ИСТОРІЯ

Наполеон, предписав маршалам Даву и Нею направиться на Прейсиш-Эйлау, полагал, что русская армія отступить за Прегель; но на разсвете загремела канонада с нашей право-фланговой батареи; артиллерія Леграна, стоявшая у выходов из города, также открыла огонь. Началась битва.

Еще до разсвета, въпять часов утра, Беннигсен сделал некоторыя измененія в боевом порядке: 4-я и 7-я дивизіи были отведены назад и поставлены за центром в резерве на-равне с 14-ю дивизіей; Архангелогородскій полк послан на правое крыло арміи; отряд Маркова перевели с праваго фланга в промежуток образовавшійся от передвиженія в резерв 7-й дивизіи.

Генерал Беннигсен, открыв сильную канонаду с праваго крыла арміи, во-все не имел намеренія повести нападете на город, а желал привлечь туда главныя силы ненріятеля, чтобы лишить его возможности атаковать превосходною массою наше левое крыло и отбросить нас от Домнау. •Но Наполеон не отклонился от своей дели--

208

1807. обойти Русских движеніем вперед корпуса Даву, при чем город Эйлау, сильно занятый его войсками, должен был служить опорным пунктом (pivot) предположеннаго обхода. Сообразно тому, Наііолеон, прибыв на кладбище, приказал поставить там двадцать четыре орудія гвардейской артиллеріи, для содействія батареям Сульта; дивизіиГёделе (Heudelct) и Дежардена (Desjardins) были выдвинуты вперед и поставлены в первую линію, между дивизіей Сент-Илера и кладбищною высотою, за которою расположилась в резерве вся гвардейская пехота; за корпусом. Ожеро стали кирасиры д'Опу; за ними — гвардейская кавалерія; драгунскія дивизіи Мильго, Клейна и Груши были расположены иравее и позади дивизіи Сент-Илера (²⁹). Тогда-же один из наполеоновых адъютантов, капитан Монтескье (Montesquieu), отправился к Нею, с приказаніем спешить к Альтгофу и примкнуть к левому флангу арміи.

Канонада, в начале сраженія завязавшаяся у города, вскоре распространилась по всей линіи: с нашей стороны действовали около полутораста орудій право-фланговой и центральной батарей; Французы выставили до ста орудій, именно: 80 корпуса Сульта — на высоте левее города и у выходов из него в поле; 24 гвардейских — на возвышеніи у кладбища; 20 орудій корпуса Ожеро — впереди его войск и дороги идущей из Бартенштейна; правее этой батареи — 12 орудій дивизіи Сент-Илера и на оконечности праваго крыла — 6 орудій драгунской дивизіи Клейна. Несмотря на превосходство Русских в артиллеріи, способствовавшее им подбить много французских орудій, войска Наполеона, прикрытия городскими строеніями и высотами, по коим пролегает дорога из Бартенштейиа, тер-

209

пели менее вреда, нежели руескія войска построен- ші. ныя в несколько линій, близко стоявших одна за другою.

Наполеон, желая отвлечь вниманіе Беннигсена от его леваго фланга, в обход котораго должен был. направиться Даву, приказал дивизіи Леграна занять мельницу (Walkmûhle) впереди нашего праваго крыла; но генерал Тучков, заметив наступленіе непріятеля, послал на встречу ему генералъмаіора Фока, с Пермским и Могилевским полками, а Рижским и Лифляндским драгунам приказал ударить во фланга, Французам. Непріятель, принужденный отказаться от своего покушенія, не возобновлял нападенія против праваго крыла нашей арміи во весь день и ограничился канонадою. Наполеон, приняв наступленіе русских войск праваго фланга за начало общаго движенія против корпуса Сульта, приказал, в ожиданіи прибытія Даву, Сент-Илеру атаковать наше левое крыло, а корпусу Ожеро также идти вперед, сохраняя связь с дивизіей Сент-Илера: таким образом эти войска вместе с корпусом Даву должны были совершить перемену фронта на восьмую часть круга, оставляя левое крыло у Эйлау. Но едва-лишь войска Сент-Илера и Ожеро, около 9-ти часов утра, двинулись с места, как пошел снег, обратившійся в густую мятель. Сильный порывистый ветер, дувшій в лицо Французам. затруднял наступленіе, совершенно ослепляяих снежными хлопьями. Колонны Ожеро, сбившись с указаннаго им направленія, потеряли связь с дивизіей Сент-Илера и вдруг очутились — неожиданно для себя и для нас — перед нашею центральною батареей, в тот самый миг, когда утихла мятель и небо прояснилось. Французы, в довершеніе их опаснаго по-

Т. и. 14

210

1807. ложенія, не имели при себе артиллеріи, оставленной, неизвестно почему, далеко назади. Внезапно с нашей стороны раздался гром 70-ти батарейных орудій, открывших огонь картечаыи по изумленному непріятелю. В несколько минуть все пространство впереди нашей батареи было устлано трупами; сам Ожеро и оба дивизіонные начальники его, Дежарден и Гёделе, пали тяжело раненые; войска, лишенные многих начальников своих, смешались в безпорядочную толпу. Пользуясь тем, полки наших боевых линій и резерва, Московскій гренадерскій, Шлиссельбургскій, Владимирскій и другіе, ударили в штыки на ошеломленных Французов. Непріятели несколько раз кидались на орудія; войска обеих сторон поражали одни других штыками и прикладами; наши артиллеристы оборонялись банниками. Упорный бой окончился совершенным пораженіем Французов. Наши войска устремились за ними и взяли несколько орлов. Один из русских баталіонов, увлекшись преследованіем, достиг до кладбища, где находился Наполеон, и атакованный там частью пешей и конной французской гвардіи, был разсеян. Дивизія Сент-Илера, подобно корпусу Ожеро, сбившаяся с назначеннаго направленія, двинулась к Серпаллену; заметив сделанную ошибку, СентъИлер повернул влево, чтобы примкнуть к Ожеро и будучи атакован генералом Каховским с Литовским уланским и Малороссійским кирасирским полками, был опрокинуть с болыпим уроном, причем особенно пострадал 55-й полк (³⁰). Наполеон, заметив гибель корпуса Ожеро, послал на выручку его Мюрата, с кавалеріей Мильго, Клейна, Груши и д'Опу, и Бессьера с гвардейскою кавалерійскою дивизіей, всего 73 эскадрона. Задро-

211

жала земля под массами всадииков, как густыя isot тучи, стремившимися в след одна за другою. Французам удалось опрокинуть малочисленную кавалерію. преследовавшую остатки корпуса Ожеро, но подоспели из резерва наши прочіе полки, и драгуны Груши были обращены назад, с потерею орла, захваченнаго Орденскими кирасирами; здесь также отличились Курляндскіе драгуны и Изюмскіе гусары. Прибывшіе в продолжены дела кирасиры д'Оду опрокинули русскую кавалерію до стоявшей за нею пехоты и, будучи встречены картечным и ружейным огнем, повернули назад. Но в этот самый момент Бессьер с гвардейскою конницею наскакал на нашу ііехоту; его конные гренадеры и кирасиры пронеслись чрез обе линіи до резервов. Говорят будто-бы некоторые из русских баталіонов, стоявшіе в развернутом фронте, ложились наземь при кавалерійской атаке и дав непріятелю время промчаться, вставали и стреляли ему в тыл. Французская гвардейская конница, достигнув до наших резервов и будучи встречена ружейными залпами, кинулась назад; за нею устремились генерал Юрковскій с Елисаветградским полком, граф Орурк с тремя эскадронами Павлоградских гусар и Киселева казачій полк. Французы, разсеянные во все стороны, искали спасенія в бегстве; некоторые из них очутились сзади артиллеріи графа Кутайсова, стоявшей на нашем правом крыле, и уходили между орудіями. Урон непріятеля был весьма значителен: генерал д'Опу смертельно ранен, генерал Корбинб (Corbineau) и полковник Дальман (Dahlmann) убиты; от корпуса Ожеро и четырех кавалерійских дивизій бывших в деле остались лишь кадры; в обоих баталіонах 14-го линейнаго полка все офицеры были

14"

212

1807. убиты; в трех баталіонах 24-го полка осталось только пять офицеров; корпус Ожеро, по собственному его донесенію, потерял убитыми и ранеными 5,200 человек, в действительности-же гораздо более, и после сраженія при ПрейсишьЭйлау был расформирован. Русскія войска также понесли большой урон (³¹).

За тем, с десяти до одиннадцати часов, войска обоих сторон, разстроенныя боем, старались возстановить порядок в рядах своих; большая часть резерва Дохтурова поступила в боевыя линіи. Непрерывная канонада гремела по прежнему.

В начале двенадцатаго часа, появились в виду нашего леваго крыла передовыя войска маршала Даву. Оттеснив русскіе наблюдательные отряды, дивизія Фріана направилась к Саусгартену; дивизія Морана сперва следовала за нею, а потом двинулась влево для содействія Фріану; легкая кавалерія Марюлаза была послана вправо, на селеніе Мелонкейм (Melohnkeim), в обход нашего леваго фланга; дивизія Гюдена находилась в резерве; дивизія Сент-Илера и драгуны Клейна были направлены к Серпаллену; драгунская-же дивизія Мильгб повернула вправо, на подкрепленіе маршала Даву. Бенигсен, с своей стороны, послал приказаніе Лестоку идти в помощь левому крылу арміи.

Генерал Багговут, не будучи в состояніи устоять против несравненно сильнейшаго непріятеля, зажег Серпаллен и отступил к Саусгартену; Беннигсен подкрепил его резервом леваго крыла — 14-ою дивизіей графа Каменскаго; войска обоих генералов расположились под углом, по сторонам селенія Саусгартена, занятаго Рязанским полком. Дивизія Фріана, наступавшая против них, была сильно поражаема во фланг батареями графа

213

Остермана. Несмотря однакоже на то, генерал Лоте 1807. с Зо-м динейным полком овладел селеніем, но был выбит оттуда Рязанцами. Второе нападеніе двух пехотных полков, поддержанных легкою кавалеріей Марюлаза, встретило сильный отпор; сам Лоше был ранен, однакоже Французы снова заняли Саусгартен.

Тогда-же дивизіи Сент-Илера и Морана, усиленный 61-м полком дивизіи Гюдена, оставя вправо Серпаллен, атаковали левое крыло русской арміи. Граф Остерман двинулся им навстречу. выставя батарею из тридцати орудій; войска обеих сторон. сойдясь на близкое разстояніе, поражали одни других картечью и ружейным огнем. Французы уверяют, будтобы им удалось здесь захватить наши орудія. Но как-бы то ни было, торжество непріятеля, действительно оттеснившаго пехоту Остермана, было непродолжительно: генералы Еорф и Пален, с двадцатью эскадронами, ударили во фланг 10-му легкому пехотному полку, наступавшему на правом крыле дивизіи Сент-Илера и отбросив его на дивизію Морана, опрокинули непріятеля к Серпаллену. Французы понесли значительный урон и потеряли орла. Не смотря однакоже на то, занятіе войсками Даву Клейн-Саусгартена побудило Остермана переменить фронт левым флангом назад, почти под прямым углом с центром арміи; на оконечности его войск пристроились отряд Багговута и дивизія Каменскаго. Тогда-же Даву, усилив Фріана дивизіей Гюдена, занял Крегскую гору (Kreege Berg), поставил на ней сильную батарею и громил наше левое крыло; Французы, между тем, быстро подавались вперед, протянули правый фланг до селенія Кушитена и

214

•go;, открыли огонь по мызе Ауклапен. Тогда было уже около двух часов по полудни (³²).

Генерал Веннигсен, находясь за центром арміи, вместе с генерал-квартирмейстером Штейнгелем, усмотрел сильныя массы непріятельскаго войска, направленныя в обход нашего леваго фланга, и для ближайшаго обозренія послал туда Штсйнгеля, который, проехав с версту, поднялся на отлогую гору. Там остановясь, увидел он внизу под горою, в нескольких стах шагах впереди себя, мызу Ауклапен *), а вправо рощу, откуда тогда появились Павловскіе гренадеры. Приказав адъютанту своему Жерве заметить пункт, на котором они находились, Штейнгель отправился к правому флангу.

Там все было спокойно; к стороне непріятеля стояли ведеты; солдаты, сложив ружья в козлы, отдыхали ; мнЛіе спали глубоким сном. На вопрос Тучкова: „каково идет делоЗ" Штейнгель отвечал: „плохо; левый фланг сбить," и иодал совет Тучкову, согласно с предположеніем главнокомандующаго, атаковать стоявшія против него войска, чтобы отвлечь хотя часть непріятельских сил. Но Тучков не решался сойти с позиціи, считая такое движеніе опасным. и подъехавшій во время этого совещанія генерал Фок поддерживал его мненіе. Генерал-квартирмейстер предложил перевести вторую линію праваго крыла на левое, но Тучков и на то не изъявил согласія. Наконец — решили, чтобы неоставить левое крыло совершенно без помощи, послать туда с праваго фланга три конныя роты. Пока были сделаны к

) Вь номи сь 26-ю на 27-с (иь 7-го на 8-с фсираля) іаліт. находилась главная кгецгпгра.

215

тому расиоряженія, появилась колонна из леса близ Альтгофа. Приказано было стать к ружью. Колонна остановилась; три всадника, отделившись от ней поскакали к Шлодитену: то был генерал Лееток с двумя ординарцами. Подъехав к Тучкову, он спросил: где велено ему стать с его отрядом? Генерал-квартирмейстер, именем главнокоыандующаго, приказал ему поспешить чрез Шмодиттен в помощь левому крылу (³³). За отделеніем части отряда с Калужским пехотным полком, для обезпеченія отступленія к Кенигсбергу, у Лестока оставалось 8 баталіонов, 30 эскадронов и 2 конныя батареи, в числе 5,584 человек (³⁴).

Прусскія войска, в трех колоннах, двинулись к Шмодиттеву. Между тем как Лесток распрашивал о ходе и положеніи дела, явился офицер роты полковника Ермолова, для полученія дальнейших приказаній. Генерал-квартирмейстер поручил своему адъютанту Жерве вести артиллерію на указанное им прежде место: конныя роты генерала Богданова, полковника Ермолова и князя Яшвиля, под личным начальством начальника артиллеріи праваго крыла, генерал-маіора Кутайсова, потянулись шагом чрез поле длинною нитью, в одно орудіе. Жерве просил ехавшаго с ним в голове колонны офицера доложить своему командиру, что следовало-бы ускорить шаг для предупрежденія непріятеля в назначенном пункте. Офицер отвечал, что сугробы снега и кочки не дозволяли идти скорее.

