Эволюция целителя

Глава 21

Луч энергии выстрелил из меча игрушечного воина и ударил в массивное тело Пули.

— Чо за хе-ерня-я, — заскрипел зубами громила, рухнув на пол, дергаясь словно от ударов током.

И это мне что-то напоминало. Ведь астральный грач точно такие же искры запустил в воина. Что же такое сделал пернатый с игрушкой⁈

Меня воин не трогал, и понятно почему. Я вспомнил о режиме «свой/чужой», который выставлял недавно. А вот Пуле досталось.

— Сейчас, подожди! — я подскочил к воину, вскинувшему меч, нащупал позади игрушки тумблер и щёлкнул им.

Луч исчез, искры мелькнули пару раз и померкли, а глаза стража потухли, будто ещё секунду назад не горели, словно чёртовы раскалённые угли.

— Какая с-сука⁈.. — Пуля вскочил на ноги, кинулся к окну, затем ошалело заметался взглядом по комнате уже с пистолетом в руке.

— Подожди. Я тебе сейчас всё объясню, — выставил я ладони вперёд, стремясь успокоить громилу. Не хватало ещё чтобы палить начал сгоряча.

— Лёха, это ты сделал⁈ Что это была за хрень⁈ — продолжал бродить по комнате Пуля, затем остановился напротив воина. — Твою же мать. Ну, точно. Я чо-то заметил. Но ведь это… это же бред какой-то.

— Может и бред. Но игрушка оказалась совсем непростой, — хмыкнул я.

«Но как он упал! Как упал, а! Ты видел⁈ Всё получилось, ха-ха!» — веселился пернатый.

«Верни всё как было, юморист ты неощипанный», — потребовал я.

«Подожди. Я значит тебе сделал такой подгон, а ты даже не оценил, — погрустнел Карыч. — Вот так, значит?»

«Предупреждать надо о таких подгонах. Верни как было», — настойчиво добавил я.

«Увы, не получится. Я даже не знал, выйдет ли этот фокус. А ты хочешь, чтобы я забрал искры. Я не знаю, как забрать их. Честно тебе говорю», — пробормотал пернатый.

«И как ты это сделал, тоже не знаешь?» — спросил я.

«Сам не пойму. Это ведь просто эксперимент», — признался Карыч.

Пуля в это время уже взял в руки воина, покрутил перед глазами.

— Вот это игрушка! Хы! — оскалился здоровяк. — А я поначалу ваще ничё не понял. А вообще да, видел луч… Он же выскочил из… из вот этого меча?

Пуля удивлённо уставился на меня.

— Да, я тоже видел луч, — кивнул я. — Даже и не думал, что эта штука на такое способна.

— Мать твою… — пробормотал Пуля. — Что ты за режим на ней выставил?

— Свой/чужой, — пожал я плечами.

Настя застыла на входе. Она вытирала мокрые руки о полотенце, посматривая на нас растерянным взглядом, и через минуту на пороге появился и Захарыч.

— Какого чёрта гремите? Что упало? — бросил он в нашу сторону напряжённый взгляд.

— Я упал, Егор Захарыч, — хохотнул Пуля.

— Не сочиняй, — отмахнулся от него пожилой лекарь. — Ты сам кого угодно уронишь. Я серьёзно спрашиваю. Вы ведь так соседей всех на уши поднимете.

— Настя, подойди. Егор Захарович, раз вы тут, тоже прошу поближе, — позвал я лекаря. — Нужны ваши отпечатки.

— С какого перепугу, Алексей? Ты что, следак, чтобы я тебе ещё отпечатки оставлял? — ощерился Захарыч.

Лишь после того как Пуля красочно, добавляя витиевато-матерные обороты, объяснил, что произошло на самом деле, ассистентка и пожилой лекарь согласились.

Наступила череда вопросов, на которые никто не мог дать ответы. Даже главный зачинщик сидел в астрале и растерянно хихикал. Ну да, натворил делов, а теперь умыл руки… точнее перья.

