Глава 5


— Вставай, соня, завтрак проспишь! — меня разбудил улыбающийся Крикун. Мне что, все приснилось? Я отчаянно принялся цепляться за подробности сна, но ничего не смог найти такого, чтобы проверить свои догадки. Серебро. Отец Баренс почти вампир? Это все на самом деле или просто привиделось?

— Идем. — Я лениво поднялся с кровати и привычно потянулся к своей грязной одежде, которая лежала на месте аккуратно сложенная, как была оставлена перед сном. Значит все-таки приснилось…

— Эй, какие лохмотья! Мы сегодня за покупками идем! — Крикун выдернул у меня из рук рваную накидку.

— Да, конечно, — рассеянно ответил я, сожалея, что все на самом деле оказалось сном. — Идем.

Мы позавтракали овсянкой, я допил яблочный компот, и дожидался, когда Крикун расправится с остатками моей порции еды. Отращивать руку в мои планы пока не входило, а потому мне приходилось есть ровно до того момента, пока не начинала чесаться растущая рука. Внезапно кто-то пнул мой стул, и я быстро обернулся. Кривой с двойняшками.

— Здорово, мелкий. Передумал, или ты собрался с этим крысенышем работать?

— Ты за словами следи, чучело одноглазое! — Крикун вдруг забасил не детским голосом, так что мне стало жутковато. Ребята за соседними столами обернулись и заинтересованно глядели в нашу сторону.

— Ну-ну, давайте. Посмотрим еще, как дела ваши пойдут. — Кривой демонстративно сплюнул на пол и…, получил увесистый подзатыльник. Хлопнуло так, что вокруг раздались смешки.

Я поднял взгляд, сзади него стояла Била и протягивала тряпку.

— Быстро наклонился и вытер!

Кривой яростно оглядел зал, отчего смех резко утих. Он злобно посмотрел на Билу и произнес:

— Сама вытирай. Еще раз руки распустишь…

— И что? — Била в ожидании уставилась на него, — К Лису пойдешь? Можем вместе сходить.

Кривой снова обвел хозяйским взглядом всех сидящих, кивнул головой своей свите и медленной походкой удалился из убежища.

— Сученыш. — Била наклонилась, раздраженно вытерла пол и удалилась в свои кухонные владения.

Мы выбрались из-за стола и направились по катакомбам в порт. По дороге я начал донимать Крикуна вопросами.

— А если бы вы подрались?

— Кай, у нас не дерутся, за это можно от Лиса такой штраф выхватить, что десять раз пожалеешь.

— А если он на тебя в городе нападет?

— Лис узнает, он все знает. — Рив потянулся за бутылочкой и сделал глоток.

Меня словно встряхнуло. Вот же оно, лекарство из моего сна! Я набрал в легкие воздуха:

— Крикун, то, что ты пьешь называется камаиса?

— Да, а я разве тебе говорил? — он удивленно посмотрел на меня.

Правда! Все правда, моя душа возликовала! Не важно, ходил ли я к ней ночью, или мне все приснилось! Баренса нужно убивать серебром, потому что он уже почти вампир, но все же не бессмертный! А истинным ему не стать, пока он не принесет меня в жертву Тьме! А еще, мне кажется, что я теперь знаю, откуда Лис берет настоящую ценную информацию, о том, что происходит в Танаре. Марта.

— Ты чего такой радостный?

— Все хорошо, я тут просто кое-что вспомнил. А про лекарство твое в книге читал.

— Понятно. А что вспомнил? — Крикун с интересом уставился на меня.

— Потом расскажу.

Мы перебрались через решетку. Сегодня было облачно, но все же летнее солнце периодически выбиралось из-за облаков. Почти идеальная погода для прогулки, дождя не предвидится, и это главное. Покинув порт, мы направились вверх по дороге. Болтать мне совсем расхотелось, хотя Крикун пытался обратить мое внимание то на одно, то на другое.

