Горящие облака

Глава 1

— Вставай, паря! Кому говорю! Разлегся тут понимаешь…. Вставай давай!

Резкий толчок меня на ноги поставил мигом. Точнее поставить-то поставил, но те в тот же миг совершенно естественным образом подломились. Я еще подумал, как же так, ног не чувствую, а мне идти еще надо. Глаза при этом разлепил уже, но видеть от того лучше все равно не стал, все рябило и плыло. Язык вроде с трудом ворочался — руки еле двигались. В общем по сравнению с этим, то, как я чувствовал себя последнее время было прекрасным. Ничего почему-то не болело, только какой-то низкий гул да крики с лязгом и шипением странным в ушах.

— Да чтоб тебя! — услышал я тот же голос. —….!

А интересная у него ругань. Вот сколько лет живу, а выкидышем ушастого меня еще никто не называл… Додумать так сразу не получилось. Потому как видимо руки этого самого ругающегося типа меня совершенно легко подхватили и как мешок с картошкой взвалили на плечо. Причем покрытое видимо чем-то жестким хоть и гладким, что довольно нехарактерно по нашим временам на мой взгляд. Ну да наплечник, наверное, какой-то. Потому что когда мы резко дернулись в сторону, а потом помчались еще куда-то, я хорошо ощутил как стыки на этом самом гладком но твердом наплечнике мне весь живот видимо до кровоподтеков исщипали. И это несмотря на довольно свободную рубашку…

Наверное это меня куда-то пожарный тащит. Другого объяснения в голову не лезло, да и отсутствие зрительной внешней информации не особо способствовало пониманию. Однако вот с рубашкой непонятка получается. Из дому то я, как сейчас помню, выходил в куртке под которой была футболка только. А тут рубашка… Но ведь потом я отключился… Блин, мысленно хлопнул себя по лбу, ну конечно же! Откуда меня тащит пожарный — наверняка из больницы. А рубашка тут причем, спрашивается? Так наверняка это пижама или еще какая-нибудь одежда специальная. Наверняка жена еще в первый день как положили поменяла. Тут только другой нехороший вопрос в голову лезет, а как давно этот первый день был… Вот именно в этот момент у меня появилось очень нехорошее предчувствие, во рту появился гадковатый привкус и, как это говорится, "засосало под ложечкой".

Запаниковать правда не пришлось, потому как ощутил я толчок, затем другой, третий, поле чего последовало короткое падение-спуск. По итогу которого меня грубо спихнули с моего вынужденного местоположения на пол. Уж доски то я почувствовал ударившимися локтями. И что-то еще, что на полу лежало и под моим весом подалось в стороны. Рука внезапно послушавшись немного дернулась в сторону, кисть сжалась и я удивленно понял что сжимаю в руке канат.

Канат!? Я не совсем понял, меня что на бухту каната положили? Откуда он в больнице взялся то, да еще судя по ощущениям натуральный…

Тут голова моя резко мотнулась в сторону а щеку обожгло от звучной пощечины.

— А-бл-а-гх… — выдохнул я от неожиданности, из глаз брызнули слезы, но при этом пелена как будто сползла. И я, пусть и не очень четко, но увидел перед собой густую рыжую бороду обрамляющую красную физиономию с носом картошкой и сросшейся над ней бровью.

— А-а, — потянула физиономия, — Очухался наконец!

Я что-то помычал в ответ, но что сам не понял. Видимо этого рыжая борода и добивался. Он удовлетворенно чему-то кивнул, довольно потер практически перед моим лицом руки и ободряюще хлопнув меня по плечу доверительно сообщил.

— Ты пока тут полежи, пока мы с этими ублюдками разберемся! Потом спрошу капитана мага к тебе отправить… Глядишь поможет!

Сказав это он широко улыбнулся показав крупные зубы, снова типа одобряюще хлопнул но уже по другому плечу, подскочил на ноги и споро стал взбираться по вертикальной деревянной лестнице к квадратному люку в потолке. Тоже кстати деревянном. Остальное так просто было не разглядеть так как оно терялось в тени, а вот из люка на лестницу и пол свет падал. Яркий дневной свет.

