Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-3

Глава 2. Победа.

— Юлия Сергеевна! — также тихо ответил Петр, — это тут, в этих стенах я студент, а Вы моя преподаватель. Но за этими стенами, Вы очаровательная обворожительная молодая красивая женщина, а я Ваш преданный поклонник. И кому какое дело, что происходит между нами? Этим ханжам? У которых десяток любовниц и любовников? Они будут читать нам мораль? Никто ничего не узнает! Если действовать осторожно и по уму! Вы так и хотите состариться и не узнать, что это такое, когда Вас жаждет преклоняющийся перед Вами мужчина?

— Вот именно! Мужчина! — с горечью произнесла княгиня, — а не шестнадцатилетний юноша!

— Мне скоро будет семнадцать! Юлия Сергеевна! — перешел в атаку дожимая сопротивление молодой женщины опытный попаданец, — Вы много знаете взрослых мужчин, которые совершили, то что сделал я? Совершил, думая о Вас! Иные старики, как дети.

— Господи! Почему я сижу и слушаю Ваши непристойные слова и не выгоняю Вас прочь из моего кабинета? — с отчаянием воскликнула молодая женщина, закрыв покрасневшее лицо ладонями.

— Потому что это слова от чистого сердца! — тут же ответил юноша, — в них нет ни капли лжи или фальши! Но если это Вас так разволновало, давайте отложим этот разговор до более подходящего раза! — предложил Петр.

— Давайте! — с облегчением и признательностью выдохнула княгиня, — Вы принесли черновик статьи?

— Конечно! — с готовностью вытащил из своего портфеля стопку исписанных листов юноша и протянул их преподавательнице. Она взяла их и стала всматриваться в текст.

— Вот ты лошара! — обругал его Голос, — она была уже почти готова к тому чтобы мы ее прямо тут на столе разложили! Как там сказал Ганнибалу после победы при Каннах, его командир конницы Магарбал, «Ты умеешь побеждать, Ганнибал; пользоваться победой ты не умеешь» (Vincere scis, Hannibal; victoria uti nescis)!

— Не торопись, — рассмеялся Сергей, — дай насладится самим процессом! Помнишь как у Пушкина?

Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем,

Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,

Стенаньем, криками вакханки молодой,

Когда, виясь в моих объятиях змией,

Порывом пылких ласк и язвою лобзаний

Она торопит мир последних содроганий!

О, как милее ты, смиренница моя!

О, как мучительно тобою счастлив я,

Когда, склоняяся на долгие моленья,

Ты предаешься мне нежна без упоенья,

Стыдливо-холодна, восторгу моему

Едва ответствуешь, не внемлешь ничему

И оживляешься потом все боле, боле —

И делишь наконец мой пламень поневоле

— Так то, Пушкин! Тоже известный бабник! — вяло огрызнулся Голос.

— Вот именно! Он знал в этом толк! Пойми, овладеть женщиной которая тебя не хочет, это все равно что заниматься онанизмом! Удовольствие от этого может получить только насильник! — твердо сказал Сергей, — я хочу чтобы и она этого хотела как я!

— Развел тут любовно-сексуальную демагогию! Это тело тебя окончательно испортило! Где тот Сергей, которого меньше всего интересовало, что думает та, которую он трахает? — с ностальгией произнес Голос, — вот чего нас не занесло в языческий Рим? К Калигуле, например? Вот где мы бы оторвались по полной!

— Ага! Прямо в его коня! Которого он ввел в Сенат! Тот Сергей испарился на той дороге! И слава Богу! Чем больше я узнаю о нем, через тебя, тем меньше он мне нравится! — заявил попаданец, — мы и тут не образцы добродетели! Но и полностью оскотиниваться я не буду! Закончили этот разговор!

— Петр, — подняла глаза от текста княгиня, — у Вас почерк как у доктора. Говорят, что они так пишут, что никто кроме них разобрать не может, для прокурорских проверок! Я ничего не могу толком прочесть!

— Давайте я Вам продиктую, а Вы запишите сами, — предложил юноша.

— Отлично! Но давайте я лучше сразу напечатаю, и в нескольких экземплярах. Один отдадим академику, один Вам и один мне, — предложила молодая женщина., а том и порешили. Петр диктовал, а Юлия Сергеевна печатала. Работа затянулась и на улице стемнело. Когда они закончили, было уже довольно поздно.

