Жасмин. В поисках звездного сапфира

Глава 5

Жасмин и другие отступили, а песок завертелся вихрем, будто водоворот. Внезапно из-под земли появилась фигура: странная женщина, одетая в наряд, который, казалось, был соткан из десятков шарфов различных оттенков желтого и коричневого. Она сидела за низким каменным столом, а перед ней стояла доска для игры в нарды.

Женщина потрясла головой, скидывая песок с головного платка цвета шафрана, а затем смахнула последние крупинки с коленей. Ее золотые серьги в форме колец сверкали, а медные браслеты звенели.

– Ух! – заявила она, глубоко вздохнув. – Как приятно снова очутиться на свежем воздухе! Если вы спросите меня, то я вам скажу, что тысяча лет под землей – это невероятно много!

Жасмин во все глаза смотрела на женщину. Откуда она взялась? Почему она сидит за доской для игр? Имеет ли она какое-то отношение к разбитому сапфиру?

– Я чувствую, у вас есть вопросы, – сказала женщина, как будто читая мысли принцессы или, что более вероятно, читая выражение ее лица. – Почему бы мне не начать с того, чтобы представиться: меня зовут Рамла, и я одна из хранителей!

– Хранителей? Хранителей чего? – тут же спросила Жасмин.

– Осколков сапфировой звезды, разумеется! И это все, что я вам скажу, пока вы не докажете, что достойны знать больше, – Рамла указал на доску для нард. – Сыграем?

– Прямо здесь? Прямо сейчас? – спросила еще более озадаченная Жасмин.

– Эта доска здесь явно не для украшения! – со смешком сказала таинственная женщина. – Сядь же! Садись! Мне что, еще тысячелетие тебя ждать?

– А может, все же я поорудую лопатой? – простонал Аладдин. – Нарды? Как по мне, выкопать яму размером с Аграбу и то легче!

– Что-то мне подсказывает, что обойдется без ям, – прошептала с азартной улыбкой принцесса. – Я могу попробовать сделать это. – Она кивнула на доску с голубоватым оттенком. Вместо традиционных круглых черно-белых фишек по обе стороны поля стояли маленькие звездочки, одни чуть темнее, а другие – светлее. Кости выглядели как обычные кубики, с которыми Жасмин была знакома, но вместо точек на каждой из граней также были нарисованы крошечные звезды.

– Мне придется сыграть, – решилась девушка. Страж был, очевидно, связан с легендой, – Это своего рода проверка. – Принцесса обернулась к Рамле за подтверждением своей догадки.

Женщина из песка подмигнула в ответ.

– Я позволю тебе сделать первый ход, – произнесла она, передавая Жасмин кости. – Правила такие же, как всегда, но мы сыграем только одну партию. Убери все свои фигуры с доски, и ты выиграешь!

Жасмин села и бросила кости. Выпала тройка. Не очень хорошее начало. Но нарды были игрой, которую она прекрасно знала и в которой была очень хороша благодаря годам тренировок с отцом.

Аладдин и кочевники собрались вокруг, наблюдая за ходом поединка. Волшебный ковер вновь встал на две кисточки и устроился рядом с Маликом, тоже внимательно следя за игрой.

Абу вскочил на плечо Аладдина, чтобы лучше видеть, и заметил, что крошечный геккон, который недавно вертелся возле Жасмин, теперь сидел на сумке, лежащей на одном из верблюдов. Маленькая рептилия, казалось, тоже уставилась на доску.

Аладдин пожалел, что был так невнимателен, когда Жасмин пыталась научить его играть в нарды, потому что теперь он не понимал, выигрывает ли девушка или нет. Тем не менее он ясно видел по блеску в ее глазах и прямой напряженной спине, что борьба идет весьма упорная.

В какой-то момент Жасмин позволила себе улыбнуться. Она продумала все будущие шаги и выработала стратегию перемещения фигур по доске. Через несколько ходов она выиграет!

Но когда очередь перешла к Рамле, и она подбросила кости, те на миг, как по волшебству, зависли в воздухе. Когда они упали, Жасмин не поверила своим глазам.

– Двенадцать! Чудесно! – защебетала Рамла, и в уголках ее губ появилась хитрая улыбка.