Когда артиллерія Кутайсова приблизилась к возвышенію близ Ауклапена, непріятель открыть по ней канонаду. Наши орудія выезжали на позицію постепенно одно за другим и открывали огонь

216

дат. картечью по Французам, уже овладевшим мызою и наступавшими, к высоте; два единорога, на левом фланге русской батареи, действовали гранатами, против непріятеля, столпившагося в Ауклапене; после несколышх выстрелов загорелись строенія мызы, что заставило Французов оттуда бежать в разсыпную. Конный Польскій полк преследовал их и изрубил много кехоты. Здесь был смертельно ранен коыандир этого полка, храбрый цолковник Жигулин *). Генерал Готье, получив приказаніе снова овладеть мызою, атаковал и взял ее одним из баталіонов 25-го нолка, .поддержанным всею дивизіей Гюдена; войска Даву, продолжая подаваться вправо, сильно заняли березовую рощу, а 51-й полк с четырьмя ротами 108-го утвердился в Кушитене. Уже было около 4-х часов(³⁵).

В то самое время подходили туда-же войска Лестока и прибыль на батарею у Ауклапена главнокомандующий. Французы сильно отвечали на нашу канонаду; в числе прочих, был тяжело ранен ядром, в нескольких шагах от Беннигсена, Лейб-гусарскаго полка ротмистр граф Салтыков. Генерал Лесток повел свой отряд прямо на Кушитен: в центре шел Выборгскій полк, Пиллара; правее и левее — наступали прусскіе полки Шёнинга и Рюхеля; во второй линіи следовали прусскіе гренадеры и конница. С оглушительным криком ура, Выборгцы ворвались в селеніе, почти совершенно истребили 51-й линейный полк и четыре роты 108-го (³⁶) и взяли три русскія орудія, отбитыя непріятелем при нападеніи на наше ле-

*) Одие из улан, бывішіх в конвое Жгтгу.шна, выскочиі вперед и заколодь пикою Француза выстрелившаго в полковника,

_217_

вое крыло; тогда-же полк ІГОнинга атаковал пе- iso? хоту стоявшую в стороне селенія и отбросил ее к березовой роще. Полковник Гамильтон (Наmilton) с полком Рюхеля преследовал непріятеля зажегшаго селеніе, а Платов с казаками и прусскій легко-конный полк, называвшійся „Товарищами" (ïoAvarzysz), обойдя селеніе влево, настигли непріятеля прежде нежели он успел достигнуть рощи, и частью изрубили, частью забрали в плен уходивших Французов; полк „Товарищей" отбил орла (^з1?). Генерал-маіор Чаплиц, с отрядом, состоявшим из Московскаго драгунскаго полка, трех эскадронов Павлоградских гусар и нескольких казачьих сотень, прошел чрез селеніе, атаковал одну из непріятельских колонн и опрокинул ее, нанеся Французам большой урон (³⁸).

По занятіи Кушитена, Лесток развернул войска своего отряда на высоте, против березовой рощи: в первой линіи пехоту, во второй кавалерію; легко-конные „Товарищи" с казаками были высланы влево, для наблюденія за непріятелем, стоявшим у Саусгартена. Нападенію на рощу предшествовала канонада, при чем в особенности отличилась стоявшая на левом фланге пехоты батарея поручика Декера (в последствіи известнаго военнаго писателя). С последними лучами заходящаго солнца, пехота Лестока двинулась в стройном порядке, с музыкою, к березовой роще. Полки наступали без выстрела, под громом артиллеріи. Подойдя к роіце на пятьдесят шагов, Лесток открыл сильную картечную и ружейную пальбу, и потом атаковал рощу, послав в обход праваго фланга Французов полк Рюхеля с легко-конными и казаками. Дивизія Фріана, уже

218

ослабленная боем, не выдержала дружнаго натиска союзников, п будучи выбита из рощи, отступила в безпорядке, преследуемая Чаплицом с Московскими драгунами и Павлоградскими гусарами. Пользуясь этими успехами, войска Остермана двинулись вперед на подкрепленіе Лестока и вытеснили неиріятеля из горящих строеній ауклапенской мызы. Французы в безпорядке бежали к Саусгартену; артиллерія, стоявшая на Крегской горе, едва не была захвачена русскими войсками. Сам Даву, прискакав туда, устроил свои полки впереди Саусгартена и выставил сильныя батареи (³⁹).

Наиолеон, видя отступленіе Даву, усомнился в успехе и сказал своему начальнику штаба Бертье : „к Русским пришли подкрепленія, а у нас уже мало боевых снарядов. Ней неявляется, Бернадот далеко: кажется лучше идти им на встречу". Это значило — отступать. Действительно — положеніе Наполеона было затруднительно: войска Даву, Ожеро и кавалерія Мюрата были истощены и разстроены, а в резерве оставались только восемь гвардейских баталіонов. Казалось — Беннигсен намеревался воспользоваться благопріятными для него обстоятельствами: граф Остерман получил приказаніе приготовиться к общему наступленію, а генерал-маіору Лаптеву с тремя егерскими полками велено атаковать непріятеля; войска радостно встретили весть о возобновленіи боя, но между тем наступила ночь и Беннигсен отменил сделанныя им распоряженія. Канонада продолжалась еще несколько часов; солдаты обеих сторон, утомленные продолжительным боем, ложились на голой, покрытой снегом земле. при зареве пылающих селеній. Наконец—уже около 9-ти часов вечера— все смолкло (⁴⁰).

219

Генерал Беннигсен, по отра.кеніи непріятеля на левом крыле арміи, поехал к правому и найдя войска Тучкова наименее потерпевшими, а также удостоверясь из распросов у пленных о разстройстве непріятеля, предполагал иовести нападеніе на этом пункте. Но внезапно в тылу нашего праваго фланга раздалась сильная пальба: это было наступленіе Нея, который, вытеснив двигавшійся в арріергарде Лестока гренадерскій баталіон из Альтгофа, атаковал, уже в девятом часу вечера, бригадою Белера (Веіаіг) и частью легкой кавалеріи Лассаля селеніе Шлодитен, наполненное нашими ранеными, и выбил оттуда команды оставленныя для их прикрытія. Беннигсен, опасаясь быть отрезанным от Кенигсберга, отрядил против Нея несколько полков, и в числе их Таврическій гренадерскій и Воронежскій мушкетерскій, кои, ударив в штыки, овладели Шлодитеножь и заставили Французов отступить к Альтгофу (^4|)- Это был последній акт иятнадцати-часоваго кровопролитнаго сраженія при ПрейсишъЭйлау. Урон с нашей стороны простирался до 8,000 человек убитыми и 18,000 ранеными: в числе раненых, кроме Барклая де-Толли, были: генерал - лейтенант Дохтуров, генерал - зіаіоры : граф Ливен 3-й, Оукии 2-й, Корф, Мицкій, Арсеньев, Герсдор(|> и Титов 2-й. Французы сознаются в потере 18,000 человек; но нет сомненія в том, что у пих выбыло из рядов, по крайней мере, 25,000, потому что они наступали против войск занимавших выгодную позицію и почти все их нападенія были неудачны. В числе убитых и умерших от ран были генералы: д'Опу, Далеман и Корбино и генералы Сен-Сюльпис, Дежарден. Ге'деле и Лошс. Плеішых с

___220

1807. каждой стороны взято по несколько сот человек. Мы не потеряли—ни пушек, ни знамен; у Французов отбито пять орлов(⁴²).

В продолженіи шести суток, наши войска, то сражаясь против превосходнаго в числе непріятеля, то отступая днем и ночью, зимою, терпя голод и холод, ужасно ослабились. Они действовали в бою с обычною им неустрашимостью, но изнемогали под бременем трудов и лишеній; в продолженіи ночи после битвы множество людей разбрелось по окрестным селеніям, другіе ушли вместе с подвижным лазаретом заваленным ранеными; полки обратились в слабые баталіоны; в дивизіи графа Остермана-Толстаго оставалось под ружьем 2,700 человек. С содроганіем получил главнокомандующій рапорты корпусных командиров: оказалось, что наличное число войск всей арміи не превосходило 30,000 человек. Не смотря однакоже на то, главные сподвижники Беннигсена, Кнорринг, Штейнгель, Остерман, полагали, что нам следовало, пользуясь одержанными успехами, атаковать Французов. Сформировано было несколько колонн для преследованія непріятеля, но высланные вперед разъезды донесли, что французскія войска оставались на-месте. У Наполеона для возобновленія боя еще оставались свежія силы — корпус Нея и гвардейская пехота; у нас, напротив того, были введены в дело все войска до последняго баталіона, и к тому-же почти во-все не оставалось ни боевых, ни жизненных запасов. Беннигсен решился отступить к Кенигсбергу. „Пусть всякій опытный военный — пишет он—решит, не лучшели было мне отойти к Кенигсбергу, освежить там войска, дать пріют раненым, исправить артиллерію, пополнить снаряды

221

и укрепить тамошнюю позицію, оставляя Наполеона ть в безлюдных местах у Эйлау, где он не имел ни продовольствія, ни возможности призреть раненых и исправить артиллерію" (⁴³). Говорят, будтобы в 1813 году, Бернадот, разговаривая с нашими офицерами о Прейсиш-Эйлауском сраженіи, сказал: „Никогда счастіе более неблагопріятствовало Наполеону, как под Эйлау. Ударь Беннигсен ввечеру, он взял-бы по крайней мере полтораста орудій, под которыми лошади были убиты" (⁴⁴). В 1809 году, после сраженія при Асперне, Наполеон сказал находившемуся при нем ротмистру Чернышеву: „я назвал себя победителем при Эйлау, потому только, что вам угодно было отступить". Но показаніе Бернадота, неучаствовавшаго в сраженіи под Эйлау, весьма сомнительно; а слова Наполеона весьма часто не согласовались с истиною.

В 10 часов вечера, Беннигсен разослал всем начальникам дивизій приказанія—отступать к Кенигсбергу. В арріергарде были оставлены легкія войска, под начальством князя Багратіона, и отряд Лестока. Главныя силы, выступив в полночь, двумя колоннами, двинулись на следующій день к Мюльгаузену, и 29-го генваря (10-го февраля) к Кенигсбергу. Войска Багратіона следовали за движеніем арміи, а Лесток, снявшись с позиціи в два часа пополуночи, отступил, по совету своего генерал-квартирмейстера, полковника ІПарнгорста, на Домнау, к Фридланду, и потом к Алленбургу. Расположеніе на этом пункте прусскаго отряда способствовало прикрытію леваго крыла арміи и сообщенія с Россіей(⁴⁵).

Французская армія находилась не в лучшем положеніи нежели русская: войска были столь-же

222

Igor, изнурены и ослаблены, терпели такой-же недостаток в жизненных припасах и также разошлись по всей окрестности. Начальники их с безпокойством ожидали следующаго утра; один лишь Наполеон, окинув опытным взором все обстоятельства битвы, не сомневался в отступленіи нашей арміи и провел ночь на биваке позади города. И действительно—на разсвете 28-го генваря (9-го февраля) в виду Французов оставались только казаки, поддержанные несколькими полками легкой кавалеріи. Мюрат с резервною кавалеріей немедленно направился к Кенигсбергу, а легкая кавалерійская бригада Марюлаза (Marulaz) была послана в след за Лестоком к Домнау (⁴⁶). На следующій день, Мюрат переправился через Фришинг. Наполеон с главными силами стоял у Эйлау, но получив сведеніе о пораженіи, понесенном 2-го и 3-го (14 и 15-го) февраля передовыми войсками Мюрата у Мансфельда, счел нужным отвести армію за Пассаргу и предписал 4-го (16-го) всбм своим корпусам отступать (⁴⁷).

Сраженіе при Эйлау, в котором и мы, и Французы, потеряли почти половину наличнаго числа людей, было нерешительно. Обе стороны приписывали себе победу: Союзники отразили непріятеля, отбили трофеи и удержались на месте сраженія, а Французы овладели им по отступленіи нашей арміи. Наполеон, простояв неделю на поле битвы, ушел, преследуемый русскими легкими войсками, и принужден был на-долго отказаться от наступательных действій. Во всей Европе и в самой Франціи, привыкших к быстрым успехам Наполеона, сочли неудачу его пораженіем. „Нерешительность Эйлаускаго сраженія произвела в Париже невероятную тревогу; враги Имперіи, под личиною

223

екорьби, не могли скрыть радость о народном бед- iso7. ствіи. Государственные фонды значительно понизились" (⁴⁸). Напротив того, известія о нодвигах оказанных нашими войсками в кровопролитной битве, отбитыя французскія знамена, возимыя по улицам Петербурга Кавалергардами при торжественных трубных звуках, все это произвело у нас радостныя надежды на успех борьбы с исполином, доселе не встречавгаим такого упорнаго сопротивленія. Ишератор Александр наградил Веннигсена орденом Св. Андрея Первозваннаго. Орден Св. Георгія 3-й степени получили генералълейтенанты: Эссен 3-й и Лесток; генерал-маіоры: Штейнгель, Титов 2-й, Марков 1-й (Евг. Иван.), Сомов, граф Каменскій (Никол. Мих.), Фок, граф Пален (Петр Петров.), граф Дивен 3-й, барон Корф, Каховскій, Запольскій, граф Кутайсов, Юрковскій, князь Долгоруков (Мих. Петр.) и полковники Дука и Дехтерев, всего восьмнадцать лиц. Орден Св. Георгія 4-й степени пожалован тридцати трем штаб и обер-офицерам. Генералълейтенант Платов получил орден Св. Александра Невскаго с алмазами (⁴⁹). Офицеры, представленные к орденам Св. Георгія и Св. Владиміра и не получившіе их, были награждены золотыми крестами для ношенія в петлице на георгіевской ленте.

ГЛАВА XIX.

Пребываніе Императора Александра в Бартенштейне.

1807. Отступленіе Беннигсена, после битвы при Прейсиш-Эйлау, к Кенигсбергу дало возможность Наполеону разгласить во всей Европе бюллетени о новой блистательной победе, одержанной им над Русскими. В действительности-же наши войска, отступив к Кенигсбергу, находились несравненно в лучшем положеніи, нежели французская армія, удалившаяся от источников своих средств в опустошенную страну. Прусскія местныя начальства, соревнуя между собою в усердіи к защитнику их Монарха, снабжали наши войска продовольствіем, обувью, мастеровыми, врачами. Знатнейшіе кёнигсбергскіе жители составили общество для вспоможенія русским раненым. Для пользованія их прислали, Прусскій Король лейб-медика Герке, а жившій тогда в Митаве Людовик XYIII своего собственнаго доктора Дистеля. „Сожалею глубоко — писал развенчанный Французскій Король Беннигсену — что не могу принять участія в этой великой борьбе, делить с вами труды, а может быть, и славу" (*). Прусская Королева прислала Беннигсену двести фридрихсдоров для раздачи раненым,

225

изъявляя сожаленіе, что „несчастный обстоятель- и»?. ства не позволили ей сделать для храбрых русских воинов все, чего желало ея сердце" (²).

