Измена: B-52

Глава XIX. Ты же сомневаешься

Марина; месяц спустя

У нас все хорошо. Не поверите! Но это так. Уже месяц мы со Стасом встречаемся и фактически живем вместе. Он теперь, кстати, у меня оставаться не боится. Нет, он никогда и не боялся, ему было скорее не по себе. Забавно так вышло, он же буквально «изгнал» Сашу из моей квартира (скорее, конечно, из своего воображения) — однажды вечером приехал без предупреждения с упаковкой белого, дорогущего белья. Мол, все. Застилай. Спать будем. Я, конечно, посмотрела на него, как на дурака. Как же я застелю грязное белье? Только что купленное? Да. Озадачен был сильно — почесал затылок, плечами дернул и утопал в большую комнату. Нашей Примадонне, видите ли, не нравилось спать на том же, на котором я спала с другим. Ощущаете градус странной, нелепой ревности? Я вот ощутила, как он зашкаливал, поэтому достала из шкафа белье, которое купила уже после ухода мужа, и на котором он, очевидно, не спал.

Обрадовался сразу. Засиял аж. Это ему подошло. Конечно, он на утро все еще бурчал, что кухня у меня маленькая и вообще зло поглядывал на кота, из-за которого, собственно, мне и приходилось хотя бы какое-то время находиться дома, но смирился. Вообще, мне даже показалось тогда, что они ни за что не поладят — Гера на него в ответ еще страннее поглядывал, — но нет. Нет! Вон ведь спят вместе. Я откидываю волосы назад и смотрю на эту милую картину, улыбаюсь. Огромный Давыдов на белых простынях, а рыжий комочек рядом. Оба на боку. Одинаково почти. Как, знаете, на фотках с ребенком. Мне почему-то сразу такая ассоциация в голову бьет, и вообще…То ли это генетика знать о себе дает, то ли гормоны, то ли просто в Стасе дело, но я все чаще ловлю себя на мысли, что хотела бы завести ребенка. От него. О боже…

- Ты на меня пялишься, - бурчит, а я улыбаюсь, но чтобы лицо окончательно не уронить, тихо цыкаю.

- А ты за это деньги берешь? Простите, не знала и…

Стас резко встает и хватает меня за талию, тянет обратно под заливистый смех и сгребает в охапку.

- Не пойдешь никуда.

Улыбаюсь. Черт, я за последний месяц только и делаю, что улыбаюсь. Стас оказался очень нежным, домашним больше…не таким, каким представлялся мне раньше. Я думала, если честно, что он такой, знаете, гулена. Сауна с мужиками, бильярд какой-нибудь, девчонок куча — нет. Может быть это только пока? Но пока он предпочитает проводить время со мной, и это прекрасно. Конечно, он все еще много работает…например, за последнюю неделю — это его первый выходной. Он летит куда-то вперед и вперед, и иногда мне кажется, что Стас так помешан на своей работе не из-за амбиций, а скорее хочет доказать своему отцу: я лучше, чем ты.

- Стас, пусти, у меня же занятие с инструктором.

Ну да. Я тоже не сижу на месте, признаюсь. Сейчас, например, активно учусь водить машину. Нет, у меня есть права, но я получала их очень давно, а ездила от силы раза два сама. Забыла абсолютно все, да и что? Это лучше, чем сидеть в квартире и Давыдова ждать, как я раньше сидела и Сашу ждала.

- Я сам тебя всему научу, малыш, - голос томный, а в зад упирается то, чем он, видимо, собрался меня учить.

Ох, Давыдов, угомонись. Усмехаюсь.

- Знаю я, чем твои уроки кончаются…

- А ты против кончать мои уроки так, как они кончаются? - парирует нагло, а сам губами по плечу проводит и в мурашки меня кидает снова — кот.

Я почти сдаюсь. На меня все его приемчики работают безотказно, как бы позорно это не звучало. Но нет, нет! Я должна держаться! Поэтому использую последний аргумент, чтобы сохранить ясность мысли, да и свой урок.

- Стас, ты сегодня с Авророй гуляешь.

Имя дочери работает на него, как хороший такой, контрастный душ. И это печально, если честно. Нет, не то, что он так привязан к дочери, это меня напротив очень радует, а то, что они так мало с ней видятся. Стас переживает. Он мне этого не говорит, только и не нужно мне слышать, достаточно просто один раз увидеть, как он заканчивает разговор со своей малышкой. Он стоит еще где-то минуту, смотрит в телефон и грустно улыбается. Наверно о многом сожалеет? Потом конечно убирает все эти эмоции подальше, но эта минута…она такая проникновенная и безумно печальная, что у меня сердце каждый раз кровью обливается.

