Кто же я?

Глава 11

Я поймала недоуменный взгляд Ворона в мою сторону. Он молча и быстро обезвредил еще одного незваного гостя, отобрав у него оружие. Вадим несколько секунд стоял в растерянности, но все же кинулся к штурвалу, чтобы оторваться от других мужчин, которые поспешили на помощь сообщникам.

Послышались выстрелы.

Троих вооруженных бойцов мы с Вороном лихо нейтрализовали и скинули за борт.

Впервые наблюдала, как муж дерется. Он, оказывается, знал в этом толк. Точные молниеносные удары, ловкое обезвреживание. Не была бы занята тем же, стояла бы и любовалась.

— Что, черт возьми, происходит? — прокричал Ворон, схватив пистолет и отвечая на залп пуль, летевших в нас.

Мне нравится его подход. Молча согласился с женой, раскидал противников, а потом поинтересовался, почему мы это сделали.

— Зачем мы убили патрульных при исполнении? — возмущался Вадим, маневрируя на волнах.

— Это люди Макара, — заняв удобную позицию, заявила я.

— Откуда такая уверенность? — поинтересовался Ворон.

— У них на руках татуировки хвоста дракона. Своеобразная метка «своих».

— Как они нашли нас? — удивился док.

— Хороший вопрос, — отозвалась задумчиво.

Перестрелка продолжалась. Мне повезло, видимо, им отдали приказ взять меня живой, потому что в меня пули летели редко. Мужчинам же пришлось несладко. Их не щадили. Жаль было яхту.

Мы оказали достойное сопротивление. Ловко стреляли и я, и Ворон. Напарники. Тот еще дружественный союз. Не могла не заметить, что мы отличная команда.

Хм. Никогда не работала в паре. Всегда была кем-то вроде волка-одиночки.

Вот так круто изменилась жизнь — теперь дерусь вместе с мужем, отстреливаюсь и убегаю. Я больше не одна против всего мира.

Приемный отец всячески помогал мне в жизни. Учил уму-разуму, опекал, но не мог стать самым родным и близким. К нему я не побегу за моральной поддержкой. Не надо считать меня черствой, совсем нет, но, уничтожая с юности жалость к другим, не стоит надеяться, что я останусь маленькой послушной девочкой для избранных. С ним мы никогда не могли достичь понимания. Даже в мелочах или в том, что касалось личной жизни.

Так, когда я встретила Костю, Кручинин-старший поначалу никак не комментировал эту ситуацию. Однако он узнавал о моем женихе информацию, вынюхивал, проверял. Что-то ему не понравилось в семье Фроловых, не могу сказать, что именно, но этого хватило, чтобы попытаться запретить мне общаться с ним. Ха, как будто мне десять лет и я нуждаюсь в советах! Одним из аргументов для нашего расставания Виктор назвал тот факт, что Фролов в прошлом бандит. Смех да и только! Словно наша семейка была святыми апостолами, и я нашла Люцифера, виновного во всех смертных грехах.

Виктор перестал вмешиваться в мои сердечные дела, но вот кто-то основательно это сделал, лишив Константина жизни. Сейчас закралась мысль, что это могли быть спецагенты того же отряда «Кобра», например. Имели на меня виды, на такой вот фиктивный брак, а тут Костя нарисовался.

Да нет. Бред.

Очень скоро нам удалось оторваться от преследования. Вероятнее всего, патрульных взяли в плен на их собственном катере, поэтому уже скоро они смогли перехватить инициативу, благодаря нам, и снова стали хозяевами на судне.

Сомневаюсь, что у Макара имелись люди среди правоохранительных органов.

Ему это ни к чему. Он все брал силой.

— Да, жена, с тобой весело. Ни дня без приключений и угрозы для личной безопасности, — произнес Алекс, вставая и отряхиваясь.

— Ну, ты сам выбирал такой подарочек, как я. Прекрасно знал, куда ввязываешься.

— Не поспоришь, — согласился Ворон.

— А вот меня использовали вслепую. Ты тот еще сюрприз.

— Не нравлюсь?

— Над этим нужно подумать. А что, можно оформить возврат? — поинтересовалась игриво.

— А причиной возврата что укажешь? — парировал Ворон.

— Постоянное вранье со стороны мужа.

— Я тебе не врал. Всегда пытался говорить правду. Даже в мелочах, — уверенно заявил Алекс.

— Поэтому сказал, что мы любим активный отдых на воде и чуть меня не утопил?

— Ну извини, не мог предположить, что ты не умеешь плавать. Везде первая, впереди планеты всей, а тут такой промах.

— Ладно, оставлю пока тебя себе. И правда, старался не обманывать, — согласилась с ним.

