Измена: B-52

Глава XIII. Веди себя достойно

Марина

- …То есть сюда сейчас приедет твоя…бабуля?

Стас усмехается, а сам обнимает меня со спины, пока я стою и перебираю салфетки, так что улыбаюсь сама, откидываюсь ему на грудь, тихонько хихикая даже.

- Что за акцент такой дурацкий?

- Мило это звучит.

- Да, сюда сейчас приедет моя бабуля. Она ни разу не была в ресторане, а я ее приглашала…Они с подругами гуляли в центре, ну и…как-то так. Ой!

Расширяю глаза и резко на него поворачиваюсь.

- Забыла! Надо у Лены забрать меню без ценников! Она ж ни за что тогда не согласится…

- Забей.

- Нет, Стас, я серьезно. Она ничего есть не станет, если увидит, сколько у вас один хлеб стоит.

- Обед с меня.

- Стас…

- Нет, серьезно. Я для них приготовлю. Скажешь, что это комплимент от шеф-повара ее внучке, которая так талантливо разносит мои шедевры гостям.

Он снова притягивает меня к себе, пока я хохочу уже в голос. Загнул, блин. Нет, это, конечно, сильно. Скептически так выгибаю брови и протягиваю.

- И всем официанткам такой комплимент перепадает?

- Ну я бы мог сказать, что ее внучка сводит меня с ума, а за то, что она вытворяла ночью и не такое полагается…

Цыкаю. Вот дурак!

- …да ладно, я шучу, Марин. Но только насчёт последнего, обед действительно с меня. Сколько их будет?

- Трое.

- Что они любят?

Стыдно как-то говорить, поэтому я неловко опускаю глаза на надпись «шеф повар», по которой нервно вожу пальцем.

- Да я думаю, что им все понравится.

- Так не пойдет, малышка. Говори. Какое любимое блюдо у бабули?

- Она любит рыбу вообще, но я хотела, чтобы она попробовала что-то из традиционной, французской кухни.

- Заметано. Как ее зовут?

- Евгения Андреевна.

- Отлично.

Подмигивает такой, потом отстраняется, а до меня наконец доходит, что мы только что сделали. Как-то само собой забывается, что вокруг народа полно, что на нас все смотрят. Не знаю, у него, наверно, энергетика такая — «мозг-способная-отключить» называется.

Медленно осматриваю всех поваров, официантов, особенно Асю, которая меня буквально сжигает взглядом — краснею. Нет, конечно, не из-за Асиного острого взгляда, а в принципе, когда как Стасу совершенно плевать. Он только слегка косится на персонал, потом подкатывает глаза и громко так, с расстановкой выдает.

- Это вам не бесплатное шоу, господа. Работаем, не отвлекаемся, нас с Мариной обсудите в перерыве.

Убить его готова, но он только жмет плечами и уже исключительно для меня добавляет:

- Они все равно будут обсуждать, Марин, так пусть им будет хоть немного стыдно.

Успокоил блин. Спасибо.

Ладно, я признаю, что в чем-то Стас все же прав: все итак уже шепчутся за спиной, слишком уж наша связь очевидна. И да. Конечно я понимаю, что вполне возможно совершаю ошибку: либо вообще надо было держаться от него на три метра, либо скрывать — по-хорошему же это правильно, — но разве возможно? Лена и Вадим шифруются, как могут, а по результату все знают и обсуждают, казалось бы, даже сильнее, словно тайна больше притягивает интерес. Наверно так и есть. Да все в какой-то степени верно, и, скорее всего, нет в этой ситуации правильного решения. Надо просто забить, наслаждаться, а если будут последствия, что ж, это в любом случае опыт.

Так я себя почти успокаиваю и принимаюсь за работу, Стас тоже. Он командует на кухне, а сам готовит обед для моей бабушки и ее подруг — это так мило. Каждый раз, когда я захожу на кухню и смотрю на него — улыбаюсь, а когда он отвечает мне тем же, краснею и улыбаюсь сильнее. Такая странная эйфория…Я ведь напрочь забываю о Саше. Его как будто не существует, и бабы его не существует — словно никогда их и не было вовсе.

