Как мамочка за чудом ходила

Я ленивой себя никогда не считала, а тут, когда дело моего будущего ребеночка касалось, и вовсе сутками бы трудилась без устали. Поэтому я докторовы рекомендации в долгий ящик откладывать не стала, а сразу решила подумать, как их в жизнь воплотить.

Самое простое — это с водой и едой. От кофе-чая мне отказаться легко и просто, насчет живых и природных продуктов тоже не проблема. Тут у меня сразу в голове схема нарисовалась — что из рациона решительно убрать, а что срочно добавить.

С матушкой-природой — тоже никаких сложностей, будем почаще в скверике гулять и за город выезжать в выходные. Думаю, муж мой меня поддержит, он тоже природу уважает. А если даже и занят будет — что я, одна не схожу с природой пообщаться? Стало быть, и этот пункт легко выполнимый оказался.

Насчет дышать полной грудью… Да я вроде и так не в одну ноздрю дышу? Или нет? Тут какой-то подвох крылся, я это нутром почуяла, но уразуметь, в чем дело, пока что не могла. Ладно, отложим на потом, не горит…

Добрые дела? Да добрее меня на свете мало, я только и делаю, что добрые дела, весь мир стремлюсь осчастливить, вон, Мама Миома на этой благодатной почве выросла. Тут вообще какая-то неувязочка кроется! То ли поменьше доброты вокруг себя распространять, то ли, наоборот, удвоить усилия… Эх, что ж я сразу доктора не спросила-то?

И еще корни… Корни — это, стало быть, род мой, родители и более дальние предки. Конечно, если человека с деревом сравнивать, то корни очень важную роль играют. Во-первых, дают устойчивость. Если корни слабенькие, любые потрясения для дерева опасны, а если сильные — и ураган не страшен. Во-вторых, питание. Это я еще из школьного курса ботаники помнила: по корням из земли поступают питательные вещества, а без корней дерево и вовсе засохнет.

Так-то оно так, только вот… Если честно, то с корнями у меня проблемы были, да еще ой какие! У меня даже настроение испортилось и зубы заныли.

Дело в том, что отец мой ушел из семьи, когда мне еще и восьми не исполнилось. Как и почему — не знаю, мне об этом никто не рассказывал. Уже позже узнала, что он сразу же и уехал из нашего города куда-то на север, алименты присылал исправно и немалые, но на этом — все. Ни разу он в моей жизни не появился, ни письмеца не написал, ни открытки поздравительной. Но я не обижалась — почему-то я его все равно любила и жалела, даже мысленно с ним разговаривала. Мама же всегда была женщиной волевой и решительной, она его не ругала, не поносила — просто вычеркнула из жизни, как лист вырвала из автобиографии, и все. Но его автограф в виде меня все-таки остался, и от этого уже никуда было не деться.

И если с папой у меня отношения были хоть и выдуманные, но теплые, то с мамой… Нет, конечно, мама — это святое, и я никогда ей слова плохого в ответ не сказала. Но вот она… Она меня не щадила, так могла словом припечатать — только пыль столбом. Если совсем честно, то больше было похоже на мачеху из сказки «Морозко»: шпыняла меня постоянно и всем рассказывала, какая я неумеха, лентяйка, неблагодарная, растяпа и неряха. По правде сказать, и сейчас я при общении с ней иногда напрягаюсь, хоть и выросла давно, и свою семью создала. Такие вот у нас непростые отношения…

— О чем закручинилась? — это откуда ни возьмись муж мой встал передо мной, как лист перед травой: очевидно, с работы вернулся. — Поделись горем своим, авось вместе что-нибудь и придумаем.

— Про маму вспомнила, — сумрачно ответила я. — Доктор мне велел про корни подумать, отчего они меня питают недостаточно. А наши отношения с ней — такой корешок узловатый, что поперек горла и дышать мешает.

— Ну что ж, может, пора эти узлы уже и распутать, и устранить? — предположил муж. — Я вот сколько со стороны это все наблюдаю, и все жду, когда же ты повзрослеешь.

