Клубника

21. Ты не пожалеешь

Ника

После получасовой поездки по ночному городу и ощущения единения с ветром, Алекс решил добавить в прогулку немного романтики, припарковавшись за городом на той самой набережной, которая днем была наполнена людьми, а ночью — играла одиночеством разноцветных фонарей. Сколько жила, никогда не посещала это место глубоким вечером. Как же здесь оказалось красиво.

Подпирая байк Алекса задней частью туловища, каждый из нас смотрел прямо перед собой, любуясь зеркальным отражением в водной глади полумесяца на небе, вдыхали летний ночной воздух. Нужно было говорить, не молчать, не образовывать паузу, которая ничего не несла за собой. Проявив инициативу в сглаживании углов в нашем с ним остром общении, я также сделала к нему шаг в надежде, что он поделится мыслями, желаниями, возможно, чем-то ещё сокровенным. Позволит узнать себя ближе.

— И все же, ты не ответил на мой вопрос.

Я слегка улыбнулась, вспомнив, как Новиков задал подобный вопрос, когда мы застряли в лифте.

— Какой? — уточнил он.

— О чем ты мечтаешь?

— А ты?

— Я первая спросила.

— Я первый переспросил.

— С тобой невозможно спорить, — старалась придать голосу толику возмущения, но не позволила счастливая ухмылка, которую я нацепила на лицо еще во время полета по ночному городу.

— Должна была уже понять, что это бесполезно, — покачал головой Алекс, и перевел взгляд с реки на меня.

Ладно.

Его глаза игриво сверкали в свете фонарей, придавая ему привлекательности.

— Если глобально, то я всегда мечтала о том, что сейчас в моей жизни наконец-то начало сбываться.

— Работать в офисе — твоя заветная мечта? — приподнял в удивлении брови.

— Я имею в виду, что последует за этой работой, за ее рамками? Какой приобрету опыт, к чему я приду и чего достигну.

— Здорово, когда мечты сбываются. А достигнешь ты превосходных результатов, даже не сомневайся, Ника.

Несмотря на летнюю теплую ночь, его поддержка грела меня изнутри. Надеялась, что с его стороны она была искренней.

— А если не глобально? — напомнил Новиков о другом варианте моих мечтаний.

— Искупаться в одежде и не промокнуть, прыгнуть без парашюта и не разбиться, сделать татуировку и не пожалеть о ней спустя годы.

— Дел на три секунды и всего-то, — иронично сделал выводы мой босс.

— А ты?

— А я?

— Какие у тебя мечты?

— Их так много, что если я начну перечислять каждое свое хотение, то ты успеешь выйти замуж, завести детей, состариться и заново родиться.

— Ну, например? Я ведь поделилась, теперь твой черед, — подгоняла его к откровениям.

— Я мечтаю о том, чтобы самостоятельно завязывался галстук, а бизнес-леди вроде тебя носили в офисе бикини, — шутливо отмахнулся Новиков от моего надоедливого вопроса, весело подмигивая. — Это если несерьезно.

— А если серьезно?

На короткое мгновение он призадумался, уставившись глазами в небо, и проговорил:

— Мечтаю оказаться на тихом островке.

— Один?

— Это было бы самое простое. Нет, конечно.

— Тогда, с кем? — притихла, чтобы не упустить ни одной интересующей меня подробности.

— С той единственной, которую полюбил бы просто за то, что она есть. Просто быть с ней по-настоящему, без каких-либо условностей. С легкостью воспринимать происходящее вокруг в своем истинном виде.

На этих словах Алекс повернул голову в мою сторону и уже смотрел на меня. Зачем-то вспомнила о Владе, сравнив то, что было между нами, с тем, что только что произнес Новиков. Похоже, у нас расходились понятия о настоящей любви.

— Это духовная потребность, — сделала сразу вывод.

— А материальная приложится, если ты об этом, — послышалось от него уверенным дополнением.

— Для начала нужно ту единственную завоевать. А это, как правило, не так-то просто. Присмотрел уже кого, делись?

Алекс молчал, только и делал, что сканировал меня взглядом.

— Все вы любите рыцарей в доспехах, — чуть позже вышло у него со знакомой иронией.

— Главное, произвести положительное впечатление.

— Чего обо мне не скажешь, — почудилась небольшая грусть, мгновение витавшая в воздухе.

— Ну, ты мастер в этом, — шутя, поддела его своим плечом, чтоб разрядить созданное им же напряжение, — особенно при первой встрече.

Я хохотнула, гладя на Новикова, ничего не имея в виду плохого. Ладно, что было, то было. Мне даже нравились порой наши пререкания, которые выглядели как некое состязание: кто кого?

Общались мы на данном этапе как взрослые люди. Потихоньку сближались, контролировали ситуацию на взрывчатость и язык — на колкость. Видимо, так я думала, пока не разглядела в свете фонарей его взгляд. Ни один мускул не дернулся на каменном выражении мужского лица, и мне пришлось подавить свою эмоцию.

— Уж извини, если не удивил тебя наличием красненького спорткара и тугого кошелька в кармане, — произнес так едко, отчего я почувствовала в груди неприятные ощущения.

Передо мной теперь красовался тот Алекса, которого повстречала на дороге. Вот, получалось, к какой категории женщин относил меня Новиков.