Бабушка мое это настроение замечает сразу. Я ее встречаю — она перед тем, как зайти, звонит мне и предупреждает. Даже не так, уточняет, удобно ли будет? Ей неловко. Я это чувствую сразу: у меня семья вообще простая, а бабуля подавно. Не то чтобы мы не могли сводить ее в ресторан, просто она всегда кричала, что это слишком дорого и вообще бессмысленно, а тут вдруг захотела. Наверно это я ее заразила своими рассказами — интересно стало, и я вижу этому подтверждение, пока веду их к своему лучшему столику у окна с видом на Петропавловскую крепость.

Озираются, во все глаза смотрят, при том одели все трое свои лучшие наряды. На бабушке, например, ее светлое платье с крупными цветами. Вообще, это поражает: она его одевала всего раз на мою свадьбу, все берегла для особого случая. Видимо, на том, что я снова выйду замуж поставлен крест, и единственный особый случай — это поход в ресторан. Так я шучу, пока помогаю им устроиться, на что бабушка отмахивается.

- Марина, что за глупости? Просто место то приличное, и...вот.

- Ты очень хорошо выглядишь. Вы все очень красивые.

Бабушки в одно лицо улыбаются. Я их знаю с детства: все таки у старых людей связи уже установлены, так сказать, нерушимы. Если подруги, то теперь до гробовой доски, как шутит бабуля.

- Ой…здесь так красиво, - шепчет Зоя Степановна — первая бабушкина подруга «до гроба», и тут же подхватывает вторая — Людмила Игоревна.

- И дорого наверно…

- Об этом не думайте.

Стас появляется так неожиданно, что я буквально подскакиваю, но его появление по факту не самое удивительное. Когда он подходит к столу, в руках у него сразу три букета с цветами. Боже мой. Нет. Серьезно. БОЖЕ МОЙ! Я, конечно, была ему благодарна за то, что он предложил приготовить для моей бабули обед, но…выйти самому? Да еще и с цветами? Для каждой? Это что-то за гранью.

Поэтому я ничего не могу сказать. Просто стою, луплю глазами, пытаюсь срастить происходящее. Такой мой шок тоже вполне понятен: помню, как Саша долго и упорно отказывался знакомиться с моей семьей. Нет, он не был против или типо того, просто боялся…хотя, кто его знает, да? Может и изначально вранье все было, а я дура уши развесила и в рот ему смотрела.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Со Стасом все иначе. Он не боится вообще. То есть вообще! Ну ладно, немного, наверно, волнуется, просто держится шикарно. Протягивает таким же шокированным женщинам подарки, а моей особенный: желтые хризантемы. Ее любимые. Откуда он знает?!

- Позвольте представиться, я — Стас Давыдов, шеф-повар ресторана и его совладелец.

Ох, как же он любит представляться. Хвост пушить. Точно павлин…Параллель смешит, как и то, что бабули, точно я, совершенно не ожидали такого приема, а теперь хлопают глазами. Выходит громко. Даже не так, выходит очень по-киношному, я буквально прыскаю, но сразу закрываю рот рукой и дико краснею. Внимание ведь смещается со Стаса на меня, и это так себе — я абсолютно не знаю, что мне со всем этим делать.

Давыдов спасает. Закатывает глаза, что адресовано мне, потом широко и обаятельно улыбается — вот это уже бабуле.

- Евгения Андреевна, Марина сказала, что вы любите рыбу, но она хотела бы, чтобы вы попробовали традиционную, французскую кухню, поэтому я взял на себя смелость и выбрал парочку блюд, которые вам и вашим гостям точно понравятся. Итак…

Как по щелчку пальцев к столу стали подходить мои коллеги-официанты. Конечно только дружеская часть, Мила и еще одна девочка Ксюша, то есть никакой Аси и близко нам не нужно. Даже об этом подумал…Пока тарелки расставляли, я так и смотрю на Стаса во все глаза, он отвечает коротко, подмигивает, и сразу переводит внимание на бабушку, которая справилась с шоком и тихо так ответила:

- Спасибо большое…не ожидала я такого приема, конечно же.

