Гибель Западной Римской империи и возникновение германских королевств

Г лава 9 Завоевание франками Северной Галлии Возникновение и развитие Франкского королевства до середины VI века

В третьей четверти III века северные и северо-восточные области Галлии подвергались опустошительным набегам племенных союзов германцев. Особенно сильно грабили франки и алеманны галльские области в 275 и 276 годах. В те годы многие города Галлии стали строить стены для защиты от нападений германцев.

Последовавшее после кризиса III века в результате реформ Диоклетиана и Константина укрепление римского государства создало и в Северной и Северо-Восточной Галлии условия для экономического расцвета, который можно проследить до середины IV века. Этому расцвету способствовало, в частности, и поселение на запустевших землях Северной Галлии пленных германских крестьян в качестве лэтов. Так называли социально зависимых военнообязанных крестьян, которые жили замкнутыми поселениями на землях, предоставленных им императором или его доверенным лицом. Они были прикреплены к земле и не имели права уходить с нее. Обычно им предоставлялись брошенные и запустевшие пашни. Лэты происходили из германцев, кельтов или сарматов, причем германцы составляли среди них большинство.

Германские лэты (преимущественно франки, хамавы и фризы) обнаруживаются в конце III века в областях нервиев, треверов, амбианов, белловацеров, трикассеров и лингонов, то есть в округах Белгики и Лугдунской Галлии. Хозяйство на землях, обработанных германскими крестьянами, процветало; поля были возделаны, амбары полны зерна; повинности лэтов обеспечивали потребности римской армии и городского населения. Возможно, тогдашние панегиристы преувеличивали в своих прославлениях благополучие сельских местностей, но хозяйственный расцвет Галлии с конца III века подтверждается и археологическими данными.

Обе некогда большие провинции Белгика и Лугдунская Галлия были в ходе реформ Диоклетиана разделены. Область между верхним течением Луары и Сомы с городами Лугдунум (Лионом), Аугустодунум (Отен) образовали провинцию Лугдунская Галлия I. Примыкающая к ней территория между Луарой и Марной с парижским бассейном — провинцию Лугдунская Галлия IV. К ней примыкала провинция Лугдунская Галлия II, расположенная на нижнем течении Сены от морского побережья до начала полуострова Бретань, которая в позднее античное время еще именовалась Арморика. Значительными городами этой провинции были Констанция (Кутанс) и Ротомагус (Руан). Сама Бретань вплоть до нижнего течения Луары образовала с городом Туронес (Тур) провинцию Лугдунская Галлия III. Таким образом, из прежней одной провинции возникли четыре новые.

Белгика была также разделена. Восточная ее часть с городами Аугуста Треворум (Трир) и Диводур (Мец) стала провинцией Белгика I. К западу и северо-западу простиралась провинция Белгика II с главным городом Реми (Реймс). На Нижнем Рейне была образована провинция Германия II с главным городом Колония Агриппина (Кельн) и важными пограничными пунктами Новезиум (Нейс), Гельдуба (Геллеп), Бонна (Бонн) и Риомагус (Ремаген). К этой провинции примыкала с юга провинция Германия I с главным городом Могонтиаком (Майнцем) и городами Конфлуэнтес (Кобленц), Бингиум (Бинген), Борбетомагус (Вормс), Немете (Шпейер) и Аргенторат (Страсбург). Простирающаяся далее к югу область между Женевским и Боденским озерами образовала отдельную провинцию под названием Максима Секванская с главным городом Везонтио (Безансон).

Северная Галлия имела исключительное значение в сельскохозяйственном отношении. Плотная сеть вилл покрывала почти всю ее территорию, за исключением поросших лесом гор. Виллы обычно располагались на середине невысоких склонов, защищавших их от холодных ветров; в непосредственной близости находилась вода. Таких вилл было особенно много вблизи римских дорог, каменоломен, песчаных или глиняных карьеров.

Грабительские набеги союзов германских дружин во второй половине III — середине IV века еще не оказывали длительного воздействия на сельское хозяйство галло-римлян. Правда, археологические раскопки обнаружили для этого периода множество вилл со следами пожаров и разрушений (особенно на северо-востоке), но, как правило, повреждения устранялись, и часто существование вилл можно проследить вплоть до первого десятилетия V века.

С развитием вилл в Северной Галлии распространилась система центуриации. Суть ее сводилась к разделению земли на квадратные центурии — большие земельные, которые, в свою очередь, делились на меньшие. Римская центурия имела площадь в 200 югеров, что составляет 50,5 гектара. В целом здесь обнаруживаются два типа земельной собственности: 1) городская земля, которая находится либо в индивидуальном, либо в совместном владении горожан, и 2) изъятое из городской территории крупное землевладение, ставшее императорской или частной земельной собственностью.