Лицо принцессы омрачилось. Неужели женщина обманула ее? Используя магию, она заставила кости упасть так, что теперь ей можно было сделать два хода подряд. Это было то, с чем Жасмин никогда не сталкивалась, играя со своим отцом. Как она могла выработать стратегию, если хранительница мошенничала?

Рамла завершила ход и сняла несколько своих фигур с доски.

– Твой бросок! – весело проворковала она, передавая Жасмин кости.

Жасмин взяла кубики и заколебалась. Что, если Рамла не позволит им упасть самим, а опять прибегнет к уловкам?

– Мы можем остановиться, – предложила Рамла, снова словно читая мысли принцессы. – Никакого вреда, никакого обмана – но и никакого сапфира!

Жасмин заставила себя успокоиться. Никто не выигрывает, если не пытается. Она подняла руку, чтобы бросить кости.

– Однако, – добавила вдруг Рамла, заставив руку девушки замереть, – если со следующим броском ты проиграешь, тебе придется отправиться вместе со мной под песок. Я там жить могу. А вот ты – нет,

Кочевники ахнули.

– Что? – воскликнул Аладдин. – Ты ничего не говорила об этом перед началом игры!

– Ты прав, – согласилась Рамла. – Прошу прощения. Тысяча лет под землей немного повредили мою память. – Она постучала себя по виску, звеня браслетами.

– Она лгала. Обо всем лгала! – Аладдин бросился к принцессе. – Остановись, оно того не стоит. – Ковер-самолет и Абу энергично закивали в знак согласия.

Неуверенность и волнение заставили сердце Жасмин учащенно забиться. Неужели Рамла на самом деле утащит ее под песок, если она проиграет? Принцесса взглянула на лицо хранительницы. Та больше не улыбалась. Ее глаза были мрачны и зловещи.

Жасмин глубоко вздохнула и попыталась еще раз все обдумать. Часть сапфира была здесь. Она чувствовала его энергию в песке под ногами, ее пульсация усилилась с начала игры. Остановить партию означало упустить редкую удачу. Если вернуться в город ни с чем, они проиграют намного больше.

Жасмин вдохнула еще раз, а затем твердо произнесла:

– Я продолжу играть.

– Тогда бросай кости, – велела Рамла. Ее слова прозвучали приказом.

Рука Жасмин дрожала, когда она подняла кубики. Едва девушка разжала ладонь, от спокойствия, в котором она пребывала мгновение назад, не осталось и следа. Желудок сжался от ужаса, как будто она спрыгнула с утеса. Что, если это решение было неправильным? Какой же из нее получится в будущем правитель, если в ней столько сомнений и страхов?

Жасмин зажмурилась и услышала, как кости со стуком упали на стол, а затем громкий вздох Аладдина и других. Она затаила дыхание. Ощущения, что она утопает в земле, не было. Девушка приоткрыла один глаз и уставилась на кости.

– Молодец! – воскликнула Рамла, в голосе ее сквозило ликование.

Не веря тому, что она видит, Жасмин открыла оба глаза. Нет, это действительно так – все ее фигуры вышли из игры. На мгновение они зависли в воздухе, вращаясь и мерцая, а затем исчезли вместе с доской, будто были всего лишь миражом.

– Но где же...

– Поздравляю, моя дорогая, – продолжала Рамла. – Ты прошла это испытание. Ты была готова рискнуть жизнью, чтобы найти сапфир, и доказала, что достойна получить его.

Часть стола, за которым играли Жасмин и Рамла, исчезла, и перед ними появился мраморный ларец. В его глубине даже сквозь крышку было видно голубое мерцание. Кочевники настороженно попятились, а ковер-самолет и Аладдин, наоборот, придвинулись ближе, заинтригованные увиденным. Абу подпрыгивал на плече Аладдина, тоже заметно волнуясь.

– Давай, – скомандовала Рамла. – Открой его.

На передней стороне ларца располагались две витые латунные защелки. Жасмин легко подняла одну, но другая отказывалась сдвинуться с места.

– Она могла заржаветь, – сказала Рамла. – Представь, сколько лет ларец простоял закрытым.