Я конечно мысленно мужика поблагодарил, провожая взглядом, но на всякий случай скидку на придурочность сделал. Мага он попросит капитана отправить… Блин, толкиенист — пожарный. Такого я еще не видел. В целом то это ничего не меняет так как выходит жизнь то он мне как-никак спас. Хотя от чего не знаю пока, но думаю в ближайшее время прояснится. А вот в уме такие моменты держать надо. Мало ли их тут целая секта и ну как вместо врача действительно шамана позовут, который мне тут как начнет в бубен бить вместо того, чтобы укол с чем-нибудь противошоковым и так далее вколоть.

В это момент я почувствовал, что правая рука меня начала слушаться и прямо вместе с зажатым в ней куском каната поднял ее перед глазами.

Ох ничего жеж себе блин я отощал!!!! Предплечье то, как блин у ребенка! А пальцы! Пальцы не то что тонкие, так еще и будто в размерах уменьшились, да и ладонь тоже… Да ну нафиг, мне что новую руку вырастили??? В больнице этой!? Или может это институт какой секретный… Надеюсь тут не все толкиенисты, а то боюсь без шамана тогда точно не обойдется.

Сколько я так лежал и рассуждал, да еще и до чего додумался, если честно, не помню. Стерлось все это как-то, да и незаметно прошло. Может измученный и не обретший еще подвижности организм просто задремал, а может еще как… Однако, когда из квадратного люка в потолке на пол недалеко от меня спрыгнул давешний бородач я снова обрел связь с внешним миром. При этом почти сразу осознал, что контроль над телом ко мне вернулся. Пусть я пока и не чувствую себя полностью уверенным в себе, но и понимать, что можешь при желании двигать ногами, руками, шеей и пальцами это уже гораздо приятнее чем болтаться кулем на плече.

Почти сразу же за бородачом через тот же люк ловко придерживаясь за ступеньки бодро спустился еще один человек, за ним, как-то даже вальяжно спустился еще один. Я смотрел на них, а они, встав рядом друг с другом оценивающе рассматривали меня. Тут рыжебородый повернулся к последнему вошедшему и начал что-то ему усердно жестикулируя объяснять. Что он говорил я не слушал, потому что просто не готов был что-либо еще воспринимать. А все из-за того, что как я видел теперь этот самый пожарный-толкиенист оказался почти в половину ниже спустившихся вслед за ним людей. При этом он был, пожалуй, даже массивнее и гораздо шире в плечах каждого из них. Короче понятно почему он так по всему этому средиземью фанатеет, раз так на гнома похож. Вот только зачем это он на службу доспех латный полный нацепил, и те двое тоже. Доспехи, кстати, довольно помятые, как и шлемы к поясу подвязанные. А за поясом… Э-э-э-э ребята что за фигня! Я аж уперся в пол ладонями и на дрожащих руках попятился задом к стенке, на которую уже давно опирался головой. За пояс коротышки был заткнут очень красивый, крупный, но окровавленный топор… Да и сам он, как я теперь видел был довольно сильно забрызган кровью. Взгляд мой заметался перескакивая с одного человека на другого… Черт! Они тут все в латах и все брызгами крови покрыты с головы до ног. Что за нафиг такой, откуда у нас взялась секта воинствующих толкиенистов!!!!

Я уже наверное скреб ногами по полу отпихиваясь руками в попытке взобраться спиной по стене, когда спустившийся вторым коротко бросил рыжему.

— Вроде тот… — и снова оценивающе меня осмотрев с ног до головы, — Возраст на глаз совпадает. Цвет волос и глаз тоже… Что же они, эти купцы пацану своему фамильную набивку где-нибудь на спине не сделали, куда как проще сейчас было бы. Ладно, чего уж тут… Выруби его пока, а то лечение на пользу не пойдет…

Вот блин, лечить еще собрались подумал было я когда словил, сказал бы красивый если б видел, удар в челюсть. А еще услышал уже угасающем сознанием оброненную бородачом фразу:

— Извиняй малец…

Малец!? Я чуть было не пришел обратно в сознание. Да ты что борода офонарел? Уж выгляжу я не моложе твоего… Дальше продолжить возмущенную мысль не получилось потому как сознание все-таки меня покинуло.

