Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-3

Глава 15. Опасные знакомства.

Поручик успел навестить профессора химии и забрать у него три комплекта насадок, и поручил ему сделать еще десять, для чего оставил необходимую сумму денег.

Потом у него было изучение списка покупок составленного Варей и Глафирой Анатольевной. Увидев там такие названия как чулки, отрезы тканей, и лифчики, он задумался, как он будет это все покупать.

В двадцатые годы бюстгальтеры стали активно вытеснять жесткие корсеты, стремясь к созданию плоского, андрогинного силуэта, соответствующего моде. Популярностью пользовались модели, которые сплющивали грудь, подчеркивая прямую линию платьев с заниженной талией. Белье было простым, комфортным и функциональным.

Это был стиль «гарсон» (мальчишеский тип фигуры), который предполагал плоскую грудь и прямой силуэт. На место корсетов стали приходит лифчики. Самым популярным видом белья были простые полоски ткани, называемые «бандо». Они плотно оборачивались вокруг груди, чтобы максимально её сгладить. Существовали модели типа «Укротители бюста» Symington Side Lacer — лифчики со шнуровкой по бокам, которые позволяли женщинам затягивать грудь, делая её плоской.

— Варя! — решительно сказал Петр, — как ты себе это все представляешь? Вот я заявлюсь в магазин нижнего белья и что? А это что такое? — и он стал читать, — Tap pants (Французские кникерсы), Степ-ины (Step-ins), Ками-кникерсы (Cami-knickers)? Я такие названия первый раз слышу!

— Петя! — строго произнесла его названная сестра, — ну нельзя быть таким необразованным в этой области! Ты же с современной девушкой собираешься встречаться! А таких важных вещей не знаешь! Но хорошо, что есть кому тебя просветить! Слушай и запоминай:

— Tap pants (Французские кникерсы): Короткие, очень свободные шелковые шорты с широкими штанинами и высокой талией. Они популярны благодаря тому, что не стесняют движений (например, при танцах).

— Степ-ины (Step-ins): Комбинированное белье, которое надевают через ноги. Оно выглядит как короткая комбинация с застежкой (кнопкой или пуговицей) между ног.

— Ками-кникерсы (Cami-knickers): Единый предмет гардероба, объединяющий майку (камисоль) и панталоны!

— Спасибо, я еще в женских трусиках не разбирался! Хорошо, что ты меня предупредила! Вот был бы номер, когда они на прилавок передо мной выложили бы труселя! Еще решили бы что я из этих! Я бы со стыда там сгорел! — испугался юноша.

— Все с тобой ясно! — убежденно произнесла Варя, — темный человек полный предрассудков! Но я и это предусмотрела! Вот что мы сделаем! Список отдай Даше. Пусть она все это и купит! Тогда я ее извиню!

— Вот ты хитрая! — рассмеялся Петр, — вот это правильное решение. Главное, чтобы это все с самолет влезло!

Теперь сидя на месте позади летчика он с волнением думал о предстоящей встрече с Дашей. Она могла в корне изменить всю его судьбу. Играть с чувствами принцессы было опасно и не разумно. С одной стороны это была блестящая партия. Он входил в состав правящей императорской семьи. Со всеми предлагающимися к этому преференциями. Сможет ли он полюбить Дашу? Конечно!

А вот с другой стороны, это сразу закрывает ему доступ ко всем другим окружающим женщинам.

— Ага! — рассмеялся Голос, — старый ты развратник! Неужели не нагулялся?

— Нам всего семнадцать лет! — вздохнул Сергей, — оно конечно я в той жизни нагулялся. А с другой стороны, вдруг эта Даша фригидная? Мучайся потом с этой ледышкой всю жизнь!

— Не смеши! — отрезал Голос, — ты же сам говорил, в той жизни, соблазняя и заваливая очередную неудовлетворенную замужнюю даму. Что нет фригидных женщин, а есть неумелые и эгоистичные мужчины. Если что, сам будешь виноват. И вообще!

— Что вообще? — спросил попаданец.

— Хватит о блуде думать! Дело нужно делать! Страну спасать! А не как блоха из койки в койку, с женщины на женщину, прыгать! — назидательно произнес Голос.

