Горящие облака

Глава 2

Так вот и началась моя новая жизнь. Я еще раз вдохнул полной грудью теплый ветер, окинул взглядом проплывающие облака…

— Том, откуси виверна тебе яйца! Какого демона палуба у меня под ногами грязная как задница волосатого слона!

Я усмехнулся про себя и юркнул вниз, захлопывая за собой люк. Гурин, это который гном, мужик так-то он совсем не плохой, вот только решил заняться моим воспитанием. Наверное, чувствует ответственность за принятого в экипаж по его инициативе пацана. Жалко только, что его представления о воспитании несколько, на мой взгляд, нихрена не педагогичны.

Я спрыгнул с трапа на палубу чтобы тут же ловко увернуться от пролетевшей над моей макушкой раскрытой ладони, избежав увесистой затрещины. Если кто-то думает, что это было легко, то доложу вам — это совсем не так. Гурин-то ниже заметно меня, а лапа у него широкая и очень крепкая. Поэтому мне пришлось чуть ли не в перекат уходить. Ну да практика у меня теперь имеется. Оно, конечно, неприятно периодически, но на регулярной основе отгребать. Зато вот гном считал, что если смог-таки увернуться, то повторно всыпать за одно и то же как-то не комильфо. Поэтому я, зная, что второго воспитательного подзатыльника не предвидится спокойно поднялся и отряхиваясь начал пререкаться. Это, кстати, как я теперь совершенно отчетливо знаю для гномов совершенно нормально. А то, что из меня гнома растят я уже с декады так три нисколько не сомневаюсь.

— Гурин, ну чего ты опять начинаешь…

— Я тебе поганцу когда сказал палубу драить? — нахмурив брови и пристально глядя бородач грозно вперил в меня указательный палец. Я насупился, но взгляд отвел — нечего нарываться. Гном то если по-хорошему, то прав. Это я сам, крайне раздолбайски отнесся к возложенным на меня обязанностям. Ну да, тяжело мне смириться… привык начальником быть. А тут…

Видно, что-то такое у меня на лице промелькнуло, что гном сменил гнев на милость. Все-таки он меня жалеет. Сильно жалеет, поэтому и воспитывать пытается как у них там под занесенными многометровым снегом горами принято.

— Опять на облака пялился, мелкий? — пробасил он.

Я только кивнул. Хороший он все же мужик. А вот я выходит тот еще говнюк. Ведь не мелкий же в самом деле. На момент моей… ну так назовем вынужденной процедуры перемещения уже как тридцать восьмой год пошел — не ребенок совсем. А тут как прямо с цепи сорвался. Может отходняк, а может еще что, но точно не гормоны подросткового тела. Я эти гормоны отчетливо каждое утро ощущаю. Еще когда девицы молодые в портах рядом проходят — тоже ощущаю… А здесь точно знаю, что не они, скорее уж подсознательная вредность какая-то. И ведь мог сначала эту палубу отдраить, потом на эти облака смотреть. Но нет поперся вперед, вот и получай теперь заслуженный пендель товарищ "младший научный сотрудник". Это, кстати, ко мне совсем условно относится, науку я забросил еще в начале двухтысячных ввиду крайней ее не перспективности с точки зрения финансовой составляющей. Помню тогда еще первую зарплату по должности получил. Жесть…

Но ведь есть что-то в них! В этих взвешенных в атмосфере продуктах конденсации водяного пара, а так клубах белого тумана, именуемых облаками. Ну тянет меня что-то к ним и все тут! Не было у меня подобного раньше. Так, чтобы часами сидеть и смотреть на проплывающие рядом облака, касаться их рукой если облачность низкая… Э-э-х, тяжело вздохнул я. Мой косяк, надо признавать.

— Прости, Гурин. В следующий раз буду сначала палубу драить…

— А потом снова на свои облака глядеть будешь?

Я невольно хихикнул уворачиваясь от очередной затрещины. На что гном беззлобно ругнулся и пряча улыбку в бороде проворчал.

— Если бы меньше на свои облака пялился пошли бы уже сейчас в оружейку пистоли разбирать…

— Черт, — вырвалось у меня. На что Гурин злорадно усмехнулся. Уел гад бородатый.

— Вот, поминай своего демона. Откуда только помнишь, — снова ворчал он, устраиваясь на бухте каната, закрепленной у борта.

— Да не помню, — буркнул я в ответ опускаясь на доски палубы и скребя их большой щеткой с жесткой щетиной. — Так, само всплыло в голове… Ай, черт блин!! — ругнулся я, вытаскивая зубами из пальца некстати попавшуюся занозу.

— Ты давай мелкий не отвлекайся, — гном уже вовсю растянулся на бухте довольно щуря глаза на теплом солнышке. — А то плохо отмоешь и придется все заново драить. А в оружейке ведь надо еще кроме пистолей паровое орудие перебирать… Глядишь и без тебя займусь.

Вот ведь вредный коротышка! Знает прекрасно, что больше чем бездельничать и смотреть на облака мне интересно только с местной маготехникой возиться. А теперь еще и поиздеваться решил. И ведь самое обидное в том, что не должен я был палубу сегодня драить, это мне наказание прописали за то, что с канониром одним поцапался, а потом и подрался. Обидно получилось. Да и наказали, смеясь, за все про все только меня. Ну а как иначе? Я, видите ли, попытался улизнуть с корабля, тогда как капитан мне это пока делать не позволял…

Точнее не так. Я с корабля улизнул, сунув пару монет вахте и, более того, под ее одобрительное напутствие. И вот тут у самой цели, то есть в портовом борделе встретил этого усатого козла! Я его и просил не сдавать, и монеты предлагал… Пусть и немного, мне же все-таки на саму цель самоволки оставить что-то надо было, а доходы у члена экипажа без доли совсем не ахти… Так он меня за ухо и потащил к выходу, мол мал еще. А какой мал, я же извелся весь! Организм молодой — требует, а сознание ему со знанием дела поддакивает, и вместе это такой эффект дает, что скулы иной раз сводит аж зубы скрипят. И тут добрался почти до цели, а он меня за ухо!

Ведет он меня уже почти к самому выходу, я ругаюсь требую, чтобы отпустил, и тут мимо нас проходит одна… Да с таким декольте, из которого все богатство поямо вываливается и в платье коротком. И меня увидав за щеку так ласково потрепала и губами воздушный поцелуй послала. Вот тут мои гормоны и победили разум. Не обращая внимание на резкую боль в сильно оцарапанном ухе, согнулся, ударом локтя заехал этому усатому хрену в пах. А когда тот начал рефлекторно сгибаться, выпучив глаза звезданул ему резко разгибаясь коленом в лоб — пускай полежит. Не надо было тебе мужик меня провоцировать… Глазами уже шарил по сторонам в поисках той распутной девки. Увидал ее все еще улыбающуюся, но с округлившимися от удивления глазами, подлетел к ней, подхватил под талию и потащил ее заливисто хохочущую изо всех своих невеликих пока сил к ближайшей двери в комнату. Благо та свободной оказалась. Я копошился откидывая в стороны свои и ее тряпки, девица приняв игру призывно и в тоже время лукаво смеялась, улыбалась показывая здоровые ровные зубы, обнимала меня умелыми руками за спину, шею, взъерошивала ловкими пальцами волосы, призывно целовала в обнажившийся торс… Меня хватило минуты на три. После она ушла, грациозно покачивая бедрами, оставив меня опустошенным, взяв деньги и почти по-матерински поцеловав в лоб проведя при этом ладонью по щеке. Какой трешь, черт бы его побрал! А потом я понял, что это было у меня в первый раз, второй раз в первый раз!! По лицу растеклась наверняка глупая улыбка, мысли витали где-то в облаках…

