"Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28

Глава 1

Даже у самых опытных и метких стрелков порой случаются промахи. Стивен Барнс был тому живым подтверждением. Семён пусть и являлся профессиональным убийцей, но рука дрогнула в тот момент, когда на небе прозвучал взрыв. Отвлекающий фактор, ничего не поделаешь. Это и спасло клону жизнь.

Пусть рана в боку была не столь серьёзна и жизненноважные органы не задеты, но Стивен потерял много крови. Что уже само по себе несло нешуточную угрозу для жизни даже искусственно созданного генномодифицированного существа.

Американец очнулся спустя каких-то несколько секунд после того как Семён покинул лагерь. Попробовал пошевелиться и тут же застонал от резкой, сильной боли. Левый бок резануло так, словно из него на живую вырвали кусок мяса. Даже для клона, с его высоким болевым порогом, это оказалось чертовски неприятно.

– Живы будем, не помрём. Как говорят эти поганые русские, – сквозь плотно стиснутые зубы прошипел Барнс и с трудом поднялся на ноги.

В глазах тут же всё поплыло от накатившей слабости. В голове зашумело, а искусственно выращенное сердце аритмично застучало. Кровь, та, что осталась, стремительно отлила от лица, отчего оно приобрело бледно-синюшный оттенок. Хоть сейчас на кастинг к фильму «Ожившие мертвецы» часть хрен знает какая.

Вот только Стивену было не до звёздных ролей. Живым бы выбраться из этих проклятых мест, уже хорошо. Хреново, что шансов на это, как встретить динозавра на Красной площади. Пятьдесят на пятьдесят. Либо встретишь, либо нет.

Значит, шансы надо увеличить, а для этого первым делом было бы неплохо осмотреть рану и её обработать. Но нечем. Хотя… Не могло такого быть чтобы опытные браконьеры отправились в тайгу без аптечки.

С трудом продираясь сквозь мутную пелену в сознании, Стивен пытался сообразить, где близнецы могли её хранить. Рюкзаки! Точно. Их надо проверить в первую очередь.

До окровавленных ошмётков палатки, в которой вволю порезвилось внеземное насекомовидное существо, было всего несколько метров. Сущий пустяк для здорового человека и почти непреодолимое расстояние для раненного клона. Каждый шаг давался с большим трудом. Приходилось прикладывать силы не только чтобы переставить ноги, но и удержать равновесие и не упасть. Стивен всерьёз опасался, что случись такое он уже не встанет.

Казалась, прошла целая вечность, пока Барнс добрался до палатки. Однако справился. Дальше дело пошло веселее. Оба рюкзака лежали у самого входа, так что не пришлось лезть внутрь и копошиться среди внутренностей и кусков человеческих тел.

Аптечка нашлась в рюкзаке Петра. Или Бориса. Кто их разберёт? Стивен и раньше отличить их не мог, а теперь и подавно. Не суть. Главное, что она была, пусть и на самом дне. Это, наверное, только такие охламоны могли положить самую необходимую вещь в самый дальний угол.

– Уроды, – в сердцах выругался Стивен. В аптечке кроме пачки бинта, пузырька зелёнки и блистера обезболивающих таблеток больше ничего не было. – Чтоб вам земля стекловатой была.

Это редкими идиотами нужно быть, чтобы так безалаберно отнестись к своему здоровью. Трудно, что ли укомплектовать средство первой медицинской помощи всем необходимым? Для чего тогда вообще аптечку взяли? Для галочки, чтоб была?

– Уроды, – ещё раз повторил Барнс, выщёлкивая из блистера таблетки.

Клон не знал, как подействует обезболивающее на его организм с усиленным метаболизмом, потому проглотил сразу три штуки заев их пригоршней снега. Следующим этапом стала обработка раны.

Скрипя зубами от боли, американец отодрал успевшую присохнуть окровавленную одежду и не придумав ничего лучшего не жалея полил рану зелёнкой. Добрая половина бинта ушла на тампон, остатков едва хватило всего на три оборота вокруг талии. В общем, та ещё обработка вышла. Но уж лучше так чем совсем ничего.

Вечерело. В лесу начали сгущаться тени. Близилась ночь, а с ней и холод. Стивен понимал, что без медицинской помощи или хотя бы необходимых лекарств до утра он вряд ли доживёт. Нужно срочно в посёлок.

Мутный взгляд упал на снегоходы. Вот он единственный шанс добраться до Туры. Лишь бы только хватило остатков сил в пороховнице и топлива в бензобаке.

Очень не хотелось клону этого делать, но пришлось обшарить тела мёртвых браконьеров. Из стоящего нашлись две связки ключей и шоколадный батончик. Всё остальное хлам, не представляющий для Стивена интереса.

Преодолевая страшную слабость, Барнс доковылял до ближайшего «Бурана» и чуть отдышавшись, без аппетита съел шоколадку. Необходимость. Учёные тэрингов хорошо поработали над клонами, внеся способствующие ускоренной регенерации изменения. Правда для восстановления разрушенных клеток организма нужна была энергия и рабочий биоматериал. Ещё вода, тепло и покой. Последние два пункта пока были недостижимы, а вместо воды и снег отлично подойдёт.

Стивену сильно повезло, что ему не пришлось искать обратную дорогу к посёлку. Снега за эти пару дней не выпадало и оставленные группой следы всё ещё были отчётливо различимы. Словом Барнс банально «встал на лыжню». Семен, судя по всему, поступил также.

А дальше начался квест на выживание. Не в шутку раненному клону даже на снегоходе оказалось далеко не просто добраться до Туры. Тело постоянно кидало то в жар, то в холод. Перед глазами расплывались радужные круги. В плохо соображающей пустой голове набатом отдавался стук сердца, а раненый бок взрывался вспышками боли на каждом бугорке или впадине. Слабость накатывала тугими волнами норовя кинуть Барнса в беспамятство. За ночь пришлось несколько раз останавливаться, чтобы хоть немного отдышаться и прийти в себя. Скупая норма шоколадного батончика оказалась не в коня корм, а таблетки абсолютно не помогали. Стивен съел всю упаковку, но боль не желала даже притупляться.

Каким чудом добрался до населённого пункта, да ещё не сбившись с пути, Стивен почти не помнил и не понимал. Уже под утро у него началась горячка. Тело не в шутку колотило крупным ознобом, а сознание с трудом пробивалось сквозь полубредовый туман. В какой-то момент американец полностью выключился и в себя пришёл уже возле ворот дома близнецов.

Чему либо удивляться не было ни сил, ни желания. Дошёл и слава всем известным Богам. Анализировать можно и потом, если получится выжить, а сейчас всё чего хотелось, это добраться до кровати и упасть.

Буквально свалившись со снегохода, Стивен кое-как доковылял до калитки и, достав позаимственые у мёртвых хозяев дома ключи, открыл замок. Загонять транспорт во двор само собой не стал. Упрут алчные до чужого добра людишки, да и чёрт с ним, не велика потеря. Особенно если не своё. Так и бросил в чистом поле.

К слову сказать, жилы браконьеры весьма удачно для своей профессии, а может, и нарочно выбрали на ПМЖ именно этот дом на крайней улице, после которого лишь тайга. Очень удобно и без лишних глаз.

Стивен уже прошёл во двор, когда до его замутнённого сознания достучалась тревожная мысль, что в доме мог оказаться Семён. И шанс на это был не меленький. Куда ещё податься человеку в незнакомом месте? Только в аэропорт или на автобусную станцию торопясь свалить из посёлка как можно дальше. Но и для этого желательно привести себя в порядок, чтобы не возникли лишние вопросы у первого встречного полицейского патруля.

Барнс насколько мог быстро переместился к стене и, вынув тот самый трофейный нож, брезгливо нетронутый Семёном, тревожно огляделся. Снегохода, на котором уехал киллер, в поле зрения не наблюдалось. Правда, это ещё ни о чём не говорило. Запросто мог бросить его, не доезжая до места, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Прислонившись к стене дома и оставляя на ней широкую красную дорожку, американец прошаркал до двери. Бегло осмотрел замочную скважину, вроде не вскрывали, и, подобрав на связке нужный ключ, открыл замок.

Чужой дом встретил гостя могильной тишиной и утренним полумраком. Лишь где-то в комнате тихо тикали часы, отсчитывая время. Для кого-то, возможно, это показалось бы весьма символичным, но только не для Барнса. Искусственно созданный человек о подобной ерунде даже не задумывался. Куда больше беспокоили насущные проблемы. И первой из них было осмотреть дом на наличие посторонних.

Вот только сил на это уже практически не оставалось. На одних морально-волевых клон прошёлся по комнатам. Чисто. Под конец зашёл на кухню, за раз выпил несколько стаканов воды и поковылял в спальню, на ходу закусывая найденным в холодильнике печёночным паштетом. С трудом доковыляв до дивана, рухнул как убитый, привалившись в глубокий целительный сон.

***

Я не «Медведь», чтобы уже на следующий день после ранения зайчиком скакать. Накрыло меня капитально. Целые сутки провалялся в бреду и горячке. Лихорадило меня, мама не горюй. Всё тело ломало, а на спине, казалось, развели костёр. В редкие минуты возвращения сознания меня упорно посещала одна и та же навязчивая мысль: «вот сейчас точно сдохну». Но как бы ни было мне хреново, это даже рядом не стояло с моим состоянием после инъекции Гршкара. И осознание данного факта придавало сил и помогло продержаться. Если уж выжил тогда, сейчас и подавно не помру.

Пришёл я в себя утром следующего дня, в общем состоянии организма «ни живой, ни мёртвый». Как с похмелья. Всё тело ломит, голова трещит, на душе кошки скребутся. Слабость и полнейшая апатия. Тот, кто хоть раз просыпался с жуткого перепоя, меня поймёт. Жаль стаканом меня не вылечить. А то махнул бы разом грамм двести для поднятия тонуса и снова живой.

В избушке лесника было тихо и пусто. Но зато вкусно пахло жареными пельменями. Аж желудок свело. Ибо пельмешки в любом виде, кроме сырых, я глубоко любил и уважал. Хоть раньше, когда я мог позволить себе обедать в любом даже самом дорогом ресторане, что потом в бытность бедным охранником. Тогда это вообще было моё основное блюдо.

Набравшись смелости и сил, я медленно приподнялся на локтях и повернул голову. Действительно никого. Непорядок. Как так больного человека одного оставить?! В голове не укладывается. А где сиделка возле изголовья, которая и днём и ночью не смыкая глаз, должна была держать за руку и контролировать живой ли? Где врач или хоть какой-то обученный человек способный делать примочки и пичкать отваром? Куда там?! Даже ни одного сочувствующего в поле зрения не наблюдалось.

– Люди вы где? – прокашлял я пересохшим горлом. Пить хотелось просто неимоверно. – Есть кто дома?

А в ответ тишина. Ни слова, ни звука. Лишь ход настенных часов, да щебет птиц, доносящийся в приоткрытую фрамугу окна. Хотя нет. На голоса похоже. Не иначе после завтрака свежим воздухом подышать вышли.

Докричаться до них с моей хрипотой совсем не вариант. Придётся идти самому за стаканом воды. Иначе точно помру. Только доползти бы.

Я неуклюже перевалился с живота на бок. Если не считать болевой синдром продел этот трюк весьма сносно. Слабость отпускала. Да и боль уже была притуплённой, скорее похожей на солнечный ожог. Мышцы слегка заныли, но это я уже в расчёт брать не стал. Главное, что силы более-менее остались, а значит, мне не придётся валяться на кровати беспомощной тушкой.

Предельно аккуратно встал на ноги, опасаясь, что голова закружиться и меня поведёт в сторону. Напрасно. Не знаю чем меня отхаживали, или это дало знать ускоренное восстановление организма генномодифицированного оперативника, но чувствовал я себя на удивление сносно. Не отлично, но больше чем удовлетворительно. Силы возвращались с каждой секундой. Однако решил особо не усердствовать и до графина с водой дошёл тихим осторожным шагом.

Стакан искать не стал. Припал прямо к горлышку. Утолив первую жажду, заглянул под крышку сковороды. Там одиноко ютились с десяток ещё тёплых жаренных с яйцом пельменей. На мужика не густо, но лучше чем ничего.

Подумал, что пачкать тарелку – хозяина обидеть я начал есть прямо из сковороды, поддевая пельмешки деревянной лопаткой услужливо оставленной возле плиты. Почти не жуя, жадно глотая и мысленно проклиная прожорливых товарищей. Могли и побольше оставить.

– Питаешься?!

Поглощённый увлекательным процессом завтрака я даже не заметил, как в дом вошла Алина.

– Угу, – невнятно промычал я набитым ртом. – Почему так мало оставили?

– Скажи спасибо, что это досталось. Не забывай, что кроме нас с тобой здесь ещё четыре здоровых мужика. Двое, из которых, прожорливы, как котлы утилизаторы. И вообще, собирались тебе куриный бульон приготовить.

Алина прошла дальше и села на стул, не забыв при этом положить перед собой на стол пистолет. Я отметил эту предосторожность, но акцентировать на этом внимание пока не стал.

А вот про бульон это она меня удачно поддела. Кому, как не ей знать мои гастрономические пристрастия?! Я на дух не переносил куриный суп, рассольник с плавающими половинками солёного огурца и молочную лапшу.

– И чью же порцию я сейчас доедаю? – ради интереса поинтересовался я, закидывая в рот последнюю пельмешку.

– Мою.

Вот даже как.

Если Алина многое знала обо мне, то я в свою очередь знал о ней не меньше. Это только стороннему наблюдателю она может показаться хрупкой любительницей йогуртов и овощных салатов. А на деле голод не тётка. Если выбор не богат, то и шаурму съест, не поморщится. Выходит, подумала, что встану голодный. Позаботилась.

– Долго я в отключке был?

В присутствии подруги я постеснялся вновь пить из графина. Нашёл стакан и, как культурный, налил воды. Хотя совсем не отказался бы от чашки кофе или крепкого сладкого чая.

– Сутки.

– Крепко значит, меня приложило.

Девушка согласно кивнула.

– Сейчас, как себя чувствуешь?

– Нормально, вроде. В разведку брать пока рано, но в окопе посидеть могу, – не совсем удачно пошутил я, при этом покосившись на пистолет аваронки. – Гостей ждёте?

– Ждём.

– Вот видишь. Лишним не буду. «Богомолы»?

Алина вновь кивнула.

– Пока ты валялся, ещё три их корабля сбили. В небе российская авиация патрулирует. Но полностью закрыть брешь не получается. Сама видела, как минимум двоих пропустили. И это только здесь.

Хреново! По-другому не скажешь. Одними «крыльями» проблему не решить. Нужны наземные средства ПВО и, судя по всему, с ними возникли проблемы. Когда решаться неизвестно. А за это время «богомолов» наберётся столько, что впору будет объявлять карантинную зону с эвакуацией населения.

Возможно, я сгущаю краски, но перспектива мне виделась именно такой.

– Как же это всё не вовремя, – вздохнул я, чувствуя за собой вину в происходящем. Хотя объективно, от меня ровным счётом ничего не зависело. Не в моих силах было предотвратить поломку спутника и уничтожение бункера. Умом понимал, но осадок, как говорится, остался. – Второй фронт нам сейчас совсем не нужен.

– Как бы он не стал единственным, – куда более пессимистично заявила Алина. – Если это нашествие, то одной России захватчиков не остановить. Земным государствам нужно объединиться и действовать сообща.

Хороший анекдот. Надо запомнить.

– Пока правительства «золотого миллиарда» контролируют агенты тэрингов, этого не будет. Но если даже, чисто гипотетически, предположить, что мы сумеем договориться с клонами перед лицом общего врага, то под чьим флагом объединяться будем? А от этого, на минуточку, зависит за кем останется планета в случае успешного отражения вторжения.

Подруга сникла. Я больше чем уверен, она и сама пришла к тем же выводам, но надеялась услышать от меня иной ответ. Наверняка думала, что есть другой выход, который она пока не видит. Я, если честно, тоже.

Я встал из-за стола. С приятным удивлением отметил, что слабость почти прошла и голова уже не кружится. Вот что пельмешки животворящие с аваронцем делают. А если бы ещё с десяток навернул и стаканом молока запил, то и вовсе, аки Илья Муромец, «богомолов» пачками укладывать стал.

– Ты куда? – поинтересовалась Алина.

– Воздухом подышать. Перекурю заодно, – я похлопал себя по карман в поисках сигарет.

Понятное дело, ничего не нашёл.

– Мои возьми.

Алина протянула мне пачку. Супертонкие, суперлёгкие, баловство для дошколят. Но на безрыбье и рак щука. Всяко лучше, чем заварку курить.

– Спасибо.

Я вышел на крыльцо и, прищурившись от ярких лучей весеннего солнца, с наслаждением вдохнул освежающе чистый сибирский воздух. Хорошо.

– Здорово, парни, – поприветствовал я мужскую часть нашей компании всем скопом столпившуюся возле дома.

Только «Призрака» в поле зрения не наблюдалось. Наверняка в охранении. И зная этого товарища, уверен, он меня сейчас прекрасно видит и слышит.

– Больной на поправку пошёл, – первым среагировал на моё появление Игорь.

– Как самочувствие? – это уже участливо спросил Степан Филиппович.

«Медведь» дружелюбно и радостно расплылся в широкой улыбке.

Угрюмый лесник равнодушно кивнул. Вот уж кому действительно было фиолетово на моё выздоровление. Максимум, переживал, когда мы свалим.

– Отличное, – мне даже врать не пришлось. Чувствовал я себя на удивление хорошо. – «Медведь» ты как?

– А, что мне будет? – повёл широкими плечами чистильщик. – Одними синяками отделался. И те через пару дней сойдут.

Ага, знаю я это «отделался». Генная инженерия и внеземные технологии творят чудеса. Будь на месте аваронца хоть тот же Ермолин, до сих пор бы пластом лежал.

– Степан Филиппович, когда в город сможем выехать?

Тут нам делать больше нечего. Пора в Москву. И плевать, что Казанцев велел не отсвечивать. Как по мне, так это клоны должны прятаться от нас, как в начале нулевых при Ромашове. Здорово мы тогда их потрепали. А теперь осмелели на столько, что решили войну нам объявить. На нашей территории! В России! Непорядок.

Филатов посмотрел на часы.

– Да хоть сейчас. Если в течение часа соберёмся.

– Договорились.

– Только всем уехать не получится.

– Почему? – искренне удивился я.

– Мою машину «богомолы» повредили, – влез в разговор племянник проводника. – Не заводится.

– Понятно, – я посмотрел на Ермолина. – Может нас тогда Иван Дмитриевич выручит? Подбросит до посёлка.

– Я тебя один раз уже выручил, – намекнул егерь на уничтоженный взрывом снегоход.

– За это не переживай. Компенсация будет. Не обидим.

По глазам вижу, несговорчивый хозяин тайги хотел было сказать мне пару ласковых на эту тему, но не успел. Вдалеке по дороге послышался тяжёлый нарастающий гул моторов, а со стороны леса характерный звук двигателей снегоходов.

Мы даже опомниться не успели, как на поляну перед домом лесника выскочили с полдюжины «Тайга Патруль» по два бойца на каждом. Каких-то несколько секунд и парни с автоматами взяли нас в кольцо, грамотно страхуя друг друга и не перекрывая сектор обстрела. Спецназ, не меньше. Положат, дёрнуться не успеешь. Тут даже чистильщики не помогут.

– «Призрак», отбой, – выкрикнул я в неизвестность уверенный, что меня услышат.

– Стволы на землю! – вместо «здрасте это мы» выкрикнул один из бойцов.

Лица за чёрной балаклавой было не видно. Однако мне хватило одних глаз. Хладнокровный взгляд профессионала уверенного в себе и своей команде. Такой дважды повторять не будет.

Похоже, данные выводы сделал не я один. Филатов с племянником и лесник поспешно выполнили приказ незнакомца. «Медведь» дождавшись моего согласного кивка, нарочито нехотя избавился от двух своих «Грачей». Мне предъявить было нечего.

– Пустой, – выкрикнул я, распахнув куртку.

Не знаю, поверили или нет, но вопросов не возникло.

– Весело у вас здесь, – услышал я за спиной задорный голос Алины. – Кто такие?

Действительно, невежливые ребята. Даже не представились. Молча стоят и держат нас на мушке.

– Сейчас узнаем.

Я сделал несколько шагов к ближайшему бойцу.

– На месте стой, – резко остановил меня командир группы. – Ещё шаг, стреляю.

– Понял. Не дурак, – я примирительно поднял руки и отступил назад.

Ну его на хрен. Подождём, что будет дальше.

А дальше было совсем интересно. Из-за поворота дороги показалась колонна военных «Уралов» и парочка штабных машин.

– Вот и подкрепление, – прокомментировал оказавшийся рядом со мной «Призрак».

Я даже не заметил когда он успел нарисоваться.

– Оперативно, – наблюдая за колонной, уважительно высказался Степан Филиппович. – Как в лучшие советские времена.

В этом я был согласен с проводником. Похоже, СВО смогло раскачать нашу сонную армию. Научились действовать быстро, без лишних проволочек. Уважаю.

Одна из штабных машин подъехала совсем близко к нам, и первым кто из неё вышел, был новый начальник агентуры аваронцев на Земле Руслан Казанцев.

***

Не буду кривить душою, приезд Казанцева стал для меня неприятной неожиданность. Нет, не так. Увидеть его здесь, было ожидаемо, но неприятно. Вот так будет точнее. И ничего с этим не поделаешь. Разошлись наши пути-дорожки на фоне любовных чувств к одной прекрасной аваронке. А там уже и до личной неприязни рукой подать. И это в свою очередь накладывало свой отпечаток на то, каким ты видишь человека. В нашем случае аваронца, но это не суть важно.

В ту пору, когда мы ещё были друзьями, недостатки товарища выглядели для меня несерьёзными, поверхностными. Теперь же обрели гротеские угловатые формы, за которые просто невозможно не зацепиться. Думаю, что и я в его глазах выглядел не лучшим образом. В принципе Руслан этого даже не скрывал.

– Живой?! – через силу процедил сквозь зубы Казанцев.

Мне почудилось разочарование и явная недосказанность фразы. Так и просилось продолжить «твою мать» или толерантное «гадёныш». Хотя не исключено, что я сильно преувеличиваю, дав волю чувствам. Обиды обидами, но чтобы смерти желать… Это край.

– Как видишь, – по возможности убрав из голоса агрессию, сухо ответил я. – Чего припёрся, если не секрет? Думаешь, без тебя не обойдутся?

– Обошлись уже одни такие, – глядя мне прямо в глаза произнёс Казанцев.

А вот это уже перебор. Это он мне сейчас в нос моим косяком с бункером тычет?! Вот уж точно гадёныш. Посмотрел бы я на него, будь он тогда на моём месте.

– Руслан, ты не прав. Вины Михаила в этом нет, – неожиданно вступилась за меня Алина. – Я тоже там была. Мы ничего не могли сделать.

Я удивлённо покосился на подругу. Хотелось бы, конечно, приписать её слова в свой адрес. Мол, встала грудью за любимого, не дала его в обиду. Но объективно понимал, что она просто топит за справедливость. Что тоже хорошо. Сейчас редко встретишь такое качество, как среди людей, так и среди аваронцев.

– Чего уж теперь? Что сделано, то сделано, – как всегда не к месту влез «Медведь», за что и получил красноречивый взгляд начальства.

Если Руслан ещё мог стерпеть возражения от Алины, то чистильщика таким правом он точно не наделял. «Медведь» же получив толчок локтём в бок от более сообразительного «Призрака» сконфуженно потупился.

– Сделали. Это точно. Разгребать только теперь мне придётся, – грозно полыхнул очами из-под чёрных бровей наш непосредственный начальник.

Ну, всё. Сейчас начнётся разбор полётов. С дерьмом смешает и пропустит через вентилятор. Биг босс, мля.

– Ладно. Политику твою мы поняли. Крайних назначил. Теперь говори, что от нас надо и проваливай. Скоро обедать, не порти аппетит своим присутствием.

Вот так и никак иначе. Разозлил он меня, понимаешь ли. Приехал такой весь из себя деловой. Супер героя вызывали? Сейчас Аркадий Паровозов всё разрулит. Да так, что Брюс Уиллис нервно закурит в сторонке исходя на зависть. Нет, Руслан, здесь так не работает. Здесь надо делом доказать, а не гонором, что ты чего-то стоишь.

Понятия не имею, что подумал бывший друг на мой истеричный выпад, но усугублять не стал. Молча проглотил оскорбления, чем заставил меня почувствовать себя неловко. Но это, правда, уже было потом, когда я немного остыл.

– Отойдём, – Руслан кивнул в сторону машины Филатова.

– Бить будешь? – съязвил я, намекая на ответку за мои грубые слова.

– Поздно. Боюсь, уже не поможет, – не остался в долгу Казанцев. – Разговор есть. Конфиденциальный.

– Если конфиденциальный, тогда конечно пойдём, – всё ещё находясь в агрессивном настроении, раздражённо пробубнил я и случайно перехватил вопросительный взгляд аваронки. – Алине с нами можно?

– Нет, – жёстко отрезал Руслан, чем изрядно меня удивил.

Обычно такой резкости в отношении любимой девушки он себе не позволял. Знать и вправду всё настолько секретно, что Алине не хватает её уровня допуска. А она, к слову сказать, оперативник с весьма большими полномочиями.

В предчувствии очередных больших проблем, моё и так отвратительное настроение упало ниже ватерлинии. Так и хотелось воскликнуть: «Ну, что опять?». Я ещё от этого задания до конца не оправился, так меня уже на другое посылают. Устал. Вот те крест, как только всё закончится, в монастырь уйду. Женский.

На деле же всё оказалось не столь плачевно. Но секретно. Спору нет.

– Необходимо, как можно скорее восстановить купол, – было первое, что я услышал едва мы с Русланом отошли в сторону.

Я чуть не рассмеялся ему в лицо. Истину в последней инстанции он мне не открыл. Вопрос заключался, как это сделать?

– Только что о том же думал. Идеи есть?

От моего язвительного сарказма другой бы уже точно заработал гастрит. Но только не Казанцев.

– Есть.

Моя ядовитая усмешка сама собой сползла с лица. Руслан не тот аваронец чтобы шутить на подобные темы. Всё серьёзно.

– Рассказывай.

– Тоже самое я хотел предложить тебе, – бывший друг и товарищ пронзил меня колючим взглядом. – Мне нужна вся документация о Проекте.

Что-то я не понял. О какой документации идёт речь? Ни о чём подобном я даже не слышал. Хотя вроде не дурак, должен был сам сообразить, что нечто такое должно существовать. Не на коленке же разработали и воплотили «Цитадель».

– Почему ты решил, что она у меня? – озадаченно поинтересовался я, напрочь забыв про свой агрессивный настрой. – Откуда такие выводы?

Похоже, мои слова его слегка смутили. Руслан как-то странно на меня посмотрел, словно сомневаясь в моей искренности и в тоже время опасаясь, что я говорю правду.

– Я расшифровал записи Ромашова. В них сказано, что ключи от Проекта и все технические документы находятся в зоне ответственности Куратора.

Звучит логично. Вот только я об этом впервые слышу.

– Интересный ход событий, – промямлил я, усердно копошась в самых дальних закутках памяти. И не находя искомое уже начал тихо паниковать, что после автоаварии память ко мне полностью так и не вернулась. – Ты уверен в этом?

– Уже нет, – уверенности в голосе Казанцева было едва ли больше чем в моём. – Хочешь сказать, Георг тебе ничего не передавал? Или ты этого не помнишь?

Формулировка вопроса просто зашибись.

– Я не помню, чтобы Ромашов мне что-то передавал. Так будет точнее.

Задумавшись, Руслан, казалось, смотрел сквозь меня. Озадачил я товарища, тут спору нет. И если бы не понимание серьёзности момента, на душе моей было бы тепло и радостно. Не каждый день увидишь такую картину, когда ненавистный друг, всегда собранный и чётко понимающий что делать, вдруг зависает, заново сопоставляя факты.

– Не сходится? – на мой взгляд, вполне миролюбиво поинтересовался я, но Руслану видно показалось иначе.

– Не пойму, чему ты злорадствуешь? – сверкнув очами, прошипел он. – Всё ждешь, когда я ошибусь, чтобы потом ткнуть носом и выглядеть героем? А сам на что способен? Ни одного задания толком выполнить не смог. Всё, что доверили, всё просрал. Куратор, твою мать, недоделанный.

Конкретно его понесло. Аж жуть. Долго видимо копилось и на тебе, прорвало. Не сказать, что меня сильно задели его слова, просто неприятно как-то. До чёса в руках. Тем более, что сказанное отчасти было правдой. И я это прекрасно осознавал.

– Не истери, – жёстко припечатал я, понимая, что Руслан возлагал на техническую документацию большие надежды. И когда они не оправдались это послужило спусковым крючком для выплеска того напряга, что копился все эти сумасшедшие дни. – Ещё раз говорю, я не помню, чтобы Ромашов мне что-то передавал кроме ключа. Но если ты уверен, что документы существуют, значит, будем искать.

– Где?

Хороший вопрос. Но, как ни странно я знал на него примерный ответ.

– В оранжерее дома Ромашова.

– В смысле? – нахмурился Казанцев.

А вот это непонимание меня сильно удивило. Похоже, что Георг Евгеньевич держал своего первого помощника в чёрном теле, не доверяя ему всех секретов. Вопрос – имею ли я право их раскрывать? Но раз уж сказал «А» придётся озвучивать и весь остальной алфавит. А всё потому, что моя пустая голова не сообразила тут же на ходу придумать достойную отмазку.

– Под оранжереей есть тайная комната. Скорее даже бункер. Там Ромашов хранил всё действительно важное.

– Откуда знаешь? – в очередной раз усомнился в моих словах бывший друг.

Оно понятно. Неприятно осознавать, что, несмотря на своё должностное положение чего-то действительно серьёзного тебе не доверяют.

– Лично был, – подлил я масла в огонь, затронув любимую мозоль Руслана.

Числился за ним небольшой грешок самолюбия и собственной значимости. Не любил товарищ прозябать на втором плане. Но мне на это, как говориться, с Эйфелевой башни на головы беспечных парижан.

– Хорошо. Сразу же, как вернусь в Москву, проверю. Спасибо.

Вот ведь шустрый какой. Всегда был торопыгой от этого и проблемы привык решать самым простым способом. Ладно, хоть вежливость проявил, чего я в свой адрес совсем не ожидал.

– Спасибо тут не работает. Без лично пароля или ключа дверь в бункер не открыть.

При всех своих недостатках Казанцев дураком не был. Сразу догадался, про какой ключ я ему говорю.

– Завтра спецрейсом вылетаем в столицу.

– Как скажите, босс, – ну не мог я с ним общаться нормально. Без подковырок. – Если вопросов ко мне больше нет, пойду, обрадую своих.

– Не всех. «Медведь» с «Призраком» мне нужны здесь, – напоследок расстроил меня начальник и, махнув на прощание Алине рукой, пошёл к машине.

Я лишь мысленно плюнул ему вслед на такую подставу. Без надёжного прикрытия чистильщиков будет трудно. Особенно в Москве, где агентов тэрингов и их сподручных, как грязи.

Ладно, прорвёмся. Не впервой обходиться собственными силами. Давно уже привык полагаться только на себя. И пускай оперативник из меня весьма условный, это ещё не повод взрослому мужику соплю распускать.

На том я и успокоился.

Глава 2

Гхард Агворн пребывал в отвратительном расположении духа. И чем меньше оставалось прыжков до столичной планеты, тем оно становилось всё хуже. Откровенно говоря, не имелось у старого ящера причин для хорошего настроения. Что было совсем не удивительно. Мало того, что домой он возвращался побито поджав хвост, так ещё и тащил на нём отряд противника упорно нежелающего возвращаться обратно к материнскому кораблю. Какую цель этим преследовали вражеские перехватчики, до сих пор было непонятно. И это тоже вносило свой вклад в копилку раздражения адмирала. Было даже несколько моментов, когда он хотел отправить истребители прихлопнуть эту назойливую «мошкару», однако сдержался, посчитав данный поступок проявлением слабости и позором для истинного тэринга.

– Адмирал, через десять минут будет граница сектора Г8И2 рода Иргран, – согласно инструкциям доложил вахтенный офицер.

Государство тэрингов представляло собой союз нескольких независимых Родов с единым централизованным управлением Совета Старейшин. Если проводить аналогию с Землёй, то это скорее напоминало республиканскую форму правления с некоторыми отклонениями и нюансами. Одно из них было обязательное наличие собственных вооружённых сил и охраной границ клана вкупе с таможенным досмотром и пошлинами. Это, безусловно, усложняло логистику, но давало существенный плюс в безопасности. Любая атака агрессора была обречена увязнуть в приграничных сражениях, предоставив время правительственным войскам, сосредоточенным возле столичной планеты перегруппироваться и нанести контрудар.

Спустя несколько минут после доклада офицера, на капитанском мостике прозвучал сигнал боевой тревоги, и умолк едва командир флагмана отправил пограничникам код пропуска.

– Адмирал, Род Иргран разрешил пройти через свою территорию, – на этот раз Кунгр Хаворн лично доложил командующему.

– Хорошо, – цокнул пожелтевшими от времени клыками Агворн. – Сообщите службе охраны сектора о приближающемся противнике. Пусть встретят гостей, как положено.

– Будет сделано, – отрапортовал полковник и передал приказ командующего помощнику.

Вот и всё. У аваронцев остался последний шанс развернуться и уйти обратно. В противном случае тяжёлые орудия секторальных постов разнесут их в космическую пыль без всякого шанса на спасение.

Но даже понимание этой непреложной истины настроения адмиралу не прибавило. Впереди у него ещё предстоял непростой разговор со Старейшинами, в ходе которого ему нужно будет дать чёткие, обоснованные ответы на своё решение прекратить миссию. В противном случае старого ящера ожидал беспристрастный трибунал с почти гарантированным приговором в пищеблок. Невыполнение прямого приказа Совета каралось строго и для оправдания должны были иметься, действительно вески причины.

И кто придумал, что возвращаться домой всегда приятно?

– Пять секунд до прыжка, – сухим скрипучим голосом объявил искусственный интеллект флагманского супердредноута.

Адмирал в раздражение цокнул клыками, занимая своё место. И в этот момент в рубке корабля вновь раздался сигнал боевой тревоги.

– Полковник, что происходит? – возмущённо прорычал Агворн.

Первой мыслю командующего, было – произошёл сбой в системе распознавания целей «свой-чужой» и тяжёлые орбитальные орудия рода Иргран взяли на прицел, проходящий мимо корпус. Такое уже случалось и какой-то сильно значимой проблемы собой не представляло. Автоматика автоматикой, но последнее слово всегда за тэрингом. Без подтверждения старшего офицера сектора ни одно орудие не сделает ни одного выстрела.

– Охрана границы сектора вступила в бой с преследовавшими нас имперскими перехватчиками, – спустя некоторое время доложил командир корабля, предварительно удостоверившись, что флагману ничего не угрожает. – Все вражеские корабли уничтожены.

– Отлично, – довольно ощерил клыки адмирал. Имелась, конечно, небольшая заноза, что это не его бойцу наказали дерзких аваронцев, но всё равно приятно. – Почему искин до сих пор не дал отбой боевой тревоги?

Действительно, прошло уже несколько минут, а искусственный интеллект флагмана всё ещё не отключил автоматический режим отражения вероятной атаки.

– Не могу знать, – растерянно признался командир корабля. И в тот же момент на главном экране высветилась тревожная надпись. – Род Иргран закрыл безопасный коридор для прыжка.

– Повтори, что ты сказал, полковник? – возмущённо прорычал командующий.

Захлестнувшие адмирала эмоции понять можно. В сказанное верилось с большим трудом. Ещё бы, со времён войны кланов не случалось ничего подобного. По сути, закрытие коридора означало, что клан переходит на военное положение. И причина для этого только одна – Род готовится к отражению атаки противника.

Сами собой напрашивались определённые выводы. Уж не проходящий ли мимо флот Иргран посчитали агрессором? Если это так, то тяжёлые стационарные орудия в считанные минуты превратят весь экспедиционный корпус в груду космических обломков.

– Срочно свяжитесь с охраной сектора, – распорядился командующий, нервно ударяя хвостом по металлическому полу.

– Уже, – напряжённым голосом ответил Кунгр Хаворн. Он не хуже старого опытного адмирала понимал всю серьёзность ситуации. – Генерал Ярг Хронг на связи.

На главном мониторе высветилось не менее обеспокоенное лицо командующего сектором.

– Приветствую тебя, адмирал, – согласно уставу, как младший по званию, первым хрипло поздоровался генерал.

– Приветствую, – сдержанно кивнул чешуйчатой головой Гхард Агворн, решив с первых секунд разговора показать своё негативное отношение к данному вопиющему безобразию. – На каком основании вы препятствуете проходу правительственного флота?

– Согласно должностной инструкции, – хищно сузил зрачки представитель чужого клана. Рептилии всегда отличались необузданным, яростным характером и только строгая субординация и жёсткая идеология держали тэрингов в узде. Будь иначе, они никогда бы не смогли создать собственного государства и стать одной из рас заселивших космос. – К границам сектора приближаются два неопознанных корабля. Все силы приведены в полную боевую готовность.

От неожиданного понимания своей недальновидности адмирал зло щёлкнул пожелтевшими от времени зубами и в приступе ярости ударил хвостом по переборке огораживающей капитанский мостик.

Вот теперь всё встало на свои места. Перехватчики врага вовсе не охотились за флотом тэрингов, а выполняли функцию разведчиков. Даже взорванный брандером корвет не являлся первоочередной целью противника. Просто грех было не воспользоваться так удачно подвернувшейся ситуацией. Сам Агворн не раздумывая поступил бы точно также, без малейших колебаний меняя маленький кораблик на целый звездолёт. Вот это в итоге и оказалось роковой ошибкой в оценке намерений аваронцев.

– Генерал, корпус уже сталкивался с кораблями подобного класса. Это очень опасный противник, – предупредил адмирал. – Мы вышлем вам запись нашего боя в Солнечной системе.

– Буду признателен, – уже куда менее агрессивно поблагодарил Ярг Хронг, даже не обратив внимания на незнакомое название космической системы. Вселенная огромна, знать всё просто нереально. Тем более, что пограничнику это и ненужно. – Как только угроза прорыва границы сектора будут ликвидирована, мы тут же откроем коридор для «Прыжка».

– Хорошо. Флот выстроится в боевой порядок, – предупредил адмирал, воизбежания недопонимания. – На случай если вам понадобится наша помощь.

– Не понадобится, – уверенно отрубил Хронг.

