердил её догадку. – У меня

закружилась голова.

- Ты к врачу обращалась?

Испуг в глазах Нелли промелькнул буквально за долю секунды, а затем исчез так, словно его и вовсе не

было. Но Эбигейл знала свою подругу достаточно хорошо для того, чтобы понять, что это был именно

страх. И для того, чтобы понять, что она говорит неправду.

- Я не посчитала нужным, - собравшись, ответила Нелли. - Просто небольшая ссадина и синяк.

Да, по части того, как нужно уметь быстро брать себя в руки, Нэл Сандерс была одной из лучших, но

вот врать своей лучшей подруге она совсем не умела. Даже если иногда и изо всех сил старалась.

- Он снова бил тебя? – Её подруга промолчала. – Нэлли, прошу тебя, не лги мне. Скажи правду.

- Нет, - еле слышно ответила она.

- Нэл…

- Послушай, - её подруга встала со стула, резко прерывая то, что она собиралась сказать, - я же уже

сказала тебе, что просто поскользнулась и упала. И это правда, - она пристально и умоляюще

посмотрела Эбигейл в глаза. - Та правда, которую ты должна знать. Которую все должны знать.

Эбби показалось, что её сердце мучительно заныло. Ведь, черт возьми, эта девушка была ей намного

большим, чем просто подругой. Она была её семьей. А ради семьи она готова на очень многое.

- Скрывая ото всех побои, ты не делаешь себе лучше, - попыталась донести до неё Эбигейл. – Ты лишь

даешь ему понять, что он всесилен и может бить тебя столько, сколько пожелает.

- Возможно, мне и не удается уберечь себя от боли, - тихо ответила Нэл, - но я не позволю, чтобы из-за

меня пострадали другие.

- О чем ты, Нелли? – Эбби вышла из-за стойки и взяла подругу за руки. - Никто не пострадает. Тебе

просто нужно набраться смелости и позвонить в полицию.

- Ты не знаешь Его, - вертела головой она, и Эбигейл чувствовала, как трясутся руки Нэл. Руки той, которую она считала одной из самых храбрых и отважных. – Он способен на очень многое, Эбби. И я

боюсь, что для него просто не существует границ.

- Я помогу тебе, - настаивала Эбби. – Мы справимся с этим вместе.

- Ты не понимаешь…

- Нэл… посмотри на меня. Посмотри, - она заставила подругу заглянуть себе в глаза. – Разве мы не

обещали друг другу, что что бы ни случилось, никогда не бросим друг друга в беде? Разве ты не сделала

бы для меня то же самое?

- Я не могу рисковать тобой и девочками, - тихим голосом, полным страха, говорила Нэл. Эбигейл уже

очень давно не видела её такой. – Все зашло слишком далеко, и я боюсь, что если только пикну, он…

Эбигейл, он очень страшный человек.

- Не страшнее двух разъяренных женщин, - с толикой злости произнесла она. – Он просто не

представляет, с кем затевает войну.

- Эбби… это не твоя война…

- Не моя? – Не веря услышанному, переспросила она. – Скажи это тем женщинам, которые ежедневно

страдают от рук таких уродов, как Он. Тем, кто не может самостоятельно сказать «хватит». Нет, Нелли, ты права, - завертела она головой, - все зашло слишком далеко. Мы должны поставить этого сукиного-

сына на место.

Неожиданно Нелли опустила свои глаза вниз, и Эбби заметила, как она достала свой мобильный.

- Он уже ищет меня, - тихо сказала она, - я пойду домой. Обещай, что ничего не предпримешь, пока я не

позволю.

- Нэл…

- Обещай, - потребовала она, поднимая свои взволнованные глаза. – Прошу, Эбби. Дай мне попытаться

самой.

Эбигейл просто стояла и смотрела на неё, не в силах дать то, чего она просит. Ведь если она пообещает, то навсегда лишиться права что-либо решить за Нелли, а именно – посадить этого ублюдка за решетку.

А если не пообещает… но разве она может? Ведь они с детства привыкли считать, что связаны не

только своими мыслями, но и жизнями вообще. А значит, просьбы друг друга были чем-то особенным

для них обеих. Чем-то, что значило для каждой очень много.

- Ладно, - с трудом выговорила она, - я обещаю тебе, - а затем сильнее сжала её руки. - Но если он

ударит тебя снова… если перейдет границу…

- …ты ничего не сделаешь, - настаивала Нелли. - Ведь ты обещала.

- Не заставляй меня делать это, Нэл… я умру, если с тобой что-то случится. Умру от мысли, что могла

помочь, но ничего не сделала…

- А я умру, если пострадают Элли, Мэнди или Ади. Или ты. Вы – моя семья. И я буду защищать вас так

долго, как могу. – Эбигейл снова хотела что-то сказать, но Нелли лишь крепко обняла подругу. -

Прости, но это мой выбор. Просто держись от этой темы подальше.

- Дэвис! Иди за стойку, черт тебя подери! Клиенты ждут!

Они обе повернулись на громкий крик, а затем Эбби поймала улыбку подруги.

- Иди. Тебе нужно работать.

- Но ты…

- Я справлюсь. Все будет хорошо, - заверила её Нелли, а затем попятилась к выходу, - созвонимся, ладно? Я наберу.

Эбигейл смотрела вслед своей подруге, не переставая чувствовать, с какой силой колотится её сердце.

Всю ночь, работая в баре, она без устали думала о том, через что приходилось проходить Нелли. Каким

же ублюдком нужно было быть, чтобы причинять боль своей любимой женщине? Чтобы раз за разом

поднимать на неё руку? Эбби была практически уверена в том, что все тело Нэл было покрыто

синяками и ссадинами. Она никогда не видела их и никогда не заставала этого чертового насильника за

его любимым «развлечением», но видел Господь, если бы застала, то, не раздумывая, схватила бы

пистолет и спустила бы хренов курок. Она убила бы эту мразь собственными руками и ни капли не

пожалела бы о содеянном. И знаете, почему? Потому что каждый день наблюдала за тем, как угасает

одна из самых милых, добрых и красивых девушек, которых Эбигейл только доводилось встречать. Как

её темные, выразительные глаза, которые всегда, смотря на тебя, могли прочесть абсолютно все, что ты

скрывал, теперь были потускневшими и пустыми. Взгляд, который раньше проникал в самую глубь

твоей души, теперь все чаще казался отстраненным и загнанным. А её улыбка? Раньше, когда Нэл

улыбалась, казалось, что мир начинает играть новыми красками, а теперь Эбби уже и не могла

вспомнить, когда её подруга в последний раз по-настоящему смеялась. Нэл Сандерс одним своим

взглядом могла заставить смягчиться даже самого черствого человека. Любого. Абсолютно.

Но не Эдварда Стоуна. Не этого мерзкого, эгоистичного, себялюбивого, жестокого, беспринципного…

- Ай, - Эбби одернула руку, когда ощутила пронзительную боль, и лишь спустя некоторое время поняла, что стакан, который она сжимала, разлетелся в её руках на осколки. Она инстинктивно перевернула

ладонь и обхватила запястье другой рукой, чтобы не дать крови от порезов пролиться на стойку, а затем

потянулась к полотенцу на полке.

- Как моя милая сменщица провела свой день? Пришел твой спаситель, и тепе… - знакомый голос в

одно мгновение перестал быть радостным. – Господи, Эбби, что ты… - он резко схватил первую

попавшуюся тряпку со стола и быстро и умело обмотал её руку, тем самым, на время останавливая

кровь. – Какого черта ты тут творила?! Сражалась со стаканами?

- Я просто… я не знаю, как это вышло…

- Ладно, забудь, - высокий брюнет с темными глазами отмахнулся, заходя за стойку и на ходу

прикрепляя к футболке бейджик. – Дай я гляну. По-хорошему раны нужно промыть. А ещё лучше тебе

сходить ко врачу.

- Все нормально, Майк. Я в норме.

- Это ты называешь в норме? – Он заставил её посмотреть себе в глаза. - Ты разбила стакан рукой, Эбби.

А это далеко не норма.

- Ты так говоришь, словно я постоянно так делаю, - нахмурилась она.

- Если бы ты делала это постоянно, возможно, тогда твои слова про «норму» и имели какой-то смысл, -

Майк усмехнулся, а затем повел её в подсобку.

- Карла, - он крикнул маленькой рыженькой девочке, - прикрой нас перед Гарри. Я должен помочь Эбс

обработать раны.

