ИСТОРІЯ

Тогда-же рушилась девяти-вековая, одряхлевшая Римская Имперія. Наполеон желал дать подпавшим под иго Франціи германским владетелям такое устройство, которое способствовало-бы ему удобнее располагать их средствами, и в особенности их войсками (chair à canon, как называл он солдат своих). Для достиженія этой цели, по его внушенію, 12-го іюля н. ст. 1806 года, был заключен в Дариже акт образованія Рейнскаго Союза, в состав коего, на первый раз, кроме курфирста-архиканцлера, вошли: Баварія, Виртемберг, Баден, Верг, Гессен-Дармштадт, НассауУзинген и Нассау-Вейльбург, Гогенцоллерн-Зигмаринген и Гогенцоллерн-Гехинген, княжества: Сальм-Сальм и Сальм-Еирбург, ИзенбургъБирштейн, Лихтенштейн, герцогство Арембергское и графство Лейен. Вместе с тем, некоторые из сих владетелей приняли новые титулы: курфирст-архиканцлер (Дальберг) — принца примата; курфирст баденскій, герцог бергскій (Мюрат) и ландграф гессен - дармштадскій — великих герцогов; принц Нассау — герцога и граф Лейен — князя. Многія из мелких германских владеній были медіатизированы, (т. е. потеряли свою независимость), и владетели их сделались подданными государств, в состав коих поступили их земли. Сам Наполеон, под скромным званіем покровителя РеЙНСКаго Союза, (protecteur de la Confédération du Rhin), сделался распорядителем вооруженных сил его. Во всех войнах, веденных

138

IBM. Франціею, должны были выставлять: Баварія 30,000 человек, Виртемберг 12,000, Ваден 8,000, Берг 5.000, Гессен-Дармштадт 4,000. Нассау с прочими владеніями (из числа коих контингента принца Лейен 29 человек), 4,000, и того 63,000 человек ( ')• Впрочем Наполеон не ограничивал своих требованій этими условіями. Вслед за подписаніеи акта Рейнскаго Союза, поверенный в делах Франціи при регенсбургском сейме и члены Союза одновременно объявили сейму—первый, что Император Наполеон. после всех перемен последовавших в Германіи, не признает существованія Германской (Римской) Имперіи, a последніе, что они отделяются от сей Имперіи (²). Император Франц, получив о том сведеніе, немедленно сдожил с себя сан Германскаго (Римскаго) Императора и принял титул Императора Австрійскаго (³).

Постыдно'е рабство Германіи чужеземному властителю, дело нескольких лиц движимых корыстью либо страхом, было признано во всейстране с тупым равнодушіем, и среди общаго безмолвія раздался в защиту оскорбленнаго отечества только один голос. В виртелбергском городке Альтдорфе ф. Гессель наиечатал брошюру: „Германія в глубоком униженіи своем» (Deutschland in seiner ticten Eniiedrigungj *), которая была в тайне распространяема нюренбергским книгопродавцем ІІальмом. Даву, ^знав о том, приказал предать Пальма военному суду и по повеленію самаго Наполеона разстрелять его (⁴).

В отношеніи к Пруссіи, Наполеон поступал

*) Некоторые приписывали эту брошюру известпому публицисту Х'енцу.

139

стольже насильственно, сколько и презрительно. Он іам. позволил Мюрату овладеть вестфальскими аббатствами: Эесеном, Эльтеном и Верденом, уступленными прусскому правительству, самовластно присоединил к Франціи Везель и неозаботился своевременным сообщеніем берлинскому двору известія об учрежденіи Рейнскаго Союза. Предлагая Королю Фридриху-Вильгельму образовать Северогерманскій Союз, под покровительством Пруссіи, он в тоже время старался под рукою чрез агентов своих препятствовать исполненію этого замысла. Ведя переговоры с Россіею и Англіею, он имел в виду изолировать Пруссію, лишить ее всякой посторонней помощи и унизить ее в глазах ея прежних союзников. Когда лорд Ярмут объявил, что возвращеніе Ганновера Англійскому Королю было необходимым условіем мира, Талейран отвечал ему, что „на счет Ганновера не будет никакого затрудненія!" Фридрих-Вильгельм, постигая непрочность своего союза с Наполеоном, всячески желал замедлить явный разрыв с ним, и не только соблюдал в отношеніи к Франціи осторожность доходившую до робости, но принужден был вверить управление прусскою политикою Гаугвицу и Луккезини, совершенно преданным Наполеону. А, между тем, дорожа дружбою Императора Александра, Король продолжал вести с ним переписку в тайне, чрез Гарденберга, и даже, спустя несколько времени по заключеніи союза с Наполеоном, подписал секретный трактат с Россіею против Франціи, о котором тогдашній министр иностранных дел Гаугвиц не имел никакого сведенія. Это заставило Короля вести с русским правительством двоякія сношенія: одни,

140

1806. явныя, чрез Гаугвица, и другія, тайныя, чрез бывшаго министра Гарденберга (⁵).

В тоже время, Фридрих-Вильгельм, получая из Парижа, от своего посла маркиза Луккезини, успокоительныя известія на счет видов Наполеона, оставался в нерешительном положеніи и в отношеніи к Франціи. Но вскоре он уже не мог сомневаться в угрожавшей ему опасности.

Великобританское министерство, будучи недовольно своим уполномоченным, лордом Ярмутом, поручило дальнейшую негоціацію в Париже лорду Лаудердалю. Настойчивыя требованія Наполеона на счет уступки Сициліи и быть-может еще более разрушеніе Германской Имперіи—все это заставило самаго Фокса отказаться от надежды на мир и обратить все усилія на образованіе новой коалиціи против Франціи. С первых слов лорда Лаудердаля легко было генералу Кларке заметить. что англійское правительство искало предлога на разрыв переговоров. Лорд Лаудердаль объявил, что Е. В. Король Великобритании решился заключить мир не иначе, как на основаніи настоящаго положенія обеих держав (uti possidetis) (⁶). Генерал Кларке отвечал, что еслибы Император Наполеон предполагал заключить мир на таком основаніи, то он не выпустил-бы из рук завоеванныя им австрійскія области, с Веною, Тріестом и Фіуме, а равно Ганновер и северное прибрежье Германіи; что-же касается до Сициліи, то он не прежде согласился-бы на открытіе переговоров, как по занятіи этого острова французскими войсками. „Ежели вы станете настаивать, чтобы за вами остались голландскія колоти, продолжал Кларке — то Голландія по необходимости сделается областью Французской Имперіи, потому что Король Людовик объя-

141

вил о намереніи своем отказаться от престола, ше если колоніи принадлежавшія Голландіи не будут возвращены ей, при заключеніи общаго мира".... (⁷). После такого решительнаго отзыва, совещанія были прерваны в продолженіи целаго месяца, хотя оба англіискіе уполномоченные оставались в Париже. Желая возбудить неудовольствіе Пруссіи против Наполеона, лорд Ярмут проговорился с умыслом на дипломатическом обеде маркизу Луккезини, что французское правительство предлагало возвратить Ганновер Королю Великобританскому. Прусскій посланник поспешил сообщить это сведеніе в Берлин, присовокупив от себя, что „не всегда в вине бывает правда, и что быть-может англійскій уполномоченный хотел поселить раздор между берлинским и парижским кабинетами". Но изъявив сомненіе на счет действительнаго факта, Луккезини, по обычной склонности своей распускать всевозможныя сплетни, донес своему двору, будтобы Наполеон предлагал Россіи Прусскую Польшу, и еще будтобы Император Александр и Наполеон в тайне согласились между собою возстановить Королевство Польское в пользу Великаго Князя Константина Павловича (⁸). Хотя французскому правительству удалось перехватить депешу прусскаго посланника, однакоже дубликат ея был получен 7-го августа н. ст. в Берлине и возбудил там большую тревогу. Роковое донесеніе о намереніи Наполеона — отнять Ганновер у Пруссіи, подтвержденное известіями из Лондона, разнеслось с быстротою ыолніи по всей стране; и без того уже проявлявшееся в Пруссіи чувство ненависти к Наполеону и Французам возникло с новою силою. 9-го августа н. ст. Король приказал немедленно поставить армію на военное положеніе.

142

îsoo. Желая однакоже выиграть время, необходимое для ириготовленія к войне, и быть-может все еще лаская себя надеждою иабежать разрыва с Франціей, Фридрих-Вильгельм послал генерала Енобельсдорфа в Париж, на смену отозваннаго по желанію Наполеона маркиза Луккезини. Граф.Гаугвиц полагал, что Кнобельсдорфу удастся усыпить бдительность опаснаго непріятеля и дать время Пруссіи не только собраться с силами, но и войти в сношеніе с прочими державами для совокупнаго действія против Франціи (⁹).

Предпринимая войну, Пруссія вовсе не была готова к ней и не могла надеяться на быструю помощь своих соседей. Император Александр, получив известіе о вооруженіях прусскаго правительства и приглашеніе участвовать в предлежащей борьбе, дал весьма благопріятный ответ Королю, уверяя его, что: „не только союзник пребудет верен своему союзнику, но что друг явится в челе многочисленной и отличной арміи в помощь своему другу" (^І0). Слова эти были искренни, но для сбора сильной русской арміи, после разгрома при Аустерлице, и для прибытія ея в Пруссію требовалось более трех месяцев. Со стороны Англіи, хотя были отменены враждебныя действія, столь вредныя для прусской торговли, однакоже блокада северо-германскаго прибрежья продолжалась до 13-го (25-го) сентября, потому что берлинскій двор долго не посылал в Лондон офиціальнаго извещенія о разрыве с Франціею. Великобританское правительство настаивало, чтобы первым условіем союза между Англіею и Пруссіею было возвращеніе Ганновера Королю Георгу III, но граф Гаугвиц, не желая разстаться с пріобретенною им добычею,

__143___

тянул дело, и союзный трактат с Англіей бнл іаѳ подписан уже в ноябре.

Соглашекіе с Австріею шло еще медленнее, как уверял граф Гаугвиц—из опасенія, чтобы Австрійцы не известили Наполеона о намереніях Пруссіи; в действительности-же — быть-может — из стыда просить помощи у тех, которьш Пруссія незадолго пред тем отказала в содействіи. Переговоры между обеими державами открылись не прежде начала сентября н. ст. Австрія изъявила сочувствіе к Пруссіи, но после значительных потерей ею понесенных была принуждена ограничиться вооруженным неутралитетом и высылкою сильнаго .корпуса в Богемію для охраненія собственных пределов.

Война с ІПвеціей была прекращена и прусскій. корпус Калькрейта, стоявшій в Домераніи. перешел на западную границу государства, но не было принято никаких мер к своевременному содействію Шведов, что инело весьма невыгодныя последствія для Пруссіи.

Что касается до северо-германских владетелей, то все они, за исключеніем курфирста гессенскаго и герцога мекленбург-шверинскаго, с большею или меньшею готовностью, изъявили согласіе вооружиться в пользу Пруссіи, но силы их вообще не могли оказать значительная вліянія в борьбе против Фран-

Щи(^І!).

Таким образом Пруссія в начале войны могла

надеяться только на свои собственныя войска, которыя частью из опасенія преждевременно возбудить подозреніе Франціи, частью из экономических разсчетов, были весьма недостаточны. Забыто было старое правило : „если хочеш избежать войны, будь готов к ней". Араія, выставленная для про-

144

хвое, тиводействія Французам, считала в рядах не более 130,000, a вместе с саксонскими войсками до 150,000 человек (¹²). Со стороны-же Наполеона, было собрано в Германіи до 200,000 человек (¹³), не считая контингентов Рейвскаго Союза.

В отношеніи к качеству войск и к способностям их начальников, прусская армія стояла несравненно ниже французской. Будучи слишком многочисленна в отношеніи к народонаселению страны, она комплектовалась не только наборами, но и вербовкою, доставлявшею весьма ненадежных солдата. Как производство в офицеры было доступно только дворянам, то нижніе чины, невозбуждаемые надеждою на повышеніе, удерживались в порядке лишь одним страхом. Прусскій солдат в глазах его начальников был дикая тварь, управляемая исключительно посредством фухтелей, палок и шпицрутена. Продовольствіе его было весьма скудно: каждый из нижних чинов получал в год от 2 талеров до 2 талеров 12 грошей и ежедневно lVs фунт, плохо испеченнаго хлеба (Kleibrod). В походе выдавалось по два фунта хлеба и по Ѵг фунта мяса в сутки. Одежда прусскаго солдата — мундир и исподнее платье, сшитые из толстаго сукна, сквозь которое, по современной поговори „можно было просеевать горох», были такого покроя, что носившіе их люди не могли свободно действовать оружіем. Летом нижніе чины носили холіцевыя рейтузы, оставаясь в них и в осеннем походе 1806 года, не смотря на холодныя ночи. Шинелей у солдат не было. В прусской арміи употребляли пудру и носили косы; высшіе начальники на инспекторских смотрах имели при себе нормальную меру, которою меряли косы нижних чинов. Почти все прусскіе генералы были

145

люди выжившіе из лет и ни к чему неспособ- іаи. ные. Генерал моложе 64-х лет считался исключеніеи; -почти всем генерал-лейтенантам было до 70 и болеелет; штаб-офицерам—от 50 до 60. У Клейста в магдебургском гарнизоне находилось 19 генералов, которым в совокупности было 1300 лет. Представителем прусскаго генералитета мог считаться Рюхель, тот самый, который, на одном из потсдамских парадов, увлеченный безсмысленньга восторгом, сказал: „таких генералов, как господин Бонапарте, в арміи Его Величества нашего Короля много". Хозяйственная часть войск представляла странныя противоположности: подвижные магазины и лазареты были недостаточны и не поспевали вслед за арміей, а, между тем, огромные обозы затрудняли ея движете. Не говоря уже, что у всякаго пехотнаго офицера была верховая лошадь, (потому что -говорил Рюхель —прусскому дворянину не пристало ходить пешком), и чрез то баталіонный обоз напрасно увеличивался пятидесятью лошадьми, начальники войск возили за собою множество ненужных вещей. В походе 1806 года, один из поручиков мёллендорфова полка имел в обозе фортепьяно. Сам прусскій генералисимус, семидесяти-летній герцог брауншвейгскій, считал необходимым иметь при себе молоденькую француженку (¹⁴).