Перелет оказался тяжелым. Им пришлось два раза садиться и заправляться. Наконец, в десять часов вечера они сели на летное поле рядом с Парижем. С трудом поднявшись из кабины и спрыгнув на траву, Петр стал разминать затекшие от долгого полета ноги. К нему подошел человек в костюме и шляпе.

— Князь Печорский? — спросил он.

— Так точно! С кем имею честь? — обратился к нему Петр.

— Сотрудник посольства Рябцев Николай Семенович. Приехал сопроводить Вас в гостинцу «Ритц». Там остановилась часть балетной труппы. Прошу Вас пройти к машине. Дорога займет около часа, — и они направились к автомобилю, который стоял на краю поля, тронулись с места и практически сразу въехали в пригороды столицы Франции.

Через примерно час они въехали на уютную Вандомскую площадь к трехэтажному дому с мансардным этажом номер пятнадцать. Было уже поздно, но никто их встречать не вышел.

— Странно! — произнес Рябцев, — нас должна была встретить госпожа Воротынская. Мы с ней об этом договаривались.

— В каком номере она живет? — спросил Петр.

— В двадцать втором! — ответил встревожено посольский работник.

— Хорошо, идемте к ней! — приказал юноша, и они вдвоем бегом направились к ко входу в гостиницу. У дверей их встретил швейцар. Рябцов что-то сказал ему на французском и он распахнул перед ними дверь. Войдя в роскошный холл они направились к стойке регистратора. Спутник юноши стал с ним о чем-то говорить, но Петр и сам увидел что в ячейке номер двадцать два лежал ключ. Даши в номере не было. Это подтвердил и Рябцов.

— Портье говорит, что госпожа Воротынская еще не возвращалась! — с недоумением произнес он.

— А балерины из ее труппы на месте? — спросил юноша, лихорадочно обдумывая ситуацию.

— Судя по тому, что ключей на полках нет, они у себя в номерах, — произнес Рябцов.

— Идемте! — решительно произнес Петр, и зашагал к лестнице. Посольский работник что-то сказал портье и бросился за ним.

— Ведите меня к приме! — потребовал юноша. Сопровождающий кивнул и повел его в номеру двадцать. Поручик решительно постучал в дверь. Стучать пришлось долго. Наконец послышались шлепки шагов и капризный женский голос что-то недовольно спросил на французском языке.

— Открывайте немедленно, Императорская Секретная Служба! Поручик князь Перт Печорский! — рявкнул юноша.

— Вы с ума сошли! Посмотрите какой сейчас час! — на русском ответила возмущенная женщина.

— Государева служба работает круглосуточно! Открывайте, или я выломаю дверь и обвиню Вас в государственной измене! — прошипел Петр.

Дверь приоткрылась на небольшую щель и женщина испуганно сказала:

— А как я узнаю, что Вы не ряженный? Корреспондент! Житья от них нет!

— Вот! — и юноша показал ей свой значок, после чего решительно плечом открыл дверь и вошел в номер. За ним вошел Рябцов и закрыл за собой дверь.

— Как Вы смеете врываться с мой номер! Я совершенно не прибрана! — взвизгнула прима-балерина, запахивая халатик, который был наброшен на голое тело, — это возмутительно! Я буду жаловаться своему покровителю! У Вас будут огромные неприятности!

— А Ваш покровитель знает про вот это? — и Петр показал рукой на торчавшие из-под простыни мужские ступни. Он осторожно подкрался к кровати и пальцами пощекотал голые подошвы. Эффект оказался совершенно неожиданным. С кровати с криком вскочил совершенно голый мужик. Подхватив простынь он завернулся в нее как в тогу и что-то возмущенно залопотал на французском языке.

— Заткнись! — строго бросил ему юноша, — а Вам мадам чего стыдится-то? На Вас сейчас одежды гораздо больше, чем когда Вы скачите в одних трусах по сцене. Мне плевать на Ваши шашни с лягушатником. Это пусть Вашего покровителя беспокоит. У меня вполне конкретный вопрос. Где Дарья Воротынская!

К неожиданности всех присутствующих прима-балерина вдруг разразилась заливистым хохотом. Она смеялась так искренне и задорно, что это вызвало недоумение у поручика.

— Я сказал, что-то смешное? — с удивлением спросил он.

— Так это Вы ухажер этой выскочки? — еле отдышавшись произнесла женщина, — приехали проведать как она хранит Вам верность? Боже, вот это поворот! Бедный мальчик! Так я Вам скажу только одно! Мало Вы ее били!