А еще из-за Ольги. Нет, из-за нее у меня не кровью обливается сердце, его будто окунают в жгучий соус Чили, потому что я дико к ней ревную. Как только мы обозначили наши отношения, она сразу активизировалась, как бешенная, простите, матка. Это единственное плохое, что есть в наших отношениях — Ольга незримо присутствует рядом. Она звонит, когда захочет, дергает его по мелочам, а он прется каждый раз. Например, из последнего, у Олечки спустило шину, и она, бедная, несчастная принцесса, испугалась. Буквально в истерике звонила ему и просила приехать, а я что? Меня это бесит, но я не могу ему запретить, при том Стас очень просил потерпеть. Он не хочет с ней ссориться из-за дочери, они только-только наладили шаткий мир, и теперь он перед ней на цырлах ходит.

«Марин, потерпи немного, окей? Она скоро найдет себе кого-то и кончится это. Просто пока я единственный человек, кто может ей помочь…» - говорит мне постоянно, а я так и хочу спросить. А почему ты должен ей помогать?! Ты не ее муж больше!

Но я молчу. Если честно, то мне страшно ставить его перед выбором, потому что, наверно, страшно, что выберет он не меня, а ее. Я ведь в него влюбилась по уши, так что Аськины слова так и бьют в голову, как исподтишка. Еще бабушка…вдруг все они правы? Вдруг между нами это временно, а по итогу он к ней вернется?

- Ты после своего занятия куда?

- С мамой встречусь, - мотаю слегка головой и натягиваю на лицо улыбку, снова поднимаясь с кровати, - Она хочет погулять.

- Могу вас забрать? Познакомлюсь наконец?

Ой нет. С мамой я его знакомить дико боюсь. Она у меня такая, можно сказать, не особо тактичная. Как ляпнет чего, а мне потом разгребай…у нас еще не настолько устоявшиеся отношения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Да нет, не надо, - отмахиваюсь, - Проведи время с дочерью, потом как-нибудь.

- Ты боишься меня с ней знакомить?

- Не в том дело…

- Марина, ты врешь.

- Нет, не вру! - кривлюсь, а сама на него исподтишка поглядываю, - С чего ты взял?

- Я вижу твои зубы мудрости.

- У меня нет зубов мудрости, дурак!

- Так что?

Стас подкладывает руки под голову и поднимает брови. Ох боже, какой же он красивый…и как же ему идет быть голым в моей постеле! Так! Не отвлекайся!

- Моя мама…она очень специфическая женщина.

- Та-а-к…

- Боюсь, что она что-нибудь ляпнет, и ты сбежишь.

Громко смеется, а мне вот не до шуток. С Сашей так было, как он потом признался: она сказанула что-то, что ему совсем не понравилось, и он серьезно так призадумался…Не хватало мне только повторения банкета…

- Я и сам могу сказануть чего, разве нет?

- Это да…

- Ладно. Не буду давить, как захочешь, так и будет.

- Спасибо…

Я ему за это правда благодарна, но размениваться на всякие там гляделки — времени нет, бегу собираться. А Стас опять засыпает…Слышу из ванной, как говорит с котом, а потом тишина — когда возвращаюсь, ну точно! Дрыхнет! Цыкаю, хочу уже подойти и разбудить его, но потом понимаю: устал он. Сильно устал. Вчера он ездил на кейтеринг для миллионеров, откуда вернулся глубокой ночью — все для продвижения карьеры, но блин, так же тоже нельзя. Аккуратно к нему подхожу, чтобы взять телефон и завести будильник, а стоит только присесть на корточки, как он глаза открывает. Выглядит это странно: смотрит на меня долгим взглядом, а я как вор с его телефоном в руках притаилась.

- Я будильник завожу, - выпаливаю тут же, а в ответ получаю широкую улыбку.

- Знаю.

- Знаешь?

Стас перекладывается на бок, чтобы быть ко мне лицом, кивает.

- Ну не конкретно это, но знаю, что ты ничего такого там не станешь делать у меня за спиной.

Усмехаюсь, пару раз кивнув, потом откладываю телефон, на котором уже поставила ему будильник, а потом двигаюсь к нему ближе и шепчу, проведя кончиками пальцев по лицу.