Положеніе Пруссіи было бедственно. Все прусскія области до самой Вислы, занятая Французами, подверглись разоренію. Король находился на окраине своих владеній, в Мемеле, и не имел уголка, где безопасно можно былобы хранить принадлежавшія ему драгоценныя вещи; по его желанію, казна, брилліанты, золотые и серебряные сервизы, и проч. были отправлены в Россію за прусским конвоем; лучшія лошади из казенных конских заводов также были переведены в Россію. Ненаходя места для формированія резервов, Король нросил Императора Александра о дозволеніи поместить их в Ковне и Юрбурге(³).

Несмотря однакоже на то, что Наполеон довел до крайности одного из своих противников и готовился вторгнуться во владенія другаго, его собственное положеніе было весьма затруднительно. Переходы и биваки, под голым небом, в суровое время года, плохое продовольствіе и кровопролитныя битвы ослабили его армію; в особенности-же пострадала кавалерія—частью от безпрестанных четырех-месячных маршей, частью от дурнаго ухода за лошадьми, обычнаго Французам. В войну 1807 года, они, при движеніи от Майна к Одеру, везде находили возможность заменять набитых, либо изнуренных лошадей другими, захваченными в добычу и отнятыми у жителей страны. Когда-же, после перехода французской арміи чрез Вислу, многія лошади сделались негодны и не стало средств для замены их, большая часть кавалеріи, и в особенности драгуны, спешились. Солдаты и офицеры, прежде воевавшіе

т. п. 15

226

1807. в Италіи и Германіи, теперь находясь в негостепріимной стране. встречая на каждом шагу упорное сопротивленіе. терпя голод и холод, утопая в грязи, не видели конца своим бедствіям. Наполеон писал своему брату Іосифу: „Чиновники моего штаба, полковники, офицеры, нераздевались в продолженіи двух. другіе—четырех месяцев, (я еам не скидал сапог целыя две недели). валялись на снегу и в грязи, без хлеба, без вина и водки, питаясь картофелем и мясом, двигаясь взад и вперед \ силенныыи переходами, сражаясь на штыках и весьма часто под картечью, отправляя раненых в открытых санях за двести верст.... Мы ведем воину во всем ея ужасе. Среди этих необычайных трудов, все были более или менее больны, я-же никогда не чувствовал себя лучше, и даже потолстел»..., (⁴). Сама фортуна, тогда еще неоставившая своего любимца, казалось, предостерегала его от замыслов, носивших в недрах своих неслыханныя бедствія 1812 года!

Французская армія, лишась в прейсиш-эйлауском сраженіи целой трети наличнаго числа людей и теряя ежедневно по нескольку сот человек, поступавших в госпитали, либо истребляемых Донцами, имела необходимую нужду в отдыхе. Но Наполеон оставил свои войска на биваках в окрестностях Эйлау, в продолженіи целой недели, опасаясь, чтобы не сочли его побежденным, что могло оказать невыгодное вліяніе, как на вооруженія в ІІолыпе, так и на действія австрійскаго кабинета, враждебнаго Франціи, но несмевшаго принять сторону Россіи и Пруссіи. А. между тем, Наполеон, видя, что дальнейшее ведете войны не обещало ему никаких выгод. открыл переговоры с прусским правительством и старался побудить

_²?L

его к отделытому миру. С этою целыо, еще до шсраженія при Эйлау, Талейран писал к тогдашнему прусскому министру иностранных дел, генералу Цастрову, что „Император!. Наполеон, желая обратить силы Прусской Монархіи на защиту Оттоманской Порты, предлагаете Королю не только мир, но и союз с Франдіей", и „что, в случае отказа в том, Е. В. иримет меры для низложенія Бранденбургскаго Дома" (⁵). За тем, эйлауская битва, возбудив в Наполеоне еще большія опасенія, побудила его предложить перемиріе генералу Бенігигсену, который отвечал, что „Император Александр норучил ему сражаться, а не вести переговоры", и вслед за тем, по воле Государя, обнародовал воззваніе к германским народам, призывая их вооружиться против Французов. Говорят, будтобы Наполеон, раздраженный такими действіями Беннигсена, приказал объявить в немецких газетах, чтобы он оставил русскую службу и немедленно явился на родину в Ганновер, под опасеніем лишиться находившагося там его наследствениаго именія (^с). Не успев заключить перемиріе с русским главнокомандующим, Наполеон просил у него дозволеніе генералу Бертрану проехать в Мемель к Королю Прусскому. Беннигсеп исполнил его желаніе. Письмо Наполеона к Королю Фридриху-Вильгельму заключало в себе изъявленіе готовности к союзу с Пруссіей. Бертрану было поручено сообщить Королю, от имени Императора Французов:

„во 1-х, что он с прискорбіем видит, как Россія длит открытіе общаго конгресса, и как от того страдает Пруссія;

„во 2-х, что он, узнав короче положеніе Поль-

13*

ш

1807. Біи. убедился в невозможности дать этой стране независимое существованіе;

„в 3-х, что он желает возстановить Короля, без всякаго посторонняго участія,

и „в 4-х, что он ожидает присылки от Короля доверенной особы, для заключенія мира и для возвращенія ему областей до Эльбы, занятых французскими войсками" (⁷).

4-го (16-го) февраля, прибыль Вертран в Мемель; вместе с ним пріехал присланный Беннигсеном, прусскій маіор Клюкс, с письмом, в коем русскій главнокомандующій убеждал Короля не верить обманчивым предложеніяме Наполеона: „Изъявляемая им наклонность к миру — писал Веннигсен — выказывает разстройство французской арміи. Смею уверить Ваше Величество, что победа над нею неотъемлема, если я получу подкрепленія; тем неменее однакоже переговоры с Наполеоном могут послужить Союзникам для выигранія времени" (⁸).

Прусскій Король был недоволен тем, что Беннигсен, без его разрешенія, дозволил Бертрану пріехать в Мемель, и хотя допустил его к себе и принял Наполеоново письмо, однакоже, не входя в дальнейшія объясненія, отправил его к своему министру иностранных дел Цастрову, который, вместе со многими другими лицами, близкими к Фридриху-Вильгельму, убеждал Короля открыть переговоры с Наполеоном. Тогда-же состоявшій при главной квартире Беннигсена, прусскій подполковник Кнезебек писал к генералу Шарнгорсту вымышленныя известія о „свирепости Московитов, кои—по словам его—разоряли Пруссію с умыслом прикрыть пустынею свою страну" и заклинал своего друга „уговорить Короля, что-

229

бы он согласился на мир, если предложенія На- іво7. полеона будут сколько нибудь сносны. Напротив того, Гарденберг полагал, что Наполеон, изъявляя наклонность к миру, имел в виду лишить Пруссію содействія Россіи и Англіи, чтобы вернее поработить ее; по его мненію, следовало, немедленно известив петербургскій и лондонскій дворы о предложеніях непріятеля, объявить, что Король пребудет верен своим союзникам. Сообразно тому, генерал-адъютант Короля, полковник Клейст, ввечеру 5-го (17-го) февраля, отправился в главную квартиру Наполеона, как для разведанія о его намереніях и о состояніи французской арміи, так и для выигранія времени; а три дня спустя был послан в Петербурга капитан Шёлер, с известіем о предложеніях Наполеона и с предоставленіем ответа на них Россійскому Моиарху. Император Александр отвечал Королю: „Я не противлюсь открытію переговоров с Наполеоном, но они должны быть общіе для Россіи, Англіи и Пруссіи, ведены в земле неутральной, наирим. в Галиціи, и Наполеон должен предварительно объявить условія, могущія послужить основаніями общаго мира". На письмо Короля, доставленное Клейстом, Наполеон отвечал изъявленіем готовности к миру и к созванію конгресса в Мемеле (^u), но не объявил своих условій, и по тому переговоры не имели никаких последствій.

Армія Беннигсена, по отступленіи к Кенигсбергу, считала в рядах своих, влесте с прусскими войсками,, около 50,000 человек (¹⁰); присоединеніе 6-й дивизіи Седморацкаго и некоторых других войск могло усилить ее десятью тысячами человек регулярных войск и 6,000 казаков. При

230

1807. всем желаніи нашего полководца воспользоваться ослабленіем непріятельской арміи и действовать наступательно, оп, не получая обешанных ему подкрепленій, отчаявался в успехе. Пехотные полки, большею частью, находились в однобаталіонном составе; в егерских полках было всего по 300 или 400 человек. Прибытіе 1-й дивизіи, в составе коей находилась и вся гізардія, замедлилось недоразуменіями, возникшими со стороны своенравнаго Короля Шведскаго. Генерал Беннигсен уже начинал чувствовать припадки болезни, в последствіи совершенно разстроившей его здоровье. Упадок дисциплины в войсках—следствіе неуместной снисходительности Беннигсена—подорвал доверіе к нему подчиненных ; в главной квартире арміи судили его действія и необдуманно разглашали все то, чему следовало оставаться в глубочайшей тайне. Присланный к нему в помощь генерал Кнорринг— тот самый, который в последствіи выказал столь явно свою неспособность — подавал пример неприличнаго обращенія с главнокомандующими Говорят, будтобы разномысліе между ними однажды дошло до того, что оба взялись за эфесы своих шпаг. Свидетель ссоры вождей, генерал-квартирмейстер Штейнгель едва успел помирить их. Кшандовавшій особым корпусом на левом крыле арміи, генерал-лейтенант Эссен (Иван Иван.) позволял себе распоряжаться и делать представленія Государю мило главнокомандующего!¹¹). Все эти непріятности побудили Беннигсена просить о увольненіи от предводительства арміей, при чем он изъявил готовность остаться при войсках и служить под чьим-бы то ни было начальством. Император Ллександр. выслушав донесенія флигель-адъютанта Бенкендорфа, и по-

231___

том князя Багратіона, которому главнокомандую- iso? щій поручил изложить Государю настоящее положеніе дел, изъявил волю, чтобы Беннигсен оставался по прежнему предводителем, отозвал Кнорринга и отправил в армію одного из любимцев своих, Новосильцова, поручив ему водворить согласіе в главной квартире. Тогда-же Государь приказал: Цесаревичу Константину Павловичу выступить с гвардіей из Петербурга в Юрбург; Римскому-Еорсакову—усилить Беннигсена войсками из резервов; князьям Лобанову-Ростовскому и Горчакову, с 17-ю и 18-ю дивизіями, идти из Москвы и Калуги к Неману ; областным начальникам милиціи — посиепіить высылкою в армію стрелковых баталіонов. Генерал-маіору Мелиссино поручено сформировать вербовкою Лубенскій гусарски? полк, в составе десяти действующих и одного запаснаго эскадронов. Полковнику графу Орурку поручено сформировать на таком-же основаніи КонноВолынскій (уланскій) полк. Вербовать в оба полка дозволено из всякаго состоянія русских и иностранных свободных людей, на срок не менее 6-ти лет; тем-же из них, кои прослужат 15 лет, обещано отводить земли. Для привлеченія на службу охотников, разрешено употребить на каждаго из них до 30-ти рублей (¹²).

В продолженіи переговоров с Корилем Прусским, Наполеон обратил особенное вниманіе на усиленіе своей арміи: маршал Лефевр, с 10-м корпусом, и вновь сформированная генералом Домбровским польская кавалерія получили приказаніе идти к Оетероде; a кирасирскія дивизіи Нансути и Эспаня — ускорить движеніе к Прейсиш-Эйлау;

___232

1807. гренадерам Удино предписано двинуться от Варшавы к Вилленбергу и охранять сообщеніе между корпусом Лефевра и войсками генерала Савари, расположенными в окрестностях Остроленки (¹³). Простояв восемь дней у Прейсиш-Эйлау, Напополеон выступил оттуда, 5-го (17-го) февраля, и 7-го (19-го) отвел главныя силы за Пассаргу. Два дня спустя, французскія войска расположились на зимних квартирах: корпус Бернадота у Браунсберга и Прейс-Голланда ; Сульта — у Либштадта и Морунгена; Нея — на реке Алле, у Гутштадта и Алленштейна; Даву — на верхней Пассарге, у Гогенштейна; резервная кавалерія — частью была придана помянутым корпусам, частью расположилась позади их; гвардія и гренадерская дивизія Удино стали в окрестностях Осте роде, где находилась главная квартира Наполеона. Для прикрытія арміи от обхода с праваго фланга, назначен быль корпус Ланна, тогда состоявшій под начальством генерала Савари; Наполеон, усилив его тринадцатью тысячами Баварцев, прежде находившихся в Силезіи, и поручив все войска собранныя на реке Нареве прибывшему из Италіи маршалу Массене, приказал ему стать в окрестностях Пултуска, для прикрытія кратчайшаго сообщенія с Варшавою. Расположеніе французской арміи, в плодоносной и довольно населенной стране, за реками Пассаргою и Алле, доставило Наполеону возможность дать войскам необходимый для них отдых и прикрыть осаду важнейшей из крепостей на Висле—Данцига. Сам Наполеон, в записках диктованных им на острове Св. Елены, отзывается с одобреніем о временном бездействіи своем на Пассарге, упрочившем его иоследующіе успехи(¹⁴). Как, при новом расположеніи французской арміи,

233

главный путь действій проходил чрез Торн и ш? Познань, то Наполеон перевел склады, госпитали И управленіе арміей (le quartier-général administratif) в Торн и усилил вооруженіе тамошней крепости(¹⁵).

Генерал Беннигсен, получив донесете от командовавшаго авангардом Платова об отступленіи непріятеля, приказал преследовать его, что и было исполнено казаками с большим успехом: непріятель не только оставил в ІІрейсиш-Эйлау более тысячи наших раненых, но был принужден бросить на марше множество повозок и отсталых и несколько орудій. Сам-же Веннигсен, с главными силами, простоял еще несколько дней у Кенигсберга, а потом перешел 13 (25) февраля к Ландсбергу и 2 (14) марта к Бартенштейну, присоединив к арміи прибывшую от Гоніондза 6-ю дивизію, которая поступила под начальство дежурнаго генерала графа Толстаго, Расноложив армію в окрестностях Гейльсберга, Беннигсен поставил авангард у Лаунау, поручив его возвратившемуся из Петербурга князю Багратіону. На оконечности праваго крыла арміи, против Бернадота, стал прусскій отряд Лестока, а для сохраненія сообщенія между левым флангом арміи и корпусом Эссена был послан Платов, с Павлоградским гусарским и десятью казачьими полками и с ротою донской артиллеріи (^І6), к Вилленбургу. Со времени сраженія при Прейсиш-Эйлау до 1-го (13-го) марта, с небольшим в месяц, Донцы захватили более 30-ти офицеров и 2,200 чинов(¹⁷).

