Как мамочка за чудом ходила

Ой, как меня сказка-то про Черепашку зацепила! Аж глаза защипало. А главное, я поняла, что сказка «Мама, стоп!», которая про меня, очень даже с этой сопоставляется. Там тоже мама колола-колола меня, чтобы выработать условный рефлекс на отражение агрессии, да ничего и не добилась. Вернее, получилось в результате, что я даже панцирь отрастить не смогла, зато вот миому вместо него нарастила. Ай-яй-яй, как же это трудно, оказывается, найти ту золотую серединку, когда ты и закалить ребенка сможешь, и не поранить при этом.

— Правильно мыслите, дорогая моя! — поддержал меня Сказочный Доктор. — Не все, конечно, но многие детские болезни начинаются в знак протеста или как отражение семейной обстановки. Чуткий родитель всегда по поведению ребенка определит, что что-то не так, и найдет способ это поправить, до болезни и дело не дойдет. И уж точно не станет его вампирить!

— Вампирить? Собственное дитя? Доктор, да что вы такое говорите??? Вы это о чем вообще?

— Да вы не пугайтесь так, я не про наследников графа Дракулы. Вы слыхали когда-нибудь про психологический вампиризм?

— А! Вот вы о чем… Ну конечно, слышала! И даже видела и ощущала. Завуч вот у нас — точно вампирша. Разговаривает тихо, смотрит пристально, вежливая до ужаса, а после разговора с ней чувствуешь себя как выжатый лимон, то есть вяло и кисло.

— Вот-вот! А представьте, если она так же от своих домашних подпитывается?

— Ох, доктор, да разве со своими так можно?

— Иногда люди непроизвольно от близких подпитываются, когда собственной энергии им почему-то не хватает. И самый простой способ — это семейный скандал. Ведь во время скандала выброс адреналина происходит, организм в стрессе, а значит, собирается в кучу для отражения агрессии. И обязательно кто-то энергию потеряет, а кто-то подпитается.

— А сказка про это у вас в запасе есть?

— Есть, как не быть… Слушайте!

ВАМПИРЫ

тро началось как всегда: Вадик долго не хотел просыпаться, потом капризничал, ковырялся в тарелке с кашей, задумчиво замирал, натягивая колготки. Муж поминутно вопрошал: «А какой галстук лучше к этой рубашке?», «А почему сыр не порезала?», «А куда ты положила мою папку?». В общем, все как всегда. Я пыхтела, злилась, отвечала, подгоняла и посматривала на часы, потому как стрелки неумолимо приближались к критической отметке.

По дороге в детский сал Вадик донимал бесконечными «почему?», а я отвечала, хотя мои мысли уже переключились на работу и Вадькины вопросы очень отвлекали меня от насущных проблем.

— Мам, а вампиры где живут? — задал он очередной вопрос.

— В сказках, — ответила я, в который раз дивясь, как это Вадьке удается выдумывать вопросы, ставящие меня в тупик.

— А в сказки откуда приходят?

— Из кино, — сказала я.

— А в кино?

— Из головы! — нервно сказала я. — Их дяденьки сценаристы придумывают.

— А откуда они их видели? — не отставал Вадька, который уже сам казался мне маленьким вампиренышем.

— Да ниоткуда! Взяли и придумали! — рассердилась я.

— Так не бывает, — подумав, решил мой умный Вадик. — Если в голове есть, значит, где-то видели.

— Вспомнила. В Трансильвании они живут! — осенило меня. — Это очень далеко от нас. В горах. А в России вампиров нет, так что живи спокойно.

— Да? — с сомнением спросил Вадька. видно было, что у него имеется свое мнение, но высказать его он не успел, потому что я передала его с рук на руки воспитательнице (пусть теперь ее вампирит!) и помчалась на работу.

В трамвае по утреннему времени было людно и тесно. Когда освободилось местечко, я было подумала его занять, но меня опередила тетка с кошелкой. Она грузно брякнулась на сиденье и торжествующе посмотрела на меня. Я не возражала: кто не успел, тот опоздал, и нечего тут… Но тетке явно хотелось общения.

— Молодежь нынче — пальца в рот не клади! — трубно объявила она. — Таки норовят дорогу перебежать!

Поскольку я никак не отреагировала, тетка продолжила:

— Никакого уважения к старшим! Вот в наше время…

Какое-то время она вспоминала свое время, и выходило, что с тех пор мир укатился в тартарары и непонятно, как человечество вообще существует. Кое-кто уже подавал реплики, напряжение в трамвае ощутимо возросло. Но тетке явно не хватало меня — ну выбрала она меня жертвой в это утро, ничего не поделаешь!