— Я ничего не понял! Где она? — нахмурился Петр, которому совсем не понравились ее слова.

— Я не знаю, где эта сучка спаривается со своими ухажерами, — высокомерно ответила хозяйка номера, — но я бы посоветовал сегодня поискать ее в спальне сына датского посла в датском же посольстве. Он давно ее обхаживает, и кажется сегодня она не устояла. По крайней мере, с банкета после спектакля они уехали вместе. Точнее он ее вывел из зала под руки!

— Что значит вывел? И почему в датском посольстве? — не понял поручик.

— Она все время прикидывалась что не употребляет алкоголь, — презрительно бросила прима-балерина, — даже шампанское! Но натуру не скроешь! Сегодня, судя по всему, ее истинная природа вылезла наружу, и она надралась как свинья! На ногах еле стояла! А про посольство ее кавалер сказал водителю. Наверное, чтобы там ему никто не помешал отодрать эту сучку по полной программе!

— Понятно! Никому не слова! Спокойной ночи, мадам! Извините за вторжение! — поклонился Петр, и бросил Рябцову, — уходим. Следуйте за мной!

— Милый юноша! — крикнула ему вслед женщина, — надеюсь когда Вы ее застукайте с другим мужчиной, Вы ее, наконец-то, прибьете окончательно! Эту выскочку! Успехов!

Оба мужчины сбежали с лестницы и выбежали на улицу. По дороге Петр обратился к своему спутнику:

— Вы поступаете в мое распоряжение. Дело государственной важности!

— Да я все понимаю, — вспотев ответил сотрудник посольства, — и я знаю кто такая Дарья Воротынская! Если с ней что-то случится, не сносить нам всем головы!

— Это хорошо! А где ее охрана? — спросил поручик.

— Не знаю! Сам не понимаю! — развел руками Рябцов.

— Вы знаете где находится датское посольство?

— Конечно! Посольство Дании в Париже располагается по адресу двадцать девять Avenue Victor Emmanuel III, совсем недалеко от отеля Ritz на Вандомской площади (Place Vendôme). Расстояние между ними составляет примерно полтора-два километра, что позволяет добраться пешком за двадцать — двадцать пять минут, — сообщил сотрудник посольства.

— Едем на машине, быстро! — и они сев в автомобиль и помчались по опустевшим городским улицам. Вскоре они были на месте. Посольство Дании в Париже занимало классический парижский особняк (hôtel particulier), оформленные в стиле классицизма, что соответствовало дипломатическому этикету того времени. Фасад здания выходил прямо на улицу. Стены украшали гипсовые рельефы Бертеля Торвальдсена и изделия королевской фарфоровой мануфактуры Копенгагена. На третьем этаже в распахнутом окне горел свет. Время было уже за полночь, и большинство жителей особняка, как и всех остальных на этой улице, спало.

— Думаю, они там! — произнес Петр.

— А как Вы войдете? — с опаской спросил Рябцов, — это же дипломатическая собственность. Она экстратерриториальна! Может быть большой скандал!

— А мне плевать! — ответил попаданец, — постойте на шухере!

— На чем? — не понял дипломат.

— На стрёме! — пояснил юноша.

— На стремени? А где тут лошадь? — снова не понял Рябцов.

— Ладно, просто постойте тут тихо! — скомандовал поручик и стал быстро лезть по стене к открытом окну, поблагодарив датчан за то, что они так плотно украсили фасад архитектурными излишествами. Забравшись на третий этаж и заглянув в открытое окно он понял что не ошибся в свои предположениях.

На большой кровати неподвижно раскинув руки в стороны лежала на спине Даша. На ней не было платья, оно валялось на полу, а только французские шорты-кникерсы, которые с нее еще не успели снять. Рядом с ней стоял спиной к окну голый молодой мужчина, который уже собирался это сделать.

— «Это мы удачно и вовремя зашли!» — подумал про себя поручик перебросив свое тело через подоконник в комнату где должно было вот-вот произойти, судя по всему, изнасилование бесчувственной девушки. Изумлённый неожиданным появлением неожиданного и незваного гостя, к нему повернулся несостоявшийся насильник. После чего отправился на пол, получив сильный удар в челюсть.

