Феникс

10.2

***Флер***

Всю ночь я плохо спала. Всю чёртову ночь мне снился Кано. Его крепкие руки, сжимающие в своих объятиях. Его тёмные гипнотизирующие глаза, передающие сотни самых разных, захватывающих дух эмоций. Его грубый будоражащий моё сознание голос, ласкающий своей хрипотцой.

Кожа горела огнём от бушующей энергии, рьяно рвавшейся куда-то вдаль. Сердце с силой билось о рёбра, мечтая о долгожданной свободе, спрятаться в грубых руках желанного им демона.

Грёзы были сродни яви. Такие сладкие. Манящие. До боли запретные. Я ощущала на себе тяжёлое мускулистое тело, вжимающее меня в прохладные шёлковые простыни. Горячие искры, распаляли кожу, а вместе с ней и всё тело. Каждое касание напоминало разряд тока, сладострастной болью расплывающейся где-то внизу живота, скручивая истомой мышцы, сводящиеся от желания.

И вроде бы это казалось реальностью, но мне было мало просто тактильного контакта. Я хотела больше. Я хотела ощущать его внутри. До безумия. До боли в сердце. До остановки дыхания. Я желала его. Чёрт возьми, как же я его хотела!

Люцифер был прав, эта связь станет нашей мукой. Самой страшной пыткой. Самым садисткам наказанием. Дьявол говорил, что страдать будет лишь Кано, но эти мучения разделяла и я. С нашей последней встречи прошли всего сутки, а я уже хочу рвать на себе волосы, еле сдерживаю силы, дабы не взорваться.

Про сущность вообще отдельный разговор. Та одичала, остервенела, просто озверела. Огонь, как сорвался с цепи, диким ураганом несётся куда-то в неизвестном направлении, маня и меня за собой. Он как наркоман, желающий необходимой дозы дурмана.

За свою недолгою жизнь я ещё никогда не переживала ничего подобного, не чувствовала такой страсти, да вообще не знала, что так можно кого-то желать, но с каждым разом, особенно когда думаю о Кано, я ощущаю, словно бы уже переживала нечто подобное.

Как же было всё просто до встречи с ним. Я не сходила с ума, жила себе спокойно, сила не билась в истерике, мечтая о разрядке, моя жизнь была уравновешенной, но стоило в ней появиться Кано, всё полетело в бездну. Я уже не представляю, как жить без него.

Да, времени прошло не так много, но! Всегда есть это чёртово но! Моё шестое чувство ошалело. Твердит мне одно и то же, что я давно знаю этого демона, что мы когда-то были близки, что мы не чужие друг другу. Как же я хочу придушить свою ангельскую энергию, лишь бы она перестала кормить меня ложью!

Никогда! Никогда моя сила мне не лгала! Я доверяла ей, как себе, а теперь же что делать с этой сладкой ложью, я не знаю. Верить в это полный бред. Больной бред! Я не хочу питать себя лживыми надеждами, ибо это самая из глупейших женских ошибок, способная сломать любую из нас. Лучше уж реально оценивать всю суть происходящего, чем потом страдать.

Я — ангел. Он — демон. Никогда за всю историю противоположные существа не могли и рассчитывать на благосклонность своих рас. На любовь. Семью. Совместную жизнь. Даже если между парами существовала истинная связь или же по ошибке, как у нас с Кано, они связывались кровной, не имели права быть вместе. Таких пар убивали, лишая права на любовь и счастье, что подарила им судьба.

Наш мир очень жесток. Беспощаден. Опасен. И отнюдь не демоны оставляют самую бесчувственную и кровавую его вершину. Они-то и боролись за существование связи между противоположностями, ибо для них истинность всегда являлась непоколебимой, самой «святой», желанной любовью.

Ангелы — самые принципиальные, суровые, лишенные человеческого сострадания существа. Да, не все из нас такие, но множество ими и являются. В особенности наш совет. За нарушение законов равновесия, неприкосновенности, или же за другой любой маленький проступок, если они прознают, наказывают самой ужасной карой. Смерть — самый «гуманный» способ наказания, но он используется крайне редко.

Нашим советом заправляют безжалостные палачи всех 9 ангельских городов. 13 бессмертных решают судьбы всего нашего мира, держа всех в жутком страхе. Любое восстание жестоко карается, даже небольшой недовольный выговор в сторону «великого» совета преследуется его палачами. Полный тоталитаризм.

Я порой иногда жалею, что родилась именно в нашем мире. И дело тут не в том, что чего-то боюсь, просто чувствую там себя чужой. Никогда не ощущала себя ангелом. Моё нутро какое-то прокаженное. Отравленное. Тёмное.