— Теперь не расслабишься. Нужно быть начеку. Люди твоего брата в активном поиске и очень близко подобрались. Радует, что мы скоро будем дома.

— Но дома — это не значит в безопасности, — подытожила грустно.

— Нужно придумать план, который успокоит Макара и оградит от его дальнейших нападок, — подал дельную идею Ворон.

— Выйдем в свет, представим миру моего новоиспеченного мужа. Пусть Макар займется изучением твоей биографии. Ты парень не бедный. Ему придет в голову, что мне не нужны богатства отца. Хотя сомневаюсь, всех по себе меряют. Но, так или иначе, Макар займется тщательным изучением твоей жизни. Надеюсь, у тебя железное прикрытие, и он не скоро обнаружит, что ты мусор.

— Я не мусор, и прикрытие у меня на уровне, не должны раскрыть, как бы ни пытались.

— Кстати, милый, — осенила меня догадка. — Так как ты мой муж, то я могу смело претендовать на половину твоего имущества после развода. А если вдовой буду, то вообще стану владелицей всего твоего состояния. Да я реально малышка на миллион!

— Уже составила план коварного убийства? — хмыкнул Алекс.

— Нужно задуматься над этим.

— Не спеши, детка. У нас с тобой подписан брачный договор, — разочаровал меня муж.

— Обалдеть, Воронцов, ничего святого! Даже договор состряпал. Боялся, что грохну, как только все вспомню? Похвально.

— Чудом остался жив, — ухмыльнулся он в ответ.

Мы приближались к родным берегам. Напряженный Ворон был начеку, боялся, что люди Макара снова предпримут попытку напасть. Причем действовать они могут более открыто, если получили детальную информацию от своих сообщников о нашей яхте.

Стычка в море не обошлась без ранений. Вадима задела шальная пуля. Рана была неглубокой, но его пришлось отправить вниз отдыхать. «Везет» же ему: то получил ранение от моего ножа, теперь вот огнестрел.

Я не хотела оставлять Ворона. И на все его попытки отправить меня в каюту аргументировано отвечала, что без меня он может не справиться. Он что-то недовольно бурчал, но не перечил, как будто согласившись с моим мнением.

Чем ближе мы подплывали, тем больше звонков делал Алекс. Старалась не вслушиваться в его разговоры, но он не очень-то и скрывал их содержимое.

Так он узнал, в какой больнице лежит Виктор. Распорядился, чтобы назначили важные встречи на ближайшие даты. Ну и мелочи: купить для меня одежду и приготовить все к нашему приезду.

Не стала возражать по поводу приобретения нарядов. Пусть тратится, на то он и муж. Хотела сделать уточнения, но потом посмотрела на платье, в котором была, и решила, что мне оно к лицу, хотя это не мой выбор.

Первоочередной задачей я для себя поставила навестить Виктора. Кручинин-старший не святой, а даже наоборот, но смерти я ему не желала. Для меня он был отцом. Тем, кто всегда за меня. Никогда он не давал повода усомниться в том, что порвет за меня любого. Я любила его, своеобразно, но любила. Если настал его час, то последние минуты хочу провести с ним. Стоило поспешить в больницу.

От Ворона не укрылся мой задумчивый вид. Он подошел ко мне и обнял за талию. Удивленно и растерянно взглянула на него. Что за щенячьи нежности? Он, казалось, не обратил на мой возмущенный взгляд никакого внимания.

— Не переживай. Все хорошо будет. Мы успеем. Круча — крепкий мужик, всех нас переживет.

Хотела возмутиться, что он все придумал, и вовсе я не переживаю, но потом кивнула и ничего решила не говорить. Было в его голосе столько заботы и поддержки, как будто мы и правда муж и жена и сейчас переживаем нелегкое время.

Поймала себя на мысли, что Ворон меня волнует не только физически. Что-то теплое внутри вспыхивало при мыслях о нем. А как мужчина он зацепил меня с первого мгновения. Там, в больнице. Эти холодные глаза, широкие плечи, мощный торс и крепкие руки. Тогда, будучи в беспамятстве, завидовала сама себе, что этот красивый мужчина — мой муж. А сейчас… Сейчас я все помню и сильно сомневаюсь, что у нас что-то может получиться.

Ворон — мент, а это плохой союз для меня, дочери бандита.

Интересно, знал ли Виктор Кручинин, что его лучший друг, и по совместительству мой папа, был агентом из «Кобры»? Двойной сюрприз для Виктора: и мой папа, и муж по ту сторону песочницы.