- Ты очень устал.

- Отосплюсь и нормально все будет.

- Ты хочешь доказать ему, да?

Глаза до этого мягкие, в миг становятся стальными. Я знаю — злится. Захожу ведь за черту дозволенного, но мне сейчас плевать. Я должна сказать, что хочу сказать уже давно, потому что иначе буду молчать вовеки веков.

- Тебе не нужно так стараться, Стас. Ты себя слишком нагружаешь.

- Марина…

- Постой, я просто скажу, а ты уже дальше делай с этим все, что сам решишь, - медлит, но кивает, и тогда я двигаюсь еще ближе и мягко улыбаюсь, - Если ты так много работаешь, потому что хочешь ему что-то доказать, то подумай вот о чем: ему может быть плевать, а ты себя напрасно гробишь. Конечно, если ты за все подряд хватаешься, потому что тебе это нужно — ладно, но если причина в твоем отце, может быть пора отпустить? Жизнь ведь одна, а ты так много упускаешь в погоне за его одобрением.

- Дело не в его одобрении…

- Хорошо, если так. Знаешь ведь? Если тебе важно, то в этом мире есть и всегда будет по крайней мере один человек, для которого ты — лучший шеф-повар.

- Да? И для кого же?

Приближаюсь и улыбаюсь, слегка боднув его носом.

- Для меня, конечно, дурак. Спи.

Нежно целую его, а потом отстраняюсь, раньше чем он снова пустит в ход свои чары и ухожу. Не знаю, поменяет ли это что-то? Надеюсь да.

***

Мой урок проходит превосходно. Педали не перепутала, ни в кого не въехала…ладно, это я утрирую. На самом деле ведь как? Я пусть и вечно сидела на пассажирском сидении, всегда на ус мотала, что и как делал сначала Саша, потом Стас. Так что меня мой инструктор очень хвалит. Пошутил даже, что когда я ему позвонила, он глаза закатил, мол, еще одна девчонка, которая будет дико тупить и всего бояться. Нет. Со мной все иначе. Еще одно открытие: я рисковая такая. Вон сегодня до шестидесяти разогналась в плотном потоке, а ученики обычно такого себе не позволяют. Наверно у меня тип такой, да? Наблюдатель я. Смотрю, подмечаю что-то, а потом повторяю.

- Марина, я прождала тебя здесь двадцать минут! - мама снова недовольно хмурится, - Ну почему ты не можешь хоть раз приехать вовремя?

- Прости, автобуса не было.

- А пораньше выйти?!

- Мам, я не из дома, а с занятия.

- Ой, понятно все. У тебя везде оправдания найдутся…

Мама закатывает глаза, я мыслено давлю в себе недовольство — опять ей все не так! Сколько можно то уже?! Почему просто нельзя улыбнуться и сказать что-то хорошее?! На миг я даже жалею, что согласилась пойти с ней в этот чертов парк, но быстро давлю и это: она все-таки моя мама.

- …Ну и как дела?

Бросаю на нее взгляд и жму плечами, а сама не могу глупо не улыбаться.

- Нормально.

- Улыбаешься. Этот объявился?

- Мам, ну при чем здесь Саша?!

- А что тогда? Новый твой?

Резко останавливаюсь и также резко краснею. Боже, откуда она узнала?! У меня что засосы остались?! Мама тем временем с сарказмом смотрит на меня, потом закатывает глаза и откусывает кусочек у небольшого рогалика, который мы купили в палатке для туристов.

- Можешь не проверять, чистая у тебя шея.

- Мама!

- Бабуля все рассказала.

О боже. Точно. Бабуля…

- Ну и?

- Да…я…э…

- Не мямли, Марин. Он твой начальник, ты осознаешь последствия?

- Мам, прошу…

- Что у вас с ним? Все серьезно или так?

- Я на допросе?!

- Просто хочу знать, к чему мне готовиться.

- В смысле?!

- Опять проблемы…Марин, ну почему ты такая глупая у меня?! Мужчин совершенно не умеешь выбирать.

- Он — нормальный!

- Саша твой тоже «нормальным» был. И? Чем кончилось?!

- Зачем ты это делаешь?! - снова резко торможу, но на этот раз, чтобы встать на дыбы.

Вот какого, собственно, лешего?! Зачем она колет меня, зачем тыкает, как котенка?! А главное — не понимает абсолютно в чем дело!

- Что я делаю, Марин?