8-го (20-го марта), Беннигсен, исполняя желаніе Короля Прусскаго, послал чрез Пиллау, нерунгскою косою, в Данциг, генерал-маіора князя

234

шоу. Щербатова, с тремя гарнизонными баталіонами, только-что прибывшими из Россіи в Кенигсберг; ему-же были подчинены три донских полка, отряженные в Данцигь во время пребыванія нашей арміи под Кёнигсбергом. При отправленіи туда неболыпаго русскаго отряда, Король имел целыо нестолько усилить гарнизон, сколько возвысить дух его и ободрить жителей города. Желая изъявить неограниченное доверіе князю Щербатову, Фридрих-Вильгельм назначил его вторым генералъгубернатором крепости и приказал главному начальнику войск в Данциге, графу Калькрейту не заключать никаких условій с Французами без согласія русскаго генерала (¹⁸).

Главный силы обеих армій оставались в занятом ими расположены, на кантонир-квартирах, с исхода февраля до мая, более двух месяцев. Причиною столь продолжительнаго бездействія были сперва суровое время года и изнуреніе войск, а потом, — со стороны Наполеона осада Данцига, до окончанія которой он не мог присоединить к своей арміи значительную часть ея, стоявшую под этою крепостью, а с нашей стороны затрудненія в доставке продовольствія и надежда на измененіе обстоятельств в политическом отношеніи, заставлявшая нас отлагать развязку дела. Только на левом крыле нашей арміи велась довольно деятельно малая война между отрядом Платова, (в последствіи усиленным полками: 1-м егерским, Гродненским гусарским и казачьим Денисова 7-го), и польскою дивизіей Заіончека с частью французской конницы. Здесь в партизанских ііоисках отличились шеф Павлоградскаго полка Чаплиц, того-же полка полковник Орурк и подполковник Кульнев — гроза Французов в

235

1812 году (^l!t). Жители окрестных мест способ- isot ствовали успехам русских войск, извещая их о движеніях непріятеля и служа проводниками нашим отрядам. И не смотря на то, в последующее время, нашлись между Немцами безсовестные публицисты, представившіе своим доверчивым землякам союзников -Русских какими то чудовищами, a непріятелей — Французов несравненно в лучшем виде (²⁰). Любопытно знать, что сказали-бы эти господа, еслибы к ним снова пожаловал Наполеон и возобновились событія, происходившія в Германіи с 1805-го по 1812-й год? Не обратились-ли-бы их соотечественники опять к помощи Московитов, Башкиров и Еалмыков, которых именами они так любезно величают Русских 1 _______

Разномысліе сподвижников Беннигсена и желаніе возстановить порядок в его главной кварти]»е были причинами отъезда Императора Александра в армію; но, кроме того, он надеялся своим црисутствіем на театре войны придать быстроту дипломатитеским сношеніям, имевшим целыо усилить союз враждебный Наполеону. Государя сопровождали: обер - гофмаршал граф Толстой, министр иностранных дел Будберг и генерал-адъютанты граф Ливен и князь Волконскій. Выехав из Петербурга. 16 (28) марта, Нмнератор Александр посетил 18-го (30-го) в Митаве Короля Людовика ХУШ. К сожаленію, нет никаких достоверных сведеній об этом любопытном свиданіи. Говорят, будтобы наіи Государь сказал Королю, что „лучшим днем своей жизни сочтет тот, когда водворит его во Франціи (^2|). Последствія показали, что в отих

236

îso-. словах выра;шлся только ласковый привет изгнаннику, и—более ничего, но, Провиденію угодно было набрать Императора Александра главным деятелем возстановленія Короля Людовика на престол его иредков. 20-го марта (1-го апреля), в Полангене, наш Государь был встречен Королем Прусским и провел с ним в двоем два часа. На другой день оба Монарха влеете поехали в Мемель; Государь остановился там в доме занимаемом Королем и сам Король представлял ему своих военных и гражданских чиновников. Император Александр особенно обласкал прежняго министра иностранных дел, барона Гарденберга, и долго разговаривал с ним наедине. Напротив того, Государь обошелся холодно с тогдашним министром иностранных дел. генералом Цастровым, После обеда у Короля, Союзные Монархи тотчас отправились в назначенный для Государя дом, где ожидали его определенные к нему, на время пребыванія его в Мемеле, прусскіе генерал-лейтенант Келлер, полковники Круземарк и Бельциг и маіор Шёлер. Государь, в сопровожденіи графа Ливена и Круземарка, сел на лошадь и посетил супругу прусскаго принца Вильгельма и княгиню Радзивил, а ввечеру ходил пешком к Гарденбергу и провел у него более часа. 23-го марта (4-го апреля), Король и Королева отправились с Императором в Кидуллен, близ Юрбурга, на смотр прибывшей из Петербурга гвардіи. Барон Гарденберг и генерал Цастров получили приказаніе ехать туда-же, но последній, под различными предлогами, остался* в Мемеле и вскоре сдал должность министра иностранных дел Гарденбергу (²²).

Император Александр, представляя Королю

237

1-ую дивизію, в составе коей была вся русская ія>;. гвардія (²³), обнял своего союзника и повторил ему обещаніе поддерживать его до последней крайности.

Русская гвардія, выступив из столицы, в половине (в конце) февраля, в нескольких эшелонах, шла при трескучих морозах самыми усиленными маршами; дневки бывали чрез пять или шесть переходов; гвардейская-же артиллерія, выступившая позже пехоты и конницы, имела от Петербурга до Юрбурга, на протяженіи около 800 верст, только одну дневку, во Пскове. Для облегченія людей, за полками следовало большое число обывательских подвод, на коих везли раніщ, ружья, въюки, усталых, и посменно ехали пехотинцы (²⁴). После смотра при Юрбурге, гвардія с уменыпенным обозом пошла на соединеніе с арміей к Шипенбейлю и расположилась в окрестностях этого местечка на кантонир-квартирах. Начальство над всею гвардейскою кавалеріей было поручено Кологривову, а над пехотою—Малютину. По приказанію Беннигсена, упражняли гвардію в цельной стрельбе (²⁵).

5-го (17-го апреля), Ииператор Александр, прибыв в главную квартиру арміи, тогда находившуюся в Бартенштейне, принял Беннигсена чрезвычайно милостиво и предоставя ему действовать по усмотренію, повелел атдать следующій приказ по арміи: „ІІобеды под Пултуском и Прейсиш-Эйлау, одержашшя генералом Беннигсеном над непріятелем, оправдали и увеличили доверенность, возложенную на искусство его. Прибытіе Его Императорскаго величества к храброй Своей арміи не вводить ни в каком отношеніи ни малейшей перемены в образе начальства,, под

238

1807. которым общее благо Европы столь ощутительно начинает уже возникать. Все повеленія исходят по прежнему от одного главнокомандующаго генерала Веннигсена, равно как и рапорты прямо доставляются к нему." В следующіе два дня, Государь объехал расположеніе арміи. Несколько кавалерійских полков, в коих лошади были крайне изнурены от недостатка кормов, по его приказанію, были переведены, для поправленія, в тыл арміи.

Вартенштейн, главная квартира арміи и союзных Монархов. сделался центром переговоров между державами враждебными Франціи. 14-го (26-го) апреля, Император Александр заключил там с Королем ТІрусским конвенцію, на следующих условіях:

Союзные Государи обязались действовать всеми своими силами, войти в соглашеніе, на счет плана действій, дипломатических сношеній и переговоров с непріятелем, и не заключать с ним мира иначе, как с обоюднаго согласія (ст. 1-я).— Целыо войны долженствовало быть дарованіе человечеству общаго мира. Союзники, не желая ни унизить Францію, пи вмешиваться в ея управленіе, имели в виду только положить пределы преобладанію Наполеона и оградить независимость, спокойствіе и неприкосновенность владеній прочих держав (ст. 2-я). — Основаніем действій союзников положены: безкорыстіе, уваженіе прав собственности и умеренность. Предполагая „соорудить незыблемое политическое зданіе, которое не могло-бы рушиться при первом покушеніи потрясти его," Союзные Монархи предоставили себе право вознаградить по возможности тех, которые понесли потери, уступками со стороны непріятеля и его

239

союзников, либо добровольными заменами (des ш?. échanges de gré à gré) (ст. 3-я).—Император Александр обязывался сделать все - возможныя усилія, для воввращенія Королю Прусскому его владеній и для востановленія Пруссіи в тех пределах, в коих она находилась до 1805 года (ст. 4-я).— Для утвержденія независимости Германіи, предполагалось уничтожить Рейнскій союз, заставить Наполеона отвесть его войска за Рейн и основать в Германіи новый союз под покровительством-!. Австріи и Пруссіи (ст. 5-я). — В случае присоединенія Австріи к союзникам, они хотели возстановить Австрійскую Имперію в прежнем ея могуществе, возвратив ей Тироль, а в Италіи— границу по Минчіо (ст. 6-я). — Союзныя Державы предлагали Англіи принять участіе в столь важном для нея деле, имевшем целью прекратить преобладаніе Франціи на материке Европы и упрочить независимость Германіи, в особенности-же обезпечить преуспеяніе торговли. Чтобы убедить Англію к содействію общим усиліям, как денежными субсидіями, так и диверсіями в тылу французских армій, союзники намеревались предложить ей увеличеніе владеній Короля Великобританскаго в Германіи и оборонительный союз с Пруссіей (ст. 7-я). — Такія-же предложенія будут сделаны Швеціи (ст. 8-я).—Союзники, в случае присоединенія к ним Австріи, Англіи и Швеціи, хотели пригласить Данію к участію в условіях настоящей конвенціи (ст. 9-я).—Предположено возвратить принцу Оранскому его владенія и вознаградить Королей Сардинскаго и Неаполитанскаго (ст. 10-я и 11-я).— Обезпечить неприкосновенность Турціи (ст. 12-я) (^2(і).

Вартенштейнская конвенция—один из важней-

1807 ших дипломатических актов настоящего столетія — заключала в себе повтореніе тех начал, которыя выражены в трактате с Англіей 24-го марта (5-го апреля) 1805 года. Этими-же самыми началами руководился Александр во все время десяти-летней борьбы его с Наполеоном.

Но для приведенія в исполненіе плана, задуманнаго Императором Александром, недоставало дружнаго содействія держав, приглашенных им к участію в войне против Франціи.

Еще до похода Наполеона на Пруссію, в начале октября 1800 года, австрійскій министр иностранных дел граф Стадіон поручил всем агентам венскаго кабинета при прочих дворах объявить, что Император Франц приказал собрать корпус на границе Богеміи, в защиту неутралитета австрійской монархіи. Несмотря на объясненія, в таком-же смысле сообщенныя Наполеону, он сомневался в намереніях Австріи и полагал, что сосредоточеніе войск в Богеміи было ему враждебно, и что лишь победа при Іене заставила австрійское правительство остаться в неутральном положеніи (²⁷). Тем не менее однако-же Император Франц предложил петербургскому, берлинскому, лондонскому и парижскому кабинетам свое посредничество для заключенія мира (^2&). Император Александр отвечал, что он примет предложеніе венскаго двора, как только будут объявлены основанія, на которых согласно вести переговоры французское правительство, если эти условія соответствуют предположенной им цели (²⁹). Фридрих - Вильгельм писал, что, по его убежденію, Наполеон предложить основанія мира, несовместныя с честью и достоинством прусской монархіи. Вместе с тем,

241__

Король сообщил венскому двору бартенштейнскую ѵм. конвенцію, приглашая Императора Франца присоединиться к Россіи и Пруссіи. Великобританское министерство сделало отзыв, что Король примет участіе в переговорах, коль скоро изъявят согласіе на то состояния в союзе с ним державы (³⁰). Наконец Наполеон объявил, что он готов принять посредничество Императора Австрійскаго, но „опасается, чтобы держава, пользующаяся для своего возвышенія раздором континентальных государств, не возбудила на предлагаемом конгрессе новых поводов к раздраженію и несогласно" (³¹).

Таким образом намереніе австрійскаго правительства не имело успеха. Известіе о двусмысленном принятіи Наполеоном предложеннаго посредничества пришло в Вепу почти одновременно с предложеніем Императора Александра и Короля Прусскаго—приступить к Бартенштейнскому договору. Подцо ди-Борго. столь-же пылкій, сколько и способный дипломата, непримиримый враг Наполеона, поддерживал уси.тія нашего посла графа Разумовскаго — возбудить общественное мненіе в Вене против Наполеона; но ему сильно противодействовал холодный, разсчетливый эрцгерцог Карл, тогда еще обладавшій доверіем Императора, своего брата. Стадіон склонялся на сторону врагов Франціи, но, находясь под вліяніем неудач понесенных австрійским оружіем в войну 1805 года, не смел предложить своему Государю решительный шаг, который, поставя Наполеона в опасное положеніе, дал-бы несомненный перевес Союзникам. Венскій двор счел условія Бартенштейнской конвенціи столь неумеренными, что полагал невозможным достигнуть

т. н. 1С

242

1807. такой цели даже после самых блистательных успехов (³²). Отказываясь содействовать Императору Александру, австрійское правительство приводило в оправданіе себе общее желаніе мира, обнаруженное на тогдашнем венгерском сейме, недостаток в оружіи и боевых припасах, разстройство финансов, требовавшее по мненію эрцгерцога Карла, не менее двух лет, для приведенія арміи на военное положеніе (³³). В действительности-же, в первую половину 1807 года, Австрія могла выставить до 340,000 человек, не считая венгерской инсуррекціи. На содержаніе регулярных войск, из 110-ти милліон. гульденов государственнаго дохода, отпускалось несколько более трети, именно 40 милліон. (³⁴), что дозволяло поставить на военную ногу от 100 до 150 тысяч человек.

Желаніе союзных держав привлечь на свою сторону Австрію, которой содействіе имело для них первостепенную важность, повело к предположение брачнаго союза отличавшейся красотою и высокими душевными качествами, любимой сестры нашего Государя, Великой Княжны Екатерины Павловны, с овдовевшим тогда во второй раз Императором Францом. Когда Император Александр спросил мненіе о том министра иностранных дел Вудберга, он отвечал, что родственная связь с Габсбургским Домом, подчинив государственным пользы Россіи династическим видам Австріи, былабы для нас весьма невыгодна. Но, кроме того, по словам нашего министра, надлежало принять во вниманіе различіе лет Императора Франца и Великой Княжны *), и

*) В 1807 году Императору Францу было 39, а Великой Княжне Екатерине Павловве только 19 лет.