Второстепенным, но важным вопросом оставался Макар. Теперь у меня есть союзник — муж. Я и радовалась, и беспокоилась одновременно. Не все под контролем. Нужно сыграть роль жены умело и достойно.

Мы причалили к берегу. Какое облегчение! Рада была снова почувствовать твердую почву под ногами. Вода — не моя стихия.

Док отправился в больницу, а мы с Вороном — к нему домой. А потом собирались сразу же мчаться к отцу.

Дом Воронцова оказался намного меньше, чем апартаменты Краба, но, как по мне, очень уютным. Два этажа. Несколько спален. Баня на заднем дворе. Там же имелся и камин с беседкой. Видимо, здесь собирались компании, чтобы поесть шашлык.

Судя по всему, Алекс не любил суету, жил отшельником. Его особняк стоял на окраине города в окружении огромного забора и охранялся большими собаками. Подозреваю, что охрана здесь тоже была, но я ее не увидела.

Внутри нас ждала горячая еда и идеальный порядок. Тут поработала прислуга.

Быстрый душ, вкуснейший прием пищи, и вот мы уже спешим в больницу к Кручинину-старшему. Предложение Ворона отдохнуть и поехать к Виктору завтра я отмела сразу.

— Я поеду одна. Ты можешь не ехать, — сказала ему. Он промолчал, но по его взгляду поняла, что одну он меня никуда не отпустит.

Пришлось снова облачиться в платье, купленное Воронцовым, но по этому поводу я вовсе не напрягалась. Вернусь домой, снова надену джинсы.

А вернусь ли? Сейчас, скорее всего, придется жить с новоиспеченным мужем в его доме. Для правдоподобности. Очень сомневаюсь, что Алекс захочет переехать в мою квартиру. Она совсем немаленькая и в приличном районе с дорогим ремонтом, но точно не сравнить с хоромами Ворона. Я гордилась своей двушкой. На нее я заработала сама, своим трудом. Еще у меня имелся летний домик, подаренный Виктором на один из дней рождений, но туда я наведывалась редко.

Машину тоже подарил Кручинин-старший. Моя спортивная девочка. Очень жаль, что она теперь не подлежит ремонту. Мне она нравилась безумно. К ней я прикипела, как к живому существу.

Отец лежал в больнице в соседнем городе. С нами поехала охрана на машине, которая сопровождала нас сзади. Место водителя у нас занял не Ворон, а еще один молчаливый амбал. Алекс сел вместе со мной на заднее сиденье.

— Готов встретиться с Кручининым?

— Всегда готов, — спокойно ответил он. Муж выглядел решительным и уверенным. Я же слегка нервничала. Сама не знаю почему.

Виктор был далеко не глупым и мог раскусить нас в два счета. В людях он разбирался. Допрос и проверки нам обеспечены. У него сто процентов уже лежит доклад о Вороне. Оставалось надеяться, что подтасованные документы сделаны хорошо.

— Почему ты скрывала свое замужество? — это был первый вопрос Виктора, когда я переступила порог больничной палаты.

— И тебе привет, папочка, — сказала я, подходя ближе.

В руках у меня были цветы, которые мы предварительно купили вместе с фруктами в магазинчиках неподалеку.

Поставила цветы в вазу, мне ее любезно одолжила медсестра. Пакет с фруктами положила на стол. Подошла к Виктору и поцеловала в морщинистую щеку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила его с тревогой в голосе. Выглядел он действительно неважно.

Его строгий взгляд меня вовсе не пугал, а вот чрезмерная бледность очень волновала.

— Жить буду. Меня так просто не возьмешь, — буркнул Кручинин-старший. — Куда ты пропала? Что за история с мужем?

Он не любил ходить вокруг да около.

— Про аварию не спрашиваешь. Значит, уже в курсе?

— О том, это Макар постарался, знаю. Виновные наказаны, — сухо ответил собеседник.

— Сильно сомневаюсь, что главный виновник понес заслуженное наказание, — фыркнула я.

Виктор прекрасно понимал, что Макар зашел слишком далеко, но эту войну так легко не завершить.

— Все уладится.

— Что говорят врачи по поводу твоего состояния? — решила сменить тему. Хотя ответ я сама скоро узнала бы. Ворон в тот момент разговаривал с лечащим врачом.

— Ерунду сплошную. Им же нужно что-то говорить. Им за это деньги платят.

— А еще им платят, чтобы лечить таких вредных пациентов, как ты.

Виктор не любил врачей и обращался за помощью крайне редко. Видно, совсем ему плохо стало, если личный врач смог убедить его лечь в стационар.