Но ведь с другой стороны Карыч помог нам. Сделал своего рода апгрейд гаджета, превращая его в офигенную охранную систему.

— Я всё же предлагаю оставить свои отпечатки, — подбодрил я остальных, переводя игрушечного воина в тональный режим и заставляя выскочить сбоку фигурки лоток с углублением. — С таким стражем и сигнализации никакой не надо.

— Верно говорит, — хохотнул Пуля. — Долбанул он меня конкретно. Я даже шевельнуться не мог.

— Сомнительно, — оглядел его Захарыч. — Но допустим. Странно, что такая побрякушка способна на такое. Где, говоришь, ты его покупал? Случайно не у барыг каких-нибудь? — пристально взглянул на меня лекарь, — Они и не такое могут накрутить.

— Да в супермаркете взял, — хмыкнул я в ответ. — Не помню цену.

— Такие там по червонцу продаются, — помог мне Пуля.

— Точно, десять рублей, — улыбнулся я.

— Странно, — Захарыч всмотрелся в воина, провёл по заросшему подбородку. — Может, контрафакт. Ну да ладно.

Он прислонил палец к углублению на выглядывающем из воина лотке. Оно вспыхнуло зелёным. Что означало — «информация принята». Затем Следом за лекарем то же самое повторил Пуля, потом и Настя опасливо подошла и приложила палец.

— Ну, вот и всё, — оглядел я напрягшуюся компанию. — Проверяем?

— Смотри, малой, ещё один такой выкидон, я сломаю эту чертову игрушку вот этими руками, — предупредил Пуля, сжимая массивные кулаки. — Обещаю.

Объяснил здоровяк доходчиво. Не сомневаюсь, что так и будет. Вот только как он это сделает под воздействием луча?

Я вновь врубил тумблер охранного режима, и страж не отреагировал. Меч он не поднял, ничего не крикнул, да и глаза его лишь слегка поблёскивали, сообщая, что он на страже и любого в бараний рог согнёт. Вот только все, кто в этой комнате, для него стали своими.

Единственное, что следует сейчас сделать — увеличить дальность действия. Где-то сзади был ролик. Я ведь помню, что уже подкручивал его.

— Так, всё под контролем, — предупредил я и слегка подкрутил ролик. Воин подсветил сектор охраняемого пространства ярким светом из правого глаза.

— Да чтоб тебя! — Пуля машинально дёрнулся в сторону и вновь схватился за кобуру.

— Всё, охранная зона выставлена, — довольно подытожил я.

Ну вот. Как раз наш стражник смотрит в сторону входной двери, и достаёт до порога. Если кто и сунется, даже шага не сможет сделать вглубь квартиры.

— Ну что, приглашаю ужинать, — улыбнулась Настя, удаляясь на кухню.

Мы помыли руки и расселись за столом. А на нём чего только не было. Макароны с сыром и кусочками сосисок. Картофель фри, явно приготовленный на быстро-плите, а ещё нарезанные огурцы с помидорами и ломти отварной говядины. И, разумеется, соус, чем-то похожий на аджику.

Настя в этот раз удивила. Я был голоден как волк, да и остальные тоже.

После того как блюда опустели, а по желудку разлилась приятная тяжесть, я не выдержал. Ладно остальное — меня интересовало, где Настя взяла аджику. Ведь, судя по всему, она домашнего приготовления.

Об этом я и спросил брюнетку.

— Ну ты и забавный, Лёша, — хихикнула Настя. — Магазинный набор, только кинзу покрошила. А так всё из пакета.

Она взяла упаковку на столешнице у холодильника.

«Шнайц! Лучший томатный соус». А чуть ниже размашисто: «Разводи с водой и наслаждайся вкусом!»

— Понял? — улыбнулась Настя.

— Неа, ничего не понял, — ухмыльнулся я. — Концентрат, получается.