Генерал ни секунды не сомневался, что всего два, пусть и супермощных, корабля не смогут прорваться сквозь борону сектора предназначенную сдерживать до подхода основных сил целые флоты неприятеля.

Только вот Гхард Агворн думал иначе.

***

Два необычной конструкции звездолёта, размерами превышающими любой из супердредноутов тэрингов, медленно, но неумолимо, явно демонстрируя свою силу и мощь, приближались к границам рода Иргран.

Генерал Хронг, находясь в главном командном пункте, расположенном на четвёртом спутнике Стоха, воочию наблюдал за их продвижением. С помощью передаваемой десятками тысяч датчиков информации в режиме реального времени выстраивалась голографическая модель охраняемого сектора, а камеры выводили видеоизображение на мониторы.

На первый взгляд звездолёты хоть и выглядели внушительно, но серьёзной опасности не представляли. Их было всего два. Явно недостаточно для прорыва нескольких линий обороны. Однако генерал решил перестраховаться и запросить помощь нёсших боевое дежурство охранных эсминцев и патрульных корветов.

– Генерал, враг вошёл в зону поражения передовых орудий, – доложил один из офицеров с капитанскими знаками различия на коричневом мундире.

– Ждём, – приказал начальник обороны. – Начинаем когда окажутся в уверенной досягаемости плазменных установок.

– Принял, – рыкнул капитан.

– Уверен, что надо ждать? – рискнул оспорить решение генерала его заместитель полковник Триг Скир. – Сам знаешь, от плазмы толку мало. Она даже верхний слой брони не прожжёт. Единственное на что способна, сбивать истребители и беспилотники.

– Верно, говоришь, – раздражённо прорычал генерал, не сводя глаз с макета, где яркими багровыми огнями горели два больших ромба обозначавшие вражеские корабли. – Ты видел запись, которую нам прислал адмирал Агворн?

– Конечно, – полковник недоумённо развёл лапами на странный вопрос. Схватку экспедиционного корпуса с аваронцами видел весь высший офицерский состав. И генерал прекрасно об этом знал. – Что там не так?

– Ты обратил внимание на конструкцию звездолётов? Это не сплошной монолитный корпус металла, как мы привыкли. Скорее это напоминает плоды дерева Ганжо, которые сотнями штук нанизаны на одной ветке.

Полковник ещё раз, уже более внимательно присмотрелся к видеоизображению неизвестных кораблей. А ведь генерал прав. Звездолёт не был единым целым. Точнее это была одна гигантская платформа с пристыкованными к ней десятками тысяч мелких судёнышек размерами не больше десантного катера. Отличная цель для плазменных установок.

– Есть шанс на успех, – Триг Скиру ничего не оставалось кроме как согласиться с выводами командующего. – Но только в том случае если они подойдут на расстояние действия плазмы. А не начнут расстреливать наши орудийные установки с безопасного расстояния.

Ярг Хронг в глухом рыке оскалил клыки. Полковник без труда нашёл самый слабый пункт в плане генерала.

– Будь я на месте адмирала аваронцев, поступил бы именно так, прекрасно зная о слабой броне мелких кораблей, – подытожил полковник Скир. – Рискуем потерять тяжёлые орудия.

– Знаю, – кивнул крупной головой командующий.

Риск действительно был велик. И если бы не запись боя, переданная адмиралом Агворном, генерал никогда бы не решился на такой план. Не стоит считать противника глупее себя. Самонадеянные и недалёкие полководцы битв не выигрывают. Этому ещё в курсантах учат. Вот только манера боя имперского адмирала совсем не походила на уже привычную и хорошо знакомую тактику аваронцев. Новая какая-то тактика, обусловленная, по всей видимости, техническими особенностями новейших звездолётов. Вот от этого и решил отталкиваться генерал.

– Я уверен, у них нет дальнобойных орудий. За исключением всего одного главного калибра. Нападают роем, кусая противника одновременно со всех сторон.

– Странная тактика, – в сомнениях щёлкнул зубами полковник. – С таким подходом и слабым вооружением даже корвет для них сложная цель. А крейсер вообще неделю мучать будут.

– Это если стоит задача уничтожить, – предположил Ярг Хронг. – А если цель захват кораблей? Перехватчики сначала выбивают бортовые орудия и установки, далее идёт десант и берёт трофей.

Развить мысль не получилось.

– Генерал, противник выпустил перехватчики, – прервал разговор старших офицеров молодой лейтенант.

Командующий охраной границы сектора глухо прорычал, в ярости ударив хвостом по полу. Аваронцы не полезли в подготовленную ловушку. Вместо этого задумали уничтожить крупнокалиберные орудия, используя классическую, давно отработанную схему. Это когда рой истребителей и беспилотников атакует тяжёлые, неповоротливые платформы, поливая их шквальным огнём. Надёжно и эффективно. Особенно если стационарные установки не прикрыты лёгкими и манёвренными кораблями.

– Истребители в бой, – прорычал приказ генерал, понимая, что орудия нужно срочно спасать.

Россыпь белых точек на макете дрогнула и пришла в упорядоченное движение. Двадцать новейших истребителей, чуть более сотни предыдущей модели и три десятка беспилотников. Это всё, что было у генерала на данный момент. Не густо, откровенно говоря. Однако и упор в обороне делался не на этом.

– Расчётное время прибытия подкрепления?

– Ближайший корвет будет здесь через семнадцать стандартных минут, – доложил на вопрос командующего офицер связи. – Эсминец через двадцать три минуты.

Семнадцать минут! Непозволительно долго. За это время противник несколько раз успеет переработать все три линии обороны сектора в космическую пыль. Да и один корвет мало чем поможет. Здесь нужен целый флот.

Словно сама собой в голове Ярг Хронга возникла крамольная мысль попросить помощи у ожидающего открытия прохода корпуса. Всего-то надо перешагнуть через родовую и личную гордость присущую любому из тэрингов. Но минутная слабость была тут же подавлена твёрдой уверенностью, что незваных гостей можно вытолкнуть за порог своими силами.

– Всем орудиям открыть огонь, – понимая, что первоначальный план уже неосуществим, генералу ничего не оставалось, как постараться подавить врага всей доступной огневой мощью.

Едва прозвучал приказ, как на макете редкая цепочка оранжевых треугольников окрасилась ярким бордовым оттенком. Крупнокалиберные орудия вступили в бой.

***

Вопреки ожиданиям генерала имперцы не полезли в подготовленную ловушку. Вместо этого, верно рассчитав нужный момент, выпустили свои перехватчики и первыми добрались до орудий. Истребители ящеров не успели самую малость. Первый, самый яростный удар попытались отразить лазерные пушки ближней защиты, но были почти тут же подавлены превосходящей огневой мощью.

Сами орудия успели произвести всего по одному выстрелу, прежде чем вышли из строя. Немного. И по большей части безрезультативно. Попасть в громоздкие туши вражеских звездолётов, конечно, не составляло большого труда, но практически под каждый выстрел самоотверженно подставлялись юркие перехватчики врага. Всего несколько залпов достигли цели, выжигая целые гроздья пристыкованных кораблей. Однако это была лишь капля в море.

Когда истребители рептилий вступили в бой, от первой линии обороны уже ничего не осталось. Это была фатальная ошибка генерала Хронга, не сумевшего правильно предугадать манёвр противника. В то время, как из записи боя в Солнечной системе было понятно, что враг предпочитает вести сражение мелкими кораблями не задействуя основные силы.

– Генерал, адмирал Агворн просит связи, – доложил молодой офицер в чине лейтенанта.

– Соединяй, – резко прорычал Ярг Хронг, заранее догадываясь, что командующий корпусом хочет ему сказать.

В центре комнаты появилось покрытое рябью, из-за работающих глушилок, голографическое изображение старого ящера.

– Моё почтение, адмиралу, – будучи ниже по званию генерал первым озвучил приветствие.

– Взаимно, – хрипло ответил Гхард Агворн. – Вижу, враг прорвался сквозь вашу оборону…

– Это только первая линия, – грубо нарушая все нормы устава, перебил командующего Ярг Хронг. – Дальше Стоха им не пройти.

– Предлагаю помощь, – проигнорировав дерзость старшего офицера чужого Рода, сказал адмирал.

– Мы справимся сами, – гордо расправил плечи командующий обороной сектора, прекрасно понимая, что отказываться от такого предложения, по меньшей мере, глупо. Корпус мог если не уничтожить противника, то хотя бы помочь продержаться до подхода патрульных кораблей. Но, как говориться, против характера не попрёшь. Ярг Хронг, как и любой ящер, считал ниже своего достоинства полагаться на других. И пока мелкая неудача не переросла в катастрофу любую помощь воспринимал, как одолжение оскорбляющее достоинство истинного тэринга. – Через несколько минут к нам подойдёт подкрепление.

– Как знаешь, генерал, – оскалился Гхард Агворн. – Ты главное продержись эти несколько минут. Удачи.

Голографическое изображение пошло крупными волнами, потускло и вскоре совсем пропало. Адмирал прервал связь.

Генерал в ярости ударил хвостом по полу. Продержаться – вот ключевое слово. С потерей платформ крупнокалиберных орудий сделать это стало в разы сложнее. Но возможно. Несмотря на первые неудачи и жёсткий накат врага командующий верил, что ещё не всё потерянно. У секторальной обороны границы Рода Иргран ещё было чем удивить аваронцев.

– Истребителям отойти к плазменным установкам, – приказал Ярг Хронг, наблюдая, как один за другим гаснут на мониторе идентификационные номера кораблей. Враг давил численным превосходством, легко идя на размен один к четырём и более. Но даже при таком раскладе одним истребителям исход сражения не решить. И умирать за уже несуществующую линию обороны смысла не имелось. – Задача продержаться до подхода корвета.

На эсминец надежды уже не было. Слишком далеко, аж целых двадцать три минуты до места прорыва границы. В реалиях космического боя, считай, что в другой вселенной.

– Сколько осталось эсминцу? – стараясь выглядеть невозмутимо, потребовал обновлённую информацию генерал.

– Шестнадцать минут, – тут же отрапортовал лейтенант.

– Не успеют, – подтвердил догадки командующего полковник Триг Скир.

– Знаю. Приказ всем патрульным кораблям следовать к Стоху. Будем пробовать продержаться там.

– Полагаешь, штурмовики прорвутся сквозь третью линию? – недоверчиво спросил заместитель.

– Эти нет. Меня беспокоят звездолёты. Ты видел их главный калибр в действии. Знаешь на что оно способно. Им хватит одного выстрела, чтобы раскатать нас тонким слоем по поверхности спутника. Наша задача не позволить им подойти и выстрелить.

Полковник угрюмо молчал, соглашаясь с каждым словом командира. Гравитационное оружие имперцев, или нечто подобное, вполне обоснованно вызывало немалую тревогу. Против него тэрингам поставить было нечего. Ни средства защиты, ни противодействия. Способов избежать «пресса» всего два: либо уничтожить звездолёты, либо держать их на дистанции. И если уж быть до конца откровенным, надежды на это были весьма призрачны.

– Что будем делать? – спокойно поинтересовался полковник. Страха не было. Вместо него присутствовала твёрдая решимость не позволить аваронцем пройти на территорию Рода и дойти до густонаселённых планет. Такая у пограничников работа, первыми принять на себя удар. И от того, как стойко они его выдержат, будет зависеть успех последующей контратаки.

– Драться, – жёстко ответил генерал. – Будет совсем тяжело задействуем флот адмирала Агворна.

Триг Скир вновь лишь молча кивнул. Про себя отметив, главное не упустить нужный момент, как это произошло с истребителями. Иначе экспедиционный корпус им уже не поможет.

Тем временем остатки истребителей медленно отходили ко второму рубежу. Перехватчики противника не позволяли им провести полноценный манёвр и перестроиться. Давили численным превосходством пытаясь зажать в тиски и отрезать пути отхода.

Далеко не все смогли дойти до нужной точки. Но и тем «счастливчикам» так и не удалось оторваться от преследователей на безопасное расстояние.

– Они на хвосте их притащат, – сжал когтистые пальцы в кулак полковник. – Мы не сможем задействовать установки.

Ярг Хронг знал это не хуже своего заместителя. Облако плазмы накрывало площадь, не разбирая где свой, где чужой. Сжигая всех подряд. Была правда возможность мелким, юрким судам уйти в сторону за счёт скорости и манёвренности, чтобы потом вновь на исходные позиции, но на данный трюк имелись установки боевого электромагнитного импульса всегда действующие в связке с плазменными пушками. Тактика была проста и надёжна. Импульс на некоторое время вырубал всю электронную начинку корабля и делал его лёгкой целью для плазменных орудий.

– Открыть огонь, – принял непростое решение генерал.

Сомнения, если такие имелись, были недолгими. Тэринги испокон веков позиционировали себя, как воинствующая раса. Нечета мягкотелым и излишне гуманным аваронцам. И если того требовали обстоятельства без раздумий жертвовали собой ради достижения цели.

Приказ командующего привели в действие в туже секунду. Установки боевых импульсов произвели синхронный залп, обездвижив штурмовики противника и оставшиеся истребители тэрингов. И тут же в бой вступили пушки, накрыв беззащитные корабли облаком плазмы.

– Всех погибших к наградам, – склонив голову и скрестив лапы на груди, глухо произнёс Ярг Хронг.

Все присутствующие на капитанском мостике офицеры повторили жест генерала, отдавая почесть погибшим героям.

Первый раунд сражения остался за службой охраны сектора. Вот только цена отбитой атаки оказалась несоизмеримо высокой. Тем более, что противник, похоже, ещё даже не начинал. Несколько сотен уничтоженных перехватчиков капля в море в сравнении с самими звездолетами, несущими на себе, помимо главного калибра, десятки тысяч подобных кораблей.

Глава 3

«Череп» был единственным, кто выжил в том злосчастном доме. И то только потому, что успел вовремя сбежать. От того и злился он как, наверное, никогда в жизни. Какое-то животное бешенство, подстегаемое страхом и жаждой мести буквально выжигало изнутри, требуя выхода.

Сейчас бандиту было бы куда логичней залечь на дно и не отсвечивать. Спрятаться от «Лютого», от полиции и того профи, что с лёгкостью положил всех его парней. А в то, что это был профессионал высочайшего класса, сомнений не возникало.

Осталось только ответить на вопрос, с чьей лёгкой руки он там оказался. На первый взгляд вариантов имелось всего два: либо это был тот от кого «Лютый» подписался охранять дом, либо киллер, нанятый новым главарём банды устранить потенциальных конкурентов. Тех, кто мог оспорить его право стоять во главе преступной организации.

Обе версии имели право претендовать на истину. И какой из них придерживаться «Череп» не знал. Но, как ни крути, со стороны «Лютого» это была конкретная подстава. Наверняка заказчики предупредили его о возможном замесе. Иначе, зачем вообще было связываться с бандитами? Вполне хватило бы обычного ЧОПа.

Для себя «Череп» чётко решил, что «Лютый» по любому должен ответить. Объясниться и заплатить. По чесноку. Учитывая все риски.

К дому главаря бандит подъехал открыто. Не таясь. Хотя отлично понимал, что на тёплую встречу рассчитывать не приходится. Особенно если верно его второе предположение. Весь план строился на том, что «Лютый» не рискнёт устраивать разборки у себя дома. Зачем ему лишние проблемы с ментами и братвой? А случись чего, спросят и те, и другие. Одни по закону, другие по понятиям. Потому «Лютый» на время затаится и подождёт другого, более удобного момента.

А вот «Черепу» ждать было не с руки. Печёнкой чуял – надо валить из города. И чем быстрее и дальше, тем лучше. Но, как бы бандит ни спешил, ему всё же пришлось потратить пару дней, чтобы уладить кое-какие личные дела и проверить версию причастности «Лютого». Которая, кстати, не подтвердилась. В городе движухи не было. Правда, это ещё ничего не доказывало.

Как и в прошлый раз «Череп» остановил машину возле самого дома. Какой смысл скрываться, если незаметно на территорию всё равно не попадёшь?! Участок огорожен высоким забором, а калитка с воротами всегда закрыта.

Однако не в этот раз.

Ещё подъезжая «Череп» обратил внимание, что дверь, сделанная из цельного профлиста, была распахнута настежь. Это не могло не насторожить. Что-то здесь не так. И проверять, отчего не тянуло. Но и уезжать без ответов, а главное без денег, тоже не хотелось.

Перед бандитом встала дилемма, и пока он её решал вдали послышался вой полицейской сирены. Почему-то сразу подумалось, что стражи порядка спешат именно сюда.

Недолго думая «Череп» отогнал машину на пару домов дальше по улице. Вот теперь можно спокойно понаблюдать, не привлекая лишнего внимания. Благо любопытные соседи уже начали выглядывать из-за забора, а самые нетерпеливые выходить на дорогу. У простых людей всегда так – если слышно сирену, значит точно, что-то интересное показывать будут.

И судя по подъехавшей колонне интересное всяко обещало быть. Возле дома «Лютого» остановилась машина полиции, несколько авто Росгвардии и две «скорых». Само собой первыми на территорию просочились представители силовых структур, оставив медиков ждать своей очереди. Те, впрочем, и сами не торопились с возможным оказанием первой помощи, без подсказок понимая, что на месте происшествия ещё вполне может быть опасно.

Шли минуты. На дороге уже собралась изрядная толпа не только соседей, но и любопытных зевак с других улиц, перекрыв «Черепу» весь обзор. Делать нечего, пришлось ему выходить из машины и подойти ближе, смешавшись с толпой.

К тому моменту врачей уже не было. Остались только водители « скорой помощи», да парочка ещё совсем молодых гвардейцев с лычками сержантов, пытающихся изобразить некое подобие оцепления.

Люди возбуждённо гомонили, делясь друг с другом версиями случившегося и свидетельствами очевидцев. «Череп» прислушался. Даже из того, что «бабка надвое сказала» можно отфильтровать что-то стоящее.

– На двух машинах приехали. Больших. Чёрных, – стращала зевак пожилая женщина в ярко салатовой болоньевой куртке накинутой прямо поверх домашнего халата. – Человек десять было точно. А может и больше.

– Что ты Васильевна, людей пугаешь?! – одёрнул соседку стоявший рядом мужчина. – Верно говорят, у страха глаза велики. Четверо в дом вошли. Сам видел. Я как раз из магазина шёл.

– Не знаю, как у тебя Иван, со зрением, а я, что видела, то и говорю, – не осталась в долгу женщина.

«Череп» мысленно сплюнул. Где десять, где четыре. Разница есть? Однако не суть. Главное, что к «Лютому» нагрянули гости. А уж сколько их там было уже нюансы.

– Сперва тишина была, – заговорщицки продолжала Васильевна. – А потом выстрелы, мат-перемат, опять выстрелы и вновь тишина.

– Из пистолетов стреляли, – уточнил Иван. – Уж я-то знаю. На срочной из чего только стрелять не приходилось.

Помощнику «Кастета» даже любопытно стало, в каких таких войсках служил мужик. Сам он за все два года автомат только на картинках в учебке видел. Да и то в самом классе бывал от силы пару-тройку раз. Хватало других забот, особенно на генеральской даче.

– А я хлопки услышала и к окну. Думала, салют пускают. А про себя думаю, какой дурак его среди белого дня запускать будет?! – поделилась с соседями ещё одна женщина, наверняка даже не догадываясь в каком свете себя выставляет. – Вижу из дома мужики вышли, в машину сели и уехали. Я сразу поняла, нечисто здесь. Хотела даже номера их записать, но не успела.

Отсвечивать и дальше возле места преступления было опасно, и не имело большого смысла. Услышанного с лихвой хватило, чтобы сделать определённые выводы: «Лютого» кто-то грохнул. И складывалось такое впечатление, что смерть его напрямую связанна с последним заказом от «синих пиджаков». Что в принципе было совсем неудивительно. «Череп» ещё «Кастета» предупреждал, стрёмно иметь дела с этими парнями. Если сами не спишут, как отработанный материал, так под статью подведут.

Стоп. А кто сказал, что «Лютого» замочили? Нету тела, нету дела. «Череп» сел в машину и закурил. Сомнения прочно засели в голове. Выходит, пока сам не удостоверится, делать выводы преждевременно.

***

Информаторы есть не только у полиции. Оказывается в эту игру можно и с обеих сторон. Правда далеко не каждый может похвастаться наличием надёжного проверенного источника. «Череп» мог. Уже лет семь как.

Именно тогда судьба свела его с молодым оперативником, отмечающим мальчишник за пару дней до свадьбы. Гуляли парни в баре, в который любили захаживать бойцы «Кастета», шумно, весело, но более-менее прилично.

На беду отдыхающим в тот вечер в баре каким-то залётным фраерам и этого показалось много. Сделали замечание в любимой своей манере, друзья жениха послали их в ответ. Слово за слово и завязалась драка. Классический случай. Сколько таких уже было и будет. Правда, в этот раз по серьёзному вышло. В пылу рукоприкладства герой мальчишника выхватил нож и ранил одного из гостей города. Пустяк, царапина, больше чем на хулиганку не тянет. Но для мента даже это, либо конец карьеры с пинком под зад из органов, либо такое пятно в личном деле, что уже не отмоешься. Да и фраерам лишний раз светиться было не с руки. Словом, порешали дело миром с хорошими отступными. На том и успокоились.

Жених сыграл свадьбу, провёл медовый месяц с молодой женой и уже почти забыл об этом инциденте. Тут к нему «Череп» и подкатил с копией записи камер наблюдения установленных в баре.

Если по чесноку, то ушлый бандит и сам до конца не верил, что его затея даст хоть какие-то плоды. Почти уверен был, пошлёт его оперативник по известному всем адресу. Но оказалось трусоватый был мент, да и душонка с гнильцой. Стоило пригрозить компроматом, да пошелестеть купюрами, как лейтенант согласился на сотрудничество.

В этот раз встреча была назначена в кафе торгового центра и ещё каких-то пару недель назад «Череп» явился бы на неё без всяких задних мыслей. Но не сегодня. Что-то стрёмное витало в воздухе, проникая до самой печёнки. Давило, угнетало, обостряло ощущение тревоги. Бандит, даже без видимых причин, чувствовал себя загнанным зверем, на которого объявили охоту. Потому решил перестраховаться и связаться с осведомителем по телефону.

– Здорово, старлей, – по обыкновению бросил в трубку «Череп» едва на том конце сотовой связи прозвучало привычное «Слушаю».

– Здоровее видали, – проворчал оперативник. Бывшего помощника «Кастета» он, мягко говоря, недолюбливал и не скрывал этого. – Ты где? Я тебя уже минут десять жду.

– Планы поменялись. Поговорим по телефону.

Эта идея информатору отчего-то совсем не понравилась.

– По телефону разговора не будет. Только с глазу на глаз.

Подозрения крепли.

– Старлей, ты там часом ничего не попутал? Не тебе мне условия ставить, – «Череп» решил напомнить дерзкому стукачу правила игры. – За семь лет у меня много чего на тебя скопилось, не считая драки в баре. Я каждую нашу встречу записывал.

Бандит безбожно врал, сетуя на себя, что не догадался сделать записи раньше. Мы все крепки задним умом.

– Телефоны могут прослушивать, – мент предпринял последнюю попытку отложить компрометирующий разговор на время личной встречи.

То, каким тоном он это сказал, многое прояснило. «Череп» понял, что дело тут не в подготовленной ловушке, а в природной трусости «Оборотня в погонах». Просто мент опасался попасть в разработку службы внутреннего расследования. Да и сам «Череп» выходит зря паниковал. Хотя… бережённого, Бог бережёт. Лишним не будет.

– Ты не министр, чтобы твой сотовый прослушивать. Успокойся. До тебя никому дела нету, – надавил на полицейского бандит.

В ответ повисла неопределённая тишина. Старлей взял паузу обдумать свои необоснованные страхи.

– Что хотел? – наконец согласился на разговор информатор.

– У вас сегодня кипишь был на Артельной. Что за это знаешь? Обрисуй в двух словах.

– За дружка своего печёшься? – съязвил полицейский. – Грохнули его. И всю шайку, что вместе с ним была. Часом не знаешь, чьих рук дело?

Интересный этот мент. Этак между делом захотел уважаемого человека в стукачи записать. На дурочку. Вдруг повезёт. Глупо.

– Думал, ты мне расскажешь, – признался «Череп». – Что там у вас по «горячим следам» получается?

– Пока немного. По показаниям свидетелей: приехала толпа мужиков на двух машинах, зашли в дом и положили всех к чертям собачьим. Потом так же спокойно уехали.

– Это всё?

– А ты, что хотел? Следствие только началось. Пока у нас ничего нет. Правда знаем госномера, цвет и марку машин. Объявили план «Перехват» по области. Но толку от этого не будет. Если они не дураки, машины спрячут, а сами залягут на дно. Хрен мы их найдём.

Что ж, на большее «Череп» и не рассчитывал. Главное подтвердилось, что «Лютый» мёртв. А уж кто его в ад отправил, со временем разберёмся.

– Спасибо и на этом. Если, что нового узнаешь, звони.

– Непременно, – с тонким намёком на издёвку пообещал старлей и напоследок добавил: – Работали профессионалы. Били без подранков, сразу на глушняк. А потом и контрольный каждому в голову. Не знаю, кому вы перешли дорогу, но сразу видно, люди серьёзные. Нечета вам отморозкам.

– Ты ещё в любви им признайся, – огрызнулся бандит. – Как бы они хуже нас не оказались.

– Намекаешь, что в городе передел начался? – тут же зацепился за оговорку мент. – Ты только скажи, мы этих пришлых в момент определим. Как-никак пять трупов на них. И сколько их ещё будет, если у вас война началась?!

– Кто такие я не в теме. Но очень бы хотелось выяснить. Узнаешь, дай знать, – открестился «Череп». – Бабло через два часа можешь забрать на старом месте.

На том и завершил разговор. Многого от информатора не узнал, но определённые выводы сделал. Выходит не зря для мента закладку сделал, аж на целых десять «косарей». Отработал.

А вот сами выводы были неутешительными и на первых парах полностью совпадали с предположениями «Черепа». Мент ошибся. Это не бандитские разборки. «Лютого» словно мелкую шавку пустили в расход серьёзные, авторитетные люди. Отправив за ним настоящих профи, которым пятерых человек положить, что высморкаться.

– С кем же ты связался, нарик обдолбанный? – выругался бандит, понимая, что его планам свалить из города дали ускорение.

Уж коли пошла такая пьянка, и кто-то неведомый и смертельно опасный объявил охоту на представителей криминального мира этого города, дешевле не связываться. Особенно если учесть, что после смерти «Кастета» и «Лютого» единственным кто мог возглавить ОПГ, был «Череп». А оно ему надо? Тем более, что от самой банды уже ничего не осталось. Кончилась. А, как известно, свято место пусто не бывает. И если не эти профи добьют остатки группировки, то обязательно объявятся новые претенденты на должность хозяев города. Подомнут под себя часть местных, которым всё равно под кем ходить, лишь бы были деньги, бабы и бухло. Другая часть свалит, не желая присягать новой банде в качестве шестёрок.

Так в чём тогда смысл трепыхаться? Ждать пулю в лоб? Нет, «Череп» для себя решил, что в такие игры он не играет. Это уж как-нибудь без него. Имеются уже в активе и стрелки, и разборки, и мордой по асфальту возили, и сам не отставал. Много чего было. Довольно с него. Хочется спокойной, размеренной жизни. Благо деньжат на эту блажь скопить успел. Немного, но на первое время хватит. А там уж как судьба распорядится.

***

Как известно, сон лучшее лекарство. В покое организм быстрее восстанавливает потраченные ресурсы, стабилизирует нервную систему, способствует регенерации всего организма. Вот только со Стивеном, несмотря на все чудеса генной инженерии тэрингов, это сработало лишь частично.

После сна он уже не напоминал двигающегося на автомате зомби выбравшегося из тайги лишь благодаря силе воли и толике удачи. Барнс, как бы это дико не звучало, уже стал похож на человека. Слабого, больного, но живого.

Клон с трудом встал с дивана и, морщась от боли, проковылял в коридор, где стоял большой плательный шкаф с зеркалом во весь рост раздвижных дверей.

Отражение показало осунувшегося, грязного, заросшего щетиной мужчину с посеревшей кожей лица. Это существо лишь отдалённо напоминало всегда ухоженного, одетого с иголочки, франтоватого американца. В лучшем случае – бомж из Подмосковья. Но свой внешний вид Стивена сейчас интересовал меньше всего. Куда больше беспокоила рана в боку.

Оголившись по пояс, Барнс снял пропитанный кровью и сукровицей бинт. Одного, даже не профессионального взгляда хватило, чтобы понять, рана сильно воспалилась и кровоточила. По-хорошему надо бы в больничку, под нож хирурга. Чтобы доктор почистил, обработал, зашил и вкатил лошадиную дозу антибиотиков.

Данный вариант Стивен даже не рассматривал. Огнестрел это не на ржавый гвоздь наступить. Возникнул вопросы. Значит, придётся лечиться самостоятельно. Ничего страшного в этом нет. Благо пуля прошла навылет, а всё остальное дело техники. Которую Барнс знал на отлично. Каждого агента учили выживать в любых, даже самых неподходящих условиях. В том числе и оказывать себе медицинскую помощь.

Вся проблема заключалась в том, что нужных медикаментов под рукой не оказалось. У близнецов, похоже, вообще кроме бинтов и зелёнки ничего не было. И как бы ни хотелось избежать риска «засветиться» перед соседями и избежать вероятности нарваться на особо бдительных полицейских, пришлось американцу сделать вылазку до ближайшей аптеки.

Зря переживал. Вроде всё прошло нормально. На Барнса, конечно, косились редкие прохожие принимающие его неуверенную, заваливающуюся на один бок походку за похмельный синдром горького пьяницы. Да и сам вид, как говорится, соответствовал. Потрёпанный, осунувшийся, с отрешённым взглядом. Но никого не удивило. Знать такое явление для них было не редкость. Что и подтвердила провизор в аптеке.

– Фанфуриков нет, – первым делом предупредила строгая на вид женщина, едва Стивен вошёл в двери. – Когда будут, не знаю.

– Обидно, – слабым голосом посетовал Барнс. – Но я не за этим. Вот список. Соберите.

– А деньги-то есть? – подозрительно спросила женщина, даже не взглянув на протянутый листок бумаги.

– Есть, – тяжело выдохнул американец, вынимая из кармана мятую пятитысячную купюру. – Этого должно хватить.

Провизор приняла деньги и только после этого удосужилась ознакомиться со списком.

– Антибиотики только по рецепту.

– Дома забыл. Если возвращаться обратно уже не дойду.

– Понимаю. Но ничем не могу помочь. Меня с работы уволят, если узнают. Вы знаете, сколько желающих на моё место?!

Стивен представлял. В маленьком посёлке найти работу всегда непросто. И в тоже время сильно сомневался, что здесь есть много фармацевтов и химиков с разрешением работать в аптеке.

– Войдите в положение. Пожалуйста. А сдачу оставьте себе.

– Взятка? – нахмурилась женщина.

– Благодарность, – поправил Барнс.

У клона имелось стойкое желание прибить несговорчивую продавщицу и без лишних хлопот самому взять необходимое лекарство. Тем более что лишить человека жизни для него, как высморкаться. Никаких угрызений совести. Единственное, что останавливало – наличие камер. И пойди, разбери, муляжи это или взаправду кино снимают. Опять же убийцу будут искать, в посёлке начнётся лишняя движуха. А оно ему надо?

Барнс так и не понял, что сыграло решающую роль, жадность или жалость, но провизор недовольно скривив лицо, всё-таки пробила полный список.

– Спасибо, – слабым голосом выдавил из себя американец, чувствуя, как его накрывает.

Тугими волнами накатывала слабость. В голове шумело. А перед глазами плыли радужные круги.

Переоценил агент тэрингов свои силы. Поверил в неограниченные возможности генной инженерии и творимые ей чудеса исцеления. Ни хрена подобного. Оказывается без должной медицинской помощи, даже клону сдохнуть совсем не сложно. Особенно при сильной потери крови.

Чисто на автопилоте Стивен добрёл до дома браконьеров. Ему уже было всё равно заметят или нет соседи, что к братьям-близнецам по-хозяйски открывая дверь ключом, заходит незнакомый подозрительный человек. Не до конспирации. На это не оставалось ни времени, ни сил. Сейчас главное, как можно быстрее, обработать рану, закидаться антибиотиками и в идеале что-нибудь съесть. И спать. Сон для клона был просто необходим.

***

Много ли надо для отличного настроения резиденту инопланетной цивилизации, подготавливающему планету для вторжения хозяев? Лишь самую малость. Главное чтобы всё шло по плану. В крайнем случае, с некритичными отклонениями. В этом плане у Артура Фокса всё было хорошо.

Ромашова получилось ликвидировать. Один из секретных бункеров управления спутником «Цитадели» взят под контроль агентуры тэрингов. Россия увязла в военном противостоянии на Украине, а полностью подконтрольный блок НАТО готов к открытой конфронтации против Российской Федерации и её союзников. А судя по бреши в куполе над Сибирью Стивен на отлично справился со своим заданием и вывел из строя ещё один спутник.

Словом, пока всё складывалось вполне удачно. Можно приступать к завершающей фазе операции и наконец, раздавить последний оплот резидентуры аваронцев. А дальше мировой референдум и добро пожаловать новые хозяева планеты.

Фокса даже нисколько не смущало, что экспедиционный корпус ящеров ушёл из Солнечной системы, а вместо них на орбите Земли находится космический корабль неизвестной расы пришельцев. Он искренне верил в своих хозяев. Знал, что они ещё вернуться. В ещё больших силах. И надерут задницу чужакам посмевшим бросить вызов великим тэрингам. А потому надо честно выполнять доверенную ему миссию.

На экране рабочего ноутбука под тихий, ненавязчивый звуковой сигнал высветился личный номер главы японского отделения. Американец удивлённо приподнял левую бровь. На сегодня переговоров с Токио не назначено.

– День добрый, Кенджи, – сразу, как только на мониторе появилось лицо японца, поприветствовал коллегу Артур. – Что-то случилось?

Повод для беспокойства имелся. Пусть и косвенный. Мистер Такано был не тем клоном, который будет тревожить по пустякам.

– Здравствуй, Артур, – склонил голову Кенджи. – Ты, как обычно, сразу о делах.

Фокс ещё больше напрягся. Хитрый японец начал разговор в несвойственной ему манере. Не к добру. Даже натянутая вежливая улыбка не могла сбить с толку прожжённого интригана.

– Нет времени для пустых бесед. Тебе ли не знать?! – осторожно ответил руководитель Московского отделения. – Со дня на день операция войдёт в критическую фазу. Нужно успеть сделать последние приготовления.

– По этому поводу я и хотел поговорить, – с лица Такано медленно сползла фальшивая улыбка. – У меня был разговор с главами других филиалов. Многие считают, что мы торопим события. Тэринги ушли и когда вернутся неизвестно. А по достоверным источникам в Россию уже начали проникать чужие. Пока это только разведка, но до полноценного вторжения недалеко.

Фокс раздражённо сжал скулы. Это уже проходили. Руководитель английского отделения и фактический начальник всей агентуры ящеров придерживался тех же взглядов и склонял на свою сторону других высокопоставленных клонов. Проблему пришлось решать самым радикальным образом. Но, оказывается, с устранением графа Беркли она никуда не делась. И это грозило расколом среди агентов.

– Это наш шанс покончить с оплотом аваронцев малой кровью, – в очередной раз высказал свою точку зрения Артур. – России придётся разрываться на два фронта, что неминуемо ослабит её военный потенциал. Кремлю придётся объявлять всеобщую мобилизацию и переводить экономику на военные рельсы. Уровень жизни упадёт в разы. Недовольство населения гарантированно с вероятностью в девяносто семь процентов. Вот тогда мы и скинем правительство с помощью оппозиции выступающей за прекращение войны с Западом и обещающей в этом случае его помощь против пришельцев.

Как бы фантастично это ни звучало, план американца имел все шансы на успех. Вот только имелись в этом плане и значительные риски, на которые указал Такано:

– Чужие не Россию захватить прилетели, а всю планету целиком. Они нам не союзники. Это такие же враги, как Империя. Согласен, на первом этапе пришельцы нам невольно помогут. Москву мы сломаем. А дальше что? За это время они успеют закрепиться на захваченном плацдарме, и я сильно сомневаюсь, что с технологиями землян мы сможем их оттуда выбить.

– Дальше придут тэринги и покончат с ними, – нисколько не сомневаясь в правдивости своих слов, жёстко отрезал Фокс.

До недавнего момента Кенджи думал так же. Но руководители азиатских и африканских отделений смогли посеять в нём сомнения. И значительную роль в этом сыграл тот факт, что целый флот ящеров не смог одолеть всего три корабля чужаков. Выходит враг силён и его нельзя недооценивать. Против такого противника нужно выступать единым фронтом отбросив все распри на потом.

– А если не придут?

Американец уже понял, куда клонит Такано. Оказывается, ростки предательства графа Беркли проросли гораздо глубже, чем думал Артур Фокс, если уже даже глава японского отделения позволяет себе подобные слова.

– Не для того тэринги вкладывали в проект экспансии Земли столько сил и средств, чтобы после первого боя всё бросить. Придут обязательно. И наша задача подготовить планету к их приходу.

– Если неостановим чужаков, подготавливать будет нечего. И некому, – стоял на своём Кенджи. – А для успешного отражения вторжения нужно хотя бы перемирие. Временное.

Фокс понял, что разговор зашёл в тупик. Необходимо искать компромиссы, дабы избежать намечающегося раскола. Можно, конечно, прибегнуть к радикальным мерам решения проблемы, но сделать это будет сложно (после ликвидации Беркли главы других отделений усилили свою охрану) и повлечёт за собой кучу негативных последствий. Опять же, если разобраться, несогласные с позицией американца клоны оставались всё также преданными общему делу. Просто для достижения цели выбрали другой путь.

– Я всё же настаиваю. Это уникальный шанс ослабить Россию чужими руками, – после недолгих раздумий остался при своём мнении Фокс. Но ради выполнения миссии он готов был идти на уступки. – И в тоже время ты прав. У тэрингов и аваронцев появился общий враг. Победить его проще сообща. Поэтому мы заключим перемирие с Российской Федерацией. Можно даже на её условиях. Это не столь важно. Только не сейчас. Пусть сначала порастратит свои ресурсы, людишек положит, а мы ей в этом поможем.

На спокойном, уравновешенном лице Такано не отразилось даже тени эмоций. Японцы всегда умели владеть своими чувствами. Пойди-пойми, что у них в голове. Но Артур Фокс очень надеялся, что у него получилось убедить коллегу, а вместе с ним и остальных сомневающихся. Как-никак глава Токийского отделения пользовался большим авторитетом и влиянием среди клонов.