- Для меня только в радость. Приятного аппетита, надеюсь, что вам все понравится.

Он слегка кивает, потом опять смотрит на меня дольше, чем это допустимо, если между вами, конечно, ничего нет, и уходит. А меня сразу раздирают…

- Марина, это кто?

- Марина, какой мужчина!

- Марина, он просто находка!

Только вот бабушка молчит. Меня это смущает гораздо больше, и я тихо так подаюсь вперед и спрашиваю:

- Бабуль, все нормально?

- Да. Конечно, милая, спасибо тебе большое за обед.

А я вижу, что нет. Что-то ее сильно напрягает, но при подругах, которые в свою очередь пребывают в диком восторге, говорить она ничего не будет. Ладно. Узнаю потом. Сейчас мне нужно работать. Я отхожу от них, но наблюдаю, пока они что-то очень бурно обсуждают — понятно «что». Двухметровое чудо в черной форме, конечно же. Я так волнуюсь…для меня важно мнение бабушки, о чем она хочет мне сказать? Что подумала по поводу всего? Очевидно, поняла. Это очевидно! Но чем больше времени проходит, тем отчетливее я понимаю: она расслабляется. Вон уже смеется, а сама на цветы поглядывает — вообще улыбка до ушей.

И откуда он узнал, что они — ее любимые? Когда успел их купить? Зачем вообще вышел? У меня просто миллион вопросов, но вместе с тем, я почему-то так счастлива в этот самый момент. Просто безумно. Как будто разом моя черная полоса закончилась, правда эта дурацкая мысль в голове все равно жужжит: Марин, так не бывает просто! Ну не бывает же! И я решаю поговорить с бабушкой.

Они как раз заканчивают свою трапезу, ее подруги просят меня показать им туалет, и когда уходят, а мы остаемся — я сразу же спрашиваю:

- Бабуль, тебе не понравилось?

- Ой, нет, Мариночка, конечно же нет! Просто…

- Да?

- У тебя есть что-то с этим Стасом?

Как в кипяток окунули. Мне вот, вроде бы, почти тридцать да? А я стесняюсь и смущаюсь, как будто пятнадцать. Опускаю глаза, ковыряю ногти, хмурюсь — очевидный ответ. Бабуля двигается ближе ко мне, потом бережно сжимает руку и улыбается.

- Это ничего. Так бывает.

- Он тебе не понравился?

- Что ты? Как такой может не понравится? Зойка замуж за него собралась, если ты не окрутишь…

Начинаю смеяться, и только поэтому немного успокаиваюсь, расслабляюсь и смотрю ей в глаза, но вижу же в них «что-то не так».

- Бабуль, но?

- Такие романы опасны, внученька.

- Потому что мы вместе работаем?

- Потому что слишком он…привлекательный, галантный и успешный. Сашка у тебя совершенно другим был.

- Он тоже красивый.

- Да, но он больше в себе весь, как в скорлупке, а этот Стас…

Понимаю, о чем она говорит сразу: Саша и Стас очень разные. Это сейчас последний весь из себя хозяин автомастерской, а когда-то он жутко стеснялся и боялся буквально всего. Когда я впервые привела его домой, сидел весь сжавшись, глаза боялся поднять — волновался. Стас же павлин. Ему нравится внимание, он явно самовлюбленный, но это тоже же можно понять. Такие мужчины, как он, любят, чтобы их признавали, потому что привыкли к этому. Они любят, чтобы на них смотрели.

- Он показался тебе самовлюблённым?

- Все мужики самовлюбленный и от себя просто в восторге, Марин.

- Это да…

- Я говорю о том, что к хорошему очень быстро привыкаешь, а потом от него очень сложно отвыкнуть. Будь осторожна.

И снова. Я понимаю, о чем она говорит. Сама только об этом и думаю: к Стасу привыкнуть так просто, что ты этого даже не заметишь, а что делать потом, когда все это кончится? Я не знаю.

- Буду.