Вооруженіе прусской пехоты было весьма плохо. Для удобнейшей носки ружей в отвесном положеніи, делали прямые короткіе приклады (Kuhfûsse), не позволявшіе удобно прицеливаться, а для звонких темпов ослабляли гайки. Ружья полировали и тёрли с таким усердіем, что из них было опасно стрелять боевыми зарядами. Стрельбе в цедь обучались только по десяти челоізек (стрелт. п. іо

___146

1806. ков) в роте, снабженных нарезньш оружіем, да и те не имели понятія о действіи в разсыпном строю, Боевыя движенія производились медленно, по 75-ти шагов в минуту, и только лишь при развертываніи фронта пехота двигалась удвоенным шагом (Dublir-schritt). При встрече с непріятелем, предполагалось выдвигать, сквозь интервалы между баталіонами, вперед на 50 шагов, полковыя орудія, которыя должны были, открыв огонь, продолжать стрельбу до сближенія пехоты на ружейный выстрел, а потом отъезжали за фронт. Наступленіе пехоты производилось — как в Семилетнюю войну — эшелонами и целыми линіями. Против кавалеріи строили баталіонныя трех - шереножныя каре, при чем полковая артиллерія становилась по углам, а передки и зарядные ящики—внутри каре.

Кавалерія вообще была лучше пехоты, но неудобства, происходившія от слишком старых генералов и штаб-офицеров, оказывались в ней еще более вредными нежели в других родах войск.

Артиллерія, за исключеніем конных и баталіонных (полковых) орудій, состояла из двенадцати-фунтовых пушек, кои предпочитались орудіям меньших калибров, по дальности своего действія, и в особенности по большей действительности стрельбы картечью.

Прусскій генеральный штаб отличался обширными сведеніями исключительно по математической и топографической частям, и по тому местность преимущественно обращала на себя вниманіе офицеров этого ведомства, безпрестанно разсуждавших о сообщеніях и позиціях и никогда не принимавших в разсчет вооруженныя силы и дух войск. Генерал-лейтенант Граверт и полковник Массен-

147

бах были представителями такого односторонняго ю». воззреяія на военное дело (¹⁵).

Прусская армія, уступавшая и в числе и в качестве арміи Наполеона, плохо одетая, обутая и скудно снабженная необходимейшими жизненными запасами, не получившая настоящаго боеваго рбразованія, предводимая дряхлыми генералами и неопытными офицерами, не смотря на все это, считала себя первою арміей в Свете. Конечно — прусскіе солдаты, особенно женатые, оставлявшіе свои семейства в самой крайней нужде, выступали в поход не с таким увлеченіемъ/каким были преисполнены Французы, из коих каждый мечтал „носить маршальскій жезл в ранце". За то — самонадеянность прусских офицеров неимела пределов. Порицая Австрійцев (Weissrôcke) за неудачи ими понесенныя при Ульме и Аустерлице и глумясь над ними, прусскіе прапорщики и поручики (Blaurocke) отзывались с презреніем о Французах. „Они еще не имели дела с Пруссаками — говорили эти безбородые воины. Пусть только встретятся с нами; на нашей стороне будет победа, вероятно слишком легкая, чтобы доставить нам славу". (Sie haben noch keine Preussen vor sich gehabt. Ertônte nur einmal der Ruf ins Feld, so ware der Sieg unser; ein leichter Sieg, wahrscheinlich allzu leicht, um ehrenvoll zu sein). Еще накануне сраженій при Іене и Ауэрштедте, прусскіе офицеры, проходя чрез Веймар, давали обещаніе: „покончить разом с сан-кюлотами!" (mit diesen jenigten Sans-culotten wollen лѵіг schon fertig werden)... Один из генералов уверял, что Бонапарте негодится в прусскіе капралы (Der Bonaparte verdient nicht einmal Korporal in der preussischen Armée zu sein). Весьма замечательно, что герцог брауншвейгскій не разделял этих сангвинических убеж-

148

J806. деній, ссшневался в успехе и даже согласился принять начальство над арміей единственно для того, чтобы отклонить войну (!). Нередко в откровенной беседе с ближайшими к нему лицами он отзывался о принце Гогенлоэ, как о пустом, слабом человеке, позволявшем водить себя за нас Массенбаху, называл фельдмаршала Мёллендорфа тупым старцем, Калькрейта — пронырою, прочих генералов — бездарными староверами : „и с такими людьми хотят воевать против Наполеона!" говорил герцог. Впрочем —как сам он, такъмногіе другіе, полагаясь на уверенія Гаугвица и прибывшаго тогда из Парижа в Берлин Луккезини, полагали, что еще не скоро дойдет дело до разрыва с Франціей (¹⁶). Граф Нессельрод, посланный в главную квартиру прусской арміи, удивлялся, не видя никаких военных приготовленій (¹⁷).

Фридрих-Вильгельм видел недостатки своей арміи, и потому весьма основательно не желал войны; изменить-же военныя учрежденія Пруссіи, освященные подвигами Семилетней войны, он не отваживался: что сказали-бы герои прошлаго века, еслибы молодой, неопытный в боевом ремесле, Государь стал вводить новые уставы? Но не желая войны и не будучи готов к ней, Король сам ускорил развязку своих сомеительных отношеній к Франціи. 25-го сентября н. ст. была отправлена к прусскому резиденту в Париже, генералу Кнобельсдорфу, нота, заключавшая в себе крайнія условія (ultimatum) берлинскаго двора, вместе с письмом Короля к Наполеону, на двадцати страницах, в коем были изложены все поводы к неудовольствію Пруссіи, поданные французским правительством. Эти злогіолучныя депеши были отосланы Талейраном в

_ ¹⁴⁹

главную квартиру Наполеона, находившуюся в Вам- мое. берге, и получены там 25-го сентября (7-го октября).

Король домогался: во 1-х, чтобы французскія войска, расположенный в Германіи, немедленно отошли за Рейн, начав отступленіе в тот самый день, когда последует ответ на отзыв прусскаго правительства, именно 8-го октября н. ст., во 2-х, чтобы со стороны Франціи не было никакого препятствія образованію Севернаго Союза, заключающаго в себе германскія владенія непоиленованныя в акте Рейнскаго Союза, и в 3-х, чтобы неотлагательно были открыты переговоры для решенія всех спорных вопросов, при чем предварительными условіями долженствовали бытьотделеніе Везеля от Французской Имперіи и возвращеніе Пруссіи трех вестфальских аббатств занятых войсками великаго герцога бергскаго (¹⁸).

Ответом Наполеона прусскому правительству были воззваніе к своей арміи о начале войны и оскорбительныя выходки в бюллетене на счет Короля и Королевы (¹⁹). Со стороны Пруссіи последовало объявленіе войны немедленно по истеченіи срока, означеннаго в предложенных условіях, именно 9-го октября н. ст. (^2С).

Пользуясь сосредоточеніем своих сил на немногих пунктах, способностью своих войск к быстрым движеніям и уменьем продовольствовать армію средствами страны служившей театром действій, Наполеон отрезал прусскую армію от ея сообщеній с Берлином и другими важнейшими пунктами. В одной из первых встреч был убит принц Людовик, прусскій Алкивіад, давшій слово —не пережить бедствій своего отечества, и погибшій прежде нежели они обрушились на Пруссію. Вскоре за тем, в один и тот-же день, 2

150

1805. (14) октября, вооруженный силы Пруссіи были сокрушены в двух сраженіях, при Іене и Ауэрштедте: ни отвага Блюхера, ни самоотвержен! е Короля и старых героев Семилетней войны, немогли устоять против превосходных войск, движимых мыслью геніяльнаго полководца. Сам герцог брауншвейгскій, Рюхель и другіе прусскіе начальники были убиты, либо ранены. Безсознательная самонадеянность уступила место паническому страху; целыя дивизіи слагали оружіе без выстрела; сильныя крепости сдавались гусарским отрядам. Величественное созданіе Великаго Фридриха пало в несколько дней. Король Прусскіи, потеряв армію, столицу, государство, искал спасенія в отдаленнейшей из областей своих. Наполеон, властелин Германіи, объявил курфирста гессен-кассельскаго и герцога брауншвейгскаго лишенными владеній. Потолки мужественных Тевтонов трепетали пред ним, и только лишь твердая душею жена—герцогиня веймарская Луиза неустрашилась его. Удивленный ея присутствіем духа, Наполеон сказал Раппу: „вот женщина, которую не могли испугать наши двести пушек." (Voilà une femme à la quelle pas même nos deuxcents canons n'ont pu faire peur).

9-го (21-го) октября, Наполеон, на марше к Берлину, встретив маркиза Луккезини, посланнаго к нему Королем Фридрихом-Вильгельмом, с просьбою о мире, предложил ему чрез гофмаршала Дюрока: „уступку всех областей лежащих между Эльбою и Рейном; уплату контрибуціи в сто милліонов франков; обязательство невмешиваться, ни под каким предлогом, в дела Германіи, и согласіе на все перемены там сделанныя, либо могущія произойти в последствіи." Лукке-

151

зини не отважился подписать такія условія и от- .«и. правился к Королю, чтобы испросить его разрешеніе. Фридрих-Вильгельм, покоряясь необходимости, согласился на все и уполномочил генерала Цастрова, вместе с маркизом Луккезини, заключить мир. Но когда они прибыли в Берлин», занятый французскими войсками, и изъявили Дюроку, 18 (30) октября, согласіе на помянутыя предложенія, Наполеон, тогда уже получив сведеніе о сдаче корпуса принца Гогенлоэ, вознамерился продолжать войну. Король, еще не зная о том, послал к нему следующее письмо:

„Государь, брат мой!

„Решась просить мир у Вашего Императорскаго Величества, я руководился нетолько разсудком, но и сердцем. Не смотря на ужасныя жертвы от меня Вами требуемыя, я желаю искренно, чтобы сей мир, уже упроченный принятіем предложенных условій, подал мне возможность возстановить дружескія отношенія с Вашим Величеством, прерванныя кратковременного войною. Желая неотлагательно явить доказательством доверія к вам искренность моих чувств, я, не ожидая даже подписанія мирных условій, остановил движеніе русских войск.

„Душевно желаю, чтобы Вы были приняты в моем дворце, как можно лучше, к чему принял я все зависевшія от меня меры. Позвольте мне, с моей стороны, поручить великодушію Вашего Императорскаго Величества мою столицу и Бранденбургію. Скудно одаренная природою эта область есть как-бы созданіе моего безсмертнаго деда. Благоволите, Государь, считать ее памятником им воздвигнутым самому себе: сходство между вами и сим великим мужем, конечно, побудить Вас

152

1806. пощадить его твореніе. Осмеливаюсь также просить Вас об исключеніи из тяжких жертв от меня требуемых гальберштатской области и земель принадлежащих к герцогству магдебургскоыу. Исполненіе этой просьбы почту драгоценным знакомь вашего ко мне благорасположенія," и проч. (²¹)-

Письмо Короля не изменило намеренія Наполеона— пріобр есть на счегь Пру ссіи Залоги, могущіе, при заключеніи общаго мира, послужить вознагражденіем за французскія, голландскія и испанскія колоши захваченныя Англичанами. Уполномоченные Пруссіи просили, чтобы, по крайней мере, было заключено перемиріе, и Наполеон согласился на то с условіями: во 1-х, чтобы прусскія войска отступили за нижнюю Вислу, в Кенигсбергу, предоставя Французам крепости: Данциг, Грауденц, Торн, Кольберг, Глогау, Бреславль, Гамельн и Ніенбург; во 2-х, чтобы Король обязался, в продолженіи перемирія, недопускать в свои владенія никаких чужеземных войск. Фридрих-Вильгельм не подписал этого перемирія, поручив судьбу собственную и своей монархіи великодушному заступничеству Императора Александра (²²).

Такой поступок Короля, несогласовавшійся с обычною ему нерешимостыо. был последствіем его дружеских сношеній с Россійским Монархом. Еще 11 (28) октября, Фридрих - Вильгельм послал из Кюстрина в Петербург капитана Шёлера, с известіем о пораженіях понесенных на реке Заале. Но еще прежде нежели Шёлер успел исполнить данное ему порученіе, Император Александр, уже получив сведеніе о несчастіях, постигших Короля, писал к нему, уве-

ряя в неизменной своей к нему преданности___

„Волнуемый сомненіем и душевным безпокой-

153

ством, долгом считаю повторить Вашему Вели- ше. честву самое торжественное обещаніе в том, что каковы бы ни были последствія ваших великодушных усилій, я никогда не откажусь от известных вам моих намереній. Будучи вдвойне евязан с В-м В-м, в качестве союзника и узами нежнейшей дружбы, не нахожу никакой жертвы, никаких усиліи, которых-бы я несделал, чтобы доказать вам вполне мою преданность драгоценным обязанностям, на мне лежащим.....

„Соединимся теснее, нежели когда либо; пребудем верны чести и славе, и предоставим прочее Промыслу, который, рано или поздно, положить конец успехам хищенія и тиранства, даруд торжество святому делу".... (²³).

В ответ на это письмо, Король, уже отказав утвердить перемиріе на предложенных Наполеоном условіях и уволив в отставку Гаугвица, *) писал между прочим, Императору Александру:

.....„Нет ничего столь неизменнаго, Государь,

как мною принятое намереніе — следовать вместе с вами одной и той-же политике. Каждый день утверждаете меня в этом намереніи, потому что в каждый день более и более развиваются обширные планы необъятнаго властолюбія Наполеона, побуждая все государства, сохранившія независимость, соединиться против отъявленнаго врага их самостоятельности" (²⁴).

Тогда-же Фридрих-Вильгельм, в письме к Императору Францу, извещал его о решимости своей — действовать за-одно с Императором Але-

*) Король предтожил министерство иностранпых дел Штейну; когда-же Штейн уклонился от этого назначенія, министерство было вверено генералу Цастрову, котораго все виды клопилпсь к толу, чтобы, во что ни стало, помириться с Наполеономѵ (Hôpfaer. III. 5).

154

1806. ксандром. „Принимаю—писал Король—такое-же обязательство, и в отношеніи к Австріи, если это, как я льщу себя надеждою, может побудить В. В-во к содействію нам."