В IV веке в значительных городах Галлии, таких как Трир, Реймс, Санс и Тур, и в римско-германских городах Кельне и Майнце существовало крупное землевладение сенаторских фамилий. Правда, вследствие увеличивающейся военной слабости Западной империи некоторые крупные землевладельцы перебирались из Северной Галлии в Южную, где они надеялись на более спокойное существование, но пока это были единичные случаи. В первой половине V века, примерно до половины этого столетия, за укрепленной линией римских дорог вдоль городов Кельн — Тонгерен — Баве — Булонь римские порядки еще сохранялись.

Распространение вилл в Северной Галлии в значительной степени способствовало романизации этой области. Тем не менее приходилось принимать во внимание сильный этнический фактор местного кельтского населения. Из 23 городов Пикардии лишь Сен-Кантен, Валансьен и Бапом можно отнести к новым, основанным римлянами, городам, но и они, вероятно, были построены на местах прежних кельтских поселений. Впрочем, римский господствующий класс никогда не доходил в своем стремлении романизировать провинции до того, чтобы предоставить им в полном объеме также ius italicum[42] со связанными с этим правом налоговыми привилегиями.

В последние годы IV века усилился процесс переселения городской аристократии в сельские владения, туда же перемещались роскошь и комфорт. Вокруг вилл возводились укрепления, порой это были довольно серьезные фортификационные сооружения со сторожевыми башнями. Большая вилла крупного землевладельца в ряде случаев становилась зародышем новой поместной деревни. Параллельно этому тогда же начался упадок города как политической и административной организации. Он проявлялся прежде всего в растущем разорении городских ремесленников и людей, занимающихся мелкими промыслами; это было следствием почти непереносимых налогов, большую часть которых высшие городские слои перекладывали на плебс, что, в свою очередь, вело к упадку товарно-денежных отношений.

И вот в этих условиях к началу V века возродилось крестьянское движение багаудов, которое уже однажды, в 283–286 годах, привело в ужас крупных землевладельцев Галлии. В одном сочинении говорится: «Несведущие в военном деле сельские жители стали стремиться к военному строю… крестьянин стал подражать пехотинцу, а сельский житель — враждебному варвару…» Галльская хроника под 435 годом сообщает: «Потусторонняя Галлия [Галлия по ту сторону Луары] отделилась от римского сообщества, в результате чего уже в начале [восстания] почти все галльские рабы перешли на сторону багаудов». В конце концов — далеко не с первой попытки — с багаудами римлянам удалось справиться. Во всяком случае, с середины V века источники о них больше не упоминают, но в свой вклад в расшатывание устоев римского общества они внесли. Не следует преуменьшать и их политическое значение; когда Аттила готовился к походу в Галлию, он, по ряду свидетельств, направил послов к тамошним багаудам, стремясь заручиться их поддержкой.

На вопрос о происхождении франков и первоначальном составе их племенного союза нельзя дать удовлетворительного ответа. С одной стороны, этот племенной союз был объединением частей или, вернее, осколков мелких племен, живших по правому берегу Рейна, с другой стороны, к франкам стремились примкнуть отделившиеся от своих племен объединения дружин мореходцев с побережья Северного моря, что им и удалось. В ранний период у франков не было даже единой строго определившейся власти, и вплоть до V века еще сохранялись названия отдельных племен.

В римских источниках впервые слово «франки» встречается в связи с событиями, которые произошли в начале второй половины III века. Однако возникновение этого племенного союза и первые проявления его активности по отношению к Римской империи, вероятно, следует отодвинуть по крайней мере на два десятилетия назад. В 231 году расквартированный в Бонне I легион Минервы победил на Нижнем Рейне германских пришельцев, имя которых не называется. Можно предположить, что это было первое столкновение с возникающим племенным союзом франков.

В 50-х годах III века полчища франков прошли по Галлии и Испании, подвергая их разграблению; они уничтожили город Тарракон, захватили корабли и перебрались на них в Северную Африку. Там они напали на город Тетуан на марокканском побережье. Очевидно, воины, захватившие в 259 году крепость Нидербибер близ Нейвида у северного края Верхнегерманско-ретийского лимеса, также были франками.

Однако франки выступали по отношению к Римской империи не только как враги, но и как союзники. Начиная с правления в Галлии отделившегося от центральной власти узурпатора Постума (259–268), в римских войсках встречаются франкские вспомогательные отряды.

В 275 и 276 годах франки вновь вторглись в Галлию. Император Проб победил их и оттеснил обратно за Рейн. Часть захваченных Пробом франкских пленных были поселены у Черного моря. Около 280 года они захватили несколько кораблей и морским путем через Гибралтарский пролив вернулись на родину, по пути грабя побережья Малой Азии, Греции, Ливии и Сицилии.