Стою я такой и смотрю в бескрайнее небо, на далекий горизонт. На проплывающие рядом редкие облака… Ага, так и стою на высоте так метров в пятьсот над уровнем моря опираясь на толстый деревянный борт и высунувшись по пояс в люк над настилом над верхней палубой. И дует теплый несмотря на высоту ветер, и мне четырнадцать лет, и все это блин правда… И сказал бы что, да против фактов не попрешь.

Что я могу сказать? А и не знаю даже, но скорее всего дома я мертв. Обидно даже.

Меня тогда сразу в каморку отнесли, которую потом без особых разговоров и заперли. Открывали только во время кормежки ну и чтобы вазу ночную, как некоторые тут выражаются, забрать. Дали в общем возможности прийти в себя и разобраться с мыслями в гордом одиночестве… Вот тогда-то, обследовав всего себя насколько это мог себе позволить, я и понял, что взрослым здоровым мужчиной в самом расцвете сил тут и не пахнет… Ну понятно, что офонарел я тогда, да так что в ступор впал такой, что несмотря на громкое урчание и резь в животе кормежку первую пропустил. Просто не мог заставить себя встать и взять тарелки. Не вязалось у меня в голове все это, не находило логичного объяснения и соответственно понимания.

Уже вечером посетил меня давешний коротышка гномом себя считающий. И видя мое состояние и, вероятно, истолковав его совершенно по-своему попытался меня приободрить. Сообщив что, они тут все, то есть на Синем Псе, ни разу и не пираты. А совсем даже наоборот — благородные каперы, на службе союза островов внешней гряды. И их, значит, мой дед… Я чуть глаза не закатил! Мало того что непонятно какой малолетка, так у меня уже и дед объявился! Так вот… Дед значит, один из бонз купеческой гильдии этих самых внешних островов, капитана и команду этого самого Синего Пса для преследования злоумышленников и моего собственно спасения и нанял. Вот ведь как получается, еще бы понять причем тут сам Я, так вообще интересно получиться могло бы. Однако видя, что от его пояснений я тихо фигею еще больше, гном предпочел по-тихому удалиться, оставив меня и дальше смотреть невидящим взглядом в темный потолок, совершенно невменяемым взглядом неестественно круглых глаз.

А через день мы прибыли в порт какого-то острова, где меня, собственно, с рук на руки и должны были деду передать. Я, разумеется, сопротивляться и не думал, потому как теперь уже и самому стало интересно куда эта шиза меня дальше заведет. Однако тогда я масштаб происходящего сильно недооценил…

Пока меня вели по кораблю было еще куда не шло. Ну да — корабль, ну пусть деревянный. Что тут такого? Типа под старинный сильно закошен. Ну так это и не особо невообразимо. Вон помню на Корфу когда отдыхал, там натуральный фрегат конца восемнадцатого века был в гавани пришвартован. Весь из себя деревянный, красивый и в общем полностью аутентичный суднам той эпохи. Не знаю правда новодел или так сохранился хорошо. Однако не суть. Корабль, по которому меня вели на него сильно походил как манерой исполнения, так и материалами. Да и народ то и дело попадавшийся на пути современным одеянием похвастать не мог. Скорее уж, как и корабль, выходцев из давно прошедших веков не хило так напоминал. Краски на одежде блеклые, да еще и сильно выцветшие практически у всех. Штаны вообще непонятных форм, а ноги обуты в плетеные тапки. Так еще, как я сейчас при дневном свете рассмотрел у всех есть широкие пояса, которые всю эту конструкцию из того, что надето на верхнюю и нижнюю часть тела воедино соединяли и за которые же были заткнуты короткие, но массивные палаши и совершенно монструозного вида пистолеты. Ну а что блин, я вон вообще пацан! Чего уж более…

Но более было и было его много. Начнем с того, что пришвартовались мы на поле ко вбитым в каменистую почву толстенным сваям, стоявшим от воды никак не меньше чем метрах так в ста. И ладно бы, я в том состоянии такого бы и не заметил, но… Но не далеко от нас неспешно опускался на соседнее место еще один корабль, как пояснил словоохотливый гном (теперь то я в его расовой принадлежности нисколько не сомневался) — это как раз и есть то судно на котором меня злостные похитители и везли. Ну да, ну да, как же я забыть то его мог… А еще оказывается оно, судно то есть, шло под флагом ненавистной лиги внутреннего кольца, поэтому и пошло призом. Ну это я так, мельком услышал потому как до меня внезапно стало доходить что для шизы это все несколько круто и масштабно, и как не прискорбно это признавать, но походу я действительно теперь ребенок…