— А что в нашей жизни не концентрат? — хохотнул Захарыч. — Алексей, может, я тебе головушку проверю? А то эти провалы в памяти меня уже беспокоить начинают.

— С головой не шутят, Лёха, — добавил Пуля. — На Креста работал один такой. Ржавый кликуха была. Так он случайно на кулак одного мамонтёнка напоролся. Сильно так, и не один раз. Вот как ты, забыл всё, а потом кони двинул.

— Олег, мы же договаривались, — сморщился Захарыч. — Криминальное прошлое забыли.

— Да я просто пример привёл, — возмущённо ответил Пуля.

— Шумит в голове? — всмотрелся в меня Захарыч. — Может, пульсирующие боли какие?

— Всё нормально. Болей не чувствую, — признался я.

Ну да, за исключением лёгкого головокружения, которое почему-то нарастало. Неужели время отката наступает? Я уж думал, что опасность миновала, а всё не так.

— Ну ты если что, обращайся. Проверить не сложно, — предложил Захарыч.

Я кивнул. Что-то начала говорить Настя, её поддержал Пуля. Но я их слушал краем уха, всё прислушиваясь к своим внутренним ощущениям.

Становилось хуже, да ещё эта чёртова чесотка обострилась. Всю спину разодрать хотелось.

— Я отдыхать, — поднялся я из-за стола. — Спасибо за вкусный ужин.

Не слушая, что мне говорят, я отправился в ванную и залез под горячий душ. А когда чесотка прошла и в целом стало полегче, постоял ещё пару минут под контрастными струями.

Вышел я из ванной, доплёлся до разложенного кресла. И, откинув плед, упал на постель, в тот же миг отключаясь.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 4-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи».

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 4 (515/1000)/

Утро не всегда бывает добрым. Вот и сейчас, я проснулся, надеясь, что полегчает, а откат не отступал. Неужели меня так высушили «Регенеративные лучи»? Вот уж попал. И сколько мне так надо будет превозмогать?

Даже радость от того, что я упорно приближаюсь к пятому уровню, была тусклой какой-то. Ведь заработал я вчера на пациентах под конец дня ещё сто семьдесят очков опыта, но и это меня не радовало.

Омлет, приготовленный Настей, был пресным, а подбадривающие мотивационные речи Захарыча, который настраивал нас на продуктивный день, меня никак не заряжали.

— Что-то ты кислый сегодня какой-то, Алексей, — обратился ко мне Захарыч, когда мы допивали чай. — Случилось что?

— Сон плохой приснился, — хохотнул Пуля. — Всё о каком-то институте бормотал. Ксюшу вспоминал.

— Институт благородных девиц приснился? — улыбнулась Настя.

— Наверное, — криво улыбнулся я. — Не помню.

— А кто такая Ксюша? Ну-ка признавайся? — настороженно прищурилась брюнетка.

— Из Академии, — отмазался я, допивая чай.

На самом деле мне приснился прошлый мир. Институт, в котором я учился. Девчонка, за которой ухлёстывал в то время. Но им это не надо было знать, да и дело прошлое. К чёрту!

— Всё-таки давай-ка я тебя, дорогой ты мой человек, проверю, — помассировал свои руки Захарыч. — Тащи сюда свою тушку. Давай, шустрей, а то опоздаем на работу.

Я подсел к старику, и он просто прислонил ладони, одну ко лбу, вторую разместил на затылке. Руки его будто огнём горели, и я почувствовал некую энергию, проникающую под черепную коробку.

— Да всё у тебя нормально, — убрал он руки. — Здоров как бык. Но с памятью и правда нелады. И бледный какой-то. Может, анализы сдашь?

— Ну да, сразу в палату лягу, — усмехнулся я. — Просто аномальные бури, наверное.

— Не сочиняй. Ты ж не метео-маг, чтобы чувствительным таким быть, — оскалился Захарыч, прищурившись. — Скорее всего переутомился вчера, потратил много энергии.