Между 279 и 281 годом франки вторглись в Кельн, где стоял рейнский флот римлян, и сожгли корабли. Живущие в области устья Рейна франки (как предполагают, это предшественники салических франков) опустошали, часто вместе с саксами, берега Галлии и Британии. Караузий, командир римского флота в Ла-Манше, нанес им поражение, но тут же, признавая их воинские качества, принял на службу. С помощью франков он и его преемник защищали в 286–296 годах государство бриттов. В эти же годы франки, живущие на Среднем Рейне, снова напали на области Северной Галлии вдоль линии Кельн — Баве. Впервые имя племенного князя, возглавлявшего франкское войско, известно нам из сообщений о римском походе 288 года против франков императора Максимиана. Это Геннобауд, которого Максимиан заставил подчиниться. В 294–295 годах цезарь Констанций Хлор прогнал франков из области батавов.

Создание домината временно консолидировало военную силу империи. Когда вскоре после прихода к власти Константина I несколько франкских дружин во главе с их племенными князьями Аскарием и Мерогайзом вторглись на римскую территорию, Константин взял их в плен и велел бросить на растерзание диким зверям на арене в Трире. Он усилил флот на Рейне и заложил на правом берегу Рейна против Кельна кастел Дивитиа (Дейц). Между 310 и 321 годом римские полководцы совершили несколько походов против франков, после чего в течение двух десятилетий нападения франков на рейнскую границу прекратились. При этом Константин принимал в свою армию значительно больше франкских наемников, чем это делалось раньше. Франки и алеманны занимали высокие командные посты в римской армии.

Тут важно подчеркнуть, что сначала целью набегов франков и алеманнов на Римскую Германию и Галлию не было заполучить новые земли и создать на них свои поселения; они вполне удовлетворялись добычей. В то время у франков еще не было постоянной королевской власти, во главе их стоял вождь-конунг, избиравшийся порой на время военного предприятия.

Но с середины IV века ситуация стала существенно меняться. Теперь, вторгаясь в области левого берега Рейна и проникая вглубь Галлии, франки и алеманны стремились осесть на захваченных территориях. Но эти попытки не увенчались успехом. С другой стороны, часть франков получили земельные владения в Галлии в качестве федератов. Это способствовало углублению экономических и социальных противоречий в их племенном союзе и ускорило разложение у них родоплеменного строя.

Рейнская граница оказалась ослабленной в результате событий 350 года, когда римский военачальник в Галлии Магн Магненций, захватив власть и объявив себя императором (350–353), отозвал войска с Рейна, дабы иметь достаточно сил против Констанция II. Франк по происхождению, Магненций — первый узурпатор, чье германское происхождение твердо установлено.

Пока Констанций боролся с Магненцием, франки разрушили ряд римских крепостей на Нижнем Рейне и вновь захватили территорию батавов в устье Рейна, откуда их раньше изгнал Констанций Хлор. Лишь в 355 году Риму удалось благодаря военачальнику Сильвану, франку на римской службе, достигнуть частичных успехов в районе Кельна. Однако Сильван был заподозрен в стремлении узурпировать власть и по приказу Констанция II в том же году убит.

Заметим, что франки на римской службе и франки, пребывающие в своем племенном сообществе, не ощущали общих интересов. В свое время провозглашенный в Лионе императором некий Прокул, потерпев поражение от императора Проба, бежал к франкам и доказывал им, что он по происхождению франк. Но франки не приняли это во внимание и выдали его Пробу. Сильван, по сообщению Аммиана Марцеллина, узнав, что император замышляет убить его, тоже будто бы намеревался довериться франкам, но потом передумал, поскольку его убедили, «что франки, чьим сородичем он был, убьют его или выдадут за вознаграждение Риму».

С правления императора Констанция II представители германской знати стали занимать высшие военные посты. Но если Констанций отдавал преимущество германцам але-маннского происхождения, то при его преемнике Юлиане на первый план вышли военачальники франкского происхождения. Такие имена, как Невитта, Дагелайф, Аринтеус, Меробауд, Рихомер, Бауто и Арбогаст, встречаются среди командиров, иногда достигавших и должности консула. Военный предводитель среднерейнских франков Маллобауд при Констанции II занял должность comes domesticorum[43], а в 378 году руководил походом императора Грациана против алеманнов, вторгшихся в Эльзас.

Все эти полководцы вошли в состав господствующего класса Западной империи и имели доступ в сенаторское сословие. Знаменитый полководец конца IV — начала V века Стилихон, вандал по происхождению, был женат на племяннице императора Феодосия I, состоял опекуном малолетнего императора Гонория, а позже стал его тестем. И вот что важно: римские полководцы германского происхождения полностью отождествляли свою деятельность с политикой господствующего класса Западной империи и будто бы вовсе не помнили о своих корнях.