Еще больше меня добил сам остров, а точнее город на нем расположенный. Застроенный особняками в колониальном стиле перемежающимися каменными домами-фортами все как один имеющими прочные каменные купола с прорезанными в них бойницами стен город не имел. Мощеные дороги рассекали крытые кожаными "гармошками" коляски впряженные одной реже двумя лошадями. Между ними сновали туда-сюда юркие мальчишки разносчики, семенила парочка рикш. Вдоль дорог, в галереях, образованных широкими вынесенными за здания балконами, прогуливались в тени люди, стояли лавки. Вокруг стоял шум, гвалт, то и дело с какой-либо из сторон слышалась ругань или смех.

Мы, а это офигевающе глазеющий во все стороны я, рыжебородый гном, давешний маг и, как я понял, до этого не проронивший в моем присутствии ни слова, но зато лучше всех одетый (бархатный вишневый камзол, сапоги ботфорты с серебряными пряжками, на поясе палаш с витой ручкой и треуголка с золотым белым пером) из нашей компании — капитан. Еще бы… я, как и был в трико и какой-то уже совсем не белой рубахе так и остался. Гном походу с кирасой не расстается, а все остальное тоже серое напялил не выразительное. Маг вот только выделялся почти как у капитана камзолом, коричневыми сапогами и черной треуголкой, но бархата на нем все-таки не было.

По улице мы ехали в крытой повозке. Причем капитан сидел на переднем диване один и смотрел куда-то в сторону совершенно отсутствующим взглядом, гном же с магом и со мной сидели напротив. При этом гном продолжал что-то рассказывать, маг, не слушая задумчиво кивал, а я, как и до этого глядел по сторонам и не мог поверить тому что вижу.

Наконец эта бесконечно долгая для меня поездка закончилась и мы подкатили к одному из крупных полностью каменных монструозных строений полностью перекрытых массивным каменным куполом. На фоне толстой стены стояли четверо охранников закованных с ног до головы в полный латный доспех, в руках двое из них держали отблескивающие на жарком тропическом солнце алебарды, а вот двое других на половину скрывались за ростовыми металлическими щитами держа наготове здоровенные пистоли. Почти такие же как я видел у команды на корабле и какие тащили с собой капитан, маг и гном, но чуточку по массивнее.

С повозки мы слезли. Капитан бросил извозчику мелкую монетку тихо сказал, чтобы ждал за углом и через распахнувшиеся ворота повел нас внутрь. Первое, что я заметил, так это то, что в довольно большом помещении со стенами выложенными пластинами белого мрамора было прохладно. Не могу сказать, что был сильно обрадован этим фактом, но в себя мне это прийти несомненно помогло. Не то чтобы я прямо вжился и адаптировался в один момент, но и понимание, что все это происходит всерьез и не в моем больном воображении ко мне пришло. А потом к нам вышел высокий человек в черных плотных одеяниях и не говоря ни слова жестом пригласил нас за собой.

Долго идти не пришлось. Пройдя по узкому коридору и по богато украшенной деревянной лестнице мы поднялись в небольшой, отделанный покрытым красным лаком деревом, зал. Провожавший мужчина жестом указал на низкие диваны и так же не сказав ни слова удалился. Дверь со стороны лестницы закрылась. Однако почти в то же время откуда-то из-за закрывавшей часть стены портьеры появились две миловидные служаночки в чепцах, красивых бирюзовых платьях, что скрывают ноги по щиколотки и дальше, при этом с внушающими оптимизм широкими декольте и принялись сервировать низкий столик на кривых ножках. А с другой стороны комнаты открылась такая же как и сзади нас дверь, из которой в зал неспешно вошли двое человек. Они неспешно огляделись и пройдя вперед уселись на оставленную для них свободную софу. Служаночки закончили сервировать стол, поставив перед каждым из присутствующих высокую фарфоровую чашку с каким-то пряно пахнущим взваром. И сами, не говоря ни слова, скрылись за портьерой. Через мгновение из-за нее раздался скрип закрываемой двери.