- В этом нет необходимости…

- Эй, помолчи, ладно? – Он взял её за руку и повел за собой. – Слышала бы Нелли то, что говоришь, тебе бы точно по пятое число влетело.

Эбигейл закатила глаза.

- Почему ты всегда на её стороне?

- Потому что она всегда права.

- Или тут что-то другое, - тихо и с улыбкой сказала она. Так тихо, что услышать эти слова почти не

представлялось возможным. Вот только Майк определенно услышал. Эбби почувствовала, как

напряглась его рука, но больше не сказала ни слова.

Он обрабатывал её руку и бормотал что-то о том, что такими своими выходками она напоминает ему

беспечную и глупую девчонку, которая вечно создает проблемы себе и окружающим. Говорил о том,

что она совершенно не задумывается о том, что делает и какие предметы при этом держит в руках (да-

да, это он именно про стакан говорил). В общем, отчитывал её как маленькую девочку. И, кажется, никогда не уставал это делать.

- Я поняла, Майк, - выдохнула Эбби, когда он закончил перевязку. – Теперь могу я вернуться к работе?

Он одарил её слегка гневным взглядом, а затем сложил руки на груди.

- Раны не глубокие, швы не потребуются. Но больно тебе все равно будет. Поэтому, езжай домой.

- Но Майк…

- Разве я спрашивал тебя? – Перебил он её, и Эбби поняла, что спорить с этим мужчиной просто

бесполезно. – Да и выглядишь ты, мягко говоря, не очень. Тебе необходим сон. И нормальная еда.

- Я не…

- Эбигейл! Зайди ко мне!

- Вот видишь, меня Гарри зовет, - Эбби быстро соскочила со стола, воспользовавшись удобным

случаем. – У меня полно работы.

- Ты совершенно не думаешь о себе, - крикнул он ей вслед.

- Ты преувеличиваешь!

- Где тебя черти носят? – Поинтересовался её начальник, когда Эбби приоткрыла дверь его кабинета.

Ну, как кабинета… небольшого чулана. Разве что окно тут все-таки было. – Эта девчонка не

справляется одна, не знаю, зачем вообще её нанял. Да и этот болван Майерс ещё не пришел, - проворчал

он, тем самым заставляя Эбигейл улыбнуться.

- Майк пришел ещё пятнадцать минут назад, он помогал мне обработать руку.

Только сейчас мужчина обратил внимание на бинты.

- Что случилось? – Он подался вперед, явно обеспокоенный. - Ты поранилась?

- Ничего серьезного, - заверила она его. – Просто слишком сильно сжала стакан в руках и в итоге он

лопнул. Но Майк сказал, что раны не глубокие, поэтому все нормально.

- Ну, раз Майк так сказал, - эти слова, казалось бы, и правда успокоили Гарри, он отвернулся, а затем

снова, с некоторой долей понимания посмотрел на Эбигейл. – Но лучше бы тебе больше не злиться так

сильно.

Эбби знала, что Гарри всегда видит людей насквозь. И сейчас, как и всякий здравомыслящий человек, он понимал, что для того, чтобы стакан лопнул, нужна просто не дюжая сила. И вряд ли просто

протирая его, хрупкая девушка была способна заставить его разлететься на осколки.

- Я помогу Карле, раз уж она не справляется со всем одна, - перевела тему Эбигейл, большим пальцем

указывая на дверь.

- Нет, Майк поможет ей, - ответил Гарри, вставая со своего стула. – Для тебя у меня есть особенное

поручение. Раз уж твоя рука ещё некоторое время не будет способна работать как надо, эти дни будешь

выполнять мое поручение.

- Поручение?

- Один очень уважаемый человек хочет устроить небольшой прием. Нам повезло, что он захотел иметь

дело именно с нами. Это большая удача для «J9».

- Твой бар один из лучших на Манхэттене, - улыбнулась Эбби. – И этот человек сделал правильный

выбор.

- Будем надеяться, что он тоже так посчитает, - кивнул Гарри. – Потому что от тебя будет зависеть, обратиться ли он к нам снова.

- От меня? – Не поняла она.

- Да. Я хочу, чтобы организацию приема ты взяла на себя, - глаза Эбигейл расширились, но Гарри не

дал ей ответить, быстро продолжив. - Ты достаточно долго работаешь здесь и знаешь все возможности

«J9», как никто другой. Ты владеешь прекрасными организаторскими способностями, а общение с

людьми – твой врожденный дар. Доверив эту работу кому-то другому, я совершил бы большую ошибку, исправить которую уже не смог бы. Я верю, что именно ты справишься с этим, - Гарри подошел к ней и

протянул документы. - И Эбби, отказа я не приму.

Эбигейл посмотрела на красную папку, которую её начальник держал в руках, и поняла, что он вверяет

ей что-то очень важное. Что-то особенное. Доверяет серьезную работу, надеясь на то, что она

справится, и что ему не придется стыдливо отводить свои глаза в сторону каждый раз, когда клиент

будет проходить мимо. Да, это большая ответственность, и Эбигейл понимала, что если что-то пойдет

не так, она больше никогда не сможет работать в «J9», но самое главное, больше никогда не сможет

посмотреть в глаза Гарри. Человеку, который так сильно доверял ей.

Эбби ощутила, как по её телу разлилась ледяная волна страха, и уже собиралась было сказать, что ей

очень жаль, и что она не сможет сделать это, как поймала на себе теплый взгляд шоколадных глаз. Он

мгновенно согрел её, уничтожая последние следы присутствия тревоги или паники. Её рука сама

потянулась к красной папке, а затем она крепко сжала её своими пальцами.

Она не должна думать, что не справится. И тогда у неё все получится.

В конце концов, разве что-то может пойти не так?

***

Эбигейл практически вылетела из бара, на лету поправляя свою сумку и пытаясь удержать в руках гору

папок. Нет, ну разве Гарри мог ограничиться одной? Конечно же, нет. Оказывается, что в той самой

красной папке, которую Эбби зачем-то все-таки приняла из его рук, был просто договор. А еще она

должна была взять с собой кучу папок с меню и предложениями по организации вечера. Честно

признаться, пока она не ощутила на себе весь их вес, даже и не задумывалась о том, что их ассортимент

настолько велик.

Господи, и зачем она вообще согласилась? Что на неё нашло? Стояла бы себе всю смену за стойкой и не

знала бы никаких бед, а теперь тащилась через весь город пешком, неся в руках тяжеленные папки, потому что была даже не в состоянии поймать такси. Да тут любой был бы не в состоянии.

Эбби почувствовала, как предательски заурчало у неё в животе, и вспомнила слова Майка о том, что ей

необходимо поесть. Не дай Бог он узнает, что был прав. Его альтер эго станет ещё больше. Она

улыбнулась, а затем ощутила, как в сумке завибрировал мобильный. Заваленная папками, с

растрепанными волосами, до которых ей было просто не дотянуться, она не была готова доставать

телефон, валявшийся где-то в самой глубине, но понимала, что позволить себе пропустить звонок

просто не могла. А если это были её сестры? Или Нелли? Вдруг что-то случилось? Она вздохнула и, кое-как изловчившись, полезла внутрь сумки, пытаясь удержать папки, зажав их между рукой и телом.

Для того, чтобы найти удобное положение, ей пришлось остановиться и отвернуться от солнца, которое

светило прямо в глаза.

- Давай же, Эбби, ещё немного… ты сможешь достать его, при этом, не уронив папки и сохранив свою

гордость, - затем покачала головой. - Хотя, главное сейчас, ответить на звонок, не думай о том, как

будешь выглядеть перед другими, - затем она усмехнулась. – Но лучше бы все-таки никому не слышать, как ты стоишь посреди дороги и говоришь сама с собой. Это же первый признак шизофрении, -

заинтересовавшись собственной мыслью, она даже выпрямилась. - Или второй…

Её размышления прервал громкий, увеличивающийся гул и, повернув голову, она осознала, что стоит на

проезжей части. С бешеной скоростью, не замечая её на дороге, из-за поворота на неё неслась огромная

черная машина. Эбигейл почувствовала нарастающую внутри панику, но не могла сдвинуться с места, словно её ноги в одно мгновение приросли к асфальту. Чувствуя, как жизнь в прямом смысле того

слова, проносится у неё перед глазами, она просто закрыла их и сильно зажмурилась, слыша, как

автомобиль начинает тормозить. Но он не успеет, она знала, что не успеет…

В эту же секунду, какая-то невидимая сила свалила её с ног, заставляя упасть на дорогу и откатиться в

сторону. Она могла бы поклясться, что её сбил автомобиль, но тогда почему она не чувствовала боли?