В 458 году в панегирике императору Майориану Аполлинарий Сидоний описывает франков следующим образом: «С макушки их рыжеватые волосы падают на лоб, а обнаженный затылок сияет, потеряв свой покров. У них светлые глаза серо-голубого оттенка. Они чисто выбриты и вместо бороды носят редкие усы, за которыми прилежно ухаживают, расчесывая их гребнем. Тесная одежда облегает стройное тело мужчин; одежда высоко подобрана, настолько, что видны колени, широкий пояс охватывает их узкую талию. Они развлекаются тем, что бросают двулезвенные топоры на большое расстояние, заранее предрекая, где они упадут, размахивают своими щитами, прыжками опережают брошенные ими копья, чтобы таким образом первыми достигнуть врага. Их любовь к войне возникает уже в юном возрасте. Если они оказываются побежденными в результате превосходящих сил врага или неблагоприятной местности, то падают жертвой смерти, а не страха. Пока они не побеждены, они стоят непоколебимо, и их мужество длится едва ли не дольше, чем их жизнь».

Хотя в общем и целом эта характеристика франков скорее положительна, тем не менее во введении к своему описанию Сидоний называет их monstra — чудовищами. Сочинители IV века подчеркивают в первую очередь дикость франков, и даже Сальвиан из Массилии, чьи суждения о германцах в общем благоприятны, называет франков вероломными и лживыми.

В письме, написанном в 469 году, Сидоний описывает одежду и свиту сына франкского короля Сигисмера, который посетил своего будущего тестя, бургундского короля, в его дворце в Лионе. «Впереди него шла лошадь в праздничной сбруе; другие лошади, нагруженные блестящими драгоценностями, шли впереди него и за ним. Но прекраснейшим зрелищем являлся сам молодой принц, выступавший среди своих слуг в багряном плаще и сияющей золотом белой шелковой тунике, причем его тщательно расчесанные волосы, его розовые щеки и белая кожа соответствовали краскам богатого одеяния. Что же касается свиты, его сопровождавших, то они способны нагнать страх даже в мирное время. Их ноги покрыты до щиколоток шнуровкой обуви из меха; колени, икры и бедра обнажены; на них тесно прилегающая пестрая одежда; высоко подобранная, она едва достигает голых колен; рукава покрывают только верхнюю часть рук. Их зеленые плащи обшиты темно-красной каймой. Их мечи свисают на ремнях с плеч, прижатые к талии, охваченной кожаным поясом, украшенным гвоздями. Такое оснащение украшает и защищает их одновременно. В правой руке они держат пики с крючьями и метательные топоры; левая рука защищена щитом; блеск щитов — по краям они белые, а середина их золотистая — свидетельствует как о богатстве, так и о пристрастиях их владельцев».

К середине IV века франки окрепли, обрели военный опыт; у них возникли и развивались новые социальные отношения. Можно заключить, что образовались два прочных союза франков, которые в некоем центростремительном движении впитывали в себя другие группы: салические франки по ту сторону устья Рейна, граничившие в области Майна с хаттами и бургундами, и франки, которых впоследствии каролингские источники называли рипуариями. Уже с конца III века выявляются два географически различимых франкских центра. Это, во-первых, insula Batavorum («острова Батавов») в устье Рейна и область Токсандрия между Нижним Маасом и Нижней Шельдой и, во-вторых, правый берег Рейна между Липпой, Руром и Зигом. Процесс захвата земель из этих областей происходил в разном темпе. Салические франки оказались более активными: около 410 года они продвинулись из Токсандрии до Турне, а может быть и до Теруана, между 450 и 460 годом захватили Камбре и вскоре после этого достигли Соммы, где до 486 года граничили с осколком империи — областью, во главе которой стоял римский военачальник Сиагрий; сам себя он и после гибели империи продолжал считать наместником, а франки называли «королем римлян». Среднерейнские франки владели до конца IV века областью кугернов, из которой римляне ушли; однако позднее, в первой половине V века, заняли римские владения на левом берегу Рейна. Около 470 года они заняли долину Мозеля, где оставалось еще значительное романское население.

Знаменательно, что такой важный источник о размещении войск, как Notitia dignitatum, не называет никаких римских пограничных войск в провинции Germania II, то есть на Нижнем Рейне. Здесь охрану границы к началу V века несли франкские федераты, в обязанность которых входило, с одной стороны, контролировать, действия алеманнов и бургундов на южной границе Германии II (в конце 406 года они пытались остановить, защищая римские интересы, переход вандалов, аланов и свевов через Рейн), а с другой — охранять укрепления дороги вдоль линии Кельн — Баве — Булонь.