Некоторое время все молчали. Оба пришедших были одеты в темно-коричневые камзолы с поддетыми под них замшевыми жилетками, на головах носили какие-то ущербные шапочки — нечто среднее между ранее виденным на служанках чепцом, только почти черного цвета, и узкополой фуражкой, а на ногах несуразные на мой взгляд штаны, заправленные в замшевые же туфли. Один из них явно волновался. Второй, крупный светловолосый мужчина с квадратным мужественным подбородком, прямым носом и пересекавшим весь лоб шрамом смотрел довольно надменно, в мою сторону даже глазам не повел. В отличии от первого, что нет-нет да бросал на меня неуверенный взгляд.

Что-то пошло не так, подумалось мне, как только светловолосый заговорил.

— Вы приглашали нас, господин Эверли Далан Сальт… Хотя мне, наверное, лучше называть вас вашим более известным именем. Вы позволите, капитан Эвер Темный Глаз? — светловолосый смотрел прямо, с некоторым вызовом. — Так вот господин капитан, Мы откликнулись, пришли в этот банк и готовы выслушать вашу просьбу.

— О-о, уважаемый управляющий Рукель, — негромко откликнулся капитан, при этом светловолосый чуть заметно дернул щекой, не дождавшись ответного "господина" — Мы пришли не просить, а скорее сами выполняя просьбу главы вашего дома, уважаемого купца Милана Канна. Поэтому не могли бы вы поставить свою печать под этим контрактом и принять у меня, из рук в руки, этого юношу, любимого и единственного внука главы дома, — Томаса Кана…

Капитан, отодвинув локтем в стороны чашки уже разворачивавший выуженный из-за обшлага рукава свиток, неожиданно остановился и вопросительно посмотрел на холодно улыбающегося управляющего. А я точно и окончательно убедился — что-то пошло совсем не так как предполагалось изначально. И мне, несмотря на проснувшееся любопытство, как-то не по себе. Весь мой предыдущий жизненный опыт яростно шептал мне в подкорку, что такие вот «не так», редко заканчиваются чем-то хорошим.

— Уважаемый капитан, как бы вам так сказать… — управляющий покрутил растопыренной пятерней в воздухе как бы показывая деликатность и сложность вопроса. — Дело в том, что этот контракт не может быть действительным, так как не далее как три дня назад господин Кан вместе со своим внуком трагически погибли при взрыве Фрегата «Веселая Матильда» во время атаки конвоя Лиги.

— Как погиб!? — капитан застыл в удивлении, — Девять дней назад, я встречался с ним здесь в этом зале, и он лично просил меня спасти его внука…

— Сожалею капитан. Ничем не могу вам более помочь. — При этих словах управляющий местного отделения поднялся и уже практически обернувшись бросил. — Все необходимые бумаги по подтверждению моих полномочий заверенные печатью нового главы торгового дома Канна вам продемонстрирует мой поверенный.

Скромно до этого сидевший мужчина привстал и коротко поклонился.

— А теперь, уважаемый конт, мне придется вас покинуть, ибо дела ждать не будут. — С этими словами он окончательно развернулся и широким шагом уверенного в себе человека направился к двери.

Рукель назвал капитана контом, но «господин» больше не сказал. Хм… А капитан то у нас значит из этих… И была ли это ответка или намеренное оскорбление человека, судя по всему, благородного происхождения для меня пока оставалось не ясным. Додумать, впрочем, я не успел прерванный возгласом капитана.

Эвер Сальт в тот момент уже держал в руках свиток грамоты и бегло просмотрев остановил взгляд на подписи над золотистым оттиском печати торгового дома. Губы его скривились в неприятной гримасе, при этом он ни к кому не обращаясь пробормотал.

— Новый глава торгового дома — Вильям Канн… Демоны! Вильям Канн!!

Нас как ветром сдуло, в особенности меня. Так как ничего не понимающего и вообще не разобравшегося в ситуации пацана гном просто вытащил, прихватив под мышку. С учетом того, что ростом я его выше, то не трудно догадаться чего это мне стоило. Как бы привыкания не возникло.

