Жираф и Пончик

Глава 10

— Не знаю, Люд, хорошо ли это, что мы деньги у них взяли.

Девушки обрывали груши в Танином саду. Дети самозабвенно возились в огромной куче песка за домом.

— Таня! Не говори ерунды! Детям надо зимние куртки купить и обувь. И у тебя между прочим зимние сапоги дырявые. Выбрось из головы эти книжные реверансы. Отныне мы живём по принципу «дают-бери, бьют-беги». У моего отца в последнее время сердце стало барахлить. Обследоваться бы ему, прокапаться чем-то, может. А он каждую заработанную копеечку нам старается отдать…

Всю прошедшую неделю, по молчаливому уговору, девушки прямо не упоминали в разговорах отцов своих детей. Так девчонкам было легче.

События в парке, словно землетрясение, сокрушили их с трудом налаженную жизнь, встряхнули задавленные чувства, поневоле породили мечты о любви.

Да и кто же о ней не мечтает, даже с двумя маленькими детьми? Пока жива женщина тлеет в её душе огонёк надежды на любовь и счастье, несмотря на действительность и обстоятельства.

А сейчас в этот огонёк девчонкам столько дров подбросили, замуж позвали… Только им теперь сгореть страшно, обожглись уже.

На следующий день был выходной, суббота. В гости к отцу приехала его сестра со своей Светкой. Точнее, тётке с дочкой понадобилось в городок по своим делам, и они зашли, заодно, проведать неблагополучных родственников.

Двоюродная сестра Люды презрительно рассматривала близняшек. Вскользь упомянула, что её дорогая подруга и Николай ждут второго ребёнка. И тут же лицемерно залепетала:

— Людочка! Какие у тебя очаровательные девочки! Жаль… Безотцовщина… А я, кстати, через месяц замуж выхожу. Мы с мамой приехали торт заказать. Заодно конфет твоим бедняжечкам принесли. Оля! Юля! — сестрица улыбалась, а Люде хотелось ей врезать.

И стукнула бы, да жаль было отца расстраивать. Он с тётей тихо беседовал на кухне.

Прибежали близняшки.

Тут надо сказать, что на этой неделе, не испытывая необходимости жестко экономить деньги, Пончик оправдала свою кличку и безбашенно накупила конфет и шоколада. Она дико за этим скучала в безденежье, вот и сорвалась. Конечно дети тоже объелись за неделю, при чём, капитально. Хорошо, что никого ещё не обсыпало. Раньше малыши были счастливы и карамельке, но теперь зажравшиеся сластёны перебирали даже шоколадные конфеты.

Поэтому малышки, придирчиво осмотрев Светкин гостинец, сморщили носик.

— Спасибо, — вежливо поблагодарили крошки, не взяв сладости в ручки.

И Юля добавила:

— Мы такую гадость не едим.

А Оля сочувственно произнесла:

— Тётя Сета у тебя не хатает денюжков на хорошие кафетки? Я тебе дам!

И добрая малышка вмиг принесла полную горсть дорогущих шоколадных конфет.

Вот когда Люда перестала сожалеть о своей слабости к сладкому и расточительстве. Светка позеленела от непосредственной детской оплеухи и зло зашвырнула невостребованную карамель с помадкой в свою сумку.

Внезапно, всех привлёк непривычный шум. Люда со Светкой выглянули через окно на улицу. К ним присоединились и отец с тётей.

Возле Таниного дома стоял огромный крутой внедорожник. Водитель выбежал и открыл дверцу.

Из машины показался сначала солидный мужчина, потом шикарная женщина, оба в возрасте, и, наконец, нарисовался красавец Дима, в белых джинсах, чёрной рубашке с коротким рукавом, и с огромным букетом красных роз. Большие солнечные очки скрывали его бесстыжие глаза.

— Вау!!! — не сдержалась Светка.

— Кто бы это? — задумчиво протянула тётя.