Почему не ощущала переломов? Или того хуже? Почему она хотя бы не потеряла сознание и все ещё

размышляет о причине, по которой ничего не чувствует? Она все ещё дышала, но прерывисто и

неровно, её сердце все также билось, правда, раза в два быстрее. Эбигейл не открывала глаз, но

чувствовала, что жива, хотя некоторые части её тела уже начинали немного болезненно ныть. Отчего то

Эбби ощущала, что она отлетела в сторону совсем не из-за столкновения с автомобилем… тогда, что…

Её размышления прервало касание теплой руки к её запястью. И она догадалась: кто-то ощупывал её

пульс. Пытался понять, все ли с ней в порядке.

Она попыталась разлепить отяжелевшие веки, но когда открыла глаза, то смогла разглядеть лишь

слабое очертание человеческой фигуры.

- Голова болит? – Услышала она мужской голос.

- Нет… - это был честный ответ, хотя пелена перед глазами все еще стояла слишком отчетливо.

- Свое имя помнишь?

Она слегка призадумалась, но потом слабо кивнула.

- Да…

- Чувствуешь тошноту или сильную слабость? Болит что-то?

Эбби попыталась прислушаться к своему телу. Она сглотнула и закачала головой.

- Нет… думаю, что я в порядке…

- Отлично, - ещё недавно мягкий голос стал резче и холоднее. Эбигейл ощутила, как мужчина

приподнял её на ноги и, когда встала, инстинктивно схватилась за голову. Она не кружилась, но ведь

только что ей пришлось прокатиться на мощной карусели, понятное дело, что её слегка покачивало.

Она ещё некоторое время опиралась на руку человека, который, по всей видимости, спас её от машины, а затем, когда почувствовала себя лучше, отошла немного в сторону.

- Стоять можешь?

- Да. Я… - Эбби хотела поблагодарить мужчину, но увидела валявшиеся на дороге файлы и забыла даже

о том, что всего минуту назад находилась где-то между жизнью и смертью. - Боже, мои папки!

Она пронеслась мимо опешившего от неожиданности мужчины, который совсем не ожидал увидеть

что-то подобное.

- Ты что, совсем жизнью не дорожишь? – Она кинулась собирать документы по всей дороге. – Эй, что

ты… Осторожно, машина! – Она заметила, как мужчина дернулся в её сторону, но успела отскочить

прежде, чем он сделал ещё хотя бы шаг. - Господи, что за психопатку я спас…

- Эти файлы очень важны для меня, - сказала она, наклоняясь над документами, но, на этот раз

удостоверившись, что ей ничего не угрожает. – Мой начальник поручил мне важную работу, и я…

- Избавь меня от истории своей жизни, - его холодный голос заставил её на мгновение замереть. – Если

тебе так сильно хочется подвергать опасности свою жизнь, то это твое дело, а значит, не моя забота.

Эбби повернулась к нему как раз в тот момент, когда он отвернулся.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты чуть не погибла на моих глазах, поэтому я не смог не помешать этому. Но теперь я ухожу, и

можешь делать, что пожелаешь. Хоть снова кидаться под колеса.

- И теперь ты так просто уйдешь? – Неожиданно спросила она, пытаясь заглянуть за его спину.

- Да, - его равнодушный и резкий тон не оттолкнул Эбби, наоборот, ей ещё сильнее захотелось увидеть

лицо этого человека.

- Но ведь я так и не поблагодарила тебя, - сказала она, стремительно направляясь за ним.

- Не стоит. Я не герой.

- Но ты спас меня.

Она услышала его раздражительный вздох.

- И уже начинаю об этом жалеть.

- Сделаем вид, что я этого не слышала, а ты этого не говорил, - сказала она, начиная переходить на бег.

- Но я сказал, - резко ответил он. – А теперь прошу, не ходи за мной по пятам.

- Не могу, - уверенно заявила Эбби. - Я хочу посмотреть в глаза человеку, которому теперь многим

обязана.

- Если бы ты хотя бы иногда смотрела по сторонам, не пришлось бы быть обязанной, - зло ответил он.

Она пропустила его въедливое замечание мимо ушей.

- Чего тебе стоит просто повернуться? Разве это так трудно?

- Да.

Его равнодушное «да» заставило Эбби понять, что простыми просьбами этого человека не прошибешь.

Нужно было что-то намного мощнее, и она знала, что именно. Но перед тем, как совершить самую

безумную вещь на свете, она решила предпринять последнюю разумную попытку.

- Если ты не повернешься, меня собьет машина! – Крикнула она, но он как шел вперед, так и продолжал

идти. Даже не думая оглянуться или хотя бы замедлить шаг.

- Ну ладно, значит, не судьба уговорить его по-хорошему, - себе под нос пробормотала она. - Придется

сделать это.

Эбби остановилась и аккуратно положила папки на тротуар. Набрав в легкие побольше воздуха, она

вышла на дорогу, направляясь прямо к самой середине проезжей части. Она не понимала, какого черта

творила, но что-то подсказывало ей, что только так она сможет заставить этого самодовольного

красавчика с ледяным взглядом, – а она чувствовала, что он именно такой, – повернуться к ней лицом.

Иногда мы совершаем совсем безумные вещи, ведь так? Хотя в её жизни они были скорее правилом, нежели исключением из него.

Эбигейл посмотрела на своего спасителя. Мужчина все так же шел вперед и даже не знал, что её жизнь

снова находилась в опасности. Только теперь уже осознанно – по её вине. А вдруг он не повернется?

Вдруг её безумство станет чем-то роковым?

- Нет, Эбс, ты не должна так думать, - успокаивала она себя. - Ты всегда верила в Бога, ведь так? А Он

всегда оберегает тех, кто в него верит. Он не позволит тебе погибнуть так глупо и бесполезно. Не

оставит твоих сестер сиротами. Не снова. – Эбигейл закрыла глаза и выдохнула, чувствуя, как, при всей

её храбрости, коленки начинают трястись. – Я верю, что Ты заставишь его оглянуться. Твои желания

намного сильнее человеческого упрямства.

Эбби зажмурилась, чувствуя, как в одно мгновение весь мир словно перестает для неё существовать.

Отключились все посторонние звуки и все шумы города. Остались лишь частые и ускоряющиеся удары

её сердца и прерывистое дыхание, от которого дрожали губы. Через несколько секунд Эбби услышала

оглушительный визг колес и сделала последний вдох.

Глава 4

Дарен как раз подходил к повороту, когда вдруг поймал себя на мысли, что вокруг стало слишком тихо.

Конечно, он был рад, что больше не слышит глупых замечаний, раздражающих просьб или историй из

жизни обезумевшей чудачки. Но, все же, его не покидало странное чувство какой-то непонятной

тревоги, и как бы сильно он не старался отбросить его в сторону, у него ничего не выходило. По

упорству этой девушки, которое он успел разглядеть за те короткие несколько минут, которые она

находилась рядом, можно было определить, что она совсем не из тех, кто сдается так легко. И то, что в

придачу к своей напористости, она была ещё и сумасшедшей психопаткой, лишь усиливало то чувство

у него внутри. Чувство, что что-то было не так.

Он не знал почему, но ему показалось, что какая-то невидимая сила воздействовала на его сознание, заставляя повернуться. Заставляя хотеть повернуться. Он не мог отделаться от ощущения, что

нуждается в этом. Точно такого же ощущения, которое завладело им вчера в парке. Которое побудило

его оглянуться на то, что ему просто привиделось. Он не понимал, что с ним происходило, но

осознавал, что дальше так было нельзя. Ещё немного и он просто потеряет настоящего себя. Это сведет

его с ума, доведет до безумия и крайности. А этого он никак не мог допустить. Дарен Бейкер не будет

зависеть от глупых сантиментов, предчувствий и предубеждений. И ничто и никогда этого не изменит.

Телефон в кармане Дарена завибрировал, заставляя его замедлить шаг, а затем и вовсе остановиться. Он

посмотрел на входящий вызов, после чего нажал на «принять».

- Да, Пол, я уже иду. Скоро буду.

- Что? – Его друг улыбнулся на том конце трубки. – Дарен Бейкер идет? Пешком? Неужели разверзлись

сами Небеса?