243 _

паче всего - ея склонности и желаніе (³⁵). Импера- к»?, тор Александр цослал отзыв Будберга, в оригинале, своей Августейшей Родительнице. Сам Государь полагал, что Император Франц не мог понравиться Великой Княжне, как человек весьма непривлекательной наружности, плешивый, тщедушный, разслабленный телом и душой, и до того трусливый, что боялся ездить верхом в галоп и приказывал водить свою лошадь на поводу (³⁶).—Известно что это дело не имело никаких последствій.

Со стороны Англіи, уже воевавшей с Наполеоном, было оказано Союзникам столь-же мало содействія, как и со стороны Австріи. Статс-секретарь иностранных дел, лорд Говик (Hcwick, в последствіи лорд Грей), был человек недальняго ума, преданный своей стране, но неспособный принести ей какую либо пользу, постоянный соперник Питта, котораго обширные виды были ему непонятны, вредный сподвижник Государей ополчившихся против Франціи. Заметим здесь, что как только получили в Лондоне известіе о разгроме прусской арміи при Іене, то лорд Говик не щадил убежденій, чтобы побудить наше правительство к неотлагательному принятію участія в войне, обещая, именем Короля, удвоить усилія на пользу ойцаго дела (³⁷). Петербургски кабинета, известив англійское министерство о движеніи русских армій в помощь Пруссіи, изъявил желаніе сделать, под поручительством великобританскаго правительства, заем в шесть милл. фунт, стерл. (около 40 милл. руб. серебр.), по пяти процентов, с уплатою капитала в иродолженіи двадцати лет; вместе с тем. барон Вудберг про-

1G*

244

сил, чтобы в счет займа сделана была нашему правительству ссуда в милліон фунт, стерл. но Англія решительно отказала в том. По словам лорда Говика „великобританское правительство не могло ручаться в столь значительной сумме, которой проценты, вместе с погашеніем долга, увеличили-бы годовой налог пятьюстами тысяч фунт, стерлингов. Пример Австріи показывает, что такой заем, за поручительством Англіи, обратился-бы в субсидію. Конечно — Россія обладает большими средствами, нежели Австрія, и будучи верна своим прежним обязательствам^ пользуется более прочным кредитом. Но на займы госудярственные не должно смотреть, как на займы чаетных лиц, и в случае измененія дружественных отношеній межд) правительствами, либо—еще паче — при разрыве между ними, желаніе нанести вред непріятелю может взять верх над совестливым исполненіем обязательств» (³⁸). После такого отказа, предполагалось пополнить недоетаток в суммах' необходимых на военныя потребности выпуском облигацій на два милліона рубл. подлежавших погашенію в 4-х-месячный срок. Но министр финансов граф Васильев, находя затруднительным уплатить их в столь короткое время, предложил, для удовлетворенія .нуждам арміи, ' продать выкупленныя нами тогда в Голландіи облигаціи, что и было исполнено (³⁹).

Император Александр встретил такое-же недоброжелательство великобританскаго правительства, в отношеніи к обещанным диверсіям Англичан в Голландію, либо на берега Франціи. Настойчивыя домогательства, по этому предмету, не могли победить равнодушіе к общему делу сенъджемскаго кабинета (^4(|). За то — англійское мини-

245

стерство усердно ходатайствовало о возобновленіи, iso? либо, по крайней ыере, о продолжены на два года, торговаго трактата с Россіей, заключеннаго в 1797-м году на десять лет. Как срок этого трактата оканчивался 25-го марта 1807 года, то Государь изъявил согласіе продолжить его только в том случае, если Англичане сделают требуемую ии диверсію. Лорд Говик счел неуместным требованіе нашего правительства; но между тем пало министерство Гренвилля. и сменившее его управленіе Тори, во главе котораго стал Каннинг, наконец решилось исполнить желаніе Императора Александра. 17-го іюня н. ст. Англія, на основаніи конвенціи, заключенной с Королем Шведским, обязалась прислать в Германію вспомогательный корпус, в числе 20,000 человек. Но едва-лишь половина этих войск, под начальством лорда Каткарта (Cathcart), успела достигнуть берегов Помераніи, как тильзитскій трактата разрушил коалицію (⁴¹).

Действія Короля Шведскаго, не смотря на непримиримую ненависть его к Наполеону, были нерешительны. Хотя присланный им в Бартенштейн, нолковник Энгельбрехтен подписал, вместе с бароном Гарденбергом. конвенцію, по условіям которой должно было составить прусскошведскій корпус в Помераніи. для освобожденія крепостей обложенных Французами (⁴²), однакоже, между тем, шведскіе генералы, оборонявшіеСтральзунд, заключили перемиріе с маршалом Мортье (⁴³). Еогда-же Король Густав, с корпусом из Шведов и французских эмигрантов, прибыл в Стральзунд, 12-го мая н. ст. и присоединил к своим войскам присланный ему в помощь отряд Блюхера, тогда оказалось, что он будучи раздра-

246

1807. жен неполученіем от Авгліи обещанных субсидій, не столько помышлял о дружном содействіи видам союзников, сколько о любимой мечте своей — возстановленіи Бурбонов. Дни проходили за днями, и наконец великобританское министерство, 11-го (23-го) іюня, заключило с Густавом трактата, обязуясь уплатить ему, на годовое содержаніе шестнадцати тысяч человек, 200,000 фунт, стерл. и выдать, не в счет этой суммы, 50,000 фунт, стерл. на предварительные расходы (⁴⁴). Король Шведскій готовился идти к Кольбергу, чтобы освободить от обложенія эту крепость, но заключеніе мира в Тильзите заставило его отказаться от дальнейших действій в Помераніи.

При заключеніи Бартенштейнской конвенціи, нельзя было предвидеть, что Австрія и Англія окажут столь пагубное равнодушіе к общей пользе и к собственным своим выгодам, и по тому, в ожиданіи их содействія, Император Александр согласился с Королем Прусским не возобновлять наступленія, ограничиваясь отряженіем части войск в помощь Данцигу.

Освобожденіе Данцига было весьма важно для союзников. Наполеон, для осады этой крепости, назначил корпус маршала Лефевра, постепенно усиленный до 27,000 человек, и для поддержанія его поставил у Маріенберга 15-ти-тысячный резерв маршала Ланна: удерживая под Данцигом более 40,000 человек непріятельской арміи, Император Александр и Король Прусскій надеялись уравновесить силы, пока Австрійцы, Англичане и Шведы не откроют действій и не придут русскія подкрепленія; к тому-же данцигская гавань могла служить удобным пунктом для высадки войск в тыл Наполеону. Таковы были обстоя-

_ 247

тельства, побудившія Ооюзвых Монархов послать ш?. во второй половине апреля (в начале мая), в помощь Данцигу^ графа Каменскаго (Ник. Михаил.), с отрядом, въчисле до девяти тысяч человек,. русских и прусских войск (⁴⁵). Тогда-же корпус Лестока был усилен 5-ою дивизіей с одним казачьим полком, под начальством генерал-маіора Олсуфьева (⁴⁶).

В продолженіи осады Данцига, Наполеон, оставаясь в финкенштейнском замке, близ Остероде, выказал обычную ему кипучую деятелыюсть. Умножая свои вооруженныя силы и готовясь нанести противникам новые удары, он неупускал из вида меры предосторожности на случай неудачи, чего не было в последствіи, когда он, в челе вооруженной Европы, предпринял поход в Россію. Неослепленный тогда еще успехами, Наполеон вооружал и снабжал продовольствіем крепости нетолько по Висле и Одеру, но и по Рейну. Применяя изреченіе Цезаря: война должна питать войну, к народонаселенію иокоренных им стран, он вытребовал из Испаніи 15-ти-тысячный кориус генерала Ла-Романы, для защиты северных берегов Германіи, и послал на Пиренейскій полуостров несколько тысяч прусских пленных, приказав распределить их во французскіе полки. По заключеніи-же перемирія с Королем Шведским, он тотчас направил из Помераніи к нижней Висле несколько полков из стоявшаго там корпуса Мортье. Опутав всю Европу сетыо своих замыслов, Наполеон обращал вниманіе и на отдаленный Восток, поощрял Турок и Персіян к упорной войне против Россіи и маня Султана обещаніем возвратить ему Крым, домогался получить согласіе Дивана на свободный пропуск в Черное

24S

1807. море пяти французских кораблей, для угроженія, с содействіем турецкаго флота, южным берегам Россіи, а также просил разрешенія провести из Далмаціи к берегам Дуная 25-ти-тысячный корпус Мармона. Желая прочно утвердиться на Адріатике, он домогался, от враждебнаго, но покорнаго ему, австрійскаго правительства, о передаче в руки Французов важнаго пункта Бокке-ди-Катаро, занятаго русскими войсками. Гордые Габсбурги уступили железной воле победителя, но все усилія и козни венскаго двора были сокрушены стойкостью и присутетвіем духа адмирала Сенявина, и даже тогда, когда наше правительство, не желая подвергнуть бывших своих союзников — Австрійцев мести Французов, согласилось на > ступку Катаро, Сенявин медлил исполненіем полученнаго повеленія и—верный страж славы и выгод Россіи — сохранил сделанное им завоеваніе до самаго окончанія войны (⁴⁷).

Наполеон, враждуя Россіи, отправил в Испагань генерала Гарданна, с артиллерійскими и инженерными офицерами, и обещал прислать Персидскому Шаху 5,000 человек пехоты и 10,000 ружей. Поручив осад> Данцига храброму, но невежественному Лефевр j, чтобы дать ему возможность разсказить кое-что в сенате, Наіюлеон умерял нетерпеніе стараго воина, хотевшаго, с первагоже дня осады, идти с гренадерами на шт> рм крепости, и мирил его отвагу с искусством инженеров. Ни одно из современных событій не укрывалось от его орлинаго взора. Углубясь в ліса и болота Польши, он зорко следил оттуда за всем происходившим на противопололшой окраине Европы и на дальнем Бостоке: столица Султана, угрожаемая Англичанами, была обязана защитою

249 _

единственно присутствію духа и искусству француз- шт. скаго посланника Себастіани. В тоже время, Наполеон объявил декрет о наборе конскрипціи 1808 года, давал своему брату — Королю Іосифу советы на счет управленія Неаполем, журил другаго брата — Іеронима, писал наставленія парижским журналистам, читал отчеты французской академіи, входил в подробности дирекціи парижских театров, и пр. и пр.

Многосторонней, обнимавшей самые разнообразные предметы, деятельности Наіюлеона, Император Александр противопоставил деятельность, сосредоточенную на достиженіи предположенной им цели — отстоять независимость Европы. Напрягая свои усилія к образованію сильной арміи, на сколько это было возможно при другой войне веденной на юге Россіи, Александр повторял, чрез своих резидентов при иностранных дворах, что „одна лишь сила могла образумить Наполеона, и что со стороны Россіи не будет пощажено ничего для продолженія войны,- даже и в таком случае. еслибы состоялся конгресе» (⁴⁸).

Экспедиція графа Каленскаго к Данцигу не имела тех носледствій, каких от нее ожидали. Получив от Беннигсена повеленіе : „для большей безопасности нейдти Нерунгом, но отправиться морем к устьям Вислы, и оттуда следовать к Данцигу, оставив полковника Бюлова с тремя прусскими баталіонами на Нерунгской Косе, чтобы тревожить Французов с сей стороны," Каменскій, задержанный недостатком с^дов, прибыл къНейФарвассеру непрежде 29-го апреля (11-го мая). Замедленіе нашего вспомогательнаго корпуса дало Наполеону время получить сведеніе о сборе войск у Пиллау и наспех послать Ланна к Данцигу.

__250__

1807. Крепость сія тогда уже была близка к паденію, гарнизон ослаблен иобегами состоявших в нем польских уроженцев, и все бремя службы, большею частью, пало на Русских (⁴⁹). Пока граф Каменскій условился с Калькрейтом об единовременном нападеніи на осаждавшія войска, Император Александр, удостоверясь из показаній Донцов и лазутчиков о растянутом расположеніи французской арміи, предпринял атаковать выдвинутый далеко вперед корпус Нея, Для этого, большая часть арміи должна была выступить от Гейльсберга и идти к Лаунау, и далее против Нея, а другая часть, собравшись у Бюргерсвальде — обратиться в тыл ему; для отвлеченія-же вниманія Французов, надлежало Платову повести атаку на Алленштейн. Нападеніе назначено было произвесть 1-го (13-го) мая.

30-го апреля (12-го мая), Император Александр смотрел у Гейльсберга расположенныя там 1-ую, 2-ую, 3-ю и 14-ю дивизіи, и конницу леваго крыла арміи. В тот-же день собрались у Бюргерсвальде назначенные в обход Нея 7-я и 8-я дивизіи, и конница праваго крыла. 1-го (18-го) мая, Государь смотрел авангард князя Багратіона; тогда-же правое крыло арміи двинулось к Аренсдорфу, а Платов с казаками подошел к Алленштейну. С восходом солнца, русскія войска, обрадованныя присутствіем своего Монарха, готовы были ринуться с нескольких сторон на Нея безпечно стоявшаго у Гутштадта. Но этому превосходному соображенію несуждено было исполниться. Как нередко случается на войне, Беннигсен получил недостоверное, но весьма озаботившее егоизвестіе, будтобы Наполеон с главными силами двигался в помощь Нею. В то время, когда наши войска с нетерпеніем

251

ожидали повеленія — идти вперед, и при передо- iso-. вых войсках Багратіона, у опушки леса, стояд сам Государь, Веннигсен, подъехав к нему, доложил о полученном сведеніи и испрашивал разрешеніе отложить предположенную атаку. Император, после аустерлицскаго сраженія, сомневавшійся в своих способностях к военному делу, отвечал Беннигсену: „Я вверил вам армію и не хочу мешаться в ваши распоряженія. Поступайте по усмотренію" (⁵⁰). За тем Государь возвратился в Бартенштейн, и в тот-же день уехал в Тильзит, осмотрев на пути поле Эйлауской битвы.