– Хорошо. Я передам твои слова руководителям филиалов, – проскрипел японец. – До встречи, Артур.

– Не затягивай. На долгие размышления у нас нет времени.

Такано кивнул в ответ, что услышал и завершил разговор.

Фокс раздражённо захлопнул крышку ноутбука. В самый ответственный момент лишиться поддержки соратников это поставить крест на всей миссии. Вариант, что Кенджи прав и пора завершать противостояние с аваронцами американец даже не рассматривал. Сейчас было важно усилить эскалацию конфликта, а после того как Альянс ввяжется в войну отступать будет поздно.

Укрепившись в своём решении, Артур вновь открыл ноутбук и, используя защищённую линию связи, набрал номер главы немецкого отделения.

– Людвиг, мы начинаем, – после короткого приветствия распорядился Фокс. – У вас всё готово?

– Почти, – признался Людвиг Больцман. – Нам бы ещё пару недель…

Вот именно их у Фокса как раз и не было. Лишнее промедление грозило полным разладом среди клонов. Правда, немцу этого знать было совсем не обязательно. Хотя Артур нисколько не сомневался, что Больцман в курсе всего происходящего. И совсем неизвестно чью сторону он примет в дальнейшем.

– Три дня. Большего дать не могу. Надо бить пока Россия не пришла в себя.

– Согласен, – поддержал босса пока преданный Людвиг. – Тогда мы начинаем.

– Через три дня, – напомнил американец.

Это могло сойти за уступки, но Фокс шёл на них только в том случае если они совпадали с его интересами. Имелись, неплохи шансы, что за это время Такано договорится с сомневающимися главами отделений. А русские ещё больше увязнут в противостоянии с пришельцами.

Глава 4

Лесник Ермолин, словно нарочно расчистил полянку возле дома. Как знал, что в будущем к нему в «гости» нагрянет толпа военных и заранее подготовил им место, где обосноваться.

В самой избушке с молчаливого позволения егеря разместился штаб.

И работа закипела. Командующий бойцами капитан, представленный нам как Ваганов Дмитрий Алексеевич, оперативно выделил несколько групп усиленных пулемётами на охрану периметра. В небо поднялись сразу два дрона, а вежливые люди (запросто ведь могли при первой встрече мордой в снег положить) в балаклавах куда-то испарились, словно их здесь и не было. Остальные принялись обустраивать лагерь, параллельно минируя линию периметра. Сноровисто, со знанием дела, без лишней спешки и суеты. В глаза сразу бросалось, что здесь собрались профессиональные военные которым подобные вещи не в новинку.

С подачи Казанцева капитан сразу взял в оборот «Призрака» с «Медведем». О чём они шептались возле штабной машины, и какие задачи перед ними поставил Ваганов, нам, естественно, не сообщили. Хотя мне было чертовски интересно. Я, конечно, мог спросить Руслана, как-никак согласно табелю о рангах имел на то полное право, но лишний раз общаться с бывшим другом не испытывал никакого желания. Алина, как ни странно, тоже держалась его стороной.

Уже в который раз я оказался не удел. Я, занимающий второе место в иерархии резидентуры аваронцев, вынужден был без дела слоняться по лагерю, ожидая, когда дадут отмашку выдвигаться к посёлку. А оттуда уже самолётом в Москву. Может, хоть там нужнее буду?!

– Замёрзла? – участливо спросил я у топчущейся радом со мной Алины.

Мы уже который час гуляли на улице, стараясь лишний раз не отсвечивать в штабе. Нет, специально из дома на свежий воздух нас никто не выгонял, но и разговоры вели вполголоса, постоянно косясь в нашу сторону. Потому и чувствовали мы себя не совсем комфортно.

– Нормально, – довольно бодро ответила Алина. – Сам как? Не устал?

Приятно когда о тебе заботятся. Интересно, мне показалось или на самом деле после моего героического поступка гордая аваронка стала относиться ко мне чуточку теплее. Если это так, то такими темпами скоро и до прежних чувств дело дойдёт. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

– Пока держусь, – почти не соврал я.

Чувствовал я себя на удивление хорошо, для того кто сутки провалялся в горячем бреду. Но и далеко не так отлично, как здоровый аваронец. Тело ныло, голова кружилась, периодически накатывала такая слабость, что хоть падай. По-хорошему мне бы ещё денёк отлежаться… Но это, увы, не светит. Казанцев прямым текстом заявил, что время не терпит.

– Иди в дом. Отдохни, – нарочито равнодушно сказала подруга, старательно не глядя в мою сторону. – Свалишься дорогой, что мне с тобой делать?

– Я не доктор, но в таких случаях советуют делать искусственное дыхание и прямой массаж…

Что конкретно мне надо помассировать договорить я не успел. Но она девушка сообразительная, наверняка догадалась, что ничего непристойного я бы ей не предложил. В отличие вон от того хмыря который сейчас вышел из дома.

– Вы готовы? Через тридцать минут выдвигаемся, – чуть ли не со ступенек крыльца выкрикнул нам Казанцев.

– Голому собраться, только подпоясаться, – глухо проворчал я, но Руслан меня услышал.

– Отлично. Гладь шнурки, я скоро буду.

И направился прямой наводкой к повреждённому «Хантеру», возле которого вот уже битый час крутились Степан Филиппович с племянником. Я сперва было удивился, и только потом вспомнил, что проводник – человек Казанцева. Не иначе бывший приятель пошёл новые инструкции выдавать. Или выспрашивать подробности последних трёх дней.

Не хорошо, конечно, о людях так думать, но подобного варианта я бы исключать не стал. Ну и ладно. Скоро я улетаю в столицу, и свидимся ли мы ещё хоть раз с Филатовым неизвестно.

– Зря ты, конечно, на улицу вылез, – Алина вновь заговорила о моём здоровье. – Белый уже весь, как полотно.

Однако. Как подменили подругу.

– Приятно слышать, что ты обо мне переживаешь.

– Естественно. Если ты загнёшься, кто дело сделает?

Вот оно что. А я уже себе нафантазировал… Как был лопух, так им и остался.

– Вот он и сделает, – я раздражённо кивнул на Руслана. – Терминатор, Бэтмен и Аркадий Паровозов, всё в одном флаконе.

Вспылил. Признаю. Нервишки в последнее время совсем ни к чёрту. Пустырник что ли попить? А вот Алина молодец. Спокойно перенесла мой эмоциональный срыв. Даже у виска не покрутила. Спасибо ей за то большое. Земной поклон до хруста в пояснице.

Дальше стояли молча, обиженные друг на друга.

Вот уж чего у Руслана было не отнять, так это пунктуальность. Ровно через полчаса мы впятером уже сидели в УАЗике Филатова. Обошлись без долгих проводов. «Призрак» с «Медведем» пожелали нам счастливого пути, с напутствием беречь себя. Ермолин накоротке перекинулся парой фраз с проводником, даже не взглянув в нашу сторону. Капитан Ваганов даже ручкой помахать не вышел. Случись наоборот, я бы сильно удивился.

– Всю дорогу поломали своими грузовиками, – пожаловался Филатов, едва отъехав от избушки лесника.

«Козлик» шёл тяжело, постоянно пробуксовывая в подтаявшем за день и основательно разрыхлённом «Уралами» снеге.

– Степан Филиппович, как же вы в ночь выехать решились? – не удержалась от ехидного вопроса Алина.

Вот уж действительно. Как сейчас помню, проводник нам категорически не советовал оказаться в тайге ночью. А сейчас уже начинались конкретные сумерки.

– После колонны, днём мы бы не проехали. Закопались бы по самый бампер, – нисколько не смутившись вопросом, ответил дед. – А ночью минус. Дорогу подморозит. Есть шанс проскочить.

Логично. Тут не поспоришь. Лично я даже не собираюсь. Лучше отдохнуть, насколько это возможно.

Я расслабленно прикрыл веки. Сон не шёл. Лишь клевал носом в какой-то бестолковой дремоте. Какой тут отдых? Одно мучение. Машину нещадно трясло и подкидывало на ухабах. Пару раз серьёзно буксовали. Я даже опасался, что придётся вылезать на мороз и выталкивать «УАЗик». Делать этого совершенно не хотелось. Разморило меня в тёплом салоне отечественного авто.

Но в целом путь до Туры прошёл вполне сносно. Не застряли, не заблудились, и слава Богу. В посёлок въехали уже засветло и первое, что бросилось мне в глаза – отсутствие оживления на улицах населённого пункта. Это можно было объяснить ранним часом и тем, что в отличие от никогда неспящей Москвы, к которой я привык, люди здесь предпочитали подольше отдохнуть перед новым трудовым днём. Им же в общественном транспорте по два часа не трястись, всё в шаговой доступности. Но тут, как вымерли все. Словно сегодня было позднее утро первого января.

– Не спешат у вас люди на работу, – заметил я, подглядывая в окно за редкими прохожими.

– Странно, – согласился со мной Игорь. – Обычно в это время куда оживлённее.

Вот и местные подтверждают. Значит, не показалось.

– Ничего странного, – влез с пояснениями, сидевший на переднем сиденье Руслан. – В посёлке объявили готовность к эвакуации. Все предприятия, школы и сады закрыты. Пока работают только магазины, аптеки и службы первой помощи.

– Это из-за «богомолов» что ли? – Степан Филиппович, похоже, даже не удивился.

Как впрочем, и мы с Алиной. Правда я не ожидал, что будет всё настолько оперативно. Видно дела совсем плохи.

– Почему раньше не сказали? – не дав Казанцеву ответить, всполошился племянник Филатова. – Мне же, получается, срочно в участок надо.

– Ты полицейский? – удивлённо спросил Руслан.

А вот это уже залёт, братец. Непрофессионально работаешь, если не знаешь с кем в одной машине едешь.

– Опер, – не без гордости сообщил Игорь. – Дядя Степан, останови. Я выйду.

Парня высадили в первом же попавшемся на пути «кармане». Всего за пару улиц от дома проводника.

На парковке возле дома машин стало заметно меньше. Видно самые нервные решили не дожидаться официального объявления эвакуации и спокойно уехать из посёлка. Разумно. Если есть такая возможность, зачем ждать часа икс? Там начнётся такая каша… Спешка, давка, неразбериха.

– Приехали, – объявил Степан Филиппович о конечной точке маршрута, вольготно припарковавшись у самого подъезда.

Помниться в прошлый раз мы еле втиснулись между машинами.

К мой радости вещи из машины доставать не стали сразу поднявшись в квартиру. Чувствовал я себя очень уставшим. Сказывалось болезненное состояние. Желание было скорее добраться до кровати и чуточку поспать. Хотя бы минут шестьсот. Даже душ принимать не буду. Я неприхотливый, как-нибудь обойдусь без ванны и чашечки кофе.

– Михаил, вам бы прилечь, – заметив, что я еле на ногах держусь, участливо посоветовал Филатов. – Идите в маленькую комнату. Там вас не побеспокоят.

Я ожидал услышать возражения Алины. Как-никак в прошлый раз она оставила комнату за собой. Но первым влез Казанцев:

– У девушки должно быть место личного уединения. А Михаил и на диване неплохо полежит. Так нам даже проще за ним присматривать.

В душе я был согласен с бывшим другом. Сам бы поступил бы точно также. Вот только покоробил тон, каким это было сказано, да и сама личность говорившего меня ужасно бесила. Но я стерпел. Ввязываться в очередную негативную словесную перепалку желания не испытывал. Скинул ботинки и прямо в верхней одежде завалился на диван. Знобило меня что-то.

Как уснул, сам не заметил. Помню умную мысль в голове гонять начал, да так и не успел додумать. Вырубился.

Зато пробуждение моё было резким. Что послужило тому причиной, я понял прежде, чем открыл глаза. Из соседней комнаты доносились характерные звуки борьбы.

Рывком, вскочив с дивана, я бегом обогнул стоявший по центру стол и распахнул дверь. Так и есть. Первое, что я увидел – извивающуюся ужом на кровати Алину и Руслана навалившегося на неё всем телом.

Мне понадобилась всего доля секунды, чтобы понять суть происходящего.

– Ты, что делаешь, урод!?

Я подскочил к кровати и отшвырнул Руслана в сторону. Он с размаху влетел в стоявший у изголовья комод. Не дав бывшему другу опомниться, я наотмашь припечатал его левой. Этого хватило. Сдавленно охнув, Казанцев без чувств распластался на полу.

Расправившись с насильником, я повернулся к Алине. И растерянно застыл на месте. Тело девушки ломало и выгибало дугой. Скрюченные пальцы царапали кожу на шее и перекошенном судорогами лице. Глаза бешенные, красные, без зачатков разума. Словно бес в неё вселился, как в кино про экзорцистов.

– Что стоишь? Держи её, – прохрипел на удивление быстро пришедший в себя Казанцев.

А то я не догадался. Растерялся только. Но это поправимо. Я навалился на Алину точно так же, как до этого на ней лежал Руслан. И быстро понял, что удержать её совсем не просто. И откуда только столько силы взялось в этом хрупком теле? Нет, я, конечно, знаю, что аваронка способна голыми руками завалить здорового мужика, но и я не человек.

– Руки держи.

Казанцев толкнул меня в бок, требуя подвинуться, и схватил девушку за ноги. Вдвоем стало чуточку легче.

– Что с ней? – тревожно прохрипел я. Дыхание сбилось, а мышцы уже начало забивать. Долго я так не протяну.

– Потом расскажу, – так же тяжело дыша, пообещал бывший товарищ. – Уже немного осталось. Обычно через пять-шесть минут приступ проходит.

Плевать на время. Сколько надо, столько и продержу. Зацепило слово «обычно». Выходит, этот приступ не первый и Руслан о состоянии Алины знает куда больше моего.

– Давно это у неё? – спустя некоторое время спросил я.

Судороги любимой девушки стали тише и слегка ослабил хватку. Не хватало вдобавок к расцарапанному лицу ещё и синяков ей оставить. Хотя они и так уже будут.

– За четыре месяца до твоей аварии началось, – Руслан отпустил Алину и сел на край кровати. – Пойдём. Ей нужно отдохнуть.

– С ней точно всё нормально? Повторного приступа не будет?

– Не будет. Минут через двадцать полностью придёт в себя. Как будто и не было ничего.

Мне оставалось только поверить на слово. Мы вышли из комнаты, и я плотно притворил за собой дверь.

– Теперь рассказывай.

На мой требовательный тон Руслан резко развернулся и ударил меня в живот. От боли я согнулся пополам и привалился к стене. Дыхание перехватило. А в горле, будто тугой ком застрял. Давно мне так не прилетало.

– Должок вернул, – усмехнулся разбитой губой Казанцев. – Ничего личного.

Мне-то как раз на личное перейти кулаки чесались. С трудом отдышавшись, я медленно разогнул спину. И в этот момент из коридора послышался скрежет ключа в дверном замке. Оказывается, всё это время Степана Филипповича не было дома. А я даже не заметил.

– Потом поговорим, – предупредил Руслан.

– Как скажешь, – согласился я, на негнущихся ногах ковыляя до дивана. – Когда Алина придёт в себя, выйдем, покурим.

– Без проблем.

***

Илья Иванович грузно откинулся на спинку кресла и, сняв очки, устало прикрыл веки. Воспалённые натруженные глаза тут же откликнулись неприятным жжением. Виски уже давно сковало тупой, ноющей болью. Отчего мысли в голове никак не могли сконцентрироваться на работе, постоянно норовя внести путаницу и вообще разбежаться в разные стороны.

Ничего не поделаешь. Возраст. Как-никак седьмой десяток разменял. Не выдерживает уже организм подобных нагрузок. На пенсию давно пора, а генерал всё никак не соберётся освободить место для более молодых и активных. Всё цепляется за работу, старается доказать, что ещё не ослабла хватка, что опыт с годами не растерять, что без него никак не обойтись. И сам же прекрасно понимал, что незаменимых нет. Даже в его конторе.

Порой Стоцкий ловил себя на мысли, что готов всё бросить и поддавшись настойчивым уговорам жены уйти на заслуженный покой. Заняться здоровьем, которое было уже совсем не то, что в молодости. Уделить время семье и любимой даче. И в тоже время понимал, что без настоящего дела не сможет. Вот и тянул лямку из последних сил. А уж теперь, когда в стране и мире творятся такие дела, то написать рапорт и вовсе рука не поднимется.

Илья Иванович посмотрел на часы. Вновь засиделся допоздна. Супруга опять обидится, возможно, даже разговаривать не будет. Обещал ведь прийти пораньше и помочь ляпать пельмени. Любила, а главное умела, его Галина готовить домашнюю еду. Да и сам генерал не променял бы уютную атмосферу кухни на бездушный столик в ресторане. Юбилеи, праздники и особые даты не в счёт, это дань традициям и признак хорошего тона. Принято так, понимаешь ли.

Стоило только вспомнить о еде, как проснулся аппетит и чувство голода. Всё, теперь точно пора домой. Ужинать и спать. Отдых нужен даже генералам. Завтра опять много работы требующей собранности и ясности ума.

Накинув пальто и выключив свет, Стоцкий вышел из кабинета. На улице его ждала служебная машина с личным водителем.

– Домой, Илья Иванович? – уточнил Виталий, по опыту зная, что даже в такой поздний час у начальства могут быть совсем другие планы.

– Домой, – устало кивнул генерал. – Завтра в шесть за мной заедешь.

– Вы бы отдохнули, Илья Иванович. Лица на вас нет, – посочувствовал Виталий, заводя двигатель.

– Отдохну, – пообещал старый разведчик. – Как только всё наладится.

– А наладится? – усомнился водитель.

– Обязательно, – уверенно ответил генерал, хотя сам такой уверенности не испытывал.

Коллективный Запад всерьёз взялся за Россию-матушку, приблизив мир к войне поистине планетарного масштаба. Блок НАТО проводит одно учение за другим. На базах альянса проходит боевое слаживание различных соединений, а на компьютерном моделировании даже целых родов войск. Склады каждый день пополняются новым вооружением и боекомплектом взамен старья с истёкшим сроком годности, переданным Украине. Участились попытки диверсионно-разведывательных групп вероятного противника пересечь границы Российской Федерации. А после недавних провокаций в Калининградской области и союзной Белоруссии вооружённое столкновение со странами НАТО стало вопросом времени. Просто так подобные вещи не устраивают. Кому-то нужен повод для войны. И Стоцкий владея точной информацией, прекрасно знал кому.

Клоны тэрингов мутят воду. Даже невзирая на то, что экспедиционный корпус их хозяев постыдно бежали, поджав хвост, после первого же боя. Не иначе надеются на возвращение рептилий или просто понравилось считать себя повелителями мира и вершителями судеб. Вот и захотели подмять все страны под себя. Теневое правительство, мать их.

– Кишка тонка с Россией тягаться, – проворчал себе поднос Илья Иванович. – Так и пупок развязаться может.

Виталий деликатно промолчал, лишь встревоженно покосился в зеркало заднего вида на своего пассажира. Совсем нечасто всегда спокойный и уравновешенный генерал позволял волю эмоциям. Видно и в самом деле всё настолько хреново.

Старый разведчик и сам уже понял, что не сдержался. Тревожный сигнал. Потеря самообладания для разведчика первый признак нервного перенапряжения. По-хорошему отдохнуть бы пару деньков. Только где на это время найти?!

Спустя десять минут служебный автомобиль остановился возле большого многоэтажного дома, где жил Стоцкий.

– Спасибо, Виталий, – пообыкновеннию поблагодарил водителя Илья Иванович и вышел из машины.

– Спокойной ночи, – успел пожелать мужчина, прежде чем захлопнулась дверь.

– Покой нам только снится, – глухо посетовал разведчик, провожая взглядом отъезжающий автомобиль.

Идти домой не хотелось. После духоты кабинета прохладный воздух ночной Москвы бодрил и дарил чувство покоя. И это здесь, в центре большого мегаполиса. Что же должен чувствовать человек наедине с природой, вдали от города с его вечной суетой? А может ну её эту работу? Собраться и уехать с женой на дачу. Отдыхать, сажать огурцы с помидорами и делать соленья. Встречать утро в беседке с чашкой ароматного кофе, утолять полуденную жажду холодным квасом где-нибудь в теньке, а вечерами сидеть на лавочке и наслаждаться закатом. Прожить остаток дней в своё удовольствие.

Илья Иванович криво усмехнулся своим мыслям и прогнал их прочь. Это усталость даёт о себе знать. Пробила на минутную слабость. Срикошетила в самое уязвимое место. Ничего, вытянем. Президент вон вообще двадцать четыре на семь трудится. И ничего. Всю страну на своих плечах тащит. А ведь тоже не молодой уже.

Генерал зябко поёжился, как-никак на улице был, хоть и небольшой, но минус, и пошёл к подъезду. Вынул из кармана связку ключей, и уже собирался было приложить ключ от домофона к замку, как возле него, словно из ниоткуда, выросли две мужские фигуры.

– Здравствуйте, Илья Иванович, – вполне вежливо обратился к генералу один из незнакомцев. – Уделите нам немного своего времени. Разговор есть.

Стоцкий холодно смерил подозрительным взглядом подошедших мужчин. Обоим лет по сорок, может с хвостиком. Гладко выбритые, ухоженные, со стойким запахом дорого парфюма. Одеты прилично, держаться уверенно, но не нагло. Эти себе цену знают и она, судя по всему, не маленькая.

– Для начала представьтесь, – потребовал генерал. – Я в подворотне с кем попало не разговариваю.

– Нет ничего проще, – отозвался мужчина. – Клос Этингер. Это мой товарищ Винфрид Лэнг. Мы сотрудники МАД.

– Коллеги значит. В какой-то степени, – неопределённо проворчал Илья Иванович, гадая, что от него понадобилось немецкой контрразведке. – Чем могу?

– У нашего руководства есть к вам серьёзное предложение по поводу сотрудничества двух наших ведомств, – сразу перешёл к сути дела Этингер. – На неофициальном уровне, разумеется.

– Звучит интригующе, – признался Стоцкий. Смешно будет, если окажется, что эта парочка решила его завербовать. Да к тому же тёмной ночью во дворе. Совсем ребята берега потеряли. – Я вас внимательно слушаю.

Клос Этингер слегка замялся, подбирая нужные слова. Стоцкий нетерпеливо кашлянул, поторопив мужчину.

– Мы представляем группу военных, бизнесменов и высокопоставленных чиновников, несогласных с проводимой властями внутренней и внешней политикой Германии, – почти официальным тоном начал немец и сразу перешёл на нормальный человеческий язык: – Мы не хотим войны. Тем более с Россией.

Даже тени удивления не отразилось на невозмутимом лице Ильи Ивановича. Он уже давно знал, что в некоторых западных странах сложилась определённая коалиция противников военного противостояния с Российской Федерацией. Грамотные люди понимают, что шутки шутить с ядерной державой себе дороже. Никто с ними в лестницу Германа Кана играть не собирается. Особенно после откровенных неудач на фронте страны 404. Будь иначе все эти «топящие за мир» первыми бы накинулись на Россию, как стервятники на раненого медведя, разместив свой военный контингент на границе от Херсона до Санкт-Петербурга. И готовые в любой момент снести пограничные столбы.

– А как же ваш пресловутый «Дранг нах Остен»? – сам собой напрашивался ехидный вопрос, но вместо этого генерал произнёс совсем другое: – Мы тоже не хотим войны. Но вы сами не оставили нам выбора.

– Большая политика, – виновато развёл руками Этингер. Его молчаливый товарищ лишь согласно кивнул. – Для этого мы здесь, чтобы не позволить политикам втянуть наши страны в третью мировую войну.

– Разумные слова, – сдержанно ответил Стоцкий не торопясь кидаться на шею вероятным союзникам. Причин доверять немцам у генерала не было. – И как же это сделать? Сменить власть в вашей стране? Или в нашей?

– Зачем же настолько радикально? – слегка наигранно удивился Клос. Судя по поспешности ответа, данный вариант немцами всё же рассматривался и стоял далеко не на последнем месте. – Моё руководство склоняется к плану мирного соглашения между Россией и странами Альянса, чтобы объединить силы против внешнего врага.

Генерал напрягся. Прозвучавшая фраза прямым текстом говорила об осведомлённости западных разведок присутствием космического корабля пришельцев на орбите Земли. С одной стороны ничего удивительного в этом нет, но с другой клоны тэрингов не могли позволить, чтобы данная информация могла просочиться до тех, кому знать это, было не положено. Что ж, дальнейший разговор обещал быть весьма интересным.

– Я вас правильно понял, мы сейчас говорим о нашем общем враге – Соединённых Штатах Америки?

Хотя и так уже было понятно, о чём идёт речь Илья Иванович не торопился озвучивать это первым. Сперва надо послушать, что скажут парламентёры.

– Именно, – не разглядев подвоха, уверено подтвердил слова генерала немецкий разведчик, чем немало удивил старика. – Далеко не все в Европе пляшут под дудку гегемона, как вы называете Штаты, и готовы выполнять все его требования в ущерб своей стране. У нас тоже есть патриоты, которые понимают, что Старый Свет для Америки враг и конкурент.

Стоцкий нахмурился. Складывалось впечатление, что ему «льют в уши» то, что он хочет услышать. Грубо работаете товарищи. Такие номера с бывшим разведчиком уже давно не прокатывали. Получалось или за дурака его держат, что было весьма сомнительно учитывая репутацию генерала, или боятся первыми начать правильный разговор. Что тем более странно. Для чего тогда вообще было нужно заводить этот хоровод?

– Я вас услышал. А теперь, парни, давайте по серьёзному. И начнём с самого начала. Вы кто такие?

Мужчины переглянулись и тот, что всё это время молчал, коротко кивнул напарнику. Этого оказалось достаточно, чтобы Стоцкий сделал нужные выводы.

– Илья Иванович, согласитесь, для серьёзного разговора улица не самое подходящее место, – уже совсем другим тоном сказал Этингер.

– Домой не приглашаю.

– Совсем не обязательно. За углом дома стоит наш автомобиль. Предлагаю поговорить там. Уверяю вам нечего опасаться. Даю слово.

– Слово это хорошо. Удобная штука. Захотел – дал, захотел – забрал. А уж без свидетелей так и вовсе пустой звук. Колебание воздуха, – проворчал Стоцкий.

И ни разу не соврал. Генерал придерживался мнения, что в наше неспокойное время на слово верят только идиоты, либо романтики. Что по итогу зачастую выходит одно и то же. Однако в данном случае решил пренебречь своими принципами. Интересно послушать, что ему скажут. А по поводу безопасности… Хотели бы причинить вред, давно бы уже это сделали. Вместо того, чтобы вести пустые беседы.

– Пойдёмте. Чего уж там, – согласно кивнул опытный разведчик, ещё не догадываясь, что совершил свою самую страшную ошибку.

Глава 5

Вот уже которые сутки после теракта Вадим прятался в съёмной квартире. В надежде, что здесь его никто не найдёт. И шансы на это были весьма неплохие.

Подготовился молодой человек основательно. Первым делом предупредил друзей и родственников, а также подписчиков своего канала, что на некоторое время уезжает из города. Накануне теракта Вадим обналичил с карты все имеющиеся деньги, снял эту самую квартиру и закупился продуктами в расчёте на неделю.

Всё предусмотрел. Точнее сделал так, как научили заказчики. Даже сразу после исполнения выкинул свой телефон, чтобы по нему не могли его отследить. Для связи организаторы выдали парню обычный кнопочный мобильник с абсолютно левой сим-картой. Правда, телефон этот вот уже третьи сутки лежал без дела. Наниматели не спешили о себе напоминать, и Вадим начинал серьёзно задумываться, что его банально кинули.

Оказалось, это не так. В районе десяти вечера мобильник вдруг ожил совсем немелодичным, противным пиликаньем. Ответить на вызов было делом нескольких секунд. Не зря, опасаясь пропустить важный звонок, парень везде таскал телефон с собой, будь то уборная, ванная или кухня.

– Слушаю, – неожиданно сорвавшимся голосом выдохнул в трубку Вадим.

Нервное, не иначе.

– Через час на детской площадке во дворе дома, – старательно выговаривая слова, произнёс чуть хрипловатый мужской голос с отчётливым английским акцентом.

Парень даже «Хорошо» сказать не успел, как связь прервали.

Молодой человек положил телефон на журнальный столик, понимая, что больше он ему не понадобиться. Звонков не будет.

Весь час Вадим был, как на иголках. Минуты тянулись неимоверно долго, выматывая последние остатки нервов. Не в состоянии сидеть в четырёх стенах, парень вышел на улицу задолго до назначенного времени. На свежем воздухе дышать стало намного легче, чем в душной квартире. Вечерняя прохлада успокаивала.

– Вот так неожиданная встреча. А мы тебя уже потеряли.

На лавочку возле детской песочницы присел мужик откровенно уголовной наружности. Вадим испуганно сжался, лучше чем кто либо другой зная, что можно ожидать от этого типа.

– Ну, что Вадик, когда долг отдавать думаешь?

Тушите свет, как говорится. Парень затравленно огляделся по сторонам.

– Не дёргайся, – со спины подошёл ещё один и положил свою тяжёлую руку ему на плечо. – Не обидим. Наверное.

Тот, что присел на лавку, издевательски усмехнувшись, пояснил:

– Всё зависит от твоего ответа на мой вопрос.

А то Вадим сам об этом не догадался. Скажешь «нет», увезут в лес, как в прошлый раз, приставят пистолет к виску и доходчиво объяснят, что в приличном обществе долги принято отдавать. А потом ещё по почкам пропишут. Не со зла, конечно же, чисто в педагогических целях. Для закрепления пройденного материала.

– Сейчас денег нет, – робко промямлил молодой человек, съёжившись ещё больше.

В тот же момент рука второго уголовника отпустила плечо парня, но только за тем, чтобы схватить его за горло.

– Неправильные ответы, Вадик, даёшь, – в своей излюбленной глумливой манере посетовал сидящий на лавке. – Спрошу ещё раз. Только подумай хорошо. Когда долг отдавать думаешь?

– Завтра, – натужно прохрипел Вадим. – Завтра мне должны за работу заплатить.

Почти правду сказал. Деньги должны были передать сегодня, но «светить» их перед бандитами молодой человек не хотел. Сумма там была гораздо больше его долга.

– Напомни мне, сколько раз я это слышал? – попросил бандит, закуривая сигарету. То, что курить возле детской площадки категорически запрещено его нисколько не смущало. Да и какие дети? Одиннадцатый час на дворе. – «Завтраки» уже приелись.

Горло сдавило сильнее, отчего сразу стало трудно дышать.

– Правду говорю, – выталкивая из лёгких остатки воздуха, натужно прохрипел Вадим. – Отпусти.

Мужчина, абсолютно равнодушно наблюдая за судорожными попытками должника вырваться из крепких рук своего напарника, не спеша сделал затяжку. Выпустил через нос две тонкие струйки дыма и, сплюнув под ноги, наконец, сжалился над Вадимом.

– Отпусти придурка. А то сдохнет, не ровен час, кто нам долг отдавать будет?!

– И то верно, – хрипловато отозвался второй бандит, разжимая руку.

Вадим закашлялся, жадно глотая воздух. Горло садило и отдавало болью. Сволочи. Так над живым человеком издеваться.

– Ну как ты? Подышал? – участливо поинтересовался главный.

Парень лишь слабо кивнул в ответ.

– Хорошо. Теперь рассказывай. Что это за работа такая, на которой обычный блогер за несколько дней может полторы сотни косарей настричь? Банк ограбил?

За спиной Вадима невнятно хмыкнул вышибала с интеллектом хлебной корочки. Таким чем тупее юмор, тем веселее.

– Вам это зачем? – Осмелился возразить должник, даже не собираясь говорить правду. Как бы ни пугали его эти двое, своих случайных работодателей он боялся значительно больше. На то имелись веские причины. Заказать теракт на похоронах совсем не то же самое, что мелочь по карманам тырить. – Деньги будут. Обещаю.

– Хорошо бы, – мужчина затушил окурок об лавочку и щелчком отправил его прямиком в песочницу. – Не хочется из-за каких-то ста семидесяти кусков на мокруху подписываться.

– Сто пятьдесят, – на автомате поправил его Вадим, запоздало сообразив, что это вовсе не случайная оговорка.

– Проценты. Плюс инфляция. Вот двадцатка и набежала. – Уже ожидаемо пояснил бандит.

– За неделю?!

– Восемь дней. Мы, Вадик, не благотворительная организация чтобы убытки нести. Ремонт «Гелика» удовольствие не дешёвое. Особенно сейчас, когда цены каждый день растут.

При воспоминании о причине долга парень обречённо вздохнул. Вот ведь угораздило так вляпаться. На ровном месте попасть на «бабки». А главное ведь были знаки. Всё в тот день просто кричало о надвигающейся чёрной полосе.

Сперва почему-то не сработал будильник в телефоне. Отчего Вадим проспал на запланированный пикет от местной оппозиции, и от этого приходилось торопиться. А спешка, как известно только мешает. Одеваться и пить кофе пришлось одновременно, прямо на ходу. Как закономерность – коричневое пятно на единственной чистой футболке. А дальше, как по списку: забытый в спешке телефон, за которым возвращался уже из лифта, сдохшая батарейка в брелоке сигнализации, и до кучи технический перерыв в ближайшем магазине в котором парень хотел купить замену.

Словом торопился, как жених на свадьбу. Это понятно, репортаж должен был выйти – бомба. Как раз по теме блога. Потому и гнал Вадим не жалея старенький, но верный «Ситроен».

Правду люди говорят – не спеши, а то успеешь. Вот парень и успел.

Как перед мордой оказался чёрный тонированный «Гелендваген» Вадим так и не понял. Времени и расстояния для манёвра не оставалось. Визг тормозов, руль вправо, резкий хлопок и картина маслом – француз берёт немца на таран.

Приехали.

Чисто на автомате Вадим включил аварийку, с замиранием сердца наблюдая, как из «Мерседеса» не спеша вылезают двое мужчин в кожаных куртках и явно бандитскими физиономиями.

Один из них тут же принялся осматривать машину на повреждения. Другой подошёл к «Ситроену» Вадима и постучал в окно водителя.

– Куда-то торопимся? – угрожающе произнёс мужик, когда опустилось стекло.

– Нет, – невнятно промямлил парень. Мысли путались, а обычно хорошо подвешенный язык вдруг стал совершенно непослушным.

– Вот и отлично. Выходи, поговорим.

Молодой человек побледнел. От страха ноги вдруг сделались ватными, а в животе подозрительно заурчало.

Упираться и что-то доказывать, смысла не было. Да Вадим бы и не рискнул, будучи полностью в подавленном состоянии. Страх парализует. Особенно если духом не силён. А храбрецом начинающий блогер себя никогда не считал.

Вот так парень и попал на деньги. Кто в этой ситуации был прав, кто виноват, выяснять уже поздно. Надо было сразу вызывать полицию, чтобы те разобрались, задокументировали и оценили ущерб. И будь на месте Вадима кто-нибудь понапористее и посмелее обязательно бы так и сделал. Но… Что тут скажешь? Дело сделано, дура замуж выдана. Теперь придётся платить всё, что насчитали и можно гулять спокойно.

Остался решить только один вопрос – где взять деньги? Такой суммы у Вадима не было. Блог его большой популярностью не пользовался и соответственно великих доходов не приносил. Родных и знакомых способных одолжить такую сумму не имелось. И личных сбережений, после вложений в новый ноутбук взамен старого, на котором совершенно невозможно было работать, осталось едва ли пара десятков тысяч.

Вот тут заказчики и объявились.

Сначала на электронную почту пришло письмо с предложением рекламного сотрудничества. Какой товар предстояло нахваливать, Вадима не очень интересовало, главное указанная сумма гонорара почти на половину покрывала сумму долга. Неудивительно, что за такую удачу блогер вцепился обеими руками.

После короткой переписки стороны договорились о личной встрече, на которой обсудят все детали. На неё пришли мужчина и женщина, представившиеся коммерческим директором компании и маркетологом соответственно. Внешний вид заказчиков, манера разговора и поведение в целом, выдавало в них серьёзных, состоятельных людей. А чёткий английский акцент указывал, что компания имеет зарубежные корни.

Обменявшись любезностями, перешли к делу. И вот тут всё пошло совсем не так, как представлялось Вадиму. Сперва ему задали несколько странных вопросов, по его мнению никак не относящихся к рекламе товара. Полученные ответы, похоже, удовлетворили нанимателей, и они раскрыли истинную причину встречи.

Услышав, что ему предлагают, молодой человек не поверил своим ушам. Даже закралась крамольная мысль уж не розыгрыш ли это? Но парочка была очень убедительна в своих словах. Пришлось поверить и отказаться от сотрудничества.

Вот только соскочить, как оказалось, не так просто. Заказчики честно предупредили, что в случае отказа им придётся убить Вадима. В случае согласия, хорошо заплатят. И дали время на подумать. До утра.

Парень ушёл со встречи сам не свой. Получилось так, что из огня он попал в полымя. Вместо того, чтобы решить свои проблемы, нажил новые неприятности. Но и старые никуда не делись.

Вечером в гости к Вадиму пришли владельцы разбитого «Гелика» и напомнили о долге. Причём сделали это в лучших традициях девяностых и фильмов о бандитах. Просто отвезли в лес и напугали до икоты и спазмов в животе. Назначили крайний срок, прописали по почкам и отпустили собирать деньги.

После таких приключений Вадим не спал всю ночь. Искал выход из сложившейся ситуации и не находил его. Перебирал в голове сотни вариантов, один бредовее другого. Крутил и так и эдак. Под утро, наконец, определился. Шанс выжить был только один – обратиться в полицию.

Но и тут не срослось. Уже на подходе к управлению Вадиму на телефон позвонил липовый коммерческий директор и вежливо предупредил – как только парень поднимется на первую ступеньку, снайпер продырявит его не очень умную голову.

Именно в этот момент начинающий блогер понял насколько всё серьёзно. От этих страшных людей так просто не скроешься. Найдут и убьют. Как обещали. Вадиму не осталось выбора кроме как согласиться.

– Завтра. Всё отдам. Я обещаю, – жалобно простонал Вадим, молясь только об одном, чтобы эти двое, наконец, свалили.

Парень сильно переживал, что заказчики не рискнут подходить, увидев рядом с ним других людей. А значит, плакали его деньги.

– Завтра крайний срок, Вадик, – согласился на последнюю уступку бандит, при этом, не забыв напомнить: – Не отдашь, сам знаешь, что с тобой будет. И больше не прячься. Всё равно найдём.

– Отдам. Обещаю, – заверил Вадим и напрягся ещё больше.

К лавочке неспешным прогулочным шагом приближались заказчики. С виду ничего плохого не подумаешь. Обычная пара, взявшись под ручку, возвращается домой. Или вышли подышать перед сном. Но молодой человек прекрасно знал по чью душу, и с какой целью эти люди появились во дворе. И если сейчас они пройдут мимо, то это конец всему.