- Нет. Моя машина сломалась.

- И просить меня заехать ты, конечно же, не стал?

- В компании слишком много дел, - своим привычным тоном ответил он, - ты лишь потратил бы

драгоценное время, которого у нас итак нет.

- Ты прав.

Дарен перевел взгляд на соседнее здание.

- Знаю. Я всегда прав.

Он переместил свой взгляд на дорогу и мгновенно застыл, заметив посреди проезжей части

человеческую фигуру. И не просто фигуру… а ту самую фигуру, которую ещё не так давно он спас от

несущегося автомобиля. Какого хрена она там делает? Что вообще у этой ненормальной на уме? И

зачем, к дьяволу, она закрыла глаза?! Пол что-то говорил ему, но Дарен уже не слушал, медленно

опустив руку вниз. Его взгляд бы прикован к девушке, которая уже во второй раз играла со Смертью. И, черт возьми, он знал, что Она такие игры не любила. Дарен услышал рев мотора, а затем увидел, как из-

за угла выскочил черный тонированный мерседес, почти точь-в-точь такой же, какой чуть не сбил эту

девушку в первый раз. Да ладно вам?! Опять?! Чтобы ему провалиться!! Не чувствуя твердости под

ногами, словно они в прямом смысле того слова оторвались от земли, и, не разбирая совершенно ничего

вокруг, Дарен мгновенно сорвался с места и понесся в её сторону. Он бежал так быстро, как не бежал

ещё никогда в жизни, бежал, соревнуясь с бешеной скоростью автомобиля.

Какого черта он не тормозит?! Почему продолжает нестись прямо на неё?! Если он не сбавит

скорость… Боже, он даже думать не хотел о том, что тогда произойдет. Буквально в ту же секунду

Дарен услышал, как машина начала резко тормозить, заставляя шины завизжать по асфальту. Это было

бы величайшей удачей, если бы только водитель от неожиданности не потерял управление, и вместо

того, чтобы вырулить в противоположную сторону, не нацелился прямо на «объект». Дарен видел, как

от пугающего звука девушка широко распахнула глаза, видел, каким страхом наполнился её взгляд и

понял, что увиденное заставило её оцепенеть. Её ноги приросли к полу, а доступ к кислороду перекрыло

осознание собственной беспомощности. Из горла Дарена вырвался крик, и он начал бежать ещё

быстрее. Что есть мочи и силы. Бежать, как самый настоящий зверь.

Он протянул к ней руки и резко развернул, изо всех сил прижимая к себе и заставляя сделать несколько

оборотов вокруг оси. Не рассчитав силу, с которой отталкивал её с дороги, он врезался в стену дома.

Подступающая боль заставила Дарена закрыть глаза и стиснуть зубы, но он заставил её исчезнуть

практически в мгновение ока. Этому жизнь научила его, как ничему на свете.

- Эй, вы в порядке?! – Дарен встретил на себе взволнованный взгляд парнишки, а затем увидел

неподалеку тот самый мерседес, который теперь стоял поперек полосы. – Как же хорошо, что вы

оказались рядом, я… я просто не знаю, что было бы, если бы вы не появились… - было видно, как

сильно он нервничает. Он был ещё совсем мальчишкой, чья жизнь всего минуту назад мелькала перед

его глазами словно вспышка. – Она просто стояла там, а я… мне так жаль…

- Ты можешь ехать, - перебил он его. - Я разберусь.

Парень часто закивал. Его взгляд был наполнен сильнейшим на свете страхом, который теперь навряд

ли исчезнет так скоро. Ведь только что он чуть не погубил две жизни. Только когда мальчишка пропал

из поля зрения, Дарен, наконец, сумел сосредоточиться на той, которую все это время крепко прижимал

к своей груди. Он чувствовал, как сильно дрожало хрупкое тело в его руках, и как тоненькие пальчики

цеплялись за ткань его рубашки. Она все ещё боялась, и он не мог этого не ощущать. Как и приятный

запах, исходивший от её волос и слегка тронутой загаром кожи. Он обволакивал его ноздри, словно

преследуя своей целью затуманить его рассудок, одурманить голову и сделать своим безвольным

рабом. И как он ни старался сопротивляться, не поддаться этим чарам было просто невозможно.

Что же такого было в совершенно незнакомой ему девушке, что заставляло его терять голову?

Дарен почувствовал, как её ноги ослабели и, успевая поддержать её за талию, развернулся, помогая

упереться о стену здания. Она сильнее сжала его рубашку, чтобы удержаться на ногах, и от её нажима, первые две пуговицы отлетели в стороны. Он почувствовал, как ледяные дрожащие пальцы коснулась

его обнаженной кожи и непроизвольно замер, ощущая, как несколько тысяч вольт в одно мгновение

поразило его тело. Удар был быстрым. Практически молниеносным. Но не отталкивающим, а скорее

наоборот - притягивающим. Она стала медленно приподнимать свои веки, заставляя не только его, но и

весь мир вокруг, каждую его частичку, заворожено застыть. Когда она подняла на него свои глубокие

сапфировые глаза, Дарен вдруг осознал, что ещё никогда на свете не видел столь чистого, столь

идеального цвета. В нем будто бы разом сочетались все оттенки, сотворенные самим Богом.

Соревноваться с такой красотой не смогло бы даже Небо. Настолько совершенной она была.

Чей-то звонкий смех за углом моментально вывел Дарена из оцепенения. Он резко отстранился и

интуитивно попятился назад, но смог отойти лишь на несколько дюймов, потому что её трясущиеся

пальцы все еще стискивали ткань его рубашки. Она так крепко держалась за него, словно больше всего

на свете боялась даже попытаться отпустить.

И, черт возьми, это заставляло его чувствовать что-то необъяснимое.

Что-то, чему в его жизни просто не могло быть места.

- Моя рубашка, – слова из его уст прозвучали на удивление мягко, но от того не стали менее резкими.

Он и правда изо всех сил старался сдерживать внутреннюю ярость, которая с каждой секундой

становилась лишь сильнее, но её прикосновения невозможно было игнорировать. Она опустила глаза на

свои все ещё дрожащие пальцы, плотно сжимающие льняную ткань, и он заметил смятение,

отразившееся на взволнованном лице.

Она осторожно выпустила лоскуток из своих рук, а затем вцепилась в каменную стену. Её губы слегка

задрожали, а во взгляде застыло давящее, искреннее чувство вины. Она напоминала ему маленькую

перепуганную девочку, которая только что встретилась лицом к лицу с величайшей опасностью в своей

жизни. Но, вместе с тем, в её глазах он разглядел сильную и уверенную в себе женщину, чья отвага и

бесстрашие могли победить абсолютно любой, даже самый сильный в мире страх.

Дарен с усилием отвел свой взгляд и отвернулся. Почему ему так тяжело уйти? Что, черт возьми, она

сотворила с ним за эти несколько минут? Что-то внутри него словно мешало ему сделать эти

несколько шагов. Уйти и забыть. Выбросить из головы. Удалить из памяти. Почему?

Выругавшись про себя и, отбросив в сторону все эти въедливые мысли, он вернул своему разуму

привычное хладнокровие, но успел сделать лишь несколько уверенных шагов прочь.

- Подождите, - её голос был едва слышен, но отзывался в его сознании с такой силой и таким

звучанием, что даже крик сейчас показался бы ему самым простым шепотом. Он слегка замедлил шаг, ощущая, что не в силах контролировать собственное тело, которое, черт подери, сейчас полностью

подчинялось её мягкому тембру. - Спасибо, - выдохнула она, и он почувствовал, что она подходит

ближе. - За оба раза. Я не хотела, чтобы так вышло, и…

Дарен сжал руки в кулаки и неожиданно решительно зашагал прочь. Оставив её позади и, не желая

выслушивать, что она скажет дальше. Пусть это будет грубо и безразлично с его стороны и пойдет

вразрез с тем поведением, которое он обычно позволял себе по отношению к женщине. Пусть. Плевать.

Сейчас он будет именно таким - невоспитанным и эгоистичным грубияном. Потому что в настоящий

момент это единственное возможное решение.