- Напоминаешь мне о том, что случилось! Говоришь такое о Стасе! Намекаешь! Зачем?!

- Я хочу, чтобы ты наконец перестала совершать ошибки, а вела себя, как взрослая! Тебе уже не пятнадцать! Тебе надо рожать детей! Замуж снова выходить!

- Я только оттуда!

- Ой, Марин, несерьезно все это было! Детей нет — значит не семья вообще! Теперь тебе надо что-то нормальное строить! Работу найти…

- У меня есть работа!

- Официантка — это не работа, а временное развлечение.

- Развлечение?!

- Марина, ты понимаешь о чем я. Тебе нужно вставать на ноги и жить правильно! Бабуля сказала, что этот твой Стас совершенно несерьезный…

- Это не так! Стас — хороший мужчина!

- Тогда почему ты его не привела, а?! Я думала, что ты догадаешься!

- Потому что он гуляет с дочерью!

Вру, чтобы не обидеть ее, но вру опрометчиво. Глаза мамы сразу расширяются, а потом она выдыхает.

- Так у него есть ребенок?!

О нет…боже…Во ляпнула! Прикрываю глаза, но маме уже была дана команда «фас» — она теперь меня просто сожрет.

- То есть у него есть ребенок?! Прекрасно. И?! Настрогал на стороне или и жена есть?! Ты связалась с женатым?!

- Они в разводе!

- Небось развод еще свежий. Постель не успела остыть, а ты уже в ней! Знаешь как это называется?!

- Мам…

- Марина, да очнись ты! - она щелкает пальцами перед моим носом и строго добавляет, - Ты — его временное развлечение! Таблетка! Ни к чему серьезному это не приведет! Ему просто нужно выдохнуть!

- И даже если так, это моя жизнь!

- Для этого я тебя растила?! Чтобы какой-то козел тебя использовал и время твое попросту тратил?! А как же внуки?!

- Хватит! Ты за этим меня пригласила?! Мозг мне трахнуть?!

- Марина! Как ты выражаешься! Люди кругом!

- За этим?!

- Я хотела с тобой серьезно поговорить и указать на твои ошибки, чтобы ты их исправила!

- Мы не в школе! Я не твоя ученица, я твоя дочь! - ору уже в голос, сама слезы роняю, но стою.

Раньше бы сбежала, но теперь — никогда! Пора уже отстоять свои границы, чтобы она прекратила на меня давить, о чем я ей и сообщаю дальше.

- Хватит на меня давить!

- Я давлю?! Да кто тебе скажет правду, если не я?! Кому есть дело?! Только маме!

- Ты вообще меня не слышишь… - вдруг осознаю шепотом, потом опускаю глаза и мотаю головой, - Ты не хочешь слышать. Это бессмысленный разговор…

- Марина, не драматизируй.

- Я домой, нагулялась.

- Вот как, значит?! Мама у тебя дура, да?!

- Мама у меня жестокая, - еле слышно отвечаю и разворачиваюсь к выходу, - Пока.

Может быть я снова неправа, что так поступаю? Но я правда не вижу смысла продолжать этот разговор. Знаете? Я даже не исключаю, что она говорит правду и дельные вещи, но как она говорит это — другой разговор. Сейчас мне нужно обнять Стаса. Немного тепла, участия — я этого безумно хочу и нуждаюсь, поэтому еду к нему, а там, к сожалению, вижу картину, которая прочно засядет у меня в голове надолго.

Стою тут за углом, как сталкер, как с Сашей стояла, и наблюдаю за семейной идиллией. Стас укладывает вещи в свой джип, Ольга рядом, а их дочь у нее на руках. Втроем смеются, счастливы, говорят о чем-то без устали. Здесь нет мне места, я тут — третья лишняя. Так что же получается? Мама права? И все вокруг правы?

Я так и не подошла вчера к ним, потому что действительно неуместно это было. Так мне показалось. Ну…короче да, снова трусливо сбежала, да. Признаюсь. У меня какой-то, видимо, пунктик на прямые столкновения. Стас, конечно, приехал ко мне сам, но только ближе к ночи, чем добавил еще пару аргументов в копилку. Господи, в нее уже пихать эти аргументы некуда! Лопнет скоро моя хрюшка, чувствую задом лопнет феерично. Но пока я еще держусь, поэтому стараюсь оправдать его в своей голове: мол, ну а что такого то, собственно?! Между ними ничего не было, как тогда на набережной залива, они просто нормально общаются. И?! У них дочь есть. Радоваться надо, что им удалось все урегулировать. Но, черт, судьба-злодейка тоже не лыком шита. Она подбрасывает ситуации одну за одной, чтобы ты глаза свои раскрыла, дура.

