ГРАЧ^4 (БоярЪ-аниме)

Глава 26

— Аурум, схвати! — заявил профессор Штац.

— Аг-гр? — с некоторым сомнением обернулась трёхметровая обезьяна.

— Что значит страшно, и не можешь ручаться за его целостность? У нас контракт! Ты вождь своего вида, так что утри нюни и взять. Разрешаю мёртвым! — каким-то образом старый учёный уловил что-то большее, чем животный рык.

Похоже, магия разума у него достаточно сильна.

Я не спешил их атаковать, мои руки восстанавливались после ударов по прочным стенкам. Кости были крепкими, но вот связки, хрящи и мышцы получили ущерб и вправлялись. Так что болтовня этой парочки была допустимой.

«Аурум» — широкая обезьяна, очень похожая на гориллу.

Для моих целей его и прочих ГРАЧ-ей, то есть поддельных кукол, надо нейтрализовать.

— Если не тронешь меня, я тебя не убью, только заберу часть меха, — произнёс я, угрожающе глядя в глаза монстру.

— Ха-ха-ха-ха, да чтобы гордый воин плени Ауна, а тем более вождь сдался, избегая битвы? — рассмеялся Штац, а затем стал серьёзнее и рявкнул: Да кем ты себя возомнил, щенок?

Горилла казалась задумчивой, но неожиданно произнесла:

— Мой имя — Иаин. Мой дух хотеть убивать. Ты достоин?

А в следующий миг монстр засветился изнутри, мышцы раздулись, после чего обезьяна начала отстукивать какой-то ритм на своей груди.

Это меня заинтересовало, для начала я выстрелил длинной ледышкой в ногу профессора, который решил потихоньку свалить в другое помещение.

Обезьяна резко загородила человека от моей атаки, но мне оно и надо было, я прикусил язык и на максимальной скорости рванул в другом направлении.

*Бум!*

Горилла оказалась намного быстрее, чем я предполагал, не просто успела среагировать, а вмяла меня в металлический лист так, что там отпечатался слепок моей головы, и осталось чуточку лица. Я попробовал укусить эту тварь в процессе нашего движения, но та ни на миг не выказала реакции на мою слюнявую атаку. Ни кожи, ни шерсти откусить не удалось, а вот сам я оказался схвачен из-за собственных отросших волос.

— Да ты художник-портретист! — усмехнулся я в окровавленную отделку, хотя кровь стремительно исчезала. — ЗАЛП!

Ресурсы ухнули из меня подобно молнии в грозу. Вот только горилла их словно не заметила, но смертью завоняло.

— Да что за день-то сегодня такой? Квартальная норма на запасные тела! — проворчал пролетающий мимо меня призрак.

Хм, похоже, металлические стенки неплохо проводят ток.

Понятное дело, что на них навалом рун, но почему это не учли?

Тем временем обезьяна пыталась меня растоптать, но продолжая удерживать мой затылок. Какая гибкая тварь с длиннющими руками!

Пока волшебства не применяет, похоже, факт свечения — допинг для плоти. Это подтверждала и красная мана соответствующей стихии, пусть и смешанная с жёлтой (свет/свят).

— Знаешь, я не против массажа, но печёнкой чую, ты делаешь это без лицензии, — усмехнулся я, выкашливая кровь, которая сразу же превратилась в искорки маны и вернулась ко мне.

Гориллы славятся своей высокой физической мощью и низкой выносливостью, а эта тварь ещё была до предела шустрой и ловкой.

Пока я не показывал своего максимума, усыпляя бдительность противника и анализируя его мощь. Как бессмертный я мог себе это позволить.

— И это всё, что ты можешь? — проворчал я, когда очередная металлическая плитка была облагорожена моим прекрасным ликом.

Раз «Залп» не сработал, попробую первичный козырь: «Изморозь-Охлаждение»!

На миг вокруг потемнело, а вся окружающая мана исчезла, однако у обезьяны лишь немного пота превратилось в иней.

— О-у, цитата, — выдохнул я, когда снова отправился лицом в плитку.

Теперь я понял простой факт: противник каким-то образом нейтрален к волшебству.

Хотя потеет обильно, но это может и не значить, что выносливость вот-вот кончится.

Так что пришлось так сильно дёрнуться из рук противника в момент следующего броска, что часть моего скальпа осталась в его руках. Тем самым я потерял часть запасной маны, но не считал это серьёзной утратой.