Я размышлял о том, как убить Барренса. Мне нужно серебро, а еще лучше готовое оружие из него. Интересно, сколько оно стоит?

— Крикун, а давай начнем с оружейной лавки?

— Шутишь? Конечно! Сам хотел предложить с нее начать. Только нам там ничего не продадут, кроме перочинного ножа.

— Да просто поглядим. А детям где-нибудь можно купить оружие?

— Есть один человек, — он наклонился к моему уху и перешел на шепот, — Хартел. У него, кажется, можно найти что угодно. Вот только он дороже берет, если ты не хочешь, чтобы в Убежище узнали. Но изгои все равно покупают там, это гарантия, что до Лиса не дойдет. Хартел мужик подозрительный, но свое слово держит.

Я задумался над словами Крикуна. Если изгои покупают оружие, Марта всегда может об этом узнать. Но он говорит, что Хартел гарантирует анонимность. Что-то не сходится. Плохая загадка. Либо Марта все же не «видит», либо она просто не сообщает Лису такие мелочи.

— Ну, что решил — в лавку или к Хартелу? Он не очень далеко от рынка живет. Мне без разницы, я бывал и там, и там.

— К Хартелу, — твердо решил я. — Пока хотя бы посмотрим.

Крикун повел меня мимо рынка, в сторону центра Танара, прямо через патрульных-стражников, которые разговаривали со служителем храма Девяти. Я внутренне сжался, но все обошлось, он даже не обратил на нас внимания.

— Не бойся, мы же одеты как гражданские. Стража не тронет.

— Ага, понял. — Ну откуда ему знать, что я не их испугался, а священника.

Мы перешли с главной улицы в тихий переулок, и Крикун меня повел какими-то дворами, а затем снова вывел на мостовую. Я огляделся и вспомнил этот район. Мы иногда с мамой и папой по выходным приходили сюда, и покупали сладости в кондитерской. Она должна быть за углом того желтого дома.

До кондитерской не дошли и остановились возле обычного неприметного домика, крыльцо которого было переделано под вход в торговую лавку. Простенькая самодельная вывеска: «Оружие на любой вкус». Крикун внимательно осмотрелся по сторонам, а затем кивнул:

— Вроде бы никого не видно, пойдем.

Внутри нас встретили обитые толстой тканью стены, увешанные луками, арбалетами, мечами, топорами и всевозможными видами оружия, названий которых я не знал.

— А, детки Лиса, — услышал я голос и обернулся. Из-за высокого шкафа вышел среднего роста темноволосый мужчина лет сорока, одетый в ремесленную одежду. Рукава рубахи были закатаны, открывая жилистые и крепкие руки. — Ну и чего приперлись? Покупать все равно не станете. Валите-ка отсюда, пока дядюшка Хартел не вытащил кнут, да не объяснил, что нехорошо отвлекать мастеровых.

— Пошли, — шепнул мне Крикун и дернул за рукав, — Он сегодня не в настроении.

— Мне нужно купить оружие, — я поднял глаза и посмотрел прямо ему в лицо.

— Ого, какой дерзкий малыш! — Он медленным шагом пошел к нам, не отводя от меня взгляда, — А условия ты знаешь? Корешок твой тоже покупает?

Крикун сделал шаг назад и неуверенно пробормотал:

— Нет… не покупаю.

— Тогда прочь из моей лавки, а твой смелый друг пусть останется.

Он сделал еще один шаг в наш сторону, и Крикун на бегу выпалил:

— Кай, я тебя на улице подожду.

Я кивнул ему головой, не сводя глаз с Хартела. Хлопнула дверь, и хозяин присел передо мной на корточки.

— Я тебя ни разу не видел, новенький?

— Да.

— И зачем же тебе оружие? Что именно ты хотел купить?

— У вас есть арбалет с серебряными стрелами?