– Может, его нужно просто дернуть посильнее? – произнес знакомый голос. Из-за верблюдов вышел кочевник в зеленом. Остальные странники переглянулись, когда он подошел к столу.

– Прошу прощения, молодой человек, – выступил вперед Ахмед. – Мы знакомы?

– О, эм... нет, – ответил парень. – Я вроде как сам по себе. Я... Как бы это сказать... отделился от своей группы. – Он неопределенно махнул рукой в сторону, а затем протянул ее к ларчику, намереваясь откинуть вторую защелку. Та легко поддалась. Вместе с Жасмин они подняли крышку.

Ярко-синий мерцающий осколок лежал внутри, освещая все вокруг удивительным светом.

– Сапфир! – закричал Аладдин. В тот же миг осколок сам собой сорвался со своего ложа, упал на землю и начал подпрыгивать, как будто в нем клокотала беспокойная энергия.

– Ох! – воскликнула Рамла. – Похоже, он немного взволнован от того, что так долго сидел взаперти.

Жасмин, Аладдин, а затем и все кочевники попытались схватить камень, но тот отскакивал, уклоняясь от их рук. Абу прыгнул за ним, однако лишь приземлился мордочкой в песок. Наконец, ковер-самолет подлетел с другой стороны и накрыл собою сапфир.

Свет просачивался сквозь красочное плетение ковра, заставляя каждую нить сиять. Из кисточек посыпались искры, ткань затрещала, зашипела, и плетение начало распадаться.

Между тем, пока все были отвлечены удивительным зрелищем, кочевник в зеленом плаще поспешил прочь и исчез за верблюдами.

Через несколько мгновений светящиеся нити ковра погасли, и он перестал двигаться. Коврик распластался на земле, а в том месте, где под ним лежал осколок сапфира, образовался небольшой холмик.

– Вот. – Мариам протянула Жасмин большой кожаный мешок. Аладдин осторожно приподнял уголок ковра-самолета, и они с принцессой переложили камень в мешок и затянули шнуры.

– Спасибо, друг, – сказал Аладдин ковру-самолету, но ответа не последовало.

– Коврик? С тобой все в порядке? – озабоченно спросила Жасмин.

Ковер-самолет приподнял переднюю кисточку и слабо кивнул. Он попытался подняться с земли, но последние силы покинули его, и он плюхнулся обратно на песок.

– Бедняга, – смущенно произнесла Рамла. – Осколок, должно быть, впитал в себя магию вашего ковра. После стольких столетий, проведенных взаперти отдельно от других частей сапфира, он, должно быть, накопил слишком много энергии, которая требовала выхода. Благодаря вашему другу он пришел в норму.

– Вернется ли его магия? – встревожилась Жасмин.

– Я не могу сказать, – ответила Рамла. – У меня, конечно, много потрясающих талантов, но я не могу предсказывать будущее! – Она засмеялась.

Принцесса с болью смотрела, как коврик печально сгорбился, услышав это. Она взглянула на Аладдина и поняла, что тот не меньше расстроен, что храбрый поступок ковра мог стоить ему драгоценного дара, возможно, даже навсегда. Жасмин и Аладдин положили свои ладони на вышитую ткань в знак утешения, а Абу мягко похлопал по одной из его кисточек.

– Все будет хорошо, – пообещала Жасмин. Я уверена, что, как только мы найдем оставшиеся части сапфира, ты придешь в норму. Ковер затрепетал под ее рукой, словно говоря: «Не беспокойся обо мне».

– Смотрите! – воскликнул Малик, указывая наверх.

Остальные подняли головы к небу.

– Маяк! Он пропал! – удивилась принцесса. Действительно, небо над ними было совершенно ясным, но голубая звезда исчезла. Буря все еще бушевала, но сквозь нее пробивалось слабое серое свечение приближающегося рассвета.

– Теперь он в другом месте, – успокоила Рам- ла. – Указывает, где спрятан второй осколок.

– Однако, хотя мы и нашли первый, ветер не стал тише, – разочарованно произнесла Жасмин.

– Буря не прекратится, пока не будут найдены все четыре части сапфира, – объяснила песчаная женщина.