Наполеон, по вторженіи в Пруесію, учредил в завоеванных областях французское управленіе. В Берлине, он потребовал, чтобы прусскіе сановники и прочіе гражданскіе чины присягнули ему на верность службы. Пять министров решились первые на это постыдное дело, извиняясь в последствіи желаніем сохранить в порядке вверенныя им ведомства. Декрет Наполеона о чрезвычайной контрибуціи в 100 милліонов франков, наложенной на Пруссію, последовал 15-го октября н. ст. на другой день по одержаніи побед при Іене и Ауэрштедте; курфирст саксонскій также должен был уплатить 25 милліонов, герцог саксен-вейыарскій 2 милліона, Гановер 9 милліонов, курфиршество гессенское, герцогство брауншвейгское и некоторыя мелкія владенія 23 милліона, всего-же на Пруссію и бывших ея германских союзников наложена была сумма в 159 жилліонов франков. Биньон, стараясь оправдать эти алчные поборы, приводит слова Маккіавелли: „Французы падки на чужое добро, но они расточают его также как и свое..... Они проедают охотно с ограбленными им людьми полученную от них наживу" (²⁵). В продолженіи полутора месяца, многія прусская крепости, вместе сь главною из них Магдебургом, почти без выстрела сдались Французам. Наибольшее сопротивленіе оказали силезскія крепости германским контингентам Наполеонова брата Іеронима и приставленнаго к нему, в качестве дядьки, Вандамма. Народы Германіи сами ковали цепи на своих братій, а властители их напере-

155

рыв изъявляли покорность чужеземному государю, іао*. Саксонскій курфирст присоединил свои войска к арміи Наполеона. Король баварскій первый подал пример родственнаго союза одной из древних европейских династій с семейством Бонапартов, выдав свою дочь Августу за Наполеонова пасынка Евгенія Богарне. Личныя качества юнаго принца оправдывали сей союз, но Император Александр не одобрял его, потому что это вело к возвышенію гордыни Наполеона, и желая выказать свой образ мыслей, приказал объявить секретарю баварской миссіи в Петербурге Г. д'Ольри (d'Olry), что предположенный незадолго пред тем брак Великой Княжны Екатерины Павловны с Наследным баварским принцем не мог состояться, за тем, что Государь Император не хотел затруднять (gêner) принца, которому быть-может Бонапарте назначал супругою какую-либо из своих родственниц, подобно тому, как вышла принцесса Августа за Евгенія Богарне. Г. Ольри отвечал передавшему волю Государя, князю Чарторыскому, увереніем, что его Государь и вся его фамилія, в особенности-же Наследный принц, искренно будут сожалеть о том, и что потеря благоволенія Его Императорскаго Величества для них весьма горестна. Князь Чарторыскій, невходя в дальнейшія офиціальныя объясненія, упомянул о содействіи баварских войск Французам в минувшую войну против Россіи и Австріи, которыя не только не сделали никакого вреда курфирсту *), но, напротив того, предполагали доставить ему значительный выгоды, еслибы он присоединился к их

*) Владетель Баваріи тогда еще не был лризнап Россіей в коро левском сане.

1806. союзу. Г. д'Ольри изъявил сожаленіе, что об этом не было своевременно сообщено курфирсту, который, вероятно, не принял-бы сторону Франціи. Но князь Чарторыскій весьма основательно заметил, что „зная достаточно курфирстовых министров, союзйики немогли открыть им своих планов» (²⁶). Действительно Монжелас и прочіе баварскіе министры были на жалованье французекаго правительства.

Наполеон, в продолжены пребыванія своего в Берлине, объявил, декретом от 21-го ноября н. ст. о континентальной блокаде. Преобладаніе Англичан на море побудило его к принятію враждебных мер против торговли и частной собственности англійских подданных на материке Европы. На основаніи помянутаго декрета, было повелено:

1) Считать великобританскіе острова состоящими в блокадном состояніи.

2) Прекратить с ними торговлю и всякія сношенія.

3) Каждый из англійских подданных, находящихся в странах занятых французскими, либо союзными Франціи, войсками, подвергался аресту в качестве военнопленнаго.

4) Магазины, товары и всякія имущества, принадлежащія Англичанам, подлежали конфискации.

о) Торговля англійскими товарами и изделіями англійских фабрик была запрещена.

6) Морским судам, плывущим из Англіи, либо из англійских колоній, не дозволен был вход во французскія гавани.

7) Окончательное, разбирательство вопросов по исполненію настоящаго декрета, было предоставлено

157

особым судам (tribunaux des prises), учрежденным іт. в Париже и Милане.

8) Повелено министру иностранных дел сообщить помянутый декрет Королям: Испанскому, Неаполитанскому, Голландскому и Этрурійскому, а равно и всем прочим союзниками, Франціи (²⁷).

В последствіи увидим, каких притесненій и бедствій послужил поводом этот декрет, и как самый виновник его сделался нарушителем своего чудовищнаго созданія.

Наполеон, выехав 25-го ноября н. ст. из Берлина в Кюстрии, получил там от Дюрока известіе об отказе Короля заключить леремиріе на требуемых от него условіях. По прибытіи в Познань, вместе с сопровождавшим его туда прусским генералом Цастровым, Наполеон сказал ему: „Король объявил генералу Дюроку, что он не оставить союза с Россіей; на его ответственности лягут все последствія могущія произойти от продолженія войны. Ежели французскія войска одержать победу над русскими, то не станет Королевства Прусскаго. Я желаю мира с Англіею и Россіей и от них зависит будущность Пруссіи", и проч. (²⁸). Несколько дней спустя, 6-го декабря, он писал к Королю в таком-же тоне (²⁹). Переговоры не имели—да и не могли иметь — успеха. Еще 7 (19) ноября, Наполеон объявил своему сенату, что он принял неизменно намереніе не возвращать ни Берлина, ни Варшавы, ни прусских областей занятых его войсками, до заключенія общаго мира, пока не будут возвращены фравцузскія, испанскія и голландскія колоніи, и не упрочится независимость Оттоманской Порты (³⁰).

158

мое. Успехи Наполеона возбудили надежды Поляков на возстановленіе независимости их отечества. Еще в 1805 году, они хотели вооружиться в пользу Французов, но Пресбургскій мир не позволил осуществиться их намеренію. Когда-же Наполеон, после сраженія при Іене, прибыль в Берлин, явились к нему познанскіе депутаты с просьбою принять их страну под покровительство Франціи. Предложеніе было принято, и в начале ноября н. ст. появилась прокламація, за подписью служившаго во французской арміи генерала Домбровскаго и одного из защитников конституціи 3-го мая 179] года, Выбицкаго, призывавшая польскую молодёжь на защиту отечества (³¹). В короткое время было сформировано несколькО баталіонов. Поляки принимали Французов как братьев, a прибытіе Наполеона в Познань послужило сигналом к шумным изъявленіям восторга. Заметим однакоже, что Наполеон и тогда, как и впоследствіи, выказал в отношеніи к Полыпе осторожность, долженствовавшую охладить их безотчетныя выходки. Восхваляя их самоотверженіе, он отзывался загадочно о судьбе Польши (³²). Благоразумнейшіе из Поляков весьма основательно полагали, что возстановленіе Польской Монархіи не согласовалось с видами и обычною системою действій Наполеона (³³). По занятіи Варшавы французскими войсками, Наполеон, одобрив учрежденіе там временнаго правительства, приказал назначить в состав его исключительно уроженцев Прусской Польши (³⁴). Действуя таким образом, он избегал разрыва с венским двором, расположеніе котораго для него было очень важно, и в особенности при наступленіи к русским границам.

ГЛАВА ХѴП.

Война с Французами І806—1807 годов. Сраженія при Пултуске и Голымине.

Приступая к изложенію еобытій войны 1806 и ^180С1807 годов, со времени появленія на главном театре действій русских войск, считаю необходимым дать понятіе о приготовленіях к войне и средствах Россіи.

Во второй половине 1806 года, Россія не успев еще прекратить враждебныя действія в Закавказье с Персіею, была угрожаема войною со стороны Оттоманской Порты, возбужденной против Россіи происками Французов. Это обстоятельство, отвлекая к югу значительную часть русских войск, непозволяло нам действовать на западе всею массою сил и много способствовало успехам Наполеона. По уничтоженіи прусской арміи и завоеваніи Французами большей части прусских владеній, некоторые из наших государственных людей полагали, что мы должны были, во что бы то ни стало, искать мира. По словам их, Россія тогда находилась почти в таком-же положеніи, в каком была Пруссія в начале октября 1806 года и если единственная армія, состоявшая в нашем распо-

160

1806. ряженіи, была-бы разбита, то все пространство зададных областей Россіи подверглось-бы нашествію непріятеля, который мог не только возбудить в них возстаніе, но и взволновать весь народ обещаніем свободы помещичьим крестьянами В настоящее время (в 1806 году) — по их мненію — нельзя было действовать так, как при открытіи войны с Французами в 1805 году: прежде шло дело о поддержаніи государств служивших преградою Наполеону, а теперь, когда они пали, либо приведены в бездействіе, надлежало ограничиться собственньш охраненіем, и этого требовала самая польза наших соседей, потому что еслибы мы подверглись гибели, то они потеряли-бы последнюю надежду лучшей будущности. Следовательно — мы должны были открыть переговоры о мире, и открыть их как можно скорее, пока наша армія еще не подверглась пораженію. Непріятель, по всей вероятности, уже имея сведенія о формированіи наших резервов и сборе милиціи, о значительных пожертвованіях, предложенных всеми народными сословіями, о наших победах над Персіянами и выгодном расположены нашей арміи на Дунае, сообразить затрудненія его ожидающія при вторженіи в Россію : удаленіе от источников его собственных средств, суровый климат, неблагопріятное время года. Что-же касается до условій, на которых нам следовало заключить мир, то главным из них — говорили они — долженствовало быть спасете Имперіи. Основанія трактата 8 (20) іюля были несвоевременны: с одной стороны, мы уже не могли надеяться, чтобы Французы очистили Германію после всех сделанных ими завоеваній, а с другой — мы получили право на вознагражденіе за обратную уступку Порте турецких

__161_

областей занятых нашими войсками. Впрочем — ше. многіе у нас полагали, что учрежденіе в соседстве Россіи новых государств, хотя-бы даже состоящих в зависимости от Наполеона (!), нисколько не было для нас вредно, но мы должны были поставить за непременное условіе (sine qua non), чтобы французскія войска в непродолжительный срок очистили занятыя ими прусскія области и отошли за Везер, либо, по крайней мере, за Эльбу. Россія, с своей стороны, могла возвратить Туркам все отнятыя у них крепости и земли, и очистить Каттаро, и даже республику Семи Островов, с тем однакоже, чтобы Франція отказалась от Венеціянской Далмаціи, либо, по крайней мере, от Каттаро. Королю Фердинанду надлежало отдать Сицилію, а Короля Сардинекаго предполагалось вознаградить и обезпечить ручательством всех державъС¹).

Таковы были основанія, на которых хотели у нас открыть переговоры с Наіюлеоном. Нет сомненія в том, что он не принял-бы этих условій и воспользовался-бы такими предложеніями для убежденія союзных с Россіей держав в себялюбіи нашей политики. Но Император Александр не вдался в ошибку, руководясь высокою целыо—исподненія принятых им на себя обязательств, поддерживать своих союзников и не допускать исключительнаго преобладанія Наполеона.

После разгрома при Аустерлице, одною из первых забот Россійскаго Монарха было приведете наших вооруженных сил в такое положеніе, чтобы оне могли с успехом противиться грозному противнику. Для изысканія к тому средств, Государь, под личным своим председательством, учредил Военный Совет. в составе коего были

т. и. Л

162

і8об. членами : фельдмаршалы граф Салтыков (воспитатель Императора) и граф Мих. Федот. Каменскій; генералы: Мих. Илар. Еутузов, военный министр Вязмитинов, Ласси, генерал-квартирмейстер Сухтелен и граф Петр Александр. Толстой, а правителем дел начальника военно-походной канцеляріи, граф Ливен. Обязанностями Совета были: начертаніе операціоннаго плана на случай войны и пріисканіе мер к скорейшему и удобнейшему формированію войск.

Потери в войсках, понесенныя в 1805 году, и учрежденіе новых полков заставили сделать два набора: один по 4 человека с 500 душ, с разрешеніем принимать новобранцев полувершком ниже указной меры, т. е. в 2 аршина ЗѴг вершка (²), и другой по одному человеку с 500 душ, с уменьшеніем указной меры еще на полувершок т. е. до 2-х аршин 3-х вершков, и с тем, чтобы поступающіе на службу были не старее 36-ти лет (³). Сформированы вновь полки: Гродненскій гусарскій, восемь драгунских, одиннадцать мушкетерских и девять егерских (⁴). Л. Гв. Егерскій баталіон, усиленный другим баталіоном, назван Л. Гв. Егерским полком (⁵). Сформировано вновь восемь батарейных, шесть конных и две понтонныя роты (⁶). Вся артиллерія, до того времени разделявшаяся на полки и баталіоны, переобразована (за исключеніем гвардейскаго баталіона) в 18 бригад, приписанных к дивизіям одних с ними номеров (⁷). Из инспекцій, на которыя до того времено делились войска, составлено сперва 13, а потом 18 дивизій, при чем инспекціи Кавказская, Оренбургская и Сибирская остались в прежнем своем виде (⁸). В каждой дивизіи было от б-ти до 7-ми пехотных, три кавалерійских и два казачьих полка, от 5-ти до

163

6-ти артиллерійских рот, и одна піонерная; кроме івдв. того, при некоторых дивизіях состояло по одной понтонной роте. Усилена была выделка оружія на заводах Тульскож и Сестрорецкш, иразрешено частным людям изготовлять и ставить в казну оружіе, а также делать солдатскія ружья на казеннои С.-Петербургском чугунно-плавильном заводе, с отп j ском за каждое такой-же платы, какая производилась за ружья на Сестрорецком заводе, именно по 11 рублей 99 копеек (⁹). Учреждены запасные парки на восемь дивизій в Вильне, Несвиже и Бресте. На случай движеній войск, стоявших на западной границе, повелено собрать с губерній кіевской, черниговской, харьковской, полтавской, екатеринославской и херсонской, для образованія подвижных магазинов: 5,382 фуры, 6,192 пары волов и 3,588 погонщиков (¹⁰). Заложены в различных местах западных губерній, магазины и повелено содержать в них 83,000 кулей муки, 8,000 четвертей круп, и 128,000 четвертей овса (^п).

Для снабженія войск офицерами были приняты чрезвычайныя меры: приглашены дворяне, не моложе шестнадцати лет, вступать на несколько месяцев в кадетскіе корпусы, для обученія фронтовой службе, после чего их определяли в армію первыми офицерскими чинами. Повелено принимать в военную службу студентов, из дворянскаго и прочих сословій, окончивших курс наук в университетах, и по минованіи шести месяцев представлять их к производству в офицеры, хотя и не былобы в полках вакансій (¹²).

В числе мер, принятых по военной части_т нельзя не упомянуть о повеленіи всем нижним воинским чинам, исключая гвардіи и гусар, обрезать косы под гребёнку. Генералам и офицерам

164

1806. было предоставлено обрезать косы, либо носить их, по прежнему (¹³).

Замечательно, что, не смотря на враждебныя отношенія между Россіею и Франціею, война против Наполеона была возвеіцена не прежде 16-го ноября 1806 года (¹⁴). За тем последовало повеленіе о высылке из Россіи всех Французов, которые не пожелают вступить в россійское подданство, и о прекращены торговых сношеній с Франціей (¹⁵).