Уже на улице сидя в коляске извозчика капитан, задумчиво почесав подбородок и посмотрев куда-то в сторону сказал.

— Вильям Канн всегда был крысой. А теперь, наверное, станет королем всех крыс по всей внешней гряде! — он невесело усмехнулся, — Но это, демоны, совсем не значит, что он хоть когда-то был дураком… Как думаешь Гурин?

Гном, до этого делавший вид, что пялится в сторону. С готовностью закивал.

— Да-да, капитан, вы полностью правы…

— В чем прав Гурин? Ты вообще слышал, что я сказал??

Гном снова закивал, нервно пощипывая при этом свою топорщащуюся бороду.

— Думаешь Вильям Канн, младший сын Милана Канна когда-нибудь походил на дурака!?

— Да, конечно… Тфу!! Конечно нет, капитан! Этот пройдоха облапошил нас в прошлый раз. А до этого обвел вокруг пальца Хромого Маха… Поэтому могу с уверенностью сказать, что он — кто угодно, но только не дурак! — выпалил рыжебородый одним махом все еще нервно щипая сам себя за бороду.

— Вот и я так думаю. А ты что скажешь? — тут капитан кивнул в сторону так и оставшегося пока для меня безымянным мага.

— Я думаю, что Гурину не дает покоя тот сундук с серебром, который Вильям со стражей забрали прямо у него из-под носа… — засмеялся маг. Но наткнувшись на серьезный взгляд капитана заговорил по делу. — Я не думаю, что Вильям отпустил бы мальчонку… — маг покачал головой, прикусил задумавшись на мгновение губу. — Это определенно исключено…

Тем временем торговые ряды закончились и повозка свернула на мощеную улочку вдоль ремесленного квартала ведущую в воздушный порт. То есть к открытому полю со вбитыми то тут то там здоровенными сваями.

— Сколько старик Милан тебе дал задаток? — неожиданно спросил маг капитана.

Тот хмыкнул, но все же ответил.

— Почти тысячу золотых… — тихо, чтобы не слышал извозчик, ответил он. И тут в глазах его мелькнуло явное понимание происходившего вокруг. Эвер Темный Глаз (хотя почему его прозвали Темный Глаз я решительно не понимал, потому как глаза у него были самые что ни на есть голубые, прям белокурая бестия, только волосы темные) опер задумчиво подбородок о подставленный кулак, побегал, не видя, туда-сюда глазами, зачем-то поднял указательный палец, но ничего не сказав значительно покивал своей догадке.

— Что? — поинтересовался несколько растерянный гном.

— Все потом Гурин, все потом… — при этом он хлопнул меня по плечу и усмехнувшись заглянул прямо в глаза. — Кто бы мог подумать… Сразу и не догадаешься!

Вот ведь как, я то думал что истина где-то рядом, а она оказывается уже здесь, но меня в нее посвящать пока не собираются. Жизненно, что могу сказать…

Всю остальную дорогу все молчали, только гном время от времени грустно сопел, видимо вспоминая упомянутый сундук серебра. Уже остался далеко позади ремесленный квартал и начались портовые склады. Потом как-то незаметно кончились и они. Сразу за ними дорога выскочила на открытое пространство и уже, наверное, минут через десять по моему представлению нас поднимали вдоль крутого выкрашенного в синий цвет борта в клетушке веревочного лифта на ручной тяге. Подняться на борт как и спустились по нормальным сходням в нижней части корпуса выходящим на причал не получалось так как там вовсю шла погрузка разгрузка, а так же поджидала группа стражников во главе с начальником порта. Впрочем, судя по реакции капитана и парочки брошенных им фраз я понял, что те ребята пришли торговаться за взятый им в последнем абордаже приз. То есть то судно, на котором неизвестные мне личности перевозили того самого пацана, в теле которого я, по какой-то причине оказался. Ну да вроде как Эверли Далан Сальт, капитан, все понял. А раз так, то может и мне, когда-нибудь, что-то да разъяснит.