Не прошли. Остановились строго напротив лавочки.

– Добрый вечер, молодые люди, – растянув губы в притворной вежливой улыбке, поздоровалась женщина.

– Здравствуйте, – растерянно промямлил Вадим.

Бандиты промолчали, настороженно сверля взглядом подошедшую парочку.

– Благодарю за работу, – нисколько не смущаясь посторонних, продолжила женщина. – Не всё прошло так, как бы нам хотелось, но вы своё дело сделали хорошо. С нашей стороны претензий нет. Оливер, выдайте нашим помощникам заработанный гонорар.

До начинающего блогера только сейчас дошла странность слов заказчицы. Оказалось, что обращалась она не только к нему, но и к бандитам тоже. Получается, они знали друг друга и были в сговоре. В каком, догадаться не трудно.

Парень возмущённо повернулся к сидящему рядом мужчине. Если что-то и хотел сказать, то не успел. Послышался приглушённый хлопок и уголовник, дёрнув головой, обмяк на лавочке. Ещё хлопок и за спиной грузно упало на землю тело его приятеля. Третьего хлопка Вадим не услышал. Но он был.

– Саманта, ты уверена, что убивать этих дуболомов было необходимо? – тихим вкрадчивым голосом поинтересовался мужчина, аккуратно кладя пистолет на лавочку рядом с бездыханным телом Вадима. – Они нам могли ещё пригодиться.

– Оливер, мы уже обсуждали это, – Саманта взяла напарника под руку, и они всё тем же неспешным прогулочным шагом пошли дальше. – Лишние свидетели нам не нужны. К тому же пришло распоряжение из центра закончить здесь все дела и завтра вечерним рейсом вылетать в Минск. Похоже, руководство решило втравить Белоруссию в Большую Игру. А там и до войны недалеко.

***

– Почему они не нападают? – хмуро спросил полковник Скир боясь отвезти глаза от голографического макета сектора и пропустить начало второй волны атаки. – Чего ждут?

– Не знаю, – нервно огрызнулся командующий. – Но не отступят. Это точно.

На это никто и не надеялся. Враг ещё не задействовал и сотой доли своего потенциала, чтобы вот так запросто отказаться от своих планов. Но отчего-то медлил. Это пугало и сильно раздражало. Сами собой напрашивались мысли, что имперцы готовят некую подлянку, неожиданный удар способный быстро и надёжно сломить сопротивление пограничников.

– Зато у нас появилось время для подхода патрульных кораблей, – подсластил пилюлю полковник.

Командующий раздражённо покосился на своего заместителя. Что за чушь говорить этот ящер?! Неужели он не понимает, что одно из преимуществ агрессоров – фактор неожиданности, помноженный на время. И если они его так бездарно теряют, значит, есть на то веские причины.

– Именно это меня и настораживает, – признался Ярг Хронг. – Будьте готовы активировать «Сеть».

– Уверены? – в интонации помощника отчётливо слышалась крайняя степень сомнения.

Что было совсем не удивительно. «Сеть» являлась новейшей разработкой оружия защитного действия. Раскрывать её существование и принцип работы, в мелкой локальной стычке, полковник считал нецелесообразным. Сам генерал придерживался схожего мнения, но вполне обоснованно опасался, что наличными силами оборона сектора не сможет предотвратить прорыва границы.

– Других вариантов у нас нет, – клацнул зубами командующий.

– Можно задействовать экспедиционный корпус, – напомнил генералу Триг Скир.

Раздираемый внутренними противоречиями Ярг Хронг обманчиво неуклюже перевалился с лапы на лапу. Не так просто было переступить через личную и родовую гордость и попросить помощи у регулярной армии. С одной стороны флот мог решить все их проблемы. С другой это означало расписаться в собственном бессилии и покрыть позором весь клан.

– Корпус оставим на самый крайний случай, – не изменил своего первоначального решения генерал. – Полковник, свяжись с главным штабом. Доложи о нашем критическом положении и запроси дополнительное подкрепление.

– Будет сделано, – отчеканил заместитель и удалился с капитанского мостика.

В большое подкрепление командующий не верил. Хорошо если вообще что-то дадут. Согласно нормативам первую волну вторжения охрана сектора должна отражать собственными силами, в случае необходимости привлекая патрульные корабли. Всё! Остальной флот Рода стоит на причале и выжидает. В бой вступает только тогда, когда ясна численность противника, его основная цель, направление удара и глубина проникновения. Иначе есть риск купиться на отвлекающий маневр, и пропустить основной удар.

– Генерал, корвет вошёл в зону действия ближних радаров, – по громкой связи доложил отвечающий за наблюдение ближнего космоса офицер.

– Генерал, противник выпустил перехватчики, – практически тут же раздался голос другого наблюдающего. – Количество уточняется.

Началось. Складывалось впечатление, что имперцы только и ждали подхода звездолёта.

– Корвету, держать расстояние в пятнадцать секунд от Стоха, – отдал распоряжение командующий. – Операторам, вычислить траекторию кораблей противника.

Генерал застыл перед голографическим изображением сектора. Вот теперь посмотрим кто для них первоочередная цель.

– Генерал, имперцы задействовали сто семьдесят шесть перехватчиков, – офицер озвучил уточнённые данные. – Держат курс на корвет.

– Отлично, – Ярг Хронг не мог поверить в такую удачу. – Приказ корвету, отойти в сектор семь дробь двенадцать. Оператору, скинуть командиру корвету схему заграждений с координатной сеткой сектора.

В том, что патрульный корабль сможет пройти сквозь минное поле, генерал был уверен, как в самом себе. Пограничники считались одними из лучших в армии и проходили довольно жёсткий отбор. А экипажи звездолётов и вовсе являлись элитой флота рода Иргран. Такие справятся, сомнений нет. И почти две сотни штурмовиков противника уже сейчас можно смело списать, как несуществующие.

Теперь лишь бы купились. Не бросили преследование убегающего корабля, переключившись на стационарные объекты. Ярг Хронг нервно постукивая мясистым хвостом по металлическому полу, напряжённо наблюдал за белым квадратом корвета и догоняющими его красными точками штурмовиков.

– Доложил? – обратился командующий к вошедшему заместителю.

– Доложил, – глухо прорычал полковник.

Дальше можно было не спрашивать. И так понятно, что подкрепления не будет. Но Ярг Хронг привык выстраивать стратегию боя, основываясь на конкретных данных, а не на своих догадках.

– Ответ?

– Любой ценой не допустить прорыва границы.

Генерал скрипнул зубами в полной решимости исполнить свой долг. Он, как и любой пограничник знал, что их не кинули на произвол судьбы, а доверили ответственную миссию – остановить неприятеля. Или, в крайнем случае, выиграть как можно больше времени. Не возникало сомнений, что Старейшины рода уже объявили чрезвычайную ситуацию, а флот и армия перешли в режим повышенной боевой готовности. Все силы брошены на формирование бригад и корпусов для отражения вторжения.

– Генерал, звездолёты противника пришли в движение. Курс прямо на нас.

Вот и пришло время умирать. Ярг Хронг сжал кулаки. Хитро придумали аваронцы, отогнав своими штурмовиками корвет. Без прикрытия кораблей стационарные линии обороны крайне уязвимы и имперские адмиралы прекрасно об этом знают. Но и тэринги не вчера на свет появились.

– Сколько осталось времени до прибытия эсминца? – потребовал генерал уточнённые данные.

– Минута двадцать секунд, – с готовностью отозвался молодой оператор в звании лейтенанта.

Командующий глухо рыкнул. У эсминца имелись все шансы попросту не успеть прийти на помощь.

– Корвет вошёл в сектор, – уведомил командира полковник Скир, наблюдая на карте за манёвром звездолёта.

Белый квадрат не снижая скорости, устремился в самую гущу минных заграждений. Запетлял, ловко избегая фатальных столкновений. Штурмовики аваронцев, не подозревая о ловушке, со всего разбега влетели за ним, и началось избиение.

Замаскированные под обычные разведывательные зонды и оснащённые датчиком распознавания целей «умные» мины пришли в движение. У каждой из них имелся слабосильный двигатель с небольшим запасом хода. Которого, однако, вполне хватало достичь проходящий в непосредственной близости космический объект и взять его на таран.

С нескрываемым удовлетворением и присущей рептилиям агрессивной радостью генерал наблюдал, как один за другим гаснут красные огоньки, а белый квадрат корвета, вырвавшись из опасной зоны, лёг на разворот к Стоху.

Одной проблемой меньше. Про сектор семь дробь семнадцать можно забыть. Осталось разобраться с крейсерами.

– Открыть пусковые торпедные шахты, – приказал командующий.

– Рано, – рискуя попасть под гнев начальства, предупредил Триг Скир. – Аваронцы пока слишком далеко. Если запустим торпеды сейчас, половину собьют на подлёте встречным залпом. Остальные уничтожат скорострельные пушки активной обороны. Если будем ждать, они обнаружат открытые шахты.

Вопреки ожиданиям генерал не отреагировал, как подобает на дерзкие слова своего заместителя. Не до субординации, когда сама жизнь висит на волоске.

– Ждать не будем. Если они успеют ударить первыми, от нас ничего не останется, – Ярг Хронг в бессильной злобе выпустил когти. – У нас есть только один шанс. И мы его не упустим. Приказ, торпедная атака всем боекомплектом. Без остатка.

Полковник Скир скептически помотал головой, но в этот раз высказаться вслух, не осмелился. Хотя и считал данную затею безумием. Остаться один на один с врагом имея в арсенале пустые пусковые шахты и редкую цепочку лазерных пушек, это всё равно, что добровольно отправиться в пищеблок. И судя по повисшей в центре управления обороной сектора тревожной тишине, понимали это и другие тэринги. Но приказы не обсуждаются, их выполняют.

Без малого пять сотен торпед, до этого искусно спрятанные в недрах спутника Стоха, устремились навстречу кораблям противника. Со сверхмощными боеголовками. Десятка хватит, чтобы списать в утиль даже тяжёлый эсминец. Полтора – смертный приговор крейсеру. Того количества, что ящеры выпустили по двум кораблям Империи достаточно для уничтожения всего живого на целой планете. Страшная сила.

– Семь секунд до цели, – доложил капитан осуществивший запуск.

– Почему они не отвечают? – растерянно рыкнул полковник Скир.

И тут генерала осенило. Если бы он только догадался об этом раньше…

– У них нет ракет. Вспомни, они ни разу их не использовали.

Заместитель, наморщив чешуйки лба, согласно кивнул головой.

– Глупо. Нельзя надеяться на одни лазеры.

– Три секунды. Две.

Оказывается можно. На последней секунде подлётного времени корабли противника дали дружный залп. Тысячи ярких лучей слились в один сплошной световой поток. Сотни торпед так и не достигнув цели, раскрылись огненными цветами, чтобы тут же погаснуть в безвоздушном пространстве. Космический фейерверк, как сказали бы земляне. И представление только начиналось.

Почти полсотни торпед прорвались сквозь шквальный заградительный огонь. Добрых две трети из них атаковали правый звездолёт, в считанные секунды превратив его в облако раскалённой плазмы. Остальные боеголовки ударили по второму кораблю.

И их количества оказалось мало. Вражеские перехватчики и десантные катера взрывались целыми гроздьями Ганжо, но до «сердца» звездолёта торпеды так и не добрались.

– Корвету, любой ценой уничтожить крейсер аваронцев, – выкрикнул Ярг Хронг, понимая, что промедление смерти подобно. Имперцы в любой момент могут применить своё сверхоружие и тогда база, вместе со спутником, превратится в космическую пыль.

Патрульный корабль был совсем рядом, но всё же недостаточно близко. У противника хватало времени, чтобы успеть выстрелить своим главным калибром. Однако командир потрёпанного звездолёта принял решение выйти из боя.

– Уходят, – радостно доложил полковник Скир.

– Вижу, – устало вздохнул генерал. Радости своего заместителя он не разделял. Было чёткое понимание, что имперцам не хватило самую малость, чтобы сломить сопротивление рода Иргран. Нужно срочно пересматривать устройство всех линий обороны и насыщать их новым вооружением и дополнительными кораблями. Иначе в следующий раз (в том, что началась большая война, Ярг Хронг не сомневался) аваронцы придут более подготовленными.

– Генерал, эсминец вошёл в зону ближних радаров, – доложил лейтенант.

– Почти успел, – задумчиво пробурчал командующий.

Эта попытка прорыва границы выявила много слабых моментов, в том числе и большое расстояние между патрульными кораблями.

– Прикажешь догнать и уничтожить? – хищно оскалился полковник.

Разумное предложение. Эсминцу на пару с корветом вполне по силам добить убегающий на последнем издыхании крейсер врага. Но это означало лишиться прикрытия на случай повторной атаки. Неизвестно, может данная атака была лишь разведкой боем и основные силы Империи ждут удобного момента для настоящего вторжения.

– Нет. Пусть уходит и передаст своим, что воевать с тэрингами себе дороже.

Глава 6

Разговора у меня с Русланом в тот день так и не получилось. Сперва помешал Филатов. Потом из комнаты вышла Алина. Бледная, с расцарапанным лицом. Бросив на меня косой хмурый взгляд, прошла прямиком в ванную. Я невозмутимо посмотрел ей вслед. Руслан, казалось, вообще не обратил на девушку внимание. А Степан Филиппович, подозрительно осмотрев каждого из нашей троицы, оставил свои мысли при себе. Заслужив моё отдельное уважение. Не люблю когда чужие лезут в семейные разборки.

– Выйдем. Покурим, – предложил я бывшему другу уже без всякой агрессии со своей стороны.

Я быстро отхожу. За прошедшее время успел уже остыть. А вот серьёзный разговор с вопросами и ответами надо бы закрыть.

– Пойдём, – демонстративно равнодушно пожал плечами Казанцев.

Я только привстал с дивана, когда за окном бабахнуло так, что задрожали стёкла. Затем ещё раз, уже значительно ближе. И гул реактивного самолёта.

– На сверхзвук перешёл, – неуверенно предположил я.

Слышал такие истории, что когда истребитель совсем близко пролетает, то не только стёкла вдребезги, у домов крыши ломает.

– Не похоже, – не согласился с моей версией Филатов, поднимаясь из-за стола. – Скорее взрывы были.

Это уже интересно. И не мне одному. Мы втроём столпились возле окна силясь рассмотреть, что происходит на улице. Безрезультатно.

– Похоже, с той стороны дома, – слегка разочарованно сказал Степан Филиппович. – Отсюда не увидим.

В небе вновь послышался гул истребителя. Нет, двух. Запоздало включилась воздушная тревога. И снова взрыв. Уже значительно дальше, чем в первый раз, но от этого не легче. Что-то серьёзное делается. Очень похоже, что «богомолы» подбираются к посёлку.

– Что происходит? – из ванной комнаты вышла встревоженная Алина.

– Воздушный бой, – я успел первым высказать свою мысль.

– Я не с тобой разговариваю, – жёстко обрубила аваронка.

Меня, как мешком пришибло. Крайне неловкая ситуация. Сразу почувствовал себя идиотом, которому девушка прилюдно звонкую оплеуху отвесила. А главное, за что такая немотивированная агрессия в мой адрес? Непонятно. И разбираться пока совсем не хочется. Ну её на хрен от греха подальше. Лучше промолчать. Дешевле будет.

– Михаил прав, – неожиданно поддержал меня Казанцев. Я перехватил его взгляд. Никакой издёвки или иронии. Лишь сочувствие и понимание. – Наша авиация кого-то «приземлила». Судя по взрывам, как минимум два объекта. Возможно десантные катера чужаков.

Вот так. Открытым текстом. Я по инерции покосился на хозяина квартиры. Вот, что значит сила привычки. Запоздало сообразил, что Филатов про «богомолов» знает не меньше моего. Сталкивался уже. Да и тайны из этого никто не делал. Скорее наоборот. Люди должны знать правду, чтобы в случае непосредственной опасности адекватно реагировать на возникшую угрозу.

– Прямо над посёлком, – нахмурилась Алина. – Когда жителей эвакуировать будут?

– Не знаю, – пожал плечами Руслан. – Я за это не отвечаю. Но думаю теперь уже скоро.

– А смысл? – с некой обречённостью в голосе пробурчал Филатов. – Я разговаривал с людьми. Говорят и за сотню вёрст от нас чужаков сбивают. В новостях, опять же, только об этом и говорят. Почти во всей Сибири уже отметились. Куда бежать то?

Теперь понятно, почему старик таким задумчивым вернулся. И сидел, ни с кем не разговаривая. Своё в мыслях гонял.

– Без паники, Степан Филиппович, – постарался подбодрить старика Казанцев. – Неужели несколько пришельцев смогли тебя так напугать?!

Боже, какую чушь несёт этот аваронец. Кто его только большим начальником поставил?!

– А я не за себя боюсь, – покачал седой головой Филатов. – Может нам отряды самообороны организовать? Места у нас дикие, промысловые, оружие у многих есть.

– Это ты уже впереди паровоза бежишь, – Руслан на корню обрубил инициативу проводника. – Сейчас военные подтянутся, небо закроют, всё нормально будет. Ни один «богомол» не проскочит.

– Не обольщайся, – скептически хмыкнул я, чем заслужил гневный взгляд бывшего друга.

Алина и та неодобрительно покосилась. А, что я такого сказал? Утешать взрослого мужика заведомой ложью, не уважать ни себя, ни его. Филатов далеко не прост и сам прекрасно понимает, что пока это лишь цветочки. Настоящее вторжение впереди. И к нему надо готовиться. Потому что неизвестно когда оно начнётся и когда прибудут обещанные войска.

– Руслан, когда мы вылетаем? – завершая неприятную тему, спросила Алина.

– Вечером.

Мне показалось или в голосе начальника уже не было той уверенности, что была ещё вчера.

– Точно? – переспросила аваронка.

Выходит, не показалось.

– Точно, – излишне нервно отреагировал Руслан и, посмотрев на часы, заторопился на выход. – Мне надо отлучиться ненадолго. Скоро буду.

И повернувшись ко мне, сквозь зубы буркнул:

– Позднее поговорим.

Я в ответ лишь молча развёл руками. Разговор у нас предстоял серьёзный, и если сейчас не получилось, значит, отложим на потом. На бегу такие дела не решаются.

Дождавшись, когда былой товарищ уйдёт по делам, я вышел покурить на свежем воздухе. На улице было по-весеннему тепло и приятно. За те несколько дней, что мы были в тайге, снежные кучи, наваленные за зиму дворниками и снегоуборочными машинами, изрядно подсели. А тротуары и дороги и вовсе посерели голым асфальтом. Ветки кустов начали набухать почками, а на дорожках теплотрасс уже показались первые зелёные ростки травы. Разительный контраст с пока ещё заснеженной тайгой. Ничего удивительного. В населённики весна всегда приходит раньше. Особенно туда, где коммунальщики хорошо справляются со своими обязанностями.

Я достал из пачки сигарету и присел на лавочку, задумчиво теребя в руках фильтр. Меня беспокоила Алина. Вот именно. Совсем не инопланетная угроза дамокловым мечом нависшая над планетой, а здоровье любимой девушки. Что это за неведомая болезнь такая, против которой бессильна медицина Империи? В лаборатории покойного Ромашова трудились присланные из метрополии квалифицированные специалисты на самом современном оборудовании, с помощью которого можно синтезировать любое известное аваронцам лекарство. И тут не справились?! Как-то не верится. Ведь если я всё правильно понял, препарат введённый Русланом не лечил болезнь, а лишь купировал приступ.

Из соседнего подъезда торопливо вышел мужчина, кивнул мне головой, знать по привычке и направился к парковке, на ходу снимая серебристую «Ладу» с сигнализации. Подогнал авто прямо к подъезду перекрыв собой дорогу и заглушив мотор вылез из машины.

Вдалеке послышался нарастающий гул военных вертолётов. Этих я знаю, сталкивался. Мужчина, похоже, тоже. Тревожно посмотрел в небо, бросил на меня быстрый испуганный взгляд и торопливо скрылся в подъезде. Ещё несколько дней назад я бы посчитал его поведение странным. Теперь нет. Кажется вполне адекватным.

Я, наконец, закурил и огляделся. Увиденное в который раз подтвердило, что оперативник из меня никакой. Задумавшись о своём, я не обратил внимания на то, что следовало заметить в первую очередь. В посёлке началась тихая эвакуация.

Машин у домов стало заметно меньше, чем даже было с утра. А возле тех, что остались сейчас активно суетились люди, загружаясь ценными и необходимыми вещами. У многих рядом суетились дети. Что было вполне понятно. Выезжали целыми семьями.

Где-то вдалеке послышался вой полицейской сирены. Не иначе мародёры уже успели выйти на свой паскудный промысел. Неудивительно, если учесть, сколько сейчас появится брошенных квартир. А желающих до чужого добра всегда найдутся.

Из соседнего подъезда вышел тяжело гружённый дорожными сумками хозяин «Лады». За ним шла женщина с пакетами в руках и двое сорванцов лет десяти-двенадцати, возможно погодки.

Вот ведь штука какая, «богомолов» в глаза ещё никто не видел, а люди уже поддались панике. И я их прекрасно понимаю. Трудно оставаться спокойным, когда у тебя семья, а инопланетные корабли сбивают уже над самим посёлком.

Я докурил и, выкинув окурок под лавочку, пошёл обратно в квартиру. Было нестерпимое желание в отсутствие Руслана поговорить напрямую с Алиной. Моветон, скажите вы, подходить к девушке с бестактным вопросом « – Послушай подруга, а не больна ли ты»? Наверное, будете правы. А если принять во внимание её недовольные, гневные взгляды, брошенные на меня едва я переступил порог, то для себя чётко уяснил – лезть сейчас к Алине с расспросами, себе дороже.

– Что на воле делается? – спросил Степан Филиппович только для того, чтобы заполнить гнетущую тишину.

– Люди уезжают из посёлка, – я честно поделился своими наблюдениями. – Ещё день другой и желающих в отряды самообороны просто не останется.

– Может это и к лучшему.

По интонации старика я так и не понял, рад он этому или огорчён. Уточнять не стал. Разговор как-то сам собой не заладился. Алина ушла к себе, не проронив ни слова. Филатов уткнулся в кроссворд. Я решил выпить чашку кофе. Так мы и просидели молча и по своим углам до самого прихода Казанцева.

– Рассказывай, – бросил я, Руслану наливая ему кофе. При этом, не забыв и про себя. Хотя это уже была четвёртая чашка. Если бы был не растворимый, сердечко давно бы аритмию выстукивало. – Билеты купил?

– Все гражданские рейсы отменены, – благодарно кивнув, поделился информацией Казанцев.

Новость была не оригинальной. Подобного следовало ожидать. Лично я даже в голове не держал, что мы реально воспользуемся услугами «Аэрофлота».

– Через два часа вылетаем армейским транспортником. Он сейчас на разгрузке и дозаправке. Летим до Красноярска, потом пересадка на гражданский борт и прямиком в Москву.

– Отлично. Значит, у нас есть время перекинуться парой слов.

– Нету, – нарушила мои планы появившаяся в дверях Алина. – Руслан, мне надо с тобой поговорить. Наедине.

– Я сегодня популярен. Извини старик, но желание дамы для меня закон, – галантно (а, на мой взгляд, дешёвая бульварная театральщина) принял предложение девушки Казанцев и в очередной раз за этот день развёл руками в мой адрес. Мол, я не виноват. Не судьба, как говорится.

– Пойду собираться, – я встал из-за стола и, прихватив с собой уже опостылевший кофе, ушёл в комнату.

Ну, прямо истинный джентльмен, твою ж дивизию.

***

Все прошедшие сутки Стивен валялся в горячке. Несколько раз приходил в себя, глотал таблетки, пил воду вновь впадал в забытьё. Лихорадочный жар намекал о воспалительном процессе. По-хорошему рану надо было вскрывать и чистить, но американец понимал, что это ему сейчас не по силам. Оставалась последняя надежда на антисептические примочки, антибиотики и суперорганизм клона. Барнс верил, что генная инженерия тэрингов просто обязана вытащить его с того света.

Так и произошло. В очередной раз проснувшись, Стивен с облегчением отметил, что кризис преодолён. Температура пошла на спад, а сам он чувствовал себя намного лучше. Даже нашёл в себе силы приготовить макароны с тушёнкой и наконец-то заняться раной. Которая каких-то особых манипуляций уже не требовала. Начинающийся сепсис прошёл, как будто его и не было. А сама рана перестала кровоточить и уже начала заживать. Любой земной доктор при виде такого уверенно бы заявил, что это невозможно. Но практика показала, что нет ничего невозможного для технологий внеземной цивилизации.

Как бы то ни было Барнс, заново перебинтовал бок, предварительно наложив на рану свежий тампон пропитанный «Мирамистином».

Подкрепившись и воспрянув духом, Стивен задумался, что ему теперь делать дальше. То, что из посёлка надо выбираться, сомнений нет. Вопрос, как это сделать? Самолётом не получится, слишком проблемно. Остаётся только на машине или автобусом. Причём первый вариант был куда предпочтительнее общественного транспорта. Вот на нём американец и остановился. Благо у братьев-близнецов имелся старенький «Паджеро».

Чуть прихрамывая и заваливаясь на один бок, Стивен прошёл во двор, а оттуда уже в пристроенный к дому гараж. Открыл дверь, включил свет и глухо выматерился. Машины не было. А ведь он прекрасно помнил, что когда они выезжали в тайгу «Японец» стоял на месте. Зато в том, что «свято место пусто не бывает» клон тэрингов убедился воочию. Вместо «Паджерика» красовался снегоход, на котором уехал Семён.

– Сука! – сквозь стиснутые зубы выругался Стивен.

Выходит, был всё же ярославский киллер в доме браконьеров. И не просто зашёл, а ещё и подлянку сделал. Что ж, винить его в этом трудно. Как-никак пошёл тем же путём, что для себя наметил Барнс. А по-другому не получится свалить из здешних мест, не засветившись у каждого фонарного столба. Вот только Семён испортил Стивену все планы, а американец этого не прощал. Добавил ещё один пунктик, за который дополнительно спросит, как только найдёт паршивца.

Щёлкнув выключателем и плотно закрыв за собой дверь, Барнс вернулся в дом. Отсутствие машины слегка расстроило, но не более того. Помощник Фокса был уверен, что найти другое авто не проблема. Далеко на угнанном транспорте, конечно, не уедешь, но ведь всегда можно пересесть на другой, в первом же населённом пункте. Сейчас главное вырваться из Туры. А там уж на переменках до Красноярска.

Каким-то шестым чувством клон знал, что надолго здесь оставаться нельзя. А уж когда в небе послышались звуки реактивных самолётов и близкие взрывы, в который раз убедился, что своей интуиции нужно доверять.

Имелись у Стивена большие сомнения в своих силах перенести дорогу, но ждать выздоровления совсем не вариант. Ближе к вечеру (крайний срок) нужно выдвигаться. А пока есть время, как следует перекусить и немного отдохнуть перед дорогой. И то, и другое клону было жизненно необходимо. Особенно еда. Перекусить, это слабо сказано. Стивен постоянно испытывал поистине зверское чувство голода. Измождённому организму, потратившему огромное количество ресурсов для своего восстановления, было катастрофически необходимо их срочно восполнять.

***

Как и полагал экипаж имперского эсминца, брешь в защитном куполе Земли оказалась глобальной для жителей планеты проблемой. Космический корабль, принадлежащий неизвестной цивилизации, лёг в дрейф на дальней орбите третьего спутника Солнца и сразу отправил к поверхности Земли парочку десантных катеров. Разведка. Тут сомнений и других объяснений нет. Всё строго по военной науке. Точно также поступили бы и аваронцы, и тэринги. Лезть всеми силами предварительно не разведав местность и обстановку не рискнул бы ни один командующий.

А дальше противник начал, с интервалом в несколько часов, посылать новые корабли. С каждым разом увеличивая их численность. Видимо первая высадка прошла удачно. Плацдарм захвачен. Осталось на нём закрепиться и начать расширять.

Отряд за отрядом десантные катера, прикрываемые перехватчиками, устремлялись на беззащитную планету. Против космических пришельцев с их передовыми технологиями вооружения людям поставить было нечего. Будь иначе, агентам Аварона вместе с русскими инженерами, не пришлось бы разрабатывать проект «Цитадель».

– Землянам одним не справиться, – тихо произнесла Эрана Варон, наблюдая в монитор за очередной группой кораблей захватчиков входящих в стратосферу Земли.

– Может им стоит помочь?! – неуверенно предложил лейтенант Вар.

– Как? – старший капитан Ларг, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди, вопросительно посмотрел на молодого офицера. – Есть дельные предложения? Или очередная пустая бравада?

Под тяжёлым взглядом командира эсминца лейтенант слегка растерялся, но глаза не отвёл. Молодость, с присущей ей безрассудной храбростью и желанием помочь нуждающимся даже в ущерб себе, иногда брала вверх над осторожностью и пониманием своего бессилия это сделать.

– Ты думаешь, мы все здесь струсили? Или не пониманием, что без нашей помощи люди обречены? – капитан старался говорить, не повышая голоса и сдерживая эмоции. Хотя очень хотелось дать этому мальчишке по шее. – Всё мы понимаем. Вот только геройски умереть приказа не поступало.

– Приказ был помешать вторжению тэрингов, – упрямо насупился лейтенант.

Ещё чуть-чуть и выкатит обвинение в неисполнении приказа. Или того хуже – откровенном предательстве.

– Вот именно, помешать, – согласился с парнем командир звена истребителей, капитан Горд Капран.

Торном Вар чувствовал, что есть некий подвох в словах более опытного сослуживца, но пока не мог понять, где он скрыт. Видя недопонимание бывшего пограничника, Эрана Варон решила пояснить:

– Мы не сможем остановить пришельцев. Ты сам видел, как они походу разнесли целый корпус рептилий, играючи прошли сквозь наши орудия и чуть не прихлопнули нас самих. Мы не сможем выполнить приказ. Даже если ввяжемся в бой, противник нас просто уничтожит и продолжит вторжение. Наша смерть ровным счётом ничего не изменит.

Лейтенант угрюмо молчал, умом понимая, что всё сказанное капитаном, правда. Разве только…

– Если мы поможем, людям будет легче.

Кенг Ларг в сердцах мысленно выругался. Повезло с личным составом, тут ничего не скажешь. Вот только по причудливым прихотям судьбы, в каждом экипаже обязательно найдётся хоть один вот такой деловой и правильный.

– Наша задача наблюдать и собирать информацию, – жёстко отрезал старший капитан Ларг. – Враг новый и абсолютно неизвестный. Мы должны выяснить его слабые и сильные стороны, вычислить тактику и манеру ведения боя. Много чего. Это впоследствии сильно поможет Аварону победить в войне. А в том, что она будет, я не сомневаюсь.

На этот раз спорить с командиров Торном не стал. Вроде всё правильно сказал капитан. Вот только от этих слов веяло холодным, равнодушным прагматизмом. И расизмом, если хотите. Обречь миллиарды жителей планеты не входящей в состав Империи на смерть ради познания противника, это значит ставить себя выше их.

– Я знаю, о чём ты думаешь, – легко угадала мысли лейтенанта Эрана Варон. – И поверь, на нашем месте земляне поступили бы также.

– Возможно, – вновь согласился Торном Вар, подавленный аргументами более опытных старших коллег. – Я всё понял.

– Надеюсь, что правильно, – хмуро проворчал Ларг.

Ему самому не нравился этот тяжёлый разговор. Он считал, что в вечном споре между совестью и долгом правых нет, и дилемму он не решает. Лишь опустошает и душевно выматывает. Но обозначить свою позицию было необходимо. Так сказать воизбежания дальнейшего недопонимания. Даже если каждый остался при своём мнении.

После этого разговора между членами экипажа повисло некое напряжение. Не было уже той лёгкости в общении присущей слаженному коллективу. Незамысловатый казарменный юмор, даже простые улыбки остались в прошлом. На их месте прочно обосновались хмурые косые взгляды и мрачная сосредоточённость.

Так продолжалось несколько дней. Супердредноут чужаков всё также раз за разом посылал десантные катера на Землю. Разведывательные зонды аваронцев исправно фиксировали каждый запуск и передавали в память искина эсминца всю собранную информацию, начиная от момента отстыковки и заканчивая входом в атмосферу голубой планеты. Штатная рутинная работа. Как вдруг…

«БОЕВАЯ ТРЕВОГА. ЭКИПАЖУ КОРАБЛЯ ЗАНЯТЬ СВОИ МЕСТА».

Объявил лишённый эмоциональной окраски голос искусственного интеллекта.

– Докладывай, – приказал искину Кенг Ларг, присутствуя в этот момент на капитанском мостике.

Остальные офицеры находились рядом, за исключением Горда Капрана. Командир звена истребителей отдыхал в своей каюте после дежурства.

«ОТ НЕИДЕНТИФИЦИРОВАННОГО КОРАБЛЯ-МАТКИ ОТДЕЛИЛИСЬ ДВЕСТИ СОРОК КОРАБЛЕЙ-ПЕРЕХВАТЧИКОВ. ВОСЕМЬДЕСЯТ ИЗ НИХ ВЗЯЛИ КУРС НА ПЛАНЕТУ ЗЕМЛЯ. СТО ШЕСТЬДЕСЯТ ЛЕТЯТ К НАМ. КОРАБЛЬ АВТОМАТИЧЕСКИ ПЕРЕВЕДЁН В РЕЖИМ БОЕВОЙ ГОТОВНОСТИ».

– Принял. Вывести картинку на экран.

На большом центральном экране появилось схематическое изображение Солнечной системы с условными знаками космических объектов. На схеме, работающей в режиме реального времени было хорошо видно, как к прямоугольнику имперского эсминца приближалась россыпь белых точек вражеских кораблей.

– Вот и про нас вспомнили, – тихо обмолвилась Эрана Варон. – Что теперь скажешь, Торном? Ты хотел помочь людям и геройски умереть. Твоё желание вот-вот осуществится.

Первый помощник капитана знала, о чём говорит. Количество перехватчиков было критичным для любого эсминца. Аваронцам не отбиться, это факт. И как бы постыдно это ни звучало, единственный шанс на спасение – бегство. И данную истину понимали все присутствующие, включая лейтенанта Вара. Потому молодой офицер и угрюмо молчал, виновато опустив плечи. Нет, не испугался. Просто осознал, что подстрекал товарищей на верную смерть.

– Кораблю полный ход, – приказал капитан эсминца, выбрав единственное верное решение. – Курс в квадрат тридцать семь дробь восемь. Приготовиться к прыжку. Мы уходим.

Искин корабля послушно запустил маршевые двигатели. Звездолёт начал плавно набирать скорость, взяв курс на заданный квадрат.

– Не оторваться, – напряжённо выдохнула Эрана Варон. – Если не достанут здесь, прыгнут за нами.

– Вынужден с тобой согласиться, – старший капитан Ларг, и сам видел, как быстро сокращается расстояние между эсминцем и штурмовиками противника.

– Их нужно задержать, – выдал великую военную хитрость лейтенант Вар.

– Чем? – возможно, излишне резко спросила Эрана. Словно отчитала несмышлёного мальчишку.

На её взгляд сейчас совсем не время для пустой болтовни. Всегда, прежде чем, что-то предложить, нужно хорошо подумать дело ли говоришь.

– У нас есть беспилотники, – чуть сконфуженно напомнил пограничник.

– Как только корабль покинет пределы Солнечной системы, они превратятся в груду бесполезного металла. Во время «прыжка» связь будет прервана.

– Знаю, – секундное смущение прошло, и молодой офицер вновь был предельно собран и серьёзен. – Я сам буду ими управлять из десантного катера.

– И сколько беспилотников ты один сможешь вести? – на капитанский мостик поднялся капитан Капран. Он не слышал начала разговора, но быстро догадался, что предлагает лейтенант.

Под пристальным суровым взглядом старшего по званию Торном Вар потупился и неуверенно произнёс:

– С помощью бортового компьютера катера…

– Не продолжай, – обрубил Горд Капран. – Я сам отвечу. Искин осилит двух, одного ты. В сумме три беспилотника. Как долго ты сможешь продержаться против той орды, что движется на нас?

Лейтенант пристыженно молчал. Капитан посчитал, что данной отповеди достаточно для парня и обратился к командиру:

– Кенг, позволь нам прикрыть отход. Мои парни засиделись без дела и рвутся в бой.

Старший капитан Ларг с тоской посмотрел на товарища. То, что это самоубийство понимали оба. Но по-другому уйти от преследования не получится. На войне, как на войне. Порой кому-то приходилось жертвовать собой, чтобы спасти всех остальных.

– Действуй, капитан, – с тяжёлым сердцем разрешил командир, протягивая товарищу руку. – Спасибо, Горд.

– Пустое, – отмахнулся капитан. – Выживешь, моим привет передавай.

– Сделаю. Не сомневайся.

– Я прослежу, – пообещала Варон, обнимая идущего на смерть героя.

– Капитан, я с вами, – решительно заявил лейтенант.

– Нет, – жёстко отрезал Капран. – Ты для нас будешь обузой.

– Я на отлично управляю любым видом малых космических кораблей, – с вызовом заявил задетый за живое офицер.

– Не сомневаюсь, – тон капитана был непреклонен. – Только вести бой в составе звена истребителей и целого крыла беспилотников совсем не похоже на вылет единичной машины. Здесь нужно умение и боевое слаживание нарабатываемое годами тренировок. Потому извини парень, но с нами ты не летишь.

– Командир?! Эрана?! – обратился за поддержкой к старшим Торном Вар.

Варон лишь молча покачала головой.

– Это приказ, лейтенант, – сурово ответил Ларг. – Ты остаёшься на корабле. Капитан, поторопись. Враг близко.

Эсминец уже набрал скорость, и расстояние сокращалось не столь быстро, как в момент разгона, но всё же сокращалось.

– Прощайте, – напоследок бросил капитан и покинул мостик.

Звену истребителей усиленному беспилотниками потребовалось всего несколько минут, чтобы покинуть ангар звездолёта и устремиться навстречу вражеским штурмовикам. Горд Капран был опытным офицером и понимал, что противник их в покое не оставит. Рано или поздно нанесёт удар, прикрывая свои тылы и устраняя потенциальную угрозу. Решение задержать врага ценой собственной жизни капитан принял давно и без промедления отдал приказ пилотам готовиться к вылету, едва прозвучал сигнал боевой тревоги.

– Капитан, корабль готов к «прыжку», – доложил старший оператор управления, сразу, как только звездолёт набрал нужную скорость.

– Через десять секунд стартуем, – приказал Ларг. – Дайте мне связь с капитаном Капраном.

– Готово, – лейтенант Вар сам выполнил распоряжение командира.