Император Александр изъявил намереніе содействовать Пруссіи всеми силами, который предполагалось собрать на нашей западной границе, (чтб, вместе с резервами, должно было образовать армію в '180,000 человек), но прусское правительство отклонило это предложеніе, ненаходя средств продовольствовать такое число войск (¹⁶). Наконец, после долгих переговоров, решено было, чтобы корпус Беннигсена шел из окрестностей Гродна, чрез Варшаву, в Силезію, и находился в распоряженіи Короля Фридриха-Вильгельма (¹⁷), но как продовольствіе для русских войск могло быть заготовлено не прежде 17 (29) октября, то Беннигсен был принужден пріостановить движеніе ввереннаго ему корпуса. По словам достовернейшаго из историков этой войны, генерал Хлебовскій, назначенный со стороны Пруссіи военным коммисаром при русских войсках, был человек слабый, безтолковый и етолько-же безпорядочный в служебных делах, сколько и в своем домашнем быту (¹⁸). Пока Беннигсен заключал с Хлебовским конвенцію о продовольствіи войск, получено было VS (25) октября в Гродне, от нашего посланника при дрезденском дворе, известіе о пораженіи Пруссаков. Не смотря на то, Беннигсен выступил, 1(> (28), нополучив на марше несколько

J65

известій, одно вслед за другим, об уничтоженіи прусской арміи, о занятіи Французами всей страны до самаго Одера, о сдаче без сопротивленія прусских крепостей, и повеленіе Императора Александра „не переходить через Вислу, но расположить корпус на правом берегу ея между Варшавою и Торном» (¹⁰), он остановился в начале (в половине) ноября по достиженіи Пултуска. Другой русскій корпус, под начальством графа Вуксгевдена, оставался в то время далеко назади. Генерал Михельсон, находившійся с пятью дивизіями на Днестре, получил приказаніе отрядить генерала Эссена 1-го (Ивана Иван.) с двумя дивизіями к БрестъЛитовску. Составленіе резервной арміи было поручено генералу Римскому-Корсакову (²⁰).

Неожиданныя бедствія, постигшія наших союзников, совершенно изменили положеніе дел: Русскіе, вместо того, чтобы помогать Пруссакам, сделались главными, почти единственными деятелями в войне, которая из предполагавшейся наступательной обратилась в оборонительную. Император Александр, предвидя возможность вторженія Наполеона в Россію, счел нужным обратиться к чрезвычайным мерам. Ему в новейшее время принадлежит первая мысль противопоставить усиліям завоевателя усилія всей страны и сделать войну народною. С этою целью, манифестом ЗО-го ноября 1806 года, повелено составить „временное ополченіе" или „милицію". в 612,000 ратников, взятых из 31 губерніи (²¹); прочія же губерніи обязаны были взносить деньги, хлеб, оружіе и аммуницію, к чему приглашены были дворянство, купечество и прочія сословія (²²). По недостатку ружей, только пятая часть ополченія могла иметь их; прочих-же ратников предполагали вооружить пиками. Для бое-

166

1806. ваго образованія милиціи назначались регулярныя войска. Ратники оставались в своей обычной одежде, голов не стригли и бород не брили. Из числа губерній, выставлявших милицію, 18 сформировали по одному баталіону стрелков в 600 человек. Эти баталіоны были отправлены в армію. Вообще-же пожертвованія были велики, хотя и не так, как в Отечественную войну ; в особенности-же отличилось усердіем московское дворянство. Для управленія делами по формирование милиціи был учрежден комитет, коего членами были: фельдмаршал граф Салтыков, министры: военный, Вязмитинов; иностранных дел, барон Будберг и внутренних дел, граф Кочубей, и тайный советник Новосильцов (²³).

Отставные нижніе чины были призваны на временную службу, за что обещаны им медали и прибавка к жалованью. В награду отличных подвигов храбрости, для нижних чинов в последствіи учрежден знак отличія Военнаго Ордена (²⁴).

Святейшій Синод предписал духовенству: „внушать прихожанам, что православная наша церковь, угрожаемая нашествіем непріятеля, призывает верных чад своих к временному ополченію, что не исканіе тщетной славы, но безопасность пределов государства, собственное личное благосостояніе каждаго, влагают им в руки орулсіе" (²⁵).

Император Александр, приняв меры для пропротиводействія завоевателю, старался возбудить Англію к содействію союзникам высадками в северную Германію. Англія, с своей стороны, желая возобновленія войны на материке Европы, делала союзникам пышныя обещанія. Но когда открылись действія и Император Александр изъявил намереніе сделать, за поручительством Англіи, заем

167

в 6 милліон. фунт, стерл. (около 40 милліон. рубл. isoe. серебр.) и получить 1 милліон фунт, стерл. в счет этого займа, тогда англійское министерство соглашалось на требованіе Государя не иначе, как с тем, чтобы наше правительство, отменив пошлину установленную в Россіи на англійскіе товары, предоставило получать ее кредиторам займа, при выпуске товаров из ведикобританских гаваней (²⁶). Напрасно также Император Александр, после бедствій постигших Пруссію, покушался вывести Австрійцев из бездействія, убеждая Императора Франца, что „благо Европы не дозволяет ему оставаться равнодушным зрителем войны и требует его содействія; что настала благопріятная минута возстановить равновесіе между державами и вознаградить все потерянное, двинув австрійскую армію в тыл Наполеону"; напрасно писал Россійскій Монарх в таком-же смысле к знаменитому военными подвигами, брату Австрійскаго Императора, эрцгерцогу Карлу (²⁷). Его призыв не нашел отголоска в Вене.

В начале (в половине) ноября, Беннигсен расположил свой корпус в окрестностях Остроленки. Войска ему вверенныя состояли из 4-х дивизій: 2-й, графа Остермана, 3-й Сакена, 4-й князя Голицына и 6-й Седморацкаго ; всего-же в его корпусе было : 78 баталіонов, 80 эскадронов, 8 казачьих полков, 23 артиллерійскія, 4 піонерныя и 2 понтонныя роты, в числе до 60.000 человек с 276 орудіями (²⁸). Прусскій корпус Калькрейта, состоявшій из 19-ти баталіонов, 55-ти эскадронов и 11-ти батарей (не считая баталіонных орудій), в числе 14,000 человек с 92 орудіями (^2!*), по

168

1806. отступленіи за Вислу, был расположен в неекольких частях от Маріенвердера до Плоцка.

Веннигсен-, по свидетельству его современииков, неустрашимый, деятельный, отличавшійся столько-же общим образованіем, сколько сведеніями по военной части и боевою опытностью, не обладал однакоже необходимыми для полководца качествами: заботливостью о нуждах вверенных ему войск и твердостью характера; кроме того, склонность его к проискам поселяла к нему недоверчивость в прочих генералах и подавала повод к болыпим безпорядкам.

Граф Вуксгевден, обладавщій многими сведеніями, опытный в боевом ремесле, известен был отличіями, оказанными им на военном и гражданском поприщах, но его достоинства помрачались строптивостью и неуживчивостью его характера.

За отсутствіем фельдмаршала графа Каменскаго (Мих. Федотов.), назначеннаго главнокомандующим всеми русскими войсками собиравшимися на нашей западной границе, Веннигсен самостоятельно распоряжался вверенным ему корпусом. Король Прусскій, прибыв 12 (24) ноября в главную квартиру его, подчинил ему единственный остаток своей арміи, небольшой корпус Калькрейта, постунивпгій тогда-же под начальство генерал-лейтенанта Лестока. Еще до того, Король, опасаясь, чтобы союзная армія, растянутая на значительном протяженіи, не была разбита по частям, предложил Бенигсену сосредоточить его войска вместе с прусскими на реке Древенце, между Лёбау и Остероде (³⁰). Но Беннигсен, получив от Императора Александра повеленіе прикрывать границы Россіи, испросил у Короля согласіе расположить свои главныя силы у Пултуска, наблюдая передовыми отрядами теченіе

169

Вислы от Плоцка до тогдашней австрійской гра- іт. ницы и оставя корпус Лестока у Торна. Особые прусскіе гарнизоны занимали крепости: Данциг, Пиллау, Грауденц, Торн и город Варшаву, а небольшой русскій отряд полковника Юрковскаго, с двумя эскадронами прусских кирасир, был выдвинут из Варшавы за Вислу к Блоне (Віопіе). В таком расположены стояли Союзники, когда Наполеон направил против них к Висле более нежели двойныя силы. Генерал Седморацкій, занимавшій Прагу, получив известіе о намереніи Французов переправиться через Вислу в австрійских владеніях и опасаясь быть обойденным с фланга, отступил, что способствовало непріятелю занять Прагу и построить _чмост на Висле. Узнав о том, Беннигсен отошел 20-го ноября (2-го декабря) к Остроленке, чтобы сосредоточить там все войска своего корпуса, а Лестоку приказал отступить от Торна к Страсбургу. Неудачу обороны Вислы Беннигсен приписал генералу Седморацкому — „сделавшему важную ошибку и отступившему вопреки данному приказанію" (³¹). Но, по собственному сознанію самаго Беннигсена, войска его для удержанія Французов должны были-бы растянуться от австрійской границы до Грауденца, на 350 верст, и к тому-же Наполеон, презирая жежду-народныя права, мог двинуться чрез неутральную область Галицію и обойти Русских с фланга (³²). Беннигсен обвинял еще более Буксгевдена, который, вместо того, чтобы поддерживать его своими войсками, оставался далеко назади, под предлогом приказанія, полученнаго за два месяца пред тем из Петербурга. Далее — он, не обинуясь, писал „об опасности вверять начальство

по

18ое. над войсками человеку, котораго неспособность всем известна" (³³).

Как французскія войска, за исключеніем корпуса Даву, остановились на Висле, то Беннигсен, 12 (24) ноября, опять подался вперед к Полтуску, расположил там главныя силы и выдвинул авангарды к реке Вкре и вниз по Нареву. За тем наступило бездействіе, продолжавшееся целыя четыре недели. Между тем прибыль 22-го ноября (4-го декабря) в Остроленку граф Буксгевден, с своим корпусом, состоявшим из четырех дивизій: 5-й Тучкова, 7-й Дохтурова, 8-й Эссена 3-го и 14-й Анрепа, всего : 78-ми баталіонов, 85-ти эскадронов, 5-ти казачьих полков, 18-ти артиллерійских, 2-х піонерных и 2-х понтонных рот, в числе около 40,000 человек с 216 орудіями (³⁴). ' Такое большое различіе корпусов Беннигсена и Буксгевдена в числе войск, почти при одинаковом их составе, происходило от того, что последній состоял большею частью из полков разбитых под Аустерлицем и еще несовершенно укомплектованных. В начале (в половине) декабря, подошел к Бресту корпус генерал-лейтенанта Эссена 1-го, из 9-й и 10-й дивизій князя Волконскаго 8-го и Меллера-Закомельскаго, в составе: 42-х баталіонов, 40 эскадронов, 4-х казачьих полков, 11-ти артиллерійских, двух піонерных и одной понтонной рот, всего-же около 22,000 человек с 132 орудіями (³⁵).

7 (19) декабря, пріехал в Пултуск феяьдмаршал граф Мих. Федот. Каменскій. В самых молодых летах, поступив- волонтером во французскія войска и сделав с ними два похода в Семилетнюю войну, (1758 и 1759 годов), граф Каменскій потом участвовал в действіях рус-

171

ских войск в Пруссіи (1760 и 1761 годов). По- іт. следующіе подвиги Каменскаго, оказанные в войнах против Турок, при Иыператрице Екатерине II, доставили ему многія награды и громкую известность. Сам Суворов отзывался о нем, что от знает тактику. Во вторую Турецкую войну, окончившуюся Кучук-Кайнарджиским миром, Еаменекій, уже генерал-аншеф, имел ордена Георгія 2-й степени, Александра Невскаго и Владиміра 1-й степени. Но упрямый, строптивый характер его остановил на время его успехи по службе. ІІотемкин, чувствуя близость кончины, поручил начальство над вверенною ему арміей генералу Каховскому. Еаменскій, будучи старее в чине Каховскаго, не хотел подчиниться ему и созвал генералов на совещаніе для решенія вопроса: кому быть главнокомандующим!.? Императрица Екатерина, недовольная столь явным нарушеніем дисциплины, уволила его от службы. Вообще она не любила его за вспыльчивый нрав и за жестокое обращение с подчиненными. Уверяли, будтобы он приказывал телесно наказывать при себе своих сыновей, уже достигших штаб-офицерскаго чинаПри Императоре Павле, Каменскій, переименованный в генерал-от-инфантеріи, награжден орденом Св. Апостола Андрея, фельдмаршальским жезлом и графским достоинством. и вслед за тем, в конце 1797 года, уволен от службы. В продолженіи девяти лет, находясь в отставке, он жил в деревне, пользуясь общим уваженіем, как неустрашимый воин, как опытный полководец. Подражая Суворову, Каменскій старался быть оригинальным, юродствовал и тем еще более обращал на себя общее вниманіе. Многіе видели в нем Велисарія, свыше предназначеннаго ускро-

172

1806. мить Французов. В конце 1806 года, когда Наполеон уже угрожал вторженіем в Россію, Император Александр, затрудняясь в выборе достойнаго противника геніяльному полководцу, положился на голос народа, не всегда глас Вожій, и назначил Каменскаго главнокомандующим арміи, собиравшейся на наших западных границах. Его приняли в С.-Петербурге, как спасителя отечества. Перед отъездом фельдмаршала в армію, пожелала его видеть лежавшая в родах Императрица. Всегда скромная, воздержная в речах, она с чувством говорила ему о защите, о спасеніи горячо любимой ею Россіи. По словам фельдмаршала, ему казалось, что он слышит небесный голос, нризывающій его на святое дело. Но 69-тилетній, изможденный болезнями, совершенно потерявшій телесныя и душевныя силы, Каменскій не оправдал доверія Царя и Россіи. Выехав из Петербурга 10 (22) ноября, на всем пути встречаемый с восторгом, он целыя три недели провел в дороге до Вильны и прибыв туда, донес Государю: „Я лишился почти последняго зренія: ни одного города на карте сам отыскать не могу.... Боль в глазах и голове; неспособен я долго верхом ездить; пожалуйте мне, если можно, наставника, друга вернаго, сына отечества, чтобы сдать ему команду и жить при нем в арміи. Истинно чувствую себя неспособным к командованію столь обширным войском». Подъезжая к Пултуску, 7 (19) декабря, граф Каменскій, в подражаніе Суворову, сел на тележку и прискакал в ней в главную квартиру, встреченный радостными восклицанмми войск. При нем были дежурным генералом граф Петр Александрович Толстой и генерал-квартирмейстером Штейнгель. Еаменскій,

173

чувствуя вполне бремя возложенной на него обязан- .да. ности, писал Императору : „Стар я для арміи; ничего не вижу; ездить верхом почти не могу, но не от лени как другіе; мест на ландкартах отыскивать совсем не могу, а земли не знаю. Дерзаю поднести на разсмотреніе малейшую часть переписки в шести бумагах состоящую, которую должен был иметь одним днем, чего долго выдерживать не могу, для чего дерзаю испрашивать себе перемены. Подписываю, не знаю что" (³⁶).