— Вот будешь старая, милая моя, чтоб тебе твои дети так дорогу перебегали! — с азартом заявила она, глядя на меня в упор.

Тут уж я не выдержала.

— Детей-то зачем трогать? — возмутилась я.

— Ага!!!! — с воодушевлением вскричала тетка и выдала мою развернутую характеристику с анализом родословной — как прошлой, так и будущей.

Я выскочила из трамвая, как из преисподней, — вся мокрая, возмущенная и обиженная. Ну вот за что она меня так? Что я ей сделала? Ведь слова же не сказала! Пока она про детей не начала… Бывают же такие омерзительные тетки. Дома ей, что ли, поругаться не с кем???

На работу я влетела за пять минут позже, чем надо. И разумеется, тут же попалась на глаза начальнице. Еще минут пять она своим тихим шелестящим голосом распекала меня. Я стояла как загипнотизированная под немигающим взглядом ее стальных глаз и погружалась в пучину вины. В торговый зал (я продавец-консультант в отделе женской одежды) я вышла на ватных ногах, как будто уже целый день отстояла.

Покупательницы бывают разные, но сегодня мое «сказочное везение» привлекало очень неприятных особ. Нет ничего хуже, когда тебя битый час гоняют туда-сюда, перемерят кучу одежды, ничего не купят, да еще и пренебрежительно выскажутся по поводу ассортимента, цен и качества обслуживания. Вот такие сегодня и шли…

К вечеру я была выжата и высушена, как половая тряпка.

— Ты чего, подруга? — сочувственно спросила Алька из обувного отдела. — Заболела, что ль?

Алька была, как обычно, свежей, цветущей и энергичной.

— Ага, наверное, — вяло отозвалась я. — День какой-то… дурацкий.

— Рецепт счастливой женщины: шейпинг, бассейн, длительные прогулки, стр-р-растная любовь, всех кровопивцев — с хвоста, и ничего близко к сердцу не принимать! — мгновенно выдала рекомендации Алька.

— Хорошо тебе говорить. Ты одна, сама себе хозяйка, — попыталась отбиться я. — Времени вагон… А у меня муж, сын, то, се… на себя сил не остается.

— Ничего подобного, — тут же возразила она. — Просто я люблю себя, а ты нет.

— Я себя люблю, — уныло пробормотала я. — Чего это ты???

— Какая же это любовь, если у тебя для себя ни сил, ни времени нет? — задушевно ответила Алька, поправляя перед зеркалом макияж. — Ты того… подумай, пока не поздно!

А то выглядишь как вяленький цветочек… Отношение к жизни надо менять, подруга!

На обратном пути в магазине из последних сил поругалась с продавщицей, которая не хотела заменять пару дефектных (на мой взгляд) яблок. Это отняло у меня остатки энергии. Плетясь домой, я размышляла над Алькиными словами. Оно конечно, так долго не протянешь. Хорошо еще, не каждый день такой «насыщенный» бывает… Только вот почему он «насыщает» кого угодно, но не меня??? Я-то себя чувствовала, как будто меня выпили до дна… Хорошо еще, что Вадика по вечерам папа забирает. А то бы вообще…

Дома я бы с удовольствием рухнула на диван и выпала из реальности. Но ничего подобного я себе позволить не могла: предстоял обычный вечер работающей домохозяйки: ужин, стирка, уборка, приготовления на завтра.

Тут позвонила моя приятельница Олечка и битый час рассказывала мне о своем очередном романе, который, кажется, бесславно завершился, в чем была немалая заслуга самой Олечки. Но по ее рассказу выходило, что она вся белая и пушистая, а он — сволочь и мерзавец.

— Оль, я устала, давай потом, а? — попыталась остановить ее нытье я.

— Ну ты что? — безмерно удивилась Олечка. — Мне сейчас как ни когда, нужны участие и поддержка, я на грани самоубийства! Ты уж слушай!

И снова завела свою бодягу. Я отключила мозги, насколько возможно, и отделывалась междометиями. Олечке, собственно, собеседник не нужен: она слышит только себя. Поток самосознания!

После Ольги я сама была на грани самоубийства. Хотелось завыть на луну. Как голодному вампиру. Или это оборотни воют?

Наверное, эта мысль очень запала мне в душу, и поэтому, когда мой любимый муж спросил, куда подевались его тапочки, я взвыла. Сквозь вой я успевала высказывать все претензии к жизни, которые накопились. Наверное, это было страшно — суля по испуганным глазам мужа и сына. Но остановиться я уже не могла. Шлюзы открылись, и потоком хлынуло все, что я так тщательно давила в себе. В этом ассенизационном вихре крутились и уплывали трамвайная тетка, и вредные покупательницы, и продавщица-халда, и начальница-змея, и все, кто отнимал у меня жизненные силы.