— Раз уж ты обо мне такого мнения…

Мой голос плохо скрывал разочарование и обиду. Захотелось развернуться и уйти. Бог с ним, хоть пешком, лишь бы полностью исчезнуть и не встречаться с этим мужланом вновь.

Правильно, как дура согласилась на его «прокатимся», а оно вот, до чего «докатилось». До ощущения себя легкомысленной и расчётливой стервы в его глазах.

— Ника…

Я только пожелала дернуться от него в сторону, как мужская твердая хватка на моей талии не позволила этого сделать. Алекс ловко развернул к себе лицом, от неожиданного поворота я уперлась в крепкую грудь ладонями, оказавшись между расставленных его ног. Сильные руки держали крепко, а я едва дышала от проницательного взгляда холодных серых глаз, секунду назад в которых отчетливо проскальзывала язвительность.

— У тебя юбка порвалась, — сказал он хрипло, и его рука сместилась чуть ниже талии.

Ощущала под пальцами его сердцебиение. Достаточно уверенный стук, не то, что мой — дикий, с грохотом, распространяющий бешеный пульс по всему телу. Я стояла как вкопанная, не смея прерывать его дальнейшие действия. Злилась на Алекса как черт, и в то же время жаждала этих естественных прикосновений.

— Это уже неважно, — старалась выглядеть и звучать хладнокровно, чувствуя, как мужчина громко втягивал воздух носом.

Касания продолжили путь ниже, дойдя до обреза юбки или того, во что ее края превратились после езды.

— Для меня важно, — он протяжно выдохнул, уперся лбом в районе моей груди, и прошептал: «Клубника».

Мне бы не упасть. Настолько будоражила сладкая игра его едва касающихся подушечек пальцев, порхание которых мигом ощутила на коже ног с внутренней стороны.

Он же не собирался…

— Делаешь со мной все, что тебе вздумается, — пробормотал мужчина, нарочно расслабляя каждую мышцу в моем теле. — Издеваешься, дразнишь, сводишь с ума.

Сейчас бы растаяла, словно пломбир на солнышке, но старалась не поддаваться блаженству, исходящего от слов и действий своего босса.

Бывшего, Ника, босса, — всякий раз напоминала себе об этом, заставляя сердце тосковать.

— Кто издевается, Алекс, так это ты, — убеждала его в обратном.

— Поясни? — вернулся пальцами вверх по уже знакомому пути, чтобы сомкнуть руки вокруг моей талии.

— Приваживаешь, подкармливаешь, и больно укалываешь, — поддела ногтем его подбородок, и для смягчения эффекта провела большим пальцем по колючему очертанию нижней части лица.

— Я? — взгляд его излучал саму невинность. В который раз Алексу удалось вызвать у меня улыбку.

— Ты.

— Я далеко неласковый и колючий зверь, как ты уже заметила, — сделал он исключение из всего, продолжая сжимать поясницу.

— Ты ежик, — потрепала его по волосам, пропустив их сквозь пальцы.

— Острый и постоянно влажный?

Бесстыжий взгляд Новикова сместился вниз от лица к горлу. Далее принялся изучать небольшой V-образный вырез маечки, которая выглядывала из легкого, предусмотренного для летней погоды, пиджака. Как только до меня дошло, что же он имел в виду, я тут же рассмеялась.

— Я про его нос, а ты что подумала? — Алекс ослабил свою хватку, немного повеселев. — Прости мои колючки. Они нетоксичны.

Прости.

Я не оглохла? И мне не почудилось? Видимо, что-то в лесу сдохло, раз такой как Алекс признал поражение.

— Несговорчивый ежик, — прошептала в ответ, и прочности во мне, как оказалось, с мизинец.

— Почему? — удивился тот, который острый и влажный.

— Потому что не хочешь возвращаться в офис, когда я прошу об этом.

— Тебе и без меня хлопот хватает.

— Но с тобой было бы… безопаснее, что ли, — я едва заметно пожала плечами.

— Уверена?

— Ну, ты же меня, как выразился недавно, вечно спасаешь. Вдруг твое спасение понадобится вновь?

— А ты не надевай метровые каблуки да декольте спрячь, глядишь — спасать не придется, — сострил весельчак.

— Не надоело? — сузила взгляд на нем, при этом продолжая широко улыбаться.

— Что?

— Веселиться?

— С тобой по-другому никак.

На этой реплике Алекс оттолкнулся от мотоцикла и встал передо мной во весь рост, возвышаясь и превосходя своими огромными размерами. Рядом с ним я чувствовала себя совсем маленькой.

— Спать хочешь? — вдруг поинтересовался он, взяв мои руки в свои. И это ощущалось такой правильной необходимостью, что тело осыпали предательские мурашки.

— Думаю, после ночной прогулки, мне будет не до сна, — откровенно призналась ему. — Какие будут предложения?

— Идем, сейчас самое время, — загадочно произнес Алекс, одновременно подталкивая меня к железному коню, и поглядывая на дисплей своего телефона.

— Но куда и для чего? — не понимала я, однако уже поспешно напяливала на голову защитный шлем.

— Чтобы выполнить мой любимый пункт из списка твоих желаний.

— Это, какой, интересно?

— Желание с тату.

— О, нет. Ты серьезно?

— Мы сделаем тебе татуировку, о которой ты никогда не пожалеешь, — твердо заявил он, заводя с характерным ревом двигатель мотоцикла.