Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-2

Глава 7. Как помочь юной балерине.

Они вернулись в столовую, где к удивлению брата повеселевшая Даша с аппетитом накинулась на еду. Французский повар не подкачал.

— Очень вкусно! — сказала она заканчивая второе блюдо, — и очень полезно, Коленька! Давай, не капризничай, салаты очень полезны! Тут даже руккола есть!

— Хорошо, — буркнул толстяк, — а что произошло, что ты такая веселая?

— Еще не знаю, но надеюсь, что-то очень хорошее! — улыбнулась девушка посмотрев на Петра. Тот тоже улыбнулся и произнес:

— Произошло то же, что и у тебя! Надежда! Только твоя сестра этому радуется, а ты куксишься! — строго произнес юноша.

В это время зазвонил телефон. Гувернантка взяла трубку и посмотрела на Пера:

— Это Вас!

Юноша встал из-за стола и подошел к телефону:

— Здравия желаю, господин генерал-майор! — произнес он, — так точно! Записываю первый адрес. Готово. Теперь второй! Понял! Сошлюсь на Вас. Выезжаю! Большое спасибо! Сразу отзвонюсь. До связи!

Он подложил трубку и сказал, обращаясь к девушке:

— Едем к мастером по слепкам. Переоденетесь, но так, чтобы Ваши ступни были доступны! А захватите пару Ваших пуантов, — после чего и направился в свою комнату и быстро переоделся в цивильную одежду. У выхода из дома он столкнулся с Дашей. Они вышли на улицу и сели в дежурящую там машину.

— Василий Иванович, — обратился к нему юноша, — нам нужно быть по этому адресу, — и он продиктовал название улицы и номер дома.

— Понял! — ответил капитан и машина тронулась с места.

— Скажите, — обратился к офицеру Петр, — а где вы обедайте?

— Я беру бутерброды из дома, — удивился такому вопросу служивый.

— Это нехорошо, питаться в сухомятку! — строго произнес юноша, — Вы так себе желудок испортите! Значит так, обедать будете на кухне в доме. И это не обсуждается!

— Спасибо! — ошарашенно ответил не ожидавший такой заботы о себе Краснов. Даша с удивлением посмотрела на Петра, но ничего не сказала. Машина подъехала к большому трехэтажному зданию в античном стиле на Университетской набережной Васильевского острова.

— Императорская Академия художеств! — объявил офицер. Петр и Даша вышли из машины и поднялись по ступенькам в огромный холл.

— Нам на второй этаж, кабинет номер двести шесть, — сказал заглянув в свои записи юноша. Найдя нужную дверь они постучали в нее.

— Входите! — услышали они приятный мужской голос и толкнув дверь вошли в большую комнату заставленную скульптурами в различных стадиях готовности. В основном они изображали совершенно обнажённые женские тела. Даша даже покраснела.

— Вы пришли позировать? Вы натурщица? — сразу обрушил на них град вопросов мужчина лет сорока с короткой бородкой внимательно рассматривая фигуру девушки, — превосходно! Идите за ширму и полностью разденетесь! Я должен Вас рассмотреть, нет ли скрытых изъянов в Вашей фигуре. При позировании в одежде будете получать рубль в час. Но у нас такого почти не бывает. Полностью обнаженной будет получать уже пять рублей в час! Деньги не большие, но и работа скажем так, не пыльная. Ну а если Вы будете совсем хорошей девочкой, то Ваш гонорара будет выше! Гораздо выше! Давайте Ваш паспорт!

— Зачем? — ошарашенно произнесла девушка.

— Что значит зачем? — удивился мужчина, — натурщицами могут работать только девушки достигшие восемнадцати лет! В нашей Академии строгие моральные принципы! Кроме этого, скульптурный класс это место повышенной физической нагрузки не только для творца, но и для модели. Натурщицы на скульптуре должны замирать в сложных позах на долгие часы, часто на специальных подиумах («станках»), окруженные влажной глиной и тяжелыми каркасами. Юные девушки младше восемнадцати лет просто физически не всегда могут выдержать такие сеансы, которые длятся по два-четыре с короткими перерывами. Поэтому профессора скульптурного класса, такие как например, Владимир Беклемишев, предпочитают опытных натурщиц, чей возраст гарантирует физическую выносливость и серьезное отношение к делу.