Лавку огласил громкий и протяжный хохот. Хартел схватился за живот и затрясся от приступа смеха, показывая на меня пальцем.

— Ух, насмешил, спасибо! Однорукий малыш с арбалетом! Еще и стрелы серебряные ему подавай. Ты никак Патриарха кровососов убить собрался?

Он снова громко рассмеялся. Я решил ничего не отвечать, а дождаться, когда он закончит и продолжал глядеть ему в глаза. Папа учил, что если на кого-то уверенно смотреть, не отводя взгляда, то человеку может стать неловко, и он начнет чувствовать себя неуютно.

Хартел, вдруг резко стал серьезным. Он подошел к стене снял арбалет и протянул мне. Затем зашел за свой шкаф и вытащил толстую стрелу для него.

— Вот тебе арбалетный болт, извини что не серебряный. У меня такое добро не водится, в этом городе нет охотников за нежитью, да и места у нас спокойные. Нечисть не любит соленую воду и морской воздух. Вот в Фаэте — да! — Он закрыл глаза, словно вспоминая что-то, — Там иной раз ночью и на араха можно напороться. Этим тварям что деревенский забор, что крепостная стена — один хрен перелезут. Давай, смельчак, заряди арбалет!

Я взял оружие из его рук и чуть не упал под его тяжестью, когда он ослабил хватку. Мне и в голову не приходило, что он столько весит. Поставил его вертикально, прижал стремя ногой и потянул вверх тетиву. Она дошла мне до пояса, а дальше остановилась. Я понял, что не справлюсь с ним, даже будь у меня вторая рука целая.

Тогда я подсел под тетиву, зацепил ее на тело около шеи и начал выпрямляться. Мне не хватило всего половины ладони, когда она сорвалась с плеча и больно хлестанула мне по коленке. Я грохнулся на пол вместе с арбалетом, и он ударил мне по культе. Из глаз невольно брызнули слезы, но я решил не показывать это хозяину лавки. Поднялся и снова начал натягивать тетиву плечом, на этот раз придерживая ее рукой.

Хартел подошел ко мне, забрал у меня оружие и аккуратно повесил на стену, а после этого взял меня своими огромными руками и поставил на прилавок перед собой. Он пристально посмотрел мне в глаза и произнес:

— Парень, когда ты вырастешь, мне не хотелось бы быть твоим врагом. Упорства у тебя на десятерых. Скажи, зачем тебе серебряные стрелы, и почему именно арбалет?

— Не скажу, Лис узнает.

— Парень, ты знаешь почему в этой маленькой лавке, я продаю оружия, больше, чем половина торговцев этого города вместе взятые? Потому что все знают, что Хартел — могила!

— Все равно можно узнать! Есть способы!

— Какие например, если назовешь хоть один, заберешь любое оружие бесплатно! Слово Хартела!

Так, кажется, он заглотил крючок. Я сделал вид, что подбираю варианты, а потом выпалил:

— Любой видящий вас раскусит! Вот!

— Ха-ха-ха, — Он снова рассмеялся. — Кай, да? Так тебя друг назвал.

Я кивнул головой.

— Кай, что ты знаешь о гасителях?

Так он гаситель! Как же мне это в голову не пришло, не будет мне теперь бесплатного оружия.

— Это люди, у которых Сила может погасить другую Силу. Только они сами больше ничего не могут.

— Правильно, Кай. Я гаситель четвертого уровня и любой видящий в этом городе, из которых только два человека выше пятого, не считая выгоревшей Марты, никогда не увидят, что происходит внутри. Да и Марта не смогла бы, даже если бы сохранила способности. Кроме того, видящему постоянно нужны сколиты для восстановления энергии. И они такой чепухой, как подглядывание за моей лавкой, заниматься не будут. Дорого и безрезультатно. А теперь, парень, твоя очередь. Итак, зачем тебе нужно оружие против нежити?

