Гарантия на жизнь

Глава 16

— Куда мы едем? — Спросила я, когда после клиники, машина Никульчина свернула совсем не в сторону выезда.

— В ЗАГС, — ответил он коротко. — Понимаю, что тебе не хочется, но так… у меня будет возможность хоть на что-то влиять, если все пойдет не по плану, — он бросил на меня тяжелый взгляд и снова уставился на дорогу.

Я поняла. Если меня экстренно положат в больницу, или что-то страшное произойдёт, то ему, как мужу, расскажут все и даже больше. А без штампа в паспорте он даже не сожитель, а просто посторонний человек.

— Я… фамилию свою оставлю, — Тиной Никульчиной я называться не очень-то хотела. Смешно же звучит. Лучше уж Верёвкиной остаться. — Документов меньше менять, — добавила быстро, чтобы он не принялся настаивать. — Да и у ребенка все равно твоя фамилия будет.

Колебался Анатолий недолго.

— Хорошо, — все же согласился он на такую уступку. Видимо, для него печать в паспорте была важнее фамильной гордости.

К ЗАГСу мы подъехали за час до открытия, но двери почему-то оказались не заперты.

— Куда? — Остановил нас окрик охранницы, едва мы вошли.

— Мы по делу, — Никульчин не обратил никакого внимания на пожилую женщину и повел меня дальше.

— ЗАГС еще не работает, — громко сообщил нам голос из кабинета, в который мы постучались.

— Подожди меня здесь, — Никульчин усадил меня на стул в коридоре, а сам юркнул за дверь, прихватив при этом мой паспорт.

Ничего не понимая, я осталась сидеть на месте. Тем более, что мне Игнатов написал с вопросом о том, где шляется начальство и что ему делать, если с последней отгрузки продукции у него осталось лишних пять ящиков.

Я, хихикнув, отписалась, что начальство в ЗАГСе, а продукцию можно отправить в «Ридикюль». Там свежим овощам всегда рады.

— Идем, — из кабинета вышел Анатолий и повел меня куда-то по коридору. — Нас сейчас быстренько распишут, а праздник потом устроим.

— Сейчас? — Опешила я, так как думала, что мы просто подадим заявление, а свадьба уж потом когда-нибудь.

— Да, — Никульчин тащил меня вперед, не обращая внимания на мой растерянный вид. — Сейчас сразу все оформим, а потом уже все остальное.

Как я выходила замуж, я запомнила с трудом. Как под гипнозом поставила подпись, где сказали, сообщила, что все добровольно, и забрала свой паспорт со штампом на положенной странице. В себя пришла, только тогда, когда мы вышли на улицу под жаркие лучи летнего солнца.

— И что дальше? — Выдохнула, ощутив, как Анатолий прижимает меня к себе, словно бы закрывая от всего мира.

— Тебе придется переехать ко мне, — он отстранился и повел меня к машине.

Я даже не возражала. Просто, проснувшись сегодня утром, я совершенно не ожидала, что в течение пары-тройки часов выйду замуж. Как-то слишком уж неожиданно все вышло. Я, только сев в машину, поняла, что на моем безымянном пальце красуется гладкое колечко. На втором пальце было кольцо с бриллиантом. Когда он успел мне их нацепить?

— А кольца откуда? — Спросила, пристегнувшись.

— Месяц назад купил. Таскал с собой и думал, как бы подгадать момент, чтобы сделать тебе нормальное предложение, — смущенно признался Никульчин.

Я задохнулась от нахлынувших эмоций. Он все это время пытался донести до меня серьезность своих намерений, я же в ответ отшучивалась или отмахивалась, боясь поверить. Теперь пришлось верить принудительно.

— Куда мы едем? — Я не сразу заметила, что свернули мы не в сторону Анютинского.

— К твоему брату, — услышала в ответ и запаниковала.

— Зачем к нему ехать? — Ванька вчера так орал, что сегодня вряд ли еще отошел от эмоций.