В таком виде меня и застали вломившиеся в открытую дверь трое из нашей команды. Ехидно ухмыляясь и одновременно что-то одобряюще приговаривая, дали мне в морду и под дых, и в таком виде, разве что позволив натянуть штаны, приволокли на корабль. Где меня уже поджидал усатый в компании весело смеющихся капитана, гнома и мага. А также остальных членов команды, не пошедших на берег. Вот так вот буднично и даже ласково и с сочувствием я получил сначала пяток плетей, а потом был приговорен на следующую декаду драить каждый день верхнюю палубу Синего Пса под одобрительные кивки пострадавшего, ржач и ободряющие похлопывания по плечу остальной команды. Дело же не в том, что подрался, а в том, что сбежал и был уличен… Гуманисты блин местного разлива. Вот драю теперь, да на облака смотрю. А так ввиду образованности, которую во мне признали даже несмотря на потерю памяти, я к гному прикреплен и по мере сил помогаю ему с механизмами корабля, ну и в оружейке. Пока занимаюсь в основном выполняя функцию "принеси-подай". То есть продолжением широкой лапы Гурина в тех случаях, когда ему лень тянуться или идти самому. Самому повозиться со всеми этими пистолями мне пока не удалось, но вот смотреть, что там гном делает с его комментариями и пояснениями, а также с моими знаниями и пониманием некоторых процессов на совершенно не доступном здешним уровне иной раз заставляло руки прямо чесаться от желания поэкспериментировать. А тут такая удача! Появилась возможность поизучать паровую пушку изнутри, а не снаружи на орудийной палубе и принайтованную к борту. И судя по тому, что я раньше видел конструкция у нее и примененные технические решения должны быть как минимум оригинальными. Ну для меня разумеется. А я палубу, понимаешь, не до драил…

Быстро сказка сказывается, а вот дело имеет свойство затягиваться. Гном уже, наверное, десятый сон видел, во всю мощь своей глотки храпя на канатной бухте. При этом из раскрытого рта его стекала на покрытое темно синим камзолом плечо тягучая слюна. Меня так и подмывало "случайно" стряхнуть грязь со щетки на эту безмятежную довольную физиономию. У-у, злыдень, вздумал тут спать пока другие работают! Однако, думаю, что после такого к этой палубе присоединятся и две оставшиеся вместе с трюмом. В котором, судя по тому, что там стоят "летучие камни", эти здоровенные обточенные валуны, вращающиеся в не менее здоровенной бронзовой раме… Хм, еще бы ей такой не быть, на ней весь корабль и держится. Так вот, все механизмы этой части трюма буквально утопают в масле. Причем его происхождения для меня пока остается загадкой. Потому как на минеральное и уж тем более на деготь оно совершенно не похоже ни по цвету, ни по запаху… Ну это так, лирика, можно сказать. Так что в этот раз можешь спать спокойно, пока другие работают, вредный коротышка! И самое главное именно сейчас на палубе практически никого нет, только пара человек с абордажной команды неспешно тянут вахту, да боцман временами выходит из рубки по бортам оглядеться.

Рубка тут кстати очень интересно устроена. Ну расположена она, как и на всех приличных и уважающих себя деревянных кораблях — на корме. Что лично мне совершенно непонятно. Более того, она крытая, также как и вся корма и бак, и участок палубы по центру. Причем крыта точно так же как и остальной корпус, а не каким-либо вшивым навесом. То есть с остальным корпусом представляет собой, по сути, единое целое. Только вот над рубкой сделаны большие, где-то, метр на метр, прорезы в которые вставлены толстые стекла. Действительно толстые, наверное, с мою ладонь. С прозрачностью у них конечно не все гладко, но вроде как вполне хватает. Однако если обзор вперед достигается за счет общего высокого расположения кормы над уровнем палубы, а задний, и так прекрасен ввиду особенностей конструкции, то вот вбок по борту и одновременно вперед видно откровенно погано. И для этого на судне есть просто целая сонма причин, причем всех от первой и до последней весьма уважительных и важных. От этого-то боцман периодически на палубу и выглядывает, даже вот в такую рань… Ну и естественно за порядком следить. Но с вахтой у него проблем нет, а я вроде как и не к палубной команде отношусь, а нахожусь в полном подчинении гнома, то есть и отгребать соответственно должен непосредственно от него. А стучать тут принципиально не принято. Вроде как твой раздолбай — сам и раздалбливайся, а вот если он во время твоего отсутствия балду пинает, то это твоя недоработка, недоглядел вроде как… Хотя мне кажется, что боцман, крепкий лысый старик, меня так за мой давешний демарш поддерживает. А за одно и свой выказывает. Так-то по идее все что на палубе происходит — все в его власти если капитана на ней нет. А тут нате вам, вроде как и палубу драит, но трогать его не моги, он у нас видите ли неодооружейник и подчиняется непосредственно своему начальнику-наставнику, то есть оружейнику корабля, который по должности подчиняется только капитану. Ну и спрашивается, с чего это мужику париться и меня к дисциплине приучать если я не в его ведении? Вот и я давно уже смекнул, что не с чего. Впрочем, гному на это было откровенно фиолетово…

Палуба как раз подошла к концу, когда Гурин внезапно прокашлялся, прекращая рулады заливистого храпа и ловко подскочив с бухты сладко потянулся.

— Ну что, мелочь, закончил смотрю, — он прошелся туда-сюда по труду рук моих и довольно крякнув, махнул мне рукой. — Пойдем давай, а то совсем я с тобой засиделся эту палубу драя…

Я аж чуть от возмущения не задохнулся. Это что же получается он мне еще помогал!? Но гному на вопль моего внутреннего возмущения было плевать, так же как и на чистоту палубы, он уже скрылся в провале люка и уже оттуда требовательно прикрикнул.

— Мне долго тебя еще ждать, сопливая малявка?

Вот ведь, блин. А что тут скажешь?

— Иду я! — крикнул в ответ и задвинув щетку с трехведерным корытом в специальный ящик по бортовой обшивке, тихо матеря таких помощников себе под нос припустил бегом за бородатым коротышкой. Ну да бегом. А то с него станется, в оружейную дверь запрет и все интересное пролетит сегодня мимо меня, как всем небезызвестная фанера, что над Парижем.

Ловко спрыгнув в люк я почти не касаясь руками направляющих бодро съехал по трапу и практически в одно слитное движение соскочил на палубу побежав к следующему проему. Вот оно преимущество молодости! Такой легкости и гибкости я уже не помнил. И такие маневры запросто превратили бы меня прежнего из вполне нормального человека в стенающего проклятьями, еле ковыляющего от боли в растянутых мышцах и связках. А сейчас — легко, даже приятно в чем-то. Хотя бы в том, что гном то так не может. Он еще только приноравливался спуститься по трапу, когда я протиснулся в люк у него за спиной, ловко извернулся ухватился за поручень и съехал вниз прямо перед ним. Тут же отскочил в сторону и довольно, с выражением превосходства и ехидной улыбки на лице, облокотился на тяжелую, выполненную из тесанных стволов черного дерева, дверь оружейки.

— Успел быстрее меня? — делано удавился гном. И по его хитрой ухмылке я понял, что либо ничего не понял, либо меня ждет очередная подлянка. — А че в оружейку то сразу? Давай за мной, нам же орудие еще надо снимать…

— На-а-м? — протянул я, — А что канониры уже все перевелись в округе?

Вот ей Богу не понимаю некоторых моментов.