– Горд.

– Кенг, я сейчас немного занят, – проворчал капитан недовольный тем, что его отвлекают во время боевого задания. – Давай, потом поговорим.

Ларг криво усмехнулся. Потом уже не будет.

– Напрасно не геройствуй. Дай нам немного времени для второго «прыжка» и уходи на Землю. Побереги себя и парней.

– Договорились, – пообещал капитан.

«ТРИ СЕКУНДЫ ДО «ПРЫЖКА». ЭКИПАЖУ ЗАНЯТЬ СВОИ МЕСТА».

– Парни, готовы? Врежем этим уродам от всей души, чтобы надолго запомнили аваронцев, – было последнее, что услышали члены команды, прежде чем эсминец совершил «прыжок» и связь оборвалась.

Глава 7

Тому, что сделал Казанцев, прецедентов за всё время пребывания агентов Аварона на Земле ещё не случалось. А именно, новый руководитель резидентуры передал чистильщиков в прямое подчинение капитану Российских Вооружённых Сил. Неслыханное дело. Ещё при первых контактах и договорах о сотрудничестве между Империей и Россией были чётко оговорены функции, права и обязанности агентов. Где чёрным по белому на двух языках написано, что аваронцы действуют на Земле автономно и независимо. Точка. Все сотрудничества с силовыми структурами только на равноправных условиях или под началом имперских агентов.

И тут такое вопиющее нарушение уставных правил. Узнай об этом Михаил или Алина, они с вероятностью в девяносто девять процентов возмутились бы на такое распоряжение, высказав начальству своё категорическое несогласие. Но куратор со своей подругой решили, что Руслан просто дал чистильщикам особое задание. И по большому счёту были недалеко от истины.

А вот само задание даже элиту среди агентов Аварона повергло в недоумение и лёгкую растерянность.

Едва «УАЗик» проводника скрылся за поворотом, чистильщиков вызвал к себе капитан Ваганов и с порога поставил боевую задачу.

– Я не знаю, кто вы такие парни, и в какой конторе служите, но если даже половина из того, что мне о вас рассказали, правда, то мои спецы против таких профессионалов, что беременные мамочки в парке на прогулке, – сверля аваронцев тяжёлым взглядом из-под нахмуренных бровей, отвесил комплимент Дмитрий Алексеевич. – Командование поставило перед нами сложную задачу. Но вы справитесь.

– Прозвучало уверенно, – с неприкрытым сарказмом произнёс «Призрак». Суть задания ещё не известна, но уже понятно, что ничего хорошего не жди. Да и манера разговора капитана не располагала к общению. – Что надо делать?

Командир сверкнул очами. Не привык он к такому вольному обращению со старшим. Да ещё с ярко выраженным пренебрежением.

– Нашим учёным нужен пришелец. Ваша задача найти и доставить, – стараясь унять раздражение, озвучил приказ капитан. – Срок два дня.

О, как! Ни много, ни мало пойти и добыть для опытов «богомола». Дело нужное. Как раз для смертников. Всем кому жить надоело, милости просим в тайгу.

Примерно такие мысли посетили чистильщиков. Удручающие. Боевой дух вместо того чтобы подняться, провалился куда-то ниже ватерлинии. Не помогли даже хвалебные оды капитана, пропетые в начале разговора. Намекнул, что они лучшие из лучших, им это провернуть всё равно, что бабушку через дорогу перевести, и он верит в них. Решил на самолюбие сыграть, психолог этакий.

– Да раз плюнуть. До обеда управимся, – «Призрак» даже не пытался скрыть своего отношения к невыполнимой миссии. – Вам сколько этих тварей притащить? Может сразу парочку? Чтобы два раза не ходить.

– Одного хватит, – ощерился капитан. – Время на подготовку, до утра. Список со всем необходимым мне на стол. Я сам посмотрю, что есть в наличии и распоряжусь выдать. Приказа понятен?

– Так точно, – в разнобой подтвердили аваронцы.

– Тогда свободны.

– Что думаешь? – выйдя из дома, первым делом поинтересовался «Медведь».

– Суровый дядька, – усмехнулся товарищ. – Намучаемся мы с ним.

– Я не о том, – отмахнулся здоровяк. – Я о задании. Это же самоубийство.

– Согласен, – нахмурился «Призрак». Не нравилась ему эта затея. И дело было даже не в сложности выполнить поставленную задачу. Что-то другое тревожило элитного бойца Империи. Но, что конкретно, он пока понять не мог. – Ваганов прав. Дело нужно. Пришельцев необходимо хорошенько изучить. Найти их слабые места. Чтобы монстра с одного выстрела валить, а не как мы, израсходовав весь БК отпустить подранками. Опять же, мы единственные кто имеет реальный опыт столкновения с чужими. И подготовка наша на порядок лучше спецов капитана. Как ни крути, кроме нас идти некому.

«Медведь» ворчливо посопел, покряхтел и в итоге нехотя согласился:

– Если так, то пошли собираться.

Сборы были не долгими. Точнее они даже не успели начаться. Чистильщики только зашли в палатку, персонально выделенную им Вагановым, хотя Дмитрий Алексеевич недвусмысленно намекал, что они могут остаться в доме, как со стороны одного из опорников раздались звуки интенсивного боя.

– На ловца, как говорится, – с охотничьим азартом усмехнулся «Призрак» снимая автомат с плеча. – И в тайгу ходить не надо. Сами пришли.

– Немного не вовремя, – посетовал «Медведь» скептически посмотрев на свои «Грачи». Вооружать новых членов отряда само собой никто не собирался, но и личное не отобрали, что уже хорошо. Хоть и недостаточно. – Надо найти что-нибудь посерьёзнее.

Интенсивность стрельбы нарастала, время от времени прерываемая истошными воплями «богомолов».

– Давай. Только быстро. Иначе комиссионными за трофей я с тобой делиться не буду, – предупредил «Призрак» вместе с товарищем выходя из палатки.

– Сам поторопись. Вон сколько желающих.

С первыми выстрелами лагерь ожил, как потревоженный муравейник. Началась на первый взгляд хаотичная, но в реальности упорядоченная движуха. Командиры отделений уверенно, без лишней суеты распределяли своих людей по местам. Однако и без этого каждый из бойцов чётко знал, что ему надо делать и где находиться.

Значительная часть личного состава поспешила к месту боестолкновения. Остальные были отправлены на усиление других возможных мест прорыва. В самом лагере оставалось не больше десятка бойцов охраняющих штаб, технику и склад с БК.

«Призрак» подоспел к месту боя одним из первых. Одного взгляда хватило, чтобы понять дело хуже некуда. На редкую цепочку землян напирала почти целая дюжина пришельцев. Отсутствие надёжных укреплений ещё больше осложняло ситуацию. Бойцам приходилось прятаться за деревьями, стараясь кинжальным огнём держать чужаков на дистанции.

Но и это не получалось. Не убиваемые «богомолы», вопя благим матом на своём ультразвуке, упорно сокращали расстояние для ближнего боя. В котором люди были полностью беззащитны против внеземных «насекомых».

– Стреляйте им по глазам, – помня об опыте Михаила с Алиной, выкрикнул чистильщик, с ходу вступая в бой.

Первая цель оказалась значительно ближе, чем ожидал аваронец. Всего какой-то десяток метров. Короткая очередь в три патрона и один из фасеточных глаз разлетелся склизкими ошмётками. «Богомол» заверещал истошным воплем и кинулся на своего обидчика.

Десять метров в три прыжка. Такой резвости не ожидал даже «Призрак» уже имевший дело с этими существами. Правда, удивляться времени не оставалось. Ещё одна очередь и ослепший пришелец, резко остановившись, зашёлся своим неистовым ультразвуком.

– Справа отсекай, – перекрикивая шум боя, прокричал приказ командир отделения.

Трое крайних бойцов, развернувшись в указанном направлении, свинцовым ураганом встретили показавшийся из-за деревьев силуэт чужого. «Призрак» видел, как задёргался «богомол» от попадания выпущенных практически в упор пуль, закричал, но движение не остановил. Это сколько же в него надо всадить, чтобы завалить падлу?!

– По глазам бей, – вновь выкрикнул «Призрак» надеясь, что в этот раз его услышат и поймут.

Услышали. От слитной очереди сразу из трёх стволов пришелец ослеп и прекратил движение. Ему под ноги тут же полетела граната под возглас:

– Бойся!

Чистильщик едва успел спрятаться за стволом дерева. С языка просилось обидное бранное слово. Это, каким надо быть придурком, чтобы в ближнем бою кидаться гранатами?! Хорошо если из своих никого не задело. Похоже, не выдержали нервы у бойцов Ваганова. Оно и понятно. Не привыкли люди к таким противникам, против которых их оружие оказалось почти бесполезным. А так и до паники не далеко. Хотя, нет. Русский солдат в это не умеет. Эти всегда до конца. За что аваронец их и уважал.

– Отходим, – прозвучал режущий слух приказ командира.

Вовремя. «Богомолы» напирали не дуром. Ещё немного и ближней схватки не избежать. А это уже резня с катастрофическими потерями среди людей.

С флангов усилилась огневая поддержка. Подошло подкрепление. Поднимая боевой дух, заработал «Печенег». Странно, почему молчал раньше? Чистильщик отлично помнил, что в охранении пулемёт был. Не суть. Пускай капитан разбирается. Его дело добыть «трофей». «Медведь» только куда-то подевался. Видно опять придётся всё делать самому.

От воплей «богомолов», казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки. Бой набирал обороты. То тут, то там слышались обрывки фраз:

– Пустой.

– Прикрываю.

– С боку обходят.

– Держу.

– Сдохни, сука!

Даже невзирая на подошедшую помощь у людей пока не получалось переломить ход схватки в свою сторону. Шаг за шагом бойцы Ваганова отступали к лагерю. Без паники, без бегства, поливая напирающего врага свинцовым дождём.

Кто-то подхватил тактику «Призрака» и старался попасть пришельцам по глазам. Кто-то от щедрот русской души всаживал в пришельцев магазин за магазином. Без устали работал пулемет, делая короткие паузы лишь на перезарядку.

Сам аваронец в общем «празднике» почти не участвовал. Больше наблюдал со стороны, выискивая подходящую цель и изредка отстреливаясь короткими очередями. Лишних патронов ему не выдали, потому приходилось экономить. Да и за тактикой пришельцев полезно было понаблюдать. Как-никак новый, неизвестный противник. И его манеру боя неплохо бы изучить.

Вот только не складывалась в голове у чистильщика нужная картинка. Как-то неправильно вели себя «богомолы». Совсем не так, как ожидалось, учитывая их телосложение, боевые возможности и скорость движения, которую они иногда демонстрировали. Шли, как бараны на убой. Хотя в разумности им не откажешь. Ведь как-то они вышли в космос, построили звездолёты и прилетели сюда. А тут, что получается? Увальнями прут на автоматы, подставляясь под пули и напрочь игнорируя инстинкт самосохранения. Они даже укрываться за деревьями не желают. И вряд ли причина только в том, что их чертовски трудно убить. Боль то они всё равно чувствуют.

О причине столь странного поведения чужих «Призрак» решил пока не думать. Не время. У него имелось задание и его нужно выполнять. Причём под шквальным дружественным огнём.

Оценив обстановку чистильщик сместился на левый фланг. Там плотность стрельбы была меньше. А в поле зрения попали всего лишь два пришельца. И те были какие-то неуклюжие. Заторможенные ещё больше чем их собратья. Но продолжали, словно зомби двигаться в сторону людей.

На первый взгляд лёгкий противник. Однако недооценивать врага «Призрак» не привык. Это может плохо закончиться.

– Парни, прикройте, – предупредил аваронец бойцов Ваганова, уверенно держащих своё направление. – Я к ним ближе подойду.

– Зачем? – перекрикивая шум стрельбы, спросил один из парней.

– Ваганов языка велел привести. Допросить хочет.

– Температуришь? – тоном доброго санитара из «Кащенко» участливо поинтересовался боец.

– Есть немного, – ответил «Призрак» и растворился в пока ещё по-зимнему голом лесу.

Только за тем, чтобы спустя несколько секунд появиться за спиной у пришельцев. Короткая очередь в упор из автомата, и первый чужой с прострелянной головой падает на землю. Второй «богомол» разворачивается к аваронцу и бьёт того хвостом. Правда удар выходит медленным и смазанным. Чистильщик легко уворачивается, и смертоносное жало хвоста проносится мимо.

Понимая, что в ближнем бою шансов на успех мало, «Призрак» пытается разорвать дистанцию, но не успевает. Пришелец замахивается клешнёй и мужчине остаётся только подставить свой автомат, блокируя удар.

– Нельзя тебя одного оставить, – совсем рядом прозвучал чуть насмешливый голос «Медведя». Здоровяк замахнулся большой кувалдой и одним махом проломил «богомолу» череп. – Всегда неприятности найдёшь.

– Ты почему так долго? – вместо благодарности возмущённо произнёс «Призрак».

– За оружием ходил, – как ни в чём не бывало, ответил товарищ, демонстрируя свой «молот Тора». – Ермолин, гад, давать не хотел. Боялся, что сломаю.

– Не нравимся мы ему.

– Прекрасно его понимаю.

– Слушай, ты сюда поболтать пришёл? – чуть переведя дух и проверив автомат на повреждение поинтересовался «Призрак». – Берём тушку и потащили.

– Какую?

– Любую. Ту, что больше нравится, – «Призрак» переложил право выбора на плечи товарища.

«Медведь» ни слова, ни говоря, подхватил мёртвого «богомола» за хвост и поволок к лагерю. «Призрак» пошёл следом, прикрывая отход.

Звуки стрельбы постепенно начали стихать. На этот раз отбились. И, как позже выяснилось, даже без жертв со стороны людей. Со стороны пришельцев, как минимум двое. Что весьма странно, учитывая плотность огня. «Призрак» оставил «зарубку» в памяти, при случае поинтересоваться у капитана Ваганова или его бойцов имелись ли убитые у «богомолов». Если нет, то его подозрения о странности этой атаки только окрепнут.

***

Не имея привычки откладывать дела в долгий ящик, тем более, если уже определился, Стивен дождался вечера и вышел из дома. Смеркалось, но фонари ещё не зажглись. Самое идеальное время. Пока суд да дело из посёлка он должен был выехать затемно. Дело осталось за малым – достать машину. Хоть какую, лишь бы только ехала.

И вот с этим почти сразу нарисовалась проблема. Американец прошёл уже две улицы, но ни одного автомобиля на глаза ему так и не попалось. Можно было списать это на частный сектор, где почти у каждого дома имелся гараж, а у кого нет – ворота для заезда. Но Стивен помнил, что видел машины, когда несколько раз выходил в посёлок.

В общем, тревожные мысли появились почти сразу и чем ближе Барнс подходил к центру населённого пункта, тем они только усиливались. Транспорта было на удивление мало, как возле домов, так и на дорогах. Даже люди почти не встречались. Зато вместо них довольно часто попадались полицейские патрули в касках, бронежилетах, с автоматами и тройки солдат регулярной армии в полной боевой экипировке.

Складывалось такое чувство, что в посёлке объявили комендантский час, словно он находился в прифронтовой зоне. Стивен приготовился к проблемам, но его никто ни разу не остановил, хотя вид у него был крайне подозрительный. Единственное, что не укладывалось в картинку – отсутствие света в окнах домов. Это говорило только об одном – жители покидали Туру.

– Как не вовремя, – посетовал Стивен на своё невезение.

Какая уж тут удача если многие уже уехали и раздобыть авто стало гораздо сложнее – это раз. На выезде из посёлка наверняка уже стоят блокпосты – два. Присутствовала большая вероятность, что у пропускных пунктов образовались очереди в которых по любому найдётся хоть один кто бы лично знал владельца угнанной машины – три. Как ни крути, кругом одна засада.

И тут либо пан, либо пропал. Барнс решил рискнуть и придерживаться первоначального плана.

На поиски машины и удачного шанса ей завладеть ушло не меньше часа, но он так и не представился. Люди совсем не дураки, понимали, что личный транспорт сейчас самый ценный актив и всеми возможными способами старались его сохранить. Кто-то снимал аккумулятор, кто-то дежурил в самой машине, кто-то старался припарковаться так, чтобы угнать автомобиль было чертовски трудно и долго. Возможно, прибегали и к другим особо хитрым способам, но об этом американец не знал.

В очередном дворе, куда завернул Стивен, ему наконец-то улыбнулась удача. Сразу бросился в глаза ещё довольно молодой мужчина укладывающий в багажник сумки с вещами. Рядом с ним крутился мальчик лет пяти, всеми силами стараясь помочь отцу, но на деле больше мешающий.

Будь у клона выбор, он бы прошёл мимо. Но не в этот раз. Вынув трофейный нож, Барнс быстрым шагом пошёл в сторону отца с сыном. В последний момент мужчина видно что-то почувствовал или расслышал приближающиеся шаги и повернулся.

Нож с приглушённым треском разрезаемой ткани и плоти вошёл в грудь намеченной жертве. На Стивена посмотрели полные боли, удивления и страха глаза мужчины.

– Сына не трогай, – ухватив клона за грудки, пробулькал кровавой пеной молодой отец.

– Обещаю, – равнодушно ответил Барнс. Ребёнок ему был неинтересен.

Пальцы мужчины обессиленно разжались, и он упал прямо к ногам мальчика.

Стивен захлопнул багажник и сел в машину. Последнее, что он услышал, прежде чем завести двигатель и нажать на педаль газа, было детское плаксивое:

– Папа, вставай.

Машина тронулась с места. Пора валить из этих мест. Стивен и так непозволительно долго здесь задержался.

***

Во дворе соседнего дома генерала Стоцкого и его новых знакомых ожидал красный «Мерседес» S-класса. То, что автомобиль был германского производства вполне ожидаемо (не на китайском же автопроме, прости Господи, немецким разведчикам по Москве ездить?!), но вот сам цвет слегка удивил. Яркий, бросающийся в глаза, запоминающийся. Именно на это и был расчёт.

Старый трюк. Генерал мысленно усмехнулся. Уж на этой мякине его не проведёшь.

– Прошу, – Этингер распахнул заднюю дверь автомобиля, приглашая внештатного советника президента в роскошный салон премиального «Мерседеса». – Не стесняйтесь.

– Не имею такой привычки, – оговорил себя генерал.

Хотя это с какой стороны посмотреть. Очень часто не особо образованные люди путают скромность с хорошим воспитанием.

Салон был, конечно же, кожаным и очень удобным. Приятно пахло мягким ненавязчивым ароматом освежителя воздуха. Уютно. Всё по высшему разряду. Европейцы комфорт любят и считают его чем-то само собой разумеющимся.

– Если вы не возражаете, перейдём сразу к делу, – довольно вежливо обратился к генералу до того молчавший Винфрид Лэнг. Вот только появившийся в его руке «Heckler&Koch» намекал о не самых лучших намерениях немца. – Поговорим о сотрудничестве?

Стоцкий спокойно посмотрел на направленный в его грудь пистолет и скучно вздохнул.

– Зря я вам поверил. По-хорошему вы так и не научились. Всё на примитивный шантаж и грубую силу надеетесь.

– Почему нет? Если это работает, – нагло ответил Лэнг.

И куда только делась вся их показная вежливость? Лживые, подлые натуры. Ничего в этом мире не меняется.

– Боюсь вас разочаровать, но со мной этот номер не пройдёт, – буднично заявил Илья Иванович. – Так деловые люди переговоры не ведут. Нужно заинтересовать человека, а не запугать.

Со стороны это выглядело так, будто генерал издевается над вражескими агентами, проводя им ликбез. Отчасти это было так. Наглость и самоуверенность. Именно такую тактику выбрал Стоцкий, находясь полностью во власти оппонентов. Тем самым пытаясь сбить их с толку. Пусть думают и гадают, чем вызвана такая необычная реакция на угрозу жизни.

– Илья Иванович, вы сейчас не в том положении чтобы читать нам лекции, – напомнил Лэнг. – Мы предполагали, что оружие вас не испугает, поэтому… Клос…

Генерал сразу понял, что сейчас что-то произойдёт. Дёрнулся было, хотя, что он мог сделать один против двух здоровых мужчин совсем не понятно, но всё равно не успел. Этингер навалился на Стоцкого, прижимая к сиденью, одновременно с этим скидывая колпачок с иглы заранее приготовленного одноразового шприца. Быстрым отточенным движением немец воткнул иглу в ногу старика и впрыснул неизвестную бурую жидкость.

– Что вы мне вкололи? – прохрипел генерал.

– Яд отложенного действия, – охотно проинформировал Винфрид. – Чтобы у вас было время подумать над нашим предложением о сотрудничестве и при положительном ответе получить противоядие.

Опять двадцать пять. Ничего нового в работе западной разведки они так и не придумали. Упорно используют одни и те же излюбленные методы для вербовки своих агентов.

– Сколько у меня есть времени? – смирившись, спросил Илья Иванович.

– Неделя. По истечению этого срока яд начнёт действовать. Если не ввести антидот, вы умрёте в страшных муках в течение двенадцати часов.

Не радужная перспектива. Умирать не хотелось, особенно сейчас, когда мир стоит на пороге третьей мировой войны, а Землю хотят поработить космические захватчики. И в тоже время Стоцкий уже давно не боялся смерти. Служба в контрразведке, а потом в ФСБ сама по себе была не для робкого десятка, а с возрастом к неминуемому завершению бренного пути и вовсе начинаешь относиться более спокойно.

– Хорошо. Как я смогу с вами связаться.- Спросил генерал.

Напуганным он вовсе не выглядел.

– У вас потрясающая выдержка, Илья Иванович. Вот, что значит «старая школа», – уважительно похвалил Клос Этингер. – Наши аналитики при составлении вашего психологического портрета предупреждали, что у вас стальная сила воли и обострённое чувство долга. Вы не пойдёте на предательство даже при угрозе собственной жизни.

– Тогда зачем всё это? Если вы так хорошо меня изучили.

– Лишняя перестраховка. Не более того. Лично я был против. Но руководство настояло, – Лэнг не оправдывался. Просто констатировал факт. – Главная мотивация для вас в другом. Именно в эти минуты вашей супруге делают точно такой же укол.

Генерал дёрнулся и тут же почувствовал, как ему в грудь ткнулось дуло пистолета.

– Илья Иванович, не надо так нервничать. Вы легко можете спасти свою жену, приняв наши условия.

– Зря вы это сделали, – угрожающе произнёс Стоцкий. – Ответите. Я вам обещаю.

– Понимаю. Сейчас за вас говорят эмоции, – цинично покивал Лэнг. – Напоминаю, у вас есть неделя, чтобы успокоиться и хорошо подумать. А сейчас не смеем больше задерживать. Идите к супруге, ей нужна ваша поддержка.

После этого инцидента прошло несколько дней. Илья Иванович не стал скрывать от любимой женщины правду, честно рассказав, что от него требует иностранная разведка, и какие последствия их ждут в случае отказа. Супруга всё поняла и приняла, оставив тяжкий груз принятия решения мужу. Вот только выбор у генерала был небогатым.

***

После инцидента на границы Белоруссии и Литвы разгорелся было нешуточный международный скандал. Литва обвиняла соседнее государство в преднамеренном акте диверсии, а возможно и в подготовке полноценного вторжения. Белоруссия отвечала тем же и грозила всеми небесными карами вплоть до развёртывания своих войск возле границы, если Запад не угомонится и не перестанет раскачивать военно-политическую ситуацию в стране.

Коллективному Западу на эти заявления было глубоко и смачно. Не для того всё затевалось, чтобы после банальной ноты протеста взять и отступить от своих планов. А они даже последнему любителю Тик-тока были понятны и предсказуемы – сама Белоруссия никому не нужна. Североатлантический альянс нацелился на Россию. Вынудить её открыть второй фронт, чтобы уже на законных основаниях применить против неё пятую статью устава НАТО. Украина эту задачу не вытягивала от слова «абсолютно».

Тем более что провокация в Калининградской области ничего не дала. Россия не объявила войну панам, лишь перевала Калининградскую группировку войск в повышенное боевое состояние. А сама Польша поспешила откреститься от своего участия в инциденте, который ещё каких-то лет тридцать назад послужил бы неоспоримым поводом для объявления войны, свалив всю ответственность на некое бандформирование незнамо как пересекшее границы Российской Федерации и устроившую кровавый погром в близлежащих населённых пунктах.

Потому и было решено ударить в другом месте. «Прибалтийские тигры» тут же ринулись исполнять волю своего заморского хозяина. Германия отправила им в помощь бригаду «добровольцев» составом из тысячи человек и десятка единиц тяжёлой техники. Поляки неожиданно и незапланированно организовали учения возле границы. А Украина в наглую потребовала от Белоруссии отвести войска на дальность полёта ракет находящихся на её вооружении. Так сказать во избежание недоразумений. А это без малого на полтысячи вёрст оголить границу. Требование само собой неосуществимое, потому и опасное. Запад всегда может сказать, мы вас предупреждали, вы не послушали…

Словом, обложили сволочи со всех сторон и упорно наращивали эскалацию конфликта. Замысел Натовских стратегов был прост, как пять копеек: вынудить Россию ввести на территорию соседей свою армию. И если не получится втянуть РФ в войну, то всегда можно подбить продажную оппозицию начать вой об оккупации страны.

Москва и Минск, понимая, что Белоруссия лишь приманка и разменная монета в Большой Игре, поступили иначе. Россия ограничилась усилением своего присутствия на двух военных базах в Белоруссии, а в качестве помощи союзному государству отправились разного рода ЧВК и в срочном порядке созданные отряды добровольцев. Кремль официально заявил, что не имеет к ним никакого отношения. Хотя на деле всё это финансировалось из бюджета страны и курировалось высшими чинами из министерства обороны, ФСБ и контрразведки. Одним из таких кураторов был неофициальный советник президента по особо важным вопросам генерал-майор Стоцкий.

Глава 8

У Казанцева опять всё пошло не так, как планировалось. На обещанный нам борт мы так и не попали. Вместо нас в последнюю минуту загрузили большой деревянный ящик, явно наспех сколоченный на коленке из не струганных досок. Охраняло его не меньше взвода матёрых десантников, а сопровождал аж целый майор. Тут без лишних слов понятно, что груз совершенно секретный и архиважный. Вполне закономерно, что места в АН-12 нам не нашлось. Не помогли даже корочки Руслана. Как бы он ими ни козырял и ни грозил карой небесной, вкупе со всеми возможными неприятностями.

Уговорить получилось лишь отчасти. Вместо самолёта, мы, прождав добрых три часа в аэропорту, полетели до Красноярска на вертолёте. А там уже почти без проволочек в Москву.

Прибытие в столицу после долгих месяцев разлуки никак не отразилось у меня на душе. Никогда не чувствовал себя здесь, как дома. Почему, не знаю. Сам по себе город нравился. С его огнями, уютными кафе и ресторанами, с тенистыми скверами и вечерними прогулками по садам и аллеям. Здесь жило большинство моих друзей и знакомых, с которыми я любил общаться и проводить время на различных мероприятиях, коими так богата столица или просто посидеть в баре. Но меня всегда тянуло за МКАД. Подальше от вечной суеты большого города.

Видимо сказывалось детство и юность, проведённые в доме родителей на Илорне. Вот уж где был простор, единение с природой и скука. Мы жили в свободной общине на берегу большого озера. Вокруг простирались лесистые холмы, вдоль и поперёк изрезанные мелкими речушками берущими своё начало с виднеющихся вдали заснеженных верхушек горного архипелага.

Сама община была небольшой, домов тридцать, широким веером расположившихся вдоль береговой линии. Жили здесь в основном учёные и отставные военные умом, потом и кровью заслужившие милость Императора. Либо их потомки. Именно к последним и относилась моя семья.

Мой героический прадед был командиром штурмового батальона и на очередном задании спас от тэрингов наследника древнего и влиятельного аристократического рода. Те, разумеется, в долгу не остались, нашептали в ухо Императору много хвалебных слов и тот, проникнувшись отвагой моего предка, наградил участком земли с возможностью возведения любой постройки и правом наследования. Вот такой славный у меня был дед.

Я отогнал прочь нахлынувшие воспоминания. Какой в них прок? Жить надо настоящим.

А настоящее незримо давило каким-то гнетущим чувством надвигающейся беды. Тревожно было на душе. Я сразу даже не понял с чем это связанно, но стоило приглядеться, как всё встало на свои места. «Шереметьево» кишело людьми желающими покинуть столицу. Причём подавляющее большинство были гости из бывших союзных республик. Кучковались группами по несколько человек, кто-то уезжал целыми семьями. За порядком и безопасностью следили усиленные наряды полиции.

– Спасибо, что подбросил, – поблагодарил я Казанцева, когда мы втроём вышли из здания аэропорта. – Дальше я сам.

– Далеко собрался? – отчего-то нахмурился Руслан.

Я вздохнул. Задолбал он уже своим вечным недовольством.

– Домой. Отдохнуть, принят душ, переодеться. Или ты предлагаешь прямо сейчас ехать к дому Ромашова?

– А у тебя есть время? – неожиданно зло огрызнулся непосредственный начальник. – Пока ты принимаешь ванны и пьёшь кофе с французской булочкой, в Сибири люди гибнут.

– О чём ты? – я слегка растерялся. «Богомолы» конечно та ещё пакость, но, на мой взгляд, пока не критично. Что такого серьёзного может сделать диверсионно-разведывательная группа чужаков? Пусть даже несколько. Навести шороху, и закрепить за собой плацдарм. На большее их просто не хватит. – Ты хочешь сказать…?

– Именно, – Руслан сразу понял, о чём я спросил. – Чужаки атаковали незащищённую куполом часть Сибири. Сейчас идёт бой.

Откуда инфа, спрашивать не стал. Как не стал интересоваться, когда бывший друг успел её получить. Всё это время он был у меня на виду, значит только остаётся момент, когда Руслан якобы отлучался до туалета.

– Я тебе больше скажу, – продолжил Руслан. – Клоны начали войну. Сегодня Литва напала на Белоруссию, а американцы разрешили Украине бить по России своими дальнобойными ракетами. Первые уже прилетели этой ночью по Курской области.

Теперь стала понятна суета в аэропорту. Подозреваю, что подобное сейчас происходит на всех вокзалах, а на границе начали скапливаться очереди из желающих покинуть Россию. Неудивительно, если третья мировая по факту уже началась.

– Сволочи, – я честно высказал своё мнение, адресовав его агентам тэрингов. Понятно же, что решение воевать с Россией приняло не марионеточное правительство НАТО. – Фокс со своей братией никак не успокоится.

– Работа у них такая, – философски заметила Алина, впервые после вылета из Туры уделив нам внимание. – В программе заложено. Цель одна – добиться «правильного» референдума. И для этого годятся любые средства.

– И момент выбрали самый удачный, – добавил я.

Получалось, что Россия уже даже не на два фронта бьётся, а на все три. Украина, Сибирь, теперь ещё и Белоруссия, которой, как союзному государству мы обязаны помочь отразить западную агрессию.

– Редкие идиоты, – резюмировал Казанцев. – Надо же понимать, что покончив с Россией «богомолы» обязательно возьмутся за остальной мир. Западу перемирие нужно, как воздух, чтобы сдерживать пришельцев нашими руками не участвуя самим.

Кто бы спорил?! Только про политику это хорошо дома, под бутылочку пивка. Нам же на подобное сотрясание воздуха время тратить – непозволительная роскошь.

– Чужие жёстко навалились? – на данную минуту меня больше интересовало то, на что я хоть как-то мог повлиять.

– Более чем. Почти сотня перехватчиков, – хмуро ответил Казанцев. – Система ПРО русских работает на полную мощность. В воздух поднята вся имеющаяся в том районе авиация. Командование подтягивает сухопутные силы. Думаю, первую волну отобьют.

Здесь наши мнения совпали. Жалкой сотней малых космических кораблей одно из самых сильных и боеспособных государств планеты не одолеть. Однако я не сомневался, что это была лишь проверка. Следующая атака будет куда более массовой и жёсткой. Войскам русских придётся отступить, и захватчики получат плацдарм для дальнейшей экспансии.

Как бы неприятно было это осознавать, прав был Казанцев, времени на принятие ванны и выпить чашечку кофе, у меня нет.

– Я только переоденусь и сразу к Ромашову.

– Хорошо, – дал добро Руслан, посмотрев на часы. – Только поедем вместе.

– Не возражаю.

Я действительно не имел ничего против его компании. Хотя будь такая возможность с удовольствием поехал бы один.

– Тебя подбросить? – предложил Руслан, проявляя несвойственную ему вежливость.

– Сам доберусь, – отказался я от его навязчивой опеки.

– Как скажешь, – нисколько не расстроился бывший друг. – Алина?

– Если я вам не нужна, то как-нибудь сама.

Казанцев сперва, вроде, замялся, не зная как поступить, но быстро определился с выбором. Знать и вправду торопился по срочным делам.

– Хорошо. Только будьте осторожны. Оба.

Понятно, что оба. Я ему пока был немножко нужен. А за дальнейшее не ручаюсь.

Разошлись. Я поймал такси, благо сегодня с этим проблем не было, и назвал адрес Ромашова. Вопреки своим же словам домой я даже не собирался. Придумал, чтобы отделаться от назойливых коллег, по ряду причин не испытывая желания делиться с ними секретом тайной комнаты.

Спустя некоторое время я стоял и смотрел на особняк покойного руководителя агентуры Аварона. Вернее на то, что от него осталось. Не много, честно говоря. По всем признакам рубились тут крепко. Второй этаж, там, где находился кабинет Ромашова, отсутствовал напрочь. Все стены были испещрены следами от пуль. Окна разбиты. Ворота снесены, а вместо них болтались две натянутые полицейские ленты предупреждающие, что проход закрыт. И всё это на фоне благопристойного элитного района с дорогими коттеджами, мощённым плиткой тротуаром и клумбами с пока ещё отсутствующими цветочками. Как бельмо на глазу портящее идиллию.

Опять меня не туда занесло. Я оборвал себя на ненужных мыслях. В конце концов, сюда не философствовать приехал и не любоваться местным пейзажем. Пора работать.

Воровато оглядевшись по сторонам, я пролез под ленточками. На территории особняка следов боя прибавилось, но детально их изучать, играя в криминалиста у меня ни времени, ни желания не имелось. Старательно обходя въевшиеся в плитку пятна крови, я прошёл прямиком в оранжерею.

К моему удивлению теплица с цветами, как метко выразился неизвестный составитель сканвордов, была практически цела. Не хватало всего нескольких выбитых стёкол, и всё. Основная перестрелка прошла стороной. Ближе к дому.

Открыв дверь, я вошёл внутрь. Сразу ощутил, что микроклимат был варварски нарушен. Часть редких тропических цветов, те, что росли возле разбитых окон, не перенесли русскую весну и завяли. Остальные ещё держались, но без должного ухода и они вскоре нежильцы. Жалко. Красивый был сад.

Я прошёл в центр оранжереи и остановился возле большой гранитной чаши с водой. Нащупал на постаменте две чуть заметные выемки и с силой надавил. Чаша абсолютно бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий проход с уходящими вниз ступеньками.

Всё просто. Признаюсь, обманул я Казанцева, заверив, что без меня ему сюда не попасть. Обычный тайник, без всяких дополнительных мер защиты и кодовых замков на бронированных дверях. Если знать где вход и как его открыть – ничего сложного.

Я привычно спустился по ступенькам и оказался в маленькой комнатке площадью едва ли больше восьми квадратов с небольшой нишей в правом углу. Обстановка сама собой была спартанской, по самому минимуму. Стол, стул, два стеллажа с папками и книгами, да невысокая тумба, на которой стоял кулер с водой.

После моего последнего визита здесь ровным счётом ничего не изменилось. Разве только папок с бумагами стало больше, но и это неточно.

Я прикинул, где Георг мог хранить документацию на «Проект». Понятное дело, что не вот так, условно у всех на виду. Ромашов был тот ещё перестраховщик и понимал, что сама по себе тайная комната не даёт стопроцентной гарантии сохранности сверхсекретных документов. Потому я и не стал тратить время впустую и перебирать бумаги в открытом доступе. Решил заглянуть сразу в сейф.

Подойдя к одному из стеллажей с книгами, я без труда нашёл знакомый корешок «Трудно быть Богом» Стругацких и плавно потянул его на себя. За шкафом что-то щелкнуло, и он наполовину отъехал в сторону. Вот и тайник. О его существовании Георг поведал мне незадолго до той злополучной аварии. Почему доверился мне, а не своему помощнику Казанцеву видимо для меня навсегда останется секретом.

Теперь лишь бы код подошёл. Вдруг заволновавшись, я затаив дыхание набрал нужную комбинацию цифр. Дверца вмонтированного в стену сейфа со щелчком отворилась. Я заглянул внутрь. Если не считать пистолета и сложенного пополам листа бумаги – пусто.

Вот так поворот. Честно – весьма неожиданно. Я был настроен на совершенно другой результат. Ладно, будем работать с тем, что есть.

Первым делом я проверил пистолет и, убедившись, что магазин набит под завязку, убрал его за спину. Лишним точно не будет. И только после этого развернул листок. На нём широким размашистым почерком Ромашова было написано: «Михаил, ты знаешь, что делать». И всё!

Пипец, засада. Понимай, как хочешь. Ребус, твою мать. Оружие и записка. Намёк, что всё кончено и пора застрелиться? Дудки, я в такие игры не играю. Нет азарта. Да и Георг был не из тех, кто кричит: «Караул! Всё пропало. Спасайся, кто может». Тут, что-то другое. Думай, Миша, или как там тебя зовут на самом деле. Думай. Вспоминай.

Я начал перебирать в памяти детали того дня, когда Ромашов позволил мне узнать про тайную комнату. Вот мы спустились по лестнице, пересекли комнату, подошли к стеллажу. Георг показал мне ключ-книгу, велел мне самому запустить механизм. Дальше продиктовал код от сейфа и отошёл в сторону.

– Зачем ты мне это показал? – помню, спросил я тогда у начальника, увидев пустой сейф. – Что здесь будешь прятать?

– Нужную тебе вещь, – ответил мне тогда Георг. И не соврал, оружие всегда пригодится. – Посмотри на меня.

Я обернулся. Ромашов стоял возле стеллажа.

– Запомни. Информация на обороте книги куда важнее обложки, – выдал дико умную мысль Ромашов и, задвинув Стругацких, вернул шкаф на место. – Теперь ты знаешь, что делать.

Ага, знаю. Нашёл вундеркинда. Я задумался. Единственное, что шло на ум – документация на «Проект» спрятана среди книг. Странно. Зачем тогда нужен пустой сейф? Ведь это явно обманка. И она не сработает, если нужное найдут сразу же при первом поверхностном обыске. Нет, не всё так просто.