А потом мне было очень стыдно. В доме — тишина, муж — у компьютера, сын — в детской, а я — в гордом одиночестве. Но, как ни странно, я чувствовала себя намного лучше, чем до этого «Большого Взрыва». Словно он придал мне силы. Но то, что при этом я обидела своих самых близких людей, меня угнетало.

Я сидела и страдала, когда ко мне тихонько подошел Вадик.

— Мам, а я теперь знаю, кто такие вампиры, — сказал он. — Хочешь, расскажу?

— Хочу, зайка, — благодарно отозвалась я, глядя в ясные Вадькины глаза. Хорошо, что дети не умеют долго сердиться и обижаться…

— Вампиры живут среди нас и пьют нашу энергию. Сначала как бы укусят — а если мы среагировали, сразу присасываются. Они так питаются! Чужой энергией.

— Это как? — оторопела я. Мой Вадька умеет озадачить, это да…

— Ну, вот если мне кто-то скажет: «Ты дурак!», а я оправдываться начну, то он все равно не поверит, что я умный, а я устану доказывать, да же? Тогда он меня выпил!

— А как надо? — страшно заинтересовалась я.

— А надо соглашаться! «Ну, я дурак, и что?» Тогда он сразу отстанет, а я дальше играть пойду. И не устану нисколечко!

— А ты разве по лбу ему не дашь? — подал голос муж от компьютера.

— Нет, — подумав, ответил Вадик. — А то потом все равно мириться придется, опять энергию тратить. Лучше уж сразу не ссориться. Тогда никто никого не выпьет.

— Разумно, — прокомментировал муж. — Если нет жертвы, то вампиру тут делать нечего. Пойдет другую искать.

— Что я, дурак, жертвой быть? — вполне резонно заметил Вадик. — Пусть в другом месте поищет!

М-да… похоже, я привлекала всех вампиров в округе именно потому, что чувствовала себя жертвой. Они и слетались, как мухи на мед… Но Вадька-то, Вадька!

— Вадечка, а ты откуда это взял? — потрясенно спросила я.

— Додумался, — сообщил Вадик. — И воспитательницу еще спросил. Она у нас умная, потому что еще не забыла, как была ребенком, это она сама так говорит.

Ничего себе! Оказывается, все умные: и мой сынуля шести лет от роду, и его воспитательница, одна я дура и ничего не знаю! И теряю силы, потому что чувствую себя всем должной и во всем виноватой. И все время всем доказываю, что я «не дурак».

— Знаете что? — спросила я. — По-моему я дурак. Потому что на вас наорала. Хотя вы не виноваты.

— Да мы что? Мы ничего, — дипломатично ответил муж. — Мы ж понимаем: мама устала, маме надо подпитаться…

— Не хочу я больше так подпитываться. Я вам что, вампир, что ли? Хотя, конечно, получается, что вампир… Но я исправлюсь!

— А как ты исправляться будешь? — живо заинтересовался Вадик.

— Додумаюсь, — пообещала я. — Во! Шейпинг, бассейн, длительные прогулки, стр-р-растная любовь, всех кровопивцев — с хвоста, и ничего близко к сердцу не принимать!

— А как это «с хвоста»?

— А кто у нас «кровопивцы»? — одновременно спросили муж и сын.

— Так! Вы оба у меня проходите по категории «стр-р-р-р-растная любовь», — сообщила я. — И предлагаю вам длительную прогулку — прямо сейчас. Ну и что, что вечер? Еще интереснее! На огни большого города посмотрим.

— Ур-р-ра! Гуля-я-я-ять! — завопил сынуля. Его энергии хватило бы на небольшую электростанцию, он ведь не позволял ее пить всяким там вампирам…

— Ого! Респект! — поднялся из-за компьютера муж. — А шейпинг и бассейн когда?

— Завтра, — решила я. — И впредь!

Затрезвонил телефон. Я сняла трубку.

— Ты представляешь, — взволнованно заговорила Олечка. — Он мне опять позвонил. А я…

— Оля, ты знаешь, как сбрасывают с хвоста? — решительно прервала ее я.

— Что? — опешила Ольга.

— Вот я тренируюсь как раз. Так что прости-извини — некогда мне! — сообщила я.

И рванула в прихожую, где меня ждали мои «стр-р-р-растно любимые» мужчины — те, с кем я готова была делиться своей энергией каждую минутку, просто так — от любви.