Несмотря на кажущуюся богемность, наша Академия художеств является государственным учреждением с очень строгим уставом. Появление несовершеннолетней натурщицы в обнаженном виде в мужском классе (а женщины-студентки в наше время только начинают массово завоевывать свое право на полноценное образование в наших стенах) может обернуться колоссальным скандалом и судебным преследованием для руководства. Именно поэтому возрастной ценз в восемнадцать лет соблюдается с бюрократической педантичностью. Более того, полиция Петрограда выдает специальные разрешения на этот вид деятельности, чтобы отсечь вовлечение несовершеннолетних в индустрию, которая в нашем консервативном обществе балансирует на грани приличия — закончил свой рассказ хозяин кабинета, — Вам исполнилось восемнадцать лет?

— Нет, — с облегчением выдохнула Даша, — мне скоро будет семнадцать!

— Очень жаль, — разочарованно произнес скульптор, — могу порекомендовать Вам обратиться на факультет живописи. Там несовершеннолетние могут позировать художникам в национальных и исторических костюмах. Конечно, под строгим присмотром. Но платят там очень мало. Но есть один вариант, где Вы бы могли заработать очень неплохие деньги!

— Это какой? — насмешливо спросила девушка.

— Частное позирование! — понизив голос доверительно сообщил мужчина похотливо ощупывая девичью фигурку, — я и так вижу, что Вы прекрасно сложены и хорошо развиты! На частных сеансах, не в стенах нашей Академии, разумеется, натурщицы могут получать до пятидесяти рублей в час. А сели она станет музой скульптора, то еще больше.

— Я так понимаю, стать музой — это стать любовницей? — нахмурился Петр.

— Это личное дело натурщицы и художника! — сухо ответил мужчина, — а Вы тоже хотите стать натурщиком?

— Нет! Мы от генерал-майора Лобова! — насмешливо произнес юноша.

— Что же вы сразу не сказали? — рассердился скульптор, — а я жду натурщицу. Только время зря потеряли! Я Вас слушаю!

— Нам нужно снять слепки с ноги этой девушки! А точнее с ее стоп! — сказал Петр.

— Хорошо, могу я узнать с какой целью? От этого будет зависть техника работы и материал используемый для слепка, — пояснил мужчина заметив тень недовольства которая мелькнула на лице юношу.

— Это действительно так важно? — спросила Даша.

— Процесс снятия слепка со стопы — это сочетание традиционного медицинского искусства и скульптурной технологии! — воодушевлено ответил мужчина, — Прежде чем мы углубимся в технические детали того, как именно я получу точную копию стопы этой девушки, важно осознать значимость этого процесса. Стопа — это сложнейший биомеханический механизм, состоящий из двадцати шести костей, тридцати трех суставов и более чем ста мышц, сухожилий и связок. Каждая деформация, даже самая незначительная на первый взгляд, может привести к каскаду проблем во всем опорно-двигательном аппарате, включая боли в коленях, бедрах и позвоночнике. Именно поэтому создание индивидуальных ортопедических стелек или сложной обуви начинается с получения безупречно точного оттиска, который учитывает уникальную анатомию конкретного человека! Вы хотите ведь стельки для обуви сделать?

— Не совсем! — произнес Петр. В нем боролось понимание того, что нужно посвятить скульптора в суть дела, и боязнь того, что он потом всем расскажет об этом, но выхода не было, — делов том, что эта девушка балерина. И у нее второй палец на стопах короче большого. Ей трудно стоять на пуантах.

— Сударыня, прошу поставить Вашу обнаженную стопу на носок на эту табуретку, — попросил мужчина. Даша сняла свою туфлю, потом носок, и поставила ногу как попросил скульптор. Он профессионально осмотрел ее и стал ощупывать стопу и голень.

— Сразу видно, что балерина. И стопа начала свою профессиональную деформацию и икроножные мышцы очень крепкие, — вынес свое заключение мужчина, — но если не стельку, то что Вы хотите?

— Я хочу сделать вкладыши в пуанты, чтобы она опиралась не на один большой палец, а на все пальцы сразу! И тем самым равномерно распределила весь вес на все пальцы, а не на один, — пояснил Петр.