Хартел казался грозным на вид, но что-то в его глазах было настоящее и искреннее. По большому счету он просто может выкинуть меня за порог и все, но почему-то до сих пор тратит на меня свое время.

— Я должен убить одно существо. Не спрашивайте кого и почему, все равно не скажу.

— Парень, если речь о кровососе, тебе все равно с ним не справится. Ты даже не подберешься к нему.

— Вы мне продадите оружие или будете и дальше пугать?

— Какой же ты настырный! Стой здесь. — Он открыл дверь, что располагалась за позади него и исчез, а спустя пару минут снова появился с тканым свертком в руках. Положил его на прилавок, развернул тряпку и извлек тонкий длинный нож.

— Кай, это называется стилет. Единственное, оружие их серебра, что я могу предложить.

Я стал рассматривать его. Таких ножей мне еще никогда не приходилось видеть: небольшая тонкая ручка из обработанного зеленого камня, на конце которой имелось утолщение в форме головы змеи. И тонкое, тоньше моего мизинца, трехгранное лезвие, длиной в две мужских ладони.

— Возьми его, не бойся. — Произнес Хартел.

Я поднял нож с прилавка и взял в руку. У меня еще маленькие пальцы для взрослых вещей, но эту рукоятку они смогли обхватить полностью. Стилет оказался не слишком тяжелым, и мне это понравилось. Но вот странное лезвие…

— Он же совсем не будет резать!

— Кай, то, что ты держишь в руке, не должно ничего резать. У него другое назначение. — Он вышел из-за прилавка, подвел меня к манекену и опустил его на уровень моего роста. — Проткни его.

— У меня сил не хватит, и вы опять будете смеяться! Я потому и хотел арбалет.

— Кай! Проткни его! — Хартел повысил голос.

Я пожал плечами и с размаху ударил ножом в грудь манекену. Он зашел в него по самую рукоятку!

— Так вот Кай, только что ты почти убил человека. Почти, потому что в сердце не попал.

— Это манекен, он не считается!

— Этот манекен считается, он полностью соответствует строению и упругости человеческого тела. Человеческого, Кай. У нежити свои причуды, но серебро проникает в их тела еще легче.

— Сколько?

— Два третьих и три вторых камня. Я даже не беру с тебя за свое молчание.

— Вот возьмите, — я протянул Хартелу три двулита. — Мне нужен этот нож, а остальные деньги занесу попозже. Пусть он пока полежит у вас, только не продавайте его, пожалуйста.

Хартел взял камни, убрал их в карман и забрал у меня нож. Аккуратно завернул его обратно в сверток, после чего произнес:

— Беги к себе Кай, твой стилет будет ждать тебя столько, сколько нужно.

— Спасибо, дядя Хартел!

Я покинул лавку и выбежал на улицу, где меня ждал порядком приунывший Крикун.

— Ну что там, рассказывай? — Он поднялся со скамейки и накинулся на меня с расспросами. — Купил что-нибудь?

— Нет, не купил, — ответил я, — Но когда-нибудь куплю. Идем на рынок, теперь надо приобрести обновок.

Мы повернули обратно и прошли той же дорогой, которой добирались до Хартела. Затем вышли на главную дорогу, что пролегала мимо торговой площади. Крикун здесь отлично ориентировался и сразу меня повел к палаткам портных, где мы оба приоделись. Я выбрал себе хороший ремень, недорогой темно-серый костюм свободного покроя и мягкую бесшумную обувь. Крикун, напротив, купил себе щегольские сапоги и красивую куртку, объяснив это тем, что когда-нибудь он станет объявлять номера, и ему нужна будет яркая одежда.

Мы уже засобирались на выход, когда я увидел нечто, что заставило меня остановится. Это была лавка плотника, в которой продавались деревянные протезы. Я подошел и уставился на искусственную руку. Крикун, увидев мой взгляд, ничего не стал говорить, а просто остановился рядом.