Гном насупился, сделал серьезное ничего хорошего не сулящее мне лицо и двинулся на меня. Сейчас главное увернуться, иначе чувствуется мне, что прилетит очень неслабо… Внутренне напрягся, ловя момент проявления педагогического рвения. Здоровенная ладонь начала свое движение, я метнулся право и вниз, готовый в любой момент перейти в перекат избегая инструмента подгорного образования. Однако вместо досок палубы неожиданно уткнулся носом в твердую как камень ладонь. Перед глазами промелькнули звездочки, в носу защипало, а в голове промелькнула досадная мысль — маневр потерял эффективность, пора придумывать что-нибудь новое. Зажмурился в ожидании, чтобы хоть как-то удержать неминуемо хлынувшие из глаз после гномьего подзатыльника слезы… Вместо удара ощутил только грубоватое, но дружелюбное трепание по волосам. Что за на…

— Молодец, парень, правильно мыслишь. Выйдет, чую, из тебя оружейник, — с этими словами Гурин отодвинул меня в сторону и достав откуда-то из-за бороды здоровенный резной ключ вставил его в замок, пару раз провернул затем потянул дверь на себя и обернулся ко мне. — Что стоишь? Пойдем давай…

Оружейка сама по себе была крайне интересной… Но сейчас по средине помещения на массивных кованых цепях, закрепленных к проходящей под потолком массивной бронзовой балке… Нет, не так. К массивной бронзовой балке, на которой весь потолок, как и уйма других помещений корабля, держатся. Ибо это основная часть его внутреннего силового каркаса — скелета, то есть. На этих цепях висело паровое орудие. О-о-о, у меня аж руки зачесались, так хотелось побыстрее его вскрыть да посмотреть, что у него там внутри. Принцип то мне понятен, не думаю, что он от того, что в пистолях применяется сильно отличается. Пистоли то тоже паровые, кстати. На порох даже намеков нет. Меня в данном конкретном случае больше всего конструкция интересовала. Ведь какое в тех же пистолях устройство получается? Когда гном в первый раз при мне один разобрал, у меня от удивления чуть челюсть не отвисла. Массивный барабан, без рамы прикрепленный к направляющей, на которой еще и ствол держится. Ну с этим все понятно… А вот в основании этого барабана в медном кожухе напротив каждой каморы укреплены серебряные уплощенные цилиндрики. При вращении барабана они входят в паз, куда при нажатии на курок входит такой же цилиндрик, но уже из рукояти. Который спаян с канатиком, сплетенным из серебряных же нитей и которые, обвивают мерцающий холодным синем светом кристалл размером с куриное яйцо во внутренней полости этой рукояти на пружинках улитковидных закрепленный. Пружинки это значит, как гном соизволил любезно пояснить, для того чтобы не разбилось. Кристалл то представляет собой горный хрусталь… Самое то для мелкого стрелкового оружия. Потому как все остальное тупо слишком дорого выходит.

Действует вся эта схема довольно просто. При соединении серебряных цилиндров цепь замыкается и, как по аналогии с электричеством, разряд только магический поступает в камору. Это просверленное в барабане отверстие куда заряд с пыжом и пулей устанавливается. Их на самом барабане от четырех и до восьми штук бывает. В этой части все. Тут более-менее все понятно и в дополнительных пояснениях не нуждается. А вот в самой каморе происходит, на мой взгляд, сущая фантастика! На донышке каморы выгравирована руна огня. Так вот, когда на эту руну происходит подача магического разряда она мгновенно раскаляется сама и раскаляет еще определенное количество вещества вокруг себя! На стенках же цилиндрической каморы нанесены руны холода, которые отделены от подачи магической энергии каким-то димагическим материалом. То есть магических разрядов практически не проводящим. А поскольку эти руны без подпитки слабые, то они ничего мгновенному нагреванию от руны огня противопоставить не могут, но при этом будучи изолированными сами не выгорают… В каморе, в качестве заряда, как не трудно догадаться — лед.

Вот, собственно, и все. При выстреле лед мгновенно переходит из твердого состояния в газообразное, причем сразу становясь перегретым паром. Образовавшееся давление выталкивает пыж, тот в свою очередь пулю… Все элементарно, просто другая ветвь развития. Конвергентная эволюция получается в чистом виде! Казалось бы, чем принципиально должно орудие отличаться за исключением упрощения конструкции за счет отсутствия поворотного барабана? Ан, нет, не все так просто. Барабана то, конечно, нет, и схема отсюда проще гораздо, да только применяется в ней одновременное использование нескольких десятков таких вот кристаллов, что в рукояти пистолета заныкан. И рун огня соответственно столько же. И пропорции у них возможно несколько другие. И вот интересно еще, соединены ли они, кристаллы эти между собой серебряными канатиками и выступают в роли единого накопителя или все действую по отдельности. И вообще какие потери энергии при всей этой катавасии во время выстрела происходят. Короче пушка эта с конструкторской точки зрения мне крайне интересна для понимая основных принципов взаимодействия в ней этого техно-магического элемента. Гном то, как я уже успел убедиться, теорией практически не владеет. У него все галимая практика, с кучей инструкций зазубренных на зубок, но без какого-либо вникания в фундаментальную науку… А она тут я уверен есть!! Или, по крайней мере, была когда-то. Потому что сложно подобное создать без развитой теоретической базы, а соответственно и исследований. Те же камни летающие если взять то вообще оторопь берет как они подъемную силу создают и главное из чего, блин. Но почему так никто объяснить не может. Даже маг наш, который на мои вопросы просто хмыкнул и сказал, что теперь уже никто не знает почему так…

С кожухом орудия возились неожиданно долго. Зато когда сняли… Гном удивленно крякнул уставившись на обгорелые участки серебряной сетки опоясывающей всю камору. А я буквально затаил дыхание рассматривая открывшееся мне зрелище восторженными глазами. Да! Как я и думал, все кристаллы спаянные с одного конца с сеткой с другого изолированы какой-то смолой обмотанной нитью с насаженными на нее стеклянными изоляторами. Угу, простое стекло ведь не кристалл вовсе, его процесс образования как раз минует стадию кристаллизации и, соответственно, магическую энергию оно напрямую не проводит. Ну это уже мое логическое заключение… Часть кристаллов раскрошилась, а сетка в нескольких местах надорвалась. В том числе и в месте спайки с медно-серебряной блямбой, что проходит в дырку в навершии кожуха, через которую подзарядка хрусталя производится, и к которой ведут отдельные серебряные тросики. Вот такая вот конструкция.

Гном, смотря на прогорелые участки только затылок чесал да ругался. А я, удивленно смотря на него откровенно не понимал причин затруднения. Если увиденное мной верно, а оно верно — глаза меня пока не подводили — то принципы работы с магией довольно близки в данном ключе к принципам работы с электричеством. А значит что? Все паяем, заново восстанавливаем серебряную сетку и меняем выгоревшие кристаллы. Все ясно собственно… Да емкость большого кристалла наверняка маленькими не заменить, но это на мой взгляд не так и критично. Главное, что при таком раскладе мы маго… Э-э-э, как там ее… эфиропроводимость восстановим. А дальше… Ну пускай этот участок отработаем хуже. Но ведь отработает же! А значит эксперименту быть! Наверное только инструмент и перчатки надо будет этой смолой измазать, чтобы ненароком разряд не пропустить, а то мало ли…

Гурин слушал меня, задумчиво посмотрел так, кивнул, а затем спросил.

— Ты вспомнил чему тебя учили, что ли?

— Э-э, нет, — все еще рассматривая устройство, довольно простое на мой взгляд, машинально ответил я. — А с чего ты решил… Из-за этого что ли?

Я перехватил взгляд гнома, который задумчиво смотрел то на меня, то на опутанную магическими разрядниками заднюю часть пушки.

— Да ладно тебе, Гурин! Тут же все и так понятно. Вон смотри, сетка эта в местах, где к стволу припаяна, так там, с другой стороны, рунки начерчены, сам знаешь. А вот это, — я, предусмотрительно не поднося палец слишком близко, указал выгоревшие участки, — Разрывы, которые не дают магическому разряду, эфиру то есть, проходить от накопителя, — показал рукой на кристалл, — к руне. Вот и все повреждения. Кристаллы снимем, сетку запаяем, новые на нее навертим и вуаля! — орудие можно проверять.

Теперь гном выглядел не просто задумчивым, но еще и удивленным. А французское выражение, или слово, хрен его разберет! — вуаля, явно принял за ругательство от чего одобрительно крякнул.

— С чего же ты решил, что сгоревшие кристаллы можно на пистольные поменять?

— А почему нет?