Из мешка с камнем повеяло холодом, и он попытался вырваться из рук Жасмин, но она лишь крепче сжала свою ношу.

– Почему он так делает? – спросила она.

– Каждая часть сапфира содержит в себе энергию той или иной природной стихии. Этот осколок связан с ветрами. Он тоже успокоится, как только сапфир снова станет целым. А еще его энергия защитит вас, и вы сможете безопасно пройти через песчаную бурю.

– Но как же мы найдем остальные части? – задала Жасмин главный мучивший ее вопрос.

– Ах да! – воскликнула Рамла. – Чуть не забыла! Части целого стремятся друг к другу. – Она махнула рукой в сторону мешка, который продолжал дергаться в руках Жасмин. – Этот осколок приведет вас к следующему. Кроме того, каждый из них имеет свой собственный маяк, а заодно и хранителя, который будет защищать его и пожелает убедиться в чистоте ваших намерений.

Хранительница осколка хлопнула в ладоши, зазвенев браслетами, и каменный стол погрузился в песок. Она подняла руки над головой и улыбнулась восходу солнца:

– Не могу дождаться, чтобы наверстать упущенное и узнать все новости за последнюю тысячу лет! О! Еще кое-что! – Женщина снова посмотрела на Жасмин. – Так как в разрушении сапфира виноваты человек и гуль, то теперь всякий раз, когда вы будете доставать новый осколок, человек и гуль должны быть рядом и делать это вместе.

– Но это просто не может быть правдой! – возмутилась Жасмин. – Я только что достала осколок из ларца, и здесь не было никакого гуля!

Рамла нахмурилась.

– Хм. – Она постучала пальцем по губам.

Я что-то неправильно поняла? Нет... Я почти уверена... О, ну ладно! Вам не кажется, что маленькая тайна делает любое дело чуть интереснее?

Жасмин и Аладдин обменялись ошеломленными взглядами.

– Интереснее? – переспросил Аладдин. – Мы имеем дело с вопросами жизни и смерти!

– Я уверена, что вы готовы принять этот вызов, – хитро прищурившись, сказала хранительница. Она взмахнула руками, и множество шарфов закружилось вокруг нее.

– Подождите! – У Жасмин все еще было так много вопросов. – Как нам узнать, где находятся оставшиеся части сапфира?

– Это еще одна загадка! – весело закричала Рамла из водоворота коричневого, желтого и мерцающего золотом шелка. Через мгновение она исчезла.

Ахмед и его семья были потрясены:

– Это совершенно...

– Невероятно! – воскликнул в восторге Малик.

Мешок в руках Жасмин начал дергаться сильнее, словно пытаясь привлечь ее внимание.

– Он будто бы тянет меня в сторону... Похоже, на юг, – сказала она неуверенно.

Поскольку семья Ахмеда двигалась в этом же направлении, они предложили сопровождать искателей осколков до тех пор, пока их пути не разойдутся. Друзья с благодарностью согласились.

Пока Малик помогал Аладдину сворачивать ковер, Жасмин искала кочевника в зеленой мантии. Он был прав, утверждая, что сапфир разбили человек и гуль, и она хотела расспросить его подробнее о той версии легенды, но странного незнакомца нигде не было видно.

– Куда делся этот молодой человек? – спросила Сара, вторя мыслям Жасмин.

Абу указал на верблюдов и застрекотал, подняв лапку с оттопыренными четырьмя пальцами.

Все посмотрели на навьюченных кораблей пустыни.

– Откуда взялся этот верблюд? – удивился Ахмед, ведь раньше их было только три. Жасмин заметила, что одно животное было немного меньше других и его окрас, казалось, имел слабый зеленоватый оттенок.

– Может быть, он принадлежит тому другому кочевнику, – предположил Аладдин.

Ахмед шагнул к верблюду, но тот метнулся в сторону и исчез в буре.

Убежав в пустыню, верблюд превратился в ящерицу. Прозрачные перепонки, игравшие роль век, защищали его глаза от песка. Он помчался обратно в Аграбу. Недалеко от города он преобразился в змею и приблизился к небольшому отверстию в земле. Еще миг, и он скрылся в ямке, взмахнув напоследок чешуйчатым хвостом.