Из-за прилавка выглянул пожилой мужчина с обветренным лицом, смерил меня взглядом и произнес:

— Извини, мальчик, у меня ничего нет на твой размер.

Я указал на полую деревянную трубку, заканчивающуюся металлическим крюком.

— Можно посмотреть?

— Великоват будет тебе, но смотри, мне не жалко. — Он снял протез с витрины и протянул мне.

Эта вещь была достаточно громоздкой для моего роста, но меня это не интересовало. Я засунул целую руку во внутреннюю полость, и она удобно там разместилась. Приспособление сидело как влитое.

— Сколько?

— Ну видя, как тебе с ним придется мучаться, сойдемся на восьми сколитах. Считай задарма отдаю.

Я вытащил из кошелька последние семь сколитов и посмотрел на Крикуна. Он молча достал еще один и вложил мне в руку. Благодарно кивнул ему головой и протянул деньги старику.

— Я беру.


Мы вернулись в убежище. Крикун отправился к Марте за новой порцией камаисы, а я пошел к Биле, выпросил у нее остатки завтрака и убежал в катакомбы, недалеко от того места, где меня нашли. Оставил еду и протез в укромном закутке, а сам выдвинулся в порт до своего тайника в переулке, откуда забрал пару двулитов. Один разменял тут же неподалеку у лоточника, купив проволоки на один сколит, а второй оставил для светильника. В итоге, у меня оставалось два вторых камня в запасе и загадочный кинжал. Когда-нибудь, я узнаю его секрет, а пока нужно разобраться со своей рукой и планами относительно Баренса.

Вернувшись в убежище, я пошел искать Рива и был удивлен количеством народа, собравшегося за столами в основной комнате, они шумели и подбадривали кого-то, но мне ничего не было видно из-за их спин.

— Кай, — кто-то прокричал мне в самое ухо, я повернулся и увидел Крикуна. — Иди за мной.

Он вытащил меня из толпы и указал на покореженные трехъярусные нары неподалеку. Первые два этажа были разломаны, а вот последний сохранился. Крикун ловко подпрыгнул и забрался на второй ярус, потом протянул руку и помог подняться мне, а сам перебрался на третий этаж и снова подтащил меня к себе. Кое-как, перебирая ногами, я влез наверх, и он указал мне на столы.

— Смотри, вот этого толстого зовут Тигерт. — Он указал мне на полного мужчину с двойным подбородком, который сильно потел и волновался, но пытался улыбаться окружающим.

— Чего с ним?

— Тигерт обладает потрясающим слухом, — прошептал мне Крикун. Толстяк за столом тревожно перевел глаза на нас и тут же расслабился. — Видел? Это он имя свое услышал, поприветствуй его.

Мы одновременно с Ривом помахали ему руками и Тигерт, улыбнувшись, легонько кивнул нам головой, после чего снова принял взволнованный вид.

— Так вот, он «слухач» второго уровня. Это считается никчемной способностью. Тигерт хочет работать в княжеской разведке, и Лис очень им дорожит. Но чтобы попасть туда, он должен быть не меньше третьего уровня. Тогда его способность станет намного ценнее, а ее расстояние действия сильно увеличится.

Я чуть не подпрыгнул на месте:

— Он что, собирается рискнуть жизнью и перейти на следующую ступень?

— Да, в том-то все и дело. Поэтому тут столько народа собралось, всем интересно посмотреть на переход Силы.

Дверь в комнату Лиса отворилась, и на пороге появился хозяин Убежища. Толпа затихла, а между собравшимися образовался проход. Лис обвел глазами присутствующих и прошагал к столу. Он сел напротив трясущегося от волнения толстяка и произнес:

— Тигерт, ты уверен, что готов? Еще не поздно передумать.

— Лис, я сейчас готов как-никогда и уверен, что достиг предела своего уровня. — У него оказался удивительно высокий голос. — Пора стать тем, кем я должен быть.

