Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-2

Глава 17. Юлия Сергеевна.

Когда Варя и Петр приехали в Академию на занятия, девушка спросила брата:

— Вы поссорились с Дашей?

— Это она на меня обиделась, — ответил он.

— Ты позволил себе излишнюю вольность в отношении ее? — строго спросила девушка.

— Скорее наоборот! — вздохнул юноша, — она обиделась, что я не стал ломиться в ее спальню. При этом, она сказала, что не пустила бы меня! Вот как это понимать?

— Никак! — рассмеялась Варя, — просто терпеть! Это обычное для девушек дело! Она проверяет тебя. Что с тобой можно делать, а от чего лучше воздержаться!

— Я ей что? Кролик подопытный какой-то! — обиделся Петр.

— Нет! Ты просто тот, кого-либо она признает своим мужчиной, либо сделает своим подкаблучником! — рассмеялась Варя, — а ты сам решай нужно это тебе или нет! Она будет ждать, что ты придешь к ней с извинениями!

— За что? — изумился юноша.

— Причем тут за что? — пожала плечами сестра, — да ни за что! Просто показать, что ты дорожишь вашими с ней отношениями! Но имей ввиду, сделаешь так, считай она тебе уже села на шею!

— Я тебе вот, что скажу! Мне эти игры, кто царь Горы, неинтересны! — разозлился Петр, — я считаю, что если человек тебе дорог, то ни к чему устаивать такие проверки! Ей надо путь и извиняется! А у меня и так дел много!

— Тоже хороший вариант! — усмехнулась Варя, — тут главное, чтобы у тебя выдержки хватило на такое поведение. Интересно будет посмотреть, кто из вас первым сдаться! Я ставлю на тебя!

— Еще тотализатор открой и ставки начни принимать! — буркнул попаданец, — занятия начинаются.

После занятий, Варя поехала к Воротынским, а Петр направился к Юлии Сергеевне.

— Здравствуйте садитесь! — поздоровалась с ним молодая женщина, — академик разделил работу на несколько разделов. И поручил нам, мне и Вам, подумать над проблемой сословного общества. Как решить эту проблему наиболее безболезненным и безопасным для государства способом.

— А какие еще разделы будут прорабатывать другие участники? — поинтересовался Петр.

— Вопрос о земле, вопросы социальной поддержки населения, вопросы военного строительства, вопросы избирательной системы и представительной власти. Причем, Николай Трофимович, предложил очень интересную схему.

— Какую? — спросил юноша.

— Каждая группа проработает каждый раздел. По очереди. А потом мы будем разбирать все предложенные варианты и выбирать лучший. Но, обычно, получается сборная солянка. Мы выбираем отельные предложения из всех представленных и получается коллективный труд, — пояснила Юлия Сергеевна, — какие у Вас соображения по реформе сословий?

— Думаю, что сословные привилегии, которые передаются по наследству, и не зависят от личных качеств их носителей, является устаревшей архаичной и тормозящей как социальные лифты, так и развитие общества, — заявил Петр.

— Социальные, что? — не поняла доцент.

— Опять прокололся! — усмехнулся Голос, — следить за языком нужно!

— А что я такого сказал? — буркнул Сергей.

— Глупость! — заявил ему его внутренний собеседник, — сейчас какой год?

— Тысяча девятьсот двадцатый! Вроде бы! — ответил попаданец.

— Вроде Володи! — передразнил его Голос, — Выражение «социальный лифт» появилось в тысяча девятьсот двадцать седьмом году! А не двадцатом! Его ввел в научный оборот русско-американский социолог Питирим Сорокин в своей фундаментальной работе «Социальная мобильность» (Social Mobility). Сорокин использовал этот термин для описания механизмов или «каналов», которые позволяют индивидам перемещаться из одного социального слоя в другой (вертикальная мобильность). В своей теории ученый выделил основные институты, выполняющие роль таких каналов: армию, церковь, школу (образование), а также политические и профессиональные организации. До появления этого термина в социологии использовалось более широкое понятие «социальная мобильность», но именно метафора лифта помогла наглядно описать процесс быстрого подъема или спуска по социальной лестнице. Понял?