— Скорее всего, — кивнул я и поднялся из-за стола.

Мы оперативно собрались, помогли упаковать Насте в пакет быстро-плиту, которая не хотела раскладываться. А затем, когда мы вышли из дома, я получил перевод от Захарыча. Триста сорок рублей.

Я сразу же отправил триста рублей Гене, и он сразу же позвонил.

— Алексей, спасибо за перевод, — услышал я его надсадный голос.

— Только вот больше не пиши столько сообщений. Я держу слово, — предупредил я.

— Ну теперь я не переживаю, — печально отозвался Гена.

— Что с голосом? Приболел?

— Да так… Как у вас там с очередью? Могу появиться завтра?

— Конечно. Заходи, примем по высшему разряду, — пообещал я. Видно, прижало его сильно, иначе разве вспомнил бы он о здоровье?

— Тогда забились. Я напишу, как соберусь, — пообещал он и отключился.

И нафиг мне сообщать? Ненавижу назойливых людей. Уже ведь договорились. Зачем лишний раз напоминать о себе? Его Величество выехало? Встречать с хлебом солью и с оркестром? Никогда не понимал этого. Ладно когда друзья так пишут, это ещё куда ни шло. Но кто мне этот Геннадий? Всего лишь знакомый. Полезный знакомый.

— Кто тебя в такую рань беспокоит? — спросила Настя, когда мы почти подошли к подземному переходу.

— Наш главный промоутер, Геннадий, — улыбнулся он. — Так обрадовался деньгам, которые я ему перевёл, что решил поговорить.

В это время я отправил и обещанные сорок рублей дяде Боре, который тоже решил меня порадовать своим пропитым голосом.

— Ещё один, — засмеялся я, принимая звонок.

— Лёша, ты, брат, просто меня выручил, — захрипел Борис. — Я для тя чо хошь сделаю.

— Ты там главное печень береги, — ответил я. — Она у тебя одна. Помни.

Затем мы зашли в подземку и связь оборвалась.

Добрались мы до клиники без задержек и через полчаса уже поднимались на свой этаж. Ну а на входе нас уже ждали трое пациентов. Две девушки и парень. Явно не из «клуба пятисот», но, судя по одежде, обеспеченные.

А лица у всех зелёные. Не из «клуба пятисот», а из ночного клуба, судя по перегару.

Причём они поддерживали друг друга, как костяшки домино. Стоит одну толкнуть, остальные следом посыпятся.

— Д-добрый день, — выдавил белобрысый парень. — Открываетесь?

— О-о-о, да вы, сударь, хорошо отдохнули, и причём явно не один день за этим делом, — заметил Захарыч.

— Это называется запой, — напомнил я.

— Нам бы протрезветь побыстрее, — скривилась короткостриженая шатенка. — У нас важная встреча через два часа.

— Вы перепутали нас с вытрезвителем, молодые люди, — сообщил им Захарыч.

— Плачу налом, и щедро, — парень вытащил из кармана пресс денег. — За скорость и качество.

— А вот это другой разговор, — подмигнул нам Захарыч. — И процедура будет стоить недешево.

— Не вопрос, — прогудел парень. — Я же сказал…

Он пошатнулся, и тут сразу же подсуетился Пуля, схватив его за шиворот.

— Ты аккуратней, а то ещё черепушку разобьёшь, — заметил громила.

— Че-черепушку, ха-ха, — засмеялся паренёк, когда мы сопроводили их в приёмную.

— Алексей, ты сам их чисти, а я за стойку, — тихо обратился ко мне Захарыч. — Сам потом скажешь им цену, только не продешеви. Мы и так пошли на уступки.

— Но и наглеть не будем, — заметил я.

— Тут уж ты сам смотри, — хмыкнул пожилой лекарь. — Я бы понаглел немного.

Мы с Настей остались в приёмной, я занялся парнем, нейтрализуя алкогольные пары. Он моментально отрезвел, удивлённо хлопая глазами и отойдя к столу, где его встретила Настя.