Еще до того как франки и другие германцы осели в долинах Мозеля, Мааса, Рейна и Шельды, пышные виллы и дворы крупных землевладельцев запустели. Крупные землевладельцы Кельна и Трира начали покидать свои города и быстро переселяться на юг.

Конечно, не все галло-римское население ушло из земель Рейна и Мозеля и из области между Маасом, Шельдой и Соммой. Люди, принадлежащие к высшим слоям общества, спасались при приближении франков бегством, но ремесленники, мелкие крестьяне, арендаторы и мелкие торговцы оставались. В течение некоторого времени на занятой франками территории параллельно существовали две структуры: остатки галло-римских отношений с пережитками рабства и разлагающееся франкское родоплеменное общество. Обычно франкские крестьяне селились в стороне от галло-римлян. Их деревни возникали часто вблизи брошенных римских вилл.

В 20-х годах V века резиденция одного из мелких вождей салических франков Хлодио (или Хлойо) находилась близ Диспаргума — вероятно, в Юго-Восточной Бельгии. Этот Хлодио, как сообщает Григорий Турский, отвоевал у римлян Камбре и отодвинул франкскую границу до Соммы. Произошло все это, впрочем, тогда, когда Аэция, знаменитого полководца Западной империи, уже не было в живых. После убийства Аэция среднерейнские франки взяли в 456 году Майнц, а в 459 году Кельн; затем они захватили ряд областей по нижнему течению Мааса и Мозеля. Около 475 года франки окончательно осели в области Мозеля. Постепенно, начиная с V века, для области, занятой франками по среднему и нижнему течению Рейна, вошло в обиход название Francia rinensis — Рейнская Франкия.

Наличие франкских поселений в Северной Галлии доказано археологически, ибо в многочисленных захоронениях и некрополях обнаруживается инвентарь, новый для Северной Галлии, аналогичного которому здесь раньше не было. Он совпадает с памятниками, обнаруженными на территории между Рейном и Эльбой. Это различные фибулы, длинные шпильки в захоронениях женщин, длинные мечи, копья, щиты, топоры для метания, деревянные ведра, обитые бронзой или железом, ножницы, веретена, железные пряжки, треугольные костяные гребни. Другие предметы инвентаря захоронений происходят из позднеримских мастерских Северной Галлии — например, значительная часть керамики, стекло, металлические сосуды, монеты, жемчуг, украшения поясов.

После того как в 461 году был убит император Майориан, римское войско в Северной Галлии перестало подчиняться правительству в Равенне и стоящему за ним военачальнику Рицимеру. Поскольку территорию к югу от Луары заняли вестготы, а юго-востоком Галлии владели бургунды, римская область в Северной Галлии оказалась изолированной. На юге ее границей была Луара, на востоке — область Оксер; Труа и Лангр отделяли ее от алеманнов, на севере и северо-востоке граница шла вдоль Соммы к северу от Суассона напротив владений франков, оттуда к верхнему течению Мааса и в область к северу от Меца.

Сначала римской армией на этой территории командовал военачальник убитого Майориана Эгидий. Между ним и салическими франками продолжали действовать условия заключенного раннее договора. Очевидно, римлян и франков объединяла опасность, которой грозили им нападения саксов на побережье и попытки вестготов, перейдя Луару, продвинуться на север. В 463 году франки во главе с королем Хильдерихом, первым правителем из династии Меровин-гов, чье существование подтверждено источниками, вместе с римскими подразделениями Эгидия отразили под Орлеаном нападение вестготов. Когда осенью 464 года Эгидий умер, командование римскими отрядами в Северной Галлии перешло к комиту Павлу. В 469 году римляне и франки отразили нападение вестготов. В том же или в следующем году саксы, ведомые племенным вождем Адовакрием, вторглись в Бретань и осадили Анжер. В состоявшемся сражении победу одержало объединенное римско-франкское войско. В этом сражении пал Павел. Его преемником стал сын Эгидия Сиагрий, который в момент смерти отца был еще, вероятно, слишком юн, чтобы встать во главе римлян. Григорий Турский называет его в своей «Истории франков» гех Romanorum — король римлян, но уверенности в том, что он носил этот титул, у нас нет.

Римская армия в Северной Галлии была в это время столь же не римской по существу, как, например, войско Рицимера в Италии. Она состояла преимущественно из германских наемников и из отрядов, набранных из лэтов. Опираясь на нее, римское государство Сиагрия в Северной Галлии пережило падение Западной Римской империи на десять лет. В 486 году Хлодвиг, сын Хильдериха, уничтожил это ставшее анахронизмом государственное образование, вероятно, перед этим расторгнув с Сиагрием договор. Сиагрий пытался сопротивляться, но в битве при Суассоне его армия была разбита.