Между тем обезьяна отвлеклась на то, как моя кожа распадается в её руках, и попробовала бросить в рот добычу.

Да уж, а без волшебства-то у меня мало идей.

Применение «И-О» дало мне некоторую прибавку ресурсов, но тратить их на очередной «Залп» было глупо.

Я быстро применил магию земли в форме глиняной волны, обезьяна предсказуемо увернулась или не получила от этого урона.

Тем временем из динамика раздалось:

— Ха-ха-ха! Глупый образец! Ты наивен, как и полагается 11−1! Что А (это он про меня), что Б (а здесь про брата), оба были глупы! Один из-за доброты был просто шлангом, при всём своём таланте весьма никчёмным, а второй не видел ничего кроме своей цели и пути к нему, не учитывал риски и считал, что везти ему будет всегда! Оба поплатились! Вот и ты, назову тебя 11−1 (В), просто показываешь мне свои возможности! Могу только похвалить, но победитель здесь определён: ни одному человеку не победить Аурума!

Я тем временем перебрал все огненные заклинания.

Одежду, которая с меня не была снята, это сожгло, а вот противнику ничего не было. Система пожаротушения, расположенная на том же месте, где всегда, мной была перекрыта при помощи магии земли, равно как и вентиляция.

Учёный что-то там ещё нёс, я запоминал, но не концентрировал на этом внимания. Против меня сейчас был некто, кто уступал Царю Обезьян с Птичьего Острова, но имел свои плюсы.

— Слаб! Ты слаб! — неожиданно проревела обезьяна, но гораздо шире открыла рот для того, чтобы отдышаться. — Недостоин! Слишком слаб! Мой убить ты!

Он рванул на меня, а я подпрыгнул вверх и отпружинил в сторону.

Обезьяна немного иначе, но повторила мои движения.

Бой превратился в погоню от пола до потолка, но с созданием мной преград при помощи магии земли.

Пусть для гориллы враг оказался даже очень вынослив, но в условиях плохой вентиляции и при жжёной одежде, ему для дыхания требовалось всё больше воздуха.

Наверняка у него есть своя версия Модификации, которая на это дело затрачивает ресурсы, могут иметься и навыки на дыхание. Всё может быть, поэтому я и старался создать худшие условия, нарушая технику безопасности.

Планов победы у меня было немало.

В том числе я не экономил заряды таланта, ведь скоро наступала смена суток.

Был риск, что Штац сбежит, но я надеялся на его упёртость.

Череда обменов ударами явно была на стороне гориллы, ведь у меня руки-то коротки, и сила была выше у противника.

Моя скорость под воздействием «галопа шести ступеней», для активации которого я прикусил язык, была сильно выше и давала козыри, но вот рывки на несколько метров у чудовища были в 3–4 раза быстрее, но он не мог их выстроить в череду одного мгновения.

С учётом того, что монстр исторгал ману, у меня был вариант, что нужно руку или ногу сунуть в его пасть и применить «Изморозь-Охлаждение», но я был не уверен в успехе.

А запихнуть конечность в пасть обезьяны несколько раз вряд ли бы получилось.

Так что я отпрыгнул и вытащил из-за щёк пространственные артефакты и нацепил их на пальцы, только так их можно было активировать.

— Артефакты? Неужели из-за них было искажение анализатора? Так, на повторе… это у нас… просто кольца-хранилища? Что за глупость, там не может быть оружия против Аурума! Он неуязвим против магии и всего другого! Ха-ха-ха! — раздавалось в динамике. Потом, кажется, послышался хруст попкорна.

Я же тем временем выжидал.

Как только обезьяна разогналась, я рванул на собственном максимуме и просто воткнул руку в приоткрытый рот.

Последовали укус и удары по телу, но я успел крикнуть:

— СБРОС!

В тот же миг артефакты начали освобождаться от груза.

— Я щедрый, добавлю тебе знаний, изнутри! — усмехнулся я.

— Что? Хы-хы-хр-кхе кхе-е кху… — раздалось в динамике, после чего сквозь стену по диагонали пролетело хвостатое приведение, возмущающееся превышению планов на запасные тела на немецком языке.

По слухам это было признаком максимального раздражения у Штаца.

На ошмётки золотой гориллы он даже не обратил внимания, как и на гору книг в золотистой светящейся крови.

«Ядра нет, неужели человек?» — подумал я, не заметив концентрированного средоточия волшебства, выраженного в органе синхронизации плоти и духа, если выражаться языком учёных.