Наполеон прибыль в Варшаву, при звоне колоколов и пушечном громе, коими Поляки приветствовали своего мнимаго защитника, ') (19) дедекабря, в день пріезда в Пултуск графа Еаменскаго. Два дня спустя, 9 (21) двинулась вперед вся французская армія : сам Наполеон, с корпусами Даву и Ланна, гвардіей и частью резервной кавалеріи Мюрата, шел на правом крыле, от Праги, чтобы переправиться через Нарев близ устья Вкры; корпуса Ожеро и Сульта, с другою частью резервной кавалеріи, направились в центре, на Плонск, к переправам на Вкре, у Колозомба и Сохочина, а корпусы Нея, Бернадота и кавалерія Бесьера, на левом кры.ш, от Торна к Страсбургу, чтобы отрезать Лестока от русских войск, и потом обратиться во фланг и тыл корпусу Веннигсена. Неуспев удержать непріятеля на Висле, Беннигсен тем паче не мог остановить его на Вкре, и по тому, предположив сесредоточить корпус у Пултуска, склонил Буксгевдена, чтобы он сблизил к нему свои войска. Но нрибытіе фельдмаршала разстроило этот план действій: вместо предположеннаго сосредоточенія сил, Каменскій при-

174

1806. казал Беннигсену двинуться к реке Вкре, а Буксгевдену разделить вверенный ему корпус на две части, из коих одну (дивизіи Тучкова и Дохтурова) послать также на Вкру, правее Беннигсена, а другую (дивизіи Эссена 3-го и Анрепа) вниз по левому берегу реки Нарева. Следствіем этих распоряженій была встреча наших войск с Французами на Вкре, 11-го (23-го) декабря. Передовой отряд Барклая де-Толли, атакованный у Сохочина и Колозомба несравнено превосходнейшими силами Сульта и Ожеро, отступил после упорной обороны к Новемясту и далее по дороге к Пултуску. Еще кровопролитнее было дело, происходившее в тотъже день близ устья Вкры, у селенія Чарнова. Передовой отряд графа Остермана, в составе семи баталіонов, четырех эскадронов и одного казачьяго полка с 18-ю орудіями (³⁷), в числе около 5,000 человек, был атакован на позиціи впереди Чарнова, примыкавшей правымъфлангом к реке Вкре, a левым к Нареву, дивизіями Морана и Гюдена (корпуса Даву), поддержанными дивизіей Фріана (того-же корпуса), корпусом Ланна и гвардией, всего в числе до 40,000 человек. Неустрашимый Остерман и достойные сподвижники его, князь Шаховской и граф Ламберт, с горстью войск, сражаясь против Наполеона и победителя при Ауэрштедте, Даву, покрыли себя славою. Несколько часов Русскіе удерживались на месте и отступили только тогда, когда Остерман убедился в несметной силе непріятеля. Бой, начавшійся в 4 часа по полудни, продолжался до 4-х часов следующаго утра. Граф Остерман отошел к Насельску, послав к Зегрже, к несостоявшему под его командою генералу Багговуту, приказаніе отойти, как можно поспешнее, к Пултуску, занять сей

175

город и охранять там мост на Нареве. На сле- isoe. дующій день, 12-го (24-го), Остерман, отступив в совершенном порядке (³⁸), чрез Насельск к Стрегочину, дал отдых своему утомленному отряду. Войска приветствовали громкими восклицаніями вождя своего, напомнившаго им, как славно они отпраздновали день рожденія Императора Александра (³⁹). Потери Оетерманова отряда вообіце простирались до тысячи человек; ранены три генерала, и в числе их граф Ламберт и князь Шаховской, у котораго была раздроблена кисть руки. Французы сознаются в уроне 850-ти человек, но, по всей вероятности, они, наступая против Русских, пользовавшихся местными прикрытіями, потеряли гораздо более.

Фельдмаршал, прибыв в тот-же день в Насельск. приказал Бенисгсену собрать его корпус в Стрегоцине, впереди Пултуска, а из войск Буксгевдена дивизіям Дохтурова и Тучкова стать в Голымине, a дивизіям Анрепа и Эссена 8-го между Наревом и Бугом, у, Попова. Русскія войска, двигаясь по непроходимым дорогам, были принуждены оставить много артиллеріи, увязшей в грязи, которую Наполеон называл пятою стихіей Польши. (По свидетельству Беннигсена было брошено сорок орудій) (⁴⁰).

Наполеон, перейдя через Вкру, предположил занять правым крылом своим Пултуск и отбросить русскую армію от Нарева, a левым —обойти ее с праваго фланга. С этою целыо предписано: Ланну овладеть Пултуском; Даву, Ожеро, Сульту, гвардіи и большой части кавалерійскаго резерва — идти к Голымину, а Бернадоту, Нею и Бесьеру — на Страсбург и Млаву. К счастью нашего корпуса. Багговут успел своевременно исполнить при-

176

1806 казаніе Остермана, и когда в ночи на 13-е (25-е) передовыя войска Ланна подошли к Пултуску, город сей уже был сильно занят русскими войсками. Беннигсен, между тем усневшій собрать большую часть своего корпуса у Стрегочина, получив донесете от Багговута о появленіи Французов у Пултуска, выступил туда еще в ту-же ночь, под дождем и густым снегом. Передовыя войска его пришли в Пултуск, 13 (25) в полдень, прочія-же ввечеру и в следующую ночь; из войск, отступавших от реки Вкры, несколько полков были отрезаны корпусом Даву, шедшим от Насельска чрез Стрегочин, .и обратились к Голымину (⁴¹)Фельдмаршал, собрав у Пултуска большую часть корпуса Беннигсена и приказав идти туда-же Буксгевдену с дивизіяші Дохтурова и Тучкова, выказывал намереніе принять сраженіе, чтобы дать арміи время у брать артиллерію и обозы (⁴²). Б сумерки он объехал стоявшія на позиціи войска, везде встречаемый громкими восклицаніями. Но он уже был не в силах вести армію в бой, котораго ждали все—от генерала до последняго солдата.

С самаго пріезда в Пултуск, Каменскій, слабый в силах, обнаруживал необычайное душевное разстройство. Долженствуя бороться с геніяльным полководцем, не доверяя самому себе, еще менее доверяя своим сподвижникам, он входил в мельчайшія подробности управленія арміей, своеручно писал совсем неважныя бумаги, сам отправлял курьеров, и забывая свои собетвенныя распоряженія, отдавал полкам, мимо их прямых начальников, приказанія, противоречившія одно другому. „Трудно поверить—писал Беннигсен — сколько он сделал вреда и как он все раз-

177

Строил» (à quel point il a désorganisé la machine) (⁴³). isoc. В ночи на 14-е (26-е) декабря, Каменскій, подавленный бременем лежавшей на нем ответственности, послал за Беннигсеном. „Я ранен—сказал он ему — верхом ездить не могу, следственно и командовать арміею. Вы кор-д'арме ваш привели разбитый в Пултуск, без дров и без фуража; тому пособить надо, и так как вчера вы сами отнеслись к графу Буксгевдену о ретираде в наши границы, что и выполнить сегодня. С собой возмите обе дивизіи кор-д'арме графа Буксгевдена, эссенову и анрепову, которыя прикроют вашу ретираду. Вы имеете состоять в команде Буксгевдена; он располоа:ен в Макове." Графу Буксгевдену фельдмаршал приказал бросать на дороге батарейную артиллерію, если она будет затруднять движеніе войск, и заботиться единственно о спасеніи людей. Начальники дивизій получили прямо от фельдмаршала предписанія: „при отступленіи к русским границам, идти кратчайшим путем к Ви.тьне и явиться к старшему." Напрасны были все убежденія Беннигсена, графа Толстаго, и в особенности Остермана, родственника Каменскаго, отклонявших его от принятаго им намеренія. Фельдмаршал уехал в Остроленку, откуда донес Государю, что „потеряв возможность ездить верхом и командовать столь большою арміей, сложил начальство над нею на старшаго по себе генерала, графа Буксгевдена, и советовал ему, если окажется недостаток в хлебе, отступать в Россію." В заключеніи этого донесенія, Еаменскій писал : „Увольте старика в деревню, который и так обезславлен остается, что несмог выполнить великаго и славнаго жребія, к которому был избран. Всемилостивейшаго дозволенія Вашего о

Т. II. 12

178

isog. том оллідать буду здесь. дабы не играть роль писарскую, а не командирскую, при іюйске. Отлученіе меня от арміи ни малейшаго разглашенія не произведет, что ослепшій отъехал от арміи; таковых как я, в Россіи тысячи" (⁴⁴).

По отбытіи графа Каменскаго, Беннигсен остался непосредственным!, начальником» ввереннаго ему корпуса, но его связывало полученное от фельдмаршала повеленіе — отступать. Исполненіе этого повеленія слагало ответственность с Беннигсена, но он считал постыдным и вредным отступать без боя; сопротивленіе, оказанное русскими войсками на Вкре, поселило в них доверіе к собственным силам. Имея под начальством своим отличных генералов, Сакена, Остермана, Дохтурова, надеясь усилить свой корпус не только дивизіями Тучкова и Дохтурова, но и теми войсками Буксгевдена, которыя находились по другую сторону Нарева, Беннигсен решился испытать счастіе в бою против геніяльнаго, еще никогда не побежденнаго, полководца, стоявшаго в челе огромной арміи. Не должно оставить без вниманія и то, что Беннигсен, будучи нелюбим при дворе, не мог ожидать снисхожденія к себе, в случае неудачи, и подвергался справедливому гневу Государя за ослушаніе главнокомандующему. Но Беннигсен знал, что успех оправдывает многое. Самыя обстоятельства, в коих находился он, побуждали его к отчаянному шагу: русскія войска, утомленныя движеніем по весьма плохим дорогам, не имевшія при себе жизненных запасов, при безостановочном отступленіи, подвергались совершенному разстройству, не моглибы соединиться и потеряли-бы всю артиллерію и обозы. Напротив того, став твердо у Пултуска, можно было замедлить

179

противника и выиграть время для сосредоточенія isoe сил. Действительно — Буксгевден, исполняя прежнее повеленіе фельдмаршала, направил рано утром 14 (26) дивизію Тучкова от Макова к Пултуску, приказал Дохтурову идти туда-же из Голымина чрез Маков и сам отправился в Пултуск; но едва лишь он успел отъехать несколько верст от Макова, как встретился с ординарцем везшим ему новое предписаніе Каменскаго —приняв начальство над арміей, соединить обе помянутыя дивизіи и отступать с ними к русской границе; прочія дивизіи Буксгевдена (Эссена и Анрепа) также получили от фельдмаршала повеленіе — отступать прямо к Остроленке. Граф Буксгевден, исполняя полученное приказаніе, возвратился с войсками Тучкова в Маков, известил о том Беннигсена и предписал ему отступать. Оставаясь в Макове, он слышал канонаду гремевшую у Пултуска и Голымина. Прибывшій вскоре к нему дежурный генерал граф Толстой, сообщив ему об отъезде фельдмаршала, приглашал его принять участіе в сраженіи. Граф Буксгевден отвечал, что, двинувшись с войсками к Пултуску, он мог придти туда не прежде сумерек, вероятно по окончаніи сраженія, и по тому не зная причин канонады, слышимой со стороны Голымина, останется в Макове (⁴⁵).

Местность у Пултуска, на коей происходило сраженіе 14 (26) декабря, образует к западной стороне (откуда наступали Французы), отлогую высоту, ограниченную с востока крутыми обрывами к Нареву, а с юга и запада лесами, способствующими непріятелю приблизиться к позиціи. В осеннюю пору и во время оттепели, (как было в декабре

12*

180

isoe. 1806 года), почва, весьма топкая от ненастья, затрудняет движеніе всех родов войск, и в особенности артиллеріи.

На этой местности войска беннигсенова корпуса, в составе 60-ти баталіонов, 50-ти эскадронов, 9У₂ артиллерійских рот и 5-ти казачьих полков, всего-же до 45,000 человек с 114-ю орудіями (⁴⁶) расположились следующим образом: большая часть пехоты построилась в три линіи, левым флангом к Пултуску, а правым к Мошинскому лесу; артиллерія была размещена впереди пехоты, на выгоднейших для ея действія пунктах. Особые отряды, из всех родов войск, стали впереди праваго и леваго крыла: один под начальством Барклая де-Толли, занимал Мошинскій лес, а другой, генерала Вагговута, прикрывал город. На равне с этими отрядами развернулась большая часть кавалеріи, а впереди разсыпались казаки, поддержанные Александрійскими гусарами.

Утром в 10 часов появились Французы в виду русской позиціи, а в 11 прибыль по дороге из Насельска Ланн, с двумя пехотными и двумя кавалерійскими дивизіями, в числе 20,000 человек (⁴⁷). Получив приказаніе Наполеона овладеть мостом на реке Нареве у Пултуска, он, не обращая вниманіе ни на превосходство в числе русских войск, ни на затрудненія встреченныя при наетупленіи по вязкой местности, где артиллерія не могла удобно двигаться, атаковал передовые отряды Багговута и Барклая де-Толли. Генерал Вагговут встретил ударом в штыки дивизію Сюше, a генерал-маіор Кожин, с Лейб-кирасирским Его Величества полком и двумя эскадронами Каргонольских драгун. атаковал Французов во фланг. Сам Остерман повел часть леваго

181

крыла в помощь Багговуту. Шедшій впереди его іже. генерал-ыаіор Дорохов с Изюмскими гусарами, внезапно приняв в сторону, навел непріятеля на стоявшую за нюгь батарею, которая нанесла Французам большой вред. За тем наша кавалерія прошла сквозь интервалы пехоты и за нею построилась, а граф Остерман, подоспев с Тульскил полком и с одним баталіопом Павловеких гренадер, встретил непріятеля возобновившаго нападете и опрокинул его.