— Не совсем понимаю как Вы это хотите сделать, но хорошо что сказали! Нам нужно сделать не просто слепок стопы в покое, а слепок стопы которая находится именно в положении стоя на большом пальце! — задумчиво ответил скульптор, — это совсем другое дело! Вы знаете, что при создании слепков для спортсменов (например, для горнолыжных ботинок или коньков) иногда применяют методы «под нагрузкой»? Это делается для того, чтобы понять, как стопа расширяется и распластывается в моменты пиковых усилий. Кроме того, в процессе снятия слепка специалист может использовать специальные пелоты — временные накладки, которые имитируют необходимую поддержку, чтобы посмотреть, как мягкие ткани стопы отреагируют на будущую коррекцию. Стоит также упомянуть, что в медицине существует понятие «функционального слепка». Это когда стопа фиксируется не в статике, а в определенной фазе шага. Это требует невероятного мастерства от техника, так как поймать нужное мгновение и зафиксировать его в материале — задача почти ювелирная! Но мне она по силу! Вы знали к кому обратиться! — самодовольно закончил свой рассказ мужчина.

После чего направился к шкафу и стал вытаскивать оттуда необходимые ему для предстоящей работы приобщения и материалы. Попутно он объяснял свои действия:

— Существует несколько основных методов получения слепка, и выбор конкретного способа зависит от того, какую цель преследует специалист: нужна ли ему стопа в состоянии покоя, под нагрузкой или в динамике. Мы используем гипсовое бинтование. Это классический метод. Он считается «золотым стандартом», позволяя специалисту буквально вручную вылепить будущую форму стельки или колодки.

Скульптор положил свёрнутые пересыпанные гипсам бинты в тазик с теплой водой, которую налил из крана. Потом попросил Дашу снять обувь с носком и со второй ноги, стать на коврик и опереться рукой о спинку стула для устойчивости, и поставить стопу на большой палец.

Взяв влажные бинты и встав на колени специалист стал аккуратно оборачивать вокруг вертикально стоящей стопы, начиная от пятки и продвигаясь к пальцам.

— В этот момент крайне важно, чтобы стопа удерживалась в так называемом «нейтральном положении» подтаранного сустава. Это такое положение, при котором стопа не заваливается ни внутрь, ни наружу, что позволяет создать идеальную базу для коррекции, — пояснил он.

Он подождал в течение нескольких минут пока гипс затвердел. В это время мужчина слегка надавливал на определенные зоны, чтобы подчеркнуть свод стопы. После того как «сапожок» затвердел, скульптор его аккуратно снял с ноги.

— Ну вот! — удовлетворено произнес специалист, — мы получили так называемую полую форму, которая называется «негативом». Позже в нее залью жидкий гипс, чтобы получить «позитив» — точную копию ноги клиента! Давайте вторую ногу.

Также ловко обработав и вторую стопу девушки, он стал разводить гипс для изготовления отливки. Сняв с нее " второй сапожок» он предложил ей вытереть ноги полотенцем и обуться. В это время он залил полученные формы жидким гипсом.

— Через тридцать минут слепки можно будет их забирать и извлечь из форм, но окончательно они просохнут в течении суток, — сказал скульптор мой руки, — будьте осторожны! А Вы, барышня, если надумаете приходите! Я с Вас Афродиту ваять буду!

— Спасибо! Как ни будь в следующий раз! — улыбнулась Даша, искоса глядя на скривившегося при этих словах Петра.

— Ну нам пора! — сказал юноша взяв картонную коробку с готовыми слепками.

— До свидания! Кланяйтесь от меня генерал-майору! — попрощался с ними мужчина. В это время в кабинет постучались и в него вошла девушка лет двадцати.

— Ну где Вы ходите? — рассердился хозяин кабинета, — если Вы и на сеансы позирования будете так опаздывать, то мы с Вами не сработаемся. Паспорт давайте!

Вышедшие молодые люди слышали как опоздавшая натурщица стала оправдываться. Петр недовольно пробурчал про себя:

— Афродиту он ваять собрался! Старый козел! Уже борода седая, а все на молоденьких его тянет.