— Не понял… Ну так размер-то не тот…

Гурин, конечно, прав и может быть замена совсем не вариант и для ее реализации нужна долгая синхронизация, расчеты, подгонка и всякое такое. Но мне, как уже раньше говорил, так не кажется. В тех же пистолях один кристалл взаимодействует бывает с другим и ничего. Даже смена предусмотрена и в поясных коробках из толстой кожи хранится. Так что скорее всего тут все просто. Другое дело, что перед тем как начать накапливать магию кристалл следует преобразовать. В таком ключе об этом я еще, если признаться, не думал. Но и это не проблема. Возьмем пистольные, те что покрупнее и которых запас еще есть. Вместо одного крупного и выгоревшего накрутим пять мелких, да еще и в два ряда, чтобы место меньше занимали и клемму к ним одну прилепим. Должно сработать, а вот хуже или лучше это только на испытаниях проверить можно. Ну в крайнем случае заново выгорят и всего делов…

Но гном похоже такого принципа не одобрял. Правильно вообще-то. Если с электричеством он не знаком, а работе с магической техникой его учили по той же методе, что он мне недавно демонстрировал, то есть нет теории — практика все. И ремонтирует он больше по наитию, чем с помощью знаний и головы. Тогда да… Как там нас в школе учили "последовательное и параллельное соединение". Блин, нужно свой подход чем-нибудь обосновать иначе не даст попробовать пушку отремонтировать, а заодно и свои умственные выводы из разряда гипотез в разряд твердой теории перевести. Вон смотрит как недоверчиво, хотя и с не поддельным интересом.

— Вон, смотри, этот камень большой, а та группа маленькая… Мы их вместе на одну пластину серебряную крепим, потом здесь изолируем и камень…

— Это не камень, а горный хрусталь, — неожиданно прервал меня гном крайне серьезным тоном, — Я понял твою мысль, не надо распыляться. Нужно попробовать вдруг получится…

Не, не прав я был. Может я по незнанию на этот вопрос с другой стороны посмотрел, да и аналогия с электричеством сработала… Но Гурин идею уловил и тоже заинтересовался. Интересно, а что раньше то так не делал? Идея то откровенно на поверхности лежит.

Возились с пушкой мы до глубокой ночи, благо на корабле это не особо заметно поскольку в качестве освещения повсеместно магическая слюда используется. Вот тоже интересно, оказывается слюда практически идеально подходит для накапливания магической световой энергии. Почему так — не знаю, теорией не владею. А так, по логике вещей должно сработать. Единственный спорный момент меня все не отпускал и тревожил, так это емкость. А вдруг я сильно ошибся и емкость нашего суррогата ни разу не сравнится с емкостью оригинала? Эти кристаллы хрен поймешь еще. А цепь то восстановлена… И если не сгорит все к чертовой бабушке — то будем жить! А если от такого самодурства все остальные большие кристаллы прогорят… Вот тогда мне дважды «на орехи» нехило прилетит. Первый раз от капитана, второй раз от гнома, причем во второй раз наверняка прилетит гораздо сильнее. Потому как первый раз гном вместе со мной, да и похлеще меня — он все-таки в нашей горе научной команде главный — от нашего кэпа «вразумляющих» отхватит. Сомнительная перспектива конечно же, но когда трудности нашу глупость помноженную на любопытство останавливали?

Когда закрепили последние болты, крепящие кожух к специальным бровкам на стволе, я было поперся на вторую палубу в свой уголок спать. Но окрик гнома уже у двери меня остановил.

— Куда пошел? Нечего тебе там с командой делать… — он порылся в каком-то сундуке у стены, выудил оттуда комковатое одеяло и бросил мне. — На вот, держи. Лечь можешь вон там на сундуке.

Гном указал мне на дальний угол, частично заваленный различным хламом.

— Если ты парень прав, то учиться тебе надо оружейному делу серьезно, а не палубу драить… — проворчал Гурин, уже устраиваясь на своем сундуке скинув сапоги, от чего по всему помещению стал расходиться не передаваемый запашок. — Да и если не прав, то тоже надо, — голова работает хорошо.

Это коротышка проговорил отворачиваясь к стене и на последней фразе уже почти засыпая. Я самодовольно кивнул в ответ, благосклонно принимая похвалу. После чего развернулся и бодрым шагом направился в свой новый угол. На палубе у меня все равно ничего кроме гамака не осталось, так что идти туда за вещами смысла особого нет. Да и поздно уже, сейчас все кроме вахты спят давно…

Облако пара с шипением и громом вырвавшееся из жерла орудия сносилось к корме набегающим ветром. Белая клякса скользила растекаясь по борту, истаивала оседая росой на холодной с ночи обшивке Синего Пса.

Маг стоял и бурил меня взглядом.

— Гурин, ты уверен?

Гном этого не видел. Он в это время в компании усатого канонира сняв с орудия кожух радостно осматривал серебряную сетку со вставленными в нее кристаллами. Радостно, от того что ни один из них после пробного выстрела не перегорел, не оплавился, не брызнул в стороны облачками мелких осколков, а все так же переливаясь холодным синим светом стояли на своих местах. Вот руна под ними, судя по всему, отработала слабо, но это не беда! Так как единая схема орудия восстановлена, и оно снова в боеспособном состоянии. Что почти приводило бережливого гнома в восторг. Еще бы. Судя по тому, что я вчера услышал от него, то мелкие кристаллы от пистолей стоят как бы не на порядок дешевле. А если пятерка мелких пусть и не может работать как один средний, но при этом через себя энергию эфира пропускает и от чего орудие работает пусть и с небольшой потерей мощности, то зачем каждый раз при починке платить больше?

Канонир, тот самый что меня за ухо таскал, закончил осматривать ствол и довольно осклабившись выдал.

— Все почти равномерно в пар перешло! — при этом лихо подкрутил ус и непонятно зачем мне подмигнул. Это типа у нас мир что ли наступил? Ну блин, не ожидал…

— Еще раз! — Скомандовал капитан и дал отмашку сигнальщикам вывесить на верхнюю и боковые мачты флаг, предупреждающий о тренировочных стрельбах.

Мы ведь не одни тут по небу ходим. Конкретно сейчас сопровождаем караван, что идет от острова Ифа, одного из крупнейших на архипелаге, в Карт. Это государство на южной оконечности материка. Одно из немногих, прошу заметить, насколько мне удалось понять. Караван состоит из двадцати восьми больших торговых судов и пяти охранников. Один из которых представлен Синим Псом.

— Кожух не ставьте! — крикнул маг, — Хочу посмотреть на камни… — Пояснил он повернувшись к капитану. На что тот одобрительно кивнул.

Дело ведь на самом деле серьезное. Из-за прежней поломки руны разогревались не одновременно, а одна так и вовсе не работала. Отсюда и дисбалансировка при выстреле и неравномерный прогрев камеры парообразования. А это все приводит к последующему выгоранию кристаллов и сильной потере в мощности и точности при дальнейшем использовании.

Пара ребят из палубной команды споро ослабили удерживающий пушку толстенный канат. Канониры протолкнули в ствол цилиндрический кусок прозрачного льда, за ним утрамбовали толстый кожаный пыж, потом ядро и снова пыж. К медно-серебряной блямбе приложили такую же от большого бронзового шара сквозь забранные стеклом отверстия в котором просматривалось холодное свечение здоровенного кристалла. Щелкнули массивные бронзовые зажимы на лафете, снова накинули канат, подтянули — пушка к стрельбе готова.

Ну да, изначально я был немного не прав, думая что хрусталь в ней выполняет функцию вспомогательной батарейки чтобы руну до конца прожечь. Сегодня, уже после первого выстрела, стало очевидно, что в этом творении маго-механической мысли им отводится роль конденсаторов. А батарейка — вот она, сзади, как брюшко у муравья, прикреплена.

— Выстрел! — раздалась команда.

В ту же секунду с громким механическим щелчком теряющимся в гуле стреляющего орудия цепь замкнулась. Камни-конденсаторы на стволе орудия разом вспыхнули ослепительным синим светом. Ядро со свистом умчалось в сторону, а из жерла орудия вслед за ним выбросило клубы пара чтобы тут же снести в сторону и размазать по корпусу корабля. Канониры споро отсоединили большой кристалл и поволокли его в сторону люка на вторую палубу. Ну да, испытания пушки проходили на верхней палубе, причем не там, где имелся навес, а под открытым небом. Видать пушки могут рваться и здесь. А может и не они… Большой кристалл потащили на полку к нескольким десяткам таких же, чтобы он, немного постояв восстановил силу заряда. Вообще-то я прекрасно понимаю недоверие и уж тем более удивление относительно снова заработавшего орудия. Я-то, когда аналогию уловил, взял и сделал. Ну а почему бы и нет? Сработало же. И не моя вина, что у местных понятия об электричестве нет, а о магии тоже довольно зыбко. Я как понял, даже маги ихние управляя каким-то потоком энергии не очень задумываясь о законах природы, которым он подчиняется. Отсюда и недопонимание. Так-то вот… Но как объяснишь им "на коленке", что я тут их дорогостоящим оборудованием поэкспериментировать собрался — решительно не поймут. Потому вот так вот, пришлось идти практически по краю. А куда деваться?