Обещаю ей абсолютно искренне и даже сама в это верю, но лишь до того момента, как вижу его. Стас на кухне, как лев в Саванне, в своей стихии, так сказать. И он такой привлекательный…

- Что, думаешь надолго это? - усмехается вдруг Аська еще ядовито так.

На нее я смотрю нехотя. После того, как стало ясно — между нами с Давыдовым явно что-то есть, — она из просто «терпимой» категории перешла в абсолютное «зло». Ненавидит меня. Серьезно. Это же она позвала меня к столику с моим бывшим и его бывшей-нынешней, при том сделала это специально. Просекла еще в первый раз, что я не хочу видеть эту особу, разведала, как самый ловкий шпион, а когда снова ее увидела, намеренно пересадила за мой столик. Это мне потом рассказал наш бармен, видел все своими глазами, и ему то я верю гораздо больше.

- Ась, отстань от меня.

- Господи, Марин, ты такая наивная, - будто не слышит вовсе, продолжает, - Ты просто его хобби. Посмотри на него объективно: отлично сложенный, красивый и успешный мужик, который может получить любую, а выбирает тебя. Ничего не напрягает?

- А он должен был выбрать тебя, я правильно понимаю?

- Ну я больше ему подхожу.

- Ах, ну да. Конечно. Прости, мне не до тебя и…

- Ты наивная дура, - шипит Аська, делая шаг на меня, - Видела его жену?!

- Бывшую жену.

- Бывшая она только на бумаге, поверь мне, я здесь работаю дольше тебя. Все знают — Стас любит Олю.

Больно. Я стараюсь не показать этого, храбрюсь, но выходит плохо, сама это понимаю: отвечаю то слабо, а улыбка моя больше на маску похожа.

- И что ты тогда переживаешь то?

- Ооо…девочка, - сладко протягивает та, поправляя мои волосы, - Я могла бы заставить его переключиться, а серая мышь, которая не знает, что такое салон красоты — вряд ли. Вот увидишь. Ты просто не его круг. Хорошо себя представляешь на каком-нибудь приеме в шикарном ресторане? В своих то неказистых шмотках? Я вот тоже нет, вспомнишь меня еще.

Уходит с чувством выполненного долга, а я остаюсь стоять с горечью и перевожу взгляд на Стаса. Сейчас я, как никогда, чувствую разрыв между нами в социальном плане. Нет, я не бедствую, но выгляжу по сравнению с ним слабо — понятное дело. На нем хорошая одежда, а на мне обычный H&M, он ездит на дорогом внедорожнике, а я на автобусе. Живет в элитном доме на Воскресенской набережной, в квартире, которая стоит, как пять моих. Мы не пара по всем показателям, но когда он поднимает на меня глаза — уже неважно это все. Возможно я хочу доказать всем им, а возможно и себе тоже, но решительно подбираюсь, обхожу раздаточный стол, беру его за руку и буквально заталкиваю в его кабинет.

Шутки кончились, Давыдов.

Стас

Она нападает на меня, как тигрица. Серьезно. Я ее такой еще не видел, но не скажу, что меня это не устраивает, даже наоборот. Марина сидит на моем столе и целует так сладко-страстно, пальчиками забираясь под рубаху, от чего я сосредоточиться не могу. Сжимаю ее бедра, двигаю ближе, отвечаю. Она почти отвлекает меня, но я же чувствую — есть в этом во всем что-то нервное, что-то несвойственное ей, поэтому наконец беру себя в руки и отстраняюсь.

- Ты так решила поблагодарить меня? - хрипло спрашиваю, - Им настолько понравилось?

Марина тихо хихикает.

- Ты им понравился гораздо больше. За тебя замуж уже собрались.

- И ты решила всем показать, что я занят?

Смеется отчетливее, потом поднимает на меня свои чистые глазки и вдруг совсем тихо спрашивает.

- Как ты узнал про цветы? Что именно они ее любимые?

- Методом исключения.

- В смысле?

- Ты пришла тогда в желтом сарафане, торт был желтый, а желтые розы женщины на дух не переносят. Обычно. Поэтому выбрал хризантемы.