Затем я заставил отрезветь девушек. На всю троицу потратил не более получаса, хотя по энергии просел неплохо. Меня вновь начало пошатывать.

— Удивительно, — хохотнул белобрысый парень. — Я трезв как стекло.

— Мы работаем на качество, — заявил я ему. — Итак, с вас пятьсот рублей. Двести пятьдесят — чистка, столько же за скорость.

— Держи, — шлёпнул он на столешницу пять сотенных купюр. — А за моих помощниц?

— По триста, — сообщил я. — Итого ещё шестьсот.

Всё же девушки были трезвые, чем он. И это было справедливо. Чуть больше накинул, но решил не борзеть.

— Держи семьсот, сотню в качестве благодарности, — расплылся парень в голливудской улыбке.

— А это витамины, — вручила ему Настя стикер с рецептом. — Пропейте их неделю, чтобы восстановиться.

— Обязательно, — мажор небрежно выхватил из её рук бумажку и поцеловал её ручку. — Мадам, вы очаровательны.

— Мы уже закончили, — напомнил я парню.

— Да, спасибо, док. Я запомнил вашу клинику, — пожал он мне руку и энергично вышел в компании с двумя хихикающими девушками.

— Кавалер, тудыть его растудыть, — улыбнулась покрасневшая Настя.

— Но тебе понравилось, — заметил я.

— Да ну, зачем мне такой сопляк? — засмеялась Настя, пряча взгляд и делая вид, что собирает бумаги на столе в одну стопку. — У меня Толик есть.

— Я уже не первый раз слышу про твоего Толика, — хмыкнул я, присаживаясь за стол. — Что-то он позабыл о тебе.

— Решили сделать паузу, — тихо пробормотала Настя, затем возмущённо взглянула на меня. — И вообще какое твоё дело?

— Уже и спросить нельзя, — вздохнул я.

В приёмную постучали.

— Я дежурил в ночной, — показался в дверях смуглый парень в халате. — Ваш пациент в норме. В журнале прописал диагностические замеры.

— Отлично, — я прочёл на бейджике его имя. — Благодарим, Дмитрий.

Ну да, Захарыч договорился со Степаном, чтобы во время ночных обходов проведывали и нашего единственного пациента.

Владимира Жевунова Приняли решение подержать пару дней в палате, взяли анализы, и сегодня они должны прийти из лаборатории. По их результатам и будем принимать решение, что с ним делать — оставлять ещё на день, или уже отпускать домой.

— Я пока проверю его дополнительно, — поднялась Настя, но появившийся в дверях Захарыч её остановил.

— Не утруждай себя, Анастасия, — пробурчал он. — Я уже провёл осмотр. Пришли анализы. Курьер только что передал.

Лекарь кинул на стол пачку заключений. Настя пробежала глазами.

— Всё хорошо, — удивилась она.

— А я тебе о чём, — улыбнулся Захарыч, затем хлопнул меня по плечу. — Ты справился на отлично, и швы уже у Жевунова рассосались. Пора выписывать.

Судя по радостному настроению старика, он уже взял деньги с предпринимателя. И немалые.

— И сколько с него содрали, Егор Захарович? — вкрадчиво поинтересовался я.

— Не содрал, а выставил цену, Алексей. Выбирай выражение, в конце концов, — возмущённо запыхтел лекарь. — Тысячу рублей он заплатил и ещё раз поблагодарил, что не дали ему умереть.

Что ж, почему бы и нет. Я вспомнил, сколько сил и времени потратил на операцию, и понял, это достойная оплата. Но с одним я был не согласен.

— Егор Захарович, отойдём в коридор? — пригласил я старика на выход, и тот растерянно взглянул на меня, но согласился.

— Что хотел? — прищурился Захарыч. — Если ты насчёт оплаты — это тоже в счёт долга.