Стольже безуспешно было наступленіе дивизіи Газана против Барклая де-Толли. Французам удалось-было овладеть одною нашею батареек», но полковник Ершов с Тенгинским полком и маіор Книпер с егерями Третьяго полка выручили ее, и хотя Ершов был ранен пулею в руку, однакоже не покинул поля битвы до вечера. Генерал Сакен поддержал Барклая Черниговскюгь и Литовским мушкетерскими полками и выбил непріятеля из кустарников. Уже бой продолжался несколько часов, когда по дороге из Стрегочина подошла французская колонна: это была дивизія Гюдена, корпуса Даву, под начальством генерала д'Ольтапа (cl'Aultam.e), в числе до 8,000 человек. Непріятель возобновил нападете свежими силами на наше правое крыло, но Беннигсен, прибыв к угрожаемому пункту, подкрепил Барклая ближайшими войсками и приказал ему ударить в штыки на левое крыло Французов: здесь в особенности отличились Черниговскій мушкетерскій нолк и пять эскадронов Конно-Польских улан подполковника Жигулина.

Отразив непріятеля на всех пунктах, Беннигсен решился перейти в наступательное положеніе. Искусное действіе артиллеріи, в особенности

182

1806. батареи флигель-адъютанта Ставицкаго, пріуготовило успех, а одновременное движете вперед с обоих флангов решило победу. Упорный, отчаянный бой продолжался до 8-ми часов вечера, во мраке, при сильной вьюге, под густым снегом. Наконец Французы были принуждены отступить. Конно-Татарскій полк Кнорринга, преследуя их, несколько раз врубался в непріятеля. Урон Французов, по собственному их, весьма сомнительному, показанію, не превосходил 2,200, а по нашим офиціальным известіям от 7,000 до 10,000 человек; в числе раненных были генералы Клапаред, Ведель и Боннар; сам маршал Ланн был легко ранен. С нашей стороны убито и ранено 3,500 человек (⁴⁸). Император Александр, получив (несколько преувеличенную) реляцію Беннигсена „об отраженіи непріятельской арміи под Пултуском» пожаловал ему орден Св. Георгія 2-й степени и 5,000 червонцев (⁴⁹).

В тот-же день, 14 (26) декабря, происходило довольно жаркое дело при Голымине. Князь Голицын, с частью своей дивизіи, долженствовавшій, по распоряженію Каменскаго, двигаться в резерве Боннигсена, при общем наступленіи к реке Вкре, получив за тем от фельдмаршала несколько, одно другому противоречивших, приказаній и будучи отрезан непріятелем от Пултуска, обратился к Голымину, где под его начальством собрались также отброшенные наступленіем Французов полки дивизіи Сакена, и в последствіи отряды Палена и Чаплица (⁵⁰). Из войск 7-й дивизій, выступивших, по приказанію Каменскаго, к Макову, оставались у Голымина только полки Московски мушкетерскій и Московскій драгунскій, под личным начальством самаго Дохтурова.

183

Наполеон, как уже сказано, послал к Голы- isœ. мину корпуса Ожеро, Даву и Сульта, с частью резервной кавалеріи Мюрата. Князь Голицын не имел возможности сопротивляться столь огромным силам, но чрезвычайное утомленіе вверенных ему войск заставило его остановиться у Голымина и занять там позицію: правое крыло его стало на поляне впереди местечка, a леізое, под начальством князя Щербатова, заняло лес между дорогами ведущими к Стрегочину и Пултуску. Движеніе по грязным дорогам замедлило движете непріятеля и не позволило ему выставить значительное число орудій; пользуясь тем, князь Голицын отражал с успехом сперва войска Ожеро, а потом подошедших к нему в помощь Мюрата и Даву. Сам Наполеон прибыл в конце дела на место сраженія. В сумерки наши войска, снявшись с позиціи, стали отступать по дороге к Макову и в полночь соединились с стоявшею там, под личным начальством Буксгевдена, дивизіей Тучкова. Урон русских войск вообще простирался до 800 человек. Французы, наступая под сильною канонадою нашей артиллеріи, без всякаго сомненія, потеряли гораздо более (⁵¹).

Князь Дмитрій Владимірович, стольже просвещенный, сколько и неустрашимый воин, один из образованнейших людей своего времени, истинный боярин по безкорыстію и щедрости, уважаемый и любимый всеми его знавшими, покрыл себя славою в деле при Голымине. Император Александр наградил его Георгіевским крестом 3-й степени (князь Голицын имел отот орден 4-й степени за штурм Праги) (⁵²).

Последствіем сраженій при Пултуске и Голымине было свободное, нетреволшмое неиріятелем,

184

1800. отступленіе русских войск. Наполеон в своих бюллетенях, обычных порядком, исказил истину, объявив, что наша армія потеряла 80 орудій, все свои зарядные ящики, более 1,200 повозок и 12,000 человек убитыми, ранеными и пленными (⁵³). В действительности-же урон Французов был более нашего, и им удалось захватить только те орудія, которыя увязли в грязи и были нами брошены. Наполеон отказался навремя от дальнейших действій(⁵⁴): так-ли поступал он, одерживая победы?

Русскіе генералы, после этих сраженій, без всякаго препятствія, могли и должны были сосредоточить силы. Вышло иначе: Веннигсен, будучи моложе в чине Вуксгевдена, не хотел поступить под его начальство, и по тому, не только не торопился соединиться с ним, но сжег мост на Нареве у Остроленки, могшій служить для сообщенія обоих корпусов, и всячески избегал свиданія с Вуксгевденом: от этого произошло, что они соединились не прежде, как по переходе беннигсенова корпуса через Нарев в Тыкоцине. Дивизіи Эссена и Анрепа, получая противоречащія приказанія—то от фельдмаршала, то от Вуксгевдена, успели однакоже примкнуть на марше к корпусу Веннигсена и вместе с ним пришли к Тыкоцыну.

Отступленіе от Пултуска вверх по Нареву, по грязным дорогам, при ненастье и ночных морозах, без продовольствія, было бедственно. Солдаты, терпя голод и холод, бродили толпами, грабили селенія и попадали в плен непріятелю. В особенности-же встречались эти безпорядки в корпусе Вешшгсена, необраідавшаго вииманія на поддержаніе дисциплины. Говорят, будтобы мародёры врывались в собственною его квартиру, и

185

что он хладнокровно говорил: „выгнать отих .я». негодяев!" Да и выгнать их было некому: случалось, что" забывали ставить караулы при занимаемом им доме; ординарцы и адъютанты его являлись к нему, когда хотели (⁵⁵). Вся эта неурядица увеличивалась распоряженіями Каменскаго, который, оставаясь вблизи арміи, отдавал приказанія противоречившія раепоряженіям корпусных командйров (⁵⁶). В довершеніе тому возникли недоразуменія. между графом Буксгевденом и Беннигсеном, который, не смотря на повеленіе фельдмаршала, состоять под начальством Буксгевдена, полагал, что, будучи сам командиром отдельнаго корпуса, он мог быть подчинен другому корпусному командиру не иначе, как по Высочайшему повеленію. Тогда-же пріехал в армію генерал Кнорринг, вступившій из отставки на службу с условіем, чтобы ему несостоять под начальством младшаго в чине. Будучи прислан из Петербурга, в качестве помощника к фельдмаршалу, Кнорринг упорно отказывался подчиниться комулибо из корпусных командиров, сам искал начальства над арміей и относился невыгодно о Буксгевдене и Беннигсене (⁵⁷). Словом сказать—в нашей арміи было совершенное безначаліе. Как при всем том надлежало условиться на счет дальнейших действій, то по достиженіи Новогрода был собран военный совет, на коем, по предложенію Беннигсена, единогласно решили : во 1-х, перевести всю армію на правую сторону Нарева и идти к Бяле, для прикрытія Восточной Пр)ссіи и отнятія у непріятеля возможности пользоваться средствами этой страны; во 2-х, оставить одну из дивизій между Наревом и Бугом, в ожиданіи прибытія корпуса Эссена 1-го, который должен

186

1800. был, выступив туда-же от Брест-Литовска, расположиться между Замбровым и Высоко-Мазовецком. По прибытіи в Тыкодын, войска Беннигсена были снабжены провіантом. В Гоніондзе, получены были Высочайшія повеленія—Беннигсену принять начальство над арміей, а графу Буксгевдену быть рижским военньві губернатором. Император Алексанор, получив донесете об отъезде фельдмаршала, сперва назначил-было главнокомандующим графа Буксгевдена, но еще не успели отправить указа о том, уже подписаннаго Государем, когда пришло в Петербург донесеніе о сраженіи под Пултуском. Следствіем того была отмена прежняго назначенія. Тогда-же Император Александр удостоил Бенеигсена следующим рескриптом: „С особенным удовольствіем изъявляю вам мою благодарность за Пултуское сраженіе. Высокія оказанный вами в сей день дарованія дают вам новое право на мою доверенность, и не могу доказать вам ее более, как поручив вам главное предводительство над арміею, включая и корпус Эссена. Несомневаюсь, что вы оправдаете мой выбор и явите новые случаи свидетельствовать вам мою признательность." Генералу Беннигсену также была подчинена резервная армія старшаго в чине генерала Римскаго-Еорсакова, тогда формировавшаяся в Гродне и Вильне. Вместе с тем Император Александр повелел Беннигсену принять строжайшія меры для прекращенія безпорядков в арміи, в особенности бродяжничества, и дал ему право казнить смертью. Зная склонный к послабленію характер Беннигсена, Государь предоставил такую-же власть дежурному генералу графу Толстому и намерен был дать подобныяже права даже начальникам дивизій (⁵⁸).

187

Граф Буксгевден уехал в Ригу, послав ш». Государю донесете, в котором, оправдывая собственныя действія, обвинял Беннигсена в превышеніи власти и в допущеніи всевозможных безпорядков, и даже грабежа. Как эти жалобы были оставлены без вниманія, то Буксгевден предложил Беннигсену отправиться в прусскій пограничный город Мемель и решить дело дуэлью. Беннигсен отвечал, что он предоставляет судить о своих действіях правительству, а не частным лицам (⁵⁹).

В продолженіи изложенных действій русской арміи, генерал Лесток с прусским корпусом, отойдя к Страсбургу» получил там 8-го (20-го) декабря известіе о появленіи Французов у'Безуня, что заставило его отрядить туда, для сохраненія связи с русскими войсками, генерала Дирике с 4,000 человек (^ю). Этот отряд, атакованный 11 (23) дивизіей Груши, подъначальством маршала Весьера, был опрокинута, с потерею 500 человек пленными и пяти орудій, и отступил на соединеніе с главными силами Лестока, кототорый, 13 (25), будучи атакован у Сольдау, потерял, по уверенію Французов, несколько сот человек и шесть орудій и отступил к Ангербургу (⁰¹).

Наполеон, задерживаемый на марше чрезвычайно плохими дорогами, был принужден остановиться, и расположив войска праваго крыла и центра своей арміи на зимнія квартиры между реками Оржицом, Наревом и Вкрою, -уехал 3-го генваря н. ст. в Варшаву. Корпусы леваго крыла, в числе 55,000 человек, заняли пространство от истоков Омулева до Эльбинга. Вообще-же французская армія была растянута на 200 верст(⁶²).

ГЛАВА ХУШ.

Зпмній походь 1807 года. Сраженіе при Прейсиш-

Эіілау.

По соединеніи обоих русских корпусов у Вялы, 3 (15) генваря 1807 года, под общим начальством генерала Веннигсена, число наших войок на этом пункте простиралось до 75,000 человек; кроме того, в корпусе Эссена 1-го, у Брянска, было около 20,000 и в корпусе Лестока, у Бартона, на реке Алле. 12,000 человек : всего-же в непосредственном распоряженіи Беннигсена состояло 107,000 человек. У Наполеона, за исключеніем войск блокировавших крепости на Висле, было от 140 до 150 тысяч человек(¹).

Приняв начальство над арміей, Беннигсен решился: „сделав по возможности скрытно от непріятеля, за рядом озер, фланговое движеніе в Старую Ііруссію, атаковать Французов, на марше их к Кенигсбергу, и овладев теченіем нижней Вислы, открыть сообщеніе с Данцигом и освободить от обложенія Грауденц». За тем — Бенпигсен предполагал: „расположить армію на зимних квартих в Восточной Пруссіи, выждать подкреиленія из Россіи. и. по прибытіи их, усилить

189

данцигскій гарнизон всем корпусом Лестока, что шт. дало-бы сему генералу возможность производить диверсіи на левом берегу Вислы" (²).

Такой план действій был совершенно сообразен с обстоятельствами: Наполеон, растянув свою армію на значительное пространство, подвергал ее пораженію по частям; лесистая местность способствовала незаметному передвиженію русских войск, a позиція прусскаго корпуса за озерами могла послужить к сохраненію в тайне первых переходов; наконец — расположеніе оссенова корпуса у Брянска отвлекало вниманіе непріятеля, подтверждая донесенія французских шпіонов — будтобы Русскіе расположились на зимних квартирах, намереваясь ограничиться обороною — и вместе с тем обезпечивало нашу армію от наступленія Наполеона в тыл, чрез Остроленку. Еслиб Веннигсену удалось разбить отдельно левое крыло французской арміи, разобщенное от прочих всйск, то он мог-бы возстановить равновесіе в силах и по всей вероятности заставил-бы Наполеона отойти за Вислу.

Но для успеха таких действій, надлежало исполнить их со всевозможною быстротою; наносить удар за ударом, не давая непріятелю времени опомниться. К сожаленію, Беннигсен, отличавшійся искусными соображеніями, не был одарен достаточно — ни деятельностью, ни решимостью, необходимыми при исполненіи планов действій. Недолжно также оставить без вниманія и то, что едвали его армія была способна к быстрым и безостановочным движеніям. После сраженія при Пултуске и отступленія к Тыкоцину, наши войска имели необходимую нужду в отдыхе. Подвижных магазинов не было, а система реквизиций почти вовсе

190

шт. неупотреблялась — ни в нашей, ни в прусской арміи. Легко было предвидеть, что с одной стороны шнуреніе войск, а с другой — недостаток в жизненных припасах, могли остановить наступленіе Беннигсена, прежде нежели удалось-бы ему разбить левое крыло непріятельской арміи.

4 (16) генваря 1807 года, Беннигсен, оставя Седморацкаго с 6-ю дивизіей, в чиеле 8,000 человек, в Гоніондзе, для охраненія тыла арміи, и отряд в 1,000 человек в Бяле, для связи с Седморацким (³), выступил с главными силами по предположенному направленію. Генералы Эссен и Седморацкій получили приказанія сделать — несколько дней спустя — демонстрант наступленія к нижнему Нареву. Казачьи полки прикрывали фланговое движете арміи. Большая часть кавалеріи с конною артиллеріею и за ними прочія войска двинулись тремя колоннами: 1) от Николайкена на Ортельсбург и Нейденбург; 2) от Лёцена (Lôtzen) на Рейн и Пассенгейм; 3) от Ангербурга на Рессель и Алленштейн. Впереди двигались три авангарда: Маркова, Барклая-де-Толли и Багговута.