— Все работает… — констатировал маг. Повернулся к капитану и удивленно разведя в сторону руки спросил. — Я не понимаю, откуда он это знает? Как старый Канн умудрился его обращению с эфиром научить… Не понимаю, почему они не выгорают?! Надо проверить… Еще один заряд!

А чего они выгореть то должны если соединены параллельно? Нагрузка то равномерно распределилась. Мысленно я довольно оскалился. Не знаю родственны ли электричество и магией или нет, но в некоторых моментах они, как показала практика, похожи.

— Если надо проверить — то проверяй. Но выяснять будешь не здесь, — не громко, но строго проговорил капитан. Маг как-то сразу подобрался, кивнул, от легкого возбуждения не осталось и следа. Гном, уже было вцепившийся ему в руку мертвой хваткой и готовый в любой момент остановить, нехотя проворчал.

— Ты это, маг, парня не тронь…

Интересно это в нем дружеские чувства проявляются или корысть?

— Отстань, — беззлобно сообщил тот отходя в сторону. — Ничего с ним не будет…

— Пойдемте, вы трое. Остальные — за работу! Еще не хватало чтобы мы из-за вашего разгильдяйства в воду свалились.

Команда от таких слов сразу засуетилась, сбросила магию интригующего ожидания и засуетилась как потревоженный муравейник. Забегала вокруг пушки обслуга, таскавший меня за ухо канонир покрикивал на нее время от времени подкручивая то один, то другой кончик свисающего к палубе уса. Старший по палубе, то есть боцман, несколько раз дунул в свисток, раздался пронзительный свист, при этом ожесточенно махал руками и что-то кричал. Ему ответили… Палубная команда сорвалась с места и разбившись на несколько ручейков помчалась по судну. Кто проверять крепления мачт, кто еще за чем… Суетная, но идиллия. Сразу и не разберешь, но когда попривыкнешь, то понимаешь, что лишних телодвижений опытная команда не делает — все быстро, четко, экономя время и силы. Ветряки, это те которые с магодвижителями возятся, помчались по трапам к вынесенным на боковые мачты гондолам — деревянные пропеллеры завращались сразу веселее, поднимаемый ими гул рассекаемого воздуха стал ровнее… Магодвижители — это вообще отдельная песня. Я когда понял их устройство долго смеялся как можно настолько не рационально устроить, по сути, ту же паровую машину… Додумать не получилось, потому как меня буквально под руки уже поднесли к самой корме. Практически отворилась дверь…

— Гифон!!! — раздался истошный вопль с мачты. Я обернулся было, но замер на месте наблюдая спикировавшую из проплывающего мимо облака фигуру. Пятиметровая закованная в жесткие перья туша раскинув на добрый десяток метров крылья, с громовым стуком вонзила в выбеленные ветром и солнцем доски свои когти. Стоять на месте чудовище не собиралось, а сразу принялось метаться по палубе расшвыривая в стороны оказавшихся в зоне его досягаемости членов команды. При этом издавало пронзительный толи клекот, то ли рев.

Видя такую картину, я кубарем бросился к люку, черневшему метрах в трех справа от меня. Уже когда неуправляемым кулем скатывался вниз совсем рядом с плечом в стенку впилась толстая, с мой большой палец, стрела с дымчатым оперением. Черт бы вас всех побрал! Что же вам гады неизвестные дома то не сидится!! Ругнулся уже про себя падая спиной вниз, потому как рефлекторно отцепился от деревянной ступени, чтобы как можно быстрее хоть куда-нибудь деться с линии обстрела. Хотя головой я осознавал, что это все зря, так как под таким углом попасть в меня было бы просто не реально. Но все равно… Сидящий на спине беснующегося грифона всадник в матовых сегментных доспехах метал стрелы по сторонам настолько виртуозно, что складывалось впечатление, что неизменная тяжесть железа ему нисколько не мешают. И это, не смотря на скорость происходящего и несколько непонятную ситуацию впечатляло… Хек!

Больно ударившись спиной о палубу, я перекатился в сторону, порывисто вдохнул и припустил уже знакомым маршрутом в сторону оружейки. Там есть и оружие, и доспехи, и там наверняка гном. Который, я надеюсь, что-то в этой ситуации да понимает. Получилось то, что когда я спохватился, на палубе его уже не было… О грустном думать не хочется, да и не такой он, чтобы слиться в первые моменты. А вот куда еще мог подеваться Гурин во время внезапного нападения с учетом того, что и броня его и оружие хранится именно там? Ответ, кажется очевиден… Предположение оказалось абсолютно верно, потому как уже у двери в оружейную я нос к носу столкнулся с уже облачившимся в полный латный доспех гномом, несущего в левой руке толстенный штурмовой щит, а в правой восьмизарядный пистоль. Увидев меня тот чуть было не приложил, замахиваясь щитом, но вовремя спохватился и крикнул в мою сторону уже поднимаясь по трапу на вторую палубу.

— Давай паря, броньку что там поменьше найдешь на себя накинь, бери пистоли несколько и давай за мной двигай! А то там с этими ухастыми нашей команде как бы туго не пришлось. В таком деле каждый человек на счету… Демоновы древоё…

Конец фразы я уже не слышал, копаясь в сложенных в углу железках, да и сам гном даже не подумал остановиться, поэтому домысливал уже сам. Однако это совершенно не важно, основной посыл я понял замечательно, а значит нужно действовать. И действовать быстро, потому как гном явно волнуется и, судя по всему, это из-за того, что он совсем не уверен, что корабль удастся отстоять. А от уверенного в своих силах всегда и во всем Гурина… В общем надо поспешить, чуется мне сейчас у нас каждый ствол, меч, кинжал и прочее подобное на счету.

С бронью гном конечно погорячился. То, что в углу скопилось было, мягко говоря, не особо пригодно. То есть железки то были, в основном дырявые, а вот ремешков и застежек всяких на них практически не имелось. Ну и с размерами они несколько подкачали. Быстро порывшись и разбросав все по сторонам — некогда тут порядок наводить — я из всего что там скопилось смог нацепить на себя только шлем. Сомнительного конечно качества, но хоть размер более или менее подходил и ремешок с застежками под подбородком был. Хотел было напялить ржавую кольчугу, но чуть не запутавшись бросил ее на пол. Ну да ничего, если удастся выжить, от тумаков за наведенный бедлам в святая святых гномьего милитаризма думаю увернусь. Ибо обстоятельства-с, господа.

Выложил на верстак пятерку пистолей насколько быстро получилось проверил зарядку кристаллов, матерясь про себя забил лед с пыжами и пулями в пустые каморы и замер в некоторой растерянности. Чем камору то заливать снаружи? Обычно, когда мы с Гурином заряжали их раньше всегда под рукой была нагретая смола типа сургуча. Но сейчас то ее греть надо… Это конечно можно, но придется повозиться и сколько — мне самому не совсем понятно я ведь это самовар, который греет, еще ни разу не запускал…

— Черт! Да пошло оно все!! — сплюнул в сторону и тупо прибил заряды кружочками кожаных пыжей, стараясь прижимать те посильнее, чтобы при повороте барабана край не зацепило. А так, на времянку, держать должно.

Закончив с заряжанием установил барабаны на место, заткнул пистоли за пояс и, подхватив тяжеленный штурмовой щит, бросился на палубу. Щит конечно же для четырнадцатилетнего пацана был слишком тяжел. И будь я в мозгах действительно ребенком, то даже и не подумал бы его брать, но сознание то у меня, в отличие от тела вполне себе зрелое. И оно безошибочно подсказывало мне, что без такого девайса на верхней палубе делать нечего.