— Не насчёт этого. Впредь давайте будем поступать так, — начал я, стараясь как можно сильнее смягчить тон. — Вы администратор и управляющий. И вы, как помнится, сказали, что доверяете мне. Всех пациентов, которых я оперирую, буду осматривать лично я как лечащий врач. Идёт?

— Да я вообще не спорю. Конечно, — надул щёки Захарыч. — Если тебя это задело… Пф-ф-ф, ладно. Мне даже легче так.

— Вот и договорились, — протянул я руку. — Пусть каждый занимается своим делом.

— С этих пор так и будет, — согласился со мной Захарыч. Хотя всё же лёгкая обида, которую он хотел от меня скрыть, промелькнула в его глазах.

Да пусть обижается сколько угодно. Он прекрасно понимал, что я говорю дельные вещи.

Прошло не более десяти минут, а к нам вновь повалили пациенты. Гена вошёл во вкус и решил повторить вчерашний рекорд.

Приняли мы всего восемь человек, в основном с незначительными заболеваниями, которым я уделял совсем немного времени. А Захарыч собирал урожай, в итоге получив ещё тысячу шестьсот пятьдесят рублей, которые нам под конец рабочего дня и продемонстрировал.

Я перевёл сразу же восемьдесят рублей Геннадию, а лекарь выдал мне наличными такую же сумму.

Ко всему прочему я заработал за день двести десять очков опыта и порадовался сообщению системы:

/Текущий уровень: 4 (725/1000)/

Медленно, но уверенно двигаюсь навстречу пятому уровню. Как ни крути, а какие-то бонусы точно добавятся. Ещё пара таких насыщенных дней — и можно праздновать мини-юбилей.

И самое главное — мой пернатый друг вывез такую нагрузку. Он самоотверженно подпитывал меня крупицами всё время, с утра до вечера. И под конец признался, что истощился практически полностью. Что ж, намечается на вечер не только прогулка в торговый центр за одеждой, но и к очередному месту силы, чтобы Карыч нормально покушал.

Под вечер выписали Жевунова, который на прощание осыпал нас благодарностями. И день в итоге завершился на позитивной ноте. Захарыч торжественно объявил, что мы в итоге собрали на покрытие долга за лицензию. Мало того, ещё и остались кровно заработанные. Он распределил между нами первый доход с «Возрождения».

Я довольно улыбнулся, принимая от пожилого лекаря пятьсот рублей, а Пуля с Настей забрали по сто шестьдесят.

В итоге мы покинули клинику, на этот раз закрывая её на ключ.

— Я пешком до магазина, — сообщил я остальным. — Надо одежду прикупить.

— Главное, все деньги не просади, — ухмыльнулся небритыми щеками Захарыч.

— Если что, я знаю у кого занять, — подмигнул я, отчего старик слегка нахмурился. Будто и впрямь серьёзно воспринял мою шутку.

Отправился я в ближайший торговый центр «Регат», сокращая расстояние через дворы. Пернатый друг молчал, будто в рот воды набрал.

«Как чувствуешь себя?» — спросил я, проходя мимо детской площадки одного из внутренних дворов, который образовали четыре многоэтажки.

«Нормально», — пробурчал Карыч. Но усталости в его ментальном ответе я не различил, лишь некая необъяснимая напряжённость.

«Не хочешь разговаривать? И почему? Обычно ты болтаешь, и не остановишь».

«Не хочу и всё», — пернатый вновь также ответил мне, и я насторожился.

Ответов от него сейчас не допросишься. Но выяснить, что случилось, я ведь должен. А вдруг какая-нибудь аномалия впереди?

Хотя нет. Какая к чёрту аномалия? Ни сирены, ни гвардейцев в форме зачистки. Тут другое.

Я уже вышел к улице, увидел пешеходный переход, а за ним громоздилось пятиэтажное большое здание торгового центра с мерцающей вывеской «Р Е Г А Т».

«Мы туда не пойдём», — напряжённым голосом сообщил мне Карыч.