8 (20) генваря, главная квартира Беннигсена пришла в Рессель. Как, между тем, Ней, без ведома Наполеона, выдвинул, для удобнейшаго продовольствованія, свой корпус вперед от Нейденбурга к реке Алле, то главныя силы россійскопрусской арміи, в числе около 80,000 человек, уже находились в разстояніи одного перехода от Французов и могли-бы вскоре атаковать их превосходными силами. Наследующій день, Беннигсен перешел в Бишофштейн, откуда авангард неева корпуса отошел без урона к Зеебургу. Наши передовыя войска преследовали его весьма слабо, и сам Беннигсен простоял два дня у Бишоф-

191

штейна, что дало Нею время отступить 11 (23) к îsoНейденбургу, дабы открыть связь с корпусом Бернадота, коему, в случае надобности, назначено было сосредоточиться у Остероде (⁴)-

12 (24) генваря, Веннигсен перешел к Гейльсбергу; авангард Маркова, переправясь уже в сумерки чрез Пассаргу в Питенене, двинулся к Либштадту, занятому, как показали жители, слабым французским отрядом и атаковал непріятеля двумя баталіонами 5-го егерскаго и Псковскаго мушкетерскаго полков, под начальством полковых командиров Гогеля и Лошкарева. Когда наши войска подошли к городу, оказалось, что Французы были сильнее, нежели мы думали, но, не смотря на то, они были атакованы и выбиты из Либштадта, с потерею 16 офицеров и 270 человек пленными, и значительная числа убитыми (⁵). Пленные показали, что их отряд принадлежал к корпусу Бернадота, который, по словам их, шел от Эльбинга к Морунгену. Действительно — Бернадот, получив от своего начальника штаба, генерала Мезона, из Остероде, известіе о наступленіи русской арміи, тотчас выступил с згоших квартир и двигался на перерез Маркову, шедшему 13 (25) от Либштадта к Морунгену ; за ним в нолупереходе следовал генерал - лейтенант Анреп с кавалерійским отрядом. Тогда-же Беннигсен с правою и среднею колоннами перешел к Вормдиту и Аренсдорфу, направя левую колонну чрез Гутштадт к Деппену.

Следствіем встречи Бернадота с авангардом нашей правой колонны было дело при Морунгене, 13 (25) генваря. Генерал Марков, миновав селеніе Георгенталь, узнал от захваченнаго непріятельскаго пикета о прибытіи в Морунген самаго

192

iso7. Бернадота и построил отряд к бою на высотах впереди Георгенталя (⁶). Бернадот, с своей стороны, желая дать время собраться войскам остававшимся назади, атаковал Маркова полками прибывшими в Морунген и приказал шедшей от Эльбинга дивизіи Дюпона обратиться в правый фланг русскаго отряда (⁷). Марков удержал непрілтеля с фронта, но, видя себя обойденным, стал отступать. Генерал Анреп. извещенный о наступленіи Бернадота, приказал своей коннице ускорить движете и опередив ее, прискакал с своим адъютантом на поле сраженія, в то самое время, когда наши войска отходили к Георгенталю. Марков явился к нему, испрашивая приказаній. „Погодите — сказал Анреп — дайте осмотреться", и бросясь в застрельщичыо цепь, пал смертельно пораженный пулею в голову. Со стороны Французов, был тяжело ранен генерал Пакто. Бернадот настойчиво преследовал отступавшія войска, но вдруг в тылу его раздалась пальба и прискакали из Морунгена несколько французских гусар с известіем о занятіи города Русскими. Донесете их было справедливо. Начальник кавалеріи, шедшей в голове нашей левой колонны, князь Голицын, перейдя чрез Пассаргу у Депена, послал для обозренія вперед князя Долгорукова, с тремя эскадронами Курляндских драгун, и в след за ыим графа Палена, с шестью эскадронами Сумских гусар. В С) мерки, обогнув Наріенское озеро и приблизясь к Морунгену, они узнали от жителей, что в городе стояли болыпіе французскіе обозы с весьма слабым прикрытіем. В это время, гремела каконада у Георгенталя, но Пален, не обращая на то вниманія, ворвался в город, кинулся на- Французов, вовсе неожидав-

___193___

ших нападенія, захватил обоз и 350 пленных. шт. (из которых одпакоже большая часть разбежалась) и увел до ста Русских и ІІруссаков. бывших в плену у непріятеля. Полковник Крейц, с лейб-эскадроном Сумских гусар, увлекшись преследованіем бежавших Французов, наткнулся на кавалерію Бернадота, возвращавшуюся в Морунген, и будучи окружен непріятелями, рубился с ними, пока пал замертво с 13-ю ранами, и остался в руках непріятельских всадников. Гусары его пробились сквозь Франдузов и ночью примкнули к отряду графа Палена, который, между тем. отошел назад со всем отбитым обозом. На следующій день, Беннигсен приказал отослать Бернадоту все лично ему принадлежавшіе вещи и экипажи (⁸).

14 (26) генваря, авангард левой колонны русских войск находился у Альт-Рейхау, в соседстве кратчайшаго пути из Морунгена в Остероде, что заставило Бернадота направиться туда в обход, на Либемюль (Liebemuhl). Беннигсен, вместо того, чтобы отрезать, или, по крайней мере, затруднить отступлевіе непріятеля, сосредоточил армію на высотах, влево от Либштадта, и для этого отодвинул назад свою левую колонну: причиною тому было сообщенное казачьюі разъездом ложное известіе о наступленіи главных сил Наполеона (⁹). Пользуясь тем. Бернадот отступил к Либемюль и собрал свой корпус частью у сего пункта, частью в Остероде: таким образом, благодаря нерешительности и медленности движеній Беннигсена. (котораго армія прошла в 9 дней не более 120 верст), французскій маршал успел возстановить сообщеніе с ближайшим к нему корпусом Нея й выдти на путь отступленія к Торну (¹⁰).

Т. II. 13

194

ISO?. 15 (27), Беннигсен, наконец убедясь в отступленіи неиріятеля, направился к Морунгену и выслал авянгард правой колонны, под начальством только-что прибывшаго из Петербурга князя Вагратіона, к Либемюль; аиангард леваго крыла двинулся к Алденштейну. Как уже небыло возможности отрезать какой-либо из непріятельских корну сов, то Беннагсен дал трех-дневный отдых арміи, растянув войска от Заальфельда до Зеебурга; авангард князя Багратіона занял Лёбау, откуда арріергард Бернадота отстунил, в след за прочими войсками его, к Страсбургу; авангард флигель-адъютанта князя Долгорукова стал в Пассенгейме. Отряд Лестока, усиленный Выборгским нолком, наступая на правом крыле арміи, освободил от блокады Грауденд и расположился у Фрейштадта : в таком положеніи находилась союзная армія во второй половине генваря (в начале февраля), когда непріятель снова открыл настуііательныя действія (^lt).

Наполеон узнал о наступленіи Беннигсена не прежде 14 (20) генваря, (на другой день носле сраженія при Морунгене). ІІриняв тотчас меры для охраненія наиболее угрожаемаго пункта на линіи Вислы—Торна С²) и приказав остававшимся по левую сторону этой реки войскам Удино и д'Эспаня идти на присоединеніе к арміи, он озаботился сосредоточеніем главной массы сил, в числе 115,000 человек, к 19 (31), между Остероде и Вилленбергом(¹³). Войскам было предписано взять с собою сухарей и хлеба на четыре дня и нагрузить провіантскія фіры (caissons), a равно иметь с собою по пятидесяти патронов. Для снабженія людей жизненными припасами, назначены были магазины в Варшаве, Модлине, Серодке и Плоцке, и велено

195

отправить в след за главною квартирою по сту інл. волов в первые пять дней, и но пятидесяти в последующее время, наконец — определены раіоны для реквизицій каждаго корпуса ("). Командовавшему 5-м корпусом, за болезныо Ланна, генералу Савари предписано, заняв правый берег Нарева, от Сероцка до Остроленки, охранять армію со стороны корпуса Эссена и устроить мостовыя прикрытія у Пултуска и Сероцка (¹⁵).

19 (31) генваря, чрез четыре дня по выступленіи Французов с зимних квартир, почти все Наполеоновы корпусы собрались между Гильгенбургом и Мышинцем, при чем некоторым частям войск пришлось пройти более ста верст. Сам Наполеон, выехав из Варшавы, 18-го (30-го), прибыл на следующій день в Вилленберг. Оттуда иослал он к стоявшему у Страсбурга Бернадоту предписаніе: перейти в ночи скрытно к Гильгенбургу, оставя в лагере один конный полк для поддержанія бивачных огней (¹⁶). Оборона-же Торна и наблюденіе на нижней Висле были поручены маршалу Лефевру с 16,000 человек французских, польских и гессен-дармштадских войск (^п).

Наполеон, обезиечив себя с флангов корпусами Савари и Лефевра, и быстро собрав главныя силы против нашего леваго крыла, решился обойти Беннигсена с фланга и отбросить его от русских границ и от Кенигсберга к нижней Висле. Беннигсен подвергался большой опасности, но случай обнаружить ему намеренія хитраго противника. Французскій офицер, посланный к Бернадоту, с предписаніем, в коем были изложены намеренія Наполеона и приказаніе бернадотову корпусу, попался 20-го генваря (1-го февраля) в руки разъезда Елисаветградских гусар, не успев уничто-

13*

196

1807. жить этой важной депеши. Гусары привезли пленника к князю Багратіону, который, распорядясь отступленіем авангарда, отправил офицера вместе с бумагами к Беннигсену. Получив непріятельскій операціонный план, главнокомандующій разослал приказанія всем войскам отступать к Янкову ; только-лишь отряд Барклая де-ТоЛли был оетавлен у Алленштейна, чтобы обезпечить отступлете авангарда князя Долгорукова от Пассенгейма. По всей вероятности, Беннигсен имел еще накануне сведеніе о наступленіи непріятеля; иначе едвали он успел-бы собрать во-время свои войска, растянутая на значительном иространстве. Тем не менее однакоже перехваченная депеша, открыв замыслы Наполеона, принесла нам несомненную пользу (¹⁸).

Утром 22-го генваря (3-го февраля), вся беннигсенова армія, кроме войск Лестока, построилась на высотах у Янкова, заняв центром это селеніе и протянув правое крыло к густому кустарнику, a левое к селенію Мондкен. Наступленіе части непріятельской арміи (корпусов Сульта и Даву) по правой стороне Алле заставило Беннигсена расположить у Бергфрида, позади леваго крыла, три пехотных полка с пятнадцатью прусскими орудіями, под начальством графа Никол. Михаил. Каменскаго.

Французы довольно рано появились в виду нашей позиціи, но Наполеон, вовсе неожидавшій, чтобы русскія войска собрались так скоро и были в готовности к бою, решился атаковать Беннигсена не прежде, как по прибытіи остававшихся назади корпусов. Войска Сульта, и за ним Даву, получили ириказаніе спуститься по правой стороне реки Алле, овяадеть переправою у Бергфрида и

зайти в тыл русской арміи; для нападенія-же с іж. фронта были назначены корпусы Ожеро и Нея, поддержанные гвардіей и резервом Мюрата. Кроме этих войск, в числе по крайней мере 90,000 человек, Наполеон предполагал направить против праваго крыла нашей арміи корпус Бернадота, незнад причины замедлившей его прибытіе.

В три часа по полудни, дивизія Леваля, корпуса Сульта, подошла къселенію Берг((>риду, занятому одним из баталіонов Углицкаго полка. Генерал Дюлолуа (Dukuloy) поставил три батареи, для обстреливанія моста и прусских орудій, стоявших на высотах леваго берега Алле. Тогдаже 24-й легкій полк направился прямо к селенію, а два баталіона пошли в обход, чтобы овладеть плотиною и мостом, длиною в 250 шагов, и отрезать оборонявшій селеніе отряд от войск стоявших на противоположном берегу- Французы были отбиты два раза, и уже при третьем нападеніи ворвались в Бергфрид, откуда Углицкій баталіон отошел по мосту на левую сторону реки, с потерею шести человек. Непріятель кинулся за ним вслед, но был отражен картечью. Несколько спустя, войска Сульта возобновили нападеніе свежими силами и перейдя через зюст, захватили несколько орудій. Сам Каменскій, с ближайшими полками, ударив в штыки, опрокинув головныя части французской пехоты, которыя-, обратясь в бегство и встретясь на мосту с войсками спешившими вперед, смешались в густую толпу. В самой теснине завязался бой штыками и прикладами; наконец Французы нобежали в селеніе. В пылу преследованія, 1-я гренадерская рота Углицкаго полка, под командою капитана Андреева, устремилась на правую сторону Алле, но встреченная в

iso7. Бергфриде градом пуль, обратилась назад с большою потерею.

В продолженіи боя при Вергфриде, гдявныя силы обеих сторон ограничились довольно жаркою канонадою (¹⁰). Изнеможеніе людей форсированными переходами заставило Наполеона отложить до следующаго дня общее нападеніе. Но, между тем, Беннигсен получмл от Лестока донесете, что он, опасаясь попасть в средину французских колонн, двинулся не к Янкову, а чрез Заальфельд и надеялся присоединиться к арміи у Вормдита; к том)-же настойчивыя покушенія непріятеля переправиться у Бергфрида, возобновленный к вечеру, явно обнаружили цель Наполеона — отрезать сообщенія русской арміи: все это заставило Беннигсена в ночи сняться с позиціи, чтобы выйти на кратчайшую дорогу к Кенигсбергу, где находились магазины с жизненными запасами. Войска двинулись тремя колоннами, по узким лесным дорогам, увязая в глубоком снегу; орудія и повозки цеплялись за деревья и пни, отставали и мешались с пехотою и конницею, задерживая и замедляя их движенія. К счастью нашей арміи, на страже ея безопасности, находился князь Багратіон. Ему была поручена команда над арріергардом, и никто лучше его не мог исполнять такой обязанности. В продолженіи нескольких суток, его краткій сон на привалах безпрестанно прерывался донесеніями с разъездов, либо офицерами пріезжавшими к нему за приказаніями; каждый из имевпшх к нему дело должен был будить его, и Багратіон, одетый и днем, и ночью, свежій душею и телом, всегда был готов заслонить грудью путь непріятелю (^ги). Под его начальством командовали отрядами арріергарда: граф

_ 199 _

Марков (Евг. Иван.) и знаменитые в последствіи isor. генералы Барклай де-Толли и Бап'овут.