— Что??? — изумилась я. — Это еще что за новости??? Да я давно взрослая и самостоятельная! Ценный работник, дипломированный специалист, мужняя жена! Решения принимаю, ответственность на себя беру, последствия своих поступков предвижу, помощи не прошу, что кому от меня еще требуется?

— Да ничего и никому, — отвечает мне муж. — Ты вот сейчас кому что доказываешь, перед кем оправдываешься? Я-то и так про тебя все это знаю…

Я замолчала и стала соображать: а действительно, чего это я взвилась, как новогодняя петарда? Чего это от меня искры во все стороны полетели? Может, это от того, что слово «повзрослеешь» услышала? Почему-то оно на меня действует, как на быка — красная тряпка: сразу на месте пританцовывать начинаю и рога выставлять.

— Это потому что тема для тебя болезненная, — так вот муж мне объяснил. — Вот ты и правда все делаешь на «отлично», везде успеваешь, всем помогаешь, только иной раз думается мне, будто всю дорогу словно доказываешь всем, что имеешь право на существование, не зря на свете живешь. Прямо как Золушка, только с высшим образованием.

— Ага, Прынц мой ненаглядный, вот, значит, как? — вытаращила я глаза на своего благоверного. — Сидишь, значит, молчишь, а сам вон что про меня думаешь???

— Да ты не переживай, я тебя всякую люблю, — утешил меня мой «Прынц». — Хоть Золушкой, хоть падчерицей, хоть Царицей Шемаханской. Только вот скажи мне как на духу — ты-то сама себя любишь?

— Я? А как же! — уверенно говорю я. — Я ж в принципе хорошая, у меня для каждого встречного-поперечного и улыбка есть, и доброе слово имеется, и мудрый совет заготовлен…

— Так это для встречного и поперечного. А для себя чего у тебя имеется?

— Для себя — ты, и еще вот Мама Миома, — насупилась я. — Хочешь сказать, что не за что меня любить?

— Да нет, любить-то тебя как раз есть за что. Только это внешняя любовь, которая от других. А внутри-то у тебя небось до сих пор мамин образ сидит и то и дело с критикой выступает? «Не смей, мол, останавливаться, не моги отдохнуть, не имеешь права расслабляться, недостаточно еще потрудилась, мало сделала, плохо поработала…» Так или не так?

— Так, — говорю я. — Случается, есть такое дело. А ты откуда знаешь?

— Да я же муж твой, я тебя как себя чувствую, все твои настроения. И вижу, как ты себя загоняешь, как тягловую лошадь. А я не хочу, чтобы ты пала раньше срока! Я хочу, чтобы ты веселая была и игривая!

— Ну, и я этого хотела бы. И что же делать? — растерялась я.

— Перестать себя незримым кнутом подстегивать. А для этого в своих отношениях с матерью разобраться. Мне кажется, там какая-то важная разгадка содержится. Вроде как в матери твоей сила какая-то кроется, а ты ее не берешь.

— Да как мне ее брать??? И какую такую силу? Я, наоборот, себе слово дала, что никогда со своими детишками не буду поступать как мама со мной. Не вижу я в этом силы.

— А ты попробуй на все это с другой стороны посмотреть. Найди хоть какой-то полезный смысл в ее действиях, ну, или сама придумай. Ты умная, у тебя получится. А я делами пошел заниматься, — говорит мне мой любимый.

И ушел. Только душу мне разбередил! И что мне теперь делать со всеми своими тайными обидами на мамочку и ее воспитание? Поговорили, называется… А началось-то все с корней. Да, собственно, к ним и вернулось. Силу, значит, не беру… Интересно, а если мой ребеночек будет на меня обижаться, что я его неправильно воспитываю, а потом и от моей силы откажется? А может, он потому и родиться не может, что мне силы корней не хватает? Действительно, папы не знаю, маму отрицаю, где они, эти потоки питательных веществ?