Марина вдруг замирает. Она слушает меня так внимательно, будто я ей тут теорему какую-то доказываю, и это напрягает. Я снова немного отстраняюсь и хочу спросить, что такое? Но нет. Не судьба мне. Она кладет свои маленькие ладошки мне на щеки, притягивает обратно и прежде чем вовлечь в очередной, горячий поцелуй, шепчет.

- Спасибо большое, Стас. Для меня это очень важно.

Знаю, маленькая. Так в этом и было дело? Сейчас ее настрой изменился — нерв пропал. Марина стала более мягкой, податливой, при этом дико страстной. Мне в ней это очень нравится: я так до сих пор и не понял, как в одном человеке может сочетаться нежность и страстность? Знаю, как можно быть переменно каждым этим качеством, но чтобы вместе? Это для меня открытие.

- Я хочу тебя, - шепчет сладко, двигая бедра еще ближе.

Ну и? Разве я могу отказать даме? Особенно, если сам только об этом думать и могу. Тут долгие уговоры исключены априори: я запускаю пальцы ей под юбку и берусь за края трусиков, которые уже тяну на себя, как вдруг дверь за спиной резко открывается.

- Давыдов, твою мать!

Какого хрена?! Резко обернувшись, сразу срисовываю Олю на пороге. Она недовольна. Недовольную, злую Ольгу я знаю также хорошо, как себя: видел слишком часто. Она вечно мной недовольна, и, видимо, после развода ничего как будто меняться и не думает. Хотя казалось бы? Нам больше нечего делить. Но это только мне нечего — ей всегда будет.

Усмехается неожиданно, складывает руки на груди и поднимает брови. Марину она не видит — я закрываю ее собой, и злюсь.

- Какого хрена ты сюда притащилась?!

- Какого хрена?! Забыл, что у дочери день рождение?!

- Нет, не забыл! Выйди!

- Нам надо поговорить!

- Выйди!

- Ты хочешь закончить?!

- Вышла отсюда, оглохла?!

Фыркает, но исполняет — знает ведь, лучше меня не бесить. А Марина так и жмется к моей груди. Почему моя жена заваливается ко мне в кабинет, когда хочет?!

- Прости…

- Да…Ничего. Наверно, я лучше пойду.

Марина поправляет одежду и спрыгивает со стола, но я не хочу отпускать ее на такой ноте, поэтому беру за руку и снова притягиваю к себе.

- Я быстро с ней поговорю, не думаю, что это важно.

- Стас, я все понимаю, ты не обязан отчитываться передо мной.

- Продолжим позже?

Усмехается, но ставит руки мне на грудь, отстраняется.

- Ну нет, извини. Мне работать надо.

- Тогда после смены? Поехали ко мне?

- Мне кота надо кормить…

- У тебя есть кот? Не видел его.

- Он пугливый, спрятался.

- Ну ладно, не проблема. Давай тогда к тебе?

- Это можно.

- Отлично. Тогда я подожду тебя. Встречаемся здесь.

- Заметано.

Улыбается, кивает, хочет уйти — нет! Притягиваю ее снова к себе и крепко целую.

- Это чтобы сделку закрыть. Договор дороже денег.

- Дурак…

Марина слегка щипает меня за руку, но я вижу — настроение немного поднял, это уже хорошо. Только вот не учел, что за дверью нас караулит гарпия, которая точно его испортит…

- Обслужила? - усмехается, когда Марина и на порог не успевает ступить, что меня сразу подкидывает.

- Оля, твою мать, рот закрой!

- Ох, ну простите.

Она обходит Марину, а я виновато ей улыбаюсь, пока могу. Ольга же никак не может угомониться, дверь перед ее носом захлопывает.

Марина

Этого я и боялась, если честно. Нет, не встречи с его бывшей, которая нас застукает, а того момента, как на меня будут смотреть. Смотрят то все. Я эти взгляды ощущаю кожей, и выгляжу сейчас просто в ужасном свете: как девчонка легкого поведения, которую Ольга не забыла ткнуть носом. «Обслужила?» прозвучало громко, словно меня так заклеймили. В этот самый момент у меня есть только два выбора: опустить глаза в пол и принять это самое клеймо, или гордо задрать нос и сделать вид, что мне плевать, когда это далеко не так.