В голове настойчиво билась фраза про информацию на обороте книг. Что это могло означать? Если только…

Я подошёл к наполовину перекрытой выдвинувшимся стеллажом нише в стене. Непросто так она здесь сделана. Протиснулся в проём и встал лицом к задней стенке шкафа. Ни черта не видно. Пришлось достать телефон и посветить фонариком.

Так и есть. Чуйка меня не подвела. На самом верху к фанерному листу был приклеен на двусторонний скотч серый квадратный конверт. Потянувшись, я попытался его отодрать от стеллажа, отчего бумага порвалась и мне в руку выпала чёрная флешка.

Мельком глянув на находку, я сунул её в карман. Надеюсь это то, что я искал. Иначе, зачем её так усердно прятать?

Делать мне здесь было больше нечего, и я поднялся обратно в оранжерею. Вернул на место чашу с водой, поправил воротник и, развернувшись к выходу, неожиданно наткнулся на молодого человека. На его совершенно мне незнакомой подозрительной физиономии лучезарно светилась наглая самоуверенная ухмылка.

– Добрый день, мсье Рудаков, – показав ряд ровных белоснежных зубов, на чистом русском поздоровался парень.

На первый взгляд я не дал бы ему и двадцати пяти годков, хотя внешность зачастую бывает обманчива.

– И вам не хворать, добрый молодец, – осторожно ответил я готовый к любым неожиданностям. Абы кто здесь шастать не будет. Опять же моя личность, оказывается, ему хорошо известна. – Знакомы?

– Нет. Разве только слышать могли. Но и в этом я сомневаюсь, – продолжая радостно любится, как старому приятелю развёл руками парень. – Жак Ланс. Заместитель руководителя французского отделения тэрингов.

Клон значит. В том, что передо мной враг я и так почти не сомневался. Вот только французу что здесь понадобилось? Где уже привычные клоны Фокса? Кончились? Хотелось бы верить.

– Чем обязан?- Нисколько не смущаясь, я достал пистолет. Стрелять не собирался, но оно как-то спокойнее, когда оружие в руках.

– Михаил, не нужно так нервничать. Мы хотим только поговорить, – прозвучал с боку спокойный голос ещё одного незнакомца.

Стараясь не делать резких движений, я медленно повернул голову. Возле куста красной Кортадерии стоял смуглолицый мужчина с внешностью выходца из Южной Европы. Полагаю, за кустом он и прятался, раз я его не заметил раньше.

– И много вас здесь? – стараясь выглядеть невозмутимо, поинтересовался я.

– Всего трое, – послышалось с другой стороны.

Этот голос уже был с явным восточным акцентом. Китай или Япония. Может Корея. Я не настолько тонко в этом разбираюсь, чтобы почувствовать разницу.

– Действительно, всего трое, – усмехнулся я, понимая, что мне одному против троих клонов ничего не светит. Закопают прямо вот под этим кактусом.

– Это Витторе Фалько, представитель итальянского филиала и мистер Тэтсуо Куроки из Токио, – представил своих спутников Ланс. Хоть я его об этом и не просил.

– Зачётная получилась солянка. Что же вас привело в наши Богом спасаемые широты?

Несмотря на обещание мирного разговора, пистолет убирать я пока не торопился. Это был мой единственный шанс на спасение. Или, если совсем не повезёт, возможность забрать с собой на тот свет как можно больше этих врагов человечества.

– Переговоры, – учтиво склонил голову японец. – Мы предлагаем заключить перемирие.

Вот именно этих слов я ожидал услышать меньше всего. Никогда ещё за всю историю экспансии космоса клоны не шли на сотрудничество.

– А войну тогда для чего начали? Чтобы усилить переговорную позицию?

Данный вывод напрашивался в первую очередь.

– Не все согласны на мир с аваронцами, – признался Ланс. – Мы и ещё несколько отделений считаем, что земляне должны объединиться перед лицом внешней угрозы.

Разумно. Пока государства Земли воюют друг с другом «богомолам» легче завоевать планету. Принцип «разделяй и властвуй» отлично работает во всей Вселенной. Особенно хорошо это должны понимать тэринги. В их истории уже случались моменты, когда из-за вражды кланов само существование ящеров стояло под угрозой.

– Если я вас правильно понял, делим мир по сферам влияния без взаимных претензий и выступаем единым фронтом против чужих? – уточнил я, проверяя клонов на «вшивость». Если они со мной согласятся, значит, врут от первого до последнего слова. Если нет, есть смысл разговаривать дальше.

– Не совсем так, мистер Рудаков, – ответил Куроки вместо француза, которому я собственно и адресовал вопрос, посчитав его главным в тройке. Видимо ошибся. Бывает. – Мы предлагаем временное сотрудничество. После устранения угрозы в лице третей стороны, продолжим работать над референдумом по вхождению Земли в протекторат одного из двух наших государств.

Предельно честно и похоже на правду.

– Допустим, вы смогли меня убедить. Не уверен, что буду столь же убедительным при разговоре со своим начальством и президентов Российской Федерации. Особенно если учесть, что с президентом я незнаком, а моё руководство меня даже слушать не станет. Сожалею, но для переговоров вы выбрали не того аваронца. Вам к Казанцеву надо. Адрес могу продиктовать.

– Мы знаем, где его найти, – чуть более эмоционально, чем требовалось, влез в разговор итальянец. – Нам нужны вы, Михаил. С Казанцевым наше руководство работать не будет.

– Интересно почему?

Меня разбирало любопытство. Неужели Руслан настолько принципиален, что не станет рассматривать ни одно предложение, исходящее от клонов?!

– На то есть веские причины. Вам это знать не обязательно, – сказал, как отрезал вмиг прекративший улыбаться Ланс.

Разительные перемены. Здорово им бывший друг насолил, ничего не скажешь.

– Ладно. Закрыли тему. Каковы ваши гарантии мира?

– Прекращение военного вторжения в Белоруссию. Капитуляция Украины. И смерть Артура Фокса, – озвучил свои предложения Жак.

Первые два пункта напрашивались сами собой. А вот последний…

– Вы думаете, мы настолько кровожадны, что нам нужна его голова?

– После скоропостижной смерти графа Беркли Фокс является фактическим руководителем всей агентуры. И он против перемирия. У нас задание его устранить.

– Благое дело. Не стану отговаривать, – я не смог удержаться от язвительного комментария. Как правило, у меня такое бывает, когда не могу полностью довериться собеседнику. – Только ещё раз повторюсь, вы, парни, не с тем на связь вышли. Моё слово нигде ничего не решает.

– Михаил, вы Куратор. Второе лицо в иерархии агентов Аварона, – учтиво поправил меня Куроки, намекая, что отпираться бессмысленно.

Звучит солидно. Спору нет. Вот только бестолковый из меня вышел Куратор, если честно. До сих пор не понимаю, почему покойный Ромашов выбрал именно меня. Чем я ему так насолил?

– Допустим, – я понял, что отпираться дальше, только зря тратить время. Да и небезопасно это. Неизвестно, что им взбредёт в голову, когда до них дойдёт, что от меня толку на три копейки. – Я вас услышал и сделаю всё возможное, чтобы ваше предложение дошло до нужного адресата. Но это только после смерти Фокса. И я должен убедиться в этом лично.

– Хорошо. Через пару дней мы сами найдём вас, – всё так же невозмутимо ответил японец.

– Так же, как вы нашли меня сейчас?!

– Это было нетрудно. В Москве остаться незаметным невозможно, – уклончиво обмолвился Ланс. – Нам пора. Иначе, боюсь, у вашей подруги сдадут нервы, и она начнёт стрельбу.

Растерявшись от столь неожиданного заявления, я чуть было не ляпнул лишнего, но вовремя спохватился. Чай не совсем дурак, чтобы вот так сразу признаться, что здесь один и других посторонних в упор не вижу, и сообразить о ком говорил клон. Кроме Алины в подругах у меня никто не числился. И если это и вправду она, как здесь оказалась разбираться будем потом.

– Не смею задерживать, – невозмутимо откланялся я.

Не проронив более ни слова, клоны покинули оранжерею.

– Выходи, – крикнул я в неизвестность не торопясь убирать пистолет.

Вдруг это не Алина, а я уже весь такой на расслабоне.

Однако я не ошибся. Среди редких экзотических растений сперва показалась хорошо знакомая огненно-рыжая шевелюра, а спустя мгновение на дорожку вышла её обладательница.

– Следила за мной?

Иначе, как ещё объяснить её появление здесь.

– Следила, – не стала отпираться Алина. – Клоны?

– Они самые.

– Что хотели?

– Ты сама всё прекрасно слышала.

Это я уже сказал наугад, но и тут не ошибся.

– Слышала. Ты им веришь?

– Если мимо моего берега реки проплывёт труп Фокса, то да.

– Руслану скажешь?

– Пока рано. Дождёмся первого подтверждения, – я убрал пистолет и взял Алину под локоть. – Пойдём. Здесь нам делать больше нечего.

Гордая аваронка ожидаемо одёрнула руку. Однако вместе со мной пошла к выходу.

– Ты нашёл, что хотел?

– Возможно, – уклончиво ответил я, ещё сам не зная, что записано на флешке. – Твоих рук дело?

Первое, что бросилось в глаза, когда мы вышли на свежий воздух, были два трупа аккуратно уложенные возле лавочки. Когда я шёл сюда, их не было.

– Нет, – чуть растерялась девушка. – Думала это ты.

– Не угадала. Этих парней я не знаю. Наверное, ветром надуло, – я уже примерно догадывался, кто здесь так позабавился. – Ты на машине?

– Да.

– Отлично. Поехали ко мне. Полицию вызову по дороге.

Глава 9

После первого столкновения землян с пришельцами капитан Ваганов резко изменил своё отношение к чистильщикам. Если раньше он с изрядной долей скепсиса воспринимал их «суперспособности» расписанные Казанцевым, то теперь в их наличии убедился лично. По правде говоря, Дмитрий Алексеевич не верил, что эти двое смогут справиться с заданием, и с тяжёлым сердцем ставя перед ними задачу, считал, что отправляет парней на верную смерть. Будь его воля, он бы отправил за пришельцем отлично подготовленную группу в составе не менее шести-семи человек. Но приказ Казанцева был непререкаем.

Чем насолили ему эти парни, капитан не знал, и лезть с расспросами не собирался. Не его это дело, в конце концов. Пускай сами между собой разбираются.

Это было тогда. До того, как здоровяк с позывным «Медведь» притащил в лагерь уродливую тушу пришельца. А его щупловатый, пронырливый товарищ с наглой ухмылкой заявил:

-Заказывали? Получите и распишитесь.

Хамовато вышло. Любого из своих бойцов, за такое обращение к командиру, Ваганов наказал бы так, что он на всю жизнь запомнит и впредь неповадно будет. Но с чужими решил не связываться, даже невзирая на то, что Казанцев передал парней под прямое командование Дмитрия Алексеевича.

Капитан приказал сколотить под тушу пришельца подходящую тару и с взводом охраны отправил ценный груз в Туру. И дальше встал вопрос, что ему делать с прикомандированными бойцами. С одной стороны поставленную задачу они выполнили. С другой, их начальство недвусмысленно намекнуло, что в парнях пока не нуждается. А вот сам Ваганов от таких спецов совсем бы не отказался.

Именно так он чистильщикам и преподнёс, предложив пока остаться у него и усилить отряд до прибытия подкрепления. Время на подумать выделил ровно до обеда, попутно одарив аваронцев всевозможными подарками из арсенала роты.

– Что скажешь? – поинтересовался мнением товарища «Медведь», открывая уже второй за утро комплект сухпайка.

– На ссылку похоже, – поделился своими соображениями «Призрак».

– Не понял, – нахмурился здоровяк. – Ты про что?

– Да всё про тоже, – чистильщик отложил в сторону заполненный магазин к «укороту» и взял следующий. – Тебе не показалось, что Казанцев нас специально здесь оставил? Чтобы под ногами не путались.

– Нет, – прочавкал набитым ртом приятель.

– А вот мне показалось.

– Обоснуй.

«Призрак» задумался, подбирая нужные слова, чтобы доходчиво объяснить свои подозрения. Причём не основанные на реальных фактах, а находящиеся на уровне ощущений и догадок.

– Задание, что нам дал капитан, было чертовски опасным. Мы запросто могли с него не вернуться.

– Допустим.- Согласился «Медведь». Ударить полуживого пришельца со спины, невелика заслуга. Считай, что повезло.

– А теперь подумай, смог бы взвод спецов, что разоружил нас при первой встрече справиться с задачей?

Здоровяк с задумчивым видом засунул в рот очередную галету и, захрустев уверенно кивнул:

– Смог бы. Возможно даже без потерь.

– Вот и я про это. Зачем тогда мы понадобились?

– Чтобы с гарантией.

– Допустим, – не унимался «Призрак». – Тогда дело сделали и домой. Но наше многомудрое начальство решило, что здесь мы нужнее.

– Ему виднее.

Других слов от «Медведя» ожидать не приходилось. Он вообще глубокими мыслями себя не утруждал. Приказали, сделал. А что и почему его не волновало. Есть начальство, вот оно пускай и думает. Чистильщики ни разу не про это. Они про силовые методы решения проблемы. Устранить человека, зачистить территорию, прикрыть оперативников. Вот их узкая специализация.

«Призрак» в этом плане попался какой-то бракованный. Случалось, что и агентам советы давал, и в основном по делу.

– Верно, говоришь. Но своей головой думать, тоже не помешает.

– И, что ты надумал? – не без иронии поинтересовался «Медведь».

– Ничего хорошего. Есть два варианта. Первый, нас нарочно оставили здесь, чтобы не путались под ногами. Второй, хотели избавиться, физически.

Здоровяк поперхнулся и закашлялся.

– Это ты сильно загнул, – вытирая проступившие слезы, прохрипел «Медведь». – Уважаю.

– Сам в шоке, – хмуро признался напарник, решив на время закрыть деликатную тему. Слишком мало данных, чтобы делать какие-то конкретные выводы. – А на просьбу Ваганова прикрыть его парней, думаю, стоит согласиться. Не знаю где мы на данный момент реально нужнее, но Казанцев приказал быть здесь.

– Согласен, – сыто откинулся на спинку стула здоровяк-обжора. – Надолго?

Хороший вопрос. Именно его Руслан и забыл уточнить.

– До прихода подкрепления. А там видно будет.

– Договорились, – по обыкновению согласился с товарищем «Медведь» и легко, несмотря на свои внушительные габариты, поднялся со стула. – Пойду «малыша» проверю.

Так ласково чистильщик именовал выпрошенный у капитана «Корд». Крупнокалиберный пулемёт весом добрых тридцать килограмм. А то, как он его добывал, отдельная история.

…– Зачем он тебе? – непонимающе спросил Ваганов, едва услышав просьбу «Медведя» в перечне необходимого чистильщикам оружия. – Возьми «Печенега». Или «Калашникова». Такой у меня тоже есть.

– Мелковат он против этих монстров, – признался аваронец, лично наблюдая, как выпущенные из ручного пулемёта пули калибром 7.62 рвали тела «богомолов», тормозили, причиняли боль, но с ног сразу не валили. А это время, которое могло стоить жизни. То ли дело мощный, бронебойный патрон 12.7 мм. Такой «броню» по оврагам прячет и «вертикальных» приземляет. Словом, машинка то, что надо. Как раз под тяжёлую руку чистильщика.

– Твоя, правда, – был вынужден согласиться капитан, тоже принимавший участие в отражении ночной атаки. – Только «Корд» я тебе не дам. У меня их всего две штуки. И расчёт – профессионалы, каких поискать. Каждый половины роты стоит.

Тут капитан нисколько не преувеличил. Пулемёты в грамотных руках, залог победы. Осталось выяснить, в чьих он будет более эффективным.

– Лучше «Медведя» с пулемётом никто не умеет, – высказался «Призрак» отлично зная способности своего товарища. Сам не раз в этом убеждался, как на полигоне, так и в реальном бою. Помниться особенно крепко им досталось в командировке в Сирию. Выжили только благодаря чуду и мастерству «косолапого». – Не в обиду будет сказано, но твои спецы с ним даже рядом не курили.

– Красиво поёте, – недоверчиво ухмыльнулся командир, хотя после этой ночи сомневаться в способностях новых бойцов не приходилось. – Мои парни лучшие в дивизии.

– Проверим? – провокационно предложил аваронец.

Взять капитана «на слабо» ещё никому не получалось. Не вышло и в этот раз. Однако … жуть как хотелось посмотреть, на что ещё способны эти двое.

– А, давай, проверим, – согласно хлопнул ладонью по столешнице Ваганов. – Два подхода по три патрона. Кто покажет более точный результат, тот выиграл.

– Ставки?

– Если победит «Медведь», пулемёт ваш. Если мои парни, вы остаётесь в отряде, пока начальство про вас не вспомнит.

«Призрак» прикинул, озвученные условия вполне подходят. Лезть в кабалу, конечно, не хотелось, но до этого не должно дойти. В мастерстве товарища он не сомневался.

– Приемлемо.

– Договорились, – буркнул здоровяк, поддержав напарника.

– Тогда к барьеру, – обрадовался Дмитрий, ещё не догадываясь, что его ждёт.

В качестве мишени выбрали две сосны росших в трёхстах метрах от уже установленного на стойке пулемёта. Дистанция не велика, но сложность заключалось в том, чтобы все шесть пуль уложить в ствол диаметром чуть меньше метра.

С помощью жребия право начать первыми досталось парням Ваганова.

Стрелок упёр приклад в плечо, прицелился и «Корд» три раза коротко рыкнул, выбивая своим грозным калибром из ствола дерева щепу. Сосна закачалась, но устояла. А следом ещё очередь, с тем же эффектом.

– Четыре из шести, – посмотрев в бинокль, объявил результат Ваганов. – Молодцы парни. Не посрамили командира.

– Достойно. Но такое мы ещё в школе проходили, – снисходительно высказался «Призрак». – Сейчас вам покажут, как взрослые дяди умеют. «Миша», покажи мастер-класс.

– Уверен? – засомневался «Медведь» сразу догадавшись, о чём просит товарищ.

– На все сто. Нам с этими парнями возможно скоро бок о бок драться. Пусть знают, что мы здесь не случайные прохожие и нам можно доверить прикрыть спину.

– Хорошо, – прогудел здоровяк и, подойдя к стойке, снял пулемёт.

Среди собравшихся поглазеть на бесплатное представление бойцов раздался ропот удивления. Кое-где даже послышались смешки и едкие реплики об умственных способностях силача. Те, кто рискнул поставить на новенького, наверняка уже распрощались с деньгами, вяло отнекиваясь от шутливых подначек товарищей.

«Медведь» не обращая внимания на настроение толпы, легко вскинул тридцатикилограммовый «Корд» и выдал первую очередь. А за ней и вторую, с интервалом всего в несколько секунд.

Результат был виден даже невооружённым глазом. Ствол сосны разлетелся в щепку и дерево с треском завалилось на бок. Что называется – полная и безоговорочная. Количество попаданий уже не сосчитать, но сам факт того, чтобы вот так с рук «состричь» дерево говорил о многом.

Шутки и смех мгновенно стихли. Вместо них послышался одобрительный, восторженный гул. Язвительные реплики уступили место уважительным восклицаниям.

– На стероидах сидишь? – только и смог выдать капитан не веря, что стрелять с такого положения и с таким результатом в принципе возможно.

– Гематоген в детстве кушал, – взял слово «Призрак» вместо обиженно насупившегося друга.

– Видать, килограммами, – зло добавил стоявший рядом лесник и, недобро покосившись на аваронцев, достал заткнутый за поясом топорик. – Пойду, свалю от греха подальше.

– Пулемёт наш? – на всякий случай уточнил «Медведь» проводив взглядом идущего к повреждённой сосне Ермолина.

Присутствовало у чистильщика некое чувство вины за армреслинг. Как ни крути, а силы всё же были несопоставимы.

– Только пока вы в отряде, – недовольно напомнил Ваганов.

Что ж, понять можно. Проигрывать всегда неприятно.

Вот таким Макаром «Корд» оказался в арсенале чистильщиков. Правда, ненадолго. Ближе к вечеру пришла новость, что к ним движется колонна подкрепления усиленная бронёй. Выходило, что острой необходимости пребывания в лагере аваронцев уже не имелось. И без них было кому достойно встретить «богомолов».

Но, как известно, стоит только загадать да запланировать, как всё катится кувырком.

Уже начало смеркаться, когда до лагеря дошли отголоски далёких взрывов. Где-то высоко в сером небе один за другим загорались яркие всполохи пламени, чтобы в тоже мгновение превратиться в огненные росчерки падающих объектов. Такие фейерверки за последние дни были далеко не редкость, но столь массированных атак ещё не случалось. ПВО землян работало на пределе своих возможностей, стараясь не допустить прорыва вражеского десанта. Не приходилось сомневаться, что вот-вот подключится фронтовая авиация. Точнее та горстка истребителей успевшая передислоцироваться в Туру.

Мало. Чертовски мало для успешного отражения атаки. Пусть не все, но часть десантных кораблей противника прорвётся к земле и тогда пехоте придётся жарко. Про мирное население и говорить не приходится. Если пришельцы доберутся до населённых пунктов – будет резня.

Капитан Ваганов отдал приказ готовиться к бою. В том, что «богомолы» выйдут именно на их отряд никто не сомневался. Почему-то чужих в основном тянуло именно в этот квадрат. «Призрак» полагал, что причина в уничтоженном пункте управления спутником. Вполне возможно, что пока он частично функционировал – служил своего рода маячком для кораблей пришельцев. Вот они по проторенной дорожке и слетались сюда, как мухи на мёд.

По мере приближения кораблей к земле стали отчётливо различимы их контуры. Они совсем не походили на уже привычные медлительные прямоугольные «тумбы» с десантом. Юркие, хищные, с «острыми зубами». Это стало наглядно видно, когда подоспели русские истребители и вступили в бой.

С первых же минут вражеские корабли показали себя достойным противником. Умело маневрируя, с большим трудом, но всё же в основной своей массе, удачно избегая встречи с выпущенными ракетами. И огрызались в ответ лазерными лучами. Русские асы не уступали им в лётных и боевых качествах, но численное превосходство давало о себе знать. Пришельцы давили массой, атакуя русские истребители сразу по три-четыре штуки на брата. Ещё несколько ушли в сторону, чем вызвали у «Призрака» тревожные предчувствия.

Понемногу основная воздушная баталия сместилась южнее, зато в небе над Турой показались тяжёлые десантные корабли пришельцев.

– Вот и для нас работа на подходе, – сурово высказался один из бойцов Ваганова.

– Что-то много их сегодня, – нервно поглядывая в небо, отозвался другой.

– На сверхурочную тянет.

– «Сухой», ты попроси, может тебе премию выпишут, – под дружные смешки сослуживцев подначил старшего и более опытного товарища молодой парень с позывным «Шмель». – И нам заодно.

– Остряк, – пробурчал тощий, как жердь «Сухой». – Сейчас навалятся всей кучей, не до смеха будет.

– Отставить панику, – подошедший капитан по-отцовски похлопал «Сухого» по плечу. Ни в одном из своих бойцов он не сомневался. Знал, что они достойно встретят врага. – «Шмель» запускай свой аппарат. Посмотрим, где они высадятся.

– Будет сделано, – козырнул бойкий на словцо парень и побежал готовить беспилотник к боевому вылету.

Из дома вышел радист и быстрым шагом направился к командиру.

– Товарищ капитан, срочное сообщение.

По встревоженной интонации голоса отвечающего за связь сержанта сразу стало понятно, что хороших новостей лучше не ждать.

Дмитрий Алексеевич обвёл взглядом хмурые, сосредоточенные лица бойцов.

– Говори.

– На колонну напали корабли пришельцев. Сейчас идёт бой.

– Суки! – в сердцах сплюнул под ноги «Сухой», высказав общее мнение.

А «Призрак» в очередной раз убедился, что его плохие предчувствия имеют нехорошее свойство сбываться.

***

Отряд белорусских пограничников, согласно приказу штаб, зашёл на территорию Литвы, совершая разведывательный рейд.

– Командир, колонна на девять часов. Расстояние двенадцать километров, – внимательно вглядываясь в монитор на пульте управления дроном сообщил «Малой».

– Состав? – потребовал уточнений Захар Михайлович.

– Два «Боксёра», по одному в голове и хвосте колонны. Пять грузовиков. Предположительно с личным составом. Точно не скажу, накрыты теном.

– «Тесла», передай в штаб координаты цели. Там уже сами решат, что с ней делать.

– Считай, что готово, – заверил радист.

– Капитан, может, посмотрим кто такие? Чем дышат? – предложил «Спам».

Левченко отрицательно мотнул головой. Обидно, конечно, упускать врага безнаказанно, но колонна была не по зубам легковооружённому разведотряду. Если бы ещё не было «брони», то можно было навести шороху. Пострелять и отойти. Но тут только сунься, пулемёты вмиг прочешут лес частой гребёнкой так, что ни одно укрытие не спасёт. Опять же приказ был в бой с противником не вступать, ни под каким предлогом.

– «Малой», сажай «птичку». Идём дальше.

– Второй день уже ходим, – проворчал вечно всем недовольный «Краб». – Сколько целей упустили…

– Повоевать захотелось? Успеешь ещё, – цыкнул на бойца командир. – У нас другая задача. Напомнить?

– Не надо.

– Если возражений больше нет, – капитан покосился в сторону «Краба», – идём в квадрат семнадцать. Порядок движения прежний.

– Сука! – не сдержавшись, выругался оператор беспилотника. – Нас засекли. На пять часов вижу группу противника, скрытно передвигающуюся в нашу сторону. Пять… шесть… семь человек. Расстояние до километра.

– Уходим, – заторопил личный состав Левченко. – «Малой», ты долго?

– Пять минут.

– Плохо, – нахмурился капитан.

За это время противник успеет выйти на расстояние огневого контакта. А это бой с непредсказуемым результатом. Даже то, что на стороне белорусских разведчиков было небольшое преимущество, как у встречающей стороны, не могло гарантировать, что обойдётся без потерь. Это в свою очередь влекло провалом задания, где чётким по белому было сказано: находить военные цели и докладывать их координаты. В бой с врагом не вступать.

– Уходите, – оператор беспилотника не хуже командира понимал, что их вот-вот накроют. – Я догоню.

– Хорошо, – после секундных колебаний согласился Захар. – «Краб», прикроешь «Малого».

– Без проблем, – оживился давно жаждущий драки боец. – Наконец-то постреляем.

Тут уже даже у опытного разведчика сдали нервы.

– Ты дурак?! – сжав зубы, яростно прорычал капитан. – Я сказал прикрыть, а не вдвоём на семерых лезть. Герой, твою мать. Себя не жалко, «Малого» пожалей.

– Командир, я же пошутил, – опешил от такой отповеди «Краб». – Ты же меня знаешь…

– Потому и говорю.

«Краб» был лучшим бойцом в отряде. Настоящий профи своего дела. Дать ему задание, значит на девяносто девять процентов быть уверенным в его успешном выполнении. Правда, числился за «Крабом» единственный недостаток, за который он уже несколько раз готов был вылететь из рядов вооружённых сил на вольные хлеба гражданки. Слишком уж несдержанным и горячим характером он обладал. Так и норовил везде лезть на рожон в поисках хорошей драки. Но Левченко ему верил. Если «Краб» пообещал, то согласно своим принципам, от слова своего никогда не отступит.

– Встречаемся в семнадцатом квадрате, – ещё раз напомнил капитан оставшимся бойцам и обратился к остальным: – Пора, парни. Уходим.

– Командир, разреши остаться, – попросил «Спам». – Прикрою.

– А тебя кто прикроет? Нет, уходим вместе.

Приказы не обсуждаются. Четыре человека почти бесшумно растворились в пока ещё редкой «зелёнке».

Захар Михайлович ничего не мог сказать про других, но лично у него на душе было пакостно, как никогда прежде. В мыслях настойчиво поселились сомнения в верности сделанного выбора. Правильно ли он поступил, оставив двух своих людей и уведя основной отряд?! Чёртова дилемма. На одной чаше весов находилась присяга, требующая чёткого выполнения порученного задания, на другой совесть и ответственность за жизни боевых товарищей.

Далеко уйти не удалось. С той стороны, где остались «Малой» с «Крабом» послышались выстрелы. Тут даже гадать не пришлось и так понятно, что бойцы не успели скрыться.

– Возвращаемся, – время сомнений прошло, теперь Левченко чётко знал, что делать. – «Тесла» со мной. «Спам» на контроле. «Тихий» обходишь через орешник.

– Принято, – почти синхронно ответили радист и снайпер.

Четвёртый боец просто кивнул, полностью отвечая своему позывному. Характер такой – молчать и не отсвечивать. По жизни вёл себя тихо и незаметно. Всегда в сторонке. С таким в компании находиться всё равно, что одному.

Когда вышли на точку бой был в самом разгаре. Литовские боевики давили шквальным огнём. «Краб» огрызался короткими очередями, постоянно меняя позицию. «Малой» лежал на земле, скрючившись в позе эмбриона и тихо постанывая.

Левченко скрипнул зубами. Вот она цена ошибочного решения. Как ни юли, а перед совестью и людьми не оправдаться. Кинул он ребят, зная, что шансы уйти у них минимальны.

Капитан выбрал цель и надавил на спусковой крючок. Очередь из АКМ разворошила молодую листву куста, за которым прятался литовский боец. Результата Захар не увидел, так как в тот же момент ответный огонь в опасной близости срезал ветки лещины, и командиру пришлось перекатом уходить в сторону.

Оперативно среагировали гады.

Слева длинной очередью на пол рожка вступил в бой «Тесла». Намеренно прижимает к земле иродов, чтобы дать возможность товарищам перегруппироваться. Заметил только не всех. Один из литовцев оказался далеко в стороне от основной группы, не иначе хотел «Крабу» во фланг выйти, но сменил первоначальную цель на радиста.

Левченко заметил его слишком поздно. Лишь когда прозвучал звонкий выстрел из снайперской винтовки и вражеский боец ткнулся мордой в траву капитан понял, что «Тесла» был на краю. Отдельное спасибо «Спаму», вовремя сделал контроль.

«Краб» перебежками сменил позицию и, выйдя противнику с боку, отправил к праотцам ещё одного. У «Теслы» место оказалось крайне неудачным, стрелял почти вслепую, не столько на поражение, сколько нервируя врага и не позволяя ему отвечать прицельным огнём.

Капитан вновь перекатился и отстрелялся в «молоко». Достать бойцов противника в «зелёнке» не так просто. Вся надежда на снайпера.

В зарослях орешника завязалась перестрелка. Похоже, не одни они такие умные, чтобы идти в обход и «Тихий» нарвался на неприятеля.

– «Краб», проверь «Тихого», – выкрикнул командир и опустошил магазин, прикрывая бойца.

Быстро сменил на новый. Как раз вовремя. «Тесла» замолчал перезаряжаясь.

Вновь щёлкнул выстрел снайперской винтовки. Результат капитан не видел, но зная работу «Спама» не сомневался, что, как минимум, подранок обеспечен.

Ответный огонь противника заметно ослаб, а вот стрельба в орешнике наоборот, зазвучала с новой силой. Причём, как показалось командиру, стала удаляться.

Захар Михайлович бросил тревожный взгляд на «Малого». Парень затих, уже не стонал и не шевелился.

– «Тесла», прикрой, – пересиливая треск автоматов, прокричал командир и, поливая перед собой шквальным огнём, бросился на разрыв дистанции.

Добежал до берёзы, присел за деревом и бросил гранату. Хлопок взрыва и сразу же сдавленные стоны, вперемешку с иноземными матюгами. Левченко выждал несколько секунд опасаясь нарваться на ответку, которой так и не последовало, и, обойдя укрытие литовцев справа, не глядя опустошил остатки магазина.

И сразу подключился радист, успев подойти ближе. Прикрыл командира длинной очередью, дав ему возможность перезарядиться.

Тем временем перестрелка в орешнике практически стихла. Доносились ещё редкие робкие выстрелы, но уже на значительном отдалении от основной схватки.

Капитан выдохнул и вновь пошёл на штурм позиции неприятеля. Правда, в этот раз стрелять не пришлось. Литовцы ушли, забрав с собой раненых и тела погибших товарищей. Кроме одного смельчака оставшегося прикрывать отход. Что ж, у него это отлично получилось, пусть даже и ценой собственной жизни.

– «Тесла» держи лес, – приказал командир и подбежал к «Малому».

То, что парень мёртв, сомнений не возникало. И эту смерть Левченко смело записал на свой счёт. Ошибся в оценке обстановки, принял неверное решение и вот результат.

Капитан перевернул тело погибшего бойца на спину. На безжизненном лице ещё совсем молодого парня посмертной маской отпечатались боль и решимость. А из безвольно разжавшейся ладони выкатилась РГД-5.

Левченко упал на землю в попытке перекатом уйти в сторону, но не успел. Раздался хлопок взрыва и капитан почувствовал, как горячие металлические осколки вонзились в тело. Резкая боль и волна удушающей слабости. Сознание путалось и уплывало в бесконечные дали. Ещё мгновение и ставшие свинцовыми веки закрылись. И наступила темнота.

А в небе заходили в указанный квадрат с колонной врага два фронтовых истребителя. Разведка своё дело сделала. Пусть и не до конца.

Глава 10

Имперский сторожевой эсминец вышел из «прыжка» уже на двадцатой минуте стандартного времени. Казалось бы, куда логичнее было уйти от вражеских кораблей, как можно дальше, но командир решил иначе. Кенг Ларг прекрасно помнил, как на «хвост» уходящему из Солнечной системы экспедиционному корпусу тэрингов сели штурмовики чужих. Что им мешает проделать тот же трюк и сейчас? Ничего. В то, что истребители капитана Капрана смогут надолго задержать врага, старший капитан не верил. Силы были слишком не равны. А значит, преследователи возможно уже встали на их след.

– Мы слишком близко, – хмуря бровь, высказалась Эрана Варон, едва эсминец вышел из гиперсветовой скорости, и автоматически включилась система накопления энергии.

– Имеющейся мощности хватило бы на несколько часов, – добавил лейтенант Вар, сверяясь с данными бортового компьютера.

– Знаю, – напряжённо ответил Ларг. Его не покидали опасения, что вражеские штурмовики где-то рядом. – Через три минуты уходим в квадрат 23/4. Меняем курс и прыгаем в квадрат 10/5.

– Хочешь запутать следы? – догадалась Варон.

– Именно, – подтвердил свою задумку командир корабля. – А вот, что делать дальше я не знаю.

Присутствующие на капитанском мостике аваронцы удивлённо покосились на командира, и лишь только одна Эрана поняла, о чём сказал старый друг.

– Если мы самовольно вернёмся домой, нас разжалуют в рядовые. Или того хуже – уволят из армии лишив всех званий и наград. Это значит, что мы останемся без льгот, пособий и пенсии. Нас не возьмут ни на одну нормальную работу. А через пару лет, когда иссякнут накопления, мы опустимся на самое дно социальной лестницы.

Описанные первым помощником капитана последствия имели стопроцентные шансы стать реальностью. Увы, но прецеденты уже случались. Да и сам военный кодекс предусматривал весьма тяжкие наказания за невыполнение задания и нарушение приказа без уважительной, веской на то причины. И наперёд никто не знал, как эту причину оценит военный трибунал.

– Мы не сможем поддерживать связь с агентами, находясь за пределами Солнечной системы. Подойти ближе не дадут чужие. Таким образом, я не вижу смысла в нашем дальнейшем патрулировании.

Старшему капитану и самому было тяжело об этом говорить, но он озвучил факты. Их эсминец слишком малая величина, чтобы бросить вызов супердредноуту пришельцев.

– Это значит оставить наших в самую трудную минуту, – с вызовом воскликнул лейтенант Вар.

Намечающийся спор прервал равнодушный голос искина:

«ДО «ПРЫЖКА» ОСТАЛОСЬ ДЕСЯТЬ СЕКУНД. ДЕВЯТЬ. ВОСЕМЬ…»

– Обсудим это позже, – Кенг Ларг пристегнул на своём кресле удерживающие ремни безопасности. – Сейчас наша главная задача оторваться от возможных преследователей.

Искин закончил отсчет, и корабль размытой световой полосой растворился в чернильной бездне космоса. Членов экипажа вдавила в кресла двенадцатикратная перегрузка, долго выдержать которую был не в состоянии ни один, даже самый натренированный, аваронец. Три с половиной секунды понадобилось бортовому компьютеру, чтобы перенастроить стабилизирующую систему в комфортный для биологических организмов режим.

– Может, стоило оставить несколько зондов, чтобы проследить есть ли за нами погоня?- Озвучил вдруг пришедшую мысль Торном Вар.

– Сигнал не дойдёт, – сверившись с данными, доложил оператор связи.

Лейтенант пристыжено промолчал. Мог бы и сам сперва всё проверить, а не торопиться со своими идеями.

В другое время Эрана Варон, негласно взявшая шефство над молодым и по большому счёту ещё неопытным лейтенантом, обязательно провела бы ликбез на эту тему, но сейчас был не тот случай. Даже командир корабля никак не отреагировал на реплики офицеров, полностью погружённый в свои мысли. Ему нужно было принять трудное и единственно-верное решение.

Настроение у всех членов команды было, как на похоронах. Что совсем не удивительно. Геройский подвиг капитана Капрана и его парней никого не оставил равнодушным. Пожалуй, только искин корабля сохранял душевное равновесие за отсутствием самой души. Эмоции машине несвойственны. Программисты и разработчики посчитали, что данная функция будет лишней.

«МИНУТА ДО ПРИБЫТИЯ В КВАДРАТ 23/4. ВСЕМ ЧЛЕНАМ ЭКИПАЖА ПРИГОТОВИТЬСЯ К ПЕРЕГРУЗКЕ».

Вскоре начался обратный отсчёт. Каждый из команды корабля мысленно считал оставшиеся секунды. Второй «прыжок» за считанные часы. А предстоит ещё и третий. Без положенного отдыха и восстановления сил за отведённое на подзарядку время. Медики, вообще, не советуют делать «прыжки» чаще одного раза в сутки, минимум два. И старший капитан Ларг прекрасно это знал. Но иного выхода не видел. Лучше рискнуть здоровьем, чем гарантированно потерять жизнь.

Эсминец вышел из «прыжка» в указанной точке и в ту же секунду датчики корабля зафиксировали постороннее присутствие в квадрате.

«БОЕВАЯ ТРЕВОГА! НА ТРИДЦАТЬ ВОСЕМЬ ГРАДУСОВ ОТ ЦЕНТРА ГАЛАКТИКИ ЗАФИКСИРОВАНЫ НЕОПОЗНАННЫЕ КОРАБЛИ. РАССТОЯНИЕ СЕМЬ СТАНДАРТНЫХ МИНУТ».