Причины нерешимости Беннигсена оказались неосновательны: известіе о наступленіи Наполеона неподтвердилось, и нам ни что не мешало исполнить предположеніе, обещавшее верный успех. Но Беннигсен, все еще находясь под вліяніем прежних опасеній, приказал войскам разойтиться на кантонир - квартиры. Так кончился безполезный манбвр, названный тогда в шутку „прогулкою перваго мая." После того, еще целыя три недели, наша армія оставалась на месте: причиною напрасной потери времени, кроме надежды на помощь Австріи, был недостаток в продовольствіи. Беннигсен писал Государю : „С горестью должен я донести Вашему Величеству, что все еще, по недостатку в провіанте, я принужден оставаться в бездействіи, между тем как у Бонапарта стоять значительный силы под Данцигом, a прочія войска ослаблены, растянуты от Фриш-гафа до Нарева. и я имею против них превосходныя сосредоточенныя силы. Мне обещают прислать продово.іьствіе, и если это сбудется, я могу нанести чувствительный удар непріятелю" (⁵¹)-

Действительно наши войска териели крайнюю

252

1807. нужду, и—что было еще хуже — ближайшія к Беннигсену лица приписывали бедствіе войск безпечности самаго главнокомандующаго. Так, наприм. граф Воронцов (Мих. Семен.), тогда находившійся в главной квартире арміи, говорил, что однажды, на представленія частных начальников о недостатке провіанта, Беннигсен отвечал: „Надобно уметь терпеть. И за моим обедом подают только три блюда." Подвозы из Кенигсберга были дурно устроены, а окрестная страна не представляла никакой возможности добывать запасы. Госпитали, по свидетельству англійскаго генерала Вильсона, тогда состоявшаго, в качестве резидента, при нашей арміи, были „ужасом человечества." Кавалерія от безкормицы, потеряла множество лошадей. Все это поселяло неудовольствіе к Веннигсену в войсках, и даже в главных его сподвижниках. Из переписки Сакена видим, что каждое из действій главнокомандующаго, каждая мера, им принятая, подвергались невыгодным для него толкам. „Умоляю вас — писал Сакен еще в генваре гофмаршалу графу Толстому — войдите в мое положеніе; пусть генерал Веннигсен, прекратив свою ненависть ко мне, обратить ее против непріятеля" (⁵²). Неберемся судить, кто из наших генералов был более виноват в общем раздоре, но считаем долгом заметить, что в таких обстоятельствах едвали было возможно Веннигсену действовать успешно против геніяльнаго полководца, котораго все воины, от маршала до простого солдата, руководились одною мыслью, одною волею.

ГЛАВА XX.

Тнльзвтскіи мир.

Пока вели переговоры в Бартенштейне и Вене, решена была участь Данцига.

Эта крепость, весьма важная по своему местному положенію и по тому вліянію, которое она оказывала на действія, тогда происходившая в Прусской Полыпе, окружена удобными к вододействіям низинами со всех сторон, кроме западной, наиболее доступной, но прикрытой отдельными постройками, соединенными ретраншаментом. После разгрома прусской арміи при Іене и Ауэрштедте, данцигскія укрепленія были значительно усилены. В крепости находилось до 800 орудій, но оказались годными к употребленію только 850, из коих 260 поступило навооруженіе Данцига, а остальными снабжены крепостцы при устье леваго рукава Вислы — Нейфарвассер и Вейхсельмюнде. Кроме того, для содействія вылазкам, имелось 8 конных орудій в Данциге и 2 — в Нейфарвассер. Боевых припасов было недостаточно, именно всего на все 2,254 центнера (около 5.С00 пудов) пороха и 868,000 готовыхъ'патронов. Напротив того, жизненных запасов было много.

___254

Начальников войск (губернатором) в Данциг^ назначили генерала от кавалеріи Калькрейта (Kalkreuth), еще несовсем одряхлевшаго участника Семилетней войны. Начальником инженеров был столько-же храбрый, сколько и опытный генералъмаіор Лоран (Laurens); в числе инженерных офицеров находился известный своими сведеніями маіор Бусмар (Bousmard). При обложеніи города, 12-го марта н. ст.. гарнизон состоял, несчитая больных и раненых, в числе 15,600 человек, из коих 11,200 человек занимали самую крепость, a прочіе — Вейхсельмюнде, Нейфарвассер, Нерунг и проч. В последствіи (как уже сказано), прибыли в Данциг три казачьих полка и три гарнизонных баталіона, под начальством князя Щербатова. В продолженіи осады 1734 года, гарнизон крепости простирался до 45,000 человек, частью данцигских граждан (*).

Осадная армія состояла: 1) из своднаго корпуса маршала Лефевра, в числе 27,000 человек, и 2) из прибывших в мае гренадерской дивизіи Удино и части 8-го корпуса Мортье, всего до 15,000 человек, под начальством Ланна, следовательно— вообще было собрано под Данцигом до 42,000 человек. Осадными работами управлял искусный инженер, дивизіонный генерал Шасслу (Chasse-

loup) (2).

В ночи на 21-е марта (2-е апреля), непріятель открыл 1-ю параллель, 31-го (12-го апреля) 2-ю и 9-го (21-го) апреля 3-ю. Осадныя работы затруднялись дождливою погодою, искусным действіем прусской артиллеріи и частыми вылазками, который однакоже весьма ослабляли гарнизон множеством переметчиков из Поляков, увлеченных^ печатными воззваніями Домбровскаго и Гелгуда. коман-

___255___

довавших отрядами в корпусе Лефевра. Даже іда. часовые перелезали через палисады и уходили к непріятелю, почему надлежало безпрестанно переменять пароль и лозунг. Служба гарнизона, особенно Русских, сделалась крайне трудна, когда, по сближеніи осадных работ, нельзя было ставить ненадежных солдат на передовые посты. По мере успеха осады, переводили е места на место наши войска и употребляли казаков на-равне с пехотою (³).

12-го (24-го) апреля, непріятель открыл огонь из 72-х орудій, размещенных на батареях 1-й и 2-й параллелей, и на следующій день потребовал сдачи, но получил отказ. Гарнизон, ослабленный болезнями, боем, и в особенности побегами, считал в рядах своих не более 8,000 человек и возлагал все надежды на помощь извне. Лефевр, желая пресечь сообщеніе крепости с морем, чтобы предупредить прибытіе к ней подкрепленій, атаковал, в ночи на 25-е апреля (на 7-е мая), остров Гольм (Holm), образуемый двумя рукавами Вислы, опрокинул стоявшія там союзныя войска и овладел этим важным пунктом. Отрезав крепость от моря, Французы усилили бомбардированіе города и в начале (в половине) мая довершили венчаніе покрытаго пути. В это самое время граф Каменскій высадил вверенный ему отряд в Нейфарвассере, перевел свои войска оттуда в Вейхсельмюнде и условился с Калькрейтом атаковать непріятеля, 8-го (15-го) мая, одновременно с вылазкою гарнизона. Англичане обещали содействовать нападенію огнем трех плоскодонных судов, стоявших при устье Вислы, но не сдержали слова. Покушеніе Каменскаго, неподдержанное ни вылазкою из Данцига, ни ка-

__256___

1807. нонадою англійских судов, не имело успеха: союзники были принуждены отступить с потерею 1,560 человек (⁴)= Стольже неудачно было покушеніе 7-го (19-го) мая провести в Данциг вверх по Висле англійскій прам, нагруженный тремя стали центнеров пороха, который сел на мель и бьтл захвачен Французами. Два дня спустя, пришла из Помераніи под Данциг одна из дивизій корпуса Мортье. Лефевр предложил графу Калькрейту сдаться военно-пленным и получил в ответ, что гарнизон будет защищаться до последняго человека, если ему не дозволять выдти из крепости, с воинскими почестями, оружіем и частью полевой артиллеріи, и соединиться с русскою арміей. Наполеон, получив о том донесете Лефевра, согласился на свободный выход гарнизона, но с условіем: „чтобы он не служил против Французов год и один день, и чтобы капитуляція была подписана не одним прусским губернатором, но и начальником русских войск». Граф Калькрейт, потеряв надежду на освобожденіе от осады и имея не более трех сот центнеров пороха, принял предложенныя условія и согласился сдать крепесть 15-го (27-го) мая, если к тому дню не будет выручен вспомогательным корпусом. Князь Щербатов не хотел утвердить условій сдачи своею подписью. „Мне казалось несносным — говорить он в Журнале своих действій — видеть имя мое в капитуляціи. Слово сіе было ново для Русских. Мы брали крепости, но никогда в новейшія времена не бывали в осадах. Я решился, чего-бы не стоило, избавить по крайней мере себя одного от исполненія условій". Уступив наконец настояніям Калькрейта, князь Щербатов объявил французскому генералу Друэ д'Эрлону — в послед-

²-iL_

ствіи маршал—что сила обстоятельств заставила \т. его подиисать капитуляцию, но, что касается до него лично, то на условіе : „неслужить год против Францу зов», он не может согласиться без соизволенія Императора Александра, в ожиданіи коего останется военнопленным. Напрасно уговаривали его союзники и непріятели. Русскій генерал настоял на своем, и Лефевр прислал паспорт адъютанту его Лопухину, посланному к Государю с донесеніем князя Щербатова.

15-го (27-го) мая, гарнизон, выдержав пятидесяти-двух-дневную осаду, выступил, в числе 12,500 человекъ*), со всеми военными почестями, к Нерунгу. Два дня спустя, Наполеон, прибыв на несколько часов в крепость, поздравил Лефевра герцогом Данцигсішм, но сердился за позволеніе, данное князю Щербатову, оставаться в Данциге, и велел объявить ему, чтобы он прожил годовой срок, по капитуляции, во Франціи, либо в Дрездене. Князь Щербатов отправился в Дрезден и находился там, когда Наполеон, по заключеніи Тильзитскаго мира, возвращался во Францію, раболепно встречаемый германскими владетелями. Узнав о пребываніи Щербатова в Дрездене, Наполеон приказал пригласить его к себе, принял весьма ласково, выхвалял защиту Данцига и спросил: „зачем вы не захотели воспользоваться капитуляціей, столь почетною¹?" Князь Щербатов отвечал: „я не мог решиться в мои лета оставаться в бездействіи целый год, а отдавшись в плен, надеялся быть вымененным и возвратиться на службу". Наполеон, в благосклонных выраженіях, одобрил ответ(⁵).

*) За нсключепіем больпых ц раненых, последовавшпх за войсками, гаршізоіі считать и рлдах своих не бодее 7,500 человек. т. п. 17

258

1807. Несравненно лестнее для князя Щербатова был полученный им, в тот-же день, Высочайшій рескрипт, в коем Император Александр отдавал ему полную справедливость (⁶).

Генерал Калькрейт, в награду за мужественную оборону Данцига, был произведен в фельдмаршалы.

По сдаче Данцига, граф Каменскій посадил свой отряд на суда и отплыл в Пиллау, откуда перешел в Кёнигсберг; туда-же отправился прусскій гарнизон Нейфарвассера. Вейхсельмюндскій комендант не принял мненія Каменскаго, предложившаго ему также отплыть морем, и решился продолжать защиту своего укрепленія. но почти весь гарнизон его перебежал к непріятелю. Таким образом Французы овладели устьями Вислы (⁷).

Едва лишь в главной квартире нашей арміи получено было донесете графа Каменскаго о сдаче Данцига, как Беннигсен решился возобновить наступленіе против непріятеля. С перваго взгляда, такія действія кажутся несвоевременны: не лучшели было атаковать Французов тогда, когда более 40,000 человек их войск находились под Данцигом? В действительности-же силы Наполеона были и по сдаче Данцига также растянуты, как и прежде, и Беннигсен, наконец обезпечив себя провіантом на несколько дней, мог предпринять давно уже задуманное наступленіе. Заметим, что он, небудучи уверен в успехе своего предпріятія, заблаговременно укрепил позицію у Гейльсберга и намеревался, в случае неудачи нападенія на непріятельскую армію, отвести туда свои главныя силы и отразить Наполеона (⁸).

259

В половине (в конце) мая, войска обеих сто- и»?. рон были расположены следующим образоаі:

A. Со стороны Французом: 1-й корпус, маршала Бернадота, 28,000 чел. на нижней Пассарге; 4-й корпус, маршала Сульта, 80,000 челов. у Либштадта; 6-й корпус, маршала Нея, 17,000 челов. у Гутштадта; 8-й корпус, маршала Даву, 28,000 челов. у Гогенштейна и Алленштейна; 8-й корпус, маршала Мортье, и резервный корпус, маршала Ланна, всего до 37,000 челов. на нижней Висле; резервная кавалерія Мюрата, 21,000 челов. между нижнею Вислою и Пассаргою; гвардія, 9,000 челов. при главной квартире Наполеона, в Финкенштейне, близ Остероде, итого 170,000 человек (140,000 пехоты и 80,000 кавалеріи); кроме того, корпус маршала Массены, в числе до 26,000 челов. стоял на Омулеве и Нареве, польскій отряд генерала Заіончека у Нейденбурга, осадный корпус под Грауденцом, и проч.

B. Со стороны Союзников: корпусы Лестока и графа Каменскаго, в числе 25,000 человек, прикрывали Кё'нигсберг; главныя силы, (вместе с 8,000 казаков) до 80,000 человек, находились в окрестностях Гейльсберга; корпус Тучкова 1-го, 20,000 чел. на р. Нареве. Всего-же было 125,000 челов. (100,000 пехоты и 25,000 регулярной кавалеріи и казаков).

Союзная армія была гораздо слабее непріятельской, но сосредоточена на меныпем пространстве.

Пользуясь тем, и в особенности выдавшимся вперед расположеніем корпуса Нея, Беннигсен предпринял напасть на него с нескольких сторон. Генерала Дохтуров, с 1-ю колонною, из 7-й и 8-й дивизій, должен был двинуться от Вормдита, опрокинуть сультовы посты, стоявшіе по

17*

260

шт. правую сторону Пассарги и овладев мостом у Питенена, близ Ломитена, прервать сообщеніе между корпусами Сульта и Нея. Гежрал Сакен, с 2-ю колонною, из 2-й, 3-й и 14-й дивизій и большей части кавалеріи, получил приказаніе идти от Аренсдорфа к Вольфсдорфу и ударить Нею во фланг, охватив его с нескольких сторон. Авангарду князя Багратіона, из 4-й и 5-й дивизій, велено направиться против Нея с фронта, от Лаунау к Альткирху. Князь Горчакова, с 4-ю колонною, из 6-й дивизіи, должен был, переправясь через Алле выше Гутштадта, атаковать Нея с праваго фланга и отрядить бригаду Кнорринга из Зеебурга в помощь Платову. Летучему отряду Платова велено переправиться у Вергфрида и кинуться в тыл корпусу Нея. Великій Князь Константин Павловичи, с 1-ю дивизіей, получил приказаніе следовать в резерве за главными силами, на Аренсдорф. Корпус Жестока должен был отвлечь вниманіе Бернадота наступленіем к нижней Пассарге, а корпус Тучкова сделать сильную демонстрацию против Массены(⁹).