Осторожно выглядывая из люка осмотрелся — на палубе шел бой. Грифоны метались по всему кораблю обрывая снасти острыми когтями лап, раскалывая щиты ударами белых клювов. Всадники же, привстав на стременах и навалившись на луки высоких седел, посылали раз за разом во все стороны черные стрелы. Животные верещали, громко клекотали с ревом вперемешку, закрываясь от выстрелов толстыми перьями крыльев. Команда вскинув щиты отступила под навесы к надстройкам. Другая ее часть сгрудилась возле мачт, там, где здоровенный покрытый перьями полуорел-полукошак не сможет размахнуться в тесноте и разбросать стену щитов своими крыльями.

Короче, на мой, совершенно не искушенных в подобных мероприятиях взгляд, сложилась практически патовая ситуация. Атаковать конечно могут все, но вот результата добиться скорее всего не смогут. Один момент меня правда смущал. Собственно, не смущал, а прямо кричал в подсознании — они, то есть эти вот на грифонах, почему-то не собираются лезть в трюм. Возможностей-то у них сейчас более чем достаточно. Да и других атаковавших кроме пятерых грифонов со своими наездниками что-то не видать… Ох и блин же… Щит, который я надрываясь пер через две палубы по трапам бросил без сожаления. Не будет здесь от него проку, по крайней мере со мной. А так, пользуясь тем, что вылез с самого края палубы и остался походу незамеченным быстро вышмыгнул из проема и скользнув к борту у кормовой надстройки с которой, по звукам, кто-то усердно отстреливался. Оттуда на парапет по борту… Страшно блин конечно, но что делать, за центральную надстройку-то, где наши стоят надо как-то попасть. Здесь-то я не жилец наверняка. А в трюм обратно спуститься и там отсидеться… Тоже не вариант, если отобьются — потом трусом заклеймят на всю оставшуюся жизнь. Не долгую кстати — рабы здесь вроде как долго не живут. Свободный же за свою собственную шкуру должен уметь постоять. Хотя бы рвение обозначить. В прошлый раз то мне, то есть Тому повезло, что дед о нем позаботился: денег дал, да вообще парень был не в том состоянии чтобы пытаться драться… Но сейчас, как говориться — не тогда. Поэтому нечего ссать и вперед, зарабатывать очки для будущей счастливой жизни! Ну или быстрой и, надеюсь, почти безболезненной смерти. Это как повезет… И, кстати, не факт что если нападающие ребята победят, то судно, к чертям собачим не подпалят. Я бы лично так сделал… Так что еще раз, нечего ссать и вперед! Нет, ну какого хрена они на баке люк из трюма не пропилили, сейчас бы тихо мирно, а главное без особого риска подобрался бы… Эх!

Перехватившись руками за канаты оснастки поваленных сейчас боковых мачт я, как какой-то человек-паук, полез по борту к носу. Вниз старался не смотреть, да и вообще прижаться к корпусу посильнее и не думать, что одна из этих тварей может сейчас пролететь мимо меня и ненароком так, смахнуть лапой али кончиком крыла мою тушку вниз. Поэтому старался думать о чем угодно, но только не о высоте, небе и облаках. Лучше бы вообще не думать, но так не могу, не приучен. Однако зачем же эти ребятки в черной дорогущей наверняка, сегментной броне на нас напали? Нахрена мы им нужны если в трюм к нам, заполненный кстати едва ли на треть мелкими попутными товарами, они лезть не собираются? Так то мы, как бы, судно довольно зубастое — капер как никак… Понятно что не мы цель, но караван-то по мне добыча вполне себе сложная. Я невольно бросил взгляд в сторону и вниз, от чего руки сами, непроизвольно вцепились мертвой хваткой в канаты. Демоны вас всех дери неестественным образом!! Внизу, в сотне метров под нами несколько десятков, если не сотен всадников на грифонах вовсю рвали суда, которые мы сопровождали. К одному из купцов уже прицепился вплотную, связав зацепами, здоровенный корабль цвета выбеленного на солнце дерева с проблесками зелени на палубах и формой напоминающий семечко переросток. Никаких магодвижителей в гондолах, ни мачт видно не было, только стремительно сворачиваемый лепестки парусов на носу… Что за чудо вашу мать! Мне стоило больших усилий отвернуться к борту и закрыв глаза постараться отбросить в сторону мельтешащие в голове мысли.

— Спокойно… — медленно проговорил я себе. Хотя от произнесенного вслух легче не стало. Да и голос прозвучал хрипло и пискляво, совсем, блин, не уверенно.

Не помню сколько лез, но ладони вспотели несколько раз, так что приходилось их периодически вытирать об рубашку, тоже сырую насквозь. Руки тряслись, но я, пересилив себя, приподнял голову над бортом… В пяти метрах маячила туша грифона — я юркнул за борт. Грифон стоит ко мне спиной прикрываясь крыльями от звучащих тут и там выстрелов. Это хорошо. Всадник на нем тоже занят, метая раз за разом стрелы в просветы крыльев. И вероятно данная ситуация его вполне устраивает. Ну что же, она не устраивает меня.

Заряженная для третьего выстрела пушка лежит вдоль борта. Кожух с нее слетел оголяя серебряную сетку, она местами разорвана, но это не беда так как большой кристалл-разрядник к ней еще присоединен. Главное чтобы положения ствола не подкачало.

Я одним рывком — второго шанса не будет — перемахнул через борт. Как смог мягко приземлился и бросился к лежащей на палубе пушке. Сетка хоть и разорвана частично, но это мелочь. Оставшихся кристаллов должно хватить чтобы превратить лед в перегретый пар почти во всем объеме. Ну и пес с ним, нам на дальность и не стрелять… Проблема в том, что жерло орудия смотрит совсем не в грифона.

Да ну хрен вам! Ужом протиснулся между бортом и стволом и напрягая все свои не великие силы толкнул орудие в сторону. С противным скрипом буквально разорвавшим стоящую вокруг какофонию ствол орудия начал поворачиваться… Всадник стремительно развернулся и, я прямо понял каким-то чувством с расширившимися от ужаса глазами, вскинул лук. Ну да рычаг я уже дернул…

Раздался гул выстрела, шипения пара, сильный удар о борт, от которого меня откинуло в сторону, свист пролетающей в стороне от меня стрелы… Успел вскинуть руки чтобы прикрыть от ожога лицо и вслепую откатиться по палубе. Вскочил, выдергивая из-за пояса пистоль и всадил заряд в глаз истошно вопящему пернатому, скребущему в агонии когтями по палубе, растирая собственную кровь с вывалившимися из разорванной на пополам брюшины кишками. Хреново блин попал, ядро только по касательной задело…

— Сатальй?!!! — раздался крик сбоку и в этот же миг я увидел черную тень бросившуюся на меня. Вскинул пистоль, проворачивая рукой до щелчка барабан и нажал на спусковой крючок. Отпрыгнул в сторону от все еще дергающейся туши грифона выдернул из-за пояса второй пистоль и снова выстрелил в стремительно надвигающегося на меня война в черной броне. Пули ее не пробили… Черт!… В правой руке он сжимал обнаженный клинок, что-то среднее между шпагой и саблей, левая безвольно висела. Бросив первый пистоль принялся крутить второму барабан, — раздался щелчок.

Всадник уже почти добрался до меня, а я стоял вытянув руку с зажатым в ней пистолем выцеливая тому в голову… "Не бойтесь Маша, Я — Дубровсий" Промелькнула у меня перед внутренним взором картинка из старого, советского еще учебника. Где вот так же парень вытянув руку с пистолетом валил медведя…

Рука нападающего пошла в замах когда я нажал на курок. Тяжелая пуля расплющилась в лицевую пластину, голова в шлеме откинулась назад, отбрасывая корпус в сторону… Я хотел было броситься под надстройку когда меня сбила с ног упругая воздушная волна. Дым и пар на палубе развеяло в сторону потоками нагоняемого воздуха, где-то сверху громко хлопали крылья. Однако в это же время я услышал гулкий топот по доскам и вокруг меня встали закованные в стальные латы члены команды выставившие вверх острия каленых цельнометаллических пик и закрыв небо широкими штурмовыми щитами.