После разгрома государства Сиагрия были разграблены христианские церкви и часовни. В украшенной подробностями легенде Григорий Турский рассказывает об обращении христианского епископа к королю с просьбой вернуть ему хотя бы одну чашу удивительной красоты. Хлодвиг согласился и при дележе добычи спросил воинов, не уступят ли они ему эту чашу. Большинство воинов ничего не имели против этого, но один возмутился совершавшейся, по его мнению, несправедливости и, чтобы чаша не досталась королю, разрубил ее секирой. Хлодвиг скрыл свой гнев, но через год на собрании воинов, обвинив этого воина в том, что он плохо содержит свое оружие, бросил его секиру на землю, а когда тот наклонился, чтобы ее поднять, своей секирой отрубил ему голову.

Можно предположить, что к этому моменту родоплеменной строй у франков полностью разложился, хотя остатки родовых связей еще долгое время сохранялись. Хлодвиг не был единственным королем салических франков, кроме него у них существовало по меньшей мере еще три короля. Тем не менее процесс образования Франкского государства начался. Хотя франки еще не были христианами, источники свидетельствуют о мирном и добрососедском сосуществовании их и романского населения, исповедующего католичество. Уже при Хильдерихе христианская церковь получила особые права, и все шло к тому, что епископы станут партнерами возникающего в его государстве господствующего класса.

При анализе социального и политического строя франков в последние два десятилетия V века необходимо проявлять большую осторожность, чтобы не переносить социальные и экономические условия второй половины VI века на конец V века. Власть Хлодвига все-таки была ближе к власти военного вождя, чем к прочной королевской власти; права короля в ряде вопросов еще в большой степени ограничивались военным собранием всех свободных франков, а не только знатью.

В первые годы правления Хлодвиг, вероятно, сталкивался с рядом трудностей в стремлении утвердить свое господство на территориях вплоть до Луары. Но, к сожалению, сведения об этом периоде слишком скудны. Значительно только замечание Прокопия Кесарийского, что так называемые арборихи объединились с франками в своих действиях и что отрезанные от основных сил римские солдаты «в отдаленной части Галлии» сдались франкам. Предполагают, что под арборихами следует понимать романских жителей городов на юге Арморики; возможно, что в их числе были и посаженные на землю в Арморике лэты. Вероятно и то, что отдельные отряды, принадлежавшие к войску Сиагрия, кое-где еще сопротивлялись и после 486 года, и их сопротивление было сломлено спустя несколько лет.

По-видимому, к этому времени относится и война Хлодвига с рейнскими тюрингами, которые, возможно, были окончательно покорены франками лишь к концу его правления.

К 493–494 годам политический вес Хлодвига среди германских королей был уже настолько велик, что остготский король Теодорих после победы над Одоакром просил руки сестры Хлодвига Аудефледы. Этот брак состоялся. Сам Хлодвиг в это же время женился на Хротхильде (Хродехильде), дочери бургундского короля (правителя части государства) Хильпериха II и племяннице бургундского короля Гундобада. Королевский дом Бургундии придерживался арианского исповедания, но Хротхильда была католичкой. Католическая церковь, которая искала способ влиять на Хлодвига, рассчитывала на нее в этом плане.

В 496–497 годах разразилась война между франками и алеманнами. Вероятно, после вторжения алеманнов в область среднерейнских франков между королем среднерейнских франков Сигибертом, резиденция которого была в Кельне, и Хлодвигом был заключен союз. В битве при Тольбиаке (Цюльпихе) франки победили. Король алеманнов пал в сражении, и алеманны признали власть Хлодвига. Правда, в 506 году они восстали, и Хлодвигу пришлось вновь их покорять. Часть алеманнов при этом бежала и нашла защиту у остготов, осев южнее Боденского озера и в Норике.

Во время войн с алеманнами Хлодвиг принял католичество. Вероятно, это произошло в 498 году, хотя некоторые историки относят его крещение к 506 году. Таким образом, Хлодвиг обрел в католическом епископате Галлии, который в то время формировался еще исключительно из представителей галлоримской аристократии, важного союзника в осуществлении своей политической власти.

Принятие католичества, что для Хлодвига было прежде всего политическим актом, имело первостепенное значение для дальнейшего развития Франкского государства. Во-первых, Хлодвиг обрел с помощью католической церкви большее влияние на свой народ, хотя вначале его примеру последовали только 3 тысячи франков — по-видимому, его дружина. Во-вторых, укрепилось положение короля в глазах его романских подданных, которые уже были католиками. В-третьих, сам Хлодвиг рассматривал переход в католицизм как повод для будущего — если это будет необходимо, то насильственного — обращения или изгнания из Галлии вестготов и бургундов арианского исповедания.