Дарен вспомнил, сколько осмысленности и мужества увидел в её глазах… какую невероятную палитру

из самых разнообразных качеств смог разглядеть… и, увидев все это, он не понимал, почему она

поступила столь безрассудно. Почему вышла на эту хренову дорогу и стояла там, ожидая, пока…

Нет. Ему незачем знать причину. Он не должен думать об этом. Не должен думать о ней. Единственное, что ему действительно стоит сделать, это забыть. Забыть это утро. Забыть то, что произошло. Забыть

эту девушку, и то, что он почувствовал, заглянув ей в глаза.

Ведь он не может чувствовать. Просто не имеет права. Сантиментам нет места в его мире.

И никогда не будет.

***

- Добрый день, мистер Бейкер, - блондинка быстро встала со своего места, а гул, который до этого

момента стоял в приемной, моментально прекратился.

- Сообщи Полу, чтобы зашел ко мне в кабинет, - отчеканил Дарен, не удостаивая её даже взглядом и

стремительно направляясь к своей двери. – И живо.

- Да, сэр, - Элис тут же потянулась к телефону, быстро набирая уже наизусть заученный номер, а

остальные засуетились за своими рабочими местами, судорожно стараясь показать своему начальнику, что все это время были заняты лишь работой. Кто-то пытался незаметно скинуть стаканчик с кофе в

урну, а кто-то прятал недоеденные батончики в выдвижной ящик. Одни с испуганными глазами

сворачивали лишние программы на своем компьютере, а другие убирали со стола все то, что не имело

непосредственного отношения к работе.

Снова. Все в этой компании ходило по замкнутому кругу. Каждый раз он становился свидетелем одного

и того же. Того, как его сотрудники делают все что угодно, но только не работают. Разве Дарен когда-

либо давал им понять, что является снисходительным и понимающим начальником? Одним из тех,

которые улыбаются своим работникам, пьют с ними кофе и беспокоятся о проблемах, произошедших в

их семье? Возможно, когда он решил дать этим людям шанс, то принял неверное решение. А ошибаться

он очень не любил.

Резко распахнув дверь, он бросил пакет на диван и начал расстегивать оставшиеся целые пуговицы

своей рубашки. Заметив на столе какую-то записку, он взял её в руки и развернул, мгновенно узнавая

почерк.

«Знаю, что ты не любишь, когда отлучаются без предупреждения, но мне пришлось уехать. Не могла

дозвониться тебе на мобильный. А оставлять сообщение твоей секретарше, все равно, что бросать

слова на ветер – так же бесполезно…» - Дарен раздраженно выдохнул, не желая продолжать читать.

Он смял записку и одним движением бросил в стоящую в другом конце кабинета урну. Холли Тревис.

Её знали, как дочь своего отца. Дочь одного из самых известных и влиятельных людей в мире. А он

знал её, как дочь человека, который когда-то собственными силами поднял «Diamond Construction» с

колен и спас его семью от падения в бездонную пропасть. Ту самую пропасть, к которой их подтолкнул

Томас Бейкер. Ту пропасть, из которой не все сумели выбраться.

- Эй, ты бы хоть дверь закрывал, прежде чем устраивать стриптиз, – усмехнулся Пол, заставляя Дарена

моментально переключить свои мысли. – А то ведь все эти милые женщины в коридоре совсем

перестанут работать.

- Все эти милые женщины, как ты выразился, итак не работают, - своим привычно холодным тоном

ответил он, доставая из пакета покупку. – И мне не нравится, что ты поощряешь то, что я запрещаю.

- Да ты только выгляни в коридор, - еще шире улыбнулся Пол, - мне кажется, что работа в этом месте

никогда ещё не кипела столь сильно.

- Она кипит лишь потому, что я пришел, - он набросил на себя рубашку и без тени улыбки посмотрел на

друга. - Но я не могу быть здесь постоянно, и ты знаешь, почему.

- Элейн, - кивнул Пол, - да, я знаю.

Справившись с пуговицами, Дарен начал застегивать запонки на рукавах.

- Тогда ты понимаешь, что подобная рабочая обстановка совершенно не годится для нашей компании.

В глазах Пола появилось понимание того, к чему клонит его друг, и это заставило его забеспокоиться.

- Позволь мне разобраться с этим. Я поговорю с ними и всё объясню. Уверен, что мне удастся

исправить положение.

- Они работают в «Diamond Construction» не первый день, - холодно возразил Дарен, повышая тон. - И

даже не первый месяц. Я дал им достаточно времени. Они потратили его зря.

- Но это же не выход, - в последний раз попытался убедить его Пол.

Дарен молча посмотрел на него, а затем, ничего не ответив, с решительным выражением на лице открыл

дверь и вышел в холл, моментально привлекая к себе все внимание вокруг. Он остановился в центре

одного из небольших коридорчиков, на которые было поделено пространство компании, своим

предварительным молчанием заставляя всех встать.

- В моей компании все работают по одному единственному принципу, - громко начал он, делая

небольшую паузу, - «приходя сюда, ты должен отдавать все свои силы этому месту». Ты можешь

забывать о еде, о семье и даже о себе. Но забывать о своей работе - не имеешь права. Обязанности, которые каждый исполняет в «Diamond Construction» являются единственно важным с того самого

момента, как вы переступаете порог здания и до того, как выходите из него. За его пределами

начинается другая жизнь, в которой я не смею указывать вам, когда пить кофе и красить ногти, - он

сделал упор на этих словах. - Но здесь, с 9:00 и до 18:00 каждый из вас делает только то, что говорю я.

Повисло напряженное молчание, во время которого почти все испуганно глядели в пол, пытаясь устоять

на дрожащих ногах. Боясь произнести хотя бы одно слово.

И не зря.

- Простите, сэр, - виновато начала какая-то девушка, - если бы вы сказали раньше…

- Я ваш начальник, а не ваша нянька, - повышенным тоном, холодно пояснил он, снова заставляя всех

вздрогнуть. - В мои обязанности не входит разъяснение обыкновенных правил, которые каждый из вас

должен был уяснить ещё до того, как начинать здесь работать.

- Извините, мистер Бейкер, - произнесла другая девушка, - мы больше не повторим этой ошибки.

- Не повторите, - согласился Дарен, - потому что все вы с этого момента уволены.

На лицах всех сотрудниц «отдела» застыл мгновенный страх. Они услышали то, чего услышать так

сильно боялись. Пол обреченно закрыл глаза, а Элис, которая все это время стояла рядом, опустила их

вниз, боясь сделать хотя бы одно неосторожное движение. Работники других отделов стояли в

молчании, и даже Холли, которую теперь Дарен заметил в дверях, смотрела на него в абсолютном

безмолвии. Все, что она хотела сказать, можно было и без того прочесть на её лице. Да, они все считали, что Дарен был не прав. Считали, что он поступил слишком жестко. Но не пытались сказать ни слова, потому что знали – решение босса непоколебимо.

- Элис, - Дарен обратился к своей секретарше.

- Да, сэр.

- Позаботься о том, чтобы каждый получил то, что заработал. И найди мне новых сотрудников.

- Хорошо, мистер Бейкер.

Дарен молча направился в свой кабинет, а затем сел за свое рабочее место и начал просматривать

накопившиеся за неделю бумаги.

- Что с контрактом? – Спросил он у вошедшего Пола, не поднимая глаз.

- Подписали, - тихо и безразлично ответил тот, засовывая руки в карманы. - Приступаем к проекту через

неделю.

Интонация друга заставила Дарена на некоторое время отвлечься от работы, и он поднял свою голову

вверх.

- Мое решение не обсуждается. Но если тебе что-то не нравится, ты можешь пойти следом за ними. Ты

знаешь, что в этой компании я никогда и никого не держу.

- Мне ты тоже так скажешь?

Властный голос заставил их обоих сосредоточить свои взгляды на появившейся в дверях фигуре. В

классическом комбинезоне в широкую черно-белую полоску и с собранными в элегантный пучок

золотистыми волосами, Холли Тревис с самой первой минуты всегда создавала образ сильной, деловой

и авторитетной женщины, владеющей не только огромным состоянием, но и вниманием всех мужчин

этого города.

Почти всех.

- Где ты была? – Спросил Дарен, игнорируя её игривое замечание и снова сосредотачиваясь на

документах.

- Встречалась с отцом, - она села на кожаный диван у стены, а затем посмотрела на Пола, который, все

поняв по её взгляду, кивнул и вышел за дверь. – Он сказал, что ты не отвечаешь на его звонки, -

продолжила она, переводя взгляд на Дарена, который, однако, все так же молчал. – Сначала я думала, что ты просто не хочешь говорить с ним из-за того, что недавно между вами произошло, но когда сама

не смогла дозвониться тебе сегодня утром, поняла, что что-то случилось с твоим телефоном.