– Изображение с радара на большой экран, – приказал командир, едва стабилизировалась перегрузка. – Лейтенант, отправь зонды к месту скопления.

– Нас заметят, – возразил капитану молодой офицер.

– Нас уже заметили, – уточнил Ларг. – Мне нужна картинка. Хочу знать кто это.

Капитан был прав. Остаться незамеченным на расстоянии «вытянутой руки», по космическим меркам, это нечто из области фантастики. Очень сомнительно, что у встреченных кораблей стоят датчики слабее, чем на обычном линейном эсминце.

На экране радара высветилась целая россыпь белых точек. Навскидку их было не меньше шести-семи десятков. Через несколько секунд на экране добавилась информация о размерах и скорости объектов. Каждая точка теперь имела свою метку. А искин эсминца проанализировав данные, выдал совпадение со встреченными кораблями у планеты Земля.

– Это флот пришельцев, – нервно облизав губы, выдохнула Эрана Варон.

– Искин, все корабли данного типа со схожими техническими характеристиками квалифицировать, как корабли Чужих. Автоматически, – распорядился Торном Вар, краснея от стыда и сетуя на свою оплошность. Это, он должен был сделать уже давно. Вот, что значит нехватка реального опыта.

– Кенг, надо уходить, – повернулась к командиру Варон. – Картинки с зондов ничего нового не дадут. Мы и так знаем кто это.

– Подожди, – отмахнулся от слов помощницы старший капитан. – Искин, вычисли конечную точку их маршрута.

«ВЫПОЛНЯЮ. РЕЗУЛЬТАТ БУДЕТ ЧЕРЕЗ ДВЕ МИНУТЫ ТРИДЦАТЬ СЕКУНД».

Понимая, что они теряют драгоценное время, командир обвёл взглядом понурые лица товарищей. Умирать, конечно же, никому не хотелось. Особенно вот так – без шансов.

– Ждём.

В тягучей тишине потекли напряжённые, бесконечно долгие секунды ожидания. Мощность штатного искина была далеко небезгранична и ему требовалось время, чтобы обработать доступный массив информации и дать хотя бы приблизительный ответ.

– Капитан, один из кораблей пришельцев выпустил два десятка перехватчиков. Движутся в нашу сторону, – нарушил тишину встревоженный доклад одного из операторов.

– Расстояние?

– Шесть стандартных минут. Стремительно сокращается.

– Успеем, – уверенно произнёс Ларг. – Торном, расставь вдоль корпуса эсминца оставшиеся у нас зонды.

– Будет сделано, – с энтузиазмом откликнулся молодой офицер. Он уже примерно представлял, что задумал командир. Имелся у лейтенанта подобный опыт, приобретённый на патрульном корвете, когда они в рамках учений отрабатывали манёвр под прикрытием ложных целей.

Как оказалось, не только один лейтенант был столь проницательным.

– Кенг, ты уверен, что понадобятся все зонды? – Эране Варон было безумно жалко тратить последние резервы.

– Боюсь для достоверной картинки и того, что есть, будет недостаточно.

«КАПИТАН, ВАШ ЗАПРОС ВЫПОЛНЕН. ФЛОТ ЧУЖИХ ДВИЖЕТСЯ В НАПРАВЛЕНИИ ВЛАДЕНИЙ ТЭРИНГОВ. ВЕРОЯТНОСТЬ ЭТОГО СОСТАВЛЯЕТ ВОСЕМЬДЕСЯТ ТРИ ПРОЦЕНТА».

– Принял. Искин, начинай обратный отсчёт до «прыжка» в заданный квадрат. Лейтенант Вар, активируй зонды.

Через десять секунд корабль Империи на гиперсветовой скорости покинул место встречи с флотом пришельцев, оставив вместо себя голографическое изображение с искусственно созданным электромагнитным полем. Такая обманка сжигала просто чудовищный объём энергии и могла продержаться не более двух минут. Но и этого было вполне достаточно, чтобы эсминец успел оторваться от преследователей.

***

Молодой организм восстанавливается быстро. Особенно когда имеется сильнейшая мотивация. Такой человек способен на многое, в том числе и в рекордные сроки поставить себя на ноги. Так и Артём, выбрал для себя цель отомстить убийцам матери и друзей. Или хотя бы не допустить повтора подобных трагедий.

Как это сделать? Молодой человек видел лишь два пути. Либо служба в полиции, либо в армии. Первый казался долгим и тернистым. Второй был ближе по духу и более точно соответствовал поставленным Артёмом задачам.

Обидно до скрипа зубов. Хотелось вот уже прямо сейчас встать в ряды защитников отечества. Думалось, что в эти самые минуты враг опять замыслил плохое и остановить его некому. Артёму верилось, что только он сможет предотвратить беду. Уж он-то не проспит, не пропустит, не струсит.

Юношеская святая простота. Но мысли правильные. Даже нужные. А уж кто ты на самом деле, трус или герой, покажет только дело.

– Артём, я сегодня уезжаю домой, – вздохнула тётя Лида. Как обычно после обеда она пришла навестить племянника и справиться о его здоровье. – Я взяла отгул всего на неделю…

– Я понимаю, – Артём приподнялся и сел на кровати. – Спасибо вам. Если бы не вы, я даже не представляю, как хоронил бы маму.

При этом упоминании глаза женщины увлажнились.

– Мы никогда не были близкими подругами, но я всегда уважала твою мать. Даже старалась быть чем-то на неё похожей, – тётя Лида достала из сумочки платок и промокнула глаза. – Ты должен ей гордиться.

Артём отвернулся в сторону, чтобы скрыть свои слёзы.

– Я горжусь, – наконец всхлипнул он. – И отомщу её убийцам.

Последние слова племянника совсем не понравились мудрой женщине. Она понимала, что месть никогда ни к чему хорошему не приводила. Если принять её, как смысл жизни, значит рано или поздно, потерять себя. Неминуемо превратиться в того, кому желаешь отомстить. Ибо зло всегда порождает только зло.

– Это ты зря затеял. Маму уже не вернуть.

– Знаю. Но я должен отомстить! – в сердцах выкрикнул Артём.

– Ошибаешься, – вкрадчиво прозвучали слова Лидии. – Я разделяю твою боль, но месть не вернёт маму к жизни. Она лишь выжжет тебя изнутри. Ты потеряешь себя. Потеряешь лучшие годы в бесплодных попытках отомстить. А если вдруг сможешь, то потеряешь ещё больше. Это ловушка, из которой не выбраться.

Артём упрямо сжал кулаки. Его сердце колотилось в груди, как будто пыталось вырваться наружу.

– Нет, это ты не понимаешь! – выпалил он, глядя на тётю с отчаянием в глазах. – Я не могу иначе.

Женщина поняла, что сейчас спорить – только терять время и нервы. Бесполезное занятие.

– Что собираешься делать?

– Пойду служить в армию. Сначала срочником, потом подпишу контракт.

Что ж, не самый плохой выбор. Армия делает из мальчика мужчину. Повзрослеет, остынет, а там глядишь, и выкинет из головы опасные мысли о мести. Тётя Лида немного выдохнула, успокоившись, что всё не так плохо, как она считала вначале.

Но, как, оказалось, поторопилась с выводами.

– Я подумал, что там проще всего достать этих тварей, – вновь сжав кулаки, признался Артём. – Вы же видите, что творится. Новости смотрите. Они не успокоятся. И я хочу быть там, чтобы их остановить. Не дать им повторить содеянное.

– Что ж, ты уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно принимать такие решения, – устало вздохнула женщина. И применила «запрещённый приём»: – Об отце подумал?

Парень поник. Об отце он думал постоянно. Сейчас, по прошествии нескольких дней после нападения диверсионной группы на деревню, врачи с уверенностью давали хорошие шансы на его выздоровление. Прежнего здоровья, конечно, уже не вернуть, возраст не тот, чтобы рассчитывать на полную поправку от таких серьёзных ран, но и калекой не будет, что уже хорошо. Сможет сам о себе позаботиться. Без постоянного надзора.

О чём Артём и сказал тетё.

– Я не об этом, – покачала седеющей головой Лидия. – Иван только что потерял жену. Теперь ты хочешь лишить его сына. Ему будет трудно. И дееспособность здесь не причём. Помоги ему оправиться, побудь с ним какое-то время. Хотя бы год.

Умом парень понимал, что тётя права. Но отступать от своих решений не привык. Всегда отличался упрямым характером.

– Отец меня поймёт, – Артём даже не сомневался в этом. – Уверен, что на моём месте он поступил бы так же.

– Как знаешь, – наконец сдалась женщина. Она исчерпала все аргументы. Оставалась последняя надежда, что в этот призыв племянник не попадёт по состоянию здоровья. – Ты главное береги себя.

– Не обещаю, – чуть посветлев лицом, ответил парень. Он уже порядком устал от этих пустых, бессмысленных споров и хорошо, что тётя оставила попытки его отговорить. – Вы иногда навещайте папу.

Сглотнув подступивший к горлу ком, Лидия согласно кивнула и, не удержавшись, нежно погладила повзрослевшего племянника по голове. Как быстро идёт время. Давно ли он неугомонным чертёнком бегал по двору и радовался привезённым ею подаркам. А сейчас уже мужчина, защитник. Жаль только, что цена взросления оказалась такой высокой.

– Я пойду. Автобус ждать не будет.

– До свидания, – не стал задерживать тётю Артём. – Дяде Коле с Маринкой привет.

– Передам.

Когда за женщиной закрылась дверь, Артём вновь лёг на подушку и устало прикрыл глаза. Тяжёлый разговор с тётей изрядно его вымотал. И в чём-то он был с ней согласен. Но поступить по-другому не мог.

***

Самое просто из поручений глав своих филиалов клоны выполнили – вышли на куратора и установили с ним контакт. Осталось устранить Артура Фокса. Со временем, в свете последних событий, был жуткий цейтнот. Потому пришлось действовать без предварительной подготовки и детальной разработки плана. Полагаясь лишь на внезапность и грубую силу.

К офисному зданию, где жил и работал глава Московского филиала, клоны подъехали в десятом часу ночи. Расчёт был на то, что к этому времени «белые воротнички» уже закончат трудовой день и офисы закроются. Меньше людей, меньше путаницы под ногами.

Согласно информации полученной из надёжных источников охрана на проходной серьёзной проблемы не представляла. Сотрудники обычного ЧОПа с «травматами». Какое достойное сопротивление они могут оказать? Вопрос риторический. Куда опаснее были клоны из личной охраны Фокса. По тем же сведениям они держали под контролем весь занимаемый Артуром этаж. Точное их количество, как и вооружение, было неизвестно, но весьма сомнительно, что телохранители главы Московского филиала будут пользоваться теми же «пукалками», что и охрана на входе.

– Пора, – на английской мове произнёс Тэтсуо Куроки. – Заходим, как договаривались. Сначала я. Следом вы. Прикрытие и контроль.

И не дожидаясь подтверждения, первым вышел из машины. Быстрым шагом преодолел расстояние до главного входа в здание, у дверей чуть задержался, вынимая пистолет с глушителем, и уверенно вошёл внутрь.

Среагировав на оружие, пронзительно засигналила рамка металлоискателя. Два дюжих охранника до того расслабленно общающихся возле турникетов было дёрнулись, и завалились на кафельный пол истекая кровью.

Японец бабочкой перепорхнул через турникет и огляделся в поисках новой жертвы.

Такая нашлась на удивление быстро.

– Брось ствол, – дурным голосом завопил прячущийся за колонной охранник.

– Руки в гору. Мордой в пол, – раздалось с противоположной стороны.

Помимо этих Тэтсуо заметил ещё, как минимум троих. Что-то подозрительно много набралось охранников для обычного офисного центра.

Выполнять требования сотрудников ЧОПа японец само собой не собирался. Практически не целясь, он выпустил несколько пуль в сторону ближайшего охранника и сам спрятался за колонной. Тут же раздались ответные выстрелы. Далеко не резиновые шарики выбили из колонны цементную крошку. От таких точно обычным синяком не отделаешься. Последние сомнения отпали – информатор либо ошибся, либо предал. Второй вариант был вероятнее всего.

В холле появились француз с итальянцем и с первой же секунды оценив обстановку открыли огонь. Глухо защёлкали автоматные очереди, хотя надобности в глушителях уже не было. Клоны не сомневались, что бдительные секюрити не только взбудоражили весь район выстрелами из боевого оружия, но и успели вызвать полицию. Пост наблюдения с тревожной кнопкой находился в первой же комнате, всего в десяти метрах от турникетов, но Куроки так и не успел до неё добраться. Теперь особого смысла в этом не было.

– Держите их здесь. Я на этаж, – прокричал напарникам японец. – Через пять минут уходите, и действуйте по запасному варианту.

– Принято, – выкрикнул в ответ Ланс, усердно круша из автомата колонны, за которыми прятались охранники.

В этом ему усердно помогал Фалько, отсекая людей от лестницы и не позволяя им высунуться.

Доверившись клонам, Куроки рискнул преодолеть холл одним отчаянным рывком. В него стреляли, но это не важно. Стоило лишь только об этом подумать, как сбился бы шаг и неприцельный огонь, рассчитанный в основном на удачу, запросто мог иметь фатальные для клона последствия.

Вот и спасительная дверь на лестницу. Рывок, не заперто. Фортуна в этот день явно улыбалась японцу. За спиной не прекращали звучать выстрелы, а Тэтсуо уже отсчитывал ступеньки вверх. Порывом ураганного ветра «сметал» один пролёт за другим. Таблички с номерами этажей мелькали перед глазами. И если обычный человек уже давно повис бы на перилах, задыхаясь в хриплой отдышке и чувствуя, как кровь толчками стучит в висках подгоняемая сбившимся в аритмии сердцем, то для искусственно созданного в лабораториях тэрингов организма это было еще далеко не предел. Куроки был готов к драке с теми, кто его уже ждал на лестнице.

На двенадцатом этаже его встречали трое. И эти парни были настроены куда серьёзнее охранников внизу. Без предупреждения они открыли огонь, едва шустрый японец появился в их поле зрения. Только по счастливой случайности ни одна из пуль не задела клона.

Без надежды на результат Тэтсуо несколько раз выстрелил в ответ и прижался к стене, прячась в слепой зоне. Сверху сдавленно простонали, обозначив попадание.

– Это Майкл, – взяв паузу в перестрелке, прокричал один из мужчин. – Сдавайся. Тебе всё равно не пройти.

Странно было слышать подобные слова от начальника охраны Артура Фокса. Кому, как не ему было знать, что клоны не сдаются?!

Этажом ниже хлопнула дверь, отрезая путь к отступлению. Сомнительно, что это кто-то из сотрудников просто вышел покурить во время перестрелки. Куроки понял, что оказался в ловушке. Вполне ожидаемый ход. На то, что ему позволят спокойно добраться до Фокса он и не рассчитывал. И на всякий случай прихватил с собой парочку сюрпризов.

Достать сигнальный патрон, развернуть ручки и сорвав крышку резко выдернуть шнур, было делом нескольких секунд. Как только из трубки патрона повалил густой оранжевый дым, японец бросил его вниз на один пролёт лестницы. От едких клубов дыма защипало глаза и перехватило дыхание. Видимость резко упала, но Куроки посчитал это недостаточно. Проделав туже процедуру со вторым патроном, Тэтсуо забросил его наверх.

В оранжевой завесе уже невозможно было хоть что-то разглядеть.

Пора.

Низко пригнувшись, практически стелясь над ступеньками, японец бросился вверх по лестнице.

Понимая, что вариантов действия у киллера раз-два и обчелся, клоны Фокса открыли беспорядочную стрельбу в надежде на случайное попадание. Со всех сторон зазвучали вязнущие в густом дыму выстрелы. Тэтсуо буквально физически ощущал пролетающие над макушкой пули, каждая из которых могла стать для него последней.

Добравшись до следующего этажа, Куроки также наугад разрядил свой пистолет. Вроде кто-то сдавленно простонал, но это было неточно. Плотность дыма в ограниченном пространстве была столь высока, что он невольно скрадывал звуки.

А вот тактильные ощущения никто не отменял. Японец почувствовал, что задел плечом бедро одного из мужчин. Не позволив ему среагировать первым, Тэтсуо схватил его ногу и резко дёрнул на себя и в сторону. Потеряв равновесие, охранник Фокса завалился на спину и тут же несколько раз нажал на курок. Не встретив на своём пути сопротивления, пули растворились в оранжевой мгле ровно в том месте, где секунду назад находился Куроки.

А японец уже был на лестничной площадке. И на ней избежать встречи с телохранителями клиента оказалось нереально. Практически сразу наткнувшись на ещё одного клона, Тэтсуо дёрнулся в сторону и столкнулся с другим.

У этого реакция оказалась значительно лучше, чем у шустрого азиата. Куроки почувствовал, как его обхватили сильные руки и сдавили так, что затрещала грудная клетка, выдавливая воздух из лёгких. Попытки вырваться из цепких рук не увенчались успехом.

– Держу, – пересохшим от токсичного дыма горлом прохрипел клон.

– Тащи его в коридор, – откуда-то сбоку послышался голос Майкла.

Послышался скрип дверного доводчика, потянуло свежим воздухом, и дым тут же начал рассеиваться, теряя плотность. Оставалось только дивиться, почему клоны не сообразили открыть дверь раньше, сделав вытяжку, но обычные инкубы никогда не отличались особой сообразительностью. Их задачей являлось силовое воздействие. Что они сейчас с успехом и доказали.

Куроки попытался вырваться из цепких объятий противника. Но щуплому японцу тягаться силой с дюжим телохранителем заведомо было без вариантов. А тут и ещё один подоспел, выкручивая Тэтсуо руки.

Вдвоём они сноровисто вытолкали мятежного клона в коридор этажа. Азиату одного взгляда хватило, чтобы понять, весь их состряпанный на коленке план по ликвидации Артура Фокса изначально был обречён на провал. В коридоре находилось ещё не менее семи-восьми вооружённых охранников. Некоторые держали в руках автоматы. Чтобы пробиться сквозь такую толпу, и взвода спецназа мало.

К Тэтсуо подошёл крепкий мужчина в деловом тёмно-синем костюме. С интересом и немалой долей удивления осмотрел японца и голосом охранника, представившимся Майклом, спросил:

– На что надеялся?

Действительно.

– На удачу, – обречённо усмехнувшись, признался Куроки. – Обычно мне везёт.

– Только не сегодня, – словно сочувствуя, вздохнул начальник охраны. – Пойдём. Шеф хочет тебя видеть.

Упираться было бессмысленно. Не пойдёт добровольно, притащат силой. Тем более что она на их стороне. Тэтсуо Куроки рискнул и проиграл. Всё, что ему осталось – достойно принять свою участь.

Глава 11

Гхард Агворн гордо оскалив клыки, стоял в Зале Совета Старейшин. Сегодня здесь присутствовали все восемь Великих Родов и почти три десятка младших кланов. Давно уже совет не собирался в полном составе. На памяти старого адмирала такое было впервые.

Причиной экстренного созыва Совета, как нетрудно догадаться, был доклад командующего экспедиционным корпусом о новых звездолетах Империи, ее нарушении Лаптарского соглашения и нападение на приграничный сектор Рода Иргран. Отсюда следовало, что Империя Аварон объявила войну тэрингам.

Адмирал не сомневался, что с его отчётом уже успели ознакомиться все присутствующие в этом зале, но уходящая в века традиция требовала определённых процедур.

– Значит, ты утверждаешь, что аннексии планеты Земля тебе помешал флот аваронцев? – задал очевидный вопрос глава Рода Дархган, сверля командующего тяжёлым взглядом.

– Подтверждаю, – глухо пророкотал Агворн.

– Был ли проведён референдум о вхождении планеты в состав одной из цивилизаций?

Адмирал сразу понял к чему этот вопрос. Если допустить, что жители Земли изъявили желание стать колонией Империи, то атаку аваронцев на корпус ящеров можно было расценить, как защиту собственной территории от внешней агрессии. И тогда получается, что это тэринги первыми нарушили мирное соглашение.

– Неизвестно. Мы не смогли установить надёжную связь с нашими агентами.

– Иными словами, ты адмирал всем флотом зашёл в Солнечную систему без подтверждения лояльности жителей планеты?! – прокатился по залу, усиленный акустикой помещения, грозный рык Старейшины Рода Огркун. Одного из самых опасных и влиятельных Родов.

Гхард Агворн помимо воли оскалил клыки и в гневе ударил хвостом по полу. Каждый ящер с момента вылупливания из яйца впитывает в себя уважение к старшим, но оно всегда базировалось на справедливости. Сейчас же из адмирала хотели сделать виновного в начале войны. Вот только поможет ли это её избежать? И надо ли?

– Я выполнял приказ Совета Старейшин.

– Совет не наделял тебя правом вторгаться на чужую территорию, – безапелляционно отрезал глава Рода Огркун.

– Аваронцы никак не обозначали своё право на планету, – отчеканил адмирал, широко раздувая ноздри. Это уже был не гнев, а с трудом сдерживаемый приступ бешенства. Идя на суд Старейшин, Гхард Агворн прекрасно осознавал, что будут попытки провокации, но даже не предполагал, что дело дойдёт до откровенного подлога понятиями. – Согласно договорённости, как мы, так и имперцы должны предупредить по открытым каналам связи, что была нарушена граница. Этого не произошло. Считаю, Империя осознанно нанесла удар, прекрасно понимая к каким последствиям это приведёт.

– Может случайное недоразумение? – предположил глава Рода Драгнар, обращаясь к Совету.

Этот старый ящер пользовался большим уважением, как среди глав Родов и Кланов, так и среди простых тэрингов. Однако сам адмирал, с точки зрения кадрового военного, считал его чрезмерно мягким и слишком усердно продвигающим гражданское направление. Именно его стараниями за последние двенадцать лет финансирование армии и флота урезали на целых десять процентов.

– Последующая атака Рода Иргран говорит об обратном, – не согласился Старейшина Дархган.

С этим было не поспорить. Если первое столкновение с новейшими звездолётами Империи ещё можно было с большой натяжкой списать на некую ошибку с последующим требованием наказания виновных, то второй инцидент уже являлся полноценным актом агрессии. И на этот факт нужно реагировать немедленно, с максимальной жёсткостью.

– Адмирал, что ты можешь сказать о боевой эффективности новых кораблей? – поднял важную тему глава Клана Гиварн, родного клана адмирала.

Похоже, обвинения закончились. Начались вопросы по существу.

– Пока рано делать какие-то конкретные выводы, – осторожно ответил командующий корпусом. – Информации недостаточно.

– Враг бил наш флот в Солнечной системе, почти прорвал оборону сектора, и тебе этого недостаточно?! – злобно клацнул пожелтевшими клыками Старейшина Огркун. – Совет начинает сомневаться в твоей компетенции, адмирал.

Гхард Агворн глухо прорычал, неимоверным усилием воли сдерживая яростный порыв гнева. Отчитывать боевого офицера, словно сопливого кадета на плацу, было слишком даже для главы Рода.

– В обоих случаях противник использовал тактику ведения боя с помощью малых кораблей. Давил числом, – адмирал с вызовом смотрел прямо в глаза Старейшине и чеканил каждое слово. – Всего один раз аваронцы применили своё главное оружие. О его действии я подробно изложил в отчёте. Советую ознакомиться. О наличие дополнительного вооружения не могу знать.

Дерзкое поведение адмирала не осталось не замеченным. Зал Советов наполнился недовольным гулом. Некоторые из Старейшин оскалили клыки в знак своего крайнего возмущения. Но Гхард Агворн даже не подумал склонить голову, признавая свою неправоту. К чему всё это, если приговор Совета всё равно будет – пищеблок?! По крайней мере, старый умудрённый жизнью ящер в этом не сомневался.

– Новые звездолёты Империи грозная сила, – раздались над возмущённым ропотом неожиданные слова главы Рода Драгнар. – Всего у двух кораблей почти получилось сломать неприступную оборону сектора. Что будет если к нашим границам подойдёт целый флот таких кораблей?!

При очередном упоминании попытки прорыва границы лицо Старейшины Иргран скривилось в недовольной злобной мине. Глава Рода испытывал глубокое чувство позора за то, какими усилиями было отбито нападение. Ещё недавно казавшаяся неприступной оборона сектора, рассчитанная на отражение атаки целого флота, лишь на пределе возможностей смогла уничтожить ОДИН корабль агрессора и позволила уйти второму. Хвала всем Богам, что генерал Хронг отказался принимать помощь от командующего корпусом. Иначе авторитет Рода был бы окончательно подорван.

– Сомневаюсь, что Империя смогла в тайне от нас создать большой флот подобных кораблей, – поделился своим мнением Старейшина Дархган. – Десяток-два, это предел для аваронцев.

– Нам хватит и этого, – тяжело покачал крупной головой старик Драгнар. – Имперцы наглядно это доказали.

Глава Рода Иргран принял последние слова на свой счёт. Обуреваемый целой гаммой эмоций он, невзирая на почтенный возраст, вскочил на ноги и гневно зашипел:

– Наши пограничники впервые столкнулись с подобным классом боевых кораблей. Нам небыли известны эффективные меры противодействия и тактики боя. Однако мы не позволили врагу пройти вглубь наших территорий. Победа досталась дорогой ценой, но теперь мы знаем, как одолеть аваронцев.

Старый ящер выдохся и сел на место. Он и так на эмоциях выдал длинную речь, совершенно несвойственную манере разговора тэрингов. Вот только должного эффекта она не произвела.

– Знаешь? – агрессивно рыкнул Огркун. Он вместе с высшими офицерами армии и флота разбирал отчёты адмирала Агворна и генерала Хронга и сильно сомневался, что Род Иргран действительно нашёл способ противостоять звездолётам Империи. – Поделись секретом.

– Массированная торпедная атака показала свою эффективность, – клацнул жёлтыми зубами Старейшина.

Глава Рода Огркун скептически склонил голову набок.

– Адмирал, ты что думаешь? – вспомнил о дерзком командующем Старейшина Драгнар.

– Согласен. Но нам также нужны в большом количестве истребители для подавления имперских перехватчиков.

– Это не поможет против их главного калибра, – гневно воскликнул Огркун.

Гхард Агворн много думал над этой проблемой, и казалось, нашёл единственный выход. Правда, только в теории. Как это будет работать в реальности, не знали даже ученые, с которыми он успел поделиться своей идеей.

– Энергетический барьер на подобие того, что поставили аваронцы на планете Земля. Других вариантов я пока не нахожу.

По взглядам Старейшин было видно, что предложение адмирала их заинтересовало.

– Ты знаешь, как сделать такой барьер? – ядовитый скепсис так и сочился в грозном рыке главы Рода Огркун.

– Я военный. Это задача для учённых.

– А может ли такой барьер выдержать удар гравитационного луча? – вопросы старика Драгнар, как всегда били в самое слабое место.

– Не знаю, – честно признался командующий. – Это можно выяснить только на практике.

– Совет тебя услышал, адмирал, – взял слово Старейшина Дархган. – Пока можешь быть свободен.

Гхард Агворн гордо покинул Зал Совета, недоумевая про себя, как могло так получиться, что он избежал заслуженного наказания. Правда и помилованным он себя не считал. Старейшины не вынесли окончательного решения, что само по себе было большой редкостью. Обычно те, кто предстаёт на суд Совета, покидают его либо прямой дорогой в пищеблок, либо на свободу с чистой совестью. Сам адмирал для себя так и не решил, что для него лучше – смертный приговор или вот такое подвешенное состояние, когда каждую минуту ждёшь, что за тобой придут исполнители приговора Старейшин.

***

Был серый предрассветный час. На востоке только-только начал зарождаться новый день, озаряемый тёплыми лучами местного солнца. В парке императорского дворца ещё не погасли огни фонарей и подсветки, а ночная стража, борясь со сном, отсчитывала последние минуты своего дежурства.

Ночь, как всегда прошла спокойно. Да и что могло случиться на столичной планете Империи, в главном городе страны, на территории дворца самого императора?! Разве только рептилии надумают захватить столицу. И то, чтобы это произошло, их флоту нужно будет прорваться сквозь эшелонированную оборону центральной планеты страны, а до этого ещё пройти пол-империи.

Оставались, правда, всякого рода повстанцы и оппозиция, выступающие против действующей власти и монархии как таковой и взявшие на вооружение откровенно террористические методы борьбы, но их «ореолом обитания» уже давно стали самые дальние уголки страны. Служба Охраны Империи калёном железом выжгла все их «гнёзда» на всех значимых планетах, загнав оставшихся в самое тёмное подполье. Словом, серьёзной опасности они собой не представляли.

Как бы каламбурно это ни звучало, но элитные бойцы из личной гвардии императора, охранявшие дворец, чувствовали себя в полной безопасности.

Чего не скажешь о трёх благородных аваронцев принадлежащих к высшему аристократическому сословию и входящих в ближний круг доверенных лиц правителя. Причина, по которой они, невзирая на столь ранний час, собрались в малом кабинете императора, каждому из них была хорошо известна. Несколько часов назад в центр управления военной разведки флота пришло сообщение, что пограничный сектор Рода Иргран был атакован неизвестными кораблями. А за сутки до этого «курьер» доставил доклад старшего капитана Ларга о точно таких же звездолётах разгромивших экспедиционный корпус тэрингов в Солнечной системе и уничтоживших оборонительный пояс аваронцев с тяжёлыми орбитальными орудиями. Из всего этого можно смело заключить, что возле планеты Земля имел место быть контакт с представителями неизвестной высокоразвитой цивилизации. И он был совсем не дружелюбный.

– Императору уже доложили о происходящем? – чуть надменным уверенным голосом, привыкшим не только отдавать приказы, но и повелевать, поинтересовался адмирал Тамор авар Линарс, потомственный аристократ и командующий всем флотом Империи.

– Император в курсе, – холодно ответил Рунг авар Клентос, глава Службы Охраны Империи. – С минуты на минуту он будет здесь.

– Советник, вы уже выслали разведывательные зонды на дальние подступы к нашей границе? – спросил генерал армии Бранг авар Румонс.

Данный вопрос было бы правильнее адресовать адмиралу, но эти двое на дух не переносили друг друга. Потомственный аристократ Линарс всегда высокомерно и надменно относился к «выскочке» Румонсу сумевшему из младших офицеров дослужиться до командующего армией и став титульным аристократом волей самого императора.

– Нет, – всё тем же холодным, бесстрастным голосом ответил Клентос.- Адмирал посчитал это лишним.

– Как это? – простой в манерах и общении Бранг не смог скрыть своего удивления. В его понимании разведка это первое, что должен был предпринять командующий флотом. – Адмирал, как это понимать?

– Как хотите, – высокомерно поджал губы потомственный дворянин. – Не имею ни малейшего желания отчитываться перед вами.

– А передо мной? – в приоткрытую дверь твёрдой, уверенной походкой вошёл император.

Уже довольно пожилой мужчина с седой головой и сетью старческих морщин на жёстком волевом лице. Ему уже перевалило за сотню лет, по земной хронологии, но правитель целой цивилизации, в состав которой входили представители иных рас, даже не помышлял о покое. Ум его был по-прежнему остр, а хватка крепка, как и в молодости.

– Ваше величество, – не теряя чувство собственного достоинства, чуть склонил голову Тамор авар Линарс. – Зонды слишком медлительны. Чтобы выиграть время, штаб флота принял решение отправить в разведывательный рейд сторожевые корабли. Максимальное расстояние от нашей границы восемь часов стандартного времени в режиме «прыжка».

Генерал Румонс дёрнул головой, словно осуждая решение Линарса. Советник Клентос выслушал доклад с абсолютно невозмутимым видом, как и подобает главе Службы Охраны Империи.

– Иными словами, вы рискнули экипажем и сложными в производстве кораблями вместо бездушных и дешёвых зондов поставленных на поток? И оставили наши рубежи без охраны, – седые брови императора сошлись на переносице, как всегда бывало в моменты его крайнего недовольства. – Я правильно понял?

Адмирал даже не смутился, стойко выдержав тяжёлый взгляд сюзерена. Вот, что значит правильное воспитание истинного аристократа. Таким даже гнев правителя не страшен.

– В данной ситуации нам необходимо выиграть время. Слишком быстро развиваются события. Потому риск вполне оправдан, – Линарс ни секунды не сомневался в правильности своего решения. – К тому же сторожевые корабли выполняют лишь функцию доставки. Выпустив зонды, они сразу вернуться на границу.

– Хорошо, – убрав руки за спину, император повернулся к советнику. – Рунг, вы точно уверены, что это не повстанцу? Всего месяц назад вы докладывали мне, что в созвездии Бриоры наблюдаются беспорядки и зреет мятеж.

– Не мятеж. Скорее рабочие волнения, – поправил императора глава тайного сыска. – Профсоюзы опять мутят воду. Мы уже побеседовали с их представителями, все вопросы улажены, беспорядки прекратились. Что касается повстанцев и оппозиции, то зачем им нападать на тэрингов? Да и подобных технологий у них попросту нет.

– А у нас? – император пристально смотрел прямо в глаза своего советника, требуя правдивого ответа. – Их не могли украсть?

Рунг авар Клентос отрицательно покачал головой.

– Сами звездолёты ничего сложного собой не представляют. А вот, что касается их главного оружия, учёные пока не могут понять принцип его работы.

– Значит, и защиты от него тоже нет, – дополнил император, сделав правильные выводы. – Что тэринги?

– Считают, что это мы напали на их корпус и Род Иргран. Думаю, скоро объявят нам войну.

Подобная новость никого из присутствующих не удивила. Подобный ход ящеров напрашивался сам собой. Особенно если брать в расчёт их природную агрессивность.

– Нельзя этого допустить, – сурово сказал император. – Война нам не нужна. Рунг, организуйте видеопосланника Совету Старейшин. Я хочу предложить тэрингам военное сотрудничество против чужих.

– Сделаю, – кивнул авар Клентос.

Как бы ни был советник удивлён решением помочь вечным, заклятым врагам, но он привык доверять своему императору.

– Ваше величество, не лучше ли было позволить ящерам самим разобраться с агрессором? – Тамор авар Линарс никогда не скрывал своей неприязни к тэрингам и всегда выступал против любых контактов с этой расой. – Нам представился уникальный случай покончить с ними чужими руками. Или хотя бы значительно ослабить.

– В данном случае я полностью согласен с адмиралом, – взял слово до того молчавший генерал Румонс. – Армия переведена в режим полной боевой готовности. При поддержки флота мы готовы хоть сейчас штурмовать планеты рептилий.

Старый император задумался, тщательно взвешивая каждое слово своих военачальников. То, что они предлагали, на первый взгляд, было весьма разумно. Но правителя сильно смущал один до конца невыясненный вопрос. А именно…

– Вы знаете какими силами располагает наш новый противник? Вполне может оказаться, что тэрингам в одиночку не устоять и, покончив с ними, чужие примутся за нас.

Понимая справедливость данных слов, офицеры молчали, соглашаясь с императором. Заключив союз и объединив силы двух цивилизаций, шансы одолеть пришельцев возрастают кратно. Опять же тэринги, при всей к ним нелюбви и ненависти, враг давно известный и понятный. С которым, в добавок ко всему, был, пусть шаткий, но всё же мир.

– Пока на этом всё, – устало вздохнул император. – Армии и флоту готовиться к войне. Охрану границы усилить. Военно-промышленному комплексу нарастить производство. Учёным начать поиски способа противодействия новому виду оружия. Командующие могут быть свободны. Советник, подготовьте текст для видеообращения тэрингам. Через два часа он должен лежать на моём столе.

Оставив первоочередные распоряжения, император всё той же твёрдой уверенной походкой вышел из кабинета.

***

У Стивена без особых проблем получилось выбраться из Туры. Как и положено, на выезде из посёлка уже стоял блокпост, но работал он только на въезд, разворачивая обратно желающих попасть в Туру. Правда, таких практически не имелось. Те же, кто хотел выехать, никакого препятствия и досмотра не встречали. Очереди не было, никто не останавливался, лишь чуть притормаживали у поста и, проехав его, двигались дальше.

Так поступил и Барнс, затерявшись в редком потоке машин. Сперва Барнс старался ничем не выделяться среди других беженцев, но удалившись километров на десять от посёлка, резко прибавил скорость. Следовало как можно быстрее добраться до Красноярска. Из Туры в любой момент могла прийти ориентировка на его автомобиль с объявлением плана «Перехват». Какой бы сейчас ни был бардак и неразбериха, но убийц и мародёров ловить не перестанут.

Стивен выжимал из угнанного авто по максимуму. Насколько это позволяла ночная дорога и встречное движение при обгонах. А оно было достаточно плотным. В сторону Туры двигалась военная техника, грузовики и полицейские машины с каретами скорой помощи. Довольно часто попадались пустые автобусы, видимо предназначенные для эвакуации оставшегося населения. По всему выходило, дела намечались весьма серьёзные, и клону здорово повезло вовремя «сделать ноги».

По мере приближения к Красноярску дорога становилась всё более оживлённой. Правительство подошло к проблеме со всей серьёзностью и объявило эвакуацию всех близлежащих к Туре населённых пунктов.

С одной стороны Барнсу это было на руку. Затеряться в таком потоке машин было гораздо проще. И в тоже время стали чаще попадаться посты военных с прикреплёнными к ним полицейскими патрулями. Американец уже не раз видел, как они выборочно останавливали машины, делали досмотр и проверяли документы. Стивену пока везло, но это не могло продолжаться вечно. От краденого авто нужно было срочно избавляться.

Не имея привычки ждать удобного случая, Барнс по обыкновению сделал его сам. Обогнав очередной автобус с беженцами и, увеличив разрыв в несколько километров, Стивен заглушил машину на обочине и поднял капот, имитируя поломку. При приближении автобуса клон вышел на дорогу, усердной жестикуляцией призывая его остановиться.

В данной задумке имелся немалый риск, что водитель автобуса попросту проедет мимо, строго соблюдая инструкцию не останавливаться в глухих местах. Все-таки автобус двигался без положенного в таких случаях сопровождения и не в составе колоны. Грубейшее нарушение. Но видимо людей катастрофически не хватало, и кто-то наверху решил, что и так сойдёт. Для сельской местности.

Непуганые ещё.

Автобус остановился. Передняя дверь открылась, и Стивен быстро зашёл внутрь.

– Спасибо, – разыгрывая благодарность, произнёс Барнс. – Сломался. До города подбросишь?

– Проходи, – разрешил водитель и кивнул в салон. – Там, вроде, было пару свободных мест.

– От души, – не выходя из роли, американец протянул мужчине тысячную купюру.

Водитель покосился на щедрого пассажира и, взяв деньги, убрал их в карман. А чего не взять если дают? Он человека выручил, человек отблагодарил. Бумеранг добра, ети. Вот и не верь после этого в карму.