— Держись парень! — проорал гном отпихивая меня в сторону и просунув в щель между щитами ствол выстрелил из пистоля. — Молодцом, Том! Так этим ухастым и надо…

Гном прервался на очередной выстрел и хотел еще что-то сказать, когда за нами раздался оглушающий треск статики… Я оглянулся. Возле оторванного от пушки кристалла-разрядника сидел корабельный маг и прислонив левую руку к "клемме", правой посылал в небо ветвистую молнию. Увернуться у грифона не получилось, его отбросило в сторону, и он подпаленной птицей рухнул вниз. Однако через метров тридцать падения магический гибрид снова развернул крылья и с трудом ими размахивая стал планировать в сторону большого похожего на семя корабля.

Еще одного грифона спихнули с бака. Осталось пара, но они особой ретивости уже не проявляли, пятясь к бортам. А через совсем непродолжительное время оттолкнулись всеми своими четырьмя лапами от палубы и сложив крылья рухнули вниз, чтобы уже через пару десятков метров их расправить и парить, планируя в сторону своего корабля. Если бы меня от стресса пережитого не трясло, то зрелище меня наверняка бы просто заворожило. А так да, подошел к борту, посмотрел и…

По всему кораблю раздались радостные возгласы, победные кличи, когда все это прервал грозный рык капитана.

— По местам, шакалье племя!!! — команду услышали все, — Абордажной команде — выстроиться на палубе! Канонирам — зарядить орудия!!! Ветряки, демоны вас всех порви, запускайте свои вертушки!!! Остальной команде — подтянуть канаты на мачтах и быть готовыми…

Странно, почему-то он сказал канаты, хотя я точно знаю, что есть конкретный термин, такелаж вроде… Хотя что-то я гоню уже, тут другой язык, другой мир и вообще все может быть совсем не так.

— Мы идем вниз! И пусть эти собаки не говорят потом, что Эвер Темный Глаз не отрабатывает свое золото!

Команда загудела. Скорее радостно, чем от досады, что снова надо лезть в драку…

— Славно с орудием придумал! — мне на плечо опустилась тяжелая ладонь. И я, довольно улыбаясь похвале обернулся. Чтобы улыбаться перестать потому как на меня с совершенно серьезным видом смотрел маг.

— Э-э… — неловко потянул я, — В первый или во второй раз?

— В обоих из них! — неожиданно рассмеялся маг и потрепав меня по голове неспешно прошествовал мимо к борту. Однако, не доходя до него обернулся. — Не бойся, парень. Я знаю, что прежнего Тома уже нет и его не вернуть… Пойми это и не обессудь. Теперь ты тот, кто ты есть…

Я только пожал на это плечами, наверное, даже с облегчением. Спасибо, конечно, но это-то я и сам знаю. Да и рад тому, что уж греха таить.

Синий Пес, круто накренившись на левый борт, гудя пропеллерами и теряя с каждой секундой высоту шел в атаку на здоровенный похожий на семечко корабль. Грифоны свирепо кружились вокруг, кричали, всадники с их спин метали толстые стрелы, но без результата… Залпы картечи во всех направлениях вовремя обрывали атаки, заставляя их отворачивать, рассыпаться в стороны, тормозя и сменяя угол движения широкими расправленными крыльями.

На баке выставив перед собой выкрашенные в синий цвет ростовые щиты выстроилась закованная с головы до ног в сталь абордажная команда. На плечах первого ряда — массивные древки копий, в руках — толстодульные штурмовые пистоли. На поясах короткие, широкие, но вместе с тем острые словно бритва абордажные палаши…

Я наблюдал за ними из-под навеса центральной надстройки, предусмотрительно прикрывшись за нею от летящих со всех сторон черных стрел. При этом занимался довольно сомнительным с моей точки зрения, зато стопроцентно одобряемым всеми вокруг, делом — обдирал покойника. То есть того самого хрена в черных доспехах которого безуспешно пытался укокошить. Ну да, убить у меня его не получилось, от чего собственно испытывал довольно смешанные чувства… Дорезал его гном, задрав подбородок и мельком чиркнув по горлу вспоров гортань до позвонков острым как бритва ножом. После чего подтащил труп ко мне и посоветовав не отсвечивать пока люди делом занимаются, а заодно и снять с покойника все ценное. В особенности броньку… Вот теперь я и возился, выискивая хитрые скобы ремней и неуклюже пытаясь их снять. Получалось, прямо скажем, так себе. Мало того, что скобы были совсем не очевидной конструкции, так еще и руки дрожали так, что стакан ко рту я бы поостерегся подносить ратуя за сохранность губ и зубов. Однако кирасу с наплечниками, удачно потянув одновременно за пару ремешков, мне отстегнуть все же удалось. Отпихнул ее в сторону и принялся искать похожие ремешки, когда понял — она же блин легкая совсем! Повернулся обратно, схватил панцирь руками, потянул к себе… Вес конечно же в этом доспехе есть, но даже близко не такой как у стали. А уж ее в мастерской я натаскаться за последнее время успел. То есть, что получается? Доспех, довольно спокойно выдерживающий практически в упор выстрел, пусть и не самого совершенного оружия, каким использованный мной пистоль несомненно является, весит по ощущениям меньше пяти килограммов… При этом стенки гораздо толще чем у металлического, а текстура скорее напоминает ороговевшую кожу или панцирь… Кожа!??? От догадки руки дрожать моментально перестали, брезгливость забылась и я уже вплотную поднес снятую часть доспеха к глазам внимательно рассматривая тонко подогнанные пластины не обращая никакого внимания на заливающую их кровь испачкавшую теперь не только пальцы, мою собственную рубаху, но и — черт бы ее побрал! — лицо.

— Шкура виверны… Почти как у настоящего дракона — задумчиво проговорили рядом. — Где эти ухастые ее столько набрали только… Отличный трофей парень! — Широкая ладонь хлопнула меня по плечу. — Надеюсь сегодня таких будет много!

Я поднял взгляд — маг снова стоял рядом и усмехался, глядя на мою несколько растерянную физиономию. Растерянную потому как я точно знал, что никакая кожа, не может быть прочнее чем сталь. И это факт. Однако же реальность порой накладывает свои коррективы. Порой такие, что предыдущий жизненный опыт пасует, не найдя у себя в загашниках нужной карты. А это, если без мата… Крайне чертовски неприятно и вообще выбивает из колеи. Однако мозгу чтобы оправиться понадобилось совсем не много времени — вот что значит молодой организм! С чего же это спрашивается я решил, что состав этой шкуры такой же, как и у виденных мной раньше у себя, да и здесь тоже, кож? Может жрет эта местная виверна, или как ее там, исключительно минералы, которые имеют свойство в ней накапливаться и после… Э-э, скажем так, термической обработке автоклавным способом, образуют сверхпрочный композит. Ну или что-то в этом роде. Такое объяснение мне понравилось и самому, поэтому я принялся за дело с еще большим усердием. То есть стал теребить ремешки и застежки раза в два быстрее. И вот, когда я наловчился и снял с дохлого эльфа доспешные руки и ноги, корабль сотряс сильнейший удар, а по палубе пронесся душераздирающий скрип и треск — Синий Пес ломал толстым килем, то есть нет… основной балкой, выходящей спереди массивным выступом, обшивку палубы корабля эльфов. Столкнулись корабли не так чтобы и внезапно и под очень небольшим углом, поэтому по палубе покатился, наверное, один я… Однако как покатился, так и съехал обратно — корабль сделал крен на корму. Балка проломила палубу, а тяжелый корпус раздвинул в стороны распоротые доски и застрял… В это же время, практически без промедления, с грозным ревом абордажная партия принялась прыгать с бака на доски палубы протараненного судна и под жидким пока градом стрел, принялась выстраивать атакующий ордер. Прикрывшись со всех сторон толстыми щитами и окутавшись паром из выстреливших в разнобой пистолей. А с Синего Пса им вторили залпы картечи…

Все вокруг окуталось туманной дымкой, снизу с вражеского корабля доносился сплошной лязг металла и сухие трески выстрелов. Маг, еще недавно стоявший рядом со мной, куда-то свалил, оставив меня в гордом одиночестве под толстым навесом над палубой в компании почти полностью ободранного эльфийского трупа. В бой меня никто не гнал, ибо бездоспешным мне там делать ровным счетом нечего. Да и польза пока от меня в драке практически стенка на стенку выглядит довольно сомнительной, потому как строю я элементарно не обучен. Опять же доспеха нет — значит даже отстреливая ушастых гадов откуда-нибудь с надстройки я все равно остаюсь легкой добычей для их лучников.