- Разбил, - немного напряженно и все так же холодно сказал он, закрывая папку.

- Купи новый. Или попроси об этом, в конце концов, свою секретаршу. Её обязанности мне вовсе не

понятны, но так она хотя бы сделает для тебя что-то полезное.

- Холли, - Дарен резко поднял на неё свои глаза, - кому мне давать работу, а кому нет – это только мое

дело. Я уже сказал Полу, и повторю тебе – если кому-то что-то здесь не нравится, то двери для него

всегда открыты.

Ей определенно не понравились его слова. Вряд ли она даже допускала, что когда-либо вообще их

услышит. Но характер Дарена она знала так же хорошо, как и Пол, поэтому предпочла сделать вид, что

просто не обратила на них внимания.

- Даяна знает людей, которые могут помочь с оформлением «коктейля», - вернулся её привычный

деловой тон. – Я уже сказала, чтобы она отобрала только самых лучших дизайнеров. За всей

организацией я прослежу лично. Но осталось найти хороших официантов, которые смогли бы подать

приличные закуски. Возможно, я могла бы позвонить Луизе…

- Не стоит, - перебил её Дарен, - я уже обо всем позаботился.

- Позаботился? – Не поняла Холли. – Как?

Дарен не успел ответить, потому что раздался звонок, побудивший его нажать кнопку.

- Да, Элис.

- Мистер Бейкер, к вам пришли.

- Кто?

- Человек от Гарри Филлипса.

- Хорошо, пусть войдет, - Дарен перевел свои глаза на Холли, - когда ты понадобишься мне, я сообщу.

Она немного замялась, пытаясь не выдать свою обескураженность его словами, а затем нехотя, но

вполне достойно поднялась с дивана, при этом, не забыв улыбнуться.

- Я буду у себя.

Спустя некоторое время Дарен услышал чье-то негромкое «простите» и отчетливое ворчание Холли о

том, что таким неуклюжим людям нужно и вовсе забыть сюда дорогу. Если бы она встретила

обыкновенного человека, не вращающегося в светских кругах, как-то иначе, он был бы слишком

удивлен переменой в её характере.

- Мистер Бейкер?

Тихий голос, отчего-то показавшийся Дарену знакомым, заставил его оторваться от документов и

поднять свою голову вверх. Его встретила пара глубоких синих глаз, в которых горело точно такое же

изумление, как и в его.

- Ты? – Он приподнялся со стула, все ещё слабо веря в происходящее.

- Вы? – Ошеломленно произнесла она, сильнее прижимая к себе папки.

- Ты что, следила за мной? – Выпалил он первое, что пришло ему в голову и нарушая глупое молчание, которое успело образоваться за эти несколько секунд.

- Что? Я…

- Послушай, у меня полно дел, - перебил её Дарен, понемногу приходя в себя. - И нет времени снова

выслушивать, как ты благодарна мне за спасение.

- Но…

- … и у меня нет совершенно никакого желания знать причины твоего сумасшедшего поступка. – Она

вновь попыталась открыть рот, но он остановил её движением руки. – Я не хочу ничего слышать, ясно?

Просто уходи. У меня важная встреча.

Понадеявшись, что объяснил все более, чем доходчиво, Дарен вновь склонился над папками на своем

столе, привыкший, что если он изредка что-то и говорит не своим привычным деспотичным тоном, то

ему, по крайней мере, не приходится повторять дважды.

- Вы всегда не даете людям и слова вставить?

Дарен замер, услышав её вопрос, а затем снова медленно поднял свои глаза, встречая её хмурый взгляд.

Он мог бы поклясться, что если бы её руки не были заняты горой папок, то она непременно бы

вызывающе их скрестила.

- Прости?

- Прощаю, - сказала она, огорошив его своим ответом. – У меня не было совершенно никакого желания

следить за Вами. А то, что я хотела извиниться, ещё не делает из меня неуравновешенную психопатку, какой Вы меня, по-видимому, считаете.

- Но у меня же нет оснований так думать, - с холодной иронией согласился он, - ведь только в здравом

уме люди кидаются под машины.

- Я не кидалась под машину!

- Стояла на проезжей части, закрыв глаза! – Дарен повысил тон и поднялся с места. – Большая разница, верно? Ты уйдешь сама или мне позвать охрану?

- Вы всегда такой грубый?

- А ты всегда такая надоедливая?

Она молча изучала его, внимательно вглядываясь в каждую жилку на лице, будто бы изо всех сил

пыталась что-то понять. Он отвернулся, не желая, чтобы кто-то вторгался в его личное пространство.

Он ненавидел, когда кто-то начинал строить из себя чертового провидца… а особенно его бесило, когда

это делала та, от которой ему никак не удавалось отделаться.

Дарен хотел было приказать ей убираться вон из его кабинета, как неожиданно вспомнил звонок Элис и

слова Гарри. Он совершенно иначе посмотрел на папки в её руках и вдруг осознал то, что все это время

ему мешала понять пелена ярости и недовольства: это всё была она. Та девушка, которую он спас. Та

девушка, которая не выходила из его мыслей. Та девушка, которая должна была работать с ним. И та

девушка, которая сейчас стояла прямо перед ним. Это всё была она.

Что за игры играла с ним Судьба?

Что она пыталась ему доказать?

- Хорошо, - внезапно произнесла она, выдергивая Дарена из размышлений и делая несколько шагов к

нему навстречу, - давайте попробуем начать все сначала, идет? – Она взгромоздила тяжелые папки на

стол, а затем поправила одежду и вытянула одну руку вперед. – Меня зовут Эбигейл Дэвис, и я очень

рада с вами познакомиться.

Он смотрел на протянутую ладонь и не верил в то, что в этот самый момент это происходило именно с

ним. И что это было самой настоящей реальностью. По всей видимости, кто-то очень великий решил

позабавиться, поиграв с ним в рулетку и подослав к нему самую настоящую «беду в юбке».

Да ещё и такую безумную.

Дарен сделал несколько неторопливых шагов вперед, при этом, не сводя с Эбигейл своего взгляда. Он

видел, как её рука медленно опускается вниз, а в глазах пропадает ещё недавно светившееся там

озорство. Он встал к ней практически вплотную, опустив свой голос до хриплого, но твердого шепота.

- Принимаешь меня за идиота? – Она завертела головой, инстинктивно упираясь руками в стол. – Тогда

какого черта играешь со мной в эти игры? – Её молчание заставило Дарена наклониться и накрыть

своими руками её слегка дрожащие ладони. - Я не добрый человек, Эбигейл, - еле слышно продолжал

говорить он. - Я не стану радоваться нашему знакомству. И то, что я еще не выгнал тебя, совсем не

означает, что ты сама не захочешь уйти. Поэтому я объясню тебе очень простые правила, но сделаю это

только один раз. – В глазах Эбби мелькало смятение, но она не шевелилась, внимая каждое слово. - Я не

люблю излишнее проявление эмоций и терпеть не могу, когда люди берут на себя больше, чем

положено им по статусу. Если тебя прислали сюда выполнять работу, то будь добра, выполняй её молча

и так, чтобы не находиться ко мне ближе, чем на милю. Я не желаю слышать твоих глупых вопросов. И

у меня нет совершенно никакого интереса к твоей жизни. Да, я не позволил тебе оказаться под колесами

той чертовой машины, но на этом всё. Я не хочу знать причин твоего поступка. Не хочу вообще ни о

чем знать. Это другой мир, мисс Дэвис. Не тот, в котором Вы привыкли жить. Если здесь совершают

промах, то больше уже никогда не стреляют снова. Здесь не прощают ошибок. И я не уверен, что такая

экспансивная и наивная особа, как Вы, справится с трудностями реального, жестокого мира.

Эбигейл внимательно смотрела на него так, словно боялась сделать хотя бы одно неосторожное

движение. Он надеялся, что его слова раз и навсегда поставят эту девочку на место, что она все поймет

и примет единственно верное решение, а именно: уйти. Дарен не просто думал, он был уверен, что

именно так все и будет, ведь никто и никогда не показывал иной реакции на его слова.

Осторожное, но уверенное движение её рук, заставило Дарена машинально убрать свои ладони от её.

Он слегка растерялся, но с места так и не сдвинулся, в отличие от Эбби, которая тут же выпрямилась.