— Надо поговорить с ним и уладить все сейчас, потому что тебе вредно нервничать, — сказал Анатолий совершенно нелогичную вещь.

— Вот сейчас я действительно занервничала, — я крепко вцепилась пальцами в ремень безопасности. — Не надо туда ехать!

— Все будет хорошо, — Толя успокаивающе погладил меня по коленке и вернулся к дороге.

До гаражей мы доехали как-то уж слишком быстро. Никульчин помог мне выйти из машины и коротко поцеловал.

— Подожди меня здесь, — вручил он мне ключи и ушел в сторону офисного здания.

— Тина, а ты чего тут? — Окликнул меня Валерьич, вышедший из бокса.

— А? — Я скривилась и пошла к мастеру. — Вот за что мне все это? — Всплеснула руками на ходу. — Отец — сумасшедший, брат — псих, муж — без инстинкта самосохранения! Что за жизнь такая?

— Ты замуж вышла? — Хохотнул пожилой мужчина. — От молодец! И кто ж рискнул? Подожди-ка! — Вдруг поднял он палец вверх. — Вчера Иван орал на весь гектар, что ты дура беременная и тебя надо в поликлинику на опыты сдать. А сегодня ты тут и замужем. Это взаимосвязанные вещи?

Я хохотнула. Умеет Валерьич объяснить ситуацию без головных тараканов.

— Выходит, что да, — созналась и вздрогнула, потому что из открытого окна на втором этаже послышалась ругань и звук чего-то ломающегося.

Я уже было собралась в ту сторону, но стоящий рядом со мной мужчина придержал меня за плечо.

— Оставь. Сами разберутся, — велел он мне.

— Подерутся, — покачала я головой.

— Если без этого не обойтись, то и драться будут, — согласился со мной Валерьич. — Но ты в мужские драки не лезь. Тебе сейчас низзя, — усмехнулся он. — Да и им кулаками помахать полезно. Где они в таком возрасте себе еще подобное развлечение найдут?

Я снова вздрогнула, так как из окна вылетело кресло и приземлилось в двадцати шагах от меня.

— Идиоты, — обиделась я, а мой собеседник в это время уже осматривал машину Анатолия.

— Слушай, загони-ка ее на подъемник. Ходовую просмотрю, — велел Валерьич и указал на бокс.

Я в ответ скептически фыркнула, но послушно загнала машину. Потом мы с механиком обсудили замену одного из пыльников, где-то Валерьичу не понравился узел, который стоило бы перебрать при следующем нашем визите сюда….

— Мы все!

Я настолько увлеклась машиной, что совершенно забыла про двух мужиков, громивших офис на втором этаже. Выглянула из-за бока машины и уставилась на Толю и Ваньку, совершенно довольных и основательно помятых. У Никульчина была разбита губа и оторван ворот рубашки, а брат щеголял подбитым глазом и красным опухшим левым ухом.

— Красавцы, — выдохнула я, сложив руки на груди.

— Иван Михайлович, что-то у вас с гостеприимством в последнее время не очень, — подтвердил Валерьич. — В наше время хлебом-солью встречали, а не люлями всякими.

— Вот видишь, как ты плохо понимаешь нынешнюю молодежь, — отмахнулся директор всей этой богадельни и похлопал моего мужа по плечу. — Толян, ты обещал, — напомнил он о чем-то. — И надо бы посидеть, отметить….

— Мы сейчас домой, так что вечером ждем, — кивнул Никульчин и усадил меня в машину, капот которой только что захлопнул Валерьич.

— Вы подрались, — с укоризной сказала я, когда мы выехали на весьма оживленную улицу.

— Твоему брату надо было дать немного….

— В морду, — закончила я за него.

— Не без этого, — Анатолий был явно доволен. — Он — парень вспыльчивый, а потому по-другому решить вопрос не вышло. Зато он теперь не будет на тебя давить и беременность под присмотром специалистов одобрил.