Чудовище было мертво. Даже намёка на регенерацию не было.

Это чем-то напоминало, что самые прочные жёсткие предметы были одновременно и хрупкими, в некоторых ситуациях проигрывая гибким и упругим.

Впрочем, возможен вариант, что у противника просто не оказалось ресурсов, либо его регенерация не могла справиться с тем, что я выпустил содержимое всех артефактов.

— Хе-хе, повезло, призванный, — пробормотал я, когда передо мной выплыл список.

Хотя я ожидал большего, пусть всего пять пунктов, но было полезное.

Доступные пути:

-1- рост сродства со стихией света (+127) + рост сродства со стихией плоти (+254)

-2- ПАССИВНОЕ УМЕНИЕ: Стазис Духа и Плоти (тело становится нечувствительно к внешнему магическому или физическому воздействию. ВНИМАНИЕ! В случае принятия будут затронуты многочисленные навыки на поглощение и выпуск волшебства!)

-3- АКТИВНОЕ УМЕНИЕ: Малый Световой Скачок (Позволяет преодолеть короткую дистанцию, равную росту с вытянутыми вверх руками, со скоростью света и без траты ресурсов. Доступно только на выдохе) + АКТИВНОЕ УМЕНИЕ: Просветление Дикости (в обмен на снижение интеллекта увеличивает все характеристики волшебства и плоти, побочно заставляет плоть светиться)

-4- Улучшение строения тела: Кровь Солнечной Гориллы (повышает выносливость без ущерба другим характеристикам, при свете дня становится невозможно устать)

-5- Улучшение строения тела: Золотые Струны Царя Обезьян (делает связки и сухожилия бесконечно прочными)

— Пять, — пробормотал я.

Пункт был неплохой добавкой к «скелету Царя Обезьян». Кости у меня как бы неразрушимые, хотя даже слабые Мозгилы их рассекали своими лентами.

Но при максимуме моей силы обнажались минусы. Надеюсь, теперь без этого и не потребуется регенерировать.

В отличие от прошлого помещения, это являлось «отсеком» этой горно-подземной лаборатории, а не какой-то там «клетью незыблемости».

Так что я был относительно свободен в перемещениях и отправился на поиски «диктора».

Нет, я был в курсе, что его призрак отправился куда-то вглубь, но моей целью были его артефакты.

Я открывал все двери подряд, но цель нашёл только в шестой.

Там из вентиляционного отверстия как раз спускался профессор Штац на выдвижной лестнице. На полу валялось тело, и был рассыпан попкорн.

— Ха, на этом всё кончено. Подчинись! — усмехнулся старикашка и ткнул в меня пальцем, с которого сорвалось оранжевое сияние маны, и оно рвануло в сторону моей головы.

У меня был иммунитет к атакам Шкипера и Теневая Нервная Система из огромного Мозгила, поэтому я рванул к цели, игнорируя эту атаку.

Однако гад оказался достаточно шустрым, когда я схватил его за пятку, он вцепился в короб вентиляционной шахты и не стал отпускать.

— Добровольная сдача повышает шансы выжить, — заявил я словами для возможных пленников из инструкции для ГРАЧ-ей.

— Ха-ха, не смеши! Нашёл чем пугать! — рассмеялся профессор и отпустил руки, одновременно попытавшись крутануть себя.

Я ощутил, что его тело далеко не так уж слабо, я бы даже сказал на уровне одинаковых ГРАЧ-ей, которых Штац называл чурбанами.

Я дёрнул его на себя, поймал и прижал к стене, сразу же проверив догадку: порезал его запястье ногтем.

Не зажило.

— Ну, и зачем ты меня похитил? — спросил я.

— Никого я не похищал, я работаю на клан Грачёвых! Мне просто привозят образцы! — заявил чокнутый учёный, валяя дурака.

— Ответь! — приказал я, проверяя действие навыка «Глас Сильного»

— Яне говорю по-русски, я иностранный специалист! — перешёл он на немецкий, а ногой пробовал достать руками до очков на мёртвом теле.

Я швырнул его в другую стену, а сам поднял оба предмета: часы и стёкла в оправе.

От обоих поначалу шла смешанная аура, но часы резко замерли, после чего от них пошли прозрачные вибрации.

Внимание! Структура временно изменена!

Выработано сопротивление к *Замершее Мгновение*!

Как я и думал: ловушка. Артефакт явно имел защиту от чужих.