Лис молча кивнул головой и выудил из кармана куртки блестящий металлический предмет с красноватым оттенком, похожий на цветок без листьев. Внизу стебелька предмет был очень тонкий и напоминал иглу, а вверху, в виде бутона, находились тонкие пружинящие лепестки-захваты.

— Проводник Силы, — прошептал Крикун. — Чистый глеверит.

Тигерт, увидев предмет в руках главы изгоев, немного напрягся, а затем решительно положил на стол левую руку ладонью вниз и широко раздвинул пальцы. Лис извлек из кармана трилит и поместил его в металлическую чашечку-бутон цветка. Его лепестки прочно обхватили камень со всех сторон. Убедившись, что сколит держится прочно, он поднес проводник острием к пятерне смельчака и одним быстрым движением воткнул его в руку толстяку, пробив кожу между большим и указательным пальцем.

Тигерт резко дернулся и скривился, но вскоре расслабился и уставился на сколит. Камень медленно начал наливаться зеленоватым свечением, которое перешло сначала на переходник, а потом и на руку. Оно поднималось все выше и выше, захватило плечо и голову, а затем глаза толстяка загорелись изумрудным светом.

Я как завороженный наблюдал за этой картиной. До этого мне лишь приходилось слышать о процессе поднятия уровня. Люди обычно довольствовались тем, который им был дан от рождения, предпочитая не рисковать, а потому увидеть такое своими глазами дорогого стоило.

Поток зеленого света то перетекал из камня в Тигерта; то, словно передумав, разворачивался и утекал обратно. В такие моменты Лис хватался руками за край стола и напряженно смотрел на камень, который светился все ярче и ярче. В Убежище стояла полная тишина, изредка нарушаемая тревожными вздохами собравшихся.

В какой-то момент поток быстро потек в голову Тигерта, от чего Лис начал улыбаться и удовлетворенно кивать. А затем произошло что-то ужасное.

Свет приостановился, колеблясь туда-обратно и внезапно, одним ярким быстрым потоком вернулся в камень. Толстяк забился в конвульсиях, вены на его шее вздулись, из носа и ушей потекла кровь, а изо рта вылезла пена. Он с глухим стуком уронил голову на стол и все закончилось. Толпа разочарованно выдохнула, кто-то даже простонал от отвратительного зрелища.

Сколит выскользнул из бутона, увеличившись до размеров персика и покатился по столу. Лис быстрым движением остановил его, не отводя глаз от толстяка и процедил сквозь зубы:

— Похороните его.

Он убрал камень в карман, выдернул из руки мертвого Тигерта переходник и с расстроенным выражением лица молча удалился к себе.

Из толпы вышли два крепких молодых парня, которые с трудом оттащили безжизненное тело к стене, после чего подошла Била и протянула им большой кусок ткани. Парни обмотали ею толстяка и перевязали сверток с телом веревками.

Я молча наблюдал за этой картиной не в силах произнести ни слова. Опять на моих глазах умер человек. Тигерт не был моим знакомым, тем не менее, у меня в груди появилось ноющее чувство. Наверное, мне придется привыкнуть к тому, что люди умирают не только от старости.

— Кай, с тобой все в порядке? Не принимай к сердцу, он знал, что это опасно, и сам выбрал испытание. — Крикун похлопал меня по плечу и начал спускаться с настила. — Тебе помочь?

Я кивнул головой и, уцепившись одной рукой за доску, медленно полез вниз, а затем съехал по стойке, где меня поймал Рив.

— Куда сегодня пойдем, Кай?

— Никуда, Крикун. Извини, хочу немного побыть один.

— Понимаю, это тяжело. — он посмотрел на меня с сочувствием, — Тогда до ужина. Я сдам Лису твою норму сам.

Я с благодарностью посмотрел на друга и отправился к своему тайнику с едой в катакомбы. У меня есть время до вечера и надо его потратить с пользой — сегодня я попробую вернуть свою руку полностью.


Загрузка...