На основаніи этой превосходной диспозиціи, корпус Нея, атакованный с нескольких сторон 60-ю тысячами человек, между тем как прочія непріятельскія войска были-бы озабочены наступленіем Лестока и Дохтурова, мог подвергнуться совершенному истребленію. Но исполненіе диспозиціи было вяло и нерешительно.

Генерал Дохтуров опрокинул 24-го мая (5-го іюня) непріятельскіе посты за Пассаргу и разобщил Нея от Сульта. Князь Горчагов овладел Гутштадтом. Товарищ детства и юности Императора Александра, служившій волонтером, тайный советник граф Строганов (Пав. Александр.), с

262

казачьими полками Атаманским и Иловайскаго 5-го, шч. переправясь вплавь чрез Алле, атаковал непріятеля, отступавшая из Гутштадта, истребил несколько сот Французов и взял в плен более 600человек(¹⁰). Енязь Багратіон, выступив рано утром из Лаунау, выбил непріятельских стрелков из леса и овладел селеніем Альткирхом, но не видя колонн Сакена, пріостановил нападеніе. Это подало повод Нею принять действія Багратіона за усиленное обозреніе и повести атаку на Альткирх. Но когда наконец появились на его фланге войска Сакена, Французы поспешно отступили к Анкендорфу и ввечеру там заняли позицію. Беннигсен мог, направя в ночи часть арміи к переправе у Деппена, отрезать Нея и атаковать его в следующее утро главными силами; но ограничился приказаніем „прогнать непріятеля за Пассаргу". Таким образом Ней получил возможность уйти на левую сторону этой реки и спасся от угрожавшей ему гибели, потеряв в оба дня до^тысячи человек убитыми и более полуторы тысячи пленными; в числе последних находился генерал Роге. С нашей стороны урон был ничтожен; ранены генералы Остерман и Сомов.

Хотя в офиціальном донесеніи главнокомандующего, от 24-го мая, было сказано, что „маршал Ней сегодня разбит с его корпусом», однакоже Беннигсен нескрыл, что успех был ниже ожиданія, и будучи во вражде с Сакеном еще с польской войны 1794 года, обвинил его за неудачу. В донесеніи Государю Беннигсена было сказано: „Удостоясь командовать арміею, имею несчастіе, что под моим начальством состоит Сакен, портившій всегда мои предпріятія чувствами, которыя я удерживаюсь обнаружить. Вероятно, если предпрія-

262

1807. тія 24-го и 25-го мая не имели всех успехов. какіе должны былиб быть, то я приписываю сіе единственно генералу Сакену, в препятствованіи или исполнены в противном смысле приказаній моих, что может засвидетельствовать вся армія...." (^и). Император велел судить Сакена. Этот суд, продолжавшійся три года, окончился решеніем особо на сей предмет составленнаго Совета, который заключил „отставить генерала Сакена от службы" (¹²). Государь не утвердил этого доклада, но Сакен оставался в немилости Монарха и в крайней бедности до 1812 года, когда опасность угрожавшая Россіи снова его вызвала к деятельности и дала ему случай выказать вполне свои военныя дарованія. Демонстрація Лестока к нижней Пассарге и дело при Спандене 24-го мая (5-го іюня) не имели никаких последствій, кроме того, что Бернадот был ранен пулею в голову; место его занял генерал Виктор, незадолго пред тем захваченный в плен прусским разъездом и отпущенный в замен Блюхера.

Наполеон, прибыв к корпусу Нея, на другой день по отступленіи его за Пассаргу, и приказав прочим войскам идти ему в помощь, узнал, что Беннигсен оставался на месте. Этого было достаточно, чтобы побудить великаго полководца к открытію наступательных действій. Беннигсен, с своей стороны, казалось, был непрочь от решительнаго боя, но колебался — где принять его : под Гутштадтом или под Гейльсбергом, и потому, оставя авангард князя Багратіона на Пассарге, расположил армію у Гутштадта и приказал усилить укрепленіями тамошнюю позицію.

²⁶³__

Утром 15-го (27-го) мая, замечено было огром- ш?. ное скопленіе французских войск и густыя облака пыли на левой стороне Пассарги; в последствіи оказалось, что сам Наполеон производил смотр войскам, возбуждая их к новым подвигам, своим присутствіем, воспоминаніем прежних успехов, надеждою на близкое окончаніе славным миром их трудов и липіеній. Князь Багратіон донес о всем замеченном главнокомандующему, который, прибыв в авангард, лично убедился в сосредоточеніи наПассарге французской арміи, объявил Багратіону о намереніи своем — принять бой у Гутштадта, и возвратясь туда, занялся нужными к тому распоряженіями.

Едва лишь уехал Беннигсен из авангарда, как Французы стали переходить на наш берег, по двум мостам у Эльдитена. Бригада легкой кавалеріи генерала Гюйо (Guyot), сультова корпуса, не выжидая переправы следовавших за нею войск, быстро, без авангарда, вошла в селеніе Клейненфельд. Командовавший частью нашего авангарда, генерал Раевскій окружил Французов и нанес им большой урон; сам Гюйо был убит(¹³). На следующій день, 28-го мая (9-го іюня), Беннигсен, изменив свое намереніе—обороняться у Гутштадта, отвел армію на позицію у Гейльсберга. Князь Багратіон с авангардом расположился у Рейхенберга, в 4-х верстах впереди Гейльсберга.

Генерал Каменскій, стоявшій с своим отрядом в резерве Лестока, у Мельзака, получив депешу главнокомандующаго на имя Лестока и распечатав ее, нашел предписаніе — содействовать арміи при отраженіи непріятеля перешедшаго через Пассаргу (¹⁴). Как, по разсчету времени, Лесток, тогда находившійся в Гей.шгенбейле, не-

264

1807 успел-бы исполнить это ириказаніе. то граф Каменскій решился идти, со всеми бывшими при нем войсками, к Гутштадту. Оставя у Мельзака полковника Стакедьберга, с Азовским полком и тремя эскадронами прусских гусар Притвица, Каменскій, с 9.670 Русских и Прусаков (¹⁵), выступил в сумерки 27-го мая (8-го іюня) к Вормдиту и донес о том Лестоку. За тем, получив сведеніе о расположеніи Веннигсена у Гейльсберга, он двинулся туда и пройдя в полторы сутки 50 верст, прибыль на правый фланг арміи утром 29-го мая (10-го іюня). за несколько часов до битвы. В тоже время Беннигсен, на донесеніе Императору Александру о намереніи своем дать решительный отпор непріятелю, получил ответ: „Ожидаю, что вы исполните то. чего требуют от вас долг, честь и слава Россіи".

Позиція у Гейльсберга образуется высотами праваго берега Алле, значительно господствующими над левым берегом и впереди их (к западу) лежащим пространством; эти высоты, на коих лежит мыза (Amt), в продолженіи трех - месячнаго бездействія арміи, были сильно укреплены. Против мызы, на левом берегу Алле, простирается плато, с крутыми скатами к реке; здесь, впереди города, было сооружено три неболыпих редута. Беннигсен, ожидая непріятеля с правой стороны реки, расположил впереди мызы значительную часть войск и прикрыл доступ к ним авангардом князя Багратіона, поставленным у Рейхенберга (¹⁶). Остальныя-же наши силы заняли позицію впереди города, ла речкою (Спибах). Небольшой авангард генерала Бороздина находился

265

у Лаунау, в 10-ти верстах от Гейльсберга (¹⁷). шт. Число войск Беннигсена простиралось до 69,000 человек, несчитая 7,000 казаков.

Наполеон, имея в виду отрезать Беннигсена от Кенигсберга, откуда мы получали жизненные запасы, двинулся к Гейльсбергу по левой стороне Алле. Генерал Бороздин, атакованный у Лаунау несравненно сильнейшими войсками Мюрата(¹⁸), стал отступать к Гельйсбергу. Беннигсен послал ему в помощь генерал-маіора Львова, с небольшим отрядом (¹⁹), который однакоже не мог удержать непріятеля; когда-же, по приказанію главнокомандующаго, князь Багратіон, с своим авангардом, перейдя через Алле, по наведенным выше города ионтонным мостам, подкрепил передовыя войска, уже отступившія к Бевернику. и встретил Фрунцузов огнем нескольких батарей, Мюрат был принужден остановиться, в ожиданіи следовавшаго за ним корпуса Сульта. Как только он прибыль, Французы выставили тридцать шесть орудій против Беверника и под громом их атаковали, в пять часов но полудни, это населеніе пехотою Сульта; тогда-же кавалерія Мюрата двинулась левее в обход нашего авангарда между селеніями Лангвизе и Лавденом. Не смотря на успешное действіе русских батарей управляемых Ермоловым, непріятель овладел Беверником; войска Багратіона, атакованныя превосходными силами с фронта и праваго франга, подались назад; их отступленіе за речку Спибах, по двум мостам, при напоре преследовавшаго их по пятам непріятеля, было весьма опасно. К счастію, главнокомандующий, завидя французскую кавалерію направленную к Лавдону. заблаговременно послал ей на встречу генерала Уварова с двадцатью пятью

266

1807. эскадронами С²⁰); картечный огонь конной артиллеріи полковника Яшвиля и стрештельныя, быстро одна задругою следовавшія, атаки Уварова замедлили наступленіе непріятеля; к сожаленію, здесь пал смертью храбрых отличный кавалерійскій генерал Кожин и тяжело ранен исправлявши должность дежурнаго генерала Фок. По этому случаю Цееаревич Константин Павдович сказад: ,,в числе раненых наших под Гейльсбергом надобно считать и главнокомандующего: он потерял в Фоке свою правую руку". Французская конница несколько раз отбивала у нас пушки, но каждый раз оне были возвращаемы полками Уварова (²¹), Отступленію наших войск за Спибах без большой потери много способствовала батарея, поставленная на правом берегу Алле, которая, открыв огонь во фланг непріятелю, удержала его стремленіе. За выбор позиціи для этой батареи, Семеновскаго полка поручик Дибич (в последствіи — фельдмаршал, граф Забалканскій), по представленію Цесаревича, был награжден орденом Св. Георгія.

Непріятель, преследуя наши передовыя войска, перешел через Спибах; дивизія Леграна и бригада гвардейских фузелеров, пройдя селеніе Лавден, овладели рощей и развернулись вправо; кавалерія построилась левее и впереди Лавдена; дивизіи Сент-Илера и Kappa-Сен-Сира, перейдя через речку по мосту на большой дороге, расположились на правом крыле. Еавалерія Уварова отошла на правое крыло общей позиціи; полки Вагратіона, ослабленные боем, были отведены в резерв, а сам он остался при войсках Каменскаго.

В продолженіи описаннаго нами боя, Бенниг-

267

сен постепенно перевел с праваго берега Алле иш. на лебый ізсе войска, кроме гвардіи.

В шесть часов по полудни, Французы, подойдя к нашим укрепленіям, были встречены огнем всех батарей стоявших в первой линіи. Сам Наполеон, с частью ланнова корпуса и с гвардейскими фузелерами, прибыл на поле сраженія, открыл канонаду по всей нашей линіи (-²), и намереваясь прорвать ее в центре, приказал Леграну овладеть находившимся там редутом. Полковник Пуже (Pougct), с 26-м легким полком, под градом картечи и ружейных пулей, ворвался в редут; генерал Варнек, с Калужским, Севским и Пермским полками, кинулся ему на встречу. Калужскій полк, без выстрела, ударил в штыки и выбил французов из редута. Генерал Сент-Илер, наступавшій вдоль берега реки, заметя разстройство леграновых войск, послал им в помощь 55-й линейный полк, который, будучи атакован генерал-маіором Кноррингом, с полками Перновским, Белозерским и Волынским, был разсеян; командир его был убит. Новосформированный Перновскій полк, сражаясь под начальством полковника Чаглокова, взял орла. Французы возобновили нападеніе на наше правое крыло и снова были отбиты графом Каменским, поддержанным прибывшими с праваго берега Алле 7-ою и 8-ою дивизіями; но к общему сожаленію был убит Варнек, мужественный воин, любимый товарищами, уважаемый подчиненными.

Неуспев прорвать наш центр, Наполеон воспользовался прибытіем остальных полков Ланна и повел атаку свежими силами на правое крыло позиціи, прикрытое конницею Уварова. Беннигсен немедленно послал туда 1-1-ю дивизію генерал-

268

1807. маіора Олсуфьева, но едва лишь она успела построиться к бою, как Олсуфьев был ранен; место его занял генерал-маіор Алексеев. Для противодействія сильной непріятельской кононаде граф Еутайсов выставил несколько новых батарей, которыя, открыв частый картечный огонь по непріятельским колоннам, привели их в разстройство. Генерал Уваров приказал Алексееву атаковать Французов. Войска 14-й дивизіи, вместе с Тульским и Виленским полками (²³), опрокинули непріятеля, a несколько удачных атак кавалеріи Уварова и казаков Платова довершили его разстройство. Прусскш генерал Цитен, с своим драгунским полком и Черными гусарами, дважды врубался во французскія каре. Сраженіе ограничилось сильною канонадою, в продолженіи которой Французы уже в ночи отошли за Спибах, удержав за собою впереди ручья только Лавденскую рощу.

Урон непріятеля вообще простирался более 12,000 человек. В числе убитых находился начальник гвардейскаго штаба, генерал Руссель; в числе раненых генералы: Дювивье (Duvivier), Ферей и Эспань. Русскіе потеряли до 8,000 человек. В числе раненых, кроме Фока и Олсуфьева, были генералы: Дохтуров, Вердеревскій, Лаптев, Пассек и принц Карл Мекленбургскій. С нашей стороны не участвовали в бою 1-я и 2-я дивизіи и большая часть кавалеріи, всего-же 35-ть баталіонов и до ста эскадронов. При всем том, Беннигсен не решился перейти в наступательное положеніе, потому что Наполеонова гвардія и корпуса Нея и Даву уже подходили к месту сраженія. Мучительные припадки каменной болезни отнимали у нашего вождя возможность распоря-

269

жаться ходом битвы. Несколько раз он слезал с лошади, ложился на землю, и даже упал в обморок. Стоявшій вблизи Цесаревич предложил старшему из генералов в арміи Кологривову принять начальство над войсками, но Кологривов отказался, сознавая такую обязанность выше сил своих, и тогда, по настоянію Великаго Князя, стал распоряжаться действіями князь Горчаков. Обе стороны приписывали себе победу, но сами Французы сознаются, что наши войска отразили их на всех пунктах (²⁴). Генерал Беннигсен послал к Императору Александру своего сына с донесеніем о битве при Гельсберге и с орлом отбитым Перновцами. Государь, получив депешу и трофей за обедом у Короля Прусскаго, сказал: „последствія покажут нам важность этого сраженія и будем-ли уметь воспользоваться им».