Я не считаю себя светлой и непорочной, и даже человеком себя никогда не чувствовала, хоть и люблю Землю всем сердцем. Иногда кажется, что я застряла в личине падшего. Живу его жизнью. Существую не в своём мире. Даже если учесть то, что Кано мне кажется роднее Рафа, можно сделать тот же вывод.

— Эш, остановись! Хватит! Эш! — крик, отлетевший от соседки, заставил вздрогнуть. Широко распахнув глаза, я тут же подорвалась с постели к кидающейся по всей кровати девушке. — Ты убиваешь себя!

Её кожа просто горела огнём. Пар тонкой струйкой вился вверх, кипящая магия вырывалась наружу, обжигая меня своей болью. Мне вдруг стало дурно от этих ощущений, что чувствовала Лета. Боль, страх, отчаяние, сильное желание помочь. Всё смешалось в ядерную, выдержанную на огне жидкость.

— Лета. — присев на край кровати, я положила руку на горячие плечо, но тут же одернула её, опалив свою кожу до невыносимой боли. Энергия девушки просто сошла с ума. — Чёрт возьми! — прошипела, бегло оглядев прожженную кожу.

— Папа, помоги ему! Папа!

— Эх-х-х! — горло сдавило так, что из глаз брызнули слёзы. Тьма опасной вереницей поползла ко мне, в наглую влетая в мой организм через нос, глаза, уши. Я стала задыхаться. — Ле. та… — схватившись за горло руками, прошептала из последних сил.

— Флер? Что про… Чёрт! — туман сна пропал мгновенно, Лета подскочила на кровати и схватила меня за руки. — Потерпи, ангелочек. Сейчас будет легче. — стала вытягивать из меня свою тьму, но чем больше пыталась, тем мне было больнее.

— Пото. ропись.. — прошипела, совсем охрипнув.

— Что за!? Какого беса!? — всего доля секунды, и боль прошла. Огонь с тьмой вошли в резонанс, нежной вибрацией согревая тело. Татуировка полыхнула, разнося в душе незнакомое ранее тепло. Такое родное. Неповторимое. Близкое. — Не может быть! — удивленно выдохнула, широко распахнув обсидиановые глаза.

— Объяснишь? Кха. Кха… — закашлялась, потирая шею.

Вместо слов, Лета разорвала мою ночную рубашку и начала лихорадочно осматривать тело. Покрутив туда-сюда, собрала волосы в пучок, поднимая вверх, и только тогда смогла то ли облегченно, то ли удивленно выдохнуть.

— Теперь я понимаю, почему братец ополоумел! — произнесла, сжимая мои волосы до неприятных ощущений.

— А мне не объяснишь? — попросила с надеждой, в недоумении нахмурив брови.

— А ты ещё не поняла? — хмыкнула, изогнув левую бровь. — А! что это я!? Вы — ангелы призираете это явление! — наградила меня презренным взглядом, нахмурив носик.

— Какое явление? — тяжело сглотнув, переспросила, начиная внутренне паниковать.

— Ты умная девочка, Флер. Уже сама должна была догадаться.

— Нет. — обреченно произнесла, придя к одному единственному выводу.

— Да. — ухмыльнулась, скользя по моему напуганному лицу.

— Нет. Нет. Нет.

— Да-а-а! — растянула с самым сладким наслаждением.

— Чему ты радуешься!? — подлетела на ноги, выпучив на неё напуганные глаза.

— Да плакать, вроде, причин нет. — пожала невозмутимо плечами.

— Нет? Нет!? Лета, ты как никто должна знать все наши законы!

— И? Не вижу причин для паники.

— Нас убьют, Лета!

— Не новость. Кровная связь между вами уже стала первой причиной. — произнесла равнодушно, помотав головой.

— Почему ты так спокойна!?

— Потому что, во-первых, ты, моя дорогая невестка, теперь часть нашей чокнутой семейки! — подскочив на ноги, ткнула пальцем в тату. — А это значит, что ни одно живое существо не причинит тебе боли. Ну кроме братца. Хотя в этом я сомневаюсь. — скривилась. — А во-вторых, тот же самый братец за тебя весь мир сожжет дотла, ибо свою пару, как я думала, он уже терял!

— Как терял свою пару? — пыл мгновенно поутих, уступая место растерянности.

— А вот так! Тебе ли не знать, как жесток наш мир!

— А кто тогда я?

— А мне теперь тоже интересно, ангелочек. — произнесла спокойно, скользя по моему телу задумчивым взглядом.