«Почему?» — спросил я.

«Нельзя туда. Давай искать другой магазин», — пробурчал пернатый друг.

«Что ты от меня скрываешь?» — не выдержал я.

«Просто послушай меня, Лёха. Ну вот нельзя туда, и всё», — раздражённо выдавил Карыч.

Я же продолжал идти вперёд. по пешеходному переходу и уже наполовину прошёл перекрёсток.

«Ты что творишь⁈ Нельзя! Поворачива-а-ай!» — запищал в моей голове Карыч. Да так сильно, что я аж зажмурился от этого звука.

«Что случилось, Карыч?» — добавил я в свой тон строгости. Я должен узнать, что происходит.

«Остановись! Пожалуйста! Прошу тебя! Иначе всё пропало!» — уже завизжал пернатый.

«Да что пропало-то⁈» — воскликнул я, но остановился на пятачке ровно посередине.

Вернулся обратно к тротуару, до того, как секунды на светофоре отсчитали время для пешеходов и дали зелёный свет автомобилям.

увидел лавочку, устроился на ней.

«Говори», — с прохладцей обратился я к питомцу.

Карыч тяжело вздохнул, взял паузу, а затем нехотя произнёс:

«В общем, мне надо кое в чём тебе признаться. Я не тот, за кого себя выдаю».

В одном из астральных миров в это же время

Астральный Грох бушевал. Он то превращался в смерч, то принимал форму раскалённой волны, то кипящего гейзера.

И Небула кое-как скрывала дрожь и трепет от такого зрелища. Она сворачивалась кольцами, но потом выпрямлялась, раскрывая капюшон. Ее аздвоенный язык не всегда слушался хозяйку и то и дело выскакивая, показывая как сильно она нервничает. Но вот она справилась с нервами, выпрямилась, держа раскрытым узорчатый капюшон, который колыхался под порывами ветра.

— Воксарион отсутствует уже неделю! — взревел Астральный Грох. — Его долго нет! Где мой помощник, Небула⁈ И куда делось тайное чтиво из библиотеки⁇!!

Небула продолжала стоять на хвосте, хотя было желание вновь спрятать голову в кольца. Но разве это поможет? Если Грох захочет, он может превратить её в кого угодно. А в таком настроении вообще способен распылить её на атомы и рассеять по астральному миру.

— Его нет в обозримом, — прошипела Небула, кое-как справляясь с оцепенением. — Но мы нашли один из миров, в котором предположительно он находится. И тайное чтиво он наверняка утащил с собой.

— Что ты предприняла, чтобы его найти? — загремел Грох, теперь превращаясь в массивную скалу. — Ну же, отвечай!

— Астральные лучи прощупывают неизвестный нам мир, — продолжала доклад Небула, ощущая на своей шкуре, каково это — докладывать Гроху о неудаче. — Но Воксарион хорошо спрятался и запутал свой астральный след.

— Ничего не выйдет! — прошипел Грох, теперь уже в образе огненного столба.

— Да, он мастер маскировки, — прошипела Небула. — Но и мы…

— Вы не справились! — приказал Грох. — Он не покажется, поэтому ты отправишься в этот мир и найдёшь Воксариона! Даю тебе неделю, чтобы вернуть его.

— О, Великий Грох! Прошу, хотя бы месяц! — воскликнула Небула, рискуя попасть под гнев разъярённого божества. Но другого варианта она не видела, как выторговать время. В новом мире, притом магическом, да ещё и с аномалиями, невозможно быстро найти беглеца, особенно такого хитрого и подкованного в магии.

— Даю тебе месяц! Вернёшь его живым, Небула! Живым, ты слышала⁈ — завыл ветром Грох в облике смерча. — И теперь он так просто не отделается!

— Что ты с ним собираешься делать, о Великий Грох? — едва слышно Небула.

— Тебе знать об этом не положено! — донесся до неё грозный ответ астрального бога. — Но мало ему не покажется!