В общем, посидела я минут пятнадцать, тупо пялясь в окно, а потом вдруг щелкнуло у меня в области макушки, и написала я сказку. Вот она — судите сами.

МАМА, СТОП!

енщина пришла к Богу, чтобы задать только один вопрос:

— Господи, почему я стараюсь жить по совести и по законам, никого не обижаю, со всеми мягка и приветлива, мною работаю, а счастья все нет и нет?

— А ты как думаешь, почему? — спросил Господь.

— Это из-за мамы. У меня была очень жесткая мама. Она никогда меня не ласкала, не хвалила, не одобряла, не поддерживала, только критиковала, оскорбляла, унижала и ругала. Я никогда не могла ей довериться, потому что она высмеивала меня и рассказывала мои детские тайны всем, да еще со своими ироническими комментариями. Она давила меня и загоняла в жесткие рамки, мне даже дышать трудно было. Она ограничивала мою свободу и не давала мне воли. Она навязывала мне свои правила и запрещала многое. Мне даже плакать запрещалось!

— Ты пыталась со всем этим что-то сделать? — с любопытством спросил Бог.

— Я старалась, очень старалась, но сейчас думаю, что все это было тщетно, — печально ответила она. — Я все время пыталась доказать маме, что многое могу. Я отлично училась, работала не за страх, а за совесть, помогала людям, я изо всех сил старалась быть хорошей девочкой, чтобы мама меня оценила и сказала: «Ну, вот теперь ты молодец, и я горжусь тобой».

— Ты добилась цели?

— Нет. Прошло много лет, но ничего не изменилось. Она по-прежнему недовольна мною и все время старается меня зацепить, унизить, расстроить. Она все такая же. И ее слова и поступки ранят меня все так же больно.

— Это значит, что и ты все такая же, — объяснил Господь. — Какая была, такая и есть. Ты — Жертва. А если есть Жертва, обязательно должен появиться и Тиран. Для тебя эту роль согласилась выполнить твоя мама.

— Но я давно уже не ребенок! Я выросла! — возразила женщина, казавшаяся уязвленной. — Почему же в моей жизни Тиранов стало еще больше? Меня тиранят все кому не лень: мама, начальники, даже сослуживцы!

— Потому что ты все еще не принимаешь ответственность на себя, ищешь виноватых и обижаешься на маму и на меня за то, что мы сделали тебя слабой. Ну так мы не против — стань сильной!

— Я уже другая, я прожила много лет, я изменилась, я достигла определенных успехов!

— Ничего не изменилось! И все твои достижения теряют ценность, потому что они совершались не из чистых побуждений.

— А из каких же? — оскорбилась и поразилась она.

— Из соображений гордыни. Мама тебя унижала — ты хотела над ней возвыситься. Мама тебя критиковала — тебе хотелось ей доказать, что ты не такая. Ты не чувствуешь себя счастливой, потому что твоя конечная цель была заведомо недостижимой. Ты не хотела измениться сама, ты хотела, чтобы изменилась мама.

— Да, пожалуй, ты прав, — подумав, сказала женщина. — Наверное, так и есть. Но я все равно не понимаю: почему она со мной так поступала? За что? Что я ей сделала?

— Ничего. В том-то и дело, что ты ей ничего не сделала. Наверное, она ждала от тебя чего-то особенного?

— Чего же?

— А давай спросим ее Душу! — предложил Господь и щелкнул пальцами. Тут же рядом возник образ матери — почти как живой, только полупрозрачный. Господь обратился к ней:

— Здравствуй, Душа. Ко мне пришла твоя дочь. Она спрашивает: почему ты воспитывала ее именно так, как ты это делала? Что ты хотела ей дать?

— Я хотела дать ей силу. Она росла такой слабой, такой неприспособленной и совершенно не умела постоять за себя. В отношениях со мной она должна была научиться защищать границы своего личного пространства. Она должна была закалиться и разрешить себе быть жесткой, когда это надо, научиться говорить «нет» и прямо заявлять о своих интересах.