Каюта капитана, куда меня вместе со всеми провели сразу как поднялись на палубу, представляла собой довольно большое и вполне светлое, за счет большого окна на корме судна, помещение. Деревянные стены были выкрашены красноватым лаком, кое-где были барельефы на растительную тему. На одной из стен висело два портрета. На одном из них художник весьма искусно изобразил рыжеволосую улыбчивую девушку с зелеными веселыми глазами, одетую в желтого цвета кружевное платье и стоящую в пол оборота к зрителю. На другом же красовался капитан собственной персоной. Только облачен он на портрете был в начищенные латы, отдававшие металлической синевой с выгравированном на них золотом узором, а также в широкополой шляпе с разноцветными перьями. При этом на плечо у него был закинут здоровенный двуручник. В правом же углу картины я заметил голубого цвета гербовый щит, на котором была изображена белая башня опоясанная сплетенной из зеленого и красного чего-то там, по задумке автора, веревкой. У девушки, кстати, гербовый щит тоже был. Только он был полностью красный с изображением стилизованного желтого льва. Было конечно же интересно, что за всем этим таиться, но вот вся эта лирика вполне может подождать. Мне же необходимо было прояснить ситуацию, что крышей я не поехал стало ясно уже довольно давно и, наверное, в какой-то мере радовало, осталось только понять какие перспективы меня после всего что за сегодня произошло ожидают. И судя по тому, что меня привели в капитанский кубрик вместе со всеми мне это вполне могут в той или иной степени в ближайшее время объяснить.

Капитан бросил на резной письменный стол свою треуголку. Подошел к стенке и раскрыв закрепленный на ней намертво шкаф выудил оттуда пузатую бутыль коричневой жидкости литра так на три. Я, разумеется, сразу сообразил, что это коньяк или еще какое спиртное и мысленно потер ладони, так как выпить сейчас было бы очень даже кстати… Из шкафа, выполняющего в этом мире почетную функцию бара, тем времени были извлечены четыре бокала толстого оплывшего стекла, в три из которых щедро плеснулось из бутыли. В четвертый же, окинув меня задумчивым взглядом и поставив бутыль на стол, капитан плеснул на донышко из выуженной из того же шкафа початой бутылки красного вина. И вот эти капли, предназначавшиеся мне, он еще и разбавил водой из графина! Водой! Хрен бы его побрал, да я уже в… а-а не важно когда, но такую бурду не пил.

Однако бокал мне протянули, и я критически на него посматривая принялся ожидать, чего там такого наш благородный товарищ соизволил понять.

За такими мыслями начало разговора я пропустил. Что-то не нравится мне такая манера — второй раз за неполных три дня. Понятно, что тело молодое, эмоции и все такое, но сознание то вполне сформировавшиеся и довольно циничное никуда не делось. Наоборот скорее, непонятно куда запихалось.

— …так вот. То, что внук старика Канна оказался, у нас это хитрость совсем не Вильяма, а самого старика! — тут Эвер Темный глаз выдержал некоторую паузу, после чего продолжил, — Это же очевидно… Просто сразу как-то в глаза не бросилось…

При этих словах он сделал глубокий глоток из своего бокала, довольно потянул воздух и поставил его на стол. Гном же осушил свой бокал единым махом.

— Думаю Малин Канн, прекрасно осознавал, что ожидает его вместе с внуком и видимо как-то помешать этому был не в силах… А так как прекрасно знал, что Томаса Вильям в живых не оставит, то… Хотя что это я, думаю непосредственный участник всей этой авантюры пояснит нам все гораздо лучше. Ну же, — махнул мне рукой он, — Томас, давай проясни нам, что твой дед задумал.

Вот тут я и понял, что все куда как хреновей, чем мне казалось после переговоров с представителями торгового дома. Я тяжко вздохнул…

— Эверли Далан Сальт, капитан Эвер Темный Глаз, правильно я говорю? — тот, глядя на меня ободряюще кивнул, как бы соглашаясь с произнесенным. — Капитан, — нерешительно произнес я, но увидев очередной одобряющий кивок собрался с силами и продолжил. — Тут такое дело…. Э-э-э, как бы по-простому сказать-то… М-м, короче я ничего, вообще нихрена, не помню!