— Понял! Но это было в том мире! А в этом, где не было большевистского переворота, и этот Сорокин не убежал в США, может он этого и не напишет вообще! В этом мире первыми будем мы! — уверенно ответил Сергей.

— Социальный лифт и социальная лестница, это способы изменения своего социального статуса. Когда человек из одного социального слоя может переместиться в другой, более высокий. Лифт — быстрое, а лестница медленное, — пояснил самозванный социолог, — а перемещаются эти лифты и лестницы в следующих шахтах: армии, церкви, учебных и научных организациях, а также в поллитических партиях.

— Очень интересно! — Юлия Сергеевна с большим интересом посмотрела на студента, как бы оценивая его заново, — сами придумали или прочитали где?

— Помните, что сказал Ньютон? — задал ей вопрос попаданец.

— Он много чего сказал, что конкретно Вы имеете ввиду? — попросила уточнить молодая женщина.

— Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов! — произнес Петр, — Исаак Ньютон использовал это выражение в письме Роберту Гуку от пятого февраля тысяча шестьсот семьдесят пятого года (по григорианскому календарю — тысяча шестьсот семьдесят шестого года). Этой фразой Ньютон подчеркивал, что его научные достижения были бы невозможны без открытий его предшественников (прежде всего Коперника, Галилея и Кеплера). Стоит отметить, что Ньютон не был автором этого афоризма. Выражение «Карлики на плечах гигантов» (лат. nanos gigantum humeris insidentes) приписывается Бернару Шартрскому и известно с двенадцатого века века.

— Да, я это знаю, — подтвердила доцент, — Ньютон скромно признавал, что его открытия — это не результат исключительного гения, а следствие того, что он «взобрался» на «плечи» великих умов прошлого, таких как Декарт.

— Вот в этом я лично сильно сомневаюсь, — усмехнулся юноша.

— Это почему? — спросила молодая женщина.

— Это Ньютон в жизни был весьма скверным человеком. Есть мнение, что один из своих законов он украл у Гука! И когда тот его разоблачил, то возненавидел его так, что когда Гук умер, приказал, как президент Королевского научного общества, уничтожить все его портреты! — пояснил попаданец, — Иногда это высказывание трактуется как ироничный выпад в сторону Гука, который был невысокого роста. А многие считают, что он имел ввиду хитрого и умного карлика, который стоял на плечах глупых и недалеких великанов и видел дальше их!

— Откуда Вы это все знаете? — с нескрываемым интересом спросила Юлия Сергеевна.

— В городе где я жил, — включил заезженную пластинку своей легенды Петр, — было много ссыльных ученых разного профиля. Многие из них обладали огромными библиотеками, который оставили в дар местной публичной библиотеке. Но эту историю я узнал от одного профессора физики!

— Вы очень образованны и умны! — улыбнулась его руководительница, — знаете, что! Давайте напишем вместе статью! О социальных лифтах и их шахтах! Это будет прорыв в науке об обществе! Конечно, в соавторах будет и наш академик, но без этого никуда!

— Ну что! — обрадовался Голос, — пора брать вдовушку за все ее выпуклые места! Первый крючок мы закинули!

— Ты думаешь, она клюнула на наш несомненный интеллект? — самодовольно произнес Сергей.

— Не заносись! — осадил его Голос, — хитрость, не равна мудрости, интеллект не равен начитанности. Это способность генерировать новые представления и понятия. А ты стащил чужие мысли великого человека и выдал за свои!

— Но она ведь этого не знает! Она думает, что это я такой умный! А для таких женщин, в отличии от тупых дурочек, главное в мужчине его ум, а не красота! Хотя и красотой мы тоже не обделены! — с гордостью произнес Сергей.

— Так-то у мужчин! А мы еще подростки, по сути! — возразил ему Голос.

— Вот именно! Это мы используем! — радостно сообщил Сергей, — поэксплуатируем ее материнский инстинкт!