Я до сих пор не вижу результата, но буду пробовать еще и еще. Это то, что я должна и хочу дать моей дочери, чтобы она передала по наследству своей, а та — своей. Пусть в нашем роду больше никогда не будет Жертв.

— А ты не боишься, что она может возненавидеть тебя?

— Я этого добиваюсь. Потому что, разрешив себе ненавидеть, она научится и любить. Пока же она умеет только жалеть — себя и других, таки же слабых, как она, и на это уходит вся ее жизненная сила. Она не позволяет себе даже жаловаться, накапливая невыплаканные слезы, и от этого все больше слабеет. Что же она сможет передать по наследству своим детям?

— Чего же ты ждешь от нее?

— Жду, когда в ответ на мои нападки она твердо скажет: «Мама, стоп!» Когда она станет взрослой. Когда Тираны отстанут от нее, потому что будут уважать ее границы. Когда мачеха ей будет уже не нужна. Когда я смогу, наконец, отдохнуть и побыть мамой. Просто мамой…

Пишу я, а сама слезами заливаюсь. Реву и думаю: может, я все это и сочинила, может, ничего такого моя мамочка и не думала и в виду не имела, но только что касается меня — то чистая правда. Ой, и старалась же я заработать мамино одобрение!!! И училась изо всех сил, и общественную работу вела, и спортом занималась, и рукоделиями всякими, и слабость свою никогда не показывала, все ждала, что вот-вот стану идеальной и мама меня похвалит! А она никогда не хвалила, никогда! Все время только и слышала: «Ну и что, ты и лучше можешь», или «А вон соседская Маринка еще и на курсы стенографисток ходит», или «Ленивая ты, ничего путного из тебя не выйдет». Как-то за этими стараниями я и пропустила тот момент, когда надо было четко сказать: «Все, мама дорогая, спасибо за науку, только хватит! Я выросла и буду сама решать, что, когда, как и в каком темпе делать!»

Но если рассуждать с позиций взрослого человека, то сейчас я чем занимаюсь? Опять ответственность на маму перекладываю. Мол, «это ты не такая, а я-то хорошая!». А если ответственность на себя брать, то разве важно, как другой человек себя ведет? Важно, как ты реагируешь!

— Ну как успехи? — это мой муж из-за двери голову высунул. И как он только чувствует, когда мне больше всего нужен???

— Я тут до такого додумалась! Оказывается, я до сих пор вижу себя в мамином представлении. А вот если не кивать на маму, а брать ответственность на себя, то я должна сначала создать позитивное представление о материнстве, чтобы нашему ребеночку захотелось к нам прийти. А то я все время в глубине души думала, что все мои обиды оттого, что мама плохая. А ведь я — ее дочь, я от нее все взяла, и плохое и хорошее. Так вот я хочу взять мамино «плохое» и превратить в свое «хорошее», понимаешь?

— Понимаю, — муж мне говорит и обнимает меня, бережно так, нежно. — Ты хорошая, а то как бы я тебя полюбил? А главное, ты растешь не по дням, а по часам, яблонька моя! Вот видишь, до каких вещей сама додумалась!

— Додумалась-то я — это оно конечно, — говорю, — только вот что теперь со всем этим делать?

— Ну что делать? Жить! — отвечает мне муж. — Есть ты, есть я, а со всем остальным разберемся по мере поступления.

— Знаешь, оказывается, пока я пыталась маминым требованиям соответствовать, я столько важного в жизни упустила! Но теперь-то я начинаю понимать, что делать и куда двигаться. А еще меня доктор обещал с настоящей феей познакомить, вот! У нее Дар есть. Я просто уверена, что она мне очень многое даст. Я буду отличной мамочкой, вот увидишь!

— А я в этом ни разу и не сомневался, — отвечает мне муж.

Как все-таки здорово, когда рядом есть кто-то, кто в тебя верит!!!