Подойдя к девушке он убедился, что она дышит и находится в глубоком сне. Предстояло решить как эвакуировать ее из комнаты. Петр подошел к входной двери и запер ее на ключ, оставив его в замочной скважине. Потом для надежности вставил ножку стула между ручками.

Затем он вернулся к окну и быстро спустился вниз. Там он обнаружил Рябцова и еще четырех мужчин.

— Вы нашли ее? С ней все в порядке? — с тревогой спросил дипломат.

— Нашел. В относительном. Самого страшного не произошло, но до этого оставался всего один шаг. Кто эти люди?

— Мы охрана принцессы, — вздохнул один из мужчин.

— Охрана? — скептически произнес поручик, — как это вас самих не украли? А только племянницу императора! Ладно, это потом. Мне нужна веревка!

— Зачем? — спросил горе-охранник.

— Спустить девушку из окна, она без сознания! — пояснил Петр, — так есть?

— Сейчас, — и один из мужчин отошел и вскоре вернулся с мотком веревки, которую вытащил из багажника одной из машин стоящих на улице.

— Значит так! — произнес поручик, — первой я спущу Дашу. Вы ее примете и уложите на заднее сиденье нашей машины, — обратился он к дипломату. Тот молча кивнул головой.

— Потом я спущу насильника который ее похитил. Он без сознания. Вы его свяжете и заткнете рот кляпом. И бросите его в багажник, — он обратился к охранникам.

— Так точно! А что потом? — кивнул старший.

— А потом я скажу что делать. Все мне пора! — и юноша снова полез на стене на третий этаж. Там он перелез через окно и на секунду залюбовался лежащей полуобнаженной Дашей. Но времени терять не стал. Он завернул бесчувственную девушку в простынь, оставив свободными ее руки. Под мышками он хотел пропустить петлю и с ее помощью спустить девушку из окна.

— Молодец! — скептически произнес Голос, — одно слово, идиот!

— Чем ты опять недоволен? — спросил Сергей.

— Она балерина?

— Балерина, и что?

— Ты видел их костюмы? У них подмышки голые видны! Если ты пропустишь веревку, там останется след от этой веревки! Не знаю, сможет ли она потом с ним танцевать? Оценит ли местная публика следы БСДМ — игр с бандажом? — саркастически произнес Голос.

— А может это к лучшему? Она не сможет выступать и мы домой спокойно уедем? — предположил Сергей.

— Эгоист! — убежденно ответил Голос, — думаешь только о себе! А что будет с ней? Она же только тут начала блистать! А ты хочешь все испортить? Вот та старая сука, прим-балерина, порадуется устранению соперницы!

— Ей нужно было лучше выбирать компании для своих пьянок! — зло ответил Сергей.

— Дураком не будь. Ясно, что ее опоили чем-то! Та грымза же сказала, что она вообще не пила. А вот кто это сделал, сам ли, или ему кто-то приказал, и почему это все произошло именно сегодня, в день нашего прилета, вот это очень интересно! Случайность? Не думаю! — рассудительно произнес Голос.

— Разберемся! Как мы ее спускать будем-то? — снова спросил Сергей.

— А вот как! — стал объяснять Голос.

Стоящие на улице охранники и дипломат увидели как в окне появилось что-то белое которое стало осторожно спускаться на веревке вниз. Приняв груз они увидели, что это было тело девушки, завернутое в простыню. Веревочная петля, которая обхватывала ее тело, и проходила под подмышками, была обернута несколькими слоями толстого полотенца.

— Умно! — сказал старший из охранников, — и следов от веревки не будет.

— Как бы на нас самих вскоре следы от веревки не остались! — вздохнул другой охранник, — это же надо было нам так обмишулиться!

— Потом разберетесь! — усмехнулся дипломат, — точнее, этот поручик с вами разберется. Берем принцессу и несем в мою машину. Он подхватил безвольное тело девушки на руки, а охранники сняли веревку, после чего ее быстро втянули обратно, а комнату. Не успел Рябцов вернуться, как из окна стало спускаться тело голого молодого мужчины. С ним никто не церемонился и веревочная петля была без всякого полотенца. Подхватив его охранники потащили тело к своей машине, надели на ему руки и ноги наручники, и вставили в рот кляп.

К этому времени на тротуар спрыгнул и поручик.

— Все быстро едем в в наше посольство! — приказал он всем.