В моем случае это день рождение Авроры. Оно было давно, а празднуют только сейчас, потому что Ольга ее сначала увозила к своим родителям, которые живут в Крыму, а потом девочка заболела. Только сегодня наконец состоится праздник. Очень пышный праздник, стоит отметить.

Тут есть, кажется, все: шары, цветы, куча детей в миленьких платьишках, огромный торт ростом чуть ли не со Стаса. И он. Очень красивый. Сегодня не работает, хотя продолжает все контролировать — это заставляет меня улыбаться.

Я курсирую по зале с подносом, а сама не могу от него взгляда оторвать. Он такой счастливый, от Авроры на шаг не отходит, на руках ее вечно таскает. Кажется, девчонка сама и шагу не сделала — так мило. Его брат в форме повара тоже нет-нет, а окажется рядом. Он сегодня, как я, на смене. Но если я работаю из-за Милы, которая резко заболела (на самом деле уехала со своим мужем в загородный отель, о чем Лена знать не должна ни в коем случае), он сам захотел. Говорит, детские праздники — не его тема, а вот разведенные и полные печали мамки, если такие имеются, это к нему. Дурак, что с него взять? Сейчас ведет себя, конечно, поприличней. Мама же рядом. Виктория его вообще меняет кардинально — сразу весь такой приличный, почти не шутит (конечно шутит, просто жестко фильтрует все, что говорит). Это мило.

Я в какой-то момент так на всю эту картину засматриваюсь, что не замечаю, как ко мне подходят две женщины и сами снимают шампанское с подноса. Черт. Я же должна им предлагать — корю себя, но зря я это. Им плевать. Я для них мебель, не более. Они, как Ольга, персонал за людей не считают — что с них взять? Одна ведь братия.

- Ох, видела, как они смотрят друг на друга? - шепчет одна другой, и я навостряю ушки

- Думаешь, что? Снова?

- Даже не знаю…Простит ее?

- Стас? Ольгу? Пф! - вроде радуюсь, но распазнаю этот «фырк» неправильно, за что мне сразу прилетает добавленной фразой прямо по темечку, - Уверена, что он ее уже простил. Любит же…

- Ох, как жаль…Я бы его прибрала к рукам. Экземпляр то стоящий.

- Замолчи, извращенка…Ольга тебя с землей сравняет, если заметит, как ты на ее мужа слюни пускаешь.

- Смотреть то не возбраняется!

Их смех оглушает, а я так и стою, в одну точку уставившись. Ну нет…ну пожалуйста, нет…Поднимаю глаза и вижу — да. Извини, Марин, но да.

Стас воркует с Ольгой, так на нее смотрит…У него глаза горят, клянусь. Он ничего не делает из списка «нельзя, если у тебя есть девушка», просто смотрит на нее и все. Но этого уже достаточно, чтобы понять, что между ними есть что-то, что еще не остыло. Связь у них есть, понимаете? И это не только Аврора…

В глупой попытке, как будто цепляясь за последнюю соломинку, я тру губы. У нас же был договор, да? Помните? Он двухсторонний. Мне такое тоже можно вытворять, но если я всегда его знаки вижу, он меня не замечает вообще. Будто меня здесь нет. И вообще нет — так это внезапно больно. Настолько что, клянусь, я слезы сдерживаю с таким трудом — проще было бы разгрузить фуру.

Нет. Не могу. Горло колит, нос свербит, а в груди так сжимает — вдохнуть не получается. Черт, как же это больно…Мне даже с Сашей так больно не было, а Стас мне даже не изменил. Боже…во что я вляпалась?

Выхожу на улицу, где прячусь за стеной и смотрю в небо. Почему мне так не везет? Почему я раньше не сообразила? Почему не смотрела? Спускала с рук все эти его «поездки» к бывшей? Дура! Я же не звоню Саше по поводу и без, как же очевидно это было…И так на меня это все давит вдруг, что я достаю телефон и нахожу номер подруги.

Вы

Надо выпить

Ответ приходи сразу:

Лерка

В восемь на Рубинштейна, норм?

Думаю да. Лена без проблем отпустит, судя по тому, как она на меня весь день поглядывает…