— Замечательная работа! — похвалила его преподавательница, — Если ее развернуть, то это готовая докторская диссертация! Я поговорю с академиком!

— Спасибо, Юлия Сергеевна! — сказал Петр, — давайте я Вас подвезу домой. Поздно уже. Мало ли что на темной улице случиться может! Увидев сомнения в ее глазах, он улыбнулся и добавил:

— Обещаю в гости на чай не напрашиваться и в машине не приставать! Я сяду вперед, а Вы назад! — успокоил он ее.

— Надеюсь на Ваше слово джентльмена, — наконец преодолев внутреннее сопротивление и голос осторожности произнесла вдова, - я сейчас оденусь.

Они вышли из пустого здания Академии и направились к стоянке, где их ждал Виктор Иванович. Распахнув дверь, Петр помог сесть на заднее сиденье Юлии Сергеевне, после чего сел на переднее. Молодая женщина назвала адрес. Это был неблизкое к Академии место. Дорога заняла около сорока минут. По дороге больше частью молчали.

Вдова пыталась разобраться со своими чувствами. Ухажеров и поклонников у нее было море. Но ни одному из них она не верила. Или они ей не нравились. Напыщенные и увы, по большей части недалекие, они вызвали у нее отвращение. Как ее бывший муж. И вот появился это мальчишка. Нахальный, наглый, напористый и ничего не боящийся! И что греха таить, он ей понравился! А после этой статьи она вдруг поняла, что он гораздо умнее и проницательней, чем она сама! А вот с этим она столкнулась впервые! Да, академика она была готова признать равной себе! Но это мальчишка легко сбросил ее с пьедестала интеллектуального превосходства с которого она с легким презрением смотрела на копошащихся возле его подножья мужских особей. И конечно его искреннее восхищение ею как женщиной, когда вокруг него было полно красивых и юных ровесниц, не могло не тешить ее женского самолюбия. Внутри она была уже готова уступить его страстному напору, но не знала как это сделать, чтобы это выглядело приличным и пристойным. Кроме того, ее тело так и не познавшее еще любви, тоже сладко ныло в предвкушении новых ощущений.

Они подъехали к многоэтажному дому в котором владела квартирой княгиня. Во двор дома с освещенной улицы вела темная подворотня с полукруглым сводом. Возле нее крутился какой-то мутный тип в поддевке, картузе и сапогах.

— Юлия Сергеевна, как хотите, а я Вас провожу до самых дверей! — непререкаемым тоном произнес Петр — мне этот тип не нравится.

— Спасибо, Петр! — истолковала его просьбу по своему улыбающаяся вдова, — у нас в этом районе не совсем спокойно. Несколько припозднившихся путников ограбили.

— Тем более! — юноша вышел из машины, и помог выйти молодой женщине. После чего, они направились в черный зев подворотни. Юлия Сергеевна инстинктивно взяла Петра под руку.

— Даже не знаю как я бы пошла сама! — с нервным напряжением сказала она.

— Вы бы сами не пошли! Я бы Вас саму не отпустил! — твердо ответил юноша.

— Спасибо! Вы прямо мой рыцарь! — пошутила она.

— Я не прямо, я просто Ваш рыцарь! — учтиво ответил Петр, и тут же заметил две фигуры которые отделились от стен и перегородили им дорогу.

— Прощенья просим! — хрипло хмыкнул один из них, — сами мы не местные, поиздержались немного! Одолжите нам на пропитание ваши лопатники и цацки! И еще. Соскучились мы по женской ласке! Мамзеля не откажет нам в утешении? — и они громко заржали. К ним присоединился такой же мерзкий хохот сзади. Петр оглянулся и увидел того мужичка, что вертелся на улице.

Юлия Сергеевна ойкнула и прижалась к юноше.

— Не бойся, — шепнул он ей, — я тебя никому не дам обидеть!

А потом громко сказал:

— Бог подаст! Можете другу друга в задницу утешить! Пошли вон, пока целы!

— Я вижу нас не уважают! И кто! Разряженный петух! — процедил первый, — Шкворень, — обратился он к своему дружку, — займись им, я пока его курочку потопчу!

— Ты свой язык в заднице потопчешь, крыса помоечная! — усмехнулся Петр, — последний раз говорю, идите вон, варнаки!