— Какой парень!!! Обалдеть! Такие только в сказках бывают или в кино! Зачем они в Танькин двор заходят? — недоумевала Светка, даже подпрыгивая от любопытства.

— Затем, что этот сказочный парень — отец Таниных детей. Он её замуж звал, а она категорически отказалась. Вот, блин, сюда припёрся! Ещё и родителей, видать, захватил в подмогу. Теперь вместе уговаривать будут. Бедная Танька… «Если его и её родители споются — бедной подружке моей точно не устоять», — сказала Люда.

Люда даже не заметила потрясённых лиц отца, Светки и тёти. Она просто смотрела в окно и тихо рассуждала вслух.

— Хорошо, хоть мой Олег слово «нет» правильно понимает. Нет! Только не это!

Олег приехал на байке. Крутой парень на обалденно крутом байке.

Светка только тихонько стонала, рассматривая мотоцикл и его владельца, за неимением слов для выражения восторга.

Олег, тем временем, снял шлем, достал из багажной сетки небольшой букет её любимых нежно-розовых роз и решительно пошёл к воротам.

На улице потихоньку начали собираться любопытные соседи.

Люда бегом рванула к воротам, пытаясь предупредить катастрофу. Всё катилось в тары тартары, и она не понимала, что делать и как это остановить.

И, главное, Олег на байке был слишком хорош, чтобы обычной девочке из их городка можно было устоять…

Люда подбежала к воротам и распахнула их.

— Что ты здесь делаешь? Сейчас же уезжай! — зашипела как рассерженная кошка.

— Привет! — он ткнул букет её в руки и Люда на автомате взяла.

— Олег…

— Я хочу попросить руки своей девушки у твоего папы до того, как наши с Димой родители закончат обсуждать его свадьбу и перейдут сюда, чтобы продолжить обсуждать мою. Пошли, — и он решительно пошёл первым, ведя растерявшуюся Люду за собой за руку.

В это время, Таня жалась в уголке, в буквальном смысле этого слова зажатая Димой в угол.

Её будущие свёкры с воодушевлением обсуждали с взволнованными и счастливыми родителями Тани предстоящую свадьбу, время от времени счастливо-неверяще поглядывая на играющих новыми машинами драгоценных внуков.

Надо сказать, родители Олега и Димы до последнего сомневались в словах сыновей о том, что они уже дедушка и бабушка. Зная о проблемах детей со здоровьем, они переживали, что совсем никогда не дождутся хотя бы одного наследника, а тут сразу четверо. Сомневались, пока не увидели мальчишек, как две капли воды похожих друг на друга и на своего отца.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Довольный Дима обнимал смущённую и сердитую Таню за плечи, безостановочно чуть поглаживая большим пальцем. Главное, утащить её к себе, потом утрясётся всё.

Его брат вёл свою битву за семью. Едва они с Людой вошли в дом, навстречу попались перепачканные шоколадом малышки.

— Как они его нашли? — мимоходом удивилась Люда. — Я в том шкафу долго не находила, когда мама прятала.

Растерянный отец Люды стоял посреди комнаты.

— Здравствуйте. Меня зовут Олег. Я приехал просить руки Вашей дочери. Близняшки мои дочки, но клянусь, я не знал о том, что Люда их родила. Она приревновала и сбежала от меня. Моя вина. Потом ничего не сказала о беременности. Мы снова встретились случайно. Фирма, на которой работает Люда, одна из тех, что принадлежит нам с братом. Люда последние полгода отвергала любые мои ухаживания. На моё предложение выйти замуж пока ответила решительным отказом. Надеюсь на Вашу помощь в создании нашей семьи. Сразу скажу, я отступать не намерен. Мои родители сейчас у Ваших соседей. Сговаривают Таню за моего брата. Танины мальчики от него. Потом сюда придут, с Вами договариваться. — Олег волновался и говорил немного сбивчиво.

Танин папа судорожно взялся за сердце.

— Папа, может скорую? — испуганно кинулась к нему Люда.