— Это как? — ехидно спросил его внутренний собеседник, — как грудной младенец сиську у нее попросишь?

— Попрошу, но не как грудничок! Смотри и учись! — собрался перед атакой попаданец.

— Юлия Сергеевна! — собрав всю не имеющуюся у него застенчивость, обратился к ней бывший психотерапевт и манипулятор, — у меня есть большая проблема! Я с готовность поработаю с Вами над статьей и над всем остальным, но и Вас прошу мне помочь!

— Ну конечно! Все что смогу! — участливо отозвалась молодая женщина.

— У меня, как это сказать получше, проблемы в общении с девушками! — изображая больше смущение, выдавил с трудом из себя юноша.

— Это в каком смысле? — растерялась Юлия Сергеевна.

— Во всех! — вздохнул Петр, — общаться с ними не умею. Не знаю о чем говорить и как ухаживать за ними. Даже целоваться не умею! — он бросил искоса взгляд на покрасневшую женщину, — а Вы такая молодая, красивая и умная! Не могли бы Вы меня этому научить?

— Ну знаете, Петр! — его руководительница смотрела не него с изумлением и растерянностью, — я много чего тут видела от студентов, но такую просьбу слышу в первый раз! Вы что, хотите чтобы я Вас целоваться научила? — возмущенно добавила она.

— Все бывает первый раз! Так и такого как я, Вы раньше не встречали! — тут же ответил манипулятор, — а научиться целоваться с Вами это вообще предел моих мечтаний! — «И не только целоваться» — подумал он про себя.

— Ну знаете! — доцент встала со стула, — всему есть предел! Всю непристойность Вашего предложения я даже объяснять Вам не буду, если Вы сами этого не понимаете! Смотрите на него, каким тихоней и скромником из провинции прикинулся! А ведь я Ваша преподаватель!

— В первую очередь, — с лица юноши слетела вся скромность и застенчивость, — Вы прекрасная и обворожительная женщина, которая хоронит свою молодость в своем вдовстве, совершая преступление перед природой и собой! — он подошел у ней вплотную, так, что она вжалась спиной в стену и с испугом смотря на него, — все мое преступление состоит в том, что я открыто сказал Вам о своем желании обладать Вами, в то время как, все остальные об этом мечтают и молчат.

— Это, это, нехорошо и неприлично, — пролепетала испуганная таким поворотом молодая женщина, — Вы еще совсем ребенок!

— Давайте я Вам покажу какой я ребенок! — усмехнулся попаданец и неожиданно взял ее руками за лицо и крепко поцеловал в губы. Юлия Сергеевна только пискнула от такого напора своего ученика. Не давай ей опомнится, Петр тут же отошел от ошарашенной всем произошедшим женщины, и поклонившись сказал:

— Прошу извинить меня за дерзость, но отчасти Вы сами виноваты! Нельзя быть красивой такой! Я вынужден покинуть Вас, хотя мне это очень не хочется, но долг меня зовет! Подумайте над моими словами! — с этими словами он вышел из кабинета, оставив раскрасневшуюся и пораженную всем произошедшим женщину приходить в себя.

— Это было красиво! Наконец я снова вижу не сопливого спермотоксикозного задрота, а старого доброго Сергея! — - польстил ему Голос, — может зря мы ушли? Завалили бы вдовицу прямо на столе! Мне кажется она была бы не против! , — с сожалением добавил он.

— Глупости не говори! — оборвал полет его фантазии попаданец, — кабинет открытый, вдруг бы кто-то вошел! Потом ты видел сколько на ней одежды? Это же не двадцать первый век, юбку расстегнул и даже трусиков снимать не нужно! У них же вместо трусиков панталоны- мотыльки! Это же как кальсоны у мужчин!

— Точно! Современный трусики появились тогда, когда пошла мода на укороченные юбки! — согласился Голос.

— К каждой женщине нужен свой подход! — назидательно ответил Сергей, — вот я уверен, попробуй я бы так поцеловать Дашу, точно бы схлопотал по физии!