В 500–501 годах Хлодвиг вмешался в распрю, которая возникла в Бургундии между братьями Гундобадом и Годегизелем, на стороне Годегизеля, надеясь после победы присоединить к своему государству хотя бы часть области бургундов. Гундобад был разбит и бежал в Авиньон. Казалось, цель Хлодвига близка. Однако на помощь к Гундобаду пришли вестготы. В 501 году он разбил франкский отряд Годегизеля, причем Годегизель пал в сражении. О расширении границ франкского государства в результате этой войны ничего не известно.

Выдающимся событием в правление Хлодвига был захват в 507–508 годах большей части вестготского государства. В этой войне Хлодвига поддерживали среднерейнские франки. Король остготов Теодорих пытался в письмах и через послов, которых он направлял королям вестготов, бургундов, западных герулов, варнов и прирейнских тюрингов, а также самому Хлодвигу, сохранить мир между германскими королевствами, но Хлодвиг не шел ни на какие переговоры; вероятно, его подстрекала к нападению на вестготов и византийская дипломатия, ибо успех Хлодвига означал одновременно ослабление политического положения Теодориха.

Хлодвиг рассчитывал на то, что романское население и католическая церковь государства вестготов единодушно перейдут на сторону католиков-франков. Однако эта надежда оправдалась не полностью. Жители Оверни, в том числе остатки галло-римской сенатской аристократии, во главе с Аполлинарием, сыном Аполлинария Сидония, поддержали вестготского короля Алариха II. Сам Хлодвиг обосновывал свою войну с вестготами стремлением освободить католическую церковь в государстве вестготов от притеснений арианских еретиков.

В конце лета 507 года неподалеку от Пуатье состоялось решающее сражение между франками и вестготами. Франки победили; Аларих II пал в сражении. Этим, однако, война не закончилась. Хлодвиг с частью войска двинулся на Бордо, где он провел зиму, а его сын Теодорих с другой частью войска подчинил власти франков владения вестготов в Южной и Юго-Восточной Галлии. В 508 году франкские войска под командованием Хлодвига вместе с присоединившимися к ним бургундскими вспомогательными отрядами взяли столицу вестготов Тулузу; здесь в руки франков перешла королевская казна вестготов.

В это время в происходящее вмешался король остготов Теодорих, отправивший в Галлию войско, чтобы предотвратить полный развал вестготского государства. Благодаря вмешательству остготов вестготы сохранили часть Южной и Юго-Западной Галлии, Септиманию и юг Новемпопулании. Прованс к югу от Дюранса был присоединен к государству остготов. Таким образом, аппетиты франков не были удовлетворены полностью: хотя они значительно расширили свою территорию в Галлии, выйти к Средиземному морю им не удалось.

В 508 году к Хлодвигу прибыло византийское посольство. Император Анастасий прислал ему в знак формального признания королевские инсигнии — chlamys (хламиду), tunica blattea (пурпурную тунику) и диадему, а также возвел его в достоинство почетного консула. Этим актом Византия выразила свое одобрение антиготской политике Хлодвига и — задним числом — его переходу в христианство католического толка. Признание византийским императором способствовало укреплению политического и морального авторитета Хлодвига среди романского населения Галлии, еще сохранявшего традиционную связь с Римской империей, которую теперь представляла Византия: в их глазах он только теперь стал законным правителем.

В последующие годы Хлодвиг уничтожил самостоятельность королевства среднерейнских франков с центром в Кельне, чьи жители обрядом поднятия мечей провозгласили его королем, и мелкие государства салических франков. Состоявшая с ним в родственных отношениях знать салических франков пыталась сопротивляться и была большей частью истреблена.

В последние годы своего правления Хлодвиг захватил области рейнских тюрингов, варнов и западных герулов. Тем самым на левом берегу Рейна более не осталось независимых территорий. В 511 году Хлодвиг умер в Париже, куда в 508 году перенес свою резиденцию.

После него остались четыре сына: Теодорих, Хлодомер, Хильдеберт и Хлотарь, а также дочь Хлотхильда, которая вскоре вышла замуж за вестготского короля Амалариха. Государство было разделено между сыновьями — как старые франкские владения к северу от Луары, так и новые приобретения в Аквитании. Теодорих (511–534) получил область к востоку от Рейна, земли по Рейну и Мозелю, область по верхнему течению Мааса с городами Туль и Верден, а также Базель, Шалон и Реймс. Границы владений братьев в Аквитании не могут быть точно установлены. Известно только, что Овернь принадлежала Теодориху. Его столицей был Реймс. КХлодомеру (511–524) отошли области Труа, Сане, Оксер, Мелен, Орлеан, Шартр, Анжер и Нант; с юга к этой территории примыкали Тур, Бурж, Пуатье и Лимож. Столицей Хлодомера был Орлеан. Хильдеберт I получил земли по побережью от Соммы до Бретани с городами Амьен, Париж, Руан, Лизьё, Байё, Авранш, Ренн и Ле-Ман. На юге государству Хильдеберта принадлежали, вероятно, области Сент, Ангулем и Бордо. Столицей Хильдеберта был Париж. Хлотарю I досталась на севере большая часть старых франкских владений с городами Турне, Булонь, Аррас, Камбре, Нуайон, Лан и Суассон. В его аквитанскую часть входила, вероятно, область по среднему течению Дордони, Базас и Ажан. Столицей был Суассон.