— Мне кажется, или Вы, Петр, ревнуете? — улыбнулась довольная его раздражением Даша.

— Ничего я не ревную! — проворчал юноша, — просто смешон и юноша степенный, смешон и ветренный старик! Как сказал Пушкин.

— Ну вот и не будьте смешным степенным юношей! — улыбнулась девушка, — иногда мне кажется, что Вам не шестнадцать лет, а все сорок! Такой Вы рассудительный и серьезный.

— А я не клоун в цирке или деревенский дурачок, чтобы всех веселить! — нахмурился попаданец.

— А если Вы будете все время серьезным, Вы будете все время скучным! — подколола его балерина, — а девушки не любят скучных молодых людей!

— В самый корень смотрит эта Даша! — обозначил свое присутствие Голос, — телом нам шестнадцать, а мозги то у нас сорокапятилетние! И ведем мы себя как взрослый мужик, а не подросток! Вот не думал, что это станет проблемой.

— И что? Я теперь сопляка малолетнего изображать должен? — нахмурился Сергей, — был у меня знакомый. Так ему как полтинник стукнул, стало его колбасить кризисом среднего возраста. И нашел себе молодуху в два раза младше себя. И нашел ее не в библиотеке, а в баре! И хотя сам был женат, стал к ней клинья подбивать. Ну она то молодая, ей хотелось по барам, дискотекам и тусовкам зажигать. Вот он с ней везде и шатался! Рассказывал как в одном баре бармены были большие приколисты. Устраивали разные розыгрыши для молодежи. И это старый дурак, чтобы не ударить лицом в грязь перед девушкой, тоже решил в них поучаствовать, на свою седую голову!

— Ну и что? — рассмеялся Голос, — помню я этот его рассказ.

— А то! Он залез на барную стойку, эти бармены взяли его за ноги, перевернули вниз головой и он должен был выпить коктейль! Чуть не захлебнулся, Казанова недоделанный! Над ним все ржали!

— Ну так они же потом поженились, — сказал Голос, — так что это не проблема.

— Я не люблю когда надо мной смеются! — отрезал Сергей, — но ты прав. Моя социализация, как юноши, может оказаться в этом мире под вопросом!

— Вот и я тебе говорил! Зачем тебе эта Даша? Думаешь ее дядя долго будет терпеть наши выходки? А если ты ее соблазнишь? Тут точно сразу под венец! И налево не загуляешь! Нажалуется она Императору, так на тебя пояс верности железный сразу наденут, и снимать будут только в супружеской спальне! А ключ будет у Даши на шее! — назидательно сказал Голос, — вдовушку молодую найти нам надо!

— Пояса верности были только для женщин! — возразил Сергей.

— Ничего, для тебе мужской изобретут! - пообещал ему его внутренний собеседник.

— Типу тебе на язык! — выругался его хозяин, — нужно думать как выкручиваться.

— Ну вот такой я! — вздохнул Петр, — у меня было время быстро повзрослеть. И моей девушке, когда она появится, придется с этим смириться. Но у меня много других достоинств, надеюсь, она это оценит.

— И первой Ваше такое качество — это Ваша несравненная скромность! — рассмеялась Даша, а потом стала серьезной и сказала, — спасибо, Петр. Вы так быстро перешли от слов к делу! Это Вас выгодно отличает от Ваших сверстников.

— А у Вас Даша, много кавалеров? — стараясь выглядеть как можно более равнодушным спросил юноша.

— Ухаживают ли за мной молодые люди? — уточнила посмеиваясь девушка, — конечно! Вы же сами сказали, что я умница и красавица!

— А мне говорили, что в балете танцоры они девушек не очень любят! — произнес Петр.

— Есть и такие, — не стала спорить Даша, — но много и нормальных парней. А Вам это зачем?

— Ну так, спросил, чтобы разговор поддержать! — заюлил попаданец.

— В самом деле? — рассмеялась девушка, — даю Вам бесплатный совет. Если Вам понравилась девушка скажите ей об этом прямо!

— У меня нет опыта успешного общения с девушками! — закинул первый крючок опытный манипулятор.

— Бедненький! В знак благодарности мне придется заняться Вашим образованием в этой области. Если Вы мне поможете с пуантами! — улыбнулась Даша.