Но бандиты говорить больше не собрались. В их руках тускло блеснули в свете уличного фонаря лезвия ножей.

— Вечер перестает быть томным! Я вас босяков предупреждал! — рявкнул попаданец, после чего вынул из кармана револьвер и выстрелил прямо в лоб обоим бандитам. Те с удивлением на лицах молча упали на булыжную мостовую. Мгновенно развернувшись он выстрелил в ногу бросившемуся бежать третьему грабителю. Тот упал, а в проеме возник силуэт Виктора Ивановича, который прибежал на выстрелы.

— Опять Вы, Петр Алексеевич, сами управились! Я как увидел что он за Вами пошел, сразу из машины вышел. Но не успел, — произнес охранник. Вдали послышались звуки свистков полицейских.

— Юленка, с тобой все хорошо? — обратился к своей спутнице юноша.

-Д-да! Боже! А если бы я шла одна! Они бы меня, тут, на этой грязной мостовой! — ее голос сорвался на крик и у вдовы чуть не началась истерика.

— Все, все! — обнял и прижал ее к себе Петр, — Василий Иванович! Проведите княгиню до самых ее дверей и убедитесь, что на зашла и закрыла за собой дверь! — попросил офицера юноша.

— Может быть ты меня сам проводишь? — спросила Юлия Сергеевна.

— Я подойду попозже, — улыбнулся Петр, — но сначала я побеседую с этим упырем. Не нужно, чтобы ты это видела! Жди!

— Хорошо! Буду ждать! — тихо прошептала она и вместе с капитаном удалились.

Довольный поручик подошел к сидящему у стенки и держащемуся за простреленную ногу стонущему бандиту и присел перед ним на корточки.

— Больно? — спроси он его сочувственно.

— Очень! Мне бы в больничку нужно! — жалобно простонал грабитель.

— А так? — и Петр сунул в его рану ствол револьвера и повернул его там. Бандит заорал во все горло.

— А теперь ты мне скажешь, кто вас послал и нанял, чтобы напасть на нас! Ты меня хорошо понял? Или мне еще раз повернуть мушку? — ласково спросил юноша.

— Я все скажу! — запричитал всхлипывая варнак, — бугра нанял какой-то барин. Шухер тут постоянный наводить, чтобы люди были недовольными!

— А на эту конкретную даму заказ был? — прямо спросил Петр.

— Не знаю, это все бугор знал, а Вы его убить соизволили! Не надо больше! Я честно больше ничего не знаю! — заныл уголовник. В это время в подворотню вбежали околоточные.

— Брось оружие! Руки подними вверх! — заорал один из них наставив на юношу револьвер.

— Тихо! — рявкнул Петр, — Секретная Служба Его Императорского Величества!

И он сунул под нос полицейским свой жетон. Те увидев его вытянулись по стойке смирно.

— Значит так! — сказал поручик, — награду получить хотите?

— Так точно, Ваше Высокоблагородие! — тут же согласились служивые.

— Тогда, Ваше Сиятельство! — усмехнулся княжич, — слушайте меня внимательно. Государственное дело! Их было трое. Хотели меня ограбить! Это не просто грабежи, а попытка вызвать недовольство обывателей государственной властью путем разгула уличной преступностью! Чуете куда ветер дует? Поэтому. Берете этого варнака, тащите его в участок, а потом его заберет Секретная Служба! Все понятно? А в участке скажите, что сами их поймали когда они грабили прохожего. Пока вы с ними возились, прохожий убежал.

— Так точно, Ваше сиятельство! Благодарим за благодеяние! Век не забудем! — ответили полицейские и стали деловито осматривать убитых бандитов и раненого.

— О! — крикнул один из них, — да это Зуб и Шкворень! Мы их давно разыскиваем. Известные душегубы. Вот и добегались, злыдни! За это точно, наградят!

В это время, в подворотню вошел Краснов.

— Все в порядке, — сообщил он Петру, — княгиня Вас ожидает!

— Хорошо! — кивнул юноша, — Виктор Иванович, отвезите этого душегуба в участок и вызовите туда Секретную Службу. Нужно потрясти его. Это не просто грабители. Они действуют по заданию каких-то заговорщиков. Нужно их вычислить. Потом возвращайтесь сюда. Если я в течении часа не выйду, поезжайте домой.