Я уже давно привыкла выбирать первый вариант: молча сносить недостойное поведение мужа, который перестал воспринимать меня, как женщину, а наоборот превратил в какую-то домработницу. Молча сносить поведение его новой пассии, которая абсолютно очевидно намеренно сюда таскается, и в тот вечер совершенно точно специально привела Сашу. Он не знал — я это прочитала в его глазах еще тогда, но вот она…От Андрея я узнала, что в первый раз «Катя» все никак не могла усидеть на одном месте, озиралась, словно искала кого-то: да, искала, меня. Очень уж ей хочется тыкнуть меня носом в тот факт, что она смогла увести у меня мужа. Но сейчас не об этом. Сейчас обо мне, а не о каких-то там предателях и их губастых дамах сердца. Я ведь выбираю второй вариант. Это важно. Для меня.

Распрямив плечи, задираю нос и гордо иду к раздаточному столу, беру свой поднос и совершенно спокойно выхожу в зал, лишь краем глаза ловлю улыбающуюся физиономию Юры — он будто одобряет. Мол, да! Так ее, мышка, вот так! Пусть это маленькая, но победа…

В остальном я ведь чувствую себя проигравшей. Стас подходит ко мне еще через пятнадцать минут, взволнованный весь, отводит в сторону.

- Слушай, малыш, наши планы придется изменить.

Невольно бросаю взгляд на Ольгу. Она стоит за его спиной чуть поодаль, а вот улыбка такая широкая, будто ее краем она хочет ей меня достать. Это бесит. Это злит даже! Я снова смотрю на Стаса, не могу скрыть внезапную ревность и недовольство, поэтому закатываю глаза и киваю.

- Как скажешь.

Собираюсь уйти. Да, я в полной мере осознаю, что веду себя глупо, но ничего сделать не могу — хочу уйти и все тут! Но он перехватывает меня за руку и подтягивает к себе. Обнимает. И шепчет так тихо на ухо…

- Не злись, маленькая, мне к дочери надо. У нее день рождение, и хоть мы договорились встретиться, когда будем праздновать, она просит меня приехать. Я итак ее очень мало вижу…

Смотрю ему в глаза. Стас не врет — его действительно волнует этот момент, а я разве могу вставать между ним и его ребенком? Или заставлять его думать, что он обязан выбирать между нами? Это жестоко, поэтому я смягчаюсь и слегка ему улыбаюсь.

- Все нормально, Стас, езжай.

- Точно?

- Конечно. Мы же не в последний раз видимся.

- О, поверь мне — да. Поцелуешь?

Усмехаюсь, но приближаюсь и оставляю легкий поцелуй на его губах.

- Удачи тебе там…

- О, спасибо. Она мне понадобиться…

Явный намек на бывшую. На нее я, кстати, решаю больше не смотреть и не реагировать — мне то что, право дело? Какая вообще разница? Стас не девственник и у него есть прошлое, у меня оно тоже есть, а Аськиным бредням я не верю. Не может такой мужчина, как Стас, любить женщину, которая его предала. Не может и все тут!

Так мы прощаемся. Я спокойно дорабатываю свою смену, а потом переодеваюсь и иду к остановке. Все размеренно и спокойно. По пути домой Стас кидает мне милую смс-ку:

Давыдов 😈

Я по тебе скучаю, сладкая

Я улыбаюсь. Будто вернулась в школьные времена, так это мило. Мне давно таких сообщений никто не шлет, поэтому с головой ныряю в переписку, пока бреду до дома, и не замечаю внезапно подкарвшегося треша прямо перед собой.

Нет. Сегодня определено день чертовых бывших! Но если в случае Стаса — это касается непосредственно его, в моем — это касается непосредственно моего бывшего. Катя.

- Здравствуй, Марина, - щебечет она, - Я приехала за вещами Саши.

Прекрасно. Я думала, что ниже ты, Александр, упасть не мог? Ан нет. Упал. Вот прямо сейчас.