- Это уже не Ваша забота, мистер Бейкер, - её глаза загорелись такой жизненной силой, что Дарен даже

невольно замер, - тем более, что я не собираюсь совершать ошибку.

Он сделал небольшую паузу, пытаясь увидеть истинный ответ в её глазах.

- Но если ты все же оступишься? - Еле слышно спросил он, не сводя с неё взгляда. - Что тогда?

- Тогда я поднимусь.

- Это будет нелегко, - продолжал он.

- Я справлюсь.

- Ты так уверена в себе? – Спросил Дарен.

- Нет, - тихо ответила Эбигейл. - Просто я буду не одна.

Дарен замолчал, а затем резко отстранился от неё и отошел к другому концу стола, услышав, как Эбби

поймала ртом воздух.

- Почему ты так стремишься получить эту работу? – Холодным и резким тоном спросил он, вставая

лицом к окну и засовывая руки в карманы брюк.

- Потому что обещала Гарри, - услышал он. - А я не привыкла нарушать свои обещания.

Он слегка помолчал, а затем произнес:

- Хорошо. Прием состоится в пятницу вечером. У тебя есть три дня на то, чтобы все подготовить.

Он услышал, как она улыбнулась.

- Хотели бы Вы посмотреть возможные варианты меню или…

- Нет, - перебил он её. – Ты сделаешь все сама, без предварительного согласования со мной. – Дарен

развернулся к растерянной Эбигейл, полностью взяв под контроль свои эмоции. – Если ты думала, что

мои слова были проверкой твоей стойкости, то ты ошиблась. Проверка начинается теперь.

- Я не совсем понимаю…

- Элис, - Дарен нажал кнопку своего телефона, - пригласи ко мне Холли. Это насчет приема.

- Да, сэр, - тут же ответила она.

Буквально через несколько минут дверь в кабинет Дарена отварилась и на пороге появилась роскошная

блондинка, улыбка которой пропала, как только она заметила стоявшую около стола Эбигейл.

- А она что тут делает?

- Холли, - не обращая внимания на её язвительное замечание, сказал Дарен, - позволь представить тебе

Эбигейл Дэвис – она займется полной организацией вечера. От фуршета и до декораций.

- Что? – В один голос ошарашено спросили девушки, и Дарен заметил испуг в глазах Эбби.

- Эта?! – Возмутилась Холли. – Но она же безвкусная и… простая, - презрительно добавила, оглядев

Эбигейл с ног до головы. – Только представь, что за вечер она тебе устроит!

- Я так решил, - категорично заявил Дарен, - и это не обсуждается.

- Но мистер Бейкер… я же не дизайнер, - попыталась объяснить ему Эбигейл, - у меня нет

организаторских способностей, и я совершенно не…

- Ты хотела эту работу, не так ли, – властно перебил её Дарен. - Ты её получила. Или не ты говорила

мне о том, что тебе по силам любые трудности.

- Да, но…

- Прекрасно, - закончил он. – Холли расскажет тебе, что за тематику мы хотим видеть на приеме. Если у

тебя появятся вопросы, не связанные с выполнением твоих прямых обязанностей, ты знаешь, к кому

тебе обратиться.

- Мистер Бейкер…

- Это всё, - резко ответил он, пресекая любые её попытки снова завести разговор. – Вы можете начинать

работать, мисс Дэвис. Время ждать не будет.

Дарен отвернулся к стеллажу, делая вид, что изучает важные документы. Когда дверь в его кабинет

захлопнулась, он прикрыл глаза и облокотился руками о дерево. Он должен был покончить с этим

безумием прямо сейчас. Иначе ему не удастся вернуть себе полный контроль над собственными же

эмоциями. Она злила его. Черт возьми, так сильно злила! И он не понимал, что являлось тому

причиной. Не понимал, почему так реагировал на одно лишь присутствие этой женщины, но твердо

знал, что принял верное решение. Так она будет держаться от него как можно дальше, а когда все

закончится, они больше никогда не встретятся. Да, он мог просто выгнать её. Мог попросить Гарри

прислать кого-то другого или и вовсе поручить это Холли. Но не смог. Не смог потому, что слишком

сильно хотел раз и навсегда проучить Эбигейл. Поставить её на место. Ведь справиться с такой работой

будет ей просто не по силам.

Она поймет, что он был прав. А он лишний раз удостоверится в том, что никогда не ошибается. Ошибки

выводят из равновесия, именно поэтому он не мог позволить себе совершить промах.

В конце концов, ему нужно было продержаться всего три дня.

Три дня, и он снова вернется к своей прежней жизни.

Да. Именно так и будет.

И он готов был поклясться, что ничто не сможет изменить решения, которое принял Дарен Бейкер.

Даже сама Судьба.

Глава 5

Эбигейл вышла из кабинета в состоянии, описать которое обыкновенными словами просто не могла.

Она была не просто растеряна, а ошеломлена и напугана. Она совсем не ожидала, что человек, который

спас её этим утром на дороге окажется клиентом «J9». Тем самым клиентом, работа с которым была так

важна для Эбби. А она просто взяла и выставила себя перед ним просто полной дурой… дважды.

Да что на неё вдруг нашло? Почему она повела себя столь безрассудно? Да, Эбигейл бесспорно была

импульсивна и обладала действительно взрывным, хоть и мягким характером, но никогда не помнила

ни одного случая, когда вела бы себя настолько глупо. Встать посреди проезжей части и закрыть глаза?

Слышать, как на тебя с бешеной скоростью несется автомобиль? Да что с ней такое? Как та, на плечах

которой лежит такая большая ответственность за семью, могла позволить себе хоть и ненадолго, но

стать такой легкомысленной? Когда вообще Эбби стала совершать подобные безумства? Она искоса

взглянула на дверь кабинета, пытаясь представить себе человека, находящегося внутри этой комнаты.

Этот мужчина… что-то в нем будто бы осознанно подтолкнуло её на столь опрометчивый шаг.

Неожиданно она поймала себя на мысли, что в то самое мгновение не владела не только своими

мыслями, но и собственным телом. И из-за чего? Из-за того, что просто хотела заставить его

остановиться и посмотреть ей в глаза? Лишь поэтому?

- Он прав, Эбби, - неожиданно прошептала она. - Ты действительно психопатка.

- Ты что-то сказала?

Эбигейл резко развернулась на властный голос, увидев недовольное выражение лица своей

«наставницы».

- Я…

- Не важно, - безразлично, но несколько напряженно отмахнулась Холли, - меня это не интересует.

Избавь меня от мучения слушать твои глупые высказывания.

Подумать только, насколько похожи они были с этим гордецом. Может быть, они были женаты?

Хотя нет, вряд ли. Эбби не заметила у него кольца, да и на ее пальце бриллиант не поблескивал. Тогда, возможно, они встречаются? Ну да, точно, не зря же говорят: муж и жена – одна сатана.

- Постарайся сделать усилие и запомнить то, что я сейчас скажу, - презрительный тон заставил её

поднять голову.

- Конечно, я…

- Прием будет официальным, - громким голосом перебила её Холли, резко развернувшись и зашагав

прочь. Эбби быстро пришла в себя и сорвалась с места, пытаясь на бегу достать из сумки блокнот и

ручку. - Приглашены очень важные персоны. Настолько важные, что всё на вечере, начиная от

декораций и заканчивая фуршетом, должно быть безупречным. Идеальным, правильным,

безукоризненным… запоминай слово, которое больше нравится. Гостей будет тридцать, помимо меня, Дарена, его сестры и Пола. Еда должна быть легкой, но в то же время изысканной и сытной, - Эбигейл

кивала, записывая каждую значительную деталь. – Среди приглашенных будут вегетарианцы, поэтому в

меню не должны быть блюда лишь из мяса, рыбы и морепродуктов. Что касается напитков, то надеюсь, ты знаешь, что предпочитают люди высшего класса, - на этих словах Холли развернулась, и так резко, что Эбби чуть было не врезалась в неё.

- Простите, - прошептала она, когда её «наставница» раздраженно закатила глаза. – Я просто…

- Дарен дал тебе шанс, - снова возбужденно перебила она её, - по какой причине, я не знаю. Возможно, разглядел в тебе какие-то способности, - она еле выдавила из себя это слово, - или просто решил тебя

проучить. Не знаю, чем таким ты его задела. Но в любом случае, он – не я. Если ты допустишь хотя бы

малейшую, даже самую незначительную оплошность, я не просто с позором уволю тебя, я сделаю так, что больше никто и никогда не доверит тебе не то, что бы организацию вечера, но даже обыкновенное

мытье полов. - Её светлые голубые глаза насквозь сверлили Эбигейл. - Надеюсь, ты понимаешь, что в

твоих же интересах сделать все по эталону.