Около 520 года произошло восстание галло-римского населения Оверни против Теодориха; во главе восставших стоял Аркадий, внук Аполлинария Сидония. Аркадий хотел, чтобы Овернь отошла к Хильдеберту; быть может, он и его соратники надеялись на то, что Овернь, оказавшая уже сопротивление вестготам, сможет в ходе борьбы обоих братьев обрести большую политическую самостоятельность. Подавив восстание, Теодорих опустошил всю область; земли восставших были конфискованы, стада согнаны. Аркадию удалось спастись бегством в государство Хильдеберта.

В 523–524 годах Хильдеберт, Хлодомер и Хлотарь сообща воевали с бургундами. Сначала франки добились значительного успеха, но в битве при Везеронсе потерпели решительное поражение. В этом сражении погиб Хлодомер, и братья, обойдя его сыновей, разделили его владения между собой. Теодорих получил области Труа, Сане, Оксер и Лимож; Хильдеберт — области вокруг Анжера и Нанта к северу от Луары, а также Шартр, Орлеан и Бурж; Хлотарь взял территории Тура и Пуатье и земли по нижнему течению Луары.

С 529 года экспансионистские стремления франков были направлены в первую очередь на государство тюрингов, на которое при жизни остготского короля Теодориха Великого нападать не смели. В 534 году король тюрингов Херминафрид был убит франками. Это стало концом недавно возникшего королевства тюрингов.

В начале 530-х годов начались военные действия между франками и вестготами, которые после смерти Хлодвига постепенно расширяли свою территорию к северу от Пиренеев. В 531 году Хильдеберт победил короля вестготов Амалариха в сражении под Нарбонной, а через год в этой войне приняли участие также Теодорих и Хлотарь. Вестготов опять оттеснили, и все земли к северу от Пиренеев, кроме Септимании, были ими потеряны.

В 532 году наступил конец государства бургундов. Войска Хильдеберта и Хлотаря вторглись на его территорию и, одержав победу в сражении при Отене, лишили бургундов независимости.

В 533 году умер Теодорих, старший сын Хлодвига. Два других сына Хлодвига, Хильдеберт и Хлотарь, попытались лишить наследства сына Теодориха Теодеберта, как некогда сыновей Хлодомера. Но так как большая дружина Теодориха поддержала Теодеберта, сумевшего привлечь ее богатыми дарами из королевской казны, братья потерпели неудачу. Теодеберт (534–548) наследовал государство своего отца и получил также территории при дележе Бургундии, благодаря чему между рейнскими и аквитанскими владениями Теодеберта существовала теперь связь по суше.

В 536–537 годах остготский король Витигис уступил франкам по договору Прованс и часть остготской Реции, надеясь таким способом заручиться их помощью в борьбе с Византией. Прованс был присоединен к государству Хильдеберта, а Рецию получил Теодеберт. Сверх того остготы уплатили франкским королям 2 тысячи фунтов золота. Однако франко-готский союз против Юстиниана, на который надеялся Витигис, не состоялся.

На этой стадии государство Меровингов по существу обрело свои исторические территориальные границы. В дальнейшем Теодеберт неоднократно вмешивался в борьбу, которая шла в Италии. Но хотя его внешняя политика становилась все более антивизантийской, он не был заинтересован в том, чтобы в Италии вновь возникло сильное государство остготов. Поэтому франкское войско, направившееся в 539 году в Италию, обратилось как против остготов, так и против византийских войск. Теодеберт распространил свою власть на восточную альпийскую область. В 548 году он умер и оставил государство сыну Теодебальду.

В 555 году Теодебальд умер бездетным, и его государство перешло к Хлотарю. В 556 году Хлотарь подавил восстание тюрингов и саксов, пытавшихся освободиться от обязательства платить дань. Следующая война между братьями — Хиль-дебертом, к которому присоединился Храмм, сын Хлотаря, и Хлотарем — окончилась со смертью Хильдеберта в 558 году. Поскольку у Хильдеберта не было сыновей, его владения также перешли к Хлотарю. На три года, до смерти Хлотаря, единство государства Меровингов было восстановлено.