Занавес. Гном заржал. Маг вскочил и бросившись к моей голове принялся лихорадочно ее осматривать грубо и больно вороша волосы. А капитан, как стоял, так стоять и продолжил, только залпом допил свой бокал, взял бутылку, налил еще, снова залпом опрокинул в себя.

— О-о, демоновы чресла! — выругался маг. — Проклятый Вильям обошел старика и тут… Смотри!!

И он больно ткнул куда-то у меня на затылке, при этом сильными пальцами другой руки повернув мою голову и показывая ее капитану.

— Но как… Это от старинной машины для чтения памяти!???? Но… тогда же мозг ему весь должно было пожечь к божественной заднице! Проклятье, что это значит!!

Охренеть, а я о чем! Я то все это который день как понять хочу! Мысленно возопил я, но тут маг снова заговорил.

— Это значит, что старика продали еще как минимум один раз, — устало пожав плечами ответил маг отпуская наконец мою голову и отойдя опустившись обратно в кресло. — А мозг его не вскипел потому, что старый прибор сгорел. Видел ожог на его затылке? Парню несказанно повезло… или не повезло… Смотря как посмотреть, — маг снова повернулся ко мне. Из обшлага рукава достал какой-то свиток, одним движением размотал и сунув мне под нос скомандовал, — Читай!

Немного опешив, но все же пожав плечами принялся читать мне незнакомые, но вполне понятные буквы.

— … взять две унции драконьей соли, пол унции черной серы…

— Ну, поняли? — довольно сообщил маг одной рукой машинально скручивая отобранный у меня свиток и запихивая его обратно за обшлаг рукава другой руки.

— Нет, — практически синхронно выдохнули и капитан, и гном, и я сам. Маг при этом только покачал головой и скривив гримасу на лице откровенно недовольно сообщил.

— Читает он нормально, говорит тоже, под себя не делается и всякое такое… — повел кистью в воздухе. — А памяти нет… Нет, не так…

Маг на несколько мгновений задумался, по сему его виду ясно читалась фраза «не пойме те же…», но вслух он ничего подобного говорить не стал. Я бы тоже — капитан если из благородных, то непременно с гонором неслабым. И не факт, что нашему магу будучи он все же что-то да ляпнул, не пришлось бы за «базар» отвечать.

— Читать он может, писать и считать наверняка тоже… Так ведь?

В ответ я нерешительно кивнул. По сути, то так и есть. Из воспоминаний парня ничего не осталось и не факт, что мое сознание с какого-то ляду помещенное в это тело не является этому причиной само по себе.

— Они хотели прочесть память парня о доме Канна, о секретах что он знал и то, что не знал… Демоны! Сгоревший прибор выжег ему всю его личность! Боги! Лучше бы он спалил ему мозг целиком!!

Мог поднялся и пристально посмотрел на меня, потом повернулся к напряженно наблюдавшим за всем этим капитану и гному и указав на меня довольно театральным жестом продекламировал:

— Господа! Представляю вам совершенно нового, буквально на днях родившегося юношу. А Томас Канн… Его больше нет, тут Вильям абсолютно прав, — сказав это маг в голос засмеялся, а когда закончил посмотрел на Эвера уже серьезным взглядом. — Я полностью уверен — к попытке прочитать память этого пацана Вильям не имеет никакого отношения. Но, несомненно, знает о ее результате. А парень… Теперь он никому не нужен. Ни Вильяму, ни тем более его покойнику деду… Никому. Решайте сами.

С этими словами он полуобернулся в сторону двери и дождавшись одобрительного кивка капитана стремительно покинул каюту тщательно притворив за собой дверь.

— М-да — буркнул себе под нос до этого молчавший в тряпочку гном и принялся в полголоса крайне заковыристо ругаться.

— Ты совершенно прав. — согласился с ним капитал Синего Пса, держащий в руках оплывший стеклянный наполовину полный бокал и сверливший меня пристальным взглядом. — Ну и что теперь с тобой делать?

Я вот тоже об этом думал. И прекрасно понимал, что сакраментальное "понять и простить" тут как-то неуместно. Хотя, что я мнусь? Вариантов тут немного… Но в это время подал голос гном.

— Может в команду его возьмем… — и сразу же добавил, — Без доли конечно.