Эх… Я, конечно, в драку не рвусь, но знать, что тебя оставили на корабле как бесполезный балласт не особо приятно. Тех же ветряков на Псе оставили потому как они ребята специально обученные и довольно ценные — без них настраивать руны магодвижетелей занятие довольно муторное, сложное и вообще слабовыполнимое для местного уровня технической подкованности. Ну и канониры продолжали палить во все стороны, не давая всадникам на грифонах приблизиться уже к их собственному кораблю и обрушиться на наших сзади, разорвав с наскока строй и внеся хаос в ряды. Что превратило бы уже нашу попытку абордажа в настоящую бойню. Грифоны то твари как я видел довольно массивные и живучие, дел могут даже в небольшом количестве наворотить море… Однако дела мне порученного никто тоже не отменял и я, поморщившись принялся стаскивать с трупа эльфа одежду…

Абордаж между тем развивался своим чередом. Я как раз закончил и отпихнув труп в сторону собрался нести снятую броню в оружейку, белье так и лежало в сторонке одинокой кучкой — трогать его мне не хотелось так как оно несколько было испачкано и воняло, причем не кровью. Ну смерть, расслабление мышц и всякое такое… Короче обдирать трупы и не запачкаться в дерьме это сложно. Так вот, уже открыв люк и начав спускаться я наконец увидел возвращающихся наших… Не всех, а несколько групп. Причем Задние прикрывали ростовыми щитами раненных и тех, кто их тащил если идти они по каким-то причинам не могли. Щиты же были усеяны торчащими из них под разными углами оперенными древками и время от времени то в один, то в другой глухо ударяла, то вонзаясь, то опадая сломанной черная стрела. Сильно блин. И заслуживает уважения. При таком раскладе, шансов добраться до нашего корабля у не боеспособных членов команды было бы не много.

Раненных доводили до навеса и группы прикрытия, все так же держа поднятыми щиты отправлялись обратно в дымку… Вот здесь то я впервые увидел нашего мага за работой. За настоящей работой, а не той мелочью, что он показывал раньше. Я то все думал, что же у нас на корабле оружием занимается гном, который хоть в стали и разбирается как пчелка в меде, но все же с взаимодействием рун и магической энергией или эфиром, или еще как…. скажем так — слабоват. Когда у нас в команде есть целый дипломированный маг, который во всем этом просто обязан пендрить в силу, так сказать, профессионального образования. Ан нет… Оказывается не так все просто. И гном действительно на эту роль подходит гораздо лучше, потому как маг наш оказывается целитель. И целитель крутой. Я вообще офонарел когда увидел как сорвавшиеся с его пальцев белые молнии вначале выжгли какую-то дрянь в распоротом животе одного из наших абордажников, а потом уже засветившиеся мягким синим цветом ладони стянули края раны и они сошлись!!! Остался правда красный, кровавый шрам с коростой… Но это по сравнению с тем, что было просто мелочь несущественная!

Закончив с первым тяжелым, маг принялся за второго почти в точности повторив процедуру, единственно, что он в этот раз еще и ругался, и сшивал что-то внутри брюшины. А потом пара ветряков и канонир подтащили к нему, уставшему и еле откинувшемуся на деревянный борт здоровенный пушечный кристалл накопитель, на серебряную клемму которого маг тут же положил руки и словно сделав вдох потянул энергию в себя. Сам кристалл при этом стремительно тускнел, а маг тянул и тянул, пока свет внутри накопителя окончательно не потух. После чего снова встал и расправив плечи довольно бодрой походкой направился к другим раненным.

Вот это действительно впечатляет! Приблизительно так я думал, когда сваливал в оружейке трофейную броню в один из сундуков справедливо полагая, что бросать ее в углу с обычным железным, о пардон, стальным хламом не стоит.

В это время по кораблю прошла довольно сильная вибрация, за ней с носа и до кормы прошла волна дикого треска и скрипа. Прямо судорога обрушилась на наш корабль. А уже после этого все содрогнулось от резкого удара… В этот раз на ногах я устоял, но не от того, что был готов, а от того, что сильно долбанулся о стену, в которую меня буквально швырнуло. А потом, после нового толчка, бросило обратно, что буквально поставило на ноги. Благо смог за свисающую с потолка сетку ухватиться… Бог его знает зачем она здесь была нужна, но меня она от нового удара о стену спасала. Вибрации корпуса постепенно стали затихать и я, с трудом разжав сведенные инстинктом пальцы, опрометью бросился из трюма наверх, на палубу.

Уже на палубе я понял, что наш корабль готовится выбраться из раны, нанесенной им судну эльфов. При этом почти вся команда сейчас была на палубе. Одна часть ее снова закрывшись ростовыми щитами прикрывала другую, которая уже скинув свои средства убийства разумных спешно занималась погрузкой на наш корабль самого разнообразного хлама, в который входили не только разнообразные бочки, мешки и сундуки, тюки тканей и амфоры непонятно с чем, но так же и трупы защитников, а до этого соответственно нападавших. Трупы не простые, а закованные в эти их кожаные латы различной степени сохранности… И да, туши убитых грифонов тоже грузили на корабль, спустив сходни и обвязав канатами.

За всем за этим грозно наблюдал капитан, откинув забрало на своем доспехе для удобства осмотра и прикрываемый держащими щиты тройкой членов команды, одним из которых был гном. Гурин держал свой щит, который был выше его как будто бы и не напрягаясь, при этом довольно скалясь и успевая смотреть не только по сторонам, но и на сам процесс погрузки.

— Шевелитесь беременные опарыши! — ревел Эвер Сальт. — Если не хотите остаться с голой задницей на потеху ухастым! Они это любят, сучьи дети!!!

Ого, про беременных опарышей я еще не слыхал! Черт его дери, но звучит… Да и аллегория с задницами и ушастыми тоже видимо должна была как-то да простимулировать команду.

— Слышали, что капитан велел! Быстрее тухлые чайки!! — вторил ему раскатистым басом боцман.

— Ага… Мерзкие рыбы!!… — поддакивал, не прекращая довольно скалится гном. Но видимо с выдумыванием ругательства произошла заминка, видать боцман крикнул то же что собирался и гном, а повторяться бородачу не «комильфо».

Из трюма раздался скрип проворачивающейся шестерни — это летающие камни поворачивают сейчас вокруг своей оси меняя, как я понимаю, условную полярность. Громко скрипя деревом о дерево, Синий Пес стал уверенно подниматься над палубой. Взвыли пропеллерами магодвижители направив тяжелую махину судна вперед, бойко развернулся горизонтальный парус, изогнулся, наполняясь набегающим потоком и наше судно ушло с подъемом в левый вираж. Раздался бортовой залп и снова клубы пара окутали корпус оставляя на холодной обшивке маленькие капельки конденсата, спекающиеся в ручейки под напором встречного ветра и капелью срывающиеся вниз, на палубу дымящего разбойного корабля. Все так же вокруг кружили грифоны. Их всадники посылали в нас стрелу за стрелой, но это уже было не важно — судно эльфов оставалось позади, а мы поднимались ввысь, ложась на курс за уходящим в сторону солнца купеческим караваном. Я бы, наверное, сказал что выглядело это очень красиво, если бы не лужи крови и остатки внутренностей на палубе, изуродованный местами корпус корабля, оборванные канаты крепления половины мачт и общее чувство дикой усталости и какой-то апатии нахлынувшее на меня. Поэтому я созерцал эту картину примостившись на своем любимом месте на крыше надстройки обвязавшись канатами и подтянув коленки к себе… Пока ко мне не поднялся Гурин и не погнал подзатыльниками и затрещинами обдирать трупы. Да здравствует мой гуманный наставник! Чтоб ему ежиками в туалет ходить…