— Стихия времени? Интересно, ещё есть? — усмехнулся я и нацепил предмет себе на руку.

— Вор! — заявил старикашка, но по глазам я видел его несгораемый интерес ко мне.

— Первый взнос в компенсацию, — заявил я, — так есть ещё?

— Глупец! Синтез Материи! — он направил на меня руки, вся его разноцветная аура собралась и выстрелила в меня тонким лучом.

В этот раз я глянул на оповещения.

Сработал иммунитет к *Преобразованию материи*!

— Синтез Материи! Синтез Материи! — ещё дважды повторил учёный, который тоже ощущал, что скоро смена суток, поэтому экономить бесполезно.

— Талант, да? — улыбнулся я, ощущая полное превосходство. Но это осознал и постарался быть максимально бдительным.

— Кто ты такой?

— Денис Денисович Грачёв, барон, студент и просто душка.

— Да у Грачёвых половина клана «Денисов» и треть «Денисов Денисовичей», ЧТО ты такое? Кто тебя создал? Отвечай! Кто посмел украсть мои наработки⁈ — начал кричать и плеваться старик.

— Ну, а хрен его знает, кто и что я такое-то. Ты лучше отвечай, да? А то я сломаю вот эти прекрасные очки, на которые ты бросаешь свой взгляд, — произнёс я и помахал оправой. — И не надо притворяться, что на тебе есть клеймо или присяга помешает болтливости, ты меняешь тела, а клеймо на душу не поставить.

Я постарался показать, что не видел его «хвостика»

— Что тебя интересует? Говори! — процедил старик.

— Зачем меня выкрали? — уточнил я.

— Рассказ долгий, тайны клана Грачёвых, но ты из него, даже если этого и не понимаешь. Замечу, что я даже под пытками не начну говорить, если ты не ответишь, как избежал моих атак!

— Не знаю, — одновременно соврал я и при этом сказал чистую правду.

— Не врёшь. Кто твои родители? — продолжил вести допрос Штац, словно я в невыгодном положении. При этом он не зря надеялся на ответы, ведь выпускал ману разума.

Я же притворялся, что он «развязал мне язык».

— Отец Денис Грачёв, а мать — Клавдия Грачёва, — ответил я легенду, которую создал Салтыков. Настоящая моя мать носила иное имя.

— Не врёшь, но имена такой пары ничего не говорят. Ты вообще не даёшь полезной информации!

— Покажи пример, что такое «полезная информация»? Кто такие 11−1? — спросил я.

— Подслушал? — проворчал Штац, — хорошо. 11−1 это… Синтез Материи! Синтез Материи! Синтез Материи!

В один миг он направил заклинания на очки, затем на себя, а после этого на выход из помещения. Практически сразу он отлетел от тела.

Я не стал обращать внимания в сторону, а рванул к нему, одновременно выпуская крылья.

— Сюрприз! — усмехнулся я и потащил духа из стены назад в помещение.

В этот же миг в меня попробовали вцепиться два его трупа, а из очков на стены проецировались сразу два призывных портала, откуда лезли волки.

Странную картину я увидел в полированных стенах: нежить напоролась на мои крылья и отшатнулась, стремительно сгорев в пламени. А вот волки выходили и скалили на меня зубы.

— Ха-ха? Поймал меня? Тебе всё равно не уйти! Эти очки не просто артефакт сбора маны, а призыв сильнейшей стаи в ином мире! Они будут бесконечно сдирать с тебя кожу, как я когда-то с 11−1 (А), твоей точной копии, но которая мертва! — начал тараторить призрак.

Вернее промежуточный этап, который назывался астральным духом, если верить книгам по некромантии. Он уже переставал быть просто человеческой душой, сохраняющей прижизненную форму.

Пока он мог вернуться в тело, но стоило бы сформироваться ядру, как душа отправилась в круговорот, а на её месте остался бы только бесплотный монстр с разумом, который бы становился всё злее, плавно забывая свою жизнь.

Нюанс в том, что души без тела не могут врать. Молчать — да, говорить своё виденье — да, а вот сбрехать уже нет.

Я пнул ногой волка, ожидая, что он отлетит в стену, но даже его шерсть оказалась весьма прочной, а сама туша тяжёлой.

Я ударил льдинкой прямо в пасть чудовища.

— Минус один. Снова прочная внешность и ранимая натура, — проворчал я, даже не подумав разбивать очки. — Ну, так что там с 11−1 (А)?