— Так мы ее целовали так и даже за попу ее схватили! — возразил Голос.

— Она просто такого нахальства не ожидала, — ответил Сергей, — но вот второй раз точно бы получили. Нет, нельзя так форсировать события! Юлия Сергеевна, натура тонкая и чувствительна! Тут важно не передавить! Короче! Или она меня ведет в свою спальню, или она ведет меня к ректору! И мы вылетаем отсюда с позором!

— Вот второго не надо! — испугался Голос.

— Сам не хочу! — поддержал его Сергей, — а для этого мы ей закинули идею с социальными лифтами. Посмотрим, что в ней победит! Желание нас наказать, или получить два удовольствия в одном флаконе!

— Это какие? — спросил Голос.

— Молодого горячего сильного любовника в постели, и умного талантливого ученика в Академии! — рассмеялся Сергей.

— Если она не дура, то выберет второе! А как же Даша? — поинтересовался Голос.

— Вот и я так думаю! Скоро узнаем! А что Даша? — вздохнул Сергей, — мала она еще. Пусть подрастет. Но про Юлию Сергеевну мы ей говорить не будем!

— Правильное решение! — согласился его ментальный подельник.

Весьма довольный собой юноша отправился в дом Воротынских. Там он взял за шиворот Николая и потащил его на прогулку. Вернувшись и приняв душ, Петр сел за составление плана реформы сословного права. Основными вопросами при это были следующими. Первый — как нейтрализовать противодействие аристократов и дворян, и второе чем заменить сословное общество.

Первый вопрос предлагалось решить сохранением существующих титулов, но с отменой сословных привилегий. Останутся князья, графы и бароны. Но никаких преимуществ эти титулы давать их обладателям были не должны.

Вместо сословной структуры общества предлагалось ввести стратовое общество. Не классовое, которое порождало внутренний антагонизм и противоречия, ослабляющие государство изнутри. Опыт своего времени показал несостоятельность теории Маркса. Делить людей по их отношению к средствам производства, достаточно примитивный еще в то время, в двадцать перовом веке, полностью себя дискредитировала.

Вот взять банкиров! Какими средствами производства они обладают? И что производят! Об этом Карл Маркс ничего не написал. Что и понятно. Его «Капитал» должен был разрушить промышленный капитал в пользу финансового. А вот финансистов, например Ротшильдов, которые его финансировали, Маркс не тронул в своей книге. А в двадцать первом веке финансисты подчинили себе все!

Вот возьмем крупную корпорацию, — размышлял юноша, — истинные владельцы компании владеют акциями и являются как бы собственниками предприятиями. Но они получают доход зачастую меньше, чем наемные менеджеры, которые управляют этим предприятием. Толку тогда во владении этим предприятием?

Что такое страт? Это группа людей объединённых общим уровнем и качеством потребления. Между известным артистом, наемным топ-менеджером, и владельцем огромных земельных наделов, живущих в одном элитным поселке, гораздо больше общего, чем у владельца огромного завода и мелкой мастерской. Хотя, первые равны по имеющемуся богатству, совершено разного происхождения. А вторые равны по отношению к средствам производства.

В стратовом обществе страты не конфликтуют между собой, и есть возможность вертикальной мобильности. Попаданец вспомнил рассказ из учебника по истории Древнего Мира за пятый класс. Это была история про богатого купца и нищего аристократа. То есть, разбогатевшего плебея и обладавшего сословными привилегиями рожденного знатным человеком. Вот эта история.

Купец — Ликас из Пирея. Ликас не помнил своих предков дальше деда. Его богатство пахло морем, дегтем и потом рабов. Он владел пятью триерами, которые возили египетское зерно и финикийское пурпурное стекло. В его сундуках звенели совы — афинские тетрадрахмы, а его дом в Пирее был украшен мозаиками, которым завидовали стратеги.

Ликас мог купить лучших коней для Олимпийских игр и оплатить постройку военного корабля для полиса (литургию). Он считал, что золото дает ему право голоса и уважение. «Разве мои деньги не кормят этот город?» — спрашивал он.