Генерал Беннигсен, полагая, что Наполеон возобновить бой нападеніем на правое крыло нашей позиціи, перевел ночью на 30-е мая (на 11-е іюня) гвардію на левую сторону Алле, поставил ее в резерве, выдвинул прежній резерв в боевыя линіи и протянул их вправо до селенія Гроссендорфа. Наполеон, в продолженіи ночи, успел собрать против гейльсбергской позиціи превосходныя силы; но упорное сопротивленіе русских войск и потери понесенныя им на-кануне отбили у него охоту возобновить нападеніе и заставили его при-бегнуть к маневрам. Желая выманить Беннигсена из выгодной позиціи, Наполеон направил по кёнигсбергской дороге, к Ландсбергу, корпус Даву и за ним Мортье; прочія-же французскія войска оставались в іш;і> нашей арміи. По всей вероят-

_ _270__

1807. ности, Наполеон не решился-бы идти с главными силами к Кенигсбергу, пока Русскіе оставались у Гейльсберга, но ничто не мешало ему отрядить часть сил для овладенія Еёнигсбергом, и тем поставить Беннигсена в весьма затруднительное положеніе: войска наши получали оттуда жизненные припасы; к тому-же покореніе столицы Восточной Пруссіи могло доставить Наполеону значительный средства и былобы весьма важно в политическом отношеніи. Беннигсен, не успев преградить непріятелю доступ к Кенигсбергу, решился перейти через Алле, и двинувшись вниз по правому берегу сей реки, опередить на марше головы непріятельских колонн и не позволить им идти далее, либо атаковать их во фланг и разбить по частям. Такое намереніе было неудобоисполнимо, потому что Бенпигсен, направясь по излучинам праваго берега Алле, должен был совершить несравненно более кружный путь, нежели непріятель, двигавшійся по кратчайшей дороге, и к тому-же русскія войска тогда уступали Французам в способности к маневрированию и переходу в боевой порядок. Сам Беннигсен, сознавая трудность предупредить непріятеля на марше к Кенигсбергу, послал туда правым берегом Алле отряд графа Каменскаго, приказав ему перейти через Алле в Бартенштейне и двинуться со всевозможною быстротою на Домнау. Главныя-же силы нашей арміи, переправясь в ночи также на правую - сторону реки, перешли 31-го мая (12-го іюня) к Бартенштейну. Из записок генерала Беннигсена видно, что движеніе непріятеля в обход гейльсбергской позиціи к Кенигсбергу заставило колебаться в нерешимости нашего полководца. По словам его — „нам предстояло избрать какую-либо

271

из двух мер, именно: во 1-х, выдти из пози- ізо?. ціи и атаковать вдвое сильнейшаго непріятеля, что подвергало нас почти неизбежному пораженію, и во 2-х, двинуться параллельно с непріятелем, стараясь недопустить его до Кенигсберга, но такой образ действій был еще опаснее перваго, потому что мы могли быть вовлечены внезапно в генеральное сраженіе на невыгодной местности". И по тому русскій главнокомандующій предпочем отступить за Прегель к Велау и содействовать оттуда обороне Кенигсберга. Цесаревич, которому генерал Беннигсен сообщил свои предположенія, поехал, по просьбе его, в Тильзит, чтобы доложить Государю о положеніи дел и о намереніи главнокомандующаго. Но по достиженіи Бартенштейна, Беннигсен, взвесив все последствія потери Кенигсберга, хотел атаковать Наполеона в тыл. Пока он составлял диспозицію к наступленію, пришло известіе о появленіи Французов на дороге из Прейсиш-Эйлау к Домнау. Беннигсен, ослабленный болезнью и волнуемый опасеніями за вверенную ему армію, решился предоставить защиту Кенигсберга Лестоку и Каменскому, обратил исключительно все свое вниманіе на то, чтобы Французы не предупредили его в Фридланде, и выступил утром 1 (18) іюня к Шипенбейлю, выслав к Фридланду князя Голицына, с полками уланским Цесаревича и Орденским кирасирским и четырьмя конными орудіями, и в след за ним генерала Кологривова с гвардейскою конницею и 16-ю орудіями (²⁵).

Как только Наполеон, утром 31-го (12-го іюня), получил с передовых постов донесете об отступленіи русской арміи с позиціи у Гейльсберга. то переправил на правую сторону Алле,

272

1807. для преследованія нашего арріергарда, драгунскую дивизію Латур-Мобура и легкія кавалерійекія бригады Дюронеля и Ватьо; все-же прочія французскія войска двинулись частью к Кенигсбергу (корпусы Даву, Сульта и резервная кавалерія Мюрата), частью на Домнау к Фридланду (корпусы Ланна, Мортье, Нея, Виктора и гвардія): последнія следовали один за другим, эшелонами, вероятно по тому, что Наполеон, после оставленія Русскими выгодной позиціи у Гейльсберга. не ожидал встретиться с ними у Фридланда (²⁶).

Генерал Каменскій, с овоим отрядом, успел миновать Домнау, прежде нежели пришел туда непріятель. Напротив того, князь Голицын, подходя к Фридланду, 1 (13) іюня, встретил бежавших оттуда маркитантов и фурлейтов. Высланный из города французскій отряд, завидя наши войска, возвратился назад и стал разбирать мост на Алле; но уланы Цесаревича исправили его под градом пуль; эскадрон Его Высочества, под начальством полковника Владимірова, и за ним прочіе, ворвались в город, выгнали непріятеля в поле и преследовали его на разстояніи двух верст, захватив в плен начальника отряда, 4-х офицеров и 56 нижних чинов (²⁷). В восемь часов вечера, Веннигсен, опередив армію, прибыл в Фридланд. Взятые уланами пленные объявили, что они принадлежали к авангарду корпуса Ланна, котораго прочія войска оставались назади, у Домнау, и что Наполеон с главными силами двинулся к Кенигсбергу- Эти показанія побудили Беннигсена перевести на левую сторону реки часть арміи, оставя другую на правом берегу и отрядив из авангарда три эскадрона с тремя орудіями к Велау, для охраненія тамошней переправы и для от-

273

крытія связи с Лестоком. По свидетельству са- ічо7 маго Беннигсена, он имел намереніе „атаковать прибывшій в окрестности Фридланда непріятельскій корпус, подать помощь защитникам Кенигсберга и прикрыть дорогу ведущую на Велау". Очевидно, что такія предположенія, не будучи основаны на достоверных сведеніях, о расположеніи и видах непріятеля, подвергали нас встрече с главными силами Наполеона.

Действительно — большая часть их находилась на марше к Фридланду и занимала ввечеру 1-го (13-го) іюня следующее расположеніе: корпус Лита впереди Домнау; кавалерія его была выслана по дороге к Фридланду; корпус Мортъе между Домнау и ІТрейсиш-Эйлау; корпусы Нел и Виктора, кирасиры Нашути и драгуны Груши у Прейсиш- • Эйлау ; драгуны Латур-Мобура и легкая кавалерія Дюронеля и Ватъе на марше от Бартенштейна к Домнау. Следовательно — французская армія, почти вдвое сильнейшая русской, была собрана на протяженіи одного перехода (²⁸).

В ночи на 2 (14), Беннигсен приказал навести два понтонных моста у Фридланда, перевел пешую гвардію на левую сторону Алле и отрядил Платова, с большею частью казаков и с полками Преображенским, Кавалергардским, Финляндским драгунским и Ольвіопольским гусарским, вниз по Алле, для занятія переправ у Алленбурга и Велау. Тогда-же Наполеон, лолучив донесеніе о встрече его войск с Русскими у Фридланда, ускорил движеніе своей арміи к этому городу (²¹⁾).

Местность на левой стороне Алле, в разстояніи около пяти верет от Фридланда, отлого склоняется к реке и городу, образуя кое-где незна-

т. и. 18

___274___

1807. чительныя высоты. Ручей (Mtihlenfliess), текущій мимо селенія Постенен, изливается чрез пруд в реку Алле, ниже города, разделяя отлогость на две части из коих южная ограничена Сортлакским лесом, а к северной с запада пролегает Боткеймскій лес: оба эти леса, скрывая движенія Французов, имели большую важность в тактическом отношеніи.

Чрезвычайное утомленіе русских войск усиленным переходом к Фридланду не позволило Беннигсену занять надлежащим образом доступы к городу. Напротив того, Удино, прибыв с головною дивизіей корпуса Ланна еще до разсвета в окрестности Фридланда, немедленно занял густыми цепями стрелков леса и деревню Постенен, расположил за ними сильные резервы и выставил батареи по обе стороны домнауской дороги. Французы ловко воспользовались местными предметами, малейшею рощею, всяким холмом, высокою рожью, для укрытія войск. С нашей стороны, на разсвете 2 (14) іюня, было послано несколько баталіонов в Сортлакскій лес и вскоре по всей линіи возгорелась канонада и живая перестрелка. В три часа утра, подоспел Груши с своими драгунами; со стороны Французов тогда было только 9,000 челов. пехоты и 3,600 кавалеріи. Беннигсен, по всей вероятности, считая непріятеля сильнейшим, нежели он был в действительности, перевел на левую сторону Алле всю армію, кроме 14-й дивизіи и построил войска в боевой порядок впереди города, по обе стороны ручья, поручив начальство над правым крылом князю Горчакову, а над левым князю Багратіону. Для еообщенія между частями арміи, разобщенными ручьем, построили четыре моста. В резерве, у выхода из

275

города, была поставлена вся гвардейская пехота, ш? кроме Преображенскаго полка (^зи). Позиція нашей арміи, разрезанная пополам ручьем текущим в глубоком овраге, имела в тылу реку с немногими мостами, для достиженія коих надлежало проходить через город.

Одновременно с канонадою и перестрелкою, раздававшеюся по всему фронту, завязалось на нашем левом крыле, у деревни Сортлака, кавалерійское дело. Между тем, Груши, заметив, что правое наше крыло, подавшись вперед к селенію Генрихсдорфу, грозило французским войскам обходом с фланга, перевел своих драгун на кенигсбергскую дорогу и приказал прибывшим в семь часов на поле сраженія кирасирам Нансути построиться к бою влево от Постенен. Здесь произошло несколько атак с переменным успехом.

В девятом часу, русская армія, подавшись вперед около версты, заняла новую позицію, правым крылом против Генрихсдорфа, a левым в Сортлакском лесу. Непріятель, безпрестанно получая подкрепленія, усилился до 23.000 чел. пехоты и 10,000 кавалеріи. Дивизія Удино (корпуса Ланна), по прежнему, стояла по обе стороны домнауской дороги; одна из дивизій Мортье (Дюпа) заняла Генрихсдорф и местность вправо от этого селенія; другая (Домбровскаго) стала за батареями у Постенен; кавалерія расположилась по флангам и в резерве. С нашей стороны, находилось на позиціи до 46,000 человек, но мы не воспользовались превосходством в силах — частью по тому, что леса и селенія, занятия непріятелем, способствовали его оборонительным действіям, частью от нерешимости генерала Беннигсена, который,

18*

___276___

ISO?, по собственному сознанію : „не был намерен принять сраженіе и дредііолагал только'дать дневку войскам, находившимся с 21-го мая почти в безпрестанном движеніи." Бездействіе нашего полководца тем более непонятно, что войска его сражались весьма храбро, опрокидывали непріятеля несколько раз и даже в жаркой схватке с дивизіей Дюпа отбили орла 15-го линейнаго пилка. Упорное сопротивленіе русских войск увеличило число их в глазах непріятеля: Удино доносил Наполеону, что силы нашей арміи простирались до 80,000 человек.

Б десятом часу, прибытіе остальной части корпуса Ланна и драгунских дивизій Лагуссе (Lahoussaye) и Латур-Мобура уравняло силы обеих сторон, а в полдень прибыл на поле сраженія Нанолеон. „Кажется, непріятель хочет дать сраженіе, сказал он окружавшей его свите; сегодня счастливый день —годовщина Маренго." Ошибочныя распоряженія Веннигсена, стоявшаго впереди реки в бездействіи против французской арміи, привели в недоуменіе его противника. Наполеон, обратясь к своей свите, сказал: „видно где-либо скрытно стоят другія русскія войска." В три часа по полудни он писал Мюрату:

„Канонада началась с трех часов утра; кажется, непріятель здесь собрал свою армію; сперва

ОН ХОТел ИДТИ на Кёнигсберг (il a voulu d'abord déboucher sur Konigsberg), a теперь, ПО видимому, желает принять сражение. Е. В. надеется, что вы уже вступили в Кёнигсберг, (для этого достаточно драгунской дивизіи и сультова корпуса), и что вы, с двумя кирасирскими дивизіями и с корпусом Даву, прійдете к Фридланду, потому что, быть может, сраженіе продлится и завтра. Старайтесь

. I

прибыть сюда к часу по полуночи *). Сегодня мы »;. еще неимеем от вас известій. Если Император заметит, что непріятельская армія многочисленна, то, может быть, в ожиданіи вас, ограничится канонадою."

В четвертом часу по полудни, прибыли к Фридланду корпусы Нея и Виктора и гвардія. Первому было приказано стать на правом крыле, позади Сортлакскаго леса; прочіе расположились за Постененом, в резерве. Наполеон счел нужным дать отдых отим войскам, поспешно прибывшим от Эйлау, и отдожил наступленіе до пяти часов. Силы им собранныя простирались до 85,000 человек, следовательно были почти вдвое более наших.

Наполеон, обозрев нашу позицію, предположил атаковать превосходными силами левое крыло русской арміи, овладеть Фридландом, отрезать от устроенных там мостов войска нашего праваго крыла и оттеснить их к реке Алле. Исполненію такого плана действій много способствовал Сортлакскій лес, за коим Французы могли весьма удобно сосредоточить силы, назначенныя для овладенія городом.

В два часа по полудни, Наполеон отдал следующую диспозицію:

„Маршал Ней станет на правом крыле, между Сортлаком и корпусом Ланна, который расположится в центре до Иостенена и сосредоточить свои войска так, чтобы они построились в две линіи.

„Маршал Мортье расположится на левомъкрыле, занимая Генрихсдорф и кёнигсбергскую дорогу ,про-

*) Войска Мюрата югда уже подступили к Кенигсбергу п находнлпсі. в сели миляхі. (около 50-чн персть) от фридланда. Следователыю—ноіісленіе Наполеона было неисполнимо.

278

тив праваго крыла Русскихъ\ Он не пойдет вперед (Le maréchal Mortier n'avancera jamais), потому что правое крыло двинется, оставляя на месте левое (le mouvement devant être fait par notre droite qui pivotera sur la gauche).