Свободное место нашлось в конце автобуса. Но и оно было нагло узурпировано дорожными сумками сидевшей рядом дородной тётки с взлохмаченным париком и свисающей на грудь жировой складкой подбородка.

– Присяду?! – недвусмысленно намекнул Стивен.

Тётка недовольно набычившись поджала губы, в другой ситуации явно не прочь поскандалить. Но встретившись с холодным взглядом клона, резко передумала и демонстративно вздыхая, убрала свои пожитки.

Барнс опустился в кресло, чувствуя, как тугими волнами накатывает сильная усталость. До этого момента в тонусе его держала лишь дорога и цель, как можно быстрее добраться до Красноярска. Сейчас можно было слегка расслабиться и дать измученному организму несколько часов заслуженного отдыха. Иначе в таком режиме он долго не протянет.

Глава 12

Из особняка Ромашова мы с Алиной сразу проехали прямиком ко мне домой. Возможно, кто-то скажет, что это было опрометчиво и крайне безрассудно, но я уже устал бояться и прятаться. Да и то, если вспомнить с какой лёгкостью на меня вышли встреченные в оранжерее клоны, лишний раз доказывало, что в Москве от них не спрятаться, ни скрыться. Словом, если меня захотят убить, то сделают это без особых проблем. А отдохнуть и привести себя в порядок, как ни крути, лучше дома.

– Проходи, – гостеприимно распахнув дверь квартиры я, как истинный кавалер, пропустил даму вперёд.

– Благородно, – буркнула Алина и, вынув пистолет, осторожно вошла в мою скромную, на пятьдесят шесть квадратных метра, однокомнатную обитель.

– Придурок, – тихим шепотом обозвал я себя, не забыв мысленно добавить ещё парочку совсем нелитературных эпитетов.

Мог бы и сам догадаться, что в квартире могли поджидать незваные гости. А так получилось, что я девушку подставил. Случись чего, первую пулю примет именно она.

– Постой, – я дёрнул Алину за руку. Но разве можно её этим остановить?!

Мне ничего не оставалось, как приготовив оружие последовать за ней.

Слава всем богам Земли и Аварона засады в квартире не оказалось. Но урок из этого я извлёк – расслабляться рано. И вывод – оперативник из меня, как был никакой, так и остался. Профессиональный рост отсутствует, как таковой.

– Если не возражаешь, я в душ, – закончив осмотр квартиры, заявила Алина.

– Пользуйся, – само собой ничего другого я ответить не мог. Хотя с превеликим удовольствием принял бы его первым. – Спинку потереть?

– Сама справлюсь, – ядовитой желчью огрызнулась аваронка.

– Тогда кофе заварю, – с показным равнодушием я пожал плечами и прошёл на кухню.

Взбодриться сейчас совсем не помешает. И перекусить бы тоже. Досадно, что сразу не сообразили заехать в магазин. Отрадно, что умные люди придумали доставку на дом. Как только Алина выйдет из душа, что-нибудь закажем. А то ей, как всегда не угодишь.

Пока же есть время посмотреть, что такого интересного я нашёл в тайнике Георга.

Я включил ноутбук и вставил флешку.

– Твою мать, – от досады я скрипнул зубами.

Чтобы открыть накопитель мне требовалось ввести код доступа. Вот такая подстава. Хотя чему тут удивляться, это было строго в духе перестраховщика Ромашова. Он всегда опасался, что даже самая незначительная информация может попасть в чужие руки.

Это, конечно, правильно, вот только пароля я не знал. А перебирать множество комбинаций, надеясь на случайное совпадение, можно бесконечно.

Думай голова. Это должно быть что-то хорошо мне знакомое. Георг непросто так показал мне секретную комнату и намекнул где искать тайник. Значит, флешка предназначалась именно мне. И пароль должен каким-то образом быть связан со мной.

Я набрал свой личный номер доступа к секретным документам. Не сработало. Тогда пошла в ход дата моего рождения по земному летоисчислению. Мимо. По летоисчислению империи. Туда же. День рождения Ромашова, в обоих вариантов, Казанцева, Алины… Всё не то.

Думай Миша, думай. Это не может быть так просто. Иначе любой более-менее сведущий без труда подберёт пароль. Это что-то такое, что известно только нам с Георгом.

Я сделал глоток кофе и откинулся на спинку стула. Память услужливо прокручивала перед глазами все наши встречи с Ромашовым. Всё, что он говорил, на что намекал, на чём акцентировал особое внимание. В какой-то момент я зацепился на нашем разговоре, когда он агитировал меня стать куратором проекта.

– Почему вы сами не хотите взять ключи от проекта? – спросил я тогда. На мой взгляд, это было самым логичным и правильным решением.

– Я уже далеко не молод, – грустно вздохнув, признался начальник разведки. – Порой хочется отойти от дел и отдохнуть. Я уже даже домик себе прикупил на старость.

Лукавил Ромашов. Стариком он совсем не был. А все эти нелепые отговорки я принял, как его нежелание правдиво отвечать на вопрос. Ну и ладно. Настаивать не буду. Бессмысленно. Всё равно не скажет.

– Далеко? Если не секрет, – вместо въедливого допроса на интересующие меня темы я решил перейти в плоскость интересов начальства.

– Горный Алтай. Село Кызык-Озек. Живописное место, расположенное на пятьдесят один градус северной широты и восемьдесят пять восточной долготы, – с точностью запроса в интернете ответил Георг. – Запомни. Жду в гости.

– Обязательно, – легко пообещал я уверенный, что это лишь пустые разговоры.

– Только об этом никто не должен знать. Хочу иметь своё укромное местечко на старости лет.

Не дожил Георг Евгеньевич до старости. Обидно до слёз. Отличный был мужик. Всегда знал, что надо делать и мыслил на несколько ходов вперёд. Клоны тэрингов фактически обезглавили всю агентуру аваронцев, убрав Ромашова, ибо его приемнику было так же далеко до покойного главы разведки, как до Китая… пешком.

Интуитивно чувствуя, что нахожусь на верном пути, я ввёл географические координаты села Кызыл-Озек. Аллилуйя. Пароль подошёл.

Напрочь забыв, про остывающий кофе, я взволновано прильнул к экрану, читая названия папок. Судя по ним, чего здесь только не было. Вся документация на Проект: чертежи, техническая характеристика, список учёных и инженеров, привлечённых к работе над ним, перечень материалов и многое другое. Отдельными папками шли контакты с высокопоставленными людьми из России и других стран. Имелось досье на каждого из агентов Аварона. И ещё целая куча всякого разного. Что мне пока было не нужно, но с чем обязательно стоило ознакомиться, когда будет время.

Я услышал, что дверь в ванную открылась, и быстро вынув флешку из ноутбука, спрятал её в карман. Как бы я ни доверял своей бывшей девушке, но пока ей лучше не знать о секретном архиве Ромашова. И уж тем более о полном его содержимом, в котором я сам ещё не успел разобраться. По мере необходимости информацию можно выдавать дозировано. Ровно столько, сколько того будет требовать текущий момент.

– Ванная свободна, – уведомила меня Алина, заходя на кухню.

Чистая, свежая, пахнущая моим шампунем и гелем для душа. Помниться она постоянно собиралась завести свой банный набор, но дело до этого так и не дошло. Да и не жили мы вместе. Наши встречи всегда были спонтанны и непредсказуемы. Мы могли вместе провести несколько дней, зачастую даже не выходя из дома, а потом не видеться неделями.

– Боюсь, что кофе уже остыл, – развёл я руками, намекая, что без малого сорок минут в душе, явный перебор. Надо же не только о себе, но и о других думать. – Если хочешь, разогрей в микроволновке.

Стараясь не встречаться с испепеляющим от ненависти взглядом аваронки, я захлопнул крышку ноутбука и быстро ретировался с кухни.

– Сволочь.

Донеслось мне вослед.

Каков есть. Спорить не буду.

– Холодильник пустой. Можешь даже не заглядывать, – предупредил я подругу уже из коридора. – Закажи что-нибудь с доставкой на дом.

Мне ответили гробовой тишиной. Ну и ладно.

На привести себя в порядок времени у меня ушло раза в три меньше чем у Алины. Выйдя из душа, я застал девушку удобно устроившейся в моём любимом кресле с чашкой кофе в одной руке и телефоном в другой. Как ни в чём не бывало я прошёл мимо и стал одеваться в чистое. А что?! Могла и на кухне подождать.

– С минуты на минуту принесут роллы, – не отрываясь от телефона, сказала Алина. – Оплата наличными. У тебя есть?

Почему не картой? Если это предосторожность чтобы нас не вычислили, то я не совсем понимаю смысл. Мы вроде не в бегах. Ни от кого не прячемся. Найти нас проще простого. А с другой стороны, какая разница, чем платить? Кешбэк мне по карте всё равно не начисляют.

– Найду.

– Я не сомневалась.

– Алина… – я решился поговорить на серьёзные темы, но отчего-то растерялся и замолчал, не зная с чего начать разговор.

Девушка, почувствовав серьёзность момента, оторвалась от телефона и подняла глаза.

– Ты что-то хотел?

– Да, – вопрос у меня был деликатный, и обращаться с ним напрямую к Алине было как-то неудобно. Вот только ждать когда мне всё расскажет Казанцев можно до второго пришествия Христа. – Что с тобой произошло на квартире у Филатова?

Мне показалось или бесстрашная аваронка слегка побледнела при этом упоминании? И снова опустила глаза. Но смотрела уже не в телефон, а сквозь него. Я понял, что задел нечто действительно больное.

– Ладно. Не хочешь не говори, – пошёл я на попятную. – Я не настаиваю.

– А должен бы, – вдруг неожиданно резко высказалась Алина.

Вот вам и здрасте. Пойми этих женщин. Спросил – плохо, не спросил – ещё хуже.

– Извини, – Алина отложила телефон в сторону. – Просто накопилось.

В это легко поверю.

– Ты чем-то болеешь? – обеспокоено предположил я, хотя в это верилось с большим трудом.

Я не знаю такой земной болезни, от которой у нас не было бы лекарства. То над чем борются лучшие умы человечества, нашими учёными уже давно открыто. Империя, правда, не спешит делиться этими знаниями с людьми, оставив их в качестве бонуса за правильное решение войти в её состав по итогам референдума. В противном случае пусть болезни лечат тэринги. Что они, само собой, делать не будут. Население Земли им нужно только в качестве дешёвой рабочей силы при освоении ресурсов планеты и дополнительного рациона. Ожидать иного от ящеров было трудно. А вот подобное равнодушие со стороны родной страны мне было непонятно и неприятно. Ведь на Земле каждый день от болезней и их последствий умирали люди, которых можно было спасти. Но такова большая политика императорского двора и не нам простым аваронцам её оспаривать.

– Почти, – прикусив губу, глухо произнесла Алина. – В моём организме яд, созданный на основе Гршкара. И теперь каждые два месяца мне нужна доза противоядия.

Ни хрена себе приплыли. В какой-то момент я растерялся, не зная, что и сказать. Единственное, что смог выдавить:

– Как?

Алина нервно поправила чёлку и потянулась к сумочке.

– Закурю?

– Да, конечно.

Я принёс с кухни пепельницу.

Алина благодарно кивнула, неспешно закурила и сделав несколько глубоких затяжек, наконец, заговорила:

– В прошлом году, ещё до твоего исчезновения, меня схватили клоны Фокса и сделали укол какой-то дряни. Я сразу отключилась и пришла в сознание спустя пару часов уже в собственной кровати. Рядом на подушке лежала записка объясняющая, что мне вкололи, для чего и как часто нужно вводить противоядие.

Я почувствовал, как мои кулаки сами собой сжимаются в слепой ярости. Вот ведь сволочи. По грязному решили играть.

– Предложили тебе работать на них? – почти уверенный в своём предположении прохрипел я.

– Нет, – не согласилась с моими догадками Алина. – Какой им смысл связываться с простым оперативником? Они предложили это Георгу.

Однако. Довольно неожиданно и глупо. Плохо они просчитали покойного главу разведки Аварона. Ромашов никогда не поддался бы на шантаж. Не в его это было правилах.

– Ты прав, – ответила Алина на мои высказанные вслух мысли. – Он не пошёл на сотрудничество с клонами. Вместо этого поручил Руслану напрячь учёных для поиска антидота. И заранее передо мной извинился.

В этом месте голос суровой аваронки дрогнул. Я с болью представил, каково это знать, что обречён на смерть и единственный шанс на спасение находится в руках аваронца, который променял твою жизнь на свои принципы и служение империи.

– Руслан справился. Почти, – после небольшой паузы продолжила Алина. – Меня больше месяца продержали в нашем научном центре. Постоянные обследования, анализы, опыты. В итоге специалисты нашли чем можно на небольшой промежуток времени купировать действие яда. Вот такая история, Миша. Я теперь каждый день живу, как свой последний.

Вот теперь стало понятно, зачем Казанцев прибыл в Туру, когда его присутствие там совсем не требовалось. Он привёз очередную дозу антидота для Алины.

Я сочувствующе посмотрел на подругу. То, что ей досталось, врагу не пожелаешь. Я видел её приступы во время инъекции. Жуть. И так каждые два месяца. Лично мне одного раза хватило испытать на себе всю прелесть действия Гршкара, чтобы запомнить это на всю жизнь. Тогда меня тоже здорово ломало. Не хуже чем Алину на квартире у Филатова.

– Что говорят учёные? – мне до зуда на кончике языка хотелось пожалеть любимую девушку, прижать к груди, но зная крутой нрав гордой аваронки, это её только бы разозлило. – Надежда есть, что они найдут лекарство?

– Руслан говорит, что работают над этим. Есть продвижение. И больше никакой информации не даёт.

– Понятно, – сухо отреагировал я. И не соврал. Кусочки пазла, кажется, начали складываться в общую картину. Оставалось только подтвердить свои догадки. – Мне нужно уйти на несколько часов. Ужинай без меня.

– Куда собрался? – тоном сварливой жены поинтересовалась Алина. И куда только делась минутная слабость и женственность?!

– Хочу встретиться с генералом Стоцким. Надо передать весточку от клонов.

– Ты им веришь? – искренне удивилась девушка.

– Пятьдесят на пятьдесят, – неопределённо пожал я плечами, вынимая из шкафа новую, ещё ни разу не ношенную куртку. – Посмотрим, смогут ли они доказать свои слова делом. Но определённо Стоцкого стоит проинформировать. А там уже решим, как поступить.

– Как знаешь, – воздержалась от бесполезного спора своенравная аваронка. И вдруг словно опомнилась: – Ты говорил, что у тебя нет контактов генерала.

Верно. Говорил.

– Нашёл среди документов Ромашова, – вот тут чистую правду сказал. Не докопаешься. Обманывать Алину даже в малом мне не хотелось. – Всё, я ушёл.

***

Это было немыслимо. Невозможно. Об этом даже трудно подумать, не то чтобы поверить. Но факт остаётся фактом. Филиалы клонов в разных странах разделились на два противоположных лагеря и начали открытую конфронтацию между собой. Иначе, как ещё можно было объяснить попытку убийства главы Московского отделения клоном из Японии?

Именно в подобном ключе рассуждал Артур Фокс, разглядывая стоявшего перед ним Тэтсуо Куроки. То, что совсем недавно он сам отдал приказ о ликвидации графа Беркли, и тем самым показав другим пример, американец в расчёт не брал. Ведь ему было можно.

– Кто ты такой, не спрашиваю. Сам прекрасно знаю. Тэтсуо Куроки, доверенное лицо Кенджи Такано, моего самого верного соратника. До недавнего времени, – задумчиво поглаживая гладко выбритый подбородок, произнёс Фокс. – Чем обязан столь странному визиту? А точнее способом его нанести.

Японец гордо молчал.

– Не хочешь разговаривать? – американец сделал глоток виски. – По правде говоря, я тоже. Обо всём, что ты можешь мне рассказать, я догадываюсь и сам. Единственное, что мне интересно, это кто тебе помогал и где их можно найти. Хотя и это, опять же, лишь вопрос времени.

– Мистер Фокс, я всё равно ничего не скажу, и живым отсюда не выйду, – нарушил молчание Тэтсуо. – Зачем тянуть?

Клонам почти неведом страх. И они не боятся смерти так, как её боятся люди. Однако им присущ инстинкт самосохранения. Именно он был той чертой отделяющей отвагу от безрассудства. Служил ярким маркером обозначающим опасность. Сейчас он полыхал багровыми тонами, сигнализируя, что жизнь висит на волоске.

Но японец был, как всегда собран и спокоен. Он уже успел просчитать все возможные варианты спасения и каждый из них заканчивался его смертью. В чём тогда смысл суетиться и дёргаться на потеху врагу? Пусть Куроки был искусственно созданным в лаборатории клоном, но впитанное на генетическом уровне такое понятие, как честь самурая, было для него не пустым звуком.

– Не торопись. Подожди одну минуту.

Фокс отставил в сторону недопитый стакан с виски и, подойдя к компьютеру, отправил запрос на видеосвязь с главой японского отделения.

В стране восходящего солнца словно ждали этого звонка, практически тут же ответив на вызов.

– Добрый вечер, Артур, – с экрана монитора на Фокса смотрел вежливо улыбающийся Такано. – Что-то случилось?

– Кенджи, у меня нет настроения играть в эти игры, – холодно процедил американец. – Несколько минут назад твой помощник пытался меня убить.

Фокс повернул ноутбук так чтобы встроенная веб-камера показала пленённого Куроки.

– Майкл! – Артур просто кивнул своему начальнику охраны.

Нутром почуяв, что от него хочет босс, Майкл подошёл к Тэтсуо со спины и накинул ему на шею удавку. Японец захрипел, задёргался, выкатил глаза, словно от удивления и, скривив посиневшее лицо в жуткой гримасе, вскоре повис на руках охранников.

Представление было закончено, и Фокс повернул ноутбук к себе.

– Ты предал меня, Кенджи, – пробирающим до мурашек ледяным голосом произнёс американец. – Та же участь в самое ближайшее время постигнет и тебя.

Суровое лицо Такано было непроницаемым словно высеченным из камня. Он знал, на что шел, решившись выступить против Фокса. Но ситуация складывалась таким образом, что иначе было нельзя. Действия американца грозили полным крахом миссии и гибелью всего человечества.

Однако как бы ни был искушён Фокс в интригах и тайных заговорах, Такано тоже умел в эти игры.

– Тебе придётся с этим немного подождать, Артур, – разочаровал былого соратника Кенджи и на японском языке что-то коротко приказал стоящему вне зоны видимости помощнику. – У меня для тебя кое-что есть.

Не прошло и минуты, как перед веб-камерой появилось широкое блюдо с лежащей в нём отрезанной головой. Фокс сразу узнал мёртвое лицо своего агента в стане Такано. Именно ему он собирался поручить ликвидацию строптивого японца.

– Я давно знал, что он «ест с твоей руки», Артур. А мне предатели не нужны.

Американец зло скрипнул зубами. Такано был прав, скоро поквитаться с ним не получится.

– Один-один, Кенджи. Но мы ещё не закончили, – угрожающе пообещал Фокс и захлопнул крышку ноутбука.

***

В Москве мы пробыли ещё пару дней. Непозволительная роскошь в наше неспокойное время. По-хорошему нужно было немедленно ехать обратно в Туру и запускать резервный центр управления спутником. Из флешки Ромашова я знал, как это сделать. Но сложившиеся обстоятельства диктовали свои условия. Сперва необходимо было решить несколько важных вопросов касаемых временного перемирия с клонами и здоровья любимой девушки. Какой из них был более приоритетным, сказать не берусь. Лично для меня они оба стояли на первом месте.

С генералом Стоцким я встретился в тот же вечер. Сделать это оказалось не так сложно, как я ожидал. Просто позвонил по указанному в списках Георга номеру и, представившись, назначил встречу. Илья Иванович легко пошёл на контакт, согласившись меня выслушать.

– Итак, я весь во внимании. Что вы хотели мне сказать, Михаил? – перешёл к делу генерал, когда спустя три часа после моего звонка мы сидели в указанном мной баре и ожидали своего заказа.

Не лучшее место для деловой встречи. Людно, шумно, нервно. Я бы предпочёл более спокойную обстановку. К примеру, кафе или ресторан. Но все известные мне кафе в это позднее время уже были закрыты, а от ресторана отказался уже сам фээсбэшник, настояв именно на баре.

– Илья Иванович, сегодня днём на меня вышли клоны нескольких филиалов и предложили сотрудничество, – изрядно удивив собеседника такой новостью, я дословно пересказал свою встречу с агентами тэрингов. – Признаюсь честно, особого повода им верить, у меня нет.

Стоцкий задумавшись, сделал глоток безалкогольного пива. Я в свою очередь повторил его манёвр, с той лишь разницей, что в моём бокале градусы присутствовали.

– Занятную историю вы мне рассказали, Михаил, – наконец придя к каким-то своим логическим выводам, произнёс генерал. – Ещё каких-то полтора часа назад я бы дал стопроцентную гарантию, что вас обманули.

Согласен. Сам думал в том же направлении.

– А, что произошло полтора часа назад? – заинтересовался я, живо представив окровавленную голову Фокса, сиротливо лежащую на ступеньках главного управления ФСБ. Или того хуже, у ворот Кремля.

Хотя нет. С последним явно перебор.

– На офис Московского отделения клонов было совершено вооружённое нападение, – поделился информацией генерал.

Ты погляди, почти угадал. Получается не врали инкубаторские. Действительно готовы на перемирие. Или желают усыпить нашу бдительность? Как вариант. Лично я, пока Артур не сдохнет, верить в чистоту намерений врага отказываюсь.

– Что с Фоксом?

От волнения я даже про пиво забыл. Как взял бокал в руки, так и застыл вместе с ним.

– Жив, – разочаровал меня Стоцкий. – Мои парни наведались к нему в гости под видом обычных следаков. Опросили, записали в свидетели и посоветовали не уезжать из города несколько дней. На том и разошлись.

– Жертвы есть?

– Только охрана на входе.

– Эти не в счёт, – проскрипел я пересохшим от волнения горлом. Вспомнил про пиво, сделал большой глоток и закурил. – Запросто могли для нас постановку организовать.

– Согласен, – Илья Иванович угостился орешками и с одного захода опустошил свой бокал. – Пора. О нашем разговоре я доложу президенту, а там поглядим. До свидания, Михаил. Держите меня в курсе. Мой номер телефона у вас есть.

– Илья Иванович, – торопливо остановил я уже привстающего генерала. – Почему вам самим не ликвидировать Фокса? Это разом избавило бы нас от многих проблем.

В этом вопросе фээсбэшник меня не поддержал.

– Смерть Артура ничего нам не даст. На его место тут же придёт другой. Да хоть его помощник Барнс. А теперь Фокса и вовсе трогать нельзя. Иначе, как мы поймём, что среди клонов действительно произошёл раскол? Пусть сами решает свои разборки, а мы поглядим.

Возможно, Стоцкий был прав. Сейчас действительно трогать Фокса не с руки. Хотя руки чешутся. Ладно, так и быть, подождем, чем всё решится. На данный момент есть заботы поважнее.

– Я возвращаюсь в Туру. Мне понадобиться ваше содействие: зелёный коридор и неограниченные полномочия. Так будет проще и быстрее, – я набрался наглости не просить, а скорее требовать. В конце концов, не мне одному это надо.

– Вы нашли способ восстановить купол?

Мне показалось или в голосе сурового генерала прозвучал едва уловимый отголосок слабой надежды?

– Да. Я знаю, как запустить резервный центр управления спутником.

– Это хорошая новость, – Илья Иванович впервые за весь разговор позволил себе намёк на улыбку. – Сделаю всё, что в моих силах.

– Спасибо.

На том и распрощались.

После встречи с генералом по планам был дружеский визит к моему давнему приятелю ещё по тренировочному лагерю спецподготовки агентов Аварона. Валентин Арапов, так его зовут на Земле, первые полгода входил в состав группы оперативников, в которой был и я. Правда, потом наши пути разошлись. Валентин проявил склонность к медицине и биологии, и его перевели в другую группу с более глубоким изучением данных направлений. Но общаться мы не перестали.

С Валентином мы пересеклись лишь на следующий день, на лавочке возле, на первый взгляд, самого обычного НИИ, но курируемого нашей агентурой и лично Скворцовым, одним из доверенных лиц президента.

– Рад видеть, – расплывшись в широкой улыбке Арапов, протянул мне руку для приветствия. – Слышал, убили тебя. Давно воскрес?

В этом был весь Валентин. Весёлый, заводной парень, бард и душа компании. При всём при этом данные качества совсем не мешали ему быть серьёзным, высококлассным учёным.

– Недавно, – я с большим удовольствием и уважением пожал протянутую руку.

– И как оно, в мире живых?

– Весело, – признался я.

В последнее время мне скучать не приходилось.

– Что есть, то есть, – Валентин плюхнулся на лавочку и закинул ногу на ногу. – Знаю, просто так ты бы не пришёл. Жалуйся.

Я присел рядом и закурил.

– Про Алину хочу спросить…

При упоминании имени моей любимой девушки Валентин изменился в лице. Опустил глаза, вздохнул и, тяжело роняя слова, произнёс:

– Прости друг, мы сделали всё что могли.

В этом я не сомневался. Верю, ребята выложились по полной. По-другому они просто не могли. Однако против Гршкара даже технологии аваронцев бессильны. Не зря он запрещён Лаптарским мирным соглашением.

– Я знаю. Но и того, что сделали тоже не мало.

Я видимо что-то не то сказал. Друг резко повернулся ко мне лицом и раздражённо высказал:

– Издеваешься?! Мы ничего не смогли сделать. Абсолютно!

Вот тут уже пришёл мой черёд сильно удивляться. Вернее сделать вид. Всё-таки, как бы дико это ни звучало, именно такой ответ я и ожидал услышать.

– Алина жива. И каждые два месяца делает инъекцию антидота. Я думал противоядие ваша разработка.

– Нет, – мрачно ответил Валентин. – Может Казанцев обращался в другие НИИ или в частные фармкомпании. У некоторых из них имеются отличные лаборатории и специалисты.

– Возможно, – уклончиво пожал я плечами. – Суть в другом. Что ты скажешь на то, что совсем недавно Стивен Барнс вколол мне сыворотку правды и я остался жив?

Взгляд и выражение лица друга говорили сами за себя. Так, наверное, реагировали апостолы Христа, узнав о его воскрешении.

– Ты точно уверен, что это был Гршкар?

Не поверил мне Валентин. Засомневался. Что ж, я его прекрасно понимаю. Сам бы не поверил, не случись со мной такое.

– В этом не сомневайся. После укола я был на грани. Чудом выжил. Теперь интересно знать, благодаря чему и не поможет ли это Алине.

– Тогда пойдём, – пригласил меня в «гости» Валентин, поднимаясь с лавочки. – Возьмём у тебя несколько анализов. Заодно расскажешь, где пропадал все эти месяцы.

***

Если бы не Стоцкий и его «золотой ярлык» с неограниченными полномочиями до Туры мы бы добирались не меньше недели. И то не факт, что вообще бы добрались. Самолёты летали только до Красноярска, а количество рейсов было урезано почти втрое. Сам посёлок и прилегающие к нему окрестности площадью порядка шестисот квадратных километров, что занимало почти весь Эвенкийский район, объявили буферной зоной, куда вход гражданским был сильно ограничен.

Большую часть населения, которую, не напрягаясь можно было заселить в один микрорайон большого города, уже успели эвакуировать. Теперь вместо коренных сибиряков «хозяевами тайги» стали военные. И это ещё сильно сказано. Численность контингента вооружённых сил едва хватало, чтобы держать под контролем населённые пункты и худо-бедно организовать заслон из разбросанных на значительном расстоянии друг от друга опорников.

Словом, линия охраны периметра походила на дуршлаг для макарон, а разрозненные отряды военных не могли оказать должного отпора инопланетным захватчикам. Скорее старались не сгинуть самим.

Министерству обороны вместе с генштабом пришлось снять часть техники и личного состава из воинских частей находящихся в глубоком тылу и перебросить их в сектор вторжения. Вот только этого оказалось катастрофически мало для успешного ведения интенсивных боёв на два фронта. И в народе поползли слухи о скорой второй волне мобилизации.

Лично я этому верил. Мобилизация будет, но только не так скоро. По логике вещей Кремль сначала запросит помощь у союзных государств. И скорее всего её получит. Тут ведь не против стран запада воевать придётся, а биться за судьбу человечества. Жаль, что страны североатлантического альянса и их приспешники этого не понимают. Точнее понимают, но не все.

Однако это всё глобальные вещи. На данный момент меня больше волновало, как запустить резервный центр управления спутником. Точнее, как до него добраться.

Судя по обстановке сделать это будет не просто.

По дороге мы уже успели выяснить, что «богомолы» вытеснили роту Ваганова из сторожки лесника и заперли её в посёлке. Я слегка переживал за оставшихся с капитаном чистильщиков и в тоже время разумом понимал, что этим парням так просто не сгинуть.

– Через три километра конечная, – предупредил нас водитель армейской «буханки» выплёвывая окурок в приоткрытое окно. – Дальше колонна не пойдёт.

– Почему? – удивление моё было весьма обосновано. – До посёлка ещё полсотни вёрст.

– Сейчас блокпост будет. Там «броня». Дальше только в ней, – куцым языком объяснил водитель.

– «Богомолы» нападают? – поинтересовалась Алина.

– Ага. Бывает, целой толпой налетят. А клешни у них, мама не горюй. Обычный кузов, как консервную банку вскрывают.

Это мы видели. Стоит вспомнить капот УАЗика Игоря. Странно другое. Откуда этих монстров здесь столько взялось? О чём я и спросил нашего водилу.

– А кто их знает? – пожал плечами он.

– Часто десантируются? – предположила Алина.

– Штук по семь-восемь в час набирается, – поцокал языком мужчина. – Но парни работают. Почти всех на ноль множат. На подлёте вражину бьют.

Мы с Алиной переглянулись. Действительно, странно. Сколько «богомолов» в той коробочке поместиться может? Сомневаюсь, что больше десятка, учитывая далеко не маленькие размеры чужаков. Сколько десантных катеров целыми долетают? Предположим десятка полтора-два. На кругло выходит две сотни пришельцев в день. На такую территорию – капля в море. Опять же пехота сложа руки не сидит. Вносит свой посильный вклад в истребление захватчиков. Что-то здесь не сходится.

Ладно, на месте разберёмся. «Призрак» прояснит. Всяко ему с передовой лучше видно, что тут происходит.

Блокпост, на котором нас уже поджидали пять стареньких, наверняка снятых с консервации, боевые машины пехоты внушал уважение. Военные постарались на славу, превратив его в самую настоящую заставу. Бетонные ограждения с натянутой «егозой», пулемётные доты, здание штаба и казармы всё из тех же быстровозводимых бетонных коробок и даже два Т-64. А вот гарнизон был небольшим. Сказывалась нехватка личного состава.

На блокпосту мы пробыли часа полтора и, погрузившись в тесное, но кажущееся надёжным и безопасным нутро БМП, покатили в Туру.

Путь до посёлка прошёл относительно спокойно. Пару раз для острастки потрещали пулемёты, да в одном месте колонна резко прибавила ход. И всё. На первый взгляд острой нужды в пересадке не было, но военные действовали согласно инструкциям. А они, как известно, пишутся кровью.

В этом мы убедились уже в самой Туре.

Благополучно проехав большую часть посёлка и едва миновав баррикаду в центре, как даже через броню «копейки» отчётливо заслышались глухие раскаты пулемётных очередей. И до боли знакомый истошный визг пришельцев, от которого меня передёрнуло, а по телу побежали мурашки.

Большим профи в военном деле я себя совсем не считал, однако на слух вроде не жаловался. Работали «тяжёлые». Как минимум в три ствола. Им вторила россыпь автоматной трескотни.

Колонна остановилась. Из открывшихся люков БМП высыпался десант и занял круговую оборону.

– К тем зданиям. Занимаем позицию и поддерживаем наших огнём, – прокричал приказ командир колонны. – Бегом.

Бойцы, рассредоточившись по группам, побежали к домам. «Копейки» взревев дизельными моторами, развернулись и покатили к баррикадам. Только мы с Алиной, как гражданские лица, остались не удел.

– Я с ними, – выкрикнула подруга и, прежде чем я успел её остановить, побежала вслед за парнями.

Ну, что за дура?! Зачем рисковать своей жизнью там, где и без нас отлично справятся? Мы здесь не для этого, у нас своя, более серьёзная миссия.

Бросить девушку я само собой не мог, и тихо матерясь, припустил следом.

Вход в подъезд жилого дома зиял тёмным провалом открытой двери, в котором один за другим исчезали бойцы. Ещё секунда провал поглотил и Алину. Покосившись на четырёхзначное число, размашисто нарисованное белой краской на второй половине двери, я передёрнул затвор автомата и вошёл в подъезд.

Парни уже поднимались на верхние этажи, стуча берцами по ступенькам лестницы. Алина застряла на первом. Дёрнула ручку двери центральной квартиры. Заперто. Повернулась к другой…

– Наверх, – я несильно, но настойчиво подтолкнул подругу в спину. – Нижние квартиры все заперты.

– Откуда знаешь? Проверял? – в силу сложного характера огрызнулась девушка, но послушно начала подниматься по лестнице.

– Догадался, – пропыхтел я, идя за ней.

Откуда безопаснее всего вести огонь по безоружному противнику? Правильно, только с верхних этажей. Там «богомолы» точно не достанут, пока не проникнут в дом. А сделать это можно либо через подъезд, либо через квартиры на первом. Вот и обезопасили себя армейцы, как могли. Не удивлюсь если ещё и растяжки оставили. Хотя лично я сомневаюсь, что запертые двери надолго остановят монстров.

Основная часть бойцов зашла в центральную квартиру. Мы с Алиной за ними. Шум схватки сразу усилился, вместе с прохладным ветерком проникая в помещение через разбитые окна.

Стараясь не путаться под ногами у профессионалов, я подошёл к окну и выглянул наружу. На наши передовые рубежи пёрла внушительная толпа чужаков. На мой неискушённый взгляд их там собралось с полсотни рыл, никак не меньше. И первой мыслью было – «вовремя мы успели заехать за баррикады». Ещё бы несколько минут и стали бы главными действующими лицами в этой мясорубке.

– Прицельным, – выкрикнул командир группы и первым надавил на спусковой крючок.

Я ошалело потряс головой. Вакханалия стояла жуткая. Люди стреляли, пришельцы орали. Для полноты картины не хватало только взрывов.

Со стороны это напоминало избиение беспомощного врага. Знай себе отстреливай чужих, как в тире. Но на деле всё было куда серьёзнее. Насекомовидных пришельцев не так просто было убить. Даже нашпигованные пулями они продолжали идти вперёд. А те, кому повезло избежать встречи с горячим свинцом, огромными прыжками стремительно сокращали расстояние до защитников посёлка. Ещё минута и монстры будут на баррикадах. А это значит ближний бой и избиение уже со стороны людей.

В попытке предотвратить катастрофу на встречу «богомолам» выкатили БМП нашей колонны. Несокрушимыми таранами они врезались в ряды чужаков, останавливая их порыв. Крупнокалиберные пулеметы, установленные во временных дотах замолчали, опасаясь попасть в своих же. Старенькая «копейка» такое не оценит.

Если честно, я не надеялся, что «богомолы» так просто отступятся, находясь всего в паре десятков метров от позиции людей. Казалось бы всего-то осталось сделать последний рывок… Но к счастью я ошибся. Видимо пришельцы уже сталкивались с бронированными машинами и знали, что они им не по зубам. Как по команде чужаки оставили попытку штурма и, прихватив своих павших товарищей, растворились среди редких построек на окраине посёлка.

Я облегчённо перевёл дух. И вновь меня посетило чувство некоего абсурда происходящего. Для чего нужна была эта самоубийственная атака? Оборона посёлка так и не была сломлена, хотя все предпосылки к этому существовали. Ведь недожали самую малость. Да и пёрли дуром, как на убой. Можно ведь было проделать всё более грамотно. А так действия пришельцев больше походили на агрессивную атаку неразумных существ, чем на хорошо спланированную операцию представителей высокоразвитой цивилизации.

– Парни, отбой, – командир отряда сменил магазин и, щёлкнув флажком предохранителя, повесил автомат на плечо. – Уходим.

Мы спустились вниз, и вышли на улицу. Возле дома нас уже поджидал армейский «Урал» и добродушно улыбнувшийся при виде нас «Призрак», в компании с хмурым лейтенантом. Офицер сразу направился к своим. Чистильщик подошёл к нам.

– Мы так и подумали, что это вы тут шумите, – кивнув Алине «Призрак» пожал мне руку.

– Вот решили поучаствовать в вашем веселье, – ответил я.

Меня сперва насторожило, что приятель был один, без «Медведя». В последнее время они у меня почему-то ассоциировались, как неразлучные братья-близнецы. Всегда вместе, прикрывая друг друга. Но судя по отличному настроению чистильщика с его напарником всё было хорошо. Для волнений нет причин.

– Да, скучать нам здесь не приходится, – согласился со мной аваронец. – И боюсь, что с вашим прибытием будет ещё веселее.

Вот тут он попал в самую точку.

– Что хоть за дело привело вас сюда?

Я огляделся. Бойцы уже погрузились в машину. И поблизости лишних ушей не было.

– Нам нужно в тайгу. Будем запускать резервный центр управления, – чуть снизив голос, поделился я причиной нашего приезда.

– С ума сошёл?! – довольно эмоционально воскликнул «Призрак». – Это самоубийство. Мы и километра не пройдём.

А никто и не рассчитывал на лёгкую, увеселительную прогулку. С самого начала было понятно, что будет трудно и не факт, что осуществимо. Но других вариантов остановить вторжение не существовало. А значит, мы обязаны были хотя бы попробовать.

– Знаю, что невозможно, – тяжело вздохнул я. – Мне самому чертовски не хочется это делать. Но есть такое слово «надо». И лучше с этим поторопиться. Выходим завтра с утра.

– Уговорил, – вздох «Призрака» показался ещё более обреченным, чем мой. – Надо предупредить «Медведя» чтобы собирался. И будь готов выдержать перепалку с Вагановым. У него пунктик – жизнями людей дорожит больше чем своей.

Вот как раз капитану меня не остановить. Во-первых, я не в его подчинении. Во-вторых, за моей спиной маячит грозная фигура генерала Стоцкого.

– Пойдём, пообщаемся. У меня есть, что ему сказать.

Я закурил и отрешённо подумал, что моё решение бросить эту пагубную привычку в очередной раз откладывается. Какой к лешему здоровый образ жизни, когда не знаешь, будешь ли жив завтра?! Адская работа, но и её тоже надо кому-то делать. Почему бы не нам?!