Мне оставалось только молча согласится с такими методами моего мужа. А еще меня все больше напрягало то, что мы скажем детям Толи по поводу нашего сегодняшнего скоропалительного бракосочетания. Да и переезд тоже хотелось бы обсудить, но у меня никаких моральных сил на это уже не осталось.

— Ты не против, если мы заедем на работу? — Отвлек меня Анатолий от мыслей.

— Нет, — я вдруг почувствовала, что проголодалась. — Пообедаем в столовой?

— Может быть, лучше в «Ридикюль»? — Никульчин бросил на меня быстрый взгляд.

— Нам же работать надо, а по ресторанам надо бродить в нерабочее время, — со смешком напомнила я ему.

— Я, между прочим, директор. Когда хочу, тогда и работаю, — мужчина сам рассмеялся своей шутке. — Хотя теперь я работаю тогда, когда хочешь ты. Ты же теперь жена.

Ох, как для меня это все было непривычно, но придется смириться и привыкать в ускоренном темпе.

— И где все? — На парковке перед офисным зданием никого не было.

Не ездили машины, никакой суеты в теплицах тоже не было.

— Не знаю, — Никульчин нахмурился, взял меня за руку и повел к лестнице. В холле даже Игорек отсутствовал, а уж он-то всегда на месте находится. — Ладно, сейчас пообедаем, а потом разберемся, куда всех унесло.

Мы повернули в сторону столовой и вошли в просторное помещение. И чуть не оглохли от шума, который там поднялся.

— ПОЗДРАВЛЯЕМ!!!

— УРА-А!!!

— Горько!!!

Я не сразу поняла, что на меня с объятиями наскочила Анна Николаевна.

— Но… как? — Растерянно пролепетала.

— Так Сашка Игнатов сказал, что вы в ЗАГСе, а Толик тебя б из него без штампа не выпустил, это все понимали. Вот и подготовились, — скороговоркой выговорила она, впихнула мне в руки букет каких-то фиолетовых ромашек и нахлобучила что-то сверху на мои кудряшки. — Негоже без фаты-то….

Ой! Это я своим сообщением Игнатову спровоцировала вот это вот все? Я немного заторможенно принимала поздравления от людей, с которыми работала последние месяцы, отдавала букеты куда-то в сторону и снова нам с Никульчиным что-то несли-говорили-поздравляли. Дэн буквально скакал от радости. Тут даже Настя с бабушкой откуда-то взялись, что означало: коллектив компании отнесся к свадьбе руководства серьезно и припер все, что мог, и всех, до кого дотянулся. Столы были уже накрыты, на стенах висели свадебные плакаты, а народ явно был настроен на празднование.

Анатолий тоже выглядел удивленным, но страшно довольным. Я же только порадовалась, что надела сегодня светло-кремовый костюм, который вполне себе можно было принять за свадебный.

— Надо Ивану сообщить, — только и сказал мой муж, когда нас усадили за стол.

Оказалось, что кто-то организовал тамаду с конкурсами (хорошо, что нас, молодоженов, не трогали), кто-то взял на себя роль официантов, а ящики с алкоголем равномерно распределились по сдвинутым столам.

Я, сначала притихнув от чувства собственного бессилия, рассмеялась в самый неподходящий момент спустя уже час после начала застолья.

— Ты что? — Тут же забеспокоился Никульчин. — Тебе плохо?

— Нет, — покачала головой. — Мне хорошо, — призналась честно. — Просто такое ощущение, что мы с тобой, два руководящих этой организацией человека, тут ничего не решаем, — я снова засмеялась.

— Сейчас тут все решает Зоинька, — указал Анатолий на свою секретаршу, которая и в самом деле грамотно организовывала потоки людей и смену блюд. Хорошая девушка, ответственная. — Но завтра мы с тобой снова возьмем управление в свои руки.

— У-у, — я заметила входящего в столовую Ваньку. — Еще один управленец пожаловал. Надеюсь, что хоть с Зоинькой он не подерется.