- Все будет сделано, как положено, - не без небольшой дрожи в голосе, но как можно более уверенно

произнесла Эбигейл. - Вам не стоит беспокоиться.

Неожиданно Холли улыбнулась.

- Верно, беспокоиться стоит лишь тебе. Ведь ты даже не представляешь, что такой человек, как Дарен

Бейкер делает с теми, кто совершает ошибки.

- Мне известен излишне взрывной темперамент мистера Бейкера, но я не думаю, что…

- Взрывной темперамент… - усмехнувшись, повторила Холли, заставив девушку замолчать. - Скажи,

Эбигейл, ты веришь в сверхъестественные силы? В их существование в древности и в реальном мире? В

наше время.

Вопрос несколько обескуражил Эбби, но она ответила именно так, как действительно считала.

- Да, верю.

- Тогда этот день станет для тебя поистине историческим, - со всей серьезностью и как можно тише

произнесла Холли. - Потому что сегодня ты встретила самого Дьявола. Воплоти.

С этими словами она развернулась и направилась к своему кабинету, оставив Эбигейл растерянно

смотреть ей вслед.

***

- Ты серьезно?! – Неожиданно закричала Нэл, заставляя Эбигейл шикнуть на неё.

- Ты можешь удивляться слегка потише, мы же в общественном месте, - попросила она её, оглядываясь

на людей вокруг.

- Потише?? – Она почти что подпрыгнула на стуле. - Эбс, ты только что пересказала мне сюжет

офигенного фильма, не меньше! А учитывая, что все это не фильм, а твоя жизнь, то я имею право

радоваться так громко, как захочу!

- А вот мне совсем не радостно, - тихо сказала она, помешивая ложкой свой кофе, - я выставила себя

просто полной дурой вчера утром, причем дважды, а когда пришла в офис, он подумал, что я следила за

ним. Затем я снова выставила себя полной дурой, когда простила его, ответив сарказмом на его сарказм,

- Эбби выдохнула, взглянув на подругу. - Итог: я была дурой целых три раза за несколько часов. Не

удивлюсь, если он посчитает меня безумной неврастеничкой.

- Ты вовсе не безумная неврастеничка, - поддержала её подруга.

- Ты говоришь так, потому что знаешь меня уже долгое время. А за то время, что он знает меня, я

показалась ему именно такой: совершенно невоспитанной и крайне неуравновешенной.

- В любом случае ему нужно время для того, чтобы узнать тебя, - уже спокойнее заключила Нелли, отпивая из своей чашки латте. – Ведь мы не всегда думаем о людях верно, зная их несколько часов.

- Знаешь, говорят, что первое впечатление о человеке всегда самое правильное. Поэтому, если он

посчитал меня психованной, то, возможно, не так уж сильно и ошибается.

- Ну а ты? – Нетерпеливо спросила Нэл, наклоняясь ближе.

- Что я? – Не поняла Эбби, собираясь сделать глоток кофе.

- Что ты подумала, когда впервые его увидела? - Она мечтательно подперла руками подбородок.

- Подумала: «как же хорошо, что он не весит двести фунтов, - краешком губ улыбнулась Эбигейл.

- Ты неисправима, - завертела головой Нелли, - но лучше ответь мне, он же красавчик, верно? Весь

такой властный, сексуальный и горячий, я права?

- Обычный, - просто ответила Эбби, а когда заметила недовольный взгляд подруги, добавила, - я не

разглядывала его, Нэл, мне было совершенно не до этого, учитывая, что я испытала настоящий шок.

Причем дважды. – Она задумалась. – Нет, даже трижды.

Но Нелли такой ответ не удовлетворил.

- Хочешь сказать, что мужчина, который один раз уложил тебя на лопатки, а второй – припер к стене, не

вызвал у тебя совершенно никакого интереса? – Негодовала подруга. - И что между вами не проскочило

никакой искры?

- Он пытался не дать мне умереть, - разъяснила Эбигейл, ставя чашку на стол, - в такой ситуации между

людьми не проскакивает искра. Тем более, что после того, как я сама кинулась под колеса и после того, что устроила ему в офисе, не думаю, что он сможет хотя бы смотреть на меня без раздражения.

- Тебе вообще вредно думать, - нахмурилась Нэл. – У тебя это паршиво выходит.

- Спасибо, - усмехнулась Эбби, - я ценю твою поддержку.

- Послушай, - неожиданно серьезно заговорила она, - я понимаю, что ты переживаешь, потому что он

подумал о тебе хуже, чем ты этого заслуживаешь. Наверное, любой человек, имеющий твой поистине

ангельский характер, беспокоился бы по этому поводу и искал бы в себе какие-то изъяны. Но милая, у

тебя их нет. То, что один раз за всю свою жизнь ты поступила не совсем разумно, еще не говорит о том, что ты дура и неврастеничка.

- Да, но он…

- … тоже вскоре это поймет, - громко перебила её Нелли, закончив фразу по своему усмотрению. – А

если нет, то, что с того? Он же тебе даже не нравится верно? Так почему тебя так сильно волнует то, как

он будет к тебе относиться? - Эбби только открыла рот для того, чтобы сказать, что её это вовсе не

волнует, как у Нэл в сумочке завибрировал мобильный. Она откинула крышку, и всего через несколько

секунд радостное выражение на ее лице сменилось уже давно знакомым Эбигейл напряжением. - Это

Эдвард. Мне пора, - тут же сказала она, закрывая мобильник и вставая из-за столика, - если не

накормлю его завтраком перед работой, устроит мне выволочку, - она улыбнулась, только вот Эбби

прекрасно знала, что это улыбка ни счастья и ни радости, а страха и усталости. Её подруга была

измученна и напугана, а она ничего не могла с этим поделать.

Они условились, что созвонятся, и, пожелав Эбигейл удачного рабочего дня, Нэл стремительно

выбежала из кафе.

Все то время, что они проговорили, Эбби действительно доказывала подруге, – и только ей одной, – что

Дарен Бейкер совсем ей не понравился. Что она не думает об их встрече каждую минуту, и что никакие

невидимые силы не заставляют её мысли невольно возвращаться к воспоминаниям о нем. И теперь,

оставшись наедине с собой, она вовсе не спрашивала себя: а так ли это было на самом деле? И правда

ли, что тем утром между ними не пробежало совершенно никакой искры? Эбигейл чувствовала, что

все было именно так и что никакой искры действительно не пробегало. Точнее, она была в этом

уверена. Ей было все равно, что они такое долгое время не могли оторвать друг от друга своего взгляда,

– о чем она, кстати говоря, совсем не нарочно, нет, а нечаянно умолчала, не посвятив в это свою

лучшую подругу, – а то, что ее мысли снова и снова возвращались к этому мужчине, вращаясь вокруг

него так, словно он был центром Вселенной, было обыкновенной необходимостью и ничем иным. Ведь

теперь она работала на него. А думать о своем начальнике вполне нормально, верно?

Эбби допила свой латте, а затем расплатилась по счету и вышла на улицу. На часах было ещё только

8.05, а до офиса было идти всего 10 минут, поэтому она решила неспешным шагом пойти по длинной

дороге, тянущейся через парк. На время заказа, который «J9» получил от главы «Diamond Construction», Гарри полностью освободил Эбигейл от работы в баре, поэтому она снова имела возможность

высыпаться ночами, проводить вечера в кругу семьи, а днем выполнять работу, за зарплату от которой

содержала своих сестер и себя. Правда, сегодняшней ночью она так и не смогла уснуть, и,

проворочавшись в постели до половины шестого, решила, что больше пытаться смысла нет. Видимо,

перестроить эти внутренние часы было не так легко, как казалось на первый взгляд. И она не знала, сможет ли вообще это сделать, да и стоит ли, учитывая, что через несколько дней ей снова придется

возвращаться к привычному ей ритму жизни: ночью – работа, а днем – сон… в перерывах между

уборкой, стиркой, глажкой, готовкой и магазинами.

Эбигейл закрыла глаза и сделала глубокий вдох, впуская в легкие чистый свежий воздух и отбрасывая