Когда он заболел, я в корне изменила свое поведение, будучи рядом с ним. Раньше в резких словах и выражениях не церемонилась, теперь хотелось быть послушной дочерью. Жаль, что плохо получалось. Старалась в последнее время ограничить с ним общение вовсе. Злилась на него из-за братца. Не хотела конфликтовать, но мы все равно ссорились. Я не могла сдержать себя. В последнюю нашу встречу психанула, хлопнула дверью, а теперь сожалела об этом.

За последнее время все перевернулось с ног на голову. Изменилось мое мышление. Сейчас я видела перед собой больного уставшего мужчину.

Не грозного Виктора Кручинина, которого все боятся, а такого же смертного, как и все остальные.

В конце концов, он за меня безумно переживал. Даже в розыск объявил.

То, что я видела свою фотографию по телевизору на острове, точно его рук дело. Мелочь, а приятно.

Язык не поворачивался соврать ему, что я была беременной и из-за этого вышла замуж. Пусть лучше сам придумает для себя причину.

— Где твой муж? — задал вопрос он.

— Разговаривает с твоим лечащим доктором.

— Пусть придет сюда. Хочу его увидеть. Я распоряжусь, чтобы его пустила охрана.

— Мой муж не из тех, кто спрашивает разрешения, — не без гордости в голосе заявила я.

И ведь не лукавила. Ворона попробуй останови!

— Наслышан. Позови.

Пожала плечами и пошла к двери. Алекс как раз беседовал с охраной Кручинина.

— Зайди.

— Здравствуйте. — Муж пожал морщинистую руку Виктора.

— Воронцов Александр, он же Ворон, — одарил Алекса Кручинин-старший своим коронным строгим взглядом, который пугал окружающих.

Он сразу давал понять, что информацию о нем собрал.

— Рад знакомству. Не имел чести познакомиться с вами раньше. Наслышан. Для меня большая честь взять в жены вашу дочь.

Я скривилась в пренебрежительной гримасе. Ай да подхалим! Но все любят лесть, даже мой приемный отец.

— Почему же не спешил организовать встречу с любимым тестем? Желательно до женитьбы, а не после нее, — поддел тот.

— Мы бы с радостью, но Асенька хотела тихую свадьбу. Боялась, чтобы все у нас получилось, и я дожил до церемонии бракосочетания. Она у меня паникерша, — доверительным тоном рассказывал Ворон.

Я, как та рыба, возмущенно открывала рот, но ничего не говорила.

— А потом эта авария, а я, как назло, был в отъезде, — продолжил Ворон. — Корил себя, что не смог уберечь любимую. Понимая, что здесь небезопасно, мы уехали в место, где никто не сможет найти. Реабилитация должна проходить без стресса. У нас получился своеобразный медовый месяц.

Виктор молчал, внимательно слушая собеседника. Слегка кивая, соглашаясь с мужем.

— Добро, — прокомментировал историю папенька.

— Теперь хотел бы познакомиться с вашим сыном, — спокойно изрек Алекс, но в голосе послышалась угроза.

Виктор слегка напрягся. Оно и понятно. Теперь Макар — прямой враг Ворона. Интересно, что за информацию нарыли люди Кручинина на Ворона?

— О тебе ходит слава, как о человеке мудром, но жестоком. Надеюсь, ты будешь рассудительным, — с нажимом на последнюю фразу сказал Виктор.

— Не могу вам обещать этого, но сделаю все возможное, чтобы конфликт завершился как можно скорее, — увильнул от ответа Алекс.

Прозвучало это сообщение вроде как безобидно, но не без угрозы. Такого рода конфликты можно по-разному решать. Иногда смертью одного из оппонентов.

— На днях юбилей у одного моего товарища. Асия хорошо его знает. Это мой близкий друг. Хотелось бы, чтобы вы присутствовали на этом мероприятии. Я представлю тебя своему окружению. Негоже такое событие, как свадьба единственной дочери, скрывать.

— Ты уверен, что оправишься до этого момента? — влезла я в разговор.

Не очень уж хорошо выглядел Кручинин-старший.

— За такие деньги, какие тут заплачены, я должен ламбаду танцевать к празднику, — заверил он.

Сомневалась в его словах, но оптимизма и силы воли ему не занимать. Этот придет. Еще и спляшет.

Что касается дня рождения, о нем я совсем забыла. Это значимое событие в бандитской тусовке. Туда мог попасть не каждый, только по пригласительным. Если Виктор пригласил Алекса, значит, он тоже будет в списке гостей.

Мы поговорили немного на нейтральные темы и покинули палату. О моей мнимой беременности так не заговорили. Не думаю, что отец поверил в нашу большую и светлую любовь, но не докапывался до причин стремительного бракосочетания. Возможно, решил оставить этот разговор на будущее.