— А завтра куда подавать машину? — улыбнулся в усы офицер.

— Сюда! Но за час до обычного времени, чтобы мы успели на занятия! А я пойду, нельзя заставлять княгиню ждать! На всякий случай до свидания! Да, какой этаж и квартира? — спросил Петр.

— Второй подъезд, второй этаж, квартира номер три! — ответил охранник, — удачи, Петр Алексеевич!

— Спасибо! — и юноша быстрым шагом направился во двор дома.

— Капитан Секретной Службы Краснов! — сказал офицер показывая значок полицейским, — давайте отвезем этого злодея в участок!

Петр взбежал на площадку второго этажа. С волнением он нажал кнопку электрического звонка.

— Кто там? — услышал он голос Юлии Сергеевны.

— Это я, Петр! — дверь сразу распахнулась и ему на грудь бросилась вдова. Она уже успела переодеться и была в ночной рубашке, на который был накинут домашний халат.

— Петенька, я так испугалась! — горячо зашептала она ему на ухо молодая женщина.

— А я знаю отличный способ снять это напряжение, — подхватив ее на руки, захлопнув ногой входную дверь, он понес ее в спальню.

Через час бурных ласок, где попаданец вспомнил весь свой арсенал приемов и умений как доставить женщине удовольствия, когда они оба лишились девственности, любовники лежали и приходили в себя.

— Ну что, добился своего, негодный мальчишка, — проворковала Юлия лежа на груди своего первого мужчины, — соблазнил бедную неопытную девушку, хотя и вдову.

— После этого можно и спокойно умереть, — ответил он, — теперь я точно знаю, что такое Рай!

— Ты останешься на ночь? — спросила она его.

— Если ты не против, то да! Я тебе еще не все показал, что умею! — улыбнулся попаданец.

— Ты не забыл ничего? Не ты один сегодня лишился девственности! Нужно подождать, хотя бы день другой. И откуда ты все это знаешь? Я такого даже представить себе не могла! — призналась княгиня, — что так можно ласкать женщину! Где ты этому научился? Только не рассказывай мне о далеком таежном городке, где собрались чуть ли не ученные всех видов наук и профессий! Я же знаю, что ты не был нигде там. И ты сын генерала Печорского!

— Попадос! — объявил Голос, — ну и что теперь мы будем врать? Где мы научились такому разврату? На кошечках, в смысле, горничных и дворовых девках тренировались?

— Не боись, прорвемся! — ответил Сергей, — я уже продумал этот вопрос!

— Ты права, радость моя, — признал очевидное Петр, — я там не был. В библиотеке моего отца была старая французская книга об искусстве любви и любовных ласк. С рисунками и подробным описанием всех приемов. Она вышла в ограниченном тираже, всего несколько десятков экземпляров и в свободную продажу не поступала. Ее привез отец из Берлина после нашей победы в войне. Он много тогда книг привез. По науке о психической жизни, истории, ну и эту. Не знаю, читал ли он ее сам, но я наткнулся на нее совершенно случайно. И конечно, изучил всю вдоль и поперек!

— Даже не сомневаюсь! Ну и как можно прочитав книгу, так ловко это все потом делать, предварительно не испробовав это на практике? — лукаво спросила Юлия, — это как-то не было похоже на твой первый опыт. Признавайся, у тебя было много девушек?

— Юленька, ты моя первая девушка с которой была такая близость! — твердо произнес Петр.

— То что ты мой первый мужчина, это вот на простыне доказательства есть, а вот у мужчин это не проверишь! — вздохнула княгиня, — но ты не ответил на мой вопрос. Маленькая ложь — рождает большое недоверие!

— Юленька, — ответил готовый и к такому вопросу юноша, — что ты знаешь о визуализации?

— О чем? — удивилась молодая женщина, — первый раз об этом слышу.

— Тогда я тебе открою большую тайну! — заговорщицки произнес попаданец, — этой тайне много тысячелетий! Она появилась среди жрецов Древнего Египта в эпоху Раннего Царства, а возможно и в додинастический период.

— Это еще до появления первых фараонов? — спросила заинтригованная княгиня.

— Именно так! — продолжал сочинять юноша, крепко прижимая к себе собеседницу, — и есть мнение, что эти знания пришли вообще из Атлантиды! А Атлантам их передали те, кто пришел со звезд!