Наполеон, заметив отступленіе русской арміи, утром 23-го генваря (4-февраля), устремил вслед за нею свои войска : корпусы Нея, Ожеро и Сульта вместе с резервом Мюрата теснили наш арріергард с тыла; за ними шел Наполеон с гвардіей; Даву направился в обход на Гутштадт. Несмотря на сильный нанор Французов, арріергард удерживался с успехом и дал время арміи отойти в совершенном порядке. На следующій день, Наполеон, получив известіе об открытіи разъездами высланными за Пассаргу сильной прусской колонны, покушавшейся перейти через эту реку в окрестностях Либшталта, приказалт. Нею, с его корпусом и легкою кавалеріей Лассаля, переправиться на левый берег Пассарги и идти на Либштадт, чтобы отрезать уходившую колонну, либо, по крайней мере, неотступно преследовать ее. Арріергард лестокова отряда, настигнутый Неем у Вальтерсдорфа, потерпел пораженіе (²¹), но, между тем, главныя силы Лестока успели перейти на правую сторону Пассарги, у Вузена (Wuhsen) и на следующій день продолжали отступать к Мельзаку.

В следующіе дни, Багратіон продолжал отступать, останавливаясь от времени до времени и давая отпор непріятелю. В продолженіи одного из дел, именно у Вольфсдорфа, донесли ему, что позади арріергарда столпилось много частных повозок, и хотели сбросить их іі стороны от дороги, чтобы очистить путь войскам. „Нет, лучше по-долее остановимся и дадим им время уйти — сказал герой. На то мы — арріергард, чтобы не отдать неііріятелю ни повозки, ни колеса". Утром

200

1807. 25-го генваря (6-го февраля), Беннигсен, имея намереніе выждать Французов на позиціи при Ландсберге, приказал Барклаю де-Толли, отступавшему с частью прежняго арріергарда от Фрауэндорфа к Ландсбергу, удерживать непріятеля, пока армія построится в боевой порядок. Барклай, заняв селеніе Зинкен баталіоыом 20-го егерскаго полка и осгаья впереди селенія два конных орудія с прикрытіем из двух оскадронов Изюмских гусарь, расположил остальныя войска арріергарда, в числе около пяти тысяч человек, за речкою, на высотах впереди Гофа(²²).

Наполеон, в тот-же день, предписад: маршалу Даву идти к Гейльсбергу и действовать сообразно обстоятельствам^ Мюрату и Сульту, поддержанным войсками Ожеро и гвардіей, наступать к Ландсбергу. Легкая кавалерія генерала Дюронеля должна была сохранять сообщеніе между Мюратом и Даву ; Нею н Бернадоту предписано продолжать преследованіе Лестока (²³).

В три часа по полудни, Французы подошли к Зинкену; Дорохов с двумя эскадронами Изюмских гусар усилил передовой отряд и приняв над ним начальство, держался, пока непріятельскія батареи засыпали ядрами и перебили почти всю прислугу состоявншх при нем орудій(²⁴), и потом отступил за речку. Пленные, захваченные Изюмцами, дали сведеніе о присутствіи их Императора при наступавших войсках. Современники уверяют, что появленіе Наполеона оказывало на противников его какое-то неизъяснимое действіе, и что у многих храбрых людей при встрече с ним как-бы опускались руки. Но ничто не могло поколебать Барклая де-Толли. Донося в ішследстиіи об этом деле, он ішсал: „Во всяком другом случае, я

201

бы заблаговременно ретировался, дабы, при таком іда. неравенстве в силах, не терять весь деташаыент мой без пользы, но чрез офицеров, которых посылал я в главную квартиру, осведомился я, что большая часть арміи еще не была собрана при Ландсберге, находилась в походе и никакой позиціи взято не было. В разсужденіи сего я почел долгом лучше со веезі отрядом "моим пожертвовать собою столь сильному непріятелю, нежели ретируясь, привлечь непріятеля за собою, и чрез то подвергнуть всю армію опасности". Готовясь к отчаянному бою, Барклай поставил на высоте против моста Изюмскій полк с конною ротою князя Яшвиля; во второй линіи стали полки Ольвіопольскій гусарскій и Костромской мушкетерскій, и впереди леваго фланга ея пешая рота. 1-й егерскій полк занял лесистую гору на правол крыле, а 3-й, поддержанный 20-м, был послан в лес на оконечность леваго крыла.

Непріятель, приблизясь к нашей позиціи, выставил несколько батарей и заставя огнем их конную роту податься назад, устремился к мосту. Французскіе драгуны и за ними кирасиры д'Опу перешли чрез речку, опрокинули Изюмских гусар и кинувшихся без приказанія в атаку Ольвіопольцев, и ударили на Костромской полк, который, свернувшись в каре, несколько раз отразил неиріятеля; но когда наши гусары, устроясь снова, атаковали французских кирасир, и будучи смяты, ворвались вместе с ними в каре, • Костромцы подверглись совершенному поражеііію. „Я имел прискорбіе — доносил Барклай — видеть гибель сего безиодобнаго полка". Здісь взяли Французы четыре орудія и два лиамя; третье было спасено Иломсиаго полка юнкером Томиловским. Не имея возможно-

202

iso7. сги устоять, Барклай спешил отступить чрез селеніе Гоф на другую позицію. 1-й егерскій полк, будучи окружен Французами, пробился и в разсыпную ушел через сзади лежавшій лес, а егеря стоявшіе на левом крыле отступили в порядке.

Отойдя на вторую позицію, Барклай де-Толли встретил там князя Долгорукова, высланнаго с пятью бніаліоназш ему в подкрепленіе; вслед за тем, пришли кирасирскіе полки Его Величества и Орденскій. Как тогда уже смерклось, то Наполеон, не имея возможности достоверно заключить о силе прибывших войск, прекратил нападеніе. Урон русских войск в Гофе вообще простирался до 2.000 человек (²⁵).

Упорное сопротивленіе русских арріергардов заставило Наполеона полагать, что Беннигсен был намерен принять сраженіе у Ландсберга. Но русскій главнокомандующий, в ночи на 26-е генваря (7-е февраля), отошел к ІІрейсиш-Эйлау. Сперва он предполагать отступить оттуда к Алленбургу и сблизиться с ожидаемыми ил подкрепленіями, предоставя защиту Кенигсберга прусскому отряду Лестока, но потом предпочел вступить в решительный бой на позиціи у Прейсиш-Эйлау, надеясь отразить Наполеона, либо, по крайней мере, значительно ослабить непріятеля, и тем лишить его возможности продолжать наступленіе. Съэтоюцелью, главныя силы Беннигсена, утром 26-го генваря (7-го февраля), пройдя чрез Эйлау, расположились позади города между селеніями Шлодитеном и Серпалленом. Князь Багратіон, снова приняв начальство над арріергардом, медленно следовал за арміей, удерживая непріятеля, чтобы дать время отойти войска м и обозам. Приблизясь к городу, он расположил отряды Маркова и Багговута на

МЛМ¥Ь (ТАЖІНІЯ ПРИ ПРЕШ'ИШ ЖМУ

I

ч-і ,,jp

В<м> rif.*tf\

_²⁰A

позиціи между замерзшими озерами Тенктнитеном и Вашкейтером; за ними стала 8-я дивизія и шесть конных полков (²⁰), а непосредственная оборона города, в случае отступленія арріергарда, была поручена Барклаю де-Толли.

В два часа по полудни, маршал Сульт атаковал нашу позицію 46-м и 18-м линейными полками. Картечный огонь конной роты Ермолова и действіе стрелковой цепи не остановили Французов, но когда Псковскій и Софійскій полки встретили их штыками, a С.-Петербургскіе драгуны Дехтерева, пройдя по льду Тенкнитенскаго озера ударили во фданг 18-му полку, непріятель обратился назад с потерею орла. Мюрат послал драгунскую дивизію Елейна на выручку пехоты и открыл сильную канонаду. Чрез полчаса, Французы возобновили нападеніе. Бригада Вивье (Vivier) с частью кавалеріи пошла по гейльсбергской дороге, в обход нашего леваго фланга, a кавалерія авангарда, поддержанная войсками корпуса Ожеро, в обход праваго фланга, на селеніе Тенкнитен. Русскія войска удержались на всех пунктах, но когда ирибыл сам Наполеон, и в п исутствіи его было возобновлено нападеніе свежими войсками, Барклай приказал отступать чрез город—сперва 8-й дивизіи, а потом арріергардам Багговута и Маркова. Французы преследовали их, но подойдя к городу, были встречены пальбою стрелков Барклая, засевших в садах и строеніях, и огнем батареи, с высоты у кладбища на юго-восточной стороне Прейсиш-Эйлау. Непріятели ворвались в город, где обоюдная канонада происходила в разстояніи несколышх сажен; наконец, уже в пять часов, р^сскія войска вышли ил города. Сам Барклай был ранен в правую р) ку, с переломом

204

iso7. кости. Князь Багргітіон. у выхода из ПрейсишъЭйлау, встретил Беннигсена с 4-ю дивизіей получившею приказаніе овладеть городом. Сам Багратіон, сойдя с лошади, повел эти войска вперед тремя колоннами; раздалось оглушительное ура! и после упорнаго боя в городских улицах Русскіе выбили непріятеля в поле. Князь Багратіон, поручив начальство над войсками генералу Сомову, отправился на мызу Ауклапен к Беннигсену.

Как обыкновенно бывает после удачнаго штурма, войска 4-й дивизіи разбрелись по домам. Генерал Сомов приказал ударить сбор, не назначив к тому места. Барабанный бой раздался на северной стороне города; наши войска туда хлынули, очистив строенія и улицы, а Французы, пользуясь тем, снова заняли город. Уже было бу₂ часов; наступила ночь, и Беннигсен оставил город в руках непріятеля, расположив для наблюденія за французскими войсками 4-ю дивизію, усиленную Архангелогородским полком, между Прейсиш-Эйлау и позиціей, на которой строилась наша армія. Наполеон, с такою-же целыо, поставил у выхода' из города дивизію Леграна.

Б продолженіи ночи на 27 генваря (8 февраля), войска обеих сторон готовились к решительному бою.

ІЗойска Бениигсена были расположены следуюіцим образом :

На оконечности праваго крыла, примыкая правым флангом к селенію Шлодитену, отряд Маркова, 12 баталіонов; впереди его 6 кавалерійских и иравее — ігЬсколько казачьих иолков. Первая .іинія, загнугая назад под тупым углом, в разстояиіи но.іуііорсты от города, простиралась влево

205

Но холмам до высоты между селеніями Сериал- іэдт. лен и Саусгартен; она была построена так, что в каждом полку по два баталіона стояли в развернутом фронте, а по одному в колоннах. Вторая линія построилась в баталіонныя колонны : обе линіи состояли из пехоты пяти дивизій : 2-й, 3-й. 5-й, 7-й и 8-й. Кроме артиллеріи, размещенной по всей первой линіи, и стоявшей в резерве, были расположены впереди фронта три бо.тыпія батареи: одна, из 40 батарейных и 20 легких орудій, на правом крыле*); другая, из 70-ти батарейных, в центре, в разстояніи около 700 шагов от выхода из города, и третія. из 40 батарейных орудій, между центральною батареей и Клейн-Саусгартеном. Впереди Серпаллена стоял генерал Багговут с своим и барклаевым отрядами. Кавалерія, кроме полков, находившихся на правом фланге, была расположена на левом крыле и за центром, в резерве; казаки, поступившіе под начальство прибывшаго на-кануне атамана Платова,— на различных пунктах позиціи. В резерве, за левым крылом, стояли пять полков 14-й дивизіи графа Каменскаго и СО конных орудій. Правым крылом арміи командовал Тучков 1-й, центром— Сакен, левым крылом —Осте рман-Толстой; начальство над всею кавалеріей поручено князю Голицыну, артиллеріей генералу Резвому. Армія состояла из 132 батадіонов и 145 эскадронов, в числе 58,000 человек, с 250 орудіями (²⁷). Дорога чрез Домнау в Велау находилась за центром позиціи, а дорога в Кёнигсберг —за правым крылом. Озера и ручьи были покрыты толстым льдом

*) Кроме того, на праіюзі криле позиціп стояло песколько пруссвих (іатарей.

206

мот. и не представляли препятствій движеніям войск, но глубокій снег затруднял их. В продолженіи боя, погода изменялась несколько раз: за густою мятелыо с поръгоиетым ветром прояснялось небо, и вслед за тем опять нависали густыя тучи и было пасмурно как в сумерки.

Непріятель, по занятіи Преисиш-Эйлау, мог удобно скрывать передвиженія своих войск, как за городом, так и за рядом холмов, по коим пролегает дорога из Вартенштейна; напротив того, всю позицію, на которой стояли русскія войска, было удобно обозревать с возвышенія у Цехзена (Zehsen). с Фихтенберга у Вашкейтена и с высоты у Тенкнитена; в теченіе боя, непріятель занял господствующій над всею окрестностью пункт— Креегскую гору (Kreege-Berg).

В ночи на 27 генваря (8 февраля), французская армія расположилась следующим образом:

В первой линіи—корпус Оульта, именно: дивизія Леграна на северной части города; дивизія Леваля частью на кладбище правее города и в ближайших домах (бригады Вивье и Шиннера), частью левее города (бригада Феррей); дивизія Сент-Илера (St. Hilaire) между кладбищем и селеніем Ротенен; драгунская дивизія Мильго (Milhaud) еще правее, впереди Цехсена. Легкая кавалерійская дивизія Ласаля (Lassalle) на оконечности леваго крыла. Во второй линіи, позади города, стояли корпус Ожеро и драгунскія дивизіи Груши и Клейна. В резерве гвардія и кирасирская дивизія д'Опу (d'Hautpouls), Корпус Даву ночевал на дороге изъ¹ Бартенштейна в Эйлау, в разстояніи около 15-ти верст от праваго фланга французской арміи ; корпус Нея — у Оршена, в 12-ти верстах от Прейсиш-Эйлау. Французская армія, со включеніем

этих корпусов. состояла, по свидетельству гене- isor рала Дюна, из 118-ти баталіоыов и 148-ми эскадронов, в числе 68,500 человек; но, по всей вероятности, была несколько сильнее: сам Дюма говорить, что, при выступленіи войск Наполеона с квартир, в гфіваре 1807 года, у него было в гвардіи. корпусах Даву, Сульта, Нея, Ожеро, и резервной кавалеріиМюраіа, 100,000 человьк; ежелидощсгимь, что французская армія, двигаясь усиленными переходами, в суровое время года, при недостатке в продовольствіи, понесла чрезвычайный урон, то все-таки он не мог простираться более 20,000 человек. Следовательно — у Наполеона все еще оставалось, по крайней мере, 80,000 человек (²⁸).