Светка стояла у окна и глотала слюнки, глядя на Олега. Потом, в суете вокруг дяди, подошла поближе. Нечаянно потёрлась грудью, стрельнула глазками, но тут начинающуюся женскую атаку пресекла маленькая Юлька, старательно вытерев шоколадные губы тётиным подолом.

— А!!! Маленькая дрянь! Ты знаешь сколько стоит это платье, — Светка оттолкнула малышку так, что она упала на попку.

Олег достал из кармана крупную купюрку, сунул Светке в руку. Потом взял её за предплечье и грубо выставил из дома за порог со словами:

— Чтобы я тебя рядом со своей дочерью больше не видел. И мне плевать родственница какого ты колена!

Светкина мать, злобно зыркнув глазками, демонстративно молча вышла следом за дочерью.

Олег растерялся. Посмотрел на отца Люды, сидящего на диване и уже немного пришедшего в себя.

Присел на корточки, раскрыл руки девочке:

— Простите. Я, кажется, обидел ваших родных, но разве так можно с маленьким ребёнком? Иди сюда моя принцесса.

Довольная Юлька запрыгнула отцу на колено, обняла за шею. Ольга опасливо смотрела издалека.

— Хочешь покататься на мотоцикле? — тут и Оля не выдержала, прибежала, вскарабкалась на второе колено.

— За мотоцикл маму родную готовы продать, — пробормотала недовольная Люда.

— Это у них наследственное, — буркнул отец.

В этот момент в дом вошли родители Олега. Он поднялся с корточек с двумя девочками в руках.

— Мам, это мои дочки: Оля и Юля. А это моя Люда.

Очаровательные маленькие блондинки в шоколаде оценивающе посмотрели на новых гостей. И тут увидели огромных кукол. Глазёнки загорелись, маленькие тушки стали активно извиваться в руках у Олега, пытаясь освободиться и бежать навстречу явно предназначенным для них подаркам. Мотоцикл был временно забыт.

— Подождите, — вскрикнула Люда и тихо добавила — я их хотя бы умою.

Сзади в дверях показались Дима с Таней, мальчишки с машинками и родители Тани. Толпа неотвратимо просачивалась в дом, заполняя всё свободное пространство. Люда, наконец, поняла, что нет смысла сопротивляться событиям и сдалась.

— Мы подумали, что лучше обе свадьбы вместе играть. А значит и обсуждать сразу лучше вместе. Как Вы считаете? — щебетала Танина мама.

Дальнейшие разговоры пошли уже без участия девочек.

Ни Люду, ни Таню так и не спросили хотят ли они замуж, согласны ли. Родители обсуждали свадьбу, медовый месяц, немедленную отправку детей на море, пока бархатный сезон. Решали, что нужно сделать в первую очередь, а что в последнюю. Девочки только растерянно подчинялись, захваченные врасплох, деятельными родственниками.

И вот уже, поздно вечером, внедорожник уехал, увозя Таню и всех четверых детей. А Люда прощалась с отцом, потому что, уезжала с Олегом на мотоцикле.

Ещё долго их городок будет судачить о том, каких принцев отхватили себе Жираф и Пончик.

Девушки были растеряны и плыли по течению, сражённые напором братьев.

Подруги, которые самостоятельно выживали, всё в своей жизни решали сами, растили четверых малышей, вдруг оказались словно задвинуты в сторону при принятии важных решений в их собственной жизни. Будто девочки неожиданно стали марионетками, куклами, которых дёргают за ниточки.

Весь следующий месяц, братья до самой свадьбы так и не дали подругам поговорить по душам наедине. Нет, они виделись, и очень часто, но всегда в присутствии кого-либо. Девчонки были словно два преступника, которым не давали общаться, чтобы не сговорились.

Когда Люда или Таня пытались бунтовать, братья тянули их кататься на байках. Сажали себе за спину и летели с ними навстречу ветру. Этот способ примирения